Ослепляющий танзанитом ястреб

Предисловие:

Через две недели после посещения курорта

– Зачем? Чтобы через две недели уехать и больше никогда не видеть друг друга? Чего ты от меня хочешь? Это ты всё начал! Ты постоянно меня задевал, выводил из равновесия, то приближал, то отдалял, ходил за мной, заставил спать с тобой, пытался от чего-то защитить, вечно твердил мне о моей безопасности, делая вид заинтересованного мужчины! Зачем? К чему это?

Она отчаянно принимается бить меня в грудь, и просит отпустить её. Я не против, пусть бьёт сколько хочет, вся власть принадлежит ей. Но сейчас нужно отложить насилие надо мной, и попытаться с ней поговорить о том, насколько она не права.

Схватив за хрупкую руку, я завожу её за спину, одновременно наслаждаясь нашей с ней близостью и ароматом тягучей сладости, доносящейся от неё.

Моя девочка даже не знает, насколько сильно, будоражит мою кровь.

– Ох, как же ты не права, – шепчу ей на ухо.

– В чём я не права? – она находится в истерике.

Ей не нужно никакого оружия, чтобы уничтожить меня. Она мастерски и без ножа, своими словами, режет мне душу.

– Ты моя погибель, – снова шепчу, упиваясь запахом её золотистых волос. – Я никогда не «делал вид» чего-либо по отношению к тебе. – Я нежно целую её в лоб, наслаждаясь бархатной кожей. – Неужели похоже, что я притворяюсь хоть в чём-то рядом с тобой? – Мне не нравится, что она думает, что не нужна мне.

– Не надо…

– Почему ты не видишь, как я схожу с ума по тебе? Я ни за что тебя не отпущу. Ты в любом случае, будешь со мной, – говорю я, серьёзным голосом.

Она не должна допускать других мыслей.

Услышав дикий звук в дверь, я напрягаюсь. Кто посмел потревожить наш с ней разговор? И зачем стучать так, словно ты умалишённый?

– Не подходи близко, – приказываю я ей.

Резко распахнув дверь, я вижу своих людей.

Злюсь, что они позволили себе такое поведение. Я ненавижу, когда кто-то пугает Арсу.

Но я не успеваю выплеснуть свой гнев, ребята быстро, и достаточно громко сообщают новость:

– Его убили. Мы нашли тело недалеко от отеля, – сообщают они.

Чёрт. Вот оно что, а я всё думал, куда он делся.

За спиной слышу, как ахает Арса.

Я поворачиваюсь чтобы взглянуть на неё, она выглядит напуганной и растерянной. Наверняка она попытается провести параллель с собой и что-то поймёт. Мне это не на руку. Она не должна ничего знать.

Сказав ребятам, чтобы ждали меня на улице, я возвращаюсь к своей встревоженной девушке.

– Арса, пожалуйста, слушай меня, – пытаюсь её успокоить.

– Что здесь происходит? – дрожащим от непонимания голосом спрашивает она, отходя от меня в сторону.

Она начинает задавать вопросы, на которые ей не следует знать ответы.

А ещё ей не стоит боятся и отходить от меня. Решительно приближаюсь к ней и беру её за руку. Она не сопротивляется.

– Я бы хотел объяснить тебе многие вещи, но пока не время. Но я прошу довериться мне. Я не желаю тебе зла, – она смотрит на меня перепуганными от шока глазами. Меня это не устраивает. Я люблю наблюдать за её легким трепетным страхом, вызванным мной, но другие причины её такого состояния мне не по вкусу. – Мне нужно сейчас уйти. Но я шагу не сделаю с этого номера, пока ты мне не пообещаешь, что не покинешь отель.

Она кивает, но мне этого мало, мне нужны слова.

– Скажи, – требую я.

– Никуда не выйду, буду в отеле ждать тебя, – шепчет она.

Я снова целую её в лоб и направляюсь на улицу к свои ребятам.

Боюсь, что она сойдёт с ума, когда узнает правду, когда узнает, что происходит, и когда узнает почему она здесь оказалась.

Глава 1

Настоящее время

Тревожно, как будто что-то надвигается.

Пью фисташковый латте сидя на подоконнике своей спальни и размышляю о значении сновидений в моей жизни. Почему вообще людям снится что-то определённое? Имеет ли это какую-то связь с действительностью? Бывают ли вещие сны? Или сны, которые дают подсказку как поступить в реальной жизни? Снится ли что-то плохое как знак чего-то ужасного что может со мной произойти? А добрый и светлый сон, действительно ли он несёт в себе что-то хорошее? Или это влечёт за собой обратный эффект? Тьма – значит свет, а свет – значит тьма.

Такие рассуждения всё чаще и чаще поглощают мои мысли. Я тот самый человек, которому сны обычно не снятся, поэтому сейчас, мне становится очень любопытно, почему же в последнее время я их вижу каждую ночь? И это не разнообразные меняющиеся сцены. События всегда происходят как будто в одной и той же вселенной, не смея показывать мне что-либо другое.

Почему именно зима?

Сейчас, в декабре, это может быть логично. Но мои сны появились задолго до наступления зимы. Это никак не связано с погодой за окном.

Глоток горячего латте обжигает моё горло, серое плотное облако заволокло пол неба. Наблюдаю как неторопливо спускаются снежинки.

Почему? Почему мне снится как я брожу по заснеженному лесу, вижу горы, покрытые пушистым покрывалом, слышу, как скрипит снег под ногами, ощущаю морозную свежесть, вижу скалы, украшенные инеем, вижу замёрзшие водопады и ручьи? Иногда хожу босиком, а иногда смотрю на всё свысока, будто парю над землёй. И главное, в этих снах я ощущаю себя спокойно, меланхолично, ни о чём не тревожась, как будто, так и надо, как будто я в своей стихии, и даже холод не помеха моим чувствам.

Мои сны красивые, сказочные, но очень странные, это всегда разные места одного и того же мира, ничего из этого в реальной жизни я не видела.

Может это знак? Предупреждение? Предзнаменование? Но о чём? Как можно расшифровать такой визуально прекрасный и умиротворённый сон, в котором не присутствует никого, кроме меня.

Мотаю головой, я потратила уже двадцать минут на пустой ход мыслей. Надо собираться, сегодня в академии конкурс талантов.

***

Стою на сцене актового зала академии Шарног. На мне изящный, чёрный топ с расшитым кружевом поверху, юбка в пол с глубоким разрезом, на ногах красуются классические черные лодочки, волосы оттенка теплого меда раскинуты по плечам небрежными волнами, доставая до поясницы. Атмосфера в зале нетерпеливая, моё выступление последнее, приз остаётся в тайне до самого конца. Я не планировала выступать, но деканша Стелла Сократовна очень строго настояла на моём обязательном присутствии.

В руках я держу утончённую скрипку, на которой выгравированные мои инициалы Т.А.Р.

С волнением пробегаю быстрым взглядом по зрителям, и начинаю играть виртуозную пьесу.

Каждый раз, когда я источаю музыку из струн, внутри меня разгорается пламя, на коже появляются мурашки. Тревога, которая завладела мной с момента как я сегодня утром открыла глаза – исчезла. Я полностью погружаюсь в звуки скрипки и уже не нахожусь в реальности, я растворяюсь вместе с музыкой. Мои четкие и быстрые движения будто высекают воздух, мне не нужно открывать глаза чтобы понять, что происходит в зале. Сидящие там студенты, преподаватели и гости, будут полностью под моим гипнозом. Ни один взгляд не оторвётся от пленительной девушки со скрипкой.

В один миг я с беспокойством на душе открываю глаза, потому что ощущаю прожигающий взгляд на себе, это приносит мне ранее утраченную тревогу.

Ищу возможного прожигателя моего тела, останавливаюсь… а какой смысл? Все как один смотрят на меня, все под моими чарами, во власти моей музыки. Я ни за что не смогу понять кто этот человек.

