Идущая по грани

Как приятно засыпать вечером и как не хочется вставать рано утром. Монотонный звук будильника настойчиво требовал на него обратить внимание, когда мое сознание хотело искренне поблагодарить телефон за пунктуальность и развернуться на другой бок под теплым одеялом, продолжив улучшать свое самочувствие негой сна. Но не все так просто. Один глаз против воли открылся в поисках источника сигнала. Определив направление – рука, потянулась к волнующемуся за хозяйку смартфону. Вот и конец сна. Тело по привычке начало подъем в вертикальное положение, хотя разум твердил о преимуществах горизонтальной позы. Ладно, все равно уже проснулась.

Восстанавливая зрительную функцию второго глаза, обратила внимание на едкий синий свет из окна… Инопланетный разум услышал мои стенания и решил вмешаться, эвакуировав с планеты Земля – передав в нежные и заботливые руки своего предводителя с внешностью ДиКаприо. Нет, просто, работники местного ЖЭСа нашли замену лампы перегоревшего фонаря на рефлектор Минина, изобретатель, которого искренне считал, что синий свет обладает болеутоляющим и бактерицидным эффектом. Скорее всего, цель осветить улицу совпала с желанием побороться с сезонными вирусами, атакующими население и портящие статистику здравоохранения. Мысленно похвалив работников хозяйства за рвение и энтузиазм, я встала с кровати, очарованная своим отражением в зеркале. Моя неотразимость и уникальность заключалась в прическе «аля-я-сошла-с ума», дополненная ореолом синего свечения. Ни дать не взять – утренняя фея. Побурчав про себя на нерадивое приспособление по унижению женского достоинства – я вяло поплелась на кухню. Не знаю, как кто, а осенне-зимний период для меня это вечная ночь: утро – темно, вечер – темно, день – офис с искусственным светом, где вообще время превращается в нечто абстрактное с границами от начала работы и до его конца. И так пока не наступит спасительная весна. Есть, конечно, свои плюсы и осени – яркие краски листвы, горячий кофе с корицей и прочие горячительные напитки … пожалуй, из плюсов все. Дальше идут в основном минусы, такие как: постоянные сумерки, ветер, дождь и слякоть. Ах да – сезонный грипп, как без него.

Мне всего 27 лет, а думаю, как старая бабка – все плохо, хочу ничего не делать (а что еще хуже – начинаешь думать о пенсии). Монотонность жизни указывала, что делать изо дня в день без креативной нотки. Работа, дом, уборка, готовка… Даже телевизор поглядывал на меня с укором на то, что избегаю его. Боже мой – никакой интриги. Режим работы не давал окунуться в романтические отношения, прописывая четкий план достижения заветного пенсионного стажа, а вот тогда – на здоровье романтики бери сколько хочешь. Иногда начинаешь думать: «А может ну его? Бросить это все и уехать куда глаза глядят?». А глядят они сейчас на чайник, который хотел подбодрить задорным свистом, сообщая о готовности напоить горячим кофе. Да! Не все так плохо. Сейчас энергетический напиток даст старт новому дню, который ждет, не дождется меня.

Четко отрепетированный сценарий по приготовлению завтрака не заставлял перенапрягать еще дремлющее сознание.

Изыски я не любила, предпочитая в своем меню полезную и сытную еду. Завтракала я, в основном, геркулесовой кашей и вареным яйцом на протяжении уже, наверное, лет пятнадцати. Апофеозом была ароматная чашечка кофе, как идеальное завершение трапезы, наполняя меня энергетическим потенциалом на весь рабочий день… ладно, пусть не на день, но на все рабочее утро – это точно.

Монотонность сборов позволяла обдумать ежедневные житейские проблемы.. Что-то я забыла? Ах, да! Найти шарф. Этот полосатый мерзавец, как по волшебству при приближении зимы испарялся и отчаянно не желал находиться. А ведь скоро холода, а у меня вечно шея голая. Так и заболеть не долго, а болезнь – роскошь, которую не хочется приобретать, даже по скидке.

Когда у меня простуда – я раскрываюсь, как аленький цветочек – становлюсь вся красная и пытаюсь опылить всех своим насморком и облагозвучить пространство каркающим кашлем. Зависть берет, наблюдая, как подростки и в дождь, и в ветер, демонстрируют степень закалки, предъявляя открытые части тела в виде с очень голого живота и декольте через расстегнутые куртки и пальто. Наверное, нынешняя молодежь обладает более крепким здоровьем. Поругав себя, что такими размышлениями я плавно отсекла себя от молодого поколения, причислив к рангу среднего возраста, продолжила сборы на службу.

