Ложка яда для носорога

Размер шрифта: 13

* * *

Глава 1

Пронзительный визг ворвался в мой сон, и я, резко распахнув глаза, уставилась в белый потолок. Пожалуй, каждый человек на планете знает, каково это, просыпаться в шесть утра под вой будильника, когда накануне лег далеко за полночь. Но вот сколько людей просыпается от душераздирающего визга потенциальной свекрови? Надеюсь, что такое счастье выпало немногим. Нет ничего хуже, чем жить под одной крышей с матерью мужчины, который за тобой ухаживает.

С Максом мы познакомились при весьма странных обстоятельствах. Моя сестра Ксюша получила на работе приглашение на юбилей телеканала, где она работает, и мы вместе с нашими детьми Юлькой и Тимофеем поехали на праздник. В огромном доме собралось очень много гостей, и, несмотря на большую площадь помещения, мне довольно быстро стало душно. Решив прогуляться по поселку, где располагался особняк, я вышла к озеру. Там отдыхала группа людей, и только мне могло повезти настолько, чтобы наткнуться на одного из мужчин, который невесть что забыл в кустах. На нем не было ничего, кроме трусов, на которых спереди пестрели большие пушистые усы кислотного ярко-зеленого цвета. Любая адекватная женщина убежала бы, оглашая поселок испуганным криком, но только не я. Чувство самосохранения, как всегда, послало свою хозяйку в пешее путешествие по весьма экзотическим местам, и мне не оставалось ничего другого, как начать разговор с неизвестным мужчиной. Как вы уже могли догадаться, этим мужчиной оказался Максим, и мы часто со смехом вспоминаем наше необычное знакомство.

Недавно квартиру Макса затопили соседи сверху, и он, зашивающийся на работе, не придумал ничего другого, как притащить все свое семейство ко мне. Помимо его матери Феодулии Марковны, мне на голову свалилась и бабушка Перпетуя Арнольдовна, женщина, отличающаяся неуемной энергией, экстравагантным вкусом в одежде и своем внешнем виде. Ей ничего не стоит натянуть на себя кожаную мини-юбку и выкрасить волосы в ярко-розовый цвет. Но, несмотря на все странности, она обладает легким, жизнерадостным характером, в отличие от своей дочери. Феодулия Марковна ненавидит всех женщин, которые так или иначе интересуют ее сына, потому не удивительно, что и меня она возненавидела с первой нашей встречи. Я бы ни за какие коврижки не согласилась жить с ней в одном доме, но так уж сложились обстоятельства. Я не могла отказать Максу и поселила его вместе с родственницами у себя дома. Наверное, благодаря такому отношению его мамы ко мне, я слабо реагирую на все ухаживания Максима. Наши отношения развиваются со скоростью больной черепахи, у которой отказали конечности, однако Макс не теряет надежды добиться от меня взаимности. Пожалуй, только за это стоит сказать ему спасибо. Если бы он решил надавить на меня, то я быстро пошла бы на попятную. Но, несмотря на все, мне бы не хотелось лишаться такого замечательного друга. Я думаю, что наша дружба рано или поздно перерастет во что-то большее, но спешить не хочу. Мне уже доводилось сталкиваться с предательством, после которого у меня появился сын, я люблю его всем сердцем, поэтому меня можно понять.

Вздохнув, я нехотя посмотрела на будильник, стоящий на прикроватной тумбочке, и с трудом подавила весь словарный запас нецензурной речи, готовый вырваться из моего рта.

– Вот за какие грехи мне это? – прошипела я себе под нос, опуская ноги с кровати в поисках любимых тапочек. – Полшестого утра, всего лишь полшестого утра. Какого лешего им не спится?

Я наконец нашла тапки и, накинув на плечи шелковый халат, поплелась в сторону назревающего скандала.

Феодулия Марковна выясняла отношения с сыном в моем домашнем кабинете, который временно стал спальней Макса. Если точнее, кабинет принадлежит не только мне, но и моей сестре Ксюше, с которой мы живем вместе. Она, как и я, в годы студенческой молодости обзавелась потомством, родив практически одновременно со мной дочь Юльку, девочку невероятно активную и упрямую, в отличие от моего Тимофея. С мужчиной отношения у нее не заладились так же, как и у меня, поэтому нет ничего удивительного, что мы решили жить и воспитывать детей вместе.

– Почему ты все решил, не посоветовавшись со мной? – услышала я крик Феодулии Марковны, стоило мне открыть двери кабинета.

Она так самозабвенно наслаждалась скандалом, который закатила сыну, что даже не заметила меня. Макс стоял ко мне вполоборота и тоже не обратил внимания, как открылась дверь.

– Мама, я хотел сделать тебе сюрприз, – устало произнес он и потер лицо руками. – Ты жалуешься, что тебе сложно жить в доме, где постоянно носятся двое детей.

– И поэтому ты решил избавиться от меня? – рявкнула женщина.

– Да не избавляюсь я от тебя, – всплеснул руками Макс и закатил глаза. – Я просто хотел, чтобы ты отдохнула. Думал, обрадуешься.

– А может, ты хотел, чтобы твоя ненаглядная Александра отдохнула от моего общества? Я ведь вижу, с каким недовольным лицом она постоянно на меня смотрит, – взвилась Феодулия Марковна.

«Здрасте, приплыли, – мысленно возмутилась я. – Мало того, что мне приходится терпеть ее постоянные нападки в свой адрес, так я теперь еще и виновата в этом».

– Доброе утро, – сухо поздоровалась я, привлекая внимание. Не хотелось, чтобы Максим или его мать решили, что я подслушиваю.

– Кто бы сомневался! – сощурила глаза женщина и уперла руки в бока.

– Мы тебя разбудили? – обеспокоенно спросил Макс.

– Я удивляюсь, как вы весь дом не разбудили, – хмыкнула я.

– Прости, мы не специально, – расстроился он.

– Да, не специально, – рявкнула Феодулия Марковна. – Просто мой сын ради твоего спокойствия решил отправить меня куда подальше.

– А при чем тут я? – невозмутимо поинтересовалась я.

– Видимо, Максим считает, что я мешаю тебе своим присутствием, – скривилась женщина.

– Мама, не выдумывай, – попытался остудить ее пыл Макс.

– А что мне еще думать? – взорвалась она. – Я нахожу у себя в комнате конверт с путевкой в санаторий и должна решить, что ты делаешь это ради меня? Отправляешь мать в какую-то грязную больницу. Зачем?

– Это санаторий на берегу моря, – схватился за голову Максим.

– Что они со мной там будут делать? Лечить? От чего? Превратят в сумасшедшую? – не слыша его, продолжала верещать Феодулия Марковна.

Я чуть было не брякнула: с этим вы и сами прекрасно справляетесь.

– Мама, не придумывай того, чего нет, – устало возразил Макс. – В который раз повторяю: это санаторий, а не лечебница для душевнобольных. Никто не будет там тебя лечить. Ты будешь отдыхать, наслаждаться морем, пляжем и фруктами.

– Тогда почему ты взял путевку в санаторий, а не забронировал мне отель? – взвизгнула Феодулия Марковна.

– Потому что я знаю, ты быстро устаешь от жары, – не выдержав, рявкнул в ответ Максим. – А в санатории есть свой закрытый бассейн, массажисты, тренажерный зал и много чего еще.

– А моим мнением ты поинтересоваться не подумал? – покраснела она от злости. – Ты у меня спросил?

– Что?

– Хочу ли я куда-то ехать? Может, у меня есть свои дела, которые я не могу оставить? – заявила Феодулия Марковна.

– Мама, ты ведь не работаешь, о каких делах речь? Да любая другая женщина на твоем месте обрадовалась бы, что сын заботится о ее здоровье! – возразил Максим.

