Ведьма Волчьего озера

Глава 1. Беги, принцесса!

Ниллин

– Проснись, Ниллин.

– Вставай.

– Спасайся, пока не поздно.

Нилин приснился странный сон. Без ярких картинок, наполненный лишь звуками тоненьких женских голосов, которые раздавались совсем близко, но при этом девушка едва могла различить слова. В холодном тумане они сливались воедино, переплетаясь буквами, и звенели подобно комариному хору.

– Просыпайся! У нас мало времени! – кто-то оттянул край одеяла с головы Ниллин и дернул ее за кончик уха.

Эльфийка открыла глаза и резко приподнялась на локте. Инстинктивно махнула свободной рукой, чтобы отогнать кого-то маленького и назойливого.

– Кто вы? – она испуганно вздрогнула, посмотрев через плечо на плоское одеяло. Никто, кроме нее, не укрывался под ним от осеннего холода.

“Где Ягуар?”

– Мы феи Туманного леса, – перед лицом запорхали крошечные женщины в теплых одеждах из перьев и шерсти.

– Это вы насылаете холодный туман, поднимаете ветра и путаете нам дорогу? – Ниллин выплеснула на них накопившееся в ней возмущение тяготами выживания в лесу.

Девушка гневно смотрела на фей, сжимая кулачки.

– Мы не вредим путникам, которые приходят с миром в лес наших предков и не творят зло, – вперед вылетела светловолосая фея в пушистой серой шубке из нащипанного с волка меха.

– Я и мои младшие сестры наблюдали за вами, не показываясь на глаза и не давая нас услышать или почуять, – призналась другая, черноволосая и одетая в платье из бурых перьев совы или ястреба. – Мы не тревожили вас без причины.

– Тогда почему вы сегодня к нам прицепились? – Ниллин выскользнула из теплой норки одеяла, вскочила на ноги, подняла и накинула на плечи дорожный эльфийский плащ.

Необычайно плотный белый туман стоял вокруг места их привала крепостной стеной. Звуки отражались от него, превращаясь в бесконечное эхо. Теронт спал, убаюканный чарами фей.

– Что вы сделали с Яллоном?! – в ужасе вскричала Ниллин, и влажный воздух вокруг нее взорвался мощными раскатами эха.

– Мы убили бы твоего любовника-вампира, будь нам это под силу, – с хладнокровием тюремного палача произнесла самая тоненькая и хрупкая фея – юная русоволосая девчушка в короткой курточке и узких штанах из мышиной шерсти.

– К нашей с сестрами великой скорби, доставшиеся от предков чары не могут разрушить его магическую защиту, – сказала старшая фея. – Нам его не убить.

– Все, что в наших силах, – это помочь тебе спастись от неминуемой гибели, – средняя из сестер покружила над головой Ниллин и зависла в воздухе перед ее бледнеющим от страха лицом.

– Не врите мне! – воскликнула эльфийка. – Рядом с Яллоном я в безопасности. Скоро мы покинем ваш лес, и, клянусь, духу моего тут больше никогда не будет! Сидите в тумане и ешьте припасенный мед. Отстаньте от Ялли! Хищник имеет право на охоту по закону вселенского равновесия.

– Мы понимаем и признаем как должное, что не все живые существа питаются цветочным нектаром и фруктовым соком. Некоторым нужно убивать, чтобы выжить, – спокойно ей ответила старшая из сестер.

– Твой любовник Яллон привык питаться разумными, убивать невинных, – поведала младшая фея. – Охоту на зверей и птиц мы ему прощали. На людей и эльфов не простим никогда.

– Тот, кто пожирает разумных тварей, достоин лишь смерти, – старшая фея придирчиво заглядывала в округлившиеся от страха глаза принцессы. – Разве не об этом предупреждает закон вселенского равновесия, дарованный милостивыми и справедливыми богами?

– Лесные леди, вы пьяны от забродивших ягод! – Ниллин заметалась в кольце тумана. Чары фей удерживали ее на месте, не подпускали к белой стене. – Где вы нашли людей? Тут зверей и птиц с трудом сыскать! Из эльфов я единственная в заколдованном лесу, и Яллон заботится обо мне.

– Я, Алтея, главная хранительница Туманного леса, уверяю вас, принцесса Ниллин, как одна особа монарших кровей – другую, – старшая сестра оказалась королевой местных фей, – вся его забота и показная любовь – до третьей ночи.

– Мы путешествуем вместе много дней и ночей, – растерянная Ниллин отчаянно пыталась придумать, как убедить чокнутых хранительниц Туманного леса оставить их с Ягуаром в покое.

Где он? Ему тоже устроили допрос феи? С ним говорят король и принцы?

– Считай от прошедшей ночи, – пояснила королева фей. – Вспомни связующие чары и ваше соитие. Магия уже сплетает сети, укутывает тебя и усыпляет, словно паук – пойманную бабочку. На третью ночь твой редчайший в мире дар перейдет к Яллону и вампир сожрет свою добычу. Ты перестанешь быть ему нужна живой.

– Я вам не верю, – замотала головой Ниллин. – Яллон – мой суженый, предназначенный богами. Он любит меня и никогда не обманет.

Цепляясь стынущими в холодном тумане пальцами за плащ и тунику, она неосознанно пыталась разорвать на себе паучий кокон. Сердце стучало все быстрей, в ушах звенело пугающее эхо собственного голоса.

– Он пользуется твоей доверчивостью, – холодно и настойчиво произнесла Алтея.

– Мы оба страдали в заколдованном лесу от холода и голода, – напомнила Ниллин.

– Все верно, но только по разным причинам, – сочувственно улыбнулась королева. – Яллон поймал тебя в ловушку, Ниллин, и долго приручал. Ждал, пока ты согласишься принять его как любимого мужчину.

– Ты действительно веришь, что где-то поблизости растет сишеловая роща вдоль берегов теплого озера и в ней гуляют стада кабанов? – издевательски рассмеялась острая на язычок младшая принцесса. – Твой любовник сожрал последнего молодого кабанчика в лесу. Бедняга был ранен и слаб, не смог уйти вместе с родным стадом в дальние края.

– В твоей душе поселились сомнения? Ты начала вспоминать вчерашние мысли? Что подумала, когда Яллон вернулся с охоты? – допытывалась средняя сестра. – Увидела его и…

– Я удивилась, что ему повезло где-то найти так много добычи, – Ниллин вспомнила момент их ночной встречи, и страх пробрал ее ознобом до костей.

Страх не перед феями, а перед тем, в чью власть она согласилась вверить душу и тело.

– Местечко называется Эллошерд. В поселении живут разные существа, но людей там больше, – королева указала взглядом на младшую сестру. – Мальва – самая храбрая и отчаянная из нашей семьи. Яллон прошел туда через портал, и она полетела за ним. Видели бы мы с Медуницей – не пустили бы ее в чужие земли.

– Вампир не заметил слежки. Волшебный туман защитил меня от его темной магии, а пыльца с крыльев сделала невидимкой, – гордо заулыбалась Мальва. – В межпространстве я уловила рассыпанные частички мыслей. Яллон думал про твой дар и третью ночь. Он ждал, что твое согласие поможет зародиться связующим чарам, которые позволят им завладеть. В Эллошерде он убил пять человек и эльфийскую девушку – она была похожа на тебя, Ниллин.

– Ты просто летала и смотрела? – Ниллин подивилась жестокости прелестных созданий. – Почему не предупредила об опасности и не защитила их, не укрыла чарами?

– В чужих землях наши чары слабее, чем в родном лесу, – отвечала на упреки Мальва. – Я ничем не могла помочь тем несчастным. Предупредила бы поселок – и вампир убил бы всех жителей.