Пройдя набор утренних ритуалов и приведя себя в допустимый для окружающих вид – замазав синяки под глазами, недавно купленным консилером я выпрыгнула из дома готовая к кардионагрузке, которая заключалась в бодром шаге на работу. Шагала я ежедневно и в любую погоду, свято веря в оздоровительные 10 000 шагов в день, а также свежему прохладному ветерку по пути в офис, развлекая себя обдумыванием всяких мелочей. Осень была в разгаре. Сегодняшнее октябрьское утро, порадовало романтическим настроем, окутав серой дымкой тумана дома и деревья. Уютно шурша листвой под ногами, слушала звонкие голоса школьников, торопящихся на свои уроки. Чувство одиночества сменилось причастностью к глобально-коллективному стремлению достичь своего пункта назначения – школы, работы, поликлиники и прочих жизненно-важных мест.

Не знаю, многие суеверны или нет, но я скорее – нет, чем да. Однако наученная мудростью еврейского мальчика из анекдота, который заявил, что отрекаться нельзя от того чего не можешь доказать – я увидела наглую кошку которая бежала мне на перерез, намереваясь подвалить негатива на день. Ускорив шаг с целью предотвратить эту несправедливость кошка, почуяв неладное, тоже ускорилась зыркнув на меня зеленым глазом и исполнила свою миссию, тормознув меня у невидимой черты своего маршрута. Оглянувшись по сторонам в поисках претендента на несчастья и не найдя у вселенной сочувствия поплевала через плечо, продолжила свой путь. Дорога на работу была выхожена годами и знакома. Отсутствие преступлений в нашем районе, а точнее, отсутствие информации о таковых, давало ощущение безопасности даже в темное время суток.

Акробатически, увернувшись от машины, задумавшей меня украсить в брызги яркой осенней грязи, а также собрав всю коллекцию светофоров с красным светом, я, наконец, финишировала, достигнув цели – неприметной роллетной двери банка, где работала уже восемь лет. Меня на работе все устраивало – и дружный женский коллектив (что сегодня редкость), и светлое небольшое помещение, которое было вторым домом, клиенты, которые в большинстве своем были не скандальными и благодушными. Начальник, Сергей Анатольевич, за спиной которого мы чувствовали себя уверенно, был одним из главных плюсов службы. Единственный момент не утешал гордое девичье самолюбие – это отсутствие какого-либо карьерного роста. Все решалось на верху, а тем – кто наверху, было глубоко плевать на тех – кто внизу.

Так и жили. Временами я тешила себя обещаниями взяться вплотную за себя в деловом плане и стать перспективным ценным кадром, какой-нибудь иностранной корпорации. Но это обещание становилось все прозрачнее и неисполнимее. Причина ясна как день – привычка и лень, что-либо менять, откладывая все на потом.

Из всего коллектива, только я одна обладала преимуществом отсутствия зависимости от общественного транспорта, поэтому пришла на работу первой и, естественно, дверь в банк еще была закрыта. Для меня это было нормально, быть первооткрывателем финансового учреждения. Достав ключи, приложила кнопку отключения сигнализации и … Красный глаз охраны вопросительно на меня смотрел, требуя пояснения своих действий и не думая отключаться. Я напряженно сверлила глазами это непотребство и решила применить знаменитый и проверенный способ реанимирования магнитного ключа, яростно потерев его об синтетическую поверхность перчаток. Этот метод проверен годами практики использования отечественной техники. Посмеявшись над наивностью охранной системы, что сломить опытного банковского работника таким саботажем нельзя. Красный глаз глумливо на меня смотрел и не думал отключаться. Махнув рукой на данную ситуацию, решила дождаться помощи коллег, которые должны потихоньку подтягиваться на работу. Заприметив хрупкую блондинку, нашего главного специалиста по окручиванию и завлечению физических лиц – Риту, приободрилась, мысленно угрожая охранной сигнализации скорой расправой.

То, что произошло дальше, начало пугать абсурдностью и нелогичностью. Подойдя, Рита вопросительно уставилась на меня и сообщила, что с клиентами банк начнет работу только через час, то есть с девяти утра.

– Рита, ты чего? Я знаю режим работы, вот только дверь не могу открыть. Кнопка не работает.

Внимательный взгляд на мое лицо Рита подкрепила фразой, что не очень понимает, что я хочу, развернулась ко мне спиной, открывая дверь, всем видом давая понять, что разговор окончен и продолжению не подлежит.

Я просто физически почувствовала, что от удивления мое лицо начинает вытягиваться, принимая нелепое выражение. Решив, что у коллеги день просто не задался и так она шутит, решила проследовать за ней в помещение. Однако к лицу чуть не присоединился разбитый нос, к которому стремительно приближалась входная дверь, упрямо не желая меня впускать внутрь. Закипая, думая, что шутки шутками, но травмирование моего лица не входят в репертуар сегодняшнего дня, решила разобраться с зарвавшейся сотрудницей, всунув ногу в проем двери. Рита, почувствовав помеху, развернулась, вопросительно подняв бровь.

– Девушка, я же вам сказала, когда мы начинаем работать. Куда вы?

– Рита, это уже не смешно!

– Я и не думала над вами смеяться. Попрошу не хулиганить или мне придется вызвать охрану!

