Последняя ведьма королевства

Глава 1

Я всегда была средней. Средней во всем. Для начала, третья по счету из пяти дочерей. Внешность у меня – не красавица, не уродина. Обычная. Не то, что мои сестры, и старшие, и младшие. Одна краше другой. Картинки, на загляденье. Локоны цвета спелой пшеницы, глаза голубые, с поволокой. Аж прибить хочется, всех по очереди. В кого такие только уродились, словно благородные, если отец – пекарь, а мать – вообще из крестьян. С умом у меня тоже как-то не заладилось. Не сказать, чтоб слюну пускала, и «угукала», как наш местный дурачок Николка, а вот звёзд с неба не хватала. Да ещё природная тяга вляпываться во всевозможные неприятности и курьёзы. То есть, для вашего понимания, если в знойное, засушливое лето посреди королевства будет одна единственная крохотная лужа, я несомненно в нее упаду. Причем лицом. Причем при свидетелях, которые со смеху помрут от нелепости этой ситуации.

Вот и сейчас. Все сложилось, как обычно. Я сидела в кухне, утирая разбитый нос рукавом и слушая от родителей гневный выговор. А все из-за того, что к нам в село, наконец, приехал маг. Явление этого моложавого мужчины в черных брюках и черной же рубахе, на которой многозначительно поблескивала серебристая бляха, означающая род деятельности, вызвало переполох и настоящую истерику. Все девки, не успевшие выйти замуж, нацепили лучшие платья, а потом гурьбой направились к Храму Стихий. Те, что совершили оплошность и успели обзавестись столь ненужным в данном случае хозяйством, как мужья, все равно достали праздничные наряды и тоже двинулись на знакомство с красавчиком. Даже матроны, сами имеющие дочерей на выданье, явились к порогу храма, пугая ворон насурьменными бровями и пылающими от румян щеками.

Наше село с весёлым названием «Кузихи» магов не видало лет двадцать. Последний был тут после той самой войны, когда по приказу короля, уничтожили ведьм. Всех, под корень. Выжгли, как опасную для государства угрозу. Если я говорю «выжгли», то это не образно, не для красного словца. Так и было.

Совет Магов, отчего-то, истинная причина нам, простому люду неведома, объявили ведьмовской Ковен проклятым. А потом понеслось… Поначалу ведьмы не понимали, что их хотят уничтожить целиком и полностью. Сопротивлялись. Думали, ну, может, у магов малясь с головой незаладилось. Как можно оставлять мир без ведьм? Их волшба особая, на магию не похожая. Ведьмы всегда имели связь с Землёй. Им силы давала сама Природа. Оттого они в города никогда не совались. Каждая ведьма имела свой удел, большое село и несколько деревень поблизости. Маги настоящую провинцию, поэтому, в глаза не видели. Тут была территория ведьм. Вылечить от простуды, роды принять, заговор на хороший урожай сделать, сглаз отвести. Чем уж это помешало государству в общем и магам лично, до сих пор не известно. Однако, факт, есть факт. Извели Ковен до последней ведьмы.

Года не прошло, после того, как Верховная, самая сильная, самая мудрая, умирая, прокляла королевство, и пошла сильная отдача от ее волшбы. Сначала пронеслась чума по всей стране. И ведь что интересно, люди, обычные, способности к магии не имевшие, остались в стороне, а вот одаренных болезнь косила одного за одним. Выстояли, вроде, каким-то чудом. Говорят, Совет Магов три дня и три ночи без устали создавали заклятие, способное остановить напасть. Потом в деревнях стали погосты подниматься. Некроманты с ног сбились. Когда один из мертвяков посреди торговой площади вылез во время ярмарки и в пляс пустился, тут уж понятно стало, где и на каком конкретном месте этих самых некромантов мертвяки вертели.

В лесах, реках и болотах нечисть, будто с ума сошла. Отовсюду пачками пёрли. Девкам ни белье постирать, ни искупаться. То и дело кикиморы простыни тащат, а потом по ночам хороводы в них же водят. Русалки мужиков в воду волокут. До того дошло, одна бабенка с русалкой в драке сцепились. Рвали волосы друг другу так, что до ближайшего города крик стоял. Она ж не знала, хвостатая, что мужик, которого выбрала в жертвы, женат на самой склочной и ревнивой скандалистке. А той без разницы, кого за космы таскать, соседку или русалку. Еле отбилась нечисть от бабы.