– Мы не в силах остановить и уничтожить Яллона, – повторила королева, – но мы не позволим ему погубить тебя, принцесса. Беспощадный убийца хочет завладеть уникальным даром и стать тираном, повелевающим народами. Не бывать тому!

– Я чувствую, он успел втереться к тебе в доверие, – Медуница коснулась щеки Ниллин крошечной ладошкой. – Ты можешь убедиться в том, что мы говорим чистую правду. На твоей одежде кровь Яллона. Используй знания предков. Призови ее силу и попроси явить мысленному взору тех, чьи жизни оборвались в минувшую ночь. Ты увидишь, чья кровь питала его тело и магию.

– Боюсь, у меня ничего не выйдет, – Ниллин еле двигающимися пальцами потрогала пятна застывшей крови на тунике. – Я отказалась от способностей эльфийского народа. Похоронила их в себе. Лесные хранительницы, я навсегда утратила связь с природой. Много лун назад перестала ощущать пронизывающее все живое в ней царство тонких энергий.

– Не погребла, а отправила в глубокий сон, и можешь пробудить, если очень сильно захочешь, – уверенно сказала королева Алтея. – Яви матушке-природе искреннее желание наладить с ней утраченную связь и покажи ей силу воли. Поклянись, что впредь никогда не отречешься от нее.

– Клянусь, что никогда не отрекусь, – опустившись на колени, эльфийка смяла пальцами запятнанную кровью ткань. – Матушка Анлара, я хочу снова чувствовать теплое дыхание жизни в твоем прекрасном гармоничном мире, и если допустишь, то и холод смерти.

Кольцо тумана плотнее сжалось вокруг нее, напоминая детскую плавающую игрушку, которая не дает малышу пойти на дно.

Ниллин закрыла глаза. В тот же миг ее сознание наполнилось всевозможными оттенками боли и страха. Голова одной из человеческих девушек погрузилась под воду, и несчастная захлебывалась, раскрывая рот от боли, пока Ягуар впивался в ее артерии и вены. Эльфийку он отпустил еще живой. Смотрел ей в глаза, пока бедняжка истекала кровью, содрогаясь в конвульсиях.

Ниллин взвизгнула в истерике. Пыльца с крыльев феи на миг перекрыла ей дыхание, не дала закричать от отчаяния и высушила не успевшие пролиться слезы.

– Он снова пошел за разумной добычей? – зажатая в тисках страха Ниллин дрожала мелкой дрожью.

Ей не пришло на ум другое объяснение столь долгого отсутствия рыжего вампира.

– За ним следят наши подданные, – ответила королева Алтея. – Яллон проводит ритуал. Ходит вокруг засохшей сишелы и говорит на неизвестном языке с каменным кинжалом. В заговоренном клинке живет древняя могущественная магия.

– Кинжал верховного жреца – проводник силы между нами, – объяснила Ниллин.

Она распрямила заломы на жесткой от застывшей крови ткани и перестала прикасаться к грязной одежде.

– С его помощью вампир пытается забрать у тебя врожденный дар, – продолжила ее мысль лесная королева.

– Вы сказали, я могу спастись, – Ниллин с горящей в испуганном взгляде надеждой смотрела на трех сестер фей. – Но как? Яллон меня не отпустит. Он почует, если я попытаюсь сбежать, выследит и убьет. Его конь Теронт не повезет меня одну без команды хозяина. И куда мне идти? На много верст вокруг нас ни одного разумного существа, кроме фей, но я не помещусь в ваш улей.

– Есть один шанс на побег, – таинственно произнесла королева.

– Я не смогу открыть портал чужим заговоренным оружием, – Ниллин постыдилась признаться в том, что ни разу в жизни она не открывала перемещающих порталов. – Да и вряд ли мне удастся завладеть кинжалом жреца.

– Покажи брачную метку, – попросила королева, и вместе с сестрами подлетела к вытянутой руке девушки.

Феи покружили над затянутым темной корочкой порезом, осыпали ладонь Ниллин золотистой пыльцой с крыльев. Корочка размягчилась, рана обнажилась и защипала. Ниллин зажмурилась и простонала от сильной боли.

– Вернется убийца невинных – дашь ему полизать крови из брачной метки, – королева Алтея прошептала заклинание, и россыпь волшебной пыльцы стала невидимой. – Лес усилит наши чары. Вампир крепко уснет и не почувствует, как ты сбежишь от него.

– Я смогу взять разбойничий нож и вонзить ему в сердце, – Ниллин было страшно представлять, как она все это сделает.

Ей прежде не доводилось убивать, но девушка чувствовала, что готова применить на практике уроки старого наемника Лиммиила. Нужно прервать череду невинных жертв.

– Защитная магия отразит удар и разбудит Яллона, разрушит лесные чары, – предостерегла королева Алтея. – Кинжал верховного жреца – единственное оружие в мире, способное убить кровожадного изверга. Но тебе не взять его в руки без разрешения. Ты даже не сможешь дотронуться до рукояти, пока будешь держать в уме намерения, опасные для его владельца. Нить твоей жизни привязана к магическому кинжалу, и она оборвется в момент касания.

– Выходит, нет спасения? – Ниллин посмотрела на пораненную ладонь.

– Ниллин, ты сумеешь спастись, – Мальва коснулась пальцев девушки тонкими полупрозрачными крыльями. – Ничего не бойся, принцесса, следуй за туманом к выгоревшей поляне.

– Доверься силе Туманного леса, – напутствовала Медуница, – она подсказывает нам, что помощь придет откуда ты ее не ждешь.

– Яллон возвращается, – королева приняла мысленный сигнал или услышала предупреждающий звук. – Ложись и укройся теплым одеялом. Усыпи страх и пробуди боль.

Туман полностью не рассеялся, но принял обычную форму затягивающей предрассветный лес бледной серой дымки, без стен, колец и причудливых клубов, похожих на завитки лианы.

Ниллин послушалась хранительниц заколдованного леса и спряталась в теплую норку. Скребя ногтями по ране, она подумала, что феи правы – боль запутает вампира, поможет обмануть его.

Ягуар подошел бесшумно, склонился над ней и взялся за край одеяла. Ниллин открыла глаза, привстала и посмотрела на него – очень надеялась, что с удивлением, а не ужасом.

– Где ты был, Ялли? Проснулась – а тебя нет рядом. Я начала переживать. Одной мне страшно и холодно в жутком лесу.

– Я ходил к дальним кустам по очень важным делам, – рыжий вампир улыбнулся, снял сапоги и залез под одеяло. – Ты не хочешь туда же сбегать? Если да, то иди к сухой сишеле. Запомни, слева от нее чисто, а направо не ступай.

– Пока не хочу, – Ниллин повернулась на правый бок.

Принцесса и рыжий зверь столкнулись взглядами и улыбнулись друг другу – чуть нервно и напряженно.

– Дай посмотреть на твою правую руку, – Ниллин изобразила искреннюю заботу. – Мне все кажется, что я ее ужасно сильно покромсала.

– А ты умеешь выбирать слова, – Ягуар улыбнулся шире, сверкнул верхним клыком. – На, смотри.

– Все зажило, и шрамов не осталось, – Ниллин провела пальцами по чистой и гладкой коже. – Я рада за тебя. А моя рана от каменного кинжала все никак не заживает, – она показала ему воспалившийся и кровоточащий порез на ладони. – Мешает спать. Болит и мучает меня.

– Покажи, – янтарные глаза стали ярче.

Ниллин поднесла покрытую невидимой пыльцой ладошку к губам вампира:

– Можешь ее зализать, Ялли? Ты говорил про лечебную слюну.