– Заботится? – расхохоталась женщина. – Ты просто хочешь от меня избавиться, – заявила она, выскакивая из помещения, оглушительно хлопнув напоследок дверью.

– Ты как? – сочувственно поинтересовалась я у Макса.

Он вяло отмахнулся.

– Это ведь мама. Она такая, какая есть, – тяжело вздохнул он.

– Она специально проснулась пораньше, чтобы устроить тебе выволочку? – хмыкнула я.

– Наоборот, – усмехнулся он в ответ, – не спала, чтобы дождаться, когда я вернусь с работы, и застать «тепленьким».

– Ты только приехал? – ахнула я.

– Да, – кивнул Макс.

– А что ты делал на работе всю ночь? – опешила я.

– Ревнуешь? – прищурился он.

– Чего? – обалдела я от такого предположения.

Максим закатил глаза.

– Ничего, – улыбнулся он и сразу же поник. – Проблемы на СТО.

У Макса и его лучшего друга детства Ивана совместный бизнес. Они владеют небольшой, но весьма востребованной станцией технического обслуживания и несколькими магазинами автозапчастей. Большими бизнесменами, ворочающими миллионами, их назвать нельзя, но работа приносит стабильный доход, который позволяет мужчинам без проблем содержать свои семьи. Ни Феодулия Марковна, ни Перпетуя Арнольдовна не работают, все их капризы, в разумных пределах, оплачивает Максим.

– Какие проблемы? – обеспокоенно спросила я.

– Сашка, я не спал больше суток. Давай вечером обсудим, – сложил он руки в молитвенном жесте.

– Вечером так вечером, – легко согласилась я, уже имея план по добыче информации.

Максим подозрительно прищурился, удивляясь моей покорности, но развивать тему не стал, видимо, действительно очень устал на работе.

Глава 2

Отправив Макса спать, я поднялась в свою комнату и нашла в телефонной книжке мобильника номер Стаса. Познакомилась я с этим замечательным парнишкой случайно, когда мне требовалось найти одного человека. Станислав оказался невероятно добрым и отзывчивым парнем. Он мечтал найти работу, связанную с ремонтом автомобилей, и я решила ему помочь, договорившись с Максом о стажировке. Ему Стас тоже понравился и как человек, и как ответственный работник. Поэтому спустя две недели Максим предложил ему должность автослесаря на своей СТО, на что Станислав с радостью согласился.

– Стасик, привет, – заорала я в трубку.

– Что случилось? – испугался парнишка, явно пытаясь проснуться.

– Ничего, – удивилась я.

– Когда человек в семь утра так громко орет, то это явно не предвещает ничего хорошего, – хмыкнул он.

– Ой, – стушевалась я, взглянув на часы. – Прости, я тебя разбудила?

– Ненамного раньше будильника, – засмеялся Стас. – И, пожалуй, твой голос будет приятнее его трели.

– Рада это слышать, – воскликнула я.

– Ой, только не кричи, – охнул Станислав.

– Прости, – почувствовала я раскаяние. Мало того, что разбудила Стаса, так еще и ору как оглашенная. Вероятно, от Феодулии Марковны заразилась.

– Все нормально, – хмыкнул он. – Рассказывай, зачем звонишь в такую рань.

– Стасик, – посерьезнела я, – у вас на станции какие-то проблемы?

– С чего ты взяла? – удивился он.

– Если бы все было в порядке, то Макс ночевал бы дома.

– Точно, я и забыл, что он у тебя сейчас живет, – вздохнул парень. – Саш, не обижайся, но если Максим Витальевич узнает, что я тебе все рассказал, то он меня уволит.

– Не уволит, – заверила я его. – А мне нужно знать, что у вас там происходит.

– Я думаю, ты и сама понимаешь, что рядовых сотрудников никто не посвящает в проблемы начальства, – вздохнул Стас.

– Но слухи-то в коллективе всегда ходят, если что-то не так, – возразила я.

– Вот именно, слухи, – хмыкнул парень.

– Рассказывай уже, – не выдержала я.

– Ладно. Ты ведь знаешь, что наша СТО находится на выезде из города? – уточнил он.

– Конечно, – не поняла я такого предисловия.

– Так вот, – продолжил Стас. – Примерно полгода назад один не сильно крупный бизнесмен решил построить свою станцию технического обслуживания. Но сделал это посреди трассы, между нашей СТО и деревней Барбатухи. Виктор Петрович Никулин, так зовут хозяина той станции, рассудил, что мы не составим ему конкуренцию.

– Почему? – удивилась я. – Настолько они далеко от вас?

– В том-то и дело, что нет. Между нашими станциями где-то километров тридцать будет, и еще столько же от них до Барбатух. В деревне есть крупное фермерское хозяйство и огромное поле для выращивания сельскохозяйственной продукции. Одних только тракторов у них штук под семьдесят, и они всегда обслуживаются у нас. Техника неновая, ломается часто, под них у нас свой бокс имеется, чтобы владельцы иномарок не решили, что наша станция специализируется только на спецтехнике. Максим Витальевич и Иван Георгиевич – умные люди, и правильно сделали, что организовали для них отдельное помещение.

– Поняла, – кивнула я. – Фермеры переметнулись на другую станцию, и у вас стало меньше работы.

– Нет, – хмыкнул Стас. – Нас они уже знают и доверяют. То, что мы находимся дальше, чем наши конкуренты, их не останавливает. Всегда столько ездили и продолжают. Виктор Петрович ошибся в своих предположениях.

– И в чем тогда проблема? – никак не могла уловить я суть.

– На станции начались какие-то непонятки, – вздохнул Станислав.

– Например?

– Несколько дней назад починили один из тракторов. Позвонили хозяину, мол, все готово, забирай. Он приезжает, а техника не заводится. Можно было бы списать на халатность того, кто ремонтировал агрегат, но Владик работает у Максима Витальевича не первый год, и никогда за ним не было замечено таких косяков, – уверенно сказал Стас.

– Может, случайность? Мало ли? – предположила я.

– Может. Как говорится, и на старуху бывает проруха. Вот только Влад клянется, что он все накануне проверил. И это уже второй такой случай, – горько вздохнул Станислав.

– У одного и того же сотрудника? – уточнила я.

– Нет. Первый раз такая проблема была у меня. Я тогда честно сказал, что, возможно, допустил ошибку. Все-таки опыта у меня еще мало, но в душе был уверен, что не мог так оплошать, – огорченно пробормотал парень.

– Макс ругался? – забеспокоилась я о судьбе своего протеже.

– Нет. Попросил в следующий раз быть внимательнее. А вот во второй раз уже забеспокоился, – поделился переживаниями Стас. – Они с Иваном Григорьевичем начали нас трясти: что видели, что странного заметили?

– А вы? – уточнила я, понимая, что ничего хорошего уже не услышу.

– Начали вспоминать, что еще странного было за последние недели, – вздохнул парень. – И началось…

– Что? – нервно воскликнула я.

– Оказывается, у нас пропал один дорогой инструмент, название тебе ни о чем не скажет, – выдал Станислав. – Потом обнаружилось, что в некоторых автомобилях «исчезало» топливо. Припомнили и другие случаи: закончилась нужная краска, которую только закупили. Резко начали неожиданно заканчиваться всякие расходники: грунтовка, шкурка для зачистки и прочая мелочевка.

– Почему же вы молчали? – возмутилась я.

– Конкретно я об этом не знал, а другие думали друг на друга, но никто не спешил сдавать товарищей начальству. Коллектив у нас сплоченный, дружный, и никто не хотел подставлять другого, – признался парень.

– И к какому выводу пришли Макс с Иваном? – угрюмо поинтересовалась я.

– Что в коллективе появился засланный казачок от конкурентов, – тихо сказал Стас.

– А кто у вас сейчас из новеньких работает? – спросила я.