Я играю на этом чудесном инструменте с тех самых пор как моя бабушка Сара подарила мне первую скрипку на моё семилетие. Я как-то не сильно впечатлилась подарком, ожидая от бабули очередную куклу, но никак не скрипку… «И зачем она мне?» подумала я тогда, но бабушка объяснила, что с помощью этой скрипки я смогу избавиться от неизведанной тоски, которая овладела мной в детстве.

Мне как будто было неинтересно всё вокруг, я выглядела мрачной девочкой: тосковала, грустила, моё сердце за чем-то скучало, меня куда-то тянуло, но куда – неизвестно. Что-то скрывалось в моём разуме, моему сердцу чего-то недоставало, как будто какой-то детали, которая смогла бы правильно запустить меня. Я до сих не понимаю откуда во мне такой маленькой, было столько печали? Я росла в семье счастливых родителей, обо мне заботились, любили, оберегали. Что за унылость читалась в моих детских глазах?

Сначала я влюбилась в изящность и нежность скрипки, а позже и в звуки источающие струны. Я не думала, что музыка может запустить самые необычные уголки моего воображения, тем самым, породив невероятные образы в моей голове, которые раньше никогда не посещали мою фантазию.

Это стало моей навязчивой идеей, узнать, что же ещё могут выпустить закрытые двери моего разума, открывающиеся только тогда, когда я слышу мелодию этих чутких струн… Бабушка Сара была права, скрипка внесла краски в мои тоскливые дни, и постепенно я становилась более счастливой, мне хотелось проводить время на улице с другими детьми, рисовать, петь, танцевать. А главное, играть на музыкальном инструменте. С тех пор я больше никогда не была грустной девочкой, как будто скрипка стала моим долгожданным лекарством.

В последнее время мне не удаётся часто играть, второй курс академии забирает почти всё моё время.

Но сейчас, стоя на сцене, я ощущаю как картинки в моей голове начинают оживать, по моей коже пробегает дрожь, душа трепещет, а сердце начинает биться чаще. Я уже и забыла, как это прекрасно.

Одно мгновение тишины, и в эту же секунду зал взрывается аплодисментами, я делаю реверанс, благодарю публику, и отправляюсь за кулисы, где меня ожидают мои подруги Ирэн и Рита.

– Это было невероятно. Ты большая молодец, Áрса, – хвалит меня Рита.

–Твоё выступление точно самое лучшее на этом конкурсе. Хоть я и не готова это признавать… но да, нам с Ритой обеспечено второе место, потому что первое будет твоим, – с легким недовольством в голосе проговаривает Ирэн, но тут же одаривает меня дружелюбной улыбкой.

Они с Ритой пели в дуэте. Обе девушки очень талантливы и невероятно красивы.

Рита представляет собой миниатюрную блондинку с ростом сто шестьдесят сантиметров, с кучерявыми волосами чуть ниже лопаток, голубыми как лобелия глазами, и россыпью мелких веснушек на щеках. Именно она открыла для меня основы ольфакторной культуры.

При нашей с ней первой встрече полтора года назад от неё исходил фантастический аромат айвы и розы. Я не могла надышаться и решилась спросить у миловидной девушки что на ней за парфюм, она смотрела на меня горящими от интереса глазами, готовая без остановки рассказывать, что нанесла в свой первый день в академии.

Ирэн же очень высокая: сто семьдесят пять сантиметров. Самоуверенная и местами колючая девушка. У неё большие карие глаза, и шикарные каштановые волосы, достающие до поясницы.

Подруга уверена, что мне достанется первое место, значит она точно знает, что их совместный дуэт с Ритой возьмёт второе. На лице девушки нет ни единого следа на беспокойство, потому что призовых мест – три. И абсолютно одинаковый выигрыш.

– Спасибо, девочки. Вы тоже выступили блестяще, – отвечаю я.

– Да, мы такие, – победоносно отвечает Ирэн, подмигивая нам с Ритой. – Вот только мне интересно, кто же возьмёт третье место?

– Кажется кто-то из спортсменов, там были впечатляющие результаты, – произносит Рита.

– Ох, терпеть их не могу. Тупые как пробки, – цедит сквозь зубы Ирэн.

Пока жюри совещаются мы с девочками обсуждаем номера и размышляем над тем, какой всё-таки секретный приз нам подготовили.

– Наверное просто вручат грамоту или кубок, – с усмешкой предполагает Ирэн.

– Лучший приз, который мне может предложить академия – это поставить зачёты по всем предметам, – говорит Рита.

– А я просто хотела блеснуть на сцене и получить свою дозу внимания, – воодушевлённо произносит Ирэн. – Арса, я так и не поняла, почему ты выступала? С Ритой понятно, – она махает рукой как будто это пустяки, – я уговорила малышку для сногсшибательного эффекта дуэта, она не смогла отказаться, – хлопает ресницами глядя на Риту. – Но ты ведь терпеть не можешь все эти конкурсы.

– Да, не люблю. Но Стелла Сократовна очень меня просила выступить, она чуть ли не умоляла меня, – вымученно вздыхаю, – парируя тем, что это отличный заряд энергией перед сессией и что она хочет послушать звучание скрипки. Вы ведь знаете, если ослушаться её слов…

Наша деканша Стелла Сократовна, в последнее время вела себя очень странно, много раз вызывала меня к себе и убеждала чтобы я выступила на сцене, и даже уверяла в том, что я точно выиграю. Она так наседала, что мне пришлось согласиться. Не хотелось иметь с ней проблем.

Она ростом под сто восемьдесят сантиметров, с крючковатым носом, высоким лбом и голубыми, почти прозрачными глазами. Её стоит побаиваться, у неё очень низкий практически мужской голос, и в совокупности с её внешностью она вызывает только тревогу и панику.

Раздаётся голос ведущего. Все сразу утихают, сосредоточившись на его речи.

– Хочу поблагодарить всех участников нашего зимнего конкурса «Таланты академии Шарног», все были невероятны! Покорив нас песнями, спортивными рекордами, умом, танцами и юмором.

– Спортивные рекорды, боже мой, – шепчет и закатывает глаза Ирэн.

– Признаюсь, – театрально схватившись за сердце, ведущий раздражает. – Выбрать победителей было сложно, – он делает драматическую паузу, – но возможно!

– Итак, третье место присуждается Михаилу Завьялову. За демонстрацию силы в тяжёлой атлетике, – зал раздаётся аплодисментами. Миша выходит на сцену, улыбаясь и пожимая руку ведущему.

– Ничего удивительного, – раздаётся приятный голос позади нас. Это третьекурсница Мадина. – Этот парень чемпион нашей академии по тяжёлой атлетике, он поднимает штангу двести двадцать килограммов рывком, – она делает горделивое лицо, как будто он её молодой человек. – При весе сто два килограмма, и это не предел, – с уважением в голосе произносит она.

– Ну конечно, – кривится Ирэн, – пришёл сюда чтобы на него побольше девушек обратили внимание, как будто его и без этого конкурса никто не замечает. – Она заметно начинает раздражаться, – он же ни на что больше не годится, просто тупой и сильный, – она снова закатывает глаза.

– Ты кажется слишком строга к спортсменам, – отвечаю я, – Миша хороший парень, он действительно сильный, но он совсем не глупый.

На самом деле Миша сохнет по Ирэн с первого дня их знакомства. Но она делает вид что не замечает ни его, ни его подкатов, хотя злится всякий раз, как видит его с какой-то девушкой.

– Мне нет дела до него, – бурчит она.

– А теперь второе место, – раздаётся голос ведущего, – его занимает дуэт Ирэн Зубкова и Рита Якунина, за потрясающее исполнение песни.

– Ха, я знала, что второе место – наше, – лукаво усмехается Ирэн. – Спасибочки дорогие зрители, – бубнит себе под нос, всё ещё стоя за ширмой.

– Ты была права, – волнительно подтверждает Рита.