– Попробую, – хищно мурлыкнул Ягуар, будто ему предложили не залечить ранку, а испить крови.

Его горячий влажный язык заскользил по раздраженному пыльцой порезу – сначала слегка, без нажима, затем чуть сильнее. Вдавливая кончик языка в ранку, вампир ловил вытекающие капли крови, пробовал каждую из них на вкус.

Ниллин удерживала страх в темной клетке, где заперла силой мысли. Эльфийка почувствовала, что боль затихает и отступает. Она не знала, был ли это сигнал, что чары фей проникли в разум Ягуара и начали усыпляющее действие.

Ниллин отдернула руку.

Побоялась, что рыжий зверь войдет во вкус и прикончит беззащитную добычу, не дожидаясь третьей ночи.

– Видишь, теперь рана выглядит лучше, – с довольной улыбкой она продемонстрировала Ягуару затянувшийся порез.

– Спим дальше, пока до нас не доберутся солнечные лучи, – вампир положил руку ей на ребра.

“Придерживает, чтобы не сбежала”, – Ниллин испугалась случайных мыслей, назвала их обманчивыми порождениями страха и прогнала прочь.

– Думаешь, утром они изволят заглянуть в обитель мрака и тумана? – она отвлекала словами себя и Ягуара.

Вредно много думать, находясь на волосок от гибели, и трудно не дрожать в когтях кровожадного рыжего зверя.

– Не увидим солнца – поспим, пока не почувствуем сильный голод, – Ягуар широко зевнул, щелкнув зубами. – По себе знаю – он будит не хуже городского глашатая на площади.

Глава 2. Колдовской туман

Ягуар

Ниллин устало закрыла глаза, опустив голову на его подставленную руку, и Ягуар залюбовался ее густыми ресницами. Они слабо мерцали в лунном свете – длинные и невероятно красивые, похожие на драгоценную перламутровую бахрому.

Отведя прядку великолепных пышных и шелковистых волос, Ягуар коснулся губами остренького кончика ее уха, провел костяшками пальцев по бархатистой щеке. Нежные ароматы волос и кожи принцессы завораживали. Вместо неукротимого хищного голода они пробуждали мирное желание целовать и обнимать, прижимать к себе разогретое его ласками, но еще немного скованное робостью и неопытностью хрупкое изящное тело.

Ягуар знал, что никогда не пожалеет о решении оставить дочь пройдохи Эйлана в живых. Ему нравилось чувствовать крепнущую между ними связь, порождающую ее доверие и привязанность. Он замечал изменения и в самом себе. Удивлялся тому, с каким спокойствием и почти что равнодушием слизывал вытекающую из ранки кровь с ее мягкой ладошки. Ему не хотелось порвать клыками запястье и взять больше, чем эти ничтожные капельки.

Ягуар заново привыкал к давно забытому порядку, когда новая любовница не умирала в ночь их первого свидания. Рядом с Ниллин он чувствовал и вел себя иначе, нежели с обычной добычей женского пола. Изменял застарелым привычкам. Готовился пересмотреть некоторые взгляды на уклад собственной жизни. Молодая эльфийка была для него больше чем едой. Нет… Она не была едой вовсе.

Проголодавшись, он пойдет охотиться в захолустное селение. Портал перенесет его далеко за пределы Туманного леса. Туда, где Ниллин не увидит его настоящего, или для нее уже прошлого?

Рыжий вампир поймал себя на мысли, что портал разграничит его жизнь – как будто перенесет в другое время, а не только в неизвестное принцессе место. Там, вдали от нее, он прокусит женскую шею и напьется горячей крови, чувствуя как сердечный ритм замедляется и останавливается, а потом отпустит высушенное тело. Мертвая обнаженная красотка упадет к его ногам с характерным шлепком об пол. Ягуар вспомнил этот звук, из раза в раз повторяющийся почти неизменно, разве что ковер смягчал, а камень добавлял жестких тонов.

Ниллин об этом не узнает. Ее не постигнет участь той, условно безымянной жертвы.

Он вернется к ней и покроет ее длинную гибкую шею нежными поцелуями, не прокусывая тонкой кожи. Засыпая, он обнимет жену и уткнется носом в пульсирующую жилку над ключицей, даже не помышляя вскрыть клыком.

Он не причинит ей зла. До конца ее дней будет заботиться о ней и оберегать от всевозможных угроз.

Ниллин возведет его на престол и откроет перед ним путь к мировому господству, а он отплатит ей искренней любовью за доверие и королевский дар.

Разве не равноценная плата от того, кто прежде не любил ни одно живое существо в огромном мире, кроме самого себя?

После третьей ночи он отвезет жену в свое поместье в Немейростэне, которое приобрел за много лет до знакомства с Умалнином. Принцесса останется в безопасности под присмотром слуг и будет ждать его возвращения. А он тем временем принесет ритуальную жертву в Золотой Империи, подкрепит магическую силу, восстановит красоту молодости и продлит жизнь.

Ягуару не нравилось то, что у него на лице начали появляться морщинки. Это был плохой признак, указывающий, что время на исходе. Юный воин, о котором понапрасну грезила принцесса, скоро умрет на жертвенном алтаре, и к ней возвратится ее истинный суженый.

“Ялли”, – эхо Туманного леса принесло далекие отзвуки.

Увлекшийся мечтами рыжий вампир не понял, уснул он или продолжает бодрствовать.

Откинув с груди край одеяла, привстал и обнаружил, что принцессы нет рядом.

“Ялли, ты меня слышишь?” – в голове загудело, и Ягуар понял, что воспринимает мыслеречь, а не улавливает навостренными ушами звуки настоящего голоса.

– Рей? – Ягуар не поверил своим ушам, мозгам. Он сам уже не знал, чему может верить, но произнес имя вслух.

“Я вижу, ты не рад мне, брат”.

Туман сгустился, полностью скрыл деревья и кусты, а потом разошелся театральным занавесом, выпуская из рассветного сумрака высокого, мускулистого, довольно упитанного вампира с длинными светло-серыми волосами и лиловыми глазами.

Рейлен был в черных штанах с кожаным поясом и наемничьих высоких ботинках. Шел он медленно и прихрамывал на левую ногу.

Ягуар, не вставая с походной постели, смотрел на него и не понимал, это сон или явь.

Неужели Серый Туман действительно выжил?

Глаза Рейлена восстановились, обритая грива отросла, на ушах виднелись серые меховые кисточки. Лицо и тело пересекали шрамы. Отрубленные пальцы не выросли заново, как и отрезанный язык, иначе бы он хотя бы ради хвастовства говорил словесно, а не только мысленно.

Ягуар подумал, что между ног у Рейлена тоже ничего не болтается, как и во рту. Серый вампир сильно прибавил в весе. Может, он разжирел после кастрации – нарушились обменные процессы и гормональные балансы? А может, он жрал почти без остановки, чтобы залечить раны от магического клинка?

“А я хотел повидаться с тобой”, – продолжил Рейлен, не получив ответа.

Клубы тумана плясали вокруг него, извивались, словно змеи под дудку факира.

– Тебя не существует! Сгинь! – Ягуар махнул правой рукой перед глазами, но Рейлен не исчез.

“Разве?” – и снова мыслеречь – тяжелая, напористая, отдающаяся гудящим звоном в голове, похожим на стон колокола кладбищенской часовни.

– Ты – сонный мыслеобраз. Пустая выдержка из моих воспоминаний. Я проснусь, открою глаза и…

“Увидишь серый туман”, – Рейлен медленно развел руки, и клубы затанцевали над его ладонями без пальцев, напоминающими округлые кошачьи лапы.