Выражение лица показывало, что она не шутит. Сознание яростно пыталась найти оправдание сложившейся ситуации. Сделав вывод, что у сотрудницы поехала крыша, я приняла единственное разумное решение, чтобы не травмировать больную – дождаться начальство и тогда совместно решать, что делать. Повернувшись к выходу, я почувствовала напряженный взгляд девушки мне в спину. Ладно, главное не нервировать ее. Как жалко… Наверное, шизофрения. Я где-то слышала, что она вот так тихонько подкрадывается. Вроде с человеком все хорошо, а потом перестает людей узнавать или голоса в голове учат, что делать.

Меряя ширину входа и мысленно жалея Риту, дождалась прихода начальника Сергея Анатольевича. Средних лет мужчина, высокий и статный – это шаблон хорошего руководителя любого учреждения. Был требовательным, но добродушным и не злым. Так мы все коллективом на него уповали, благодаря вселенную, что не наградило нас каким-нибудь озабоченным самодуром, что часто встречалось на руководящих должностях.

Сергей, пытаясь проникнуть на территорию своей власти, столкнулся с непреодолимым препятствием в виде меня – перегородившей вход. Встретив его недоумевающий взгляд, червячок сомнения начал свое бодрое шествование в моем мозгу.

– Вы, что-то хотели?

– Сергей Анатольевич, доброе утро! У нас с Ритой беда!

– 

Какая беда? Кто Вы? – обеспокоено вглядываясь мне через плечо, начальник рассматривал Маргариту, которая занималась поливом офисных растений. Не заметив ничего странного, его взор возвратился ко мне.

– 

Она меня не узнает! Скорую надо бы.

– Да? А кем вы ей приходитесь?

Тут память вытянутого лица вернулась на свое место. Замолчав, я уперлась взглядом в глаза начальника в поисках смысла. Не найдя его там, мне стало как-то не по себе. Может это новая форма ковида? Из трех человек – двое поехали головой. Мне повезло больше. Я-то их узнаю, значит у меня все в порядке.

Заметив мое замешательство, Сергей, потоптавшись на месте, решил уточнить цель моего визита и записана ли я на встречу. Отрицательно покачав головой – сообщила, что работаю тут. Постепенно наличие круглых глаз перебралось на лицо мужчины, но ненадолго. Просияв, Сергей спросил:

– А, так вы на собеседование?

Ему явно полегчало, найдя объяснение с наименьшими потерями. Опять отрицательно помотала головой, сообщила ему, что работаю тут восемь лет.

Пожевав губу начальник, пригласил войти и разобраться на месте. Я вошла с видом победителя, окинув Риту снисходительным взглядом.

– Присаживайтесь, пожалуйста. Как я могу к вам обращаться?

– Варвара … Василевич.

Абсурдность ситуации начала руководить балом. Может это проверка на стрессоустойчивость? Интересные методы в банке… а почему с меня начали… слушайте, а какой актерский талант в нашем коллективе! Да нам выступать надо!

Приободрившись новым предположением о сложившейся ситуации, я более или менее облегченно вздохнула. Ну что же, хотят – получат! Отличное самообладание, креативное решение проблем и вообще супер-работник года. Да, такие слова уже витали у меня в голове, адаптируя самовосхищение, как я всех их раскусила.

Сергей Анатольевич, сев напротив меня предложил чашечку кофе и получив отказ, продолжил допрос с пристрастием соответствующим раннему утру, то есть – без напора и зевая.

– Так, Варвара, что привело Вас к нам?

Cepгeй Анатольевич

Сергею было 42 года и он отчаянно пытался бороться с навязчивым контроллингом родителей. Будучи не женатым, он давал простор действий, направленных пристроить незадачливое чадо в крепкие и надежные руки проверенных претенденток, которых находила мама. Никакие уговоры о самостоятельности в данном деле на нее не действовали. Поэтому с тихой обреченностью он ходил на смотрины и благополучно отдежурив их возвращался к себе.

Было конечно странно – ведь и фигура и лицо были выше среднего. Должность руководителя отделения банка тоже добавляла солидности к образу. Респектабельный вид завораживал, но ненадолго. Как только проявлялся характер застенчивого добряка – харизму, как рукой снимало. Такт и благодушие сыграли злую шутку – все девушки, которые нравились ему, предпочитали брутальных мужланов, а те, которые обращали на Сергея внимание – уже не нравились мужчине. Парадокс.

Однако, месяц назад на корпоративной вечеринке судьба решила все сама. Ведя беседу с начальником безопасности, подошла высокая брюнетка лет двадцати пяти и предложила пройти к служебному телефону, ссылаясь на срочность звонка. Повысив мне давление и ритмично виляя бедрами перед носом, задавая темп ходьбы, девушка провела меня в холл, где не видно было никакого телефона. Знак вопроса отразился на моем лице.

Девушка, плавно развернувшись и приняв кокетливую позу, продемонстрировав через разрез платья оголенную ножку, проявила однозначность своих намерений – взять меня в плен. И я сдался. А как можно не сдаться такому очаровательному личику, подкрепленному умопомрачительным телом? Я, конечно, надеялся, что не выгляжу как осёл, которого окрутить ничего не стоит.