– Девочки, вы умнички, поздравляю, – обнимаю подруг.

Зал снова раздаётся аплодисментами, и девушки направляются на сцену. Ирэн высокомерно встаёт рядом с Мишей, и даже не смотрит на него. Зато он не отводит своих полных обожания глаз, и, даже нагнув голову набок, умудряется что-то ей сказать.

Она ничего не отвечает, и в его взгляде появляется разочарование, но он быстро берёт себя в руки, и снова улыбается залу.

Этот качок ростом около ста девяносто сантиметров, с короткострижеными русыми волосами, и синими, как глубокое море глазами. Он дружелюбен и отзывчив. Жаль, что Ирэн этого не замечает.

– А теперь перейдём к тому, кто занял первое место, – громко говорит ведущий, – это был фантастический номер, судьи проголосовали единогласно.

– Итак, первое место присуждается очаровательной Арсении Трубецкой за необычайно чувственное выступление на скрипке!

Я стою за ширмой и не могу поверить в подлинность его слов. Да, я знаю, что моё выступление хорошее, но здесь столько талантливых ребят, что мне пришлось поубавить свой пыл.

– Арсения, поздравляю! Давай, иди, – подталкивает меня Мадина, – чего ты застыла?

– А, да, – я выхожу на сцену. Все взгляды устремлены на меня. Мне становится неловко. Краснею. Ирэн и Рита радостно мне улыбаются, хлопают в ладоши, и, кажется, что-то говорят, но я их не слышу. – Благодарю, —тихо произношу, подходя к ведущему.

– Какая скромная у нас победительница, – верещит он, и победоносно поднимает мою руку вверх вместе со своей.

Я смущаюсь. Снова чувствую, как меня слишком пристально кто-то рассматривает. Я как будто чувствую наглость этого человека. Как можно прожигать взглядом настолько, чтобы человек это ощущал? Любопытство распирает узнать своего зрителя. Да, на меня сейчас смотрят несколько сотен глаз, но я всё же уверена, что такой дерзкий зритель у меня один.

Рассматриваю зал. Все улыбаются, перешёптываются, хлопают. Замечаю нашу деканшу. Она расплывается в самой широкой и приторной улыбке и кивает в знак поздравления. Отвечаю ей тем же.

Вижу, нескольких ребят которые проявляли ко мне интерес на первом курсе. Может кто-то из них? Внимательно смотрю на парней, но ничего не ощущаю, один из них показывает мне пальцем в свой телефон, видимо хочет пообщаться со мной. Но мне не интересно. Я отвожу взгляд, и продолжаю поиски кого-то странного.

От моей миссии меня отвлекает Рита:

– Арса, что с тобой? – с беспокойством спрашивает она.

– А что со мной?

– Я у тебя несколько раз спросила кого ты высматриваешь, но ты даже меня не услышала, или сделала вид что не слышишь, – с обидой в голосе произносит она.

– Прости, Рита. Я просто не могу поверить, что выиграла, – с виноватой улыбкой вру я.

Оглядываюсь в поисках Ирэн, она стоит сбоку сцены и купается в лучах славы, машет залу изящной ручкой. Миша стоит за её спиной и с прищуром наблюдает, кому она дарит свою улыбку. Выглядит как кинозвезда и её охранник – забавно.

– Ничего, ты видимо переволновалась. Когда всё закончится нам нужно выпить кофе, – улыбается она.

– Да, кофе не помешает, – соглашаюсь я, – смотри на Ирэн и Мишу, – дёргаю бровями в их сторону, – тебе не кажется это смешным?

– О да, это самое любопытное что я сегодня видела. Её величество и её телохранитель, – выставив перед собой обе руки, представляя картину этих двоих смеётся она.

Я подтвердительно хихикаю в ответ.

– А теперь… дорогие наши победители, – громко говорит ведущий, – подойдите ближе друг к другу. Вы уже получили своё внимание и аплодисменты, настало время подарить вам главный приз!

Глава 2

– Грамота, кубок, конфеты, цветы? – шепчет Ирэн, – какой ненужной ерундой они нас наградят?

– Поздравляю наших четырех победителей! – звонко кричит ведущий, – вы получаете билеты на зимний курорт в горы. На месяц!

Шок. Мы огругляем глаза, растерянно смотря друг на друга, в то время как по залу пробегаются вопросительные звуки. Никто не ожидал такого щедрого подарка. Я снова смотрю на Стеллу Сократовну – она мне игриво подмигивает. Интересно.

Деканша так сильно была уверена в моей победе, и она, как и всё руководство, знала о призе за месяц до начала конкурса. Значит ли это, что она хотела, чтобы я отправилась на зимний курорт? Звучит как бред.

– Да, дорогие друзья, у нас в этом году великодушные спонсоры, – с гордостью произносит ведущий.

– Это не сон? Я совсем на такое не рассчитывала, – очень тихо говорит Рита, чтобы услышали только победители.

– Думаю нам стоит просто насладиться такой удачей. Целый месяц в горах, это прекрасно и полезно для здоровья, – с осторожностью в голосе произнёс Миша.

– А мы что, будем вчетвером в одном номере? – прищуривает глаза Ирэн. Она явно недовольна что Миша оказался среди победителей и теперь целый месяц она будет «наслаждаться» его обществом.

Интересно то, что первым делом она комментирует что-то связанное с Мишей, а не свалившийся на голову щедрый приз.

– Нужно узнать детали, – отвечает Рита, – Но Ирэн, что за бред? Парня не поселят вместе с девушкой, ты же об этом знаешь.

Я снова чувствую на себе этот пристальный взгляд. Пробегаюсь по залу глазами, снова ничего. Меня это раздражает, что это такое? Почему я это ощущаю?

Ведущий вручает нам билеты, мы благодарим судей, и уходим за кулисы.

– Что-о? Курортный город Верлы? Но ведь это так далеко от Шарног, зачем отправлять нас именно туда? Неужели не нашлось чего-то ближе? – с изумлением в голосе произносит Рита, не сводя глаз с билета.

– Насколько далеко? – спрашивает Ирэн разглядывая свой билет.

– Две тысячи четыреста километров, – отвечает Миша.

Ирэн смотрит на него с широко открытыми глазами. Спортсмен оказывается не такой тупой, как она предполагала.

В Верлах самая высокая точка гор, самый холодный и дорогой курорт. Это всё, что я о нём знаю. Интересно, где они взяли таких спонсоров? И зачем вообще тратить такие деньги на ежегодный конкурс для студентов?

– Это что, нам туда два дня ехать? – возмущённо интересуется Ирэн.

– Я вообще не собираюсь ехать, это далеко и надолго. Мне не подходит, у меня много важных дел в городе, – говорит Рита.

Наш разговор прерывает Стелла Сократовна. Подозвав нас к себе ближе, она сообщает, что выезд состоится через неделю и что мы обязаны поехать, так как такой щедрый приз нельзя игнорировать, это плохо скажется на репутации нашей академии, и обидит спонсора.

– А кто этот спонсор? – решаю я полюбопытствовать.

– Личность спонсора не разглашается, – строго произносит деканша. – Такие вопросы не уместны, Арсения. Улаживайте все свои дела и ровно через неделю в восемь часов утра вас будет ожидать автобус возле первого корпуса. Всё понятно? И попробуйте только не появиться, – грозит пальцем Стелла Сократовна, и мы все синхронно киваем.

Деканша уходит, а мы остаёмся молча переваривать информацию.

Первым тишину прерывает Миша:

– Видимо у нас нет выбора. Если откажемся ехать – Стелла нас сожрёт, – он внимательно вглядывается в Ирэн. Она в молчании отводит взгляд.

– Нам стоит взглянуть на это с позитивной точки зрения, – предлагаю я, – мы отправимся на самый популярный горный курорт, весело проведём время, покатаемся на лыжах, попробуем местный глинтвейн, увидим что-то новое, а потом удовлетворим деканшу рассказом о том, как нам всё понравилось и передадим самые искренние благодарности спонсору. Если понадобится, пропоём эту песню и другим деканам, чтобы наша выглядела победителем, – завершаю я.