– Это не твой туман! И не твой лес! Убирайся! – Ягуар попытался встать рывком, но запутался ногами в походном одеяле и упал на четвереньки.

Рейлен рассмеялся.

Твердо встав на ноги, Ягуар посмотрел на него и увидел, что выбитые зубы выросли заново и сверкают в улыбке ослепительной белизной.

– Ты не мог выжить, Рей. Где ты скрывался все это время?

“Пока вы с Илом, как два нищих бродяги, скитались по лесам и наемничьим пристанищам, я наслаждался любовью молодой красавицы по имени Мария. Она меня кормила досыта, баловала заботой и лаской”.

– Ты врешь, Рей!

“Нет, я говорю правду, Ялли”.

– Кастрированный кот не нужен молодой кошке. И старая кошка побрезгует об него тереться.

“Ялли, ты не держал домашних питомцев, ты их только пожирал на десерт к хозяевам, а потому ничего не знаешь про повадки. Умная кошка ластится к покалеченному коту, не замечая его увечий. Тебе не понять, что такое любовь. Ты привык, что вокруг тебя увиваются куртизанки, а им, как известно, мил и вонючий гоблин с тугим кошельком золотых монет”.

– Я взял в жены принцессу эльфов. Мне доверилась наследница редчайшего в мире дара.

Рыжий вампир не понимал, зачем он продолжает бессмысленную болтовню с плодом собственного воображения, но стыдился уступить в споре и тем самым признать победу мертвого врага.

“Хочешь сказать, дочь пройдохи Эйлана сбежала от искреннего доверия и большой любви? – Рейлен развесил мохнатые уши, почесывая подбородок. – Хмм. Интересная трактовка”.

– Сбежала? – покрутившись на месте, Ягуар осмотрел место привала и нашел только спящего коня.

Ниллин не появилась из плотной пелены тумана.

– Я найду и верну ее, – заявил Ягуар.

Подозревая, что все происходящее может оказаться не сном, он решил плюнуть на искалеченного хромого кастрата и пуститься в погоню за эльфийкой. Решил, что Рейлен побоится атаковать. И напрасно.

От отсутствия пальцев на руках серого вампира не уменьшилась мощь его удара, она, кажется, даже возросла после усиленного откорма.

Ягуар упал на походное одеяло. Не торопясь взять реванш, он сел, вытер брызнувшую из рассеченной губы кровь и ощупал едва не выбитую нижнюю челюсть.

Рейлен с детства был сильнее каждого из них, потому и охотиться на серого вампира пришлось вдвоем. Поодиночке бы ни он, ни Иладан не справился.

“Я не пущу тебя, – Рейлен угрожающе оскалился. – Принцесса на полпути к свободе”.

Нащупав под одеялом каменный кинжал в ножнах, Ягуар незаметно подтянул его к себе, извлек, спрятал под ногой и приготовился к атаке.

Рейлен подошел ближе, и Ягуар вскочил. План сработал. Серый вампир не ожидал, что против него снова направят единственное оружие, способное его убить. В первый раз Ягуар и Лорд не довели дело до конца, чтобы избежать отцовского проклятия. Но теперь, рискуя упустить принцессу, Ягуар убил в себе застарелый страх, чтобы навсегда покончить с братом-предателем.

Каменный клинок вошел точно в сердце, но вместо рвущейся плоти и брызжущей крови Ягуар ощутил и увидел пустоту. Рейлен исчез, рассыпался клубами тумана и возник за его спиной. От хорошего пинка под зад Ягуар чуть не поранил кинжалом колено. Рыжий вампир не устоял на ногах и врезался лбом в дерево.

– Ты мертв? – зашипел он, цепляясь когтями за шершавую кору шолевиннии.

Встал, развернулся и почесал побаливающий лоб. По-прежнему не понимал, это сон или явь.

Во сне так больно не бывает. А наяву мстительные призраки не являются врагам спустя несколько лунных месяцев после смерти.

“По вашей вине, – Рейлен надменно сложил руки на груди, – Поздравляю, Ялли, вы с Илом оба прокляты”.

– Этого не может быть! – воскликнул Ягуар. – В горном лесу тебя растерзал пещерный лев!

“Вы притащили меня к его логову, но пещерный лев не успел прийти по кровавому следу и схватить легкую добычу. Ослепленные безумной злобой, вы не почувствовали места силы. Под ковром из густого высокого мха скрывался дольмен. Тысячелетие назад он был святилищем дриад. В местах силы портал можно сотворить из мысли, не имея под рукой заговоренного оружия”.

– Дриады… Дольмен… – Ягуар запустил пальцы в волосы и чуть не выдернул прядь. – Я не верю в эту чушь!

“Ялли, я ускользнул из-под львиного носа. В чужом лесу меня нашли люди. Они обо мне заботились, кормили и лечили. Мария полюбила меня и пыталась спасти. Я умер у нее на руках. Погиб от потери силы из-за отравленных магией ран и того, что не принес ритуальную жертву”.

– Глупый сон, – простонал Ягуар в отчаянии. – Когда же он закончится и я проснусь?

“Не раньше, чем принцесса будет за пределами досягаемости, – ответил Рейлен. – Я не позволю тебе преследовать ее”.

– Сгинь! Пропади! Отстань! – Ягуар поднял с земли камень и бросил в серого вампира. – Я больше не желаю выслушивать бредни мертвеца. Вон из моей головы!

Рейлен растворился в тумане.

“Нет уж, послушай, рыжий братец, – он возник ближе к Ягуару и толкнул его беспальцевой лапой в грудь. – Вы с Илом, а не пещерный лев, нанесли мне последние раны. Помнишь, мы поклялись отцу перед его кончиной, что ни один из нас не убьет другого брата. Вы нарушили клятву и стали моими убийцами”.

– Еще неизвестно, сработает ли проклятие или оно потеряло силу с годами. Прошел не один век, – угрожающе прорычал Ягуар.

Прижавшись голой спиной к дереву, он чувствовал кожей над лопатками корявую жесткую кору.

“Справедливые кары вечны”.

– Мы живы, а ты влачишь посмертное бытие в виде жалкого обиженного призрака. Рей, ты не способен отомстить нам. Все, что можешь – являться во снах и стращать нелепыми угрозами.

“Ошибаешься, Ялли. Скоро ты узнаешь, что призраки тоже могут убивать. Мой посланник идет по твоему следу”.

– И снова пустые угрозы. Мне пора просыпаться. Надоело слушать бред скучающего привидения.

“Грядет нечто страшное. Я чувствую, как волнуется планета. Ил уже заглянул в бездну чужого мира”.

– Опять вранье. Ил не пойдет в мир людей. Нам нечего там делать.

“Миров мириады, Ялли. Далеко не в каждом из них живут люди или другие похожие на нас разумные существа, – Рейлен задумчиво посмотрел в небо, усыпанное звездами. Он словно вспоминал посмертное путешествие души сквозь пространство и время. – Во вселенной есть темные миры, куда ни в коем случае нельзя открывать межпространственные ходы. Я вас предупреждал. Вы не послушались. Предали меня и встали на чужую сторону. Вот и случилось то, что мы могли бы вместе предотвратить… Дверь приоткрыта, пока на узкую щелку. Не стоит уповать на спасительное чудо. Но еще не поздно ее навсегда захлопнуть”.

– Рей, ты бредишь, – Ягуар хлопнул себя по ушам, но кошмар не отпустил его разум. – Душевнобольной – вот как правильно тебя называть. У тебя не только мозги съехали набекрень, но и душа спятила!