– Карина, – тихо представилась девушка, обволакивая меня своим томным взглядом.– Извините, может вы меня угостите шампанским?

– 

Но Вы же говорили о срочном звонке…, – крутя головой я все же пытался найти переговорный объект, которым меня сюда выманили.

– 

Просто я решила увести вас, где нам не помешают, – кокетливо улыбнувшись, сообщила похитительница.

Медленно, но верно до меня дошел смысл сказанного. Все-таки рабочие вопросы и алкоголь немного притупляли сознание. А почему бы и нет? Девушка обладала красотой с перчинкой, которую сразу объяснить нельзя. Мощная артиллерия из всех орудий в виде макияжа, прически, парфюма и открытого платья подавляла инстинкт самосохранения пробудив инстинкт размножения. Соблазнительная фигура была обтянута платьем из тончайшей ткани золотого цвета, которое подчеркивало все плюсы молодого тела. Может это судьба?

Карина оказалась весьма противоречивой личностью. Каждый день поражал неоднозначностью. То она покладистая девочка и любит меня. На другой день могла и вылить кучу негатива с претензиями и послать куда подальше. Но всегда итог был один – крутой секс. Последний, извинял ей все, давая даже преимущества разбавляя рутину жизни. Нервная система, конечно, была против, но кто ее слушает, когда к тебе прижимается молодое красивое тело, дающее такие потрясающие ощущения.

Девушка, была настолько самоуверенна, что сама себе разрешила жить со мной, однажды попросив заехать за ней и продемонстрировав свою поклажу указывая на однозначность своих намерений. Я, конечно, намек понял и даже как-то обрадовался, отмечая, что отношения у нас движутся и развиваются в нужном направлении. Одно расстроило, что инициатором был не я, хотя надо было давно предложить съехаться.

Боже, как спать хочется… Всю ночь боролся с желанием скинуть с кровати лишнее тело, занимающее площадь – Карину. Я ее, конечно, люблю, но мои отдельные части тела, в виде ног, были категорически против ситуации, которая ограничивала пространство на матрасе. Поэтому о спокойном сне можно забыть – я ворочался с боку на бок, пока сам себя не вымотал, уснув от безысходности. А под утро вместо будильника услышал вопль прямо в ухо от того, что придавил копну волос любимой и ей, видимо, это не понравилось. Хотя, это как-то противоречит сказанному ею. Накануне во время любовных прелюдий – она умоляла сделать ей больно – утверждая, что любит боль. Значит врала.

Поцеловав пухлую щечку спящей красавицы – покинул свою квартиру, направившись на работу. День обещал быть таким же, как всегда: планерка, дележка планов, отчеты и прочая чепуха, наполняющая смыслом рутину дня.

Задумавшись, что надо бы порадовать любимую букетом цветов за придавленные волосы на подушке, я не обратил внимание, что возле офиса притаилась девушка, сверлящая меня взглядом. Чуть не споткнувшись об нее, остановился и поинтересовался целью визита.

Дальше спутанное утреннее сознание отказывалось переваривать информацию, в которой не находило смысла. Девушка утверждала, что наша сотрудница ее не узнает и нужна срочная медицинская помощь. Убедившись, что с Марго, которая занималась восстановлением питательной среды офисной флоры, все в порядке – я уставился на интриганку, которая напугала меня своим восклицанием.

Ничем не примечательная внешность, возраст около тридцати. Аккуратно одета. Но! Какая-то слишком возбужденная. Дедуктивный метод анализа личности ничего не дал.

Задав ряд наводящих вопросов о назначенной встрече или о найме я получил отрицательные ответы. Предложил пройти в помещение и разобраться, что данной особе нужно – прошел следом продумывая какой букет выбрать для Карины. Не придумав ничего банальнее роз, обратил внимание на гостью. Напротив меня сидела девушка с пуленепробиваемым выражением лица. Хотя, подождите. Она встретила меня фразой, что ее не узнает Маргарита. Возможно, Марго продвигает на должность свою знакомую. Мысли путались из-за недосыпа, но отчаянно выстраивались в логическую цепочку, успокаивая нервную систему.

Чтобы не ударить в грязь лицом и не выглядеть начальником-раздолбаем, который даже не знает, что у него в отделении творится – незаметно захожу на сайт нашего банка в раздел вакансии. Однако сайт показывал пустую страницу без вакантных должностей. Странно…

Подняв взгляд на посетительницу еще раз, отметил, что она явно знает что-то больше меня.

Покопавшись в компьютере, начальник поднял на меня странно-вопросительный взгляд. Однако через несколько секунд зрительной дуэли вздохнул и с дежурной улыбкой предложил рассказать о себе. Оригинально. Я даже поаплодировала находчивости начальства. Это, как продать ручку, только бывшего употребления. Ладно.

– 

Хочу представиться еще раз. Варвара Васильева. Специалист со стажем более восьми лет. Стрессоустойчива, прилежна, ответственная…

Прилагательные сыпались из меня, как из рога изобилия, покрывая меня позолотой, а местами и бриллиантами. В это время начальник кивал, поддерживая сказанное мной, как неоспоримую истину.