– Да, ты права. Если мы не можем что-то изменить, то следует подстроиться под ситуацию и найти в ней что-то хорошее, – быстро соглашается Рита, поняв важность того, что сказала я, а главное, что она услышала речь от Стеллы. Потому что она до жути её боится.

– Но мы будем жить в отдельном номере, – тараторит Ирэн обращаясь к Мише.

– Прекрати, – деликатно делает замечание Рита, – ты не услышала, что я тебе говорила? Девушек не селят с парнями.

– Не беспокойся об этом, – отвечает Миша, а на его лице играют желваки.

– Что вы так смотрите на меня? – возмущённо спрашивает Ирэн обращаясь ко мне и Рите.

Едва прикрыв глаза, мы качаем головой. Она специально делает акцент на Мише и пытается его хоть как-то зацепить. Понимает ли она как выглядит её «безразличие» со стороны?

На этой ноте он уходит к своим друзьям, а мы с девочками решаем пойти в кофейню. Как только мы выходим из-за ширмы, меня снова прожигает волной слежки.

Я бегло рассматриваю оставшихся людей в зале, их значительно поуменьшилось. Замечаю того парня, который махал мне телефоном, это Вавил. Он пробирается ко мне через толпу. Я совсем не хочу с ним разговаривать, поэтому тороплю девочек, и мы спешим к выходу.

– Не нравится Вавил? – спрашивает Ирэн.

– Слишком много болтает о себе, – закатываю глаза. Девочки хихикают.

Спустя несколько минут нам удаётся покинуть актовый зал. Мы приводим себя в порядок, переодеваемся и направляемся в кофейню недалеко от академии.

На улице очень холодно. В этом году декабрь немного суровее чем в прошлом.

Вокруг лежит снег укрывая здания своими белыми дарами, снежинки легким танцем спускаются с неба, придавая нашему городу ещё более сказочный вид. Мы шагаем по брусчатке рассматривая новые декорации, которые подарила нам зима, и делимся впечатлениями о сегодняшнем конкурсе.

За десять минут мы добираемся до кофейни.

Мы часто сюда приходим, когда хотим выпить вкусный кофе и полакомиться ароматной выпечкой. Я выбираю для себя классический латте и моё любимое инжирное печенье. Рита берёт какао и шоколадный круассан, а Ирэн заказывает матча – латте и такой себе не маленький сэндвич с курицей.

– Как можно быть такой худой и при этом есть такие огромные порции? – спрашивает Рита.

– Милая, чтобы всегда блистать и быть энергичной, как раз именно такими порциями я и должна насыщаться, – с поучительным тоном отвечает Ирэн.

– Когда я ем такие порции то сразу прибавляю в весе, – жалуется Рита.

– Потому что ты постоянно сидишь и нюхаешь свои флакончики.

– Не нюхаю, а слушаю! Ароматы состоят из нот, их слушают, – возмущается Рита.

– Ой, как скажешь, – закатывает глаза Ирэн, – сути дела не меняет. Ты постоянно сидишь, тебе нужно больше двигаться.

– В Верлах и подвигаюсь, – бурчит Рита.

В кофейне мы сидим уже около двух часов. Болтаем, смеёмся, обсуждаем парней. С девочками, как всегда, очень весело и время пролетает незаметно.

К нашей квартире идти около двадцати минут.

Выйдя на морозный воздух, я снова чувствую этот прожигающий взгляд, быстро оглядываюсь по сторонам: снег уже не сыпется, на улице я вижу нескольких молодых людей и старушку, сидящую на деревянной лавочке. Злюсь. Я сегодня как ненормальная лихорадочно цепляюсь глазами в лица людей в надежде найти… сама не знаю, что и кого я ищу. Я думаю, что должна что-то почувствовать, когда отыщу того самого зрителя.

Не пойму, из-за чего у меня появляется это странное чувство? Вокруг никого подозрительного. Если в зале я могла просто не заметить кого-то, то здесь без вариантов, на улице людей можно пересчитать на пальцах. Погружаясь в свои мысли, я нахожусь в замешательстве.

Не сразу слышу, как меня окликают.

– Арса! Ну сколько можно тебя звать? Ты в облаках летаешь? – спрашивает меня Ирэн.

– Ой, девочки, извините, – лепечу я, – просто задумалась о том, как нам будет весело на каникулах, – во второй раз за день лгу я.

Не хочу врать подругам, но ещё больше не хочу рассказывать, что я схожу с ума. Не нужно чтобы они насторожились рядом со мной.

Девочки одаривают меня подозрительными взглядами. И уже в тишине, мы направляемся дальше на Нефритовую улицу, где расположен наш десятиэтажный дом, где мы снимаем совместную квартиру на пятом этаже.

Глава 3

Дорога оказывается изнурительной, мы едем двое суток! Я очень плохо переношу поездки с города в город, даже и двух часов не выдерживаю, а тут два дня! Ещё немного и я сойду с ума, мне срочно нужно размять всё своё тело, иначе я просто взорвусь от тянущей боли. Хорошо, что я прихватила с собой дорожную подушку, хоть какой-то комфорт. А ещё я ужасно голодна, мои запасы инжирного печенья закончились, а брать еду на остановках я не люблю, мало ли как там готовят все эти сэндвичи. Хотя Миша лопает их как не в себя, Ирэн, кстати, тоже с большим удовольствием набивает желудок этой дрянью.

Миша очень хвалит эту еду и даже покупает несколько порций для Ирэн. Он очень доволен собой, ведь она позволяет позаботиться о себе. Наконец-то она к нему смягчается. Все, кто её кормят, автоматически получают плюс сто в их отношения.

Я сижу и думаю о том, что если постоянно сидеть, то и есть не захочется, ведь энергию я совсем не трачу. Но спустя время я понимаю, что это не так, свои печеньки я уже съела, приходится растягивать хлебцы и фрукты.

Под конец поездки мы вчетвером засыпаем крепким, как по приказу сном.

***

Приехав на место назначения, я с облегчением выдыхаю. Обычно я достаточно спокойная и уравновешенная, но стоит нарушить зону моего комфорта, и всё, я становлюсь очень непредсказуемой.

– Ура, – облегчённо пропевает Ирэн, – мы приехали! Как же всё болит.

– О да, мне срочно нужен душ, кровать и еда, иначе моё недовольство норовит вылезти наружу! – раздражённо говорю я.

– Оу, кажется, от долгого сна проснулась злючка-колючка, – удивляясь моему тону, заключает Ирэн.

– Давно я тебя такой не видела. Но не волнуйся, мы сейчас заселимся. Нам туда, – Рита указывает на шикарное деревянное сооружение, на котором красуется вывеска «Нега». Посмотрев на детали наших билетов, она кивает, словно подтверждает свои слова.

Мы с восхищением смотрим на наш отель. В эту же минуту открываются двери и нам на встречу мчатся трое человек. Подойдя к нам ближе, они представляются:

– Добрый день, меня зовут Юрий, – он щёлкает пальцами, и двое позади него берутся за наш багаж, – а это Борис и Анатолий, – указывает он жестом на двоих мужчин. – Рады приветствовать вас в нашем отеле! И благодарим что выбрали именно нас, – с вежливой улыбкой заканчивает он.

– Это не мы вас выбрали, а наш спонсор, – лучезарно улыбается Ирэн, – вы носильщики?

Юрий чуть приподнимает одну бровь, откашливается и отвечает:

– Я портье. А также, выполняю обязанности администратора. А Борис и Анатолий носильщики. Напомню вам некоторые вещи: отель всё включено, но если захотите купить что-то в городе, то вы должны воспользоваться этими карточками, – он протягивает каждому из нас абсолютно белые карты, – развлечения, кафе, сувениры. Связь здесь не ловит, ваши телефоны работать не будут.