“Мое здравомыслие в порядке, Ялли. Живой или мертвый – я всегда умнее тебя. Не тешь гордыню думами, что я пришел с тобой поболтать и почитать мораль. Я бы не явился без серьезной причины. Анларе грозит опасность. Тьма из бездны чужого мира готовится поглотить нашу планету. Моя дочь ждет ребенка. Я хочу, чтобы внук родился в живом и процветающем мире, а не в гибнущем и увядающем”.

– Ты помешался на своем дрянном выводке! – Ягуар оскалился, крепко сжимая рукоять каменного кинжала.

– Если не остановить Умалнина, он приведет в наш мир тьму, что способна уничтожить все живое, – предостерег Рейлен. – Послушай меня, Ялли… Я даю тебе возможность искупить вину. Откажись от разумных жертв, отпусти горного воина с принцессой и убей короля. Тогда я отзову посланника.

– Я никогда не отпускаю добычу. Никогда! Ты это помнишь?!

“Я помню все… И нашу дружбу, и твое предательство”.

– Рей, я не стану терять силу и рисковать жизнью ради твоих мохноухих выродков и мифических угроз! Собственная жизнь мне слишком дорога… Дороже, чем воспоминания о нашей дружбе.

“То, чем излишне дорожишь, легче всего потерять”.

– Исчезни! – Ягуар замахнулся каменным клинком, рассекая занавес тумана.

“Что ж… Выбор сделан. Маховик запущен… Прощай, мой жадный вероломный брат”.

Рейлен исчез в тумане и не появился вновь.

Ягуар открыл глаза. Да, он видел отвратительный кошмар. Прокусил губу во сне, и на язык попала его кровь.

Облизнувшись, он привстал и понял, что принцессы рядом нет. Повел носом, усиленно принюхиваясь, но ее свежий запах не витал в прохладном влажном воздухе Туманного леса.

Ягуар вскочил и взял магическое оружие. Кинжал верховного жреца крепко спал, пребывая в полнейшем бесчувствии после утомительного ночного ритуала. Не ответил на мысленный зов.

Рыжий вампир припал носом к земле, подобно дикому зверю вынюхивая следы сбежавшей эльфийки. Отыскал едва заметную неровную цепочку, сбивающуюся возле гнилых коряг и травяных кочек, и пошел по ней. На ходу перехватил волосы взятыми из кармана резинками, не стал тратить время на заплетание косы.

Следы красноречиво рассказывали Ягуару о том, что произошло до его пробуждения. Сперва принцесса шла медленно, ступала как можно тише, чтобы не разбудить крепко уснувшего вампира. В страхе она забыла предупреждение о правой стороне засохшей сишелы, вляпалась и поскользнулась. После досадного падения ускорила шаг. Там, где тропинка позволяла бежать, она пользовалась этой возможностью. Там, где на пути встречались овражки и буреломы, шла осторожнее.

Времени прошло много. Больше часа. Эльфийка успела далеко уйти от места привала.

Ягуар бежал сквозь пасмурный утренний лес. Мчался так быстро, словно преследовал стремительную косулю. Злился на то, что не чувствует встречного потока свежего запаха сбежавшей от него жены, не слышит ее испуганной неуверенной поступи, а лишь видит прямо перед собой кажущуюся бесконечной тонкую цепочку следов из примятой травы – темной от сбитого с нее серебра инея.

На выжженной пожаром прогалине цепь оборвалась. Ягуар остановился и осмотрелся по сторонам. Вокруг него простиралась поляна заиндевевшей невысокой травы, местами из ее серебристого ковра торчали похожие на чугунные пики обугленные остовы молодых деревьев.

Принцесса не могла испариться вместе с холодным туманом, уступающим лес умеренному теплу осеннего позднего утра. Время близилось к полудню. Солнце поблескивало в пелене туч.

Два неаккуратных из-за спешки отпечатка маленьких женских ножек. Левая впереди правой, мыски заглублены и врезались в землю. К травинкам пристыли мерзлые комочки почвы.

Ниллин ушла в портал или ее забрали с воздуха. Других правдивых и логичных версий не придумала богатая писательская фантазия, а совсем уж сказочные не принимались в расчет.

До границы с Немейростэном оставалось больше полутора верст. Одна, без его магической помощи, принцесса не смогла бы перейти ее, не попавшись в невидимые ловчие сети.

Кто помог Ниллин сбежать?

Явился Рейлен, дал подсказки и открыл для нее портал? Но разве призраки умеют создавать межпространственные лазейки в мире живых? Они приходят из мира мертвых, лишенные права власти над живыми существами. Могут стращать, изматывая нервы, но не перемещать из города в город или из страну в страну.

В древних колдовских книгах ни о чем подобном не написано. Иладан читал больше, возможно, он даст исчерпывающий ответ, но…

Но что, если принцессу похитил всадник на крылатом звере или гигантской птице? Отец сумел мысленно связаться с дочерью и прислал верного воина ей на помощь?

Ягуар не знал, где скрывается Эйлинан. Это был один из существенных факторов, которые и до побега принцессы не позволяли ему считать все проблемы решенными и мешали достичь душевного равновесия.

Рыжий вампир исследовал полянку рядом со следами эльфийки, чтобы найти клочок меха, чешуйку, перо или энергетический отпечаток портальной магии.

Ничего.

Все чисто.

Даже чересчур.

Как будто принцесса вправду испарилась.

Но так быть не могло.

Понятен один момент. Даже целых два.

Первый. Ниллин предупредили о том, что Ягуар не до конца честен с ней. Для острастки могли наплести о нем ужасных баек.

Второй. Ей помогли уйти от него. Уйти в неизвестность для него. Сумели его нейтрализовать на нужное им время.

Но как?

Почему не сработали защитные чары? Кто погрузил его в противоестественно крепкий сон? Принцесса или ее сообщник?

А если все-таки им был призрак Рейлена? Мог ли Серый Туман подчинить себе дикую древнюю силу зачарованного леса и действовать с нею сообща? Во сне он грозился освободить принцессу… Что он сделал с Ниллин и куда ее переместил? Оставил в живых или отправил прямиком в пристанище душ умерших? Серый Туман готов был пойти на все, лишь бы только ее королевский дар не достался его рыжему брату?

– Ре-е-ей! – Ягуар взревел от разъедающего его душу гнева и отчаяния, задрав голову к мелькающему за тучами солнцу, словно волк к полной луне.

Тучи разошлись, и ослепительно яркий солнечный свет ударил по глазам, обжигая отпаренную в бане чистейшую кожу. Прогнал рыжего вампира с поляны, заставил отступить в лесную тень. Впервые за много лет неуязвимости Ягуару пришлось вспомнить о том, что родился он сумеречным и ночным существом, обреченным охотиться во мраке.

Магическая защита слабела и истощалась. Ягуару показалось, будто он чувствует, как в невидимой вражеским глазам броне появляются крошечные трещинки и дырочки. Еще немного – и служивший не один век надежный доспех рассыплется, словно насквозь проржавевшая железяка.

Он ослабил себя, поделившись магией с принцессой.

Но еще не поздно укрепить защиту и вернуть неуязвимость. Нужно поспешить в Золотую Империю.

Ритуальная жертва. Для него пока что – последняя и единственная. И пусть весь мир осядет пеплом у его ног, но рыжий зверь не упустит добычу.

Глава 3. Тайна трех королей

Варя

Ливень колотил по стеклам старого замка, словно испуганный путник, за которым гнались вооруженные до зубов разбойники, и он, прибежав на свет незнакомого жилища, отчаянно стучался в надежде, что ему откроют дверь.

Варя подошла к окну и посмотрела вниз, туда где плескались волны, длинными языками вылизывая скалы до блеска.