Моя тирада длилась не долго, так как перебил ее наглый звонок телефона, предлагающий помолчать мне и дать сказать – ему. Сергей Анатольевич ответил на звонок, переговариваясь общими фразами смысл, которых не возможно было уловить. В голове же у меня выстраивался план презентации самой себя с лучших сторон. Данный процесс был прерван деликатным покашливанием моего собеседника.

– Ну, что же, Варвара. Я вас выслушал. Оставьте номер телефона, и мы с вами свяжемся сразу, как будет принято решение.

Отчеканив рабочей фразой, означавшей – вы свободны, мужчина отвернулся.

Я, наверное, была похожа на рыбу, которую выбросило на берег. Рот открывался, но без звука, а глаза медленно увеличивались в размере.

Какой бред! Суть событий разворачивалась на сто восемьдесят градусов – меня, что уволили? Но как-то странно. Без пояснений, без всяких формальностей, которые сопровождают данный процесс. Желание добиться справедливости или хотя бы какого-то вразумительного объяснения я добиться не смогла, так как руководство встало и ушло в неизвестном мне направлении, оставив одну на стуле. Обида нахлынула вмести со слезами, застрявшими где-то в горле.

Надо позвонить Марии, нашему кадровику. Может, там разживусь информацией о происходящем. Сознание отказывалось верить в этот абсурд. Достав мобильный телефон, начала разыскивать сохранённый номер сотрудника отдела кадров. Найдя его и нажав на кнопку вызова – из телефона равнодушный голос сообщил, что связь отсутствует.

Зачем же так? Мои глаза поднялись к верху и немой вопрос, адресованный к силам свыше, остался без ответа. Не добившись толка от мобильного, пришлось признать, что делать тут нечего. Странные, конечно, методы избавления от сотрудников…

Что я могла такого сделать, из-за чего меня можно уволить? Эта мысль штурмовала мозг, пытаясь адаптировать информацию в голове. Но ничего не приходило на ум. Все было, как обычно. Я обычный рядовой сотрудник, не конфликтный, на больничные не хожу, детей нет… А может – это и есть причина? Возможно, девиз банка стал: <<Долой рядовых и серых сотрудников! Дорогу молодым и прогрессивным!»? Персонал медленно, но верно наполнял офис и на меня, абсолютно никто не обращал никакого внимания. Отчаяние затопило мой разум. Опустив глаза я медленно поплелась на выход. Слезы от несправедливости нашли, наконец-то выход и медленно потекли.

Выйдя из офиса меня встретил только холодный осенний ветерок, который подув успокоил, как лучший друг, говоря: «Не вешай нос! Раз они тебя не ценят – зачем тебе эта работа?». Стало полегче. Медленно подышав и посчитав до десяти – я успокоилась. Действительно, что не происходит – все к лучшему! Да! Вот только на что жить теперь? Денег я толком не откладывала, а помощи ждать не откуда. Шесть лет назад, оставшись сиротой, после гибели родителей в аварии, я родственниками не разжилась, то есть замуж не вышла, считая, что все должно произойти само собой, как в фильме – он на коне и с букетом цветов, а я такая растерянно-счастливая принимаю его в свои объятия. Но годы шли, а мужчины на лошадях ко мне не спешили.

Правда, я тоже пыталась взять инициативу в свои руки и использовать Интернет для борьбы за место под солнцем с любимым человеком. Чахлые попытки в виде регистрации на сайте знакомства, с разбором кандидатов на мою руку и сердце дополнились стрессом, который появился вместе с фотографиями моих поклонников, а точнее частей их тела. Нет, конечно, были и такие, которые хотели не только посмотреть, но и потрогать в живую, но без дальнейшего продолжения такого как – брак и дети. В результате у меня отбило желание вообще приобщаться к касте флиртующих и пресытившись переписками с пошлыми намеками, решила отпустить ситуацию и оставить все как есть. Может это судьба такая, а кто я, чтобы спорить с ней? Но бывают дни, когда хочется прижаться плечом к родному человеку и знать, как ты для него дорог.

Медленно шагая домой, одновременно обдумывая стратегию поиска работы, наслаждалась моментом свободы, когда ты никуда не спешишь и никому ничего не должен. Незаметно рассвело и вот, наконец, солнышко порадовало появившись на чистом голубом небе, обещая всем счастья. Пользуясь моментом я шла приятно жмурясь от робких лучиков, одновременно впитывая драгоценный витамин Д. Наверное, надо купить что-то безумно вредно-вкусное и порадовать себя! Осталось немного денег на коммунальные платежи с аванса, которые можно вложить в гастрономическую скорую помощь. Да, так и сделаю. С веселой мыслью о чревоугодии, зашла в магазин рядом со своим домом и раскошелившись на заветную копченую курицу и два пирожных, пошла домой – заедать стресс. Жила я на третьем этаже девятиэтажки «бывшевоенного» дома и подходя к подъезду заметила беззаботно болтающих двух девушек, стоящих у открытой двери. Буркнув в виде приветствия: «Доброе утро», прошмыгнула мимо и начала скоростной подъем на свой этаж, предвкушая, как проведу этот своеобразный выходной.