В общем, началась не жизнь, а сплошные нервы. Маги не успевали оказаться во всех концах страны. Мотались от села к селу, от деревни к деревне. А толку никакого. И вот так уже двадцать лет. Король ногами топочет, порядка от Совета требует, но последствия проклятия Верховной ведьмы оказалось, не остановить. Тут только волшба нужна, в которой сами маги ни бельмеса не смыслят.

Спохватился Совет, что сотворил, уничтожив Ковен, да только ведьмы рождаться перестали. От простой женщины такая дочь никогда не появится, а непростых сами же до единой на костер отправили. Все. Тупик.

Вот и у нас в Кузихах завелась целая армия домовых и, не иначе как, бесов. Тех самых, которые в Нижнем мире живут, но изредка выходят пакости творить к людям. По-другому не объяснишь, отчего по ночам в каждом доме ссоры, да скандалы до самого утра. Крайний раз тетка Марыся так скалкой отходила своего мужика, что неделю на глаза показаться не мог. А он, так-то, вообще, староста. Один день вышел на улицу, пять дворов его смехом проводили, а как не смеяться, если у главы села половина лица расцарапана, под глазом синяк, волосы, без того не очень густые, дыбом стоят. После этого решил староста Матвей переждать, пока внешний вид снова приличным станет.

Ко всему прочему, явно кикиморы гнездо завели. В лес пойти не возможно. Один вон ушел за грибами и пропал. Следов не нашли. Правда, говорят, его через месяц в соседней деревне у вдовы молодой заметили, так это врут, наверное. А вот девки тех самых кикимор сами видели. Ягод хотели набрать, в итоге ни ягод, ни длинных кос. Кикиморы их поймали, да теми косами связали. Пришлось резать ножницами для стрижки овец. Девки ревут, овцы блеют – чистое светопреставление.

Староста пять писем в город написал. Так, мол, и так, дайте нам мага. Даже Храм готовый имеется, с местом Силы. Может, не активно оно, так маг разберется.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Вот нам и прислали. Положа руку на сердце, хорош собой, неимоверно. Высокий, плечистый, глаза пронзительные, волосы по плечам волной. Я, правда, его сначала со спины чуть с девицей не перепутала. Ещё плащ с толку сбил, не видно, что в штанах. Но в общем, красивый, не поспорю. В меру взрослый, не юнец малолетний. Чувствуется, человек с опытом. В первый же день Храм открыл, тяжёлый замок с дубовой двери убрал. Раньше, когда ведьмы ещё были живы, Храмы стояли всем доступные. Хочешь помолиться, иди, на здоровье. Место Силы оно в магах не нуждается. Они в нем – да. А ему – то и без них хорошо. Храмы, расположенные по королевству, которые стояли не в городах, раньше всегда убирали сами ведьмы. За порядком следили. Своих дел там никаких не творили, только чистоту держали и дары от Природы приносили каждый седьмой день. Ведьм не стало, Храмы никому не нужны оказались. Только, когда маги приезжие появлялись.

Меня на важную Службу отец отправил. Иди, говорит, Алиана, ума-разума набирайся. А то я не поняла в чем дело. Нацепили нарядное платье, причесали, ленты вплели. Две сестры старшие замужем, младшие просватаны, я одна даром никому не нужна. Мало того, что не имею красоты, как другие, так ещё глаза черные. За спиной иногда переговариваются, как это у светловолосых и голубоглазых родителей, дочка с темным взглядом родилась. Ещё, конечно, дело в характере. Врать не буду. Скверный он у меня, пакостный. Сызмальства. Все местные женихи были в детстве биты мной неоднократно, причем столь впечатляюще, что до сих пор забыть не могут. Не умею я, будто пава ходить, голосом говорить так, словно ручей бежит. А молодой приличной девушке по-другому нельзя. Я же наоборот, чуть не по-моему, сразу вспыхиваю, как пожар. Вот отец и решил под шумок лишний раз меня потенциальным женихам показать. Про мага все соседние деревни узнали, поэтому в Храме народу набилось, не протолкнуться. Надежда ещё жила в сердце родителя, что его непутевое чадо какой-нибудь бедолага оценит.

