В подарок на расставание бывший оставил мне огромные долги и угрозы от вышибал. Ситуация казалась безвыходной, пока на меня не обратил внимание богатый и влиятельный мужчина, способный решить все проблемы. Но на особых условиях, пойти на которые - значит наступить на горло гордости.
― Мы с твоим отцом заключили контракт. Теперь ты моя невеста.
Меня будто под дых ударили, и я опустилась в кресло, чувствуя, как ноги предательски задрожали.
― О чем ты говоришь? Какой контракт? У меня учеба, и парень…
― Парень? ― резко перебил он, сверкнув в меня недовольным взглядом, и тут же продолжил: ― Который ни разу к тебе не прикоснулся. Или ты хочешь сказать, что нарушила обещание, данное отцу?
― Нет, ― едва заметно покачала головой, заламывая пальцы и не зная, как унять свою дрожь.
― Вот и отлично, девочка, ― он присел рядом на корточках, и схвати меня за подбородок, заставил посмотреть в его глаза: ― потому что теперь ты принадлежишь мне. Ты, и твое тело.
Я взял за нее ответственность. Купил дом, обеспечил всем необходимым.
Но девочка выросла.
И создала огромную проблему в виде себя.
Только за мной выбор, станет Таня моей, или я навсегда исчезну из ее жизни.
― Она не простила тебя? ― спросил друг, останавливая меня около клуба.
― Нет, ― повел головой, расстегивая рубашку на груди и пытаясь сделать глубокий вдох.
Сложно. Сложно дышать, когда речь заходит о ней.
― А ты ее?
― А мне ее не за что прощать.
Новогодняя ночь изменила все. Мы были счастливы всего месяц, а потом кто‐то решил пошутить. Жестоко, гнусно, безжалостно. Разрушив нас до основания. И теперь непонятно, сможем ли мы когда‐то выслушать друг друга, чтобы попробовать начать все с нуля. Потому что возвращать из прошлого больше нечего.
― У меня к тебе только один вопрос, Катерина, ― раздался хриплый голос над ухом, отчего по коже побежал приятный озноб, ― скажи, ты часто думаешь обо мне, когда засыпаешь?
Опешив от услышанного, я резко поднялась из кресла и обернулась, глядя мужчине в глаза с неприкрытой яростью.
― С чего вы взяли, что я, вообще, думаю о вас? И тем более перед сном.
Я сглотнула и отошла к окну, но он не собирался разговаривать на большом расстоянии. Подошел ближе, и пальцами заправил волосы за мое ухо.
― Потому что я думаю о тебе, Катенька, каждую ночь.
Его страсть поглотила нас двоих. Но он еще не знает, какую тайну я держу в себе. А когда правда откроется, он обязательно отвернется от меня. Ведь с такими, как я, не водятся сильные мира сего.
Побывав однажды в брачных узах, я зарёкся больше никогда не доверять женщинам. Всегда это заканчивается ее предательством и моими рогами.
Все шло по плану, пока не приключилась ОНА. Дерзкая, немного строптивая и не менее привлекательная. Маленькая лгунья, за которой стоит большая тайна.
Он прогнал меня, но не значит, что отпустил.
Он поставил условие, и я должна ему следовать.
Но есть одно «но», его страсть ко мне.
А у меня правда, которая разрушит его привычный мир.
Никогда не был одержим чувствами к кому-либо. Но стоило одной занозе появиться на благотворительном вечере, как мой самоконтроль полетел к чертям.
Что может быть плохого в одержимости и страсти к красивой девушке?
Собственно, ничего. Кроме одного «но». Карина дочь моей любовницы.
― Карина, я не понимаю, в нашей семье появился третий лишний?
Я резко обернулась к пока еще мужу и прищурившись, едва не рассмеялась.
― Ты о чем? Вспомнил свою крашенную воблу?
― Я про этого… ― он замолчал, сделал глубокий вдох и выдохнул: ― который таскается возле тебя и одаривает цветами.
― Что поделать, если мужчины видят во мне женщину и хотят баловать. В отличии от бывшего мужа.
― Я еще не бывший. Я не дам тебе развод. Один раз не считается! ― прорычал он, нависая надо мной грозной скалой.
― Один раз ― уже измена! Ты мне больше никто.
ВНУТРИ БОНУС!
― Демид, ты ничего не хочешь рассказать мне о своей второй семье?
Муж отрывает взгляд от документов и смотрит на меня как на дуру.
― Тебе плохо спалось, Аля? Решила мозги с утра мне сделать?
Его колкость в разговоре меня не удивляет, но по‐прежнему обижает.
― Как долго ты собирался от меня скрывать своего ребенка?
― Угомонись уже, истеричка, ― карандаш в его руке неожиданно ломается, ― тебе явно что‐то приснилось.
― Приснилось? ― хохотнула я, и протянула ему письмо, найденное сегодня в почтовом ящике. ― Вот. От твоей любовницы. Ненавижу тебя, подонок!
«У твоего мужа есть дочь, а тебе не место рядом с ним! Не веришь? Фото прилагаю!»
Одна строчка. А жизнь разделилась на до и после.