Остановившись у двери, напевая про себя незатейливую детскую песенку про солнышко, я пыталась попасть ключом в замочную скважину, но даже с третьей попытки замок держал оборону, намекая что либо меня не ждали, либо ключ не тот. Раскрыв свою ладонь, на которой разместился ключ, по возрасту, чуть ли не мой ровесник, поняла, что ключ-то тот, а вот замок не тот. Может это у меня сознание от перенапряжения нарушилось? Не тот подъезд? Не тот этаж? Отойдя на пару шагов назад для лучшего обозрения – Нет… все то, а дверь не та. Номер тот – 104. Но моя дверь была коричневая, а эта черная… потерла пальцем – может грязь? Ведь уходишь-приходишь в темноте – вот и не заметила, что обивку двери испачкали. От неожиданности – я прямо подскочила на месте, когда услышала детский голос за дверью с вопросом: «Кто Там? Мамы дома нет».

– Деточка, а ты кто и как там оказалась? – робкая попытка завести диалог с каким-то ребенком в моей квартире не удалось, оставив вопрос без ответа.

Что все это значит? Захват квартиры? Я где-то слышала о таком, но времени прошло около часа с момента ухода на работу и моим возвращением. Так быстро поменять дверь, да еще явно бывшую в употреблении не возможно. Может так удобнее следы заметать? Голова начала болеть, видно выжимая все соки на решение сложившейся ситуации. Что делать? Что? Постучав в соседнюю дверь тети Оли – услышала только тишину, что тоже очень странно. Тетя Оля у нас была, как местный участковый – всегда дома и все обо всех знает.

Достав мобильный, решила вызвать милицию. Надо разбираться на месте! Я домой хочу! И, что? Этот аппарат гнул свою линию – нет связи. Значит надо бежать в милицию, пока не поздно. Через два квартала была дежурная часть – я точно знала, проходя мимо него каждый день.

Государственные органы, должны меня защитить – вера не оставляла меня. Там люди опытные, всякое видели – они знают, что делать. Но, где-то на подкорке мозга, тот самый утренний червячок радостно улыбался, обещая, что это только начало.

Варя

Поев и пригревшись у батареи на сидении зала ожидания, Варя не заметила, как провалилась в беспокойный сон. Сегодняшний стресс в комплекте с марафонским забегом дали о себе знать – приказав расслабиться и отдохнуть. Если бы ее глаза были открыты – она заметила бы двух парней, которые что-то обсуждали поглядывая на нее. Не сложно догадаться, что навряд ли они решали, как помочь бедной девушке. Тут обсуждались варианты от банального грабежа, до плотских утех. Судьба, явно решив, что достаточно для Варвары размеренной спокойной жизни – подвалить в самый сжатый промежуток времени все возможные пакости, закаляя ее натуру.

Проснувшись от тупой боли в шее, которая затекла так, что голова отказывалась повиноваться и смотрела туда, куда ей было удобно. Варя, не сразу поняла, где находится, временно позабыв все свои сегодняшние злоключения. На улице уже заметно потемнело. Расстроено вздохнув, помассировала онемевший участок тела. Железное сидение – это, конечно не родная постель, где можно уютно устроиться, обняв подушку и укрывшись пушистым одеялом. Правду говорят: «что имеем – не храним, потерявши – плачем». Ничего, я сделаю все, чтобы вернуть свою кровать, чайник и все причитающееся мне по праву!

Настроившись на героический лад, как назло, захотелось в туалет. Встав, оправив пальто и прихватив недоеденную курицу с ридикюлем, с гордым видом направилась на розыски местного клозета, не заметив, как за мной увязались двое парней, соблюдя небольшую дистанцию. Туалет вокзала, по замыслу прошлых архитекторов, находился за стоянкой рейсовых автобусов. Подойдя к двери с аббревиатурой WC, моему разочарованию не было предела, так как табличка «обед», однозначно говорила о недоступности вожделенного места. Как назло, почувствовав отсутствие допуска в нужное место организм начал торопить. Пританцовывая я вспомнила, что большой кустарник был как раз рядом. Это конечно безобразие, но что поделать, когда приперло? Сделав маневр по обходу здания с независимым видом добралась до цели, начав пробираться сквозь кусты для изоляции от посторонних взглядов. Увлекшись процессом – не заметила, как преследующий канвой, решил приступить к исполнению задуманного. Один из мрачных типов схватил за воротник и резко потянул на себя лишая меня равновесия. Шлепнувшись на пятую точку, я подняла взгляд на источник рукоприкладства, мешающих удовлетворению срочных нужд – два парня, один с синяком под глазом, а второй со сломанным носом. Нет уж! Если хотят по нужде, то в очередь – я первая нашла кусты!