Страшный сон о нападении врагов на остров барона не давал о себе забыть. Брошенный за стекло взгляд оживил кошмар и смешал его с явью. Ведьма-волчица слышала и видела все то, что должно было скоро случиться здесь. Снаружи и в коридорах замка раздавались предсмертные крики его защитников, лязганье мечей и стук боевых топоров. Алели пятна крови на каменных ступенях круто изогнутой лестницы.

Девушка затаила дыхание, и ее плечи дрогнули, будто бы она стояла перед подкрадывающимся чудовищем. Шагнула назад, не отводя глаз от окна, в которое продолжали отчаянно биться крупные дождевые капли.

Рассказать Эрику или повременить? Может, сперва поискать подсказки в старинных волшебных книгах?

На завтрак Тильда приготовила яичницу с хрустящими поджаренными хлебцами. Встали хозяева и гости замка поздно, ближе к полудню, и не было времени на долгую готовку.

Редкого и очень дорогого в этих краях кофе баронесса заварила чайную ложечку, для вкуса и бодрости.

– К обеду сделаю сочные бараньи котлеты, – пообещала хозяйка гостям. – Не останетесь голодными после тяжелой умственной работенки. Я любительница математических головоломок, и то сдалась на первой же попытке рассчитать календарь пророческого круга Шалемона. Эрик чудом его собрал по крохотным кусочкам.

– Маленькая внучка маминой подруги добралась до книги пророка и свитков, разрезала их ножницами, – Эрик поболтал кофе, оставшийся на донышке чашки, и допил торопливым глотком. – Идем, я все тебе покажу.

– Хочу скорее увидеть, – Варя слышала об этом календаре от старенького профессора магической академии. – Пророческий круг Шалемона считался безвозвратно утерянным. Календарь требует расстановки хаотично указанных символов. Нужно правильно рассчитать их последовательность.

– Этим мы и займемся, – Эрик вышел из-за стола и поманил Варю за собой.

Они улыбнулись друг другу, столкнувшись взглядами. Эрик заразил ее восторженным рвением. Девушка невольно залюбовалась его небесно-голубыми глазами, в которых сияли задорные искорки.

Тревога не ушла далеко, она только сделала шаг назад, как утром Варя в коридоре замка отступила от омываемого дождем окна. Но стало легче. Пусть всего на чуток, и то хорошо. Волнения и страхи – худшие помощники в разгадке древних пророчеств. Для восприятия сакральных знаний нужны ясная голова и спокойное сердце. Так говорили премудрые магистры в академии.

Домашняя библиотека барона Гильцвайгена поражала своим величием. Разумеется, она едва ли могла сравниться по размаху с меньшим из академических хранилищ книг и манускриптов, но в ней запросто можно было заблудиться, прохаживаясь между рядами высоченных шкафов с блеклыми витражами на дверцах. Книги и свитки здесь были повсюду: стоящие на полках тома с разноцветными корешками так плотно покрывали стены, что издали казались причудливым рисунком на обоях.

В центре библиотечного зала на красном с черными узорами ковре были разложены открытые пророческие книги и собранные из покромсанных ребенком кусочков пожелтевшие страницы.

Эрик подвел Варю к восстановленному широкому свитку. На нем был начертан календарь из сотни кругов, разбитых на множество делений с пророческими символами. Присев на ковер, они внимательно всмотрелись в него.

– Скажи, что думаешь, – Эрик нетерпеливо стукнул по колену. – Я ничего не потерял? Все фрагменты на месте или чего-то не хватает? Эйлинан сказал, что круг не складывается, а он лучше разбирается в древних эльфийских рунах, чем люди.

– Эйлинан? Господин был в замке? – Варе захотелось побольше узнать о визите короля наемников к барону.

– Вместе с Ровеной, – голос Эрика почему-то упал, и парень присмирел. – Они долго изучали записи в книге Шалемона, вертели внутренние сферы календаря, чтобы сложить пророчество с датами. Полдня просидели, а далеко не продвинулись. Эйлан сказал, часть упущена или искажена.

– Хоть что-нибудь они растолковали? – Варя придвинулась ближе, и разутые ноги запутались в непривычно пышном и длинном для нее дорогом платье.

– Центральную сферу – она самая маленькая и сохранилась цельным куском, – Эрик обвел пальцем по контуру. – В ней зашифровано пророчество о трех королях. Не помню дословно. Эйлан их называл “старые новые короли” и говорил, что они должны помочь спасти мир от вечной тьмы.

– Я не понимаю, как может король быть старым и новым в одно время, – призадумалась Варя. – Старик? Но я не вижу внутри круга ничего похожего на символ, указующий на солидный возраст.

– Эйлан с Ровеной тоже ничего не поняли, кроме того, что миру грозит опасность.

– Когда она придет – не ясно?

– Говорили, что скоро. Точную дату надо рассчитать.

– Смотри, этот кусочек лежит вверх ногами, – Варя обнаружила ошибку в сложении календаря.

– У клочка бумаги нет ног, – улыбнулся Эрик.

– Народная поговорка, – объяснила Варя, пристраивая магический знак на правильное место.

– Эйлан и Ровена отправились на Восток, в далекие владения оборотней-драконов, – парень посмотрел в узкое оконце, дававшее мало света.

Дождь перестал, но солнце не вышло из-за туч.

– Пророк Шалемон был золотым драконом, – Варя вспомнила красивую легенду. – Я читала книгу о его кругосветном странствии.

– На его родине, в королевской сокровищнице, хранятся свитки, которые могут помочь в толковании пророчества. Нужны подсказки, чтобы понять, что нас ждет. У Эйлана и Ровены плохое предчувствие. Они думают, времени мало. Не годы, а в лучшем случае месяцы. Потому надо спешить с календарем.

– Тут сотни тысяч символов, из них нужно выделить слова и цифры, – затаив дыхание, Варя прикинула масштаб работы. – Я знакома не со всеми рунами. Представляю главное правило расчета, но только в общих чертах. Что ж, будем вместе стараться. Объясню тебе, что надо делать и будешь мне помогать.

Девушка не испугалась и не впала в уныние. Чем труднее задача, чем приятнее радоваться ее решению.

– Пока мы не окунулись в море календарных цифр и частиц древнего предсказания, ты не могла бы ответить на один вопрос? – Эрик посмотрел ей в глаза и скованно улыбнулся, заранее извиняясь за бестактность. – Что произошло с вами в пути? Ты знаешь, где сейчас принцесса, но решила это скрыть от барона с женой? Не доверяешь им? За ужином я почувствовал, что ты не хочешь рассказывать им про Ниллин.

– Эрик, прости, я не уберегла принцессу, – щеки Вари стыдливо порозовели. Девушка склонила голову, и прядка рыжих вьющихся волос упала на лоб. – У меня не хватило духа сказать барону с женой правду.

– Ниллин погибла? – Эрик взволнованно смотрел на нее, и пришлось снова поднять взгляд.

– Я искренне надеюсь, что подруга жива, – Варя пожалела о том, что говорила упадническим тоном, выбрала не те слова и рубанула с плеча. – Дай мне все рассказать. Подумаю о ней – и на сердце становится тяжко.

– Слушаю и не тороплю, – Эрик протянул руку над пророческим календарем и утешительно коснулся кончиков ее пальцев.

– Мы угодили в ловушку. На нас напали. Это были не обычные лесные разбойники, – Варя вспомнила страшное утро.

– Наемники?

– Думаю, да. Но точно не наши.

– Как вы попались?

– Очень глупо, Эрик. Очень… Я предупреждала Ниллин, чтобы не соблазнялась синесиликой. Не нравилась мне та поляна. Спелых красивых ягод к осени уже бы не осталось. Голодные птицы и звери, парша и гниль. Такое чувство, что нас поджидали.