Я спорить не стала, пошла. Конечно, дураков не найдется, все дураки давно местными красавицами разобраны. Не знаю уж, почему, но мне деревенские парни казались сомнительным счастьем. Смотрела на них и всегда думала, мало. Вот этой жизни, со скалкой в руках, с мужем, от которого разит выпитым самогоном и солёными огурцами, мне будет недостаточно. Потому и не рвалась особо понравится тем, кого считаю пустоголовыми.

Только, отправляя меня в Храм, ни отец, ни уж тем более я, не могли предположить, чем все закончится. Хотя, зная мою способность убиться на ровном месте, могли бы и догадаться.

Народу, естественно, оказалось столько, что яблоку негде упасть. Девки рвались ближе к кристаллу, который в центре места Силы стоит. Ну, уж точно не ради благодати, которая от него исходит, просто маг именно там замер с торжественным выражением лица. Мужики чуть подальше. Шапки поснимали, стоят, глаза лупят.

Только переступила порог, сразу почувствовала, что-то не так. Внутри, в груди все будто сжалось. Сердце биться перестало. Застыла в дверях, дура дурой, шага сделать не могу. Маг ровно в этот момент потянулся к кристаллу, активировать собрался. Только положил на него руку, как место Силы полыхнуло зелёным светом так, что все присутствующие глаза зажмурили, а оно все равно, даже сквозь закрытые веки прожигает. Стоим только я и маг, друг на друга смотрим. Мне с того света, ни жарко, ни холодно. Ну, полыхает. Ну, зелёный. И не такое бывает. Староста Матвей вон, как бутыль самогона выпьет, вообще с бесенятами хороводы водит. А вот маг аж рот открыл, наблюдая, как на пороге девка мнется, глазами черными хлопает. Стал он, значит, руку от кристалла убирать, вроде ко мне собрался подойти. Вот тут, по закону подлости, мое невезение и сыграло.

Будто из ниоткуда вдруг рванул в мою сторону черный кот. Я его в селе никогда раньше не видела. Ухо драное, хвост облезлый, бока худющие, только ребра торчат. И все бы ничего, только проскочил он у мага под ногами, когда тот от места Силы отходить стал. Маг, естественно, подобной пакости не ожидал, а потому покачнулся и, широко взмахнув руками, прямо носом полетел местной красавице, а по совместительству моей старшей сестре Лауре, непосредственно в грудь. Опять же, ничего страшного, в жизни всякое случается, однако супруг моей сестрицы, Степан, человек, ума недалёкого, а силы, наоборот, немереной, Лаурка его потому и выбрала, гоняет теперь, как хочет, при виде столь возмутительного непотребства, взвыл, словно бугай, лишенный достоинства, ухватил мага за шиворот, да и швырнул прочь от ненаглядной. Естественно, несомненно, иначе быть не могло, этот красавец прилетел ровно в меня. Я то уж точно такого поворота не ждала, а потому рухнула вместе с магом, прямо как есть, в объятиях друг друга. И вот лежим, я внизу, он сверху. Рожа у мага довольная, прям будто клад нашел, глаз один фингалом заплывает. А я молчу и думаю, ну вот какого беса дома не осталась?

Глава 2

– Как ты могла? – матушка удручённо качала головой и вздыхала. – Ну, почему, именно он? Нельзя было кого-то попроще по Храму валять? Мага зачем?

– А что ей, дело есть до этого? Альке хоть маг, хоть король, она уж, если опозорится, то от души, на совесть. – Бубнил отец, устроившись посреди кухни на табуретке. Учитывая, что росту он был медвежьего и такого же обхвата, несчастный стул терялся под его тушей, а потому казалось, будто папенька хотел присесть, да так и завис на половине пути. Наличие табуретки выдавали только ножки, торчащие из-под его зада.