Осложнения со зрением не помогали, раздваивая контур нападающих, дублируя их каким-то черным цветом, как будто обрамленные чадящим дымом. Принюхавшись – запаха гари не было. Наверное, у меня сотрясение, осложненное галлюцинациями.

– Слышь, ты! Снимай трусы! – прикрикнул на меня, тот что со сломанным носом.

– Зачем? – удивилась я, – я хочу сама и желательно без свидетелей закончить свои дела.

– 

Ишь разбежалась! Делай, что велят, пока при памяти! – подбоченился второй, осматривая мои ноги и начал расстегивать свои штаны.

Догадка чего хотят эти типы, меня ошарашила. Сердце начало танцевать Канн-Кан, требуя выпустить его наружу, а нога решившая отстоять честь хозяйки непроизвольно зарядила между ног ближайшего насильника. Парень подвывая согнулся, упав на колени начал баюкать атакованное место. Видно, что такой прыти от меня не ожидали и допустили промах. Второй нападающий решительно ударил меня кулаком по лицу, комментируя матерной лексикой.

Сознание начало уплывать, разглядывая хоровод появившихся звезд. Во рту появился соленый вкус крови, мысли затухали, погружая меня в спасительную тьму.

– 

Эй, дамочка.... Ты там, как? Жива?

Некто ритмично постукивал меня по голени. Сознание пыталось вернуться, пробираясь через темноту забытья. Что-то подсказывало – там, в бессознательном состоянии было лучше, чем прибывать в ясном уме и сражаться с жестокой реальностью. Зрение отказывалось помогать, являя нечто размытое передо мной, которое по хамски приводило меня в чувства. Неужели для изнасилования обязательно присутствие меня в сознании? А может я уже не жива… хотя, нет. Как больно… сжав зубы от болевого спазма, постаралась приподняться облокотившись на руки. Начав заваливаться назад, решила другим способом – на бок, а потом на четвереньки и встану.

– 

Что ты там ползаешь? Пьяная, что ли? – брезгливость в интонации зашкаливала.

– Нет – не пьяная. Помочь не желаете? – прохрипела я. Впервые столкнувшись с таким уровнем хамства в свою сторону, злость начала накатывать также бодро, как и тошнота.

Наконец, удалось сесть и осмотреться. Два насильника тихо постанывая валялись на земле, а передо мной стоял, вероятно, тот который их разбросал. Не хотелось в это верить, но это был мой спаситель. На рыцаря он был мало похож, скорее на бандита из лихих девяностых. Образ состоял из черной кожаной куртки, потертых джинс и, естественно, кроссовки Adidas. Как без них? Уже привычно, отцвечивался контур фигуры – приглушенно синий цвет обрамлял мужчину, интуитивно подсказывая некую безопасность, хотя как-то наивно уповать на свою зрительную аномалию, давая характеристику незнакомым людям. Поймав на себе безразличный взгляд, решила отблагодарить пусть и грубого, но спасителя:

– Спасибо, что помогли, – сказала, одновременно проверяя на себе наличие колготок и белья. Вроде все цело, а значит, пока я была в забытье меня изнасиловать не успели. Фух… как гора с плеч. Скинув тонну груза с сердца, которое сегодня приняло на себя и так уж очень много.

– На здоровье, – таким же ровным голосом ответил парень, – Ладно, валила бы отсюда, а то глядишь оклемаются и завершат начатое, – дельный совет прозвучал достаточно разумно.

Учтя сказанное, начала подниматься чуть не заплакав, так болел бок. Поискав глазами сумку, нашла ее затаившуюся в траве. Быстро похромав сквозь заросли куста – вырвалась наружу, наблюдая как дородная дама в спецовке направляется к туалету держа в руке здоровенный ключ. Это, видимо, была управляющая местным клозетом. Решив, что теперь туда надо попасть обязательно, хотя бы для того чтобы привести себя в надлежащий вид, а то глядишь еще местные бомжи примут за конкурента.

Потребовав от меня мзду за вход, вахтерша пропустила меня внутрь сопроводив недовольным: «Мда…»

Увидев себя в зеркале – чуть не разрыдалась. Выглядела, как боец смешенных единоборств только уже после спарринга. Лицо украшала ссадина, разместившись под глазом, а разбитая губа дополнила композицию живописно опухнув и налившись синевой. Кровавая дорожка стекала из уголка рта, угрожая продолжить свой путь украшая красным цветом верхнюю одежду. Прическа соответствовала образу на сто процентов, местами встав дыбом, декорированная пожухлыми листьями и землей. Завершался мой образ оторванным рукавом пальто, который держался на последних двух нитках, угрожая покинуть данный предмет одежды преобразуясь в самостоятельный аксессуар.

Умывшись и причесавшись, намочила носовой платок в холодной воде, для компресса пострадавшей губе. Может отек и не сойдет, но стало намного легче. Процитировав про себя короткое, но такое емкое «мда», решила, что надо добираться до загадочного проводника, как можно скорее, так как враждебность ко мне этого мира зашкаливала.