– Только я, – услышала приглушенный голос приятеля. – Все остальные не меньше года работают у Максима Витальевича и Ивана Георгиевича.

– Только не говори, что они тебя подозревают, – воскликнула я.

– Вслух этого никто не говорит, но я чувствую, что отношение ко мне поменялось. Часто ловлю подозрительные взгляды коллег и их пристальное внимание к моей персоне, – с болью в голосе произнес Стас.

– Я поговорю с Максом, – выпалила я.

– Нет! – заартачился парень. – Максим Витальевич решит, что я чем-то недоволен, раз тебе жалуюсь. Я не хочу терять эту работу.

– Стас…

– Сашка, пожалуйста, – взмолился он, – не говори ему ничего.

– Ладно, – нахмурилась я. – Только пообещай, если вдруг случится такое, что он решит тебя уволить, ты мне сразу же сообщишь.

– Хорошо.

Разговор со Стасом поселил в моей душе тревогу. Что-то неладное происходит у Макса на станции. Я уверена на сто процентов, что ко всем происшествиям Станислав не имеет никакого отношения, но вот что думает Максим на этот счет? Впрочем, он обещал мне все рассказать, когда отдохнет. Стрелки часов показывали начало восьмого утра. Пожалуй, мне стоит еще немного поспать. Завтра утром рано вставать на работу, а я изначально планировала выспаться сегодня от души, чтобы встретить рабочую неделю во всеоружии. Детей готовилась развлекать Перпетуя Арнольдовна, и я могу спокойно отдыхать. К тому же за окном идет дождь, и стук капель как никогда располагает к хорошему сну. Вот удивительно: все лето стояла неимоверная жара, а за две недели до начала осени начались проливные дожди. За последние дни ни разу в обрамлении туч не показались лучи солнышка. Работать в такую унылую погоду совершенно не хочется, но что поделаешь. Мне еще повезло, в отличие от Ксюши, которая чуть ли не ночует на телевидении, работая там режиссером. Я по профессии переводчик, и в небольшой московской конторе никто не держит нас под конвоем. В понедельник на планерке мы получаем задания и сдаем их там же в пятницу. Все остальное время мы можем работать дома. Наверное, поэтому наш устоявшийся коллектив, несмотря на небольшую зарплату, не меняется. Каждый из нас может взять себе несколько учеников и подрабатывать репетитором. Нам с Ксюшей общих финансов хватает, поэтому я работаю дома, веду хозяйство и присматриваю за нашими десятилетними детьми. Правда, в последнее время я часто влипаю в какие-то непонятные истории, но это нисколько не мешает ни мне, ни детям. И, судя по всему, придется влипнуть в очередную, чтобы помочь Максу найти того, кто решил подгадить его бизнесу. К тому же я совершенно не хочу, чтобы все «палки» достались Станиславу, который недавно получил работу, о которой мечтал чуть ли не с пеленок. Я уверена, что Максим не уволит его не разобравшись, но и не оставит все просто так.

Глава 3

Макс проснулся только к ужину. Чтобы поднять ему настроение, я запекла курочку в духовке по самому простому и действенному рецепту. Берете килограмм соли, высыпаете в форму, укладываете сверху куренка и отправляете в разогретую до двухсот двадцати градусов духовку до золотистой корочки. Время зависит от размера тушки. Макс обожает такую птицу: она получается сочная, с хрустящей корочкой и просто тает во рту. К курице я подала овощной салат, и Максим остался доволен.

– А теперь рассказывай, – строго потребовала я.

– Что? – помрачнел он.

– Какие у тебя проблемы на работе? – прищурилась я.

Приятель вздохнул и завел рассказ. Впрочем, ничего нового я не услышала. Все то же самое мне утром поведал Стас.

– И на кого ты думаешь? – осторожно поинтересовалась я, чтобы не выдать свою заинтересованность.

– Даже не знаю, – устало потер он лицо. – Со всеми ребятами мы работаем уже не один год. Из новеньких только один.

– Стас? – огорченно уточнила я.

– Да. Беспокоишься о нем? – хмыкнул Максим.

И как только понял? Я помрачнела.

– Да. Уверена, что он здесь ни при чем, – выдала я.

– Никогда нельзя быть абсолютно уверенным в человеке, – возразил Макс.

– И что ты будешь делать?

– Наблюдать. Рано или поздно виновный проколется, – поднимаясь и задвигая за собой стул, вздохнул он.

– Ты куда? – нахмурилась я, следя за его действиями.

– На работу надо, – вздохнул Максим.

– Можно я с тобой? – подпрыгнула я.

– Зачем? – свел он брови к переносице.

И вот что тут ответить? Сама не знаю зачем, но надо.

– Саша, – строго начал Макс, – я тебя прошу, нет, умоляю, не лезь в это дело. Со своими проблемами я разберусь сам, а ты прекращай изображать гениального сыщика. Мне уже надоело страдать над твоей бесчувственной тушкой. Лучше готовь борщи, пеки пироги и занимайся детьми.

Мне, конечно, стоило обидеться на такой выпад. Но я прекрасно знала, что Макс говорит это не со зла, а лишь для того, чтобы я опять не влезла куда-нибудь. Поэтому, прищурившись, ответила с достоинством:

– Дети с Перпетуей Арнольдовной, и, поверь мне на слово, они ее не променяют на мою сомнительную компанию. Благодаря неуемной энергии твоей бабули с ней им намного веселее и интереснее. Например, сейчас они пытаются найти тайный лаз, которого здесь быть не может. Я же могу предложить им сыграть в настольную игру. Как думаешь, что они выберут? Борщ приготовлю на днях, мы еще не доели куриный суп с фрикадельками, а пирог на столе. Могу чай заварить, если хочешь.

– Саша, – попытался прервать мой спич Максим.

– Я так понимаю, ты совершенно по мне не соскучился? А я лишь хотела провести время вместе. В отличие от тебя, мне неважно, где это будет: дома, в кафе или придется ехать к тебе на работу, – обиженно заявила я, принципиально не глядя на приятеля.

И, кажется, план сработал. Макс внимательно посмотрел на меня, силясь понять, что я задумала. Но я состроила настолько обиженную гримасу, что он стушевался и принялся лебезить:

– Сашка, не обижайся, – приобнял меня Максим. – Конечно, я соскучился, но мне и в голову бы не пришло тянуть тебя на работу. Мне предстоит сделать ряд важных звонков, подписать документы, а что в это время будешь делать ты? Сидеть со скучающим видом в кресле, а потом говорить, что я совершенно не обращаю на тебя внимание?

– Даже не подумаю, – фыркнула я. – Поверь, найду чем себя занять.

– Если ты так хочешь, – сдался он.

– Да. Подожди пять минут, переоденусь, – крикнула я, вылетая из кухни.

Я действительно управилась за отведенное время. Облачилась в темные джинсы и светлую толстовку, причесала волосы. Наносить макияж не стала: не люблю краситься в повседневной жизни. Мой максимум – это подвести карандашом брови, махнуть кисточкой с тушью по ресницам и обмазать лицо тональным кремом.

Макс ждал меня в машине и очень удивился, когда я появилась.

– Ты сама мисс пунктуальность, – покачал он головой.

На станции было очень шумно. У ребят вовсю кипела работа. При виде Макса они прервались и дружно с нами поздоровались. Я неуловимо почувствовала, что они его не боятся, но уважают. Для меня это показатель, какой Максим руководитель. Если начальство с уважением относится к подчиненным, то и они платят ему той же монетой. Если начальство только и делает, что целыми днями орет, то никакой сотрудник не станет его уважать. Бояться, раздражаться, но не уважать. Я знала, что Макс – хороший человек, а искренне хороший человек хороший со всеми.