– Кто-то из врагов узнал маршрут полета?

– Среди нападавших был сильный колдун. Думаю, на самом деле поляна была пустая, без ягод. Колдун сотворил иллюзию-приманку, и Ниллин купилась. Я предупреждала, но принцесса не послушалась. На нас напали здоровенные мужики. Мы сражались, я обернулась волчицей и убила одного из них, но… совершила знакомую тебе ошибку. Пропустила удар ножом. Чудо, что не серебряным.

– Мы продолжим наши тренировки. Поработаем над ошибками. Рассказывай дальше. Наемники схватили принцессу?

– Они ее поймали и увезли в кибитке. Я, как только смогла встать на лапы, сразу же пустилась за ними в погоню. Долго бежала по следу, а когда нашла их привал, увидела разорванные палатки и мертвые тела. Ниллин кто-то вызволил. Я не знаю, всех ли наемников убили, может, кому-то удалось бежать, но их главарь-колдун был мертв. Ему отрубили голову. Дождь размыл следы, я чуть не заблудилась в лесу. Мне помогли дикие волки и старенький чародей-медведь.

– Эйлан не говорил, что для подстраховки выслал отряд, – Эрик задумчиво поводил пальцем по щеке. – Он мог привлечь кого-то из своих знакомых. Тех, кто не был в лесном лагере. Тайно, ничего нам не рассказывая. Но все равно это странно. Чужие бойцы. Загадочное спасение или новое похищение?

– Плохо, что мы не можем увидеть, где сейчас принцесса, – пригорюнилась Варя. – Десятки раз я пыталась настроиться, как учили в академии, чтобы вызвать видения и почувствовать, что с ней.

– Связи нет. Ни с кем. Ни с чем. Никак, – парень сделал глубокий вдох и перешел на мыслеречь. – “Мы с тобой сидим рядом, друг напротив друга так близко, что можем коснуться рукой. А чувствуешь, как тяжело дается телепатическая передача? Мысленные слова будто увязают в болоте, на них налипает что-то тяжелое и тянет обратно в глубины разума”.

“Да, тяжело, – Варя повторила опыт и убедилась в его правоте. – Сразу на голову давит. Легче говорить устами”.

– Сказать, как я попал к Эйлану и почему он меня назначил главным среди оборотней? – Эрик решил хоть немного развеять тоску. – Спорим, ни за что не поверишь?

– А давай без споров? – предложила Варя.

Девушка вспомнила о том, что споры бывают разные: и на поцелуй, и на раздевание. В академии за такие вольности строго карали, назначая сложные не по курсу задания. А здесь они наедине.

– В детстве я мечтал стать моряком, – признался Эрик, скромно улыбаясь. – Думал, из меня выйдет настоящий морской волк. Со старших классов школы подрабатывал в порту. На отца – выпивоху и картежника в семье было мало надежды. Хотел пойти в матросы, прочитал уйму книг о судоходстве и морских хитростях, готовился поступить в училище. Все ждал, когда меня заметят и пригласят на борт. Капитаны или владельцы кораблей иногда набирали в порту подсобных работников, и однажды на меня обратил внимание старый купец. Видела бы ты, как я радовался, когда думал, что стал частью команды торгового судна.

– Почему “думал”, а не стал?

– Варя, я провел на борту всего пару дней. Со мной это случилось впервые – я почувствовал настроение другого оборотня, увидел, о чем он думает и раскрыл его замысел. Не волка, а птицы. Ворона. Его нанял другой купец, чтобы потопить корабль конкурента. Все на борту погибли бы, а он бы улетел. Я предупредил капитана и команду. Подлеца схватили и под пытками он во всем признался. Корабль вернулся в порт, чтобы сдать наемника в тюрьму, а меня… завербовали. Думаю, и о нашей семейной библиотеке они были осведомлены. Люди Эйлана встретили меня в городе и предложили работать на того, кто хоть и не в ладах с законом, но никогда не опустится до столь подлых деяний. Нам с мамой тогда были очень нужны деньги, я не терял надежды поступить в училище, и потому согласился. Эйлан отметил, что я лучше других оборотней чувствую сородичей. Он ценил, что я могу внушать им послушание и поддерживать телепатическую связь на больших расстояниях. А что теперь? Мы рядом, а я едва ощущаю тебя.

– Как будто нечто старается завернуть нас в невидимые коконы, отделить друг от друга и от окружающего мира, нагнать тоску и лишить светлых чувств, – Варя подержала его за руку. – Тьма надвигается, Эрик. Смотритель маяка не потерял рассудок. Он видит больше нашего, живет вне кокона.

– Мы должны истолковать пророчество, – ее прикосновение вдохновило парня. – Не ждать возвращения Эйлана и Ровены. Собрать бы всех наших в замке, но многие не выжили, а уцелевших не найти без магической связи.

– В лагере что-то случилось после того, как мы с Ниллин улетели на пегасе? На вас напали? Кто это сделал?

По взгляду парня и тому, как он медлил с ответом, Варя поняла, что сражение на поляне – цветочки против того, что пережили наемники “Старой Гвардии” и ее возлюбленный князь-орел, оставшийся вместе с ними.

– Умалнин натравил на нас драконьих всадников из королевской гвардии, – Эрик мельком глянул в окно.

Парень словно хотел убедиться, что под густыми облаками не маячат крошечные тени приближающихся драконов.

– Вот почему нас торопили с полетом, – Варя тоже посмотрела в окно с какой-то детской робостью, ну точно как после прочтения страшной сказки.

– Мы ждали гостей, но не таких и не в том количестве, – Эрик говорил через силу. – В лагере была жесточайшая бойня. Сталь, пули и огонь. Повсюду. И трупы друзей под ногами. Никогда не забыть.

– Король-предатель за все поплатится.

– Те, кто выжил… Их осталось очень мало, и они разбрелись по разным городам и селам, чтобы уцелеть. Варя, нас ищут. Идет охота на всех сторонников Эйлана. Порталы на Землю не открыть. Боевые маги убивают перебежчиков без разбора. В городе меня предупредили, чтобы не держал при себе или дома связующих устройств на спайке анларской магии и земных технологий. За них сразу голова долой, как и за огнестрельное оружие, взрывчатку.

– Скажи мне, кто выжил из тех, кого я хорошо знала.

– Сергей, метка которого у тебя на шее, его любимая Раиса, тигр Ли Чонг и львица Симона, танцовщицы Клара и Мила, маг Паскаль, орк Кейл, люди: Марья Степановна и Виктор, Борис и Марина, рысь Руслана, гномы Гайви и Бемма, вампир Лаймири, гоблин Темлол, оба тролля-близнеца, ручная лисичка принцессы и полосатая кошка.

– А Шота из Тимаса? О нем ты почему молчишь? Сказал про мою вражину рысь, а про него – тишина! – Варя встала, буравя парня возмущенным взглядом.

– Варя, знаю, я должен был сказать тебе об этом еще вчера, – Эрик тоже поднялся с пола. Глаза его растерянно забегали. – Не мог решиться. Не хотел тебя расстраивать. Тебе и так досталось от воронов Марока.

– Не томи. Говори, что знаешь.

– Шота погиб в той битве. Он совершил подвиг, помог нам убраться с поля боя живыми, но…

– Я не верю! – в голове у Вари не складывались в единое целое предсказание деда Потапа и слова Эрика.

– Послушай меня, – парень обошел разложенные на ковре свитки и книги, взял ее за плечи. – Да, я знаю, тебе больно это слышать, но я сам видел, как Шота вызвал драконов на себя и пламя его поглотило. Вместе с верным черным единорогом он исчез в огне.