Мы стоим полностью поражённые тем, что он только что сказал.

– Откуда такая щедрость? – спрашивает Рита.

– Спонсор позаботился чтобы вы получили максимум удовольствия от этого отдыха. Прошу, не задавайте подобные вопросы, никто не будет в восторге от такой реакции на подарок. Просто радуйтесь и будьте благодарны.

Эти каникулы становятся всё более и более странными, чем нам думалось изначально. Нам только что всучили карточки, со словами что мы можем покупать себе всё что хотим.

Что может быть прекраснее и подозрительнее?

Он широко улыбается, и жестом приказывает следовать за ним. Автобус высадил нас практически возле отеля, поэтому нам не пришлось долго мёрзнуть на улице. Я так устала с дороги, что даже не замечаю, насколько здесь красиво. Обещаю себе насладиться этим великолепием сразу же после еды и душа.

Отель выглядит изумительно, это пятиэтажное здание полностью обрамлено деревом, рамочки вокруг окон украшены гирляндами, рядом располагаются ели, полностью покрытые снегом.

Поверить не могу что в этом здании я буду жить целый месяц. Ловлю себя на мысли что обязательно должна узнать имя спонсора, это выглядит слишком дорого, кто в своём уме будет тратить столько денег на незнакомых людей? Хотелось бы поблагодарить его, или её, или их, не знаю.

Атмосфера внутри домашняя, отель представляет собой уютный загородный дом. Меня это радует. Я сразу вспоминаю родителей, и тоска сжимает мне сердце. Хорошо, что каникулы у нас длятся два месяца и я всё-таки смогу провести один месяц с мамой и папой.

– Итак, один номер на троих, и один одиночный, всё включено, – утверждает Юрий, скорее для самого себя, чем для нас, – ваш этаж третий. Номера «3» и «4». Вас провести?

– Нет, спасибо, – отвечает Миша, – мы справимся.

– Ваш багаж уже в ваших комнатах, столовая на первом этаже, хорошего вам отдыха, если будут какие-либо вопросы, я всегда здесь.

Мы поднимаемся на наш этаж. Коридор широкий, на полу застелен бардовый ковер, на стенах рассматриваю изящную венецианскую штукатурку с эффектом золота и элементами бархата. Всего на этаже пять номеров.

Ирэн открывает дверь с номером «3». Восторг! Передо мной сразу представляется вид на заснеженные горы из панорамных окон нашей, как я понимаю, гостиной. Вся стена прозрачная, с выходом на балкон. Номер огромный, красивый, чистый. У окон располагаются кресло-качалка, диван и маленький столик. На полу уложен ламинат оттенка каштан, а в центре помещения лежит бежевый пушистый коврик. В комнате две двери: одна ведёт в нашу общую спальню с тремя кроватями, а вторая – в ванную.

– Это лучший отель, в котором я когда-либо бывала, – говорит Рита.

– Да, я тоже, – соглашается Ирэн.

А я ничего не могу ответить. Сравнить мне не с чем – мы никогда не ездили на подобные курорты в горы, мама их страшно не любит. Каникулы мы всегда проводим дома. Я единственный ребёнок в семье, поэтому подарками меня не обделяли. Я была всем довольна и даже не задумывалась о том, чтобы куда-то поехать.

Распахнув дверь в спальню, я обнаруживаю, что она круглой формы, и это придаёт комнате необычность. Большое окно открывает вид на белоснежные горы. Две кровати стоят с левой стороны, разделённые прикроватной тумбочкой, а третья располагается около большого шкафа, которую я и заняла.

Пока девочки разбирают вещи, я решаю искупаться после тяжёлой дороги.

Первое, что я чувствую, открыв дверь ванной комнаты, – это аромат масел и свечей. Благоухание ели сразу же помогает расслабиться. Вижу внушительных размеров овальную ванну, стоящую в самом центре комнаты. Вокруг, как и во всём нашем номере, панорамные окна, из которых можно любоваться красотой природы.

Открываю кран с водой и забираюсь в воду, вожу пальцами по горячей жидкости в ожидании полного наполнения. Наслаждаюсь ароматерапией около десяти минут, и незаметно для себя медленно закрываю глаза и погружаюсь в сон.

В лесу царит тишина, нарушаемая лишь шорохом ветра, ветви сосен покрыты белым пушистым снегом, воздух пронизан свежестью. Холод. Мне холодно. Я опускаю голову и осматриваю свои ноги, вижу замёрзшие, почти синие пальцы в снегу. Где я? Что происходит? Почему я стою посреди холодной лесной поляны? Откуда вообще взялся лес? Я оглядываюсь в поисках спасения, но ничего не вижу. Размышляю что мне делать: стоять на месте? Или идти дальше? А куда дальше? Разве я куда-то шла? Оглядываюсь вокруг себя, снежная земля идеально ровная, ни одного следа, значит, я просто здесь появилась? Из ниоткуда?

Ветер всё сильнее колышет мои густые волосы. Моё внимание привлекает приближающаяся ко мне точка в небе. Я пытаюсь сфокусировать зрение, чтобы понять, что это. Точка стремительно надвигается, увеличиваясь в размере, словно у неё есть непоколебимая цель. Наконец-то я могу распознать детали: вижу порхающие крылья и очертания головы. Это птица, да, точно птица, но каких-то невероятных размеров, и она несётся… прямо… прямо ко мне? Как будто… наконец-то до меня доходит, что птица летит, явно целясь в меня. Её клюв щёлкает, издавая нетерпимые вопли. Сомнений нет, её цель – моя смерть.

Успею ли я добежать до густых деревьев и скрыться между ними? Я пытаюсь сорваться с места, но не могу. Почему? Моё тело внезапно перестаёт меня слушаться. Страх прожигает изнутри, паника цепляется за мой разум. Я в ловушке, это конец.

От отчаянных мыслей меня отвлекает резкое движение справа. Мгновенно поворачиваюсь. Такая же огромная птица пролетает около меня задевая крылом мои колышущиеся волосы.

Всё моё внимание направлено на двух только что вцепившихся друг в друга птиц. Та, что вылетела около меня, одним быстрым и чётким движением лап преграждает путь ко мне. Птицы падают на заснеженную землю, начиная вонзаться своими когтистыми лапами в плоть друг друга. Воздух наполняется шумом их крыльев, неистовыми криками и звуками бьющихся клювов. Та, что летела на меня, явно чувствует, что проигрывает. Она пытается выбраться из хватки той, которая… защищает меня?

Я, как завороженная, наблюдаю за этой ни на что не похожей схваткой. Вдруг чувствую странное жжение в носу. Из моего рта начинает вытекать вода, лёгкие наполняются чем-то тяжёлым. Я падаю на колени, захлёбываясь и кашляя, в глазах темнеет.

Крича и барахтаясь, я вытаскиваю руки наружу и хватаюсь за края ванны. Сильно кашляя, я жадно поедаю воздух.

Я сижу и не решаюсь встать, мне холодно, я замёрзла, но вода горячая. Наверное, так моё тело среагировало на то, что я чуть не захлебнулась. Меня так сильно расслабило, что под воздействием всего этого блаженства я просто заснула, прежде такого не случалось.

А мой сон… Раньше мне снились сны похожие на этот, но никогда в них не было присутствия кого-то другого, и уж тем более невероятных размеров птиц. Мои сновидения вышли на новый уровень? Теперь мне будут сниться битвы загадочных существ? Это было крайне необычно и реалистично, я будто чувствовала всё наяву. Странно ещё то, что в моих прежних снах я никогда не чувствую опасность, и мне никогда не холодно. А это сновидение… полная противоположность.

– Сколько можно там сидеть? – раздражённо стуча в дверь говорит Ирэн, – мне срочно нужно в туалет.

От её неожиданного и настойчивого звука я вздрагиваю.

– Да, я сейчас выйду.

Вода неумолимо стекает по моему прохладному телу, пока я вылезаю из ванной.