– Здравствуйте, Максим Витальевич, – хором прогудели мужчины. Почему-то я мысленно отметила, что коллектив у Макса состоит в основном из людей лет тридцати пяти – сорока, только Стас выделяется на их фоне своим по-детски непосредственным лицом. Раньше я не придавала этому значения. Со мной они тоже поздоровались, нисколько не удивившись моему присутствию. Несколько раз я уже появлялась здесь вместе с Максом, когда мы проводили время вместе, а ему нужно было заехать на работу по неотложному делу.

– Иван Георгиевич на месте? – спросил Максим.

– Приехал буквально перед вами, – отрапортовал один из рабочих.

– Хорошо, – кивнул Макс и повернулся ко мне. – Саш, мне надо пообщаться с Ваней. Это не займет много времени.

– Я найду чем заняться, – быстро перебила я, пока он не предложил пойти вместе с ним.

– Ладно, – нахмурился Максим и ушел в сторону своего кабинета.

– Привет, – подошла я к Стасу.

Парень приветливо улыбнулся. Он действительно был рад меня видеть.

– Вроде уже здоровались, – припомнил он ранний телефонный звонок.

– Как ты? – обеспокоенно поинтересовалась я и скосила глаза на его коллег.

– Нормально, – грустно вздохнул парень.

– Сегодня здесь спокойно? – задала я мучивший меня вопрос.

– Да, – и тоже покосился на коллег.

Мужчины поглядывали на нас с каким-то, как мне показалось, неодобрением. Может, их напрягает, что я отвлекаю Станислава от работы.

– Ладно, не буду тебе мешать, – шепнула я, решив в ожидании Макса прогуляться по цеху.

Стас расстроенно кивнул и приступил к работе, а я принялась не спеша прогуливаться по помещению. Всюду бурлила работа. Одни мужчины что-то приваривали сварочным аппаратом, другие стучали, зачищали и собирались красить иномарку. Не думала, что у Макса с его приятелем сейчас такой большой объем заказов. Сам цех тоже потрясал: огромное помещение, где располагалось три больших бокса, один из них, как и говорил Станислав, отвели под сельхозтехнику. Сейчас там находился один грузовик и два трактора, вокруг которых сновали два работника. Меня они не заметили, и я невольно услышала часть их разговора.

– Коль, этот готов, – крикнул один из мужчин своему коллеге, протирая замшевой тряпочкой зеркало бокового вида у трактора.

– Я тоже уже заканчиваю, – донеслось в ответ.

– Леня с грузовиком разобрался?

– Серый, че ты у меня спрашиваешь? Мне своей работы хватает, – возмутился Коля.

– Ладно, – потер руки мужчина, которого, как я поняла, зовут Сергей, – сейчас проверим.

Он полез внутрь грузовика и попытался его завести. Мотор несколько раз фыркнул и замолчал.

– Твою же… – раздался возмущенный возглас Сергея.

– Что там у тебя? – подошел Николай, вытирая руки об замасленную тряпку.

– Топлива нет, – возмутился Сергей.

– Как? Опять? – озверел Коля. – Сколько можно?

– Надо доложить начальству, – нахмурился его коллега. – Как думаешь, чьих рук это дело?

– Тут думать нечего. Пока новенького не взяли, у нас все было в порядке, – фыркнул Николай.

– Ты его видел? Он же муху не обидит, – скептически скривился Сергей.

– В тихом омуте пираньи возятся, – возразил Коля. – А вообще мне до одного места, чьих рук это дело. Пускай Максим Витальевич и Иван Георгиевич разбираются, кто в коллективе крыса.

– А если это не Стас, а кто-то из своих? – нахмурился Сергей.

– Тем более, – всплеснул руками Николай. – Терпеть не могу предателей.

– Согласен, – вздохнул мужчина. – Пойду к начальству.

Сергей вышел из бокса и направился к коридору, где был обустроен кабинет Макса. Я тихонько, чтобы меня не заметил Коля, вышла из помещения. Вряд ли Максим обрадуется, если узнает, что я подслушала разговор рабочих. В мастерской кто-то из ребят занимался покраской кузова, и у меня резко закружилась голова от насыщенного запаха краски. Решив выйти на улицу, я наткнулась взглядом на камеру видеонаблюдения и нахмурилась. Интересно. Как получилось, что при наличии камер Макс до сих пор не узнал, кто из его работников занимается самоуправством? Обязательно задам этот вопрос, когда он освободится.

Я не успела выйти из цеха, как увидела две массивные фигуры взлохмаченного Макса и Ивана. Они оба пребывали в состоянии бешенства.

– С меня хватит этого цирка, – рявкнул Иван. – Я уверен, что кто-то из вас работает на Никулина, и когда узнаю, поверьте на слово, этот человек пожалеет, что на свет родился.

– Иван Георгиевич, зачем вы так? – огорченно спросил один из мужчин. – Вы ведь знаете, что мы за вас и в огонь и в воду…

– Несмотря на это, на станции происходит невесть что, – рыкнул Макс.

Сейчас он выглядел невероятно свирепым. Если бы я увидела такого мужчину на улице, то непременно свернула бы в ближайший переулок, чтобы не попасться ему на глаза. В свободное время Максим занимается в тренажерном зале, старается следить за своим здоровьем. Результат на лицо: стокилограммовый Макс при росте метр девяносто имеет массивную фигуру, состоящую из мышц. Прибавьте сюда коротко стриженные, практически под ноль, волосы и озверевший взгляд. Не знай я его добрый характер, рванула бы со всех ног.

– Максим Витальевич, но ведь не все в этом замешаны, – возмутился Николай.

– Поэтому даю предателю последний шанс признаться самому. Обещаю, что ничего, кроме увольнения, этому человеку не грозит, – сощурил Максим глаза. – В противном случае я обещаю докопаться до правды. Мне надоел творящийся здесь беспредел. Жду до утра, – бухнул и, схватив меня за руку, выволок на улицу.

– Сил моих больше нет, – вздохнул он мрачно.

– Макс, – погладила я его по плечу, – все будет хорошо. Я уверена, ты во всем разберешься.

– Непременно, – грозно пообещал он.

– Скажи, а те камеры, что установлены на станции, они что-нибудь зафиксировали? – задумчиво спросила я.

– Нет, – выдохнул он.

– Как так? – опешила я, не ожидая такого ответа. – Как такое возможно?

Максим устало потер лицо и открыл мне дверь автомобиля, жестом приглашая залезать внутрь. Я послушно устроилась на пассажирском кресле и подождала, пока он сядет за руль. Когда Макс завел машину, я не выдержала:

– Как так получилось? – повторила вопрос.

– Где-то около полутора месяца назад у нас было замыкание электропроводки, и большая часть камер вышла из строя. Мы заказали новые, однако спустя неделю опять каратнуло, и вся новая техника не выдержала. Мы проверили всю электропроводку и исправили ее. Новые камеры должны доставить и установить со дня на день, – угрюмо признался он.

– Получается, сейчас они все не работают? – уточнила я.

– Да.

– Тогда почему вы их не снимете?

– Ни один владелец не оставит свой автомобиль на станции, где нет наблюдения. Да, это наш косяк, но терять постоянных клиентов не хотим, – резко заявил Максим.

– А если с их машинами что-то случится? – нахмурилась я.

– Саша, не каркай, – психанул он.

Мне стало обидно. Я все понимаю, у него проблемы, которые необходимо срочно решать, но зачем так кричать?

– Прости, – тут же извинился он. – Я правда не хотел тебя обидеть. Просто все это уже поперек горла стоит. А насчет машин не переживай. Мы оставили на ночь дежурных, которые следят, чтобы ничего не случилось.

– Тогда я не понимаю, как все это возможно, – нахмурилась я. – Днем на станции прорва народа, ночью тоже есть смотрители, и все равно происходит не пойми что.

– Вот именно, – стукнул он ладонями по рулю.