– 

Скажите, а у вас, случайно, нет нитки с иголкой? – заискивающе обратилась к властелинше ключей и естественно получив раздражительное «нет», обреченно села на бордюр, зависнув на несколько минут уставившись в одну точку – кустарник у входа в платный туалет наперекор осени отказывался менять цвет листвы, демонстрируя сочный зеленый цвет побегов, намекая что примкнул к хвойным, которые и зимой и летом – одним цветом. Отгадка крылась в теплотрассе пролегающей через посадку кустов и заботливо обогревающих насаждения.

Тихо подобрался вечер, обозначив свои права сумерками и промозглым ветром. Начал сгущаться туман и моросить небольшой дождик. В такую погоду хорошо сидеть дома в тепле с кружкой чего-нибудь горячего или горячительного. Всхлипнув от безнадеги, решила прекратить хандрить, так как предстояла бессонная ночь. Заснуть после такого происшествия у меня навряд ли получится, а тем более не хотелось искушать судьбу. Может кто-нибудь захочет покуситься на мой небольшой, но единственный оставшийся у меня скарб – ридикюль и… О боже! Провиант был утерян в суматохе моего неудавшегося изнасилования. Можно, конечно, вернуться на место преступления и поискать, но хорошо подумав, решила, что не стоит так рисковать. Тем более от голода я не умираю, а есть на ночь – вредно. Поднявшись с холодного бордюра, медленно направилась на постоялый двор зала ожидания, мысленно поблагодарив наше социальноориентированное государство за такую скромную, но актуальную помощь для таких как я – без крыши над головой. Прижав одной рукой оторванный рукав пальто, шла, стараясь не сильно светить своим преображенным видом. Бедная моя губа начала поддергиваться стремясь обозначить, что ей одной так досталось и требуя внимания и холодного компресса, который уже нагрелся и временное облегчение от мокрого платка прошло, милостиво уступая дорогу тянущей боли. Хочешь – не хочешь, а начинаешь себя чувствовать героем романа, которого проверяют на прочность жизненные передряги, а он встречает их неумолимым оптимизмом посмеиваясь над наивностью судьбы. Первая часть со мной совпадала, а вот – вторая. Сломить, конечно, пока не получилось, но истерика так просилась проявиться во всей своей красе – затяжным ревом, слезами и криками о такой дикой несправедливости. Живешь – никого не трогаешь, а тебе – на получите, распишитесь.

Будучи образованным человеком, мне слабо верилось в наличие этого самого проводника. Да и вообще все настолько странно и нелогично, что кажется как не странно правдой. Какая-то вывернутая женская логика, над которой потешаются абсолютно все юмористы. Ну и пусть! Уж лучше что-то делать, чем ничего.

Подбодрив себя, что делаю все правильно, нацелилась на уютное местечко около батареи, которая обещала согреть. Зал был почти пуст. Пятеро бездомных были единственными, кто заполнял это помещение. Мое присутствие, к моей радости, никто не обозначил, приняв за опоздавшего пассажира. Мысленно поблагодарив все святых, которые мне помогают – пусть с небольшой задержкой, но я все еще жива, а это важно.

Автобус мой был утром и дождаться его я намеривалась, обдумывая, как и что делать дальше. Но не тут то было, бодрое настрое сменилось тихой дремой – тепло исходившее от радиатора, неумолимо усыпляло и расслабляло. Только прикрыв глаза, почувствовала, что меня что-то или кто-то тревожит. Приоткрыв глаза увидела, как одна из местных бомж-дам пытается умыкнуть мою драгоценность, тихонечко тянув на себя мою сумку. Проснувшись от такого циничного посягательства на мое имущество в нос ударил запах нечистот, который почему-то во сне мне был не заметен. Схватив по крепче собственность, прикрикнула:

– Эй, что это вы себе позволяете? – возмущение зашкаливало, добавляя моему боевому лицу уверенности. Вопреки всему, дамочка не струхнула, а только больше налегла на свою цель, ехидно оскалившись беззубым ртом.

На нас персонал вокзала не обращал абсолютно никакого внимания, решив, что потасовки местных бомжей их мало волнуют, а может это происходит у них постоянно и смысл влезать в грязные драки отсутствовал. Поняв, что помощи ждать не откуда и это все-таки женская особь, я решила отстоять самостоятельно свою поклажу, уверенно дернув сумку на себя, прижав ее к груди, как младенца, намекая, что расстанусь с ней только через мой труп.

–Чего кипишуешь, коза? – фраза, присвоившая мне новый статус домашнего скота, меня не порадовала, так как обозначала, что для данной касты я где-то снизу и считаться со мной не хотят и не боятся, раз так в открытую нарываются на конфликт.

–Гони сумку, по хорошему, а то глядишь и без зубов останешься! – подкрепляя свои слова визуально продемонстрированным разбитым кулаком, бездомная начала медленное приближение. Гнилостный запах от данной особы вызывал тошноту такой силы, что не выдержав ужасного смрада – окатила нападающую эффектной струёй рвоты. Произвед