Я кутаюсь в белый махровый халат, протираю тыльной стороной руки́ запотевшее зеркало, и смотрю на себя. Лицо бледное, на коже мурашки, вид испуганный. Не так я должна выглядеть после принятия горячей ванны.

Вздыхая, подхожу к двери.

– Наконец-то, – рычит Ирэн, и быстро закрывает за собой дверь.

– Видимо сэндвичи с остановки дали о себе знать, – хихикает Рита, – у неё сильно заболел живот.

Она убьёт Мишу за то, что он уговорил её угоститься.

– Бедный парень, хотел её впечатлить, а сделал только хуже. Он и так не знал как к ней подступиться, а сейчас… – мы смеёмся.

Более-менее согревшись, я высушиваю волосы, надеваю чёрную водолазку, короткую коричневую юбку, чёрные колготки и ботинки. Волосы улаживаю в лёгкие локоны и оставляю распущенными. За всеми моими действиями наблюдает Рита, которая держит коробочки с отливантами.

– А аромат? – удивлённо спрашивает она.

– Это никогда не укроется от твоих глаз, – с улыбкой отвечаю я.

– Парфюм – это такая же одежда что и на тебе, – тонким пальцем она указывает на мой внешний вид, – но только она предназначена не для глаз, а для носа. Какой аромат ты выбрала для поездки?

С собой я взяла самый любимый парфюм: молоко, миндаль, ириски, сандал и белый мускус. Это потрясающий, томный и тягучий, комплементарный и шлейфовый аромат. Ассоциируется с холодным временем года, осень и зима для него идеальны. Есть в нём что-то мрачное, загадочное. Иногда я думаю, что любовь к этому парфюму – это отголоски детства, когда я была такая же загадочная, как и настроение, которое дарит это волнительное сочетание нот. Королевская гурманика.

– Этот, – беру бархатный флакон бардового цвета и распыляю его на нежную кожу шеи, добавив немного на запястье.

– Ммм… цианидный миндаль в обрамлении густой сладости, – задумчиво кивает Рита, – тебе подходит. – Зевает. – Знаешь, я, пожалуй, немного посплю. Устала.

С этими словами она погружается в сладкий сон.

Ирэн до сих пор находится в ванной, я решаю не ждать её, и сходить к Мише.

Выйдя из нашего номера, я несколько раз стучу в дверь с цифрой «4». Тишина.

Достаю телефон, смотрю в экран и хмурюсь, как и сказал Юрий – связи нет. И как же всё-таки это странно и неудобно не иметь связи на таком шикарном курорте. Раздражённо вздыхаю.

Позади себя я слышу шум и оборачиваюсь. Из двери под номером «5», я вижу выходящего, очень привлекательного молодого человека. Сразу обращаю внимание на его тёмно-русые чуть взлохмаченные волосы, они так здорово гармонируют с его нежными чертами лица… невольно я засматриваюсь, позабыв обо всех приличиях.

Закрыв за собой дверь, парень направляется в мою сторону, не отводя своих глаз от меня. Очнувшись, я начинаю рассматривать штукатурку на стенах. Зачем я так явно пялилась на него? Он наверняка увидел. Я зарделась. Мысленно себя ругаю.

– Привет, – глядя своими глазами цвета ртути здоровается он. И сразу же переводит взгляд на дверь, возле которой я стою, – кого-то ждёшь?

– Привет, – застенчиво произношу я. – Просто хотела позвать друга, но он видимо спит. Думала позвонить, но вспомнила что здесь не ловит связь.

Парень слегка кивает и улыбается, а следом протягивает мне руку:

– Меня зовут Áлин, а как тебя?

Рукава его свитера подкатаны, и я вижу длинные шрамы, тянущиеся вверх, каждый из них около десяти сантиметров. Создаётся впечатление что кожу его рук глубоко резали чем-то очень острым. Немного замешкавшись, я протягиваю руку в ответ.

– Меня Арсения, или можно просто Арса, – улыбаюсь я. От Алина не ускользает мой опасливый взгляд на его руки. Он нежно пожимает мою ладонь и слаживает руки в карманы.

– Арса, – словно пробуя на вкус произносит он, – мне нравится, звучит красиво. – Мужчина снова дарит улыбку, и на его лице с правой стороны появляется соблазнительная ямочка, – когда ты приехала? Я прежде тебя не видел.

– Сегодня. Вместе с двумя подругами и приятелем. А как давно здесь ты?

– Неделю, я со своими братьями, – он неловко замолкает, а потом продолжает, – сегодня вечером будет ярмарка. Вы не хотите прийти? Я буду с братьями, – с осторожностью и надеждой в голосе спрашивает он, – а потом быстро добавляет, как будто боясь что-то забыть, – она проходит на главной улице, я бы с радостью вас провёл.

Алин создаёт впечатление хорошего и воспитанного человека. После его предложения я испытываю чувства стеснение и радости одновременно. Но сначала нужно поговорить с девочками.

Решаю, что мы сами найдём дорогу до этой ярмарки, если они вообще согласятся пойти.

– Спасибо за приглашение. Я поговорю со своими друзьями, и мы постараемся присоединиться к вам. И не волнуйся, мы найдём дорогу сами.

– Хорошо, тогда встретимся там? – немного расстроенным голосом спрашивает Алин.

Я вовсе не хочу смущать его отказом зайти за нами, просто я не знаю в каком настроении будут девочки, и как скоро они смогут собраться. И ещё нужно поговорить с Мишей.

Я киваю и уже хочу попрощаться как вдруг дверь нашего с девочками номера резко и с грохотом распахивается. Перед нами появляется Ирэн. Мне хватает одного только взгляда на неё чтобы понять, что она прибывает в ярости. На мгновенье Алин замирает, растерянно рассматривая её с ног до головы. Он метает непонимающий взгляд в мою сторону.

Я решаю нарушить момент неловкости:

– Ирэн, это Алин. Алин, это Ирэн, – они оба смотрят друг на друга не говоря ни слова.

Ирэн переводит взгляд на меня, и злобно гаркает:

– Где этот козёл?

– Миша ещё не выходил, – сразу догадавшись о ком идёт речь, отвечаю я.

– Ах не выходил, – она зловеще улыбается, – ну сейчас он точно выйдет! – она двигается к его двери и начинает тарабанить в неё кулаками.

– Выходи, гад. Я знаю, что ты не спишь. Максимум что ты сейчас делаешь это сидишь в туалете!

Я медленно поворачиваю голову в сторону Алина, и осторожно смотрю ему в лицо. Вижу, что он всё ещё под впечатлением и смотрит на меня округлившимися глазами, не находя слов. Кажется, он думает, что моя подруга сумасшедшая. Я махаю рукой и натягиваю улыбку, показывая, что всё в порядке, внутренне надеясь, что он не передумает встретиться на ярмарке.

– Нужна моя помощь? – наконец-то хоть что-то произносит Алин.

– Нет, ничего опасного не намечается, – снова махнув рукой отвечаю я.

– Ладно, – он недоверчиво косится на кричащую Ирэн, – тогда встретимся на ярмарке? – медленно спрашивает он, немного наклонил голову набок.

Он не передумал, мысленно радуюсь.

– Да, мы придём, – быстро отвечаю я, и он снова улыбается нежной улыбкой с ямочкой на щеке.

Но судя по состоянию Ирэн я не уверена в том, сможем ли мы посетить ярмарку, но, если что, я смогу пойти и одна.

– Тогда увидимся позже, – он разворачивается и идёт дальше по коридору спускаясь по лестнице. Смотрю ему вслед, и думаю о том, какая у него широкая и красивая спина.

Когда Алин окончательно исчезает из моего поля зрения я разворачиваюсь к Ирэн. Она стоит напротив двери Миши скрестив руки на груди, закрыв глаза и немного опустив голову, на её лице читается нетерпение. Для его же блага будет лучше, чтобы он открыл эту несчастную дверь прямо сейчас.