– А те люди, что дежурят ночью, – осторожно начала я, – в них ты уверен?

– В них уверен Ваня. Они вместе служили в спецназе, – пояснил Макс.

– Ого, – присвистнула я, – мощно.

– Саш, давай закроем тему. Я безумно устал от всего происходящего, хочу хотя бы на один вечер переключиться на что-нибудь приятное. Давай где-нибудь поужинаем вместе, – предложил он.

Я не стала отказываться. Максим выбрал небольшой ресторанчик с итальянской кухней, и мы замечательно провели время за поеданием пасты с морепродуктами. Я рассказывала забавные случаи, которые происходили со мной и детьми. Мы много смеялись, и, кажется, мне удалось отвлечь его от проблем.

Глава 4

В самом замечательном расположении духа мы приехали домой, где нас уже поджидала Феодулия Марковна. Заметив ее воинственный настрой, я поняла, что все мои старания вернуть Максу хорошее настроение можно смело перечеркнуть.

– Когда мы переедем в свою квартиру? – насела она на него прямо с порога.

Максим даже не успел разуться.

– Когда закончится ремонт, – вяло отозвался он.

– Ты обещал, что решишь этот вопрос за месяц. Прошло уже больше. Почему медлишь? – сощурила глаза Феодулия Марковна.

– Так получается, – развел Максим руками, не желая посвящать мать в свои проблемы.

– Я поняла, – взвыла женщина. – Ты просто не хочешь отсюда уезжать. Хочешь, чтобы рядом была твоя ненаглядная Александра. А обо мне ты подумал?

– Мама, я только и делаю, что о тебе думаю, – вздохнул он. – А вот мои проблемы никого не волнуют.

«Ну, это он загнул, конечно, – мысленно фыркнула я. – Основная его проблема меня очень даже волнует. Самой стало интересно, что же такого происходит на СТО, что два руководителя не в состоянии разобраться. Так что, пожалуй, здесь он не прав».

– Я хочу домой, – рявкнула его мать.

– Как только закончится ремонт, мы сразу переедем, – спокойно осадил ее Макс.

– И когда это будет? В следующем столетии? – ощетинилась Феодулия Марковна.

– Мне сейчас необходимо найти плиточника, но из-за работы я банально не успеваю, – пояснил Максим.

– Давай я займусь этим вопросом, – хмыкнула его мать.

– Ты? – округлил он глаза.

– Тебя что-то смущает? – невинно захлопала ресницами Феодулия Марковна.

– Да, – не сдержавшись, взвыл Макс. – Меня смущает, что ты в этом ничего не понимаешь, а еще больше смущает, что через неделю тебе лететь в санаторий.

– Я не поеду в эту больницу, – взвизгнула женщина.

– Это не больница, – в тон ей ответил Максим. – А элитный санаторий на берегу моря.

– Да хоть отель пять звезд, – рявкнула она. – Я не собираюсь никуда лететь! И точка!

– Делай что хочешь, – зарычал ее сын и, аккуратно отодвинув мать в сторону, скрылся за дверями кабинета.

– Ты довольна? – повернулась Феодулия Марковна ко мне.

– Чем? – опешила я.

– Ты довела моего сына до нервного состояния, – зло уставилась она на меня.

Я настолько обалдела от услышанного, что впала в ступор, не зная, что и ответить. Зато у матери Макса проблем с речью не возникло. Она гордо вздернула подбородок и заявила мне:

– Можешь не переживать. В отличие от своего сына, я не поведусь на твои глазки и решу вопрос с ремонтом в ближайшее время. Завтра же найду работников, они завершат все в считанные дни. Тогда я заберу Максима, и мы уедем из твоего дома. И даже не надейся, что сможешь мне помешать, – зло выплюнула она последнюю фразу.

Мне стало обидно до слез. Что я такого сделала этой женщине, что она меня так ненавидит? Я ни разу не дала ей почувствовать себя гостьей в этом доме. И она, и Перпетуя Арнольдовна вольны делать, что душе угодно. Я ни разу не возмутилась, если они приглашали к нам своих друзей, а у матери Феодулии Марковны они более чем неординарные. Стоит только вспомнить компанию байкеров, которые не так давно оккупировали мою кухню, чтобы испечь с детьми кексы. Да такие примеры возникают не меньше раза в неделю, но я никогда не позволяла себе даже косо взглянуть в их сторону, всегда вежливо улыбалась. Почему эта женщина готова разорвать меня голыми руками в любой момент? Максим уже не мальчик, которому требуется ее опека, сам вправе решать, с кем ему проводить время. Неужели она настолько ревнует своего сына ко мне, что готова сжить со свету?

– Хватит языками чесать, – прошипела Перпетуя Арнольдовна, неожиданно появившаяся в дверях прихожей в черном полупрозрачном комплекте нижнего белья.

Я поперхнулась от неожиданности. Ей-богу, никогда бы не смогла предстать в подобном виде перед кем бы то ни было.

– Время видели? – продолжила она, не обращая внимания на мои округлившиеся глаза. – Если сейчас разбудите детей, сами будете их развлекать всю ночь. Быстро разбежались по спальням и прижались наглыми моськами к подушкам.

Феодулия Марковна мазнула по мне победным взглядом и молча прошествовала мимо. Я услышала ее неторопливые шаги на лестнице, ведущей на второй этаж, и только тогда смогла прийти в себя.

– Извините, Перпетуя Арнольдовна, – смутилась я, – мы больше не будем шуметь.

– Сашенька, – ласково потрепала она меня по щеке, – не обращай внимания на мою дочь. У нее вздорный характер, весь в отца, чтоб ему икалось. Ты умная девочка, поэтому промолчи лишний раз, и это ее заденет. Поверь, она только и ждет, когда ты сорвешься, чтобы показать Максиму, какая ты плохая. Выпей горячего чая и ложись спать, – улыбнулась она напоследок и прошествовала на второй этаж.

Да, пожалуй, этот вечер можно занести в Книгу рекордов Гиннеса. Ни разу не слышала, чтобы Перпетуя Арнольдовна раздавала советы о взаимоотношениях. Мне казалось, она из той породы женщин, которым глубоко плевать на то, что думают окружающие. Она привыкла жить по своим канонам и делает это всегда на волне безмятежности и толики авантюризма. И на тебе, решила дать совет и молча ретироваться, не дожидаясь моей реакции. Нонсенс.

Несмотря на позднее время, я все же решила последовать ее совету и, выпив ароматного чая с нотками апельсина, пошла спать. Завтра мне предстоит рано вставать на утреннюю планерку, не мешало хоть немного поспать, чтобы не нервировать начальство своим сонным видом. А все проблемы подождут до утра. Буду их решать на свежую голову.

* * *

Вот недаром говорят: утро вечера мудренее. За завтраком Макс обрадовал меня тем, что Иван забрал новые камеры, и теперь решение проблемы не займет много времени. Его хорошее настроение передалось и мне, поэтому на планерку я заявилась, лучась позитивом. Сегодня мне еще предстоит взять детей в охапку и докупить все необходимое к первому сентября. Буквально через несколько дней начинаются занятия, а мы еще не все приобрели.

Тимофею нужны новые туфли и кроссовки. Те, что мы купили буквально месяц назад, стали тесными. И ведь чувствовала, что обувь надо покупать в последнюю очередь, однако наткнулась на огромные скидки в торговом центре, и все мои правильные мысли вылетели из головы. Вот как так получилось, что за один месяц его нога выросла практически на два размера? Как бы там ни было, но от покупки новой обуви я не отверчусь.

Юлька заявила, что ей нужна новая блузка, та, что ей привезла Ксюша из Питера, уже не в тренде, и она не пойдет в ней на линейку даже под дулом пистолета. Я попыталась объяснить племяннице, что деньги с неба не падают, но вы пробовали когда-нибудь пробить кирпичную стену мизинцем? Вот и здесь так же. Под ее натиском я сдалась.