Я всхлипнула, в который раз утерла нос и скромно поступила глаза. Раньше, в подобных ситуациях всегда спорила, доказывая, что ни при чем, оно само вышло, но опыт, как и множество случайностей, за которые иногда и наказание прилетало, показал, бессмысленно. Все равно я виновата окажусь. Поэтому говорить, будто, на самом деле, вообще-то Степану не́чего всех, кто его жене в грудь падает, швырять налево-направо. Что с ее грудью станется? Она у Лаурки такая, всем королевством можно лечь, ещё место будет.

– Сама опозорилась, его опозорила. Мыслимо дело, посреди Храма с магом кувыркаться… – продолжал отец.

– Погоди, – оживилась матушка, – так выходит, они же при свидетелях этим занимались… Может…

Видимо, родительница, не иначе, как с расстройства, допустила мысль, раз приезжай красавец на мне лежал прилюдно, то теперь, после всего, что между нами было, обязан жениться. Однако, потом посмотрела на меня. Сижу, волосы дыбом, нос красный, рукавом натёртый. Так-то не красавица, а сейчас и вовсе тихий ужас.

– Нет… Продолжай… Глупость в голову пришла… – тяжело вздохнула матушка, поняв нелепость своего предположения. Очевидно, маг не сельский парень, его жениться не заставишь.

Отец только набрал воздуха в грудь, собираясь зайти на новый виток перечня моей никчемность, как дверь отворилась и на пороге, вытарищив глаза, нарисовалась младшая сестрица Маруся. При этом она, зачем-то, подмигивала и косила в сторону.

– Что?! – тут же перекинул свой гнев на нее батюшка, – Нормально говори, нечего рожи мне строить.

– Там гость, – многозначительно сказала сестрица, продолжая кривляться, будто в ней бес сидит.

– Гони в шею! Видеть сейчас никого не хочу. Полный дом баб, одна дурнее другой. Кто на магов прыгает, кто гримасничает. Дальше, что ждать? Гони, говорю.

– Даже меня? – из-за спину Маруси обозначился тот самый красавец, ставший виной моих нервов.

– Оооо… – матушка испугано взметалась по кухне, соображая, что ему предложить. Единственную табуретку занял отец. Я сижу на лавочке. Если маг рядом со мной пристроится, то как-то совсем странно выйдет. Останется только рушником руки нам связать и точно, бедолага, от свадьбы не отвертится.

Отец не спеша поднялся, глядя на гостя пристально, с подозрением.

– Доброго здравия, господин…

– Зовите меня Ласус. – Маг бочком протиснулся мимо папеньки. – Я к вам по важному делу. Можно сказать, делу государственной важности.

– Что ж такого важного я могу представлять для государства? Сколько лет жил, пекарь, да пекарь, а тут прямо вот так, серьезно все.

– Вы-нет. А вот дочь ваша – да.

Матушка всхлипнула, приложив ладонь к губам. В ее воображении, судя по всему, уже рисовались картины, одна страшнее другой. Видимо, за прилюдное валяние господина Ласуса, меня ждало наказание. Я в который раз утерла нос, уже ничему не удивляясь.

– Тааак… – батюшка собрался было высказаться по этому поводу, однако маменька, не выдержав накала страстей, зарыдала и упала в ноги магу, обхватив того за колени.

– Простите вы ее, дуру неумную! Она не со зла!

Маг с перепугу попятился, но особо не разбежишься, когда тебя крепко-накрепко держать материнские «объятия», да ещё в столь неудобном месте. В итоге, столичный красавец покачнулся, собравшись завалиться, однако папенька успел сгрести его за шиворот. И то верно, не хватало теперь ещё в своем доме повторить цирковой номер с кувыркающимся по полу магом. Точно тогда нашей семье припишут покушение на государственное лицо, власть имеющее.

Маруся, стерва такая, пользуясь моментом, решила, раз уж судьба прислала к нам в дом городского красавчика, нужно этот шанс использовать. Совсем недавно сестрицу просватал сын старосты, которого хитрая девица вовсе не любила, однако положение семьи головы села и целых четыре коровы с племенным быком, имеющиеся у жениха в хозяйстве, свою роль сыграли. Но если тут такой вариант нарисовался, в лице мага, который, может, коров и не имеет, но уж столичный дом и приличный доход, точно, то надо хватать летящее в руки счастье. Не долго думая, Маруся заголосила вслед за матушкой и бросилась господину Ласусу на шею. При этом сестрица прижималась грудью, жарко дышала и всячески подсовывала под нос главное достояние женской половины нашей семьи. Собственно говоря, то самое, чем и прижималась. Конечно, им всем хорошо, а я и тут, обездоленная. Сестры, будто на дрожжах выросли, а мне, при оказии, не то, чтоб прижаться нечем, но уж толку от этого точно не будет.