Как будто прочитав мои мысли Миша отпирает дверь и в нос сразу же ударяет его резкий аромат дезодоранта с морскими нотами.

Он стоит в пижаме и с сонными глазами, его русые волосы растрёпаны.

– Что происходит? – удивлённо спрашивает он.

– Что происходит? – кривит его Ирэн.

Он хмуро смотрит на неё в непонимании.

– Что-то случилось?

– Да! Ты и твои грёбаные остановочные сэндвичи случились, – рявкает она.

– Что? Ты о чём?

– У тебя что, никаких проблем нет? Ты нигде не сидел всё это время? – с подозрением спрашивает она.

– Нет. Я принял душ, и сразу лёг спать, – отчитывается он.

Смотря на него такого сонного, она понимает, что весело время провела только она. Её лицо краснеет то ли от стыда то ли от ярости.

Она ядовито шипит, подходит к нему ещё ближе, и говорит:

– Значит, – она делает паузу медленно приближаясь к нему, – ты съел нормальные сэндвичи, а мне подсунул просроченные? Поэтому ты был так мил и скупил мне несколько штук сразу, по уценке! Так ведь? Это месть за то, что я не обращаю на тебя внимания?

Его глаза округляются, он протягивает руку к её плечу и нежно прикасается.

– Какая месть? Ирэн, ты о чём? Я бы никогда… постой, у тебя болит живот?

Её лицо становится ещё краснее, кажется, даже самый спелый арбуз не имеет такого оттенка красного, как сейчас на лице Ирэн. Она резко отдёргивает его руку, топает ногой, рычит, и уходит к нам в номер хлопнув дверью.

Я снова стою как вкопанная и не могу понять своих эмоций, но, кажется, я хочу рассмеяться. Плотнее сжимаю губы.

– У меня есть таблетки, я сейчас вынесу, – виновато говорит Миша.

– О нет, не нужно, если она узнает, что ты ещё и таблетки ей передал, совсем тебя пришибёт.

– Я не давал ей плохих сэндвичей, – хмурит лицо, – наверное у неё слабый желудок, – виновато предполагает он.

Судя по его габаритам, это не у Ирэн слабый желудок, это желудок Миши может хоть железо переварить, и ничего с ним не будет.

Проблема Ирэн в том, что она не знает меры в еде.

– Не расстраивайся, она скоро забудет, – говорю я, но сама не особо уверена в своих словах. Но я же должна как-то поддержать Мишу!

– Ага, как же. Плюс один косяк от Миши, в чёрный список Ирэн, – досадно произносит он, и с усталостью потирает одной рукой свои веки.

С Мишей мы договариваемся встретиться в семь вечера. Девочкам скажу, как только вернусь в номер, надеюсь, отказа не услышу. В запасе есть ещё два часа. Сейчас я хочу спуститься вниз и узнать у портье, где находится та самая главная улица, где проходит ярмарка.

Спускаясь по лестнице на первый этаж, я заворачиваю налево в полукруглую арку чтобы полюбоваться ёлкой в сверкающей гирлянде, которая стоит в центре пространства. Это помещение рассчитано только для гостей и представляет собой что-то типа общей гостиной. Здесь есть камин, в котором горит размеренный огонь, на вид очень мягкий диван, кресло и столик.

Полюбовавшись несколько минут, я выхожу из гостиной и направляюсь к ресепшену. Неторопливо шагая, я любуюсь отделкой стен отеля.

Подняв голову, я рассматриваю величественные потолки и удивляюсь тому, насколько чётко прорисованы витиеватые узоры, напоминающие солнце.

Из моих восторженных мыслей меня вырывает пронзающая плечо боль. Я дёргаюсь и отшатываюсь, прижимая руку к месту удара. В эту же секунду грубые руки обхватывают мою талию поворачивая лицом к себе.

На меня смотрят малахитовые глаза, где зеленый цвет переплетается с глубиной оранжевого. В моём теле нарастает напряжение от того, как владелец этих необычных глаз обхватывает мою тонкую талию. Кажется, что он не собирается меня отпускать.

– Вы в порядке? – слышится его низкий и хриплый голос.

– Да, всё в порядке, – растерянно киваю, – просто не ожидала такого столкновения, – шепчу я, пытаясь скрыть боль.

– У вас испуганный вид.

Ещё бы, сильные мужские руки буквально вцепились в мою плоть. Мужчина выглядит опасным, хоть он сейчас немного и склонён надо мной, но я всё равно вижу какой он высокий и широкий. Его взъерошенные чёрные волосы, напоминающие уголь тоже наводят страха. И ухо, что с ним? Пытаюсь понять почему у него такая странная форма… и вспоминаю Мишиного друга Олега, с которым я часто его вижу в академии, он занимается смешенными единоборствами и два его уха выглядят точно так же. Понимаю, что у мужчины передо мной оно сломано! Он что, опытный боец? Или может гангстер? Или кто-то, кто пережил множество испытаний в жизни?

В любом случае все эти детали придают ему образ сильного и могущественного человека. А ещё навевают на мысли что от него нужно держаться как можно дальше. В его мощных руках чувствую себя хрупкой и уязвимой, словно пойманный зверёк. И к тому же, моё плечо просто пылает, как будто я врезалась в камень. Даже страшно представить, что за сталь под его одеждой.

– Простите, – мой голос звучит еле слышно.

Он явно улавливает волнение в моём голосе и чуть наклонив голову набок, пристально рассматривает мои глаза.

– Но вы пострадали больше, чем я, – не убирая рук с моей талии произносит он.

– Но вы во время меня словили, иначе я бы упала, – улыбка едва касается моих губ.

– Я бы не позволил.

Он убирает руки, делает шаг назад и закидывает дорожную сумку к себе на плечо.

На нём чёрная куртка и тёмные штаны. Когда он больше не держит меня, я окончательно понимаю, насколько устрашающая наша разница в росте. И только сейчас, когда он отстранился я смогла вздохнуть полной грудью и почувствовать доносящийся аромат от мужчины. Он носит парфюм со смолами и сладким ромом в обрамлении сухофруктов. Запах необычный, благородный, достаточно грубый, но как соблазнительно здесь играют сладкие ноты… под стать хозяину. Да, несмотря на его устрашающий образ, не могу не отметить, что он хорош собой.

– Извините что так долго, вот документы, заполните пожалуйста, – слышится голос с ресепшена. Он принадлежит Юрию, нашему портье.

Незнакомый мне мужчина поворачивается к нему, берёт бумажки и начинает очень быстро что-то заполнять, такое ощущение что его не интересует то, что дал ему портье, он как будто для вида ставит какие-то каракули.

– Вы что-то хотели? – вежливо спрашивает Юрий, обращаясь ко мне.

Очнувшись, я вспоминаю зачем вообще пришла. Медленно приближаюсь к стойке. Незнакомец чуть поворачивает голову в мою сторону.

– Да, я хотела бы узнать, где здесь находится главная улица? Меня интересует ярмарка.

– Ах да, конечно. Вам нужно выйти из отеля, и повернуть направо, дойти до стеклянного фонтана, и от него повернуть влево. Дальше вы увидите улочку, уходящую вниз. Вам нужно будет дойти до сверкающего столба, и сразу за ним будет ярмарка. Вы не ошибётесь, там всегда много людей, играет музыка и повсюду еда и напитки, – улыбается он.

– Спасибо.

Собираюсь уже уходить, но решаю в последний раз взглянуть на незнакомца. Я поворачиваю голову в его сторону и поражаюсь, его малахитовые глаза смотрят прямо в мои, он даже не постарался отвести взгляд ради приличия.

Как долго он смотрит на меня? Он меня изучал, рассматривал? Смущение пробегается лёгкой волной по моей коже. Надеюсь, что я не покраснею, не хочу показывать свою подозрительную реакцию на его взгляд.

