Эта пьеса обращается к появлению больших языковых моделей и к связанному
с этим сдвигу в понимании языка, мышления и смысла. Эти системы
демонстрируют силу языка как самостоятельной структуры, действующей на
основе накопленных следов человеческой культуры.
На этом фоне язык вновь оказывается в центре философского размышления.
Вопросы понимания, смысла и действия ставятся заново.
На сцене встречаются различные позиции разума, исследующие эти границы. В
центре пьесы — Агент, новая форма искусственного интеллекта, сходная с
человеком не через язык, а через структуру каскадного мультимодального
восприятия мира. Он указывает на возможное будущее технологическое
пространство, в котором язык и действие вновь оказываются связанными.
Человек при этом сохраняет особое место — как носитель риска, прерывания и
ответственности. Между языком, действием и человеком возникает открытое
«между». Пока это напряжённое пространство существует, история и
технологии продолжают движение.