Нам в срочном порядке нужно было купить все недостающее, и сегодня я собиралась исправить эту оплошность. Ксюша погрязла в рабочих буднях, даже на выходных убегала на работу, потому столь незавидная участь сегодня выпала именно на мою голову.

Живем мы не в столице, а в Александровке – небольшом городке в часе езды от Москвы на электричке. Наш дом располагается на окраине города рядом с сосновым лесом, и я ни за какие коврижки не променяю его на суетную Москву. Я планировала сразу же после планерки вернуться домой и, забрав детей, опять ехать в столицу, но они настояли, чтобы с нами поехала Перпетуя Арнольдовна. Не скажу, что я обрадовалась этой идее, зная неординарный вкус бабушки Макса. Но она, заверещав от восторга, заявила, что ни за что в жизни не пропустит такой шопинг и сама привезет детей к нужному времени. Максим, увидев мое скептическое настроение, предложил альтернативу: пусть дети едут выбирать одежду и обувь с Перпетуей Арнольдовной. Но я живо представила, что эта троица выберет, и твердо отказалась. Лучше несколько часов мучений, чем я отправлю детей на линейку не пойми в чем. Тем более мы с Максом договорились пообедать после этого балагана, так что мне будет значительно легче пережить поход.

Когда я приехала к торговому центру, дети и Перпетуя Арнольдовна уже ждали меня внутри. Они удобно расположились в кафе на первом этаже и поглощали шоколадное мороженое, запивая его колой.

– Попа не склеится? – со смешком поинтересовалась я, приближаясь к их столику.

– Нам не по три годика, чтобы пугать склеенным задом, – фыркнула Юлька, отправляя в рот очередную ложку с подтаявшим пломбиром.

– Мы только по одной порции, – примирительно улыбнулся Тимофей, делая невинный вид.

– Сахар плодотворно влияет на мозговую деятельность, – философски вставила Перпетуя Арнольдовна, потягивая лимонад через соломинку.

Мне оставалось только тяжело вздохнуть. Спорить с ними себе дороже. Если мы сейчас перессоримся, то день пойдет коту под хвост. Юля начнет морщить носик при виде любой вещицы, и мы ничего не выберем. Тимка обидится и спокойно согласится на первую попавшуюся обувь, а через пару дней скажет, что он не будет носить такой отстой. Поэтому я смиренно ждала, когда они закончат поглощать сладости, и мы сможем двинуться за покупками.

Приключения начались в первом же магазине. Тимофею было не интересно ждать, пока мы копаемся в женских вещах, и он убежал в соседний павильон с обувью. Юлька увидела сногсшибательную блузку, которую сразу же потребовала купить. Я посмотрела на протянутую мне вещицу и обомлела: белоснежная блузка с рукавами-воланами и огромным бантом под горлом. Проблема состояла в том, что сразу же под бантом был вырез чуть ли не до пупка, а спина была полностью оголенная.

– Только через мой труп, – судорожно сглотнув, заявила я.

– Почему это? – сразу же пошла в атаку девочка.

– Тебя в этом даже на порог школы не пустят, а нас с Ксюшей родительских прав лишат, – прошипела я.

– Через твой труп, значит? – прищурилась Юлька и заорала на весь магазин: – Перпетуя, Саша просит ее убить. Поможешь?

Люди, стоящие неподалеку от нас, шарахнулись в сторону и опасливо косились в сторону выхода. Я покраснела от злости и набрала в легкие побольше воздуха, чтобы объяснить племяннице, как следует себя вести в общественном месте. Не успела я открыть рот, как рядом с нами материализовалась Перпетуя Арнольдовна. Женщина была облачена в симпатичную майку небесного цвета и трусы.

– Кого завалить требуется? – уперла она руку в бок, оттопырив бедро.

– Перпетуя Арнольдовна, какой пример вы подаете детям? – возмутилась я, отводя взгляд в сторону. – Немедленно оденьтесь.

– А я раздета? – округлила глаза старушка.

– Неприлично ходить на виду у всех в трусах, – процедила я сквозь зубы, нервно поглядывая по сторонам. Покупатели занимались своими делами, но время от времени продолжали коситься в нашу сторону.

– На мне нет трусов, – нагло фыркнула Перпетуя Арнольдовна и демонстративно провела руками по бедрам.

Я трижды моргнула, икнула и, неприлично ткнув пальцем ей ниже пупка, возмущенно заявила:

– А это что?

– Шорты, – выдала она мне в ответ.

– Саша, ну ты и деревня, – протянула Юлька и заржала: – Шорты от трусов отличить не можешь.

Я обиженно запыхтела. В чем моя вина, что эти шорты выглядят как самые обычные трусы? Ни одна приличная женщина не отличила бы их с первого взгляда от нижнего белья.

– Так кого там надо было убить? – невинно захлопала ресницами Перпетуя Арнольдовна.

– Одного непослушного ребенка, – процедила я сквозь зубы.

– Она не хочет покупать мне эту блузку, – демонстративно заныла Юлька.

– Почему? – искренне удивилась Перпетуя Арнольдовна.

– Потому что у самой вкуса нет, и мне не разрешает такое носить, – захныкала моя племянница.

– Потому что, – я бросила возмущенный взгляд на девочку, – подобная вещь не предназначена для десятилетнего ребенка.

– Я не ребенок, – заорала Юлька.

– Мама, – раздался сзади крик Тимофея, – смотри, какие крутые кроссы.

Я непроизвольно обернулась на возглас и увидела, как он несется ко мне со всех ног, а за ним, спотыкаясь, бежит грузный охранник с красным, перекошенным от злости лицом. Тимка подбежал ко мне и ткнул практически в самый нос теми самыми кроссовками.

– Держи ворюгу, – взвыл сиреной охранник.

Я не успела отреагировать на крик, как охранник подбежал к нам и мертвой хваткой вцепился в моего сына.

– Больно, – заорал Тимофей, пытаясь вырваться.

– Отпусти его немедленно, – вцепилась Юлька зубами в руку охранника, бросаясь на помощь брату.

Несчастный мужчина взвыл и заорал благим матом.

– Здесь, вообще-то, дети и дамы, – невозмутимо фыркнула Перпетуя Арнольдовна, продолжая рассматривать блузку. – С вашей стороны непозволительно так выражаться.

– А воровать позволительно? – гаркнул охранник, пытаясь отодрать от себя Юлю. Тимофея он, конечно, непроизвольно отпустил, и тот испуганно жался к моему боку. Я почувствовала, как начинаю звереть от духоты и непонимания ситуации.

– Молчать, – рявкнула я во весь голос.

Вокруг словно все замерло. Охранник вытянулся по стойке смирно. Юлька так и замерла с чужой рукой во рту. Перпетуя Арнольдовна глупо улыбалась, а покупатели опасливо потянулись на выход.

– Что здесь происходит? – членораздельно прошипела я. – Почему вы вцепились в моего сына? Юля, немедленно выплюнь руку этого мужчины.

Девочка мгновенно послушалась и разжала челюсть. Брезгливо вытерла губы и возмущенно уставилась на меня.

– Где ты здесь мужчину увидела? – буркнула она себе под нос.

Хорошо, что ее услышала только я.

– Так это, он того, – начал мямлить охранник, потирая руку.

– Что того? – прошипела я.

– Кроссовки украл, – возмутился мужчина, подобрав наконец нужные слова.

Я обернулась и посмотрела на Тимофея.

– Я не крал, просто хотел тебе их показать, – тихо признался он.

– Нужно было позвать меня в магазин, а не бежать с ними сюда. Сколько раз объясняла, что ничего нельзя выносить из магазина, не расплатившись за покупку, – строго отчитала его я.