Но конкретно сейчас… игра в гляделки? Хмыкаю и принимаю вызов. Решаю уставиться на него в ответ. Уголки его губ слегла приподнимаются. Ему нравится? Начинаю смущаться сильнее… интересно, о чём он думает?

– Э-э-э извините, вы уже закончили заполнять бумаги? – очень неловким тоном спрашивает портье. Боковым зрением я замечаю, что его голова мечется между мной и незнакомцем.

Мужчина ничего не отвечает. Он кивает в сторону бумаг, не отводя глаз от меня. Я волнительно сглатываю, на моей коже появляются маленькие капельки пота, кто вообще может выдержать этот взгляд? Я уже не так уверена в своей маленькой победе, кто же знал, что он станет продолжать…

– Итак, один одиночный номер, всё включено, – утверждает Юрий, – ваш этаж четвёртый. Номер «2». Вас провести?

– Нет, – холодно отвечает незнакомец.

– Столовая на первом этаже, хорошего вам отдыха, если будут какие-либо вопросы, я всегда здесь, – повторяет уже заученную фразу Юрий.

Начинаю тревожно дышать. От холодного взгляда этого мужчины воздух вокруг становится гуще, каждая секунда его пристального взгляда впечатывается в память, оставляя серый осадок.

Я съёживаюсь, мои ладони потеют, тело выдаёт волнение, неужели я проиграю? Я не могу выглядеть настолько беспомощной перед ним. Физическое столкновение я не выдержала, не могу же я быть поверженной и в невербальной битве.

От воспоминания того, как я в него врезалась начинает предательски ныть плечо, как будто в подтверждении того, насколько я уязвима перед этим мужчиной. Нахмурившись, я слегка тру ссадину. От незнакомца не скрывается эта деталь, в его взгляде появляется что-то, что мне очень трудно разобрать. Он выпрямляется, поправляя сумку у себя на плече, переводит взгляд и направляется к лестнице.

Сглотнув, я стою и смотрю на пустое место, где только что возвышался этот загадочный мужчина. Я с облегчением выдыхаю, лёгкая победоносная улыбка касается моих губ. Он хотел меня напугать? Хотел, чтобы я почувствовала себя неуверенно? Хотел внушить страх? Представляю сколько тьмы клубится в его голове, от такого как он точно не стоит ждать ничего хорошего. Наверняка он даже не знает ни одного доброго слова. На его лице так и считывается какой он злой и жесто… мои мысли перебивает низкий голос:

– У вас красивые волосы.

Направляю всё своё внимание к нему, растерянно хлопая ресницами не в силах поверить, что он только что произнёс.

Он остановился на третьей ступеньке, глядя на меня через плечо.

Я вижу слабую улыбку на его суровом лице и прищуриваю глаза. Этот комплимент нарушил цепочку моих мыслей, и я потеряла своё эмоциональное равновесие. Он как будто знал, чего я от него жду, и специально сделал всё наоборот.

Я решаю больше не испытывать его влияние на вкус и быстро двигаюсь на лестницу, где стоит этот амбал. Я бы предпочла подняться на лифте, чтобы не подходить к нему слишком близко, но у этого отеля его нет! Я со злостью пролетаю мимо него, теснясь об стену.

– Развалился на всю лестницу, – ворчу я достаточно громко чтобы эти слова долетели до его поломанного ушка.

Вслед я слышу низкий смех.

Ещё и смеётся! Этот мужчина меня выводит, и мне это совсем не нравится. Надо выяснить у Юрия как долго он собирается здесь жить. Надеюсь, что-то типа трёх дней, с нахмуренными бровями думаю я, стуча кулаком в дверь Миши.

Глава 4

На часах почти семь. Смотрю на девочек с немым вопросом готовы ли они выходить. Рита в это время возится со своими отливантами, тщательно подбирая подходящий аромат для похода на ярмарку. А Ирэн уже немного успокоившись расчёсывает свои каштановые волосы.

– Как ты себя чувствуешь, милая? Уверена, что тебе стоит идти? – спрашивает Рита.

– Да, мне легче, таблетки, которые принесла мне Арса, помогли.

После игры в гляделки с темноволосым незнакомцем я зашла к Мише и всё-таки взяла предложенные им ранее таблетки. Ирэн я сообщила что мне их дал Юрий. Она с благодарностью выпила одну капсулу и уже спустя час ей заметно полегчало.

Мы выходим в коридор. Миша уже ждёт нас около нашей двери прислонившись к стене. Ирэн скрестив руки на груди встаёт напротив него и задирает голову:

– Я с твоих рук больше никогда ничего не приму, – говорит она голосом командира.

Я чувствую неловкость. Он вовсе не собирался её травить, неужели она не понимает, что это случайность? Он ел всё тоже, что и она.

Может быть, она так хочет привлечь его внимание? Лишний раз подёргать? В глазах Миши я вижу горькое разочарование, он поджимает губы, и слегка кивает. Мне становится не по себе.

– Эм, ну ладно, может пойдём? – спрашивает Рита.

– Да, давайте уже получим долю веселья за весь этот день, – слова Ирэн звучат измученно.

Мы направляемся к лестнице. Подходя к ресепшену, Юрий одаривает нас вежливой улыбкой:

– Доброго вечера, вы направляетесь на ярмарку? – спрашивает он, глядя на меня.

– Да, – почему он спрашивает? Разве портье не должен не задавать лишних вопросов?

Он кивает.

– Вам напомнить дорогу?

– Нет, спасибо. Вы прекрасно объяснили в прошлый раз, – мило улыбаюсь.

Он отводит взгляд размышляя над чем-то. Юрий ведёт себя странно… зарождается неприятная догадка. Он же видел нашу с амбалом ссору. Портье наблюдал за нами и всё слышал. Начинаю чувствовать стыд. В тот момент я совершенно обо всём забыла, и о случайных зрителях в том числе. Кто ещё видел нас? Чёрт… снова начинаю нервничать, вспоминая этого черноволосого мужчину!

Взяв девочек под руки, я спешу быстрее покинуть отель, подальше от глаз Юрия.

– Арса, а тот парень, с которым ты сегодня познакомилась, точно будет нас ждать, мы не помешаем их компании? – спрашивает Рита.

– Скорее он будет ждать Арсу, чем всех нас, – улыбается Миша.

– Вы о ком? – нахмурив брови спрашивает Ирэн.

– Алин. Вы познакомились, когда ты вылетела в коридор к Мише.

Теперь пришла очередь краснеть Ирэн.

– Кажется, что-то припоминаю, – досадно произносит она, – я была не в настроении для знакомства, и даже не запомнила его лица. Он, наверное, подумал, что я сумасшедшая.

– Я думаю он понял, что у тебя проблемы. Так что он был очень вежлив, не задавал лишних вопросов и даже предложил помощь.

– Стоп, хочешь сказать незнакомый парень с нашего этажа знает, что у меня были проблемы с желудком? – она панически взглянула на меня.

– О нет, я ему ничего такого не говорила. Он ушёл раньше, чем вышел Миша, – успокаиваю я её.

Она кивает, но остаётся задумчивой.

– Видимо только я не знакома с ним? – спрашивает Рита.

– Не волнуйся, я вас познакомлю.

– Он симпатичный?

– Да, он привлекательный, – улыбаюсь я.

Смотрю на молчаливого Мишу. Он выглядит грустным и совершенно не участвует в разговоре. Идёт молча сложив руки в карманы штанов. Изредка поглядывает на Ирэн. Она, кстати, тоже на него косится. О чём они оба думают?

По инструкции Юрия мы добираемся до стеклянного фонтана.

Чувство восторга одолевает меня сразу же. Это волшебное сооружение около четырёх метров как будто из зимних сновидений.

Фонтан стоит на небольшой возвышенности, состоящей из трёх ярусов прозрачного стекла, по ним расстелен застывший лёд, имитируя бурлящую воду. В центре находится такая же стеклянная колона которая заканчивается различными драгоценными камнями круглой и овальной огранки. Все эти камни напоминают б