– Нет, это неправда, – Варя замотала головой и оттолкнула Эрика подальше от себя. – Я чувствую, Шота жив. Он перебежчик. Мог уйти в портал и вернуться в родной мир.

– Возможность открыть портал на Землю уже тогда была заблокирована. Я говорю правду.

– Нет!

– Хочешь сказать, я нарочно придумал? Смотришь на меня как на подлого обманщика! Этого я больше всего боялся, а потому не спешил тебе рассказывать об орле. Я ожидал, что ты посмотришь на меня именно так, разгневанной волчицей, готовой порвать глотку обидчику, но гнал сомнения прочь, считал их пустыми и глупыми. Нет, Варя, я бы не стал тебе врать про его смерть, чтобы завоевать твою любовь. Да, я люблю тебя, и это рвет меня на части. Рядом с тобой мне хорошо и плохо. Я то мучительно страдаю, то нахожу спасительное утешение. Ты посмотришь – и я вижу свет. Отвернешься – и я снова падаю во тьму. Но я бы не стал добиваться тебя ложью! И это было бы просто глупо! А если бы орел прилетел сюда? Он знал путь на остров.

– Я… Мне, – по щеке Вари скатилась слеза.

– На чем тебе поклясться? – Эрик заметался взглядом по забитым книгами полкам шкафов. – Какую священную книгу выбрать, чтобы на нее положить руку? Что за слова произнести?

– Не нужно клятв. Я ни в чем тебя не обвиняю.

Варя присела и положила на колени большую тяжелую книгу с перечнем древних пророчеств и подсказками по их разгадке. Открыла и начала листать, надеясь спрятаться среди страниц, как в темном лесу. Не от Эрика. От плохих мыслей и сомнений. От растущего непонимания, кто же из двух оборотней прав: молодой волк или старый медведь.

Дед Потап обещал ей встречу с князем. Не на том же свете. Явно на этом.

– Но ты не веришь мне, – Эрик сел напротив, ничего не взял в руки. Оперся ладонями на пол, как зверь – лапами и склонился к Варе. – Не стоило мне напрасно надеяться. Мечтать о том, что время залечит раны и сыграет в мою пользу. Да, такой вот я дурак.

Парень обреченно вздохнул, обдав ее лоб горячим дыханием. Она отвлеклась от книги, увидела его бледное, чуть искаженное печальной гримасой лицо с поджатыми тонкими губами.

– Я думал, что со временем ты сможешь полюбить меня, – Эрик открыл ей сокровенную тайну страждущей души. – Представлял, как в гостях у барона мы днем будем разгадывать пророчества, тренироваться в спарринге, а вечерами гулять по острову и говорить по душам, как обычные люди, или бегать волками. Морской ветер приятно ворошит шерсть. Но это все несбыточные мечты. Ты никогда меня не полюбишь. Твое сердце всегда будет с ним, хоть с живым, хоть с памятью об умершем. Что бы я ни делал для тебя, так и останусь чужим, посторонним, лишним в твоей жизни.

– Эрик, ты для меня не чужой. Лучшего друга, чем ты, я не могу вспомнить. И я очень дорожу нашей дружбой, не считаю тебя обманщиком и подлецом. Ты должен это знать.

Варя отложила книгу в сторону и опустила руки на ковер, чтобы их с Эриком пальцы соприкоснулись. Лица были так близко, что в глазах плыло. Инстинкт подначивал обернуться волчицей и помчаться вместе с серым волком на четырех лапах вниз по лестнице.

– Некоторых знаний бывает недостаточно для счастья и благополучия. Не помню, кто из мудрецов так говорил. А может, я сам придумал. Перечитал заумных книженций, – Эрик усмехнулся, игриво толкнув ее пальцы своими.

– Сердцу не прикажешь – я много раз повторяла самой себе, видя, как ты маешься, а теперь скажу тебе об этом вслух, – Варя ласково улыбнулась, думая о том, как бы не сделать парню еще больнее неловкими словами. – Ты мне очень дорог как друг, но любовь… Знаешь, она подобна священному таинству, над которым смертные не властны. Мы не в силах выбирать, кого любить.

– Вечная классика. Для одного любовь – счастье, а для другого – трагедия, – Эрик выпрямил спину и сложил руки.

– Довольно с нас трагедий, – Варя потянулась к собранному из мелких кусочков календарю. – Будем верить – каждый в свою мечту. Я чувствую, что мой любимый жив, а ты просто еще пока не встретил ту единственную, с кем будешь счастлив. Не надо возражать. Поверь в то, что не принесет страдания.

– Легко сказать, но… Вернемся к нашим королям, – Эрик напомнил, что разговоры идут, а работа не движется с места. – Старые. Новые. Кем бы они ни были, надо их вытащить из круга головоломки, чтобы спасти мир.

– Возьми чистую бумагу и перо с чернильницей, – попросила Варя. – Будешь записывать мои расчеты, а потом вместе сверимся, все ли идет правильно.

Эрик встал и пошел выполнять ее просьбу.

Глава 4. Волчье озеро

Варя

Разгадка древних головоломок – дело не быстрое. К обеду Варя и Эрик узнали всего лишь еще один секрет пророчества. То, как в нем именовались таинственные старые новые короли. Первый из них олицетворял Солнце, имел особую власть днем. Второй был посвящен Большой Луне, он властвовал утром и вечером. Третий представлял силу Меньшей Луны, и время его – ночь.

Мудрый пророк не обозначил, к какому народу принадлежал каждый из указанных в календаре правителей, не указал их имена.

Варя поймала себя на мысли, что она даже не может запутаться в догадках. В трех соснах легче заплутать, они хотя бы есть перед глазами. А у них с Эриком на две головы не нашлось ни одного похожего на истину предположения – кто же эти короли. Знать бы, где их искать: среди действующих властителей по всему миру, или каждому из них еще только предстоит взойти на престол?

Тильда приготовила бараньи котлеты с картофельным пюре и творожную запеканку. Обед был очень вкусным и таким сытным, что после него хотелось прилечь отдохнуть и не спешить возвращаться к пророческому календарю, который вместо раскрытия тайн подбрасывал все новые загадки.

Варя понимала, им нельзя терять время понапрасну. Дорога каждая минутка, если речь идет об угрозе всему миру.

Пользуясь краткой передышкой для ума перед новым штурмом головоломки, девушка пригласила Эрика в свою комнату, чтобы показать жуткую находку.

– Смотри, – Варя раскрыла перед ним сумку. Лежащий сверху черный амулет показался на виду, но девушка не спешила прикасаться к нему. – Главарь разбойников, темный колдун, носил на шее эту заговоренную штуковину. Я забрала ее с собой. Знала с первого дня, что в ней таится злая сила. Но вчера взяла в руки – и почувствовала ее сильнее, чем прежде.

– Не стоило приносить его в замок, – сердито нахмурился Эрик, глядя на загадочный амулет.

– Думаешь, он приведет сюда врагов? – девушка испугалась, что совершила непростительную глупость.

– Магическую связь глушат по всему королевству. Вряд ли для кого-то можно сделать исключение, предоставить выделенную линию. Насколько я помню со слов Эйлана, магическая связь либо есть у всех и сразу, либо ее нет ни у кого, – Эрик отвел взгляд от амулета и улыбнулся ей. – Варя, не переживай. Если враги прибудут на остров, точно не по твоей вине.

– Уф-ф. Спасибо за утешение, – Варя взяла бумажную салфетку, примерилась подцепить через нее пальцами заговоренный предмет. – Я думала, что эта штука может быть �