Маг впал в ступор. На ногах матушка висит, на шее – Маруська мотыляется. Обе криком кричат, но маменька за мою судьбу, а сестрица просто так, для оправдания своих посягательств. Да ещё батюшка за ворот чуть не на весу держит. Если бы не его крепкая, жёсткая рука, валялся бы уже столичный гость, погребенный под двумя дородными женскими телами.

– Цыть! – гаркнул, наконец, родитель, а потом обеих от мага отцепил. Правда маменька сразу отлепилась, а Маруську пришлось отдирать. Видимо, она уже видела себя в кринолинах, гуляющую по мощенной улице города.

Маг с благодарностью посмотрел на родителя, а потом, не выдержав стресса, плюхнулся на тот самый стул.

– Ваша дочь ведьма.

В кухне повисла пауза. Я, матушка и отец одновременно повернули головы к Марусе. Нет, я, конечно, подозревала, что с моими сестрами не все ладно. Но что ж он так-то вот откровенно обязывается.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍— Не эта. Вот она, – сказал маг, утирая слегка вспотевшее от волнений лицо и указывая в мою сторону.

Три головы повернулись ко мне. Причем смотрели так, будто я что-то объяснить могу. Пожала плечами, намекая, мол, не знаю, что он плетет. Может, умом с перепугу тронулся. Это ж какие нервы надо иметь, если тебя весь день то и дело по полу размазать пытаются.

– Не знаю, как это могло произойти, – продолжал тем временем господин Ласус, – однако то, что она ведьма, так же верно, как то, что я маг. Место Силы это показало. Во-первых кристаллы зелёным светом горят только в присутствии ведьм, и они же на этот свет безболезненно смотреть могут. Плюс, как только суть вашей дочери стала очевидна, явился фамильяр. Долго ждал своего часа, бедолага. Так что вынужден вам сообщить радостную новость. Завтра поутру я отправляюсь в столицу вместе с…

Маг уставился на меня, ожидая, видимо, имени. Я в ответ смотрела на него, искренне не понимая, о чем он вообще говорит. Ведьма? Я? Это как вышло-то?

– Алианка, стерва… – Маруся топнула ногой, фыркнула а потом, разревевшись, убежала прочь.

Матушка и отец, стояли, словно пыльным мешком пришибленные. Я повернулась к ним, ожидая возмущения, слов, что произошла ошибка, однако оба они выглядели так, будто новость для них новостью и не была. Маменька опустила глаза, нервно перебирая свой передника, а папенька был задумчив, но вовсе не удивлен. Господин Ласус их реакцию тоже оценил.

– Вы знали… – маг покачал головой, будто недоумевая, – Знали, что в ней это есть. И молчали?

– Не были уверены, – отец подошёл к лавочке, на которой я сидела, и опустился рядом, – Супруга моя ждала третьего ребенка. Это было, как раз, в конце войны с ведьмами. Однажды ночью разразилась гроза. Сильная. Дождь лил, как из ведра, громыхало так, что страшно из дома выйти. И… Что-то случилось… Роды начались, но… Никак не могла разродиться. Я уж думал, помрет. В дверь постучали, открыл, а там женщина, с младенцем на руках. Попросилась пустить, переждать ненастье. Как я мог отказать? Тем более супруге становилось все хуже, а помощи просить больше было не у кого. Незнакомка… Она поняла, что происходит. Жена уже чуть концы не отдала. Эта женщина сделала мне предложение. Она спасла Литу. Ребенка нет. Взамен потребовала взять ее младенца и воспитать, как своего.

– Ведьма…. – маг снова удручённо покачал головой.