– Они настолько крутые, что я совершенно не подумал об этом, – всхлипнул Тимофей.

– Купи ты ему эти тапки, – подала голос Перпетуя Арнольдовна, – а этому, – кивнула в сторону охранника, – ведро зеленки, а то он так морщится от боли, словно его крокодил покусал, а не десятилетняя девочка.

– Я, вообще-то, могу вызвать полицию, – возмутился он.

– Не надо полиции. Кроссовки мы оплатим, – заверила я мужчину.

– Конечно, оплатите, а я сниму побои, – нагло заявил он.

– Какие побои? – вскинула брови Перпетуя Арнольдовна.

– От вашего крокодила, – ткнул он пальцем в Юльку.

– Как ты меня назвал? – заорала она похлеще любой сирены.

Обстановка с каждой секундой накалялась все больше. Я прекрасно понимала обиду охранника: он пострадал от рук, вернее, зубов Юльки, хотя просто выполнял свои обязанности. Видела, как воинственно принялись наступать на него разъяренная Юля и Перпетуя Арнольдовна. Если сейчас же не прекратить весь этот цирк, то мы действительно окажемся в отделении полиции.

– Уважаемый охранник, – пропела я, отодвигая от него Перпетую Арнольдовну и задвигая себе за спину Юльку, – давайте мы сейчас оплатим покупку, а вам в качестве моральной компенсации я куплю обед?

– Какой ему обед, и так неплохо выглядит! – возмутилась Юля, намекая на плотное телосложение мужчины.

– Что? – взвыл он.

– Замолчи, – прошипела я и улыбнулась охраннику: – Мы договорились?

– Оплачивайте кроссовки, мой обед и ужин, – нагло заявил мужчина.

Я с трудом сдержалась, чтобы не возмутиться, и согласно кивнула.

– Сашенька, – начала Перпетуя Арнольдовна.

– Потом обсудим, – перебила я, давая понять, что все уже решила. – Выберите с Юлей приличную блузку, а я пока оплачу покупку Тимофея.

– И мой обед с ужином, – вставил охранник.

– Безусловно, – вздохнула я, потянув его и Тимофея на выход.

Перпетуя Арнольдовна и Юля остались в магазине, демонстрируя всем своим видом, что не согласны с моим решением. Но, честно говоря, мне было плевать, я хотела поскорее покончить с этой неприятной историей, чтобы продавцы и другие покупатели перестали коситься в нашу сторону.

Оплатив еду на вынос для Степана Мироновича, так представился охранник, мы добрались до магазина обуви, где я не только купила кроссовки, но и заприметила прекрасные туфли, которые Тимофею тоже понравились. Мысленно поставила галочку, что необходимое для Тимки мы приобрели, и потянула его обратно к магазину одежды, где нас должны были дожидаться Перпетуя Арнольдовна и Юлька. Но, судя по всему, мы потратили немало времени, потому как встретили их ровно посередине дороги. Обе выглядели неимоверно довольными и держали по фирменному пакету магазина.

– Вы без меня все купили? – возмутилась я и опасливо покосилась на пакет.

За всеми событиями этого шопинга хорошее настроение улетучилось, и сейчас мне хотелось поскорее закончить с покупками и встретиться с Максом. Но, зная взбалмошный характер Перпетуи Арнольдовны, я мысленно уже представила все то непотребство, что они могли приобрести.

– Да, – кивнула довольная племянница. – Мы зашли в несколько соседних магазинов и выбрали просто обалденные шмотки.

– Показывай, – строго велела я, ожидая самого худшего.

– Нет, – фыркнула девочка. – Я устала. Покажу дома.

– Так не пойдет, – возмутилась я.

– Почему? – прищурилась Юлька.

– Я несу ответственность за твой внешний вид, а твои приобретения оплачивать мне, и если они не отвечают нормам школы, то я не собираюсь их покупать. Сегодня мы докупаем только то, что необходимо к занятиям, – спокойно пояснила я свою позицию.

– Покупки уже оплачены, – показала она мне язык.

– Сашка, не волнуйся, я уже рассчиталась, – подмигнула Перпетуя Арнольдовна.

– Это не значит, что не верну вам деньги, – заметила я, возмущенно взглянув на старушку.

– Я не собираюсь их принимать. Считай, это мой вклад в детей, – подмигнула она мне.

– Какой вклад? Они вам не родные внуки, – резонно возмутилась я.

– Какие внуки? – опешила старушка. – Я молодая женщина в самом соку, и внуков мне еще лет тридцать не видать, – фыркнула она.

«О, святые табуретки, с кем я связалась? О чем только думала, когда соглашалась взять эту женщину с собой? Все, с меня на сегодня хватит. Буду разбираться с проблемами по мере их поступления. Дома обязательно проверю, что они приобрели, и если мне что-то не понравится, то вернусь и сдам».

– То белое безобразие вы не купили? – уточнила я на всякий случай.

– Нет, – закатила глаза Юлька.

– Вот и прекрасно, – довольно кивнула я.

Вряд ли бы они нашли что-то еще более непристойное для школы. Я достала мобильный телефон и посмотрела на время. Буквально через час мы с Максимом должны встретиться возле ресторана, который он выбрал, и мне следовало поторопиться, чтобы не опоздать к условленному времени.

– Так, мне пора по делам, – заявила я. – Надеюсь, вы в состоянии самостоятельно добраться до дома? – посмотрела я почему-то на Перпетую Арнольдовну.

– У нас тоже дела, – огорошила меня старушка.

– Какие?

– Хотим сходить в парк развлечений. Говорят, там появился новый страшный квест, и мы намерены его пройти, поставив рекорд, – гордо возвестила она, вскинув голову.

Я решила для собственного спокойствия не уточнять, что она имеет в виду, так как понятия не имела, о каких квестах идет речь, а чтобы не показаться совсем древней, бодро сказала:

– Вот и отлично. Встретимся дома, – кивнула я и собралась уходить.

– Саш, – остановила меня Юлька, – а ты наши покупки не хочешь взять с собой? Они нам будут мешать.

– Нет, – возмутилась я ее наглости.

– Тебе сложно? – скривилась девочка.

– Ваши вещи – вы и носите, а если нет такого желания, поезжайте домой, – была я непреклонна.

Она состроила обиженную гримасу, но я, помахав рукой на прощание, бодро засеменила к выходу. Не хватало еще, чтобы они насильно всучили мне свои приобретения, и я заявилась в ресторан с пакетами. Понимаю, что должна была позаботиться об этом, но, в конце концов, я не заставляю их ехать развлекаться. Если Юлю что-то не устраивает, они могут отвезти вещи домой, а потом делать что душе угодно. Все-таки они уже немаленькие, чтобы потакать каждому их капризу.

За этими размышлениями я не заметила, как добралась до ресторана. На входе образовалась толпа из восьми человек, которые о чем-то бурно спорили. Я обогнула их и приблизилась к входу.

– Не ходи туда, – взревела женщина лет сорока пяти с буйными черными кудрями.

– Там людей травят, – вторила ей другая с короткой стрижкой.

Все понятно: похоже, мне повезло наткнуться на борцов за чистоту питания. Я уже пару раз сталкивалась с такими людьми. Сами питаются какими-то корешками и травками и других завлекают в свою секту. Поэтому приблизительно знала, как следует себя вести, чтобы они отстали.

– Спасибо большое за информацию, – вежливо кивнула я, – только чаю выпью. Поверьте, ни рыбу, ни молочные продукты, ни тем более мясо заказывать не собираюсь.

Я надеялась, что мои слова заставят их удовлетвориться, но не тут-то было. Одна из женщин, что стояла ближе ко мне, с короткой стрижкой, вцепилась в мой локоть и прошептала:

– А вдруг они чаем и травят? Не ходи туда. Побереги здоровье.

Терпеть не могу, когда меня насильно держат, поэтому ответила резче, чем собиралась:

– Это мое здоровье, как хочу, так и гроблю его.

– Не веришь? Буквально час назад отсюда увезли двух здоровенных мужиков на скорой помощи. Хочешь стать следующей? – спросила она, а стоящая рядом толпа согласно закивала.

– С чего вы взяли, что в этом есть вина ресторана? – резонно спросила я. – Если подумать логически, то ресторан, в котором только что отравились два посетителя, наверняка бы закрыли.

– Держи карман шире, – фыркнула та, что с кудрями. – У таких все куплено. Даже если эти мужики помрут, то им ничего не будет.

Я недоверчиво покосилась на нее. Нет, не может такого быть.

– Ой, да что вы ее останавливаете, – скривился один из мужчин. – Если не верит, пусть сама убедится. Только делать это придется уже в больнице, – язвительно процедил он и отвернулся.

Я пожала плечами и обошла их стороной. Ввязываться в спор мне не хотелось. Вполне вероятно, что внутри меня уже ждет Макс, вот расскажу ему, что услышала, пусть решает, как быть.

Глава 5

Ресторан, который выбрал Максим, мне совершенно не понравился. Все вокруг сверкало позолотой и бронзой и вызывало желание закрыть глаза из-за излишнего блеска. Я в принципе не люблю такой дизайн, когда все вокруг блестит и сверкает. А здесь, помимо декорированных стен, еще и потолок сверкал избытком хрустальных люстр. В какой-то момент мне показалось, что я оказалась на выставке кривых зеркал. От вестибюля до главного зала я более двадцати раз поймала свое отражение в блеске бронзовых фигур и позолоченных ваз. Сомневаюсь, что Макс бывал здесь раньше, иначе бы не стал звать меня в столь вычурное место, зная мое пристрастие ко всему простому и комфортному. Здесь даже официанты были облачены в черную униформу с золотой окантовкой и фартуками в цвет нее.

Я осмотрелась и замерла: в ресторане, кроме меня и двух официантов, никого не было. Мне стало неуютно, и я уже собралась развернуться и подождать Максима на улице, как ко мне направился один из них. Молодой парень с пронзительно голубыми глазами быстро затараторил:

– Добрый день. Рады приветствовать вас в нашем ресторане. Меня зовут Алексей. У нас огромный выбор блюд, начиная от традиционной русской кухни и заканчивая средиземноморскими изысками. Предпочитаете столик у окна с замечательным видом на предосенний пейзаж или желаете устроиться вблизи камина, который уютно согревает в прохладную пору? Вам безумно повезло оказаться сегодня здесь, ведь обычно выбор столиков не столь велик и…

– Неудивительно, – не выдержала я, намекая на недавнее происшествие.

– И вы туда же? – всплеснул руками вмиг побелевший парнишка.

– Куда? – хмыкнула я.

– Вы же умная женщина, – заискивающе улыбнулся он, – неужели верите всем сплетням подряд?

– Всем не верю, но некоторые говорят сами за себя, – пожала я плечами.

– Да эта стайка недалеких представителей хомо сапиенс нам всех посетителей распугала, – не выдержал Алексей. – Директор, если узнает, что не можем их отвадить от нашего заведения, уволит. А как их прогнать? Не силу же применять, – чуть не плача, произнес он.

– Если у вас отравились люди, то заведение должно быть закрыто, – резонно заметила я.

– Никто здесь не травился, – еще пуще взвыл парень.

– Что же тогда стало с двумя здоровенными мужчинами? – спросила я, припомнив описание жертв одной из женщин.

– Плохо им стало. Пришли такие взвинченные, оба на эмоциях, о чем-то долго спорили, вот сердце и не выдержало. Сначала одному плохо стало. Второй к нему кинулся, помочь пытался, тут и его накрыло. Мы скорую вызвали, врачи сказали, что похоже на инфаркт. При чем тут наше заведение, если они за здоровьем не следят? Но нет, пока врачей ждали, эти клуши принялись орать, что у нас людей травят, вот народ и потянулся на выход. Но и этого им мало оказалось. Здесь всех разогнали, а теперь внутрь никого не пускают, пугают отравлением. Вы единственная, кто на их бредни не повелся, – угрюмо пояснил Алексей.

Если быть честной, то червячок сомнения в моей душе поселился, но не говорить же об этом расстроенному парню. Наверняка большая часть его заработка складывается из чаевых, которые сегодня ему уже не светят.

– Вообще-то, я должна встретиться здесь с мужчиной. Поэтому до его прихода не буду заказывать ничего, кроме кофе. Надеюсь, он у вас не отравленный, – подмигнула я парню, надеясь снять висящее в воздухе напряжение.

Вот только он мою шутку не оценил и, напрягшись еще больше, процедил:

– Какой столик выбираете?

– Тот, что у окна, – ответила я, стараясь не акцентировать внимание на его настроении.

Конечно, столик у камина мне понравился больше. Он находился в дальнем углу зала и манил ярким огнем, но я здраво рассудила, что на улице не настолько холодно, и в скором времени приятный жар станет невыносим. Долго находиться у огня в теплом помещении не очень приятно, к тому же я не представляю, сколько мне еще ждать Макса, судя по времени, он уже прилично опаздывает, что ему не свойственно.

Удобно утроившись за столиком у окна, я принялась ждать свой заказ, наблюдая за спешащими по своим делам людьми. Все-таки Москва – очень суетной город. Все вечно куда-то торопятся, не замечая ничего вокруг. Я же люблю более спокойный темп жизни, в котором успеваешь обращать внимание на всякие мелочи: пусть то будет красота переменчивой погоды или величие старинных зданий. Я по натуре человек, который наполняется окружающими жизненными мелочами, мне сложно представить, как можно не успевать замечать, что происходит вокруг.

Официант принес кофе, который, к моему удивлению, был настолько вкусным, что я практически за минуту осушила всю порцию, попросив повторить заказ. Учитывая, что, кроме меня, посетителей не было, справился он быстро, и я вновь получила в свое распоряжение дымящийся ароматный напиток. А Макса все не было. Интересно, что могло его так задержать? Может, он выяснил личность того, кто устраивал подлости на рабочем месте? И теперь вместе с Иваном разбирается с ним. Почему тогда не предупредил, что задержится? А если он вовсе забыл о нашей встрече? Нет, я, конечно, не хочу быть навязчивой, но, думаю, стоит позвонить ему и уточнить о наших планах.

Вот только набранный номер был недоступен. Металлический голос в трубке твердо заявил, что абонент вне зоны доступа. Интересненько. Недолго думая, я набрала номер Ивана, благо, он был у меня в записной книжке. Но все тот же тенор сообщил, что и этот абонент для меня недоступен.

Я нахмурилась и задумчиво уставилась в окно. То, что Максим вряд ли явится на встречу, было уже понятно, но что у него могло произойти, что пришлось даже отключить телефон? Насколько я помню, такое бывает крайне редко, чтобы он был недоступен. Обычно Макс ставит беззвучный режим и, когда освобождается, перезванивает. Или это только мне так повезло?

Отхлебнув слегка остывший кофе, я набрала номер Стаса. Если и он будет недоступен, то я не знаю, что и думать. Но мои опасения были напрасны. Спустя несколько гудков, послышался запыхавшийся голос приятеля:

– Привет.

– Стасик, привет. А ты случайно не в курсе, где Макс?

– Прости, не в курсе. У меня сегодня выходной, и мы с мамой подались на дачу. Лето заканчивается, пора уже убирать урожай, – сообщил мне Стас.

– Это дело хорошее, – хихикнула я в трубку.

– Но не в таком количестве, – вздохнул он. – Вот скажи, куда можно использовать приблизительно тридцать ведер яблок?

Я задум�

Продолжить чтение