– Думаю, да. Она бежала, чтоб спастись. Но девочкой рисковать не стала. Я выполнил договоренность. Более того, Лита после случившегося вряд ли смогла бы стать матерью ещё раз. Но незнакомка что-то сделала и сказала, пока ее ребенок живёт в нашей семье, пока мы ее девочку воспитываем, как свою, все будет хорошо. И у нас ещё будет дети. Но… Я всегда знал, наступит момент, когда правда вскроется, – отец повернулся и посмотрел мне прямо в глаза, – Прости, что вот так. Мы старались ничем не обижать и не обделять. Я со временем стал принимать тебя, как родную. Не важно, кто твои родители на самом деле. Для нас ты – дочь, такая же родная, как и другие.

Я сидела, вообще не представляя, как реагировать на все это. Ведьма? Приемный ребенок… Искала в душе боль или разочарование, но… их не было. Батюшка верно сказал, ни разу за все эти годы я не почувствовала себя чужой или лишней. Мне прощать их не за что.

– Вот и чу́дно. – Маг поднялся на ноги, потирая ладоши, – Сегодня разберусь с вашей нечистью, а потом мы с Алианой отправимся в путь.

– Куда вы ее… – снова всхлипнула матушка, с трудом сдерживая слезы.

– В Академию, конечно.

– Куда?! – переспросили родители хором.

Я просто вытаращила глаза на господина Ласуса, подозревая, что все же падение в Храме не прошло бесследно. Может, головой ударился. Несёт околесицу.

– В Академию, – терпеливо повторил маг, – Ни для кого не секрет, что много лет мы пожинаем плоды проклятия Верховной ведьмы Ковена. И сделать никто ничего с этим не может. Для этого нужна такая же ведьма. А у нас ее нет. Не было. Ваша дочь теперь крайне важный человек для королевства. Я уже сообщил Совету о своей внезапной находке. Вся столица стоит на ушах. Ждут ее появления. Но, выходит, Алиана совсем ничего не знает о своих способностях, ровно как никто из нас не представляет, чему можно обучать ведьму. Этот процесс всегда проходил в Ковене. Но совместными усилиями, думаю, проблема решиться. Поэтому, мне нужно доставить ее в Академию.

На последней фразе господина Ласуса в дверях появилась Маруся, решившая, видимо, бороться за свое счастье до последнего. Возможно, до последнего вздоха этого самого счастья. Потому сестрица нацепила нарядное платье и праздничный платок, однако, услышав волшебное слово «Академия», а особенно, что меня там ждут, взревела, будто раненная лосиха, и с криком: «Алианка, стерва!» кинулась на меня, очевидно планируя вцепиться в волосы. Конечно же, на пути сестрицы оказался маг. Глядя, как они валятся на пол, я с тоской подумала, все же странная ведьма выйдет, вокруг которой постоянно что-то происходит.

Глава 3

Поутру я стояла возле своего дома, ожидая господина Ласуса. За калиткой притаились Маруська и матушка. Отец велел носа не показывать, хватит позорища на его голову. И так отличились, дальше некуда. Поэтому, обе прятались в кустах черемухи, искренне полагая, будто их не видно. На самом деле, зад сестрицы, второе достояние женской половины нашей семьи, ни в один куст не засунешь.

Батюшка замер рядом со мной, периодически переступая с ноги на ногу. Это внешне он здоровый, устрашающего вида медведь, а на самом деле, душа у него чуткая, ранимая. Точно знаю.

– Алька, ты, ради всех богов, веди себя в городе прилично. Сейчас попадешь в столицу, соблазнов будет много. Тем более, раз тебя единственной надеждой королевства объявили. Смотри, о чести не забывай. Ты, может, и ведьма, но в первую очередь, моя дочь. Если что, приеду, возьму розги, да выдеру. Поняла?

Я почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы. Половину ночи мы говорили с отцом. Он рассказывал мне о настоящей матери, все, что смог запомнить. Сказал, хороша была, неимоверно. Ну… Явно я пошла в отца. Кто-то же один из них должен был быть средним. Если моя родная матушка отличалась природной красотой, значит, спасибо нужно папеньке сказать. Потом вспоминали мое детство. Все каверзы, происходившие с моей лёгкой руки. Я поняла одно, приемные родители на самом деле любили случайную дочь. Не потому что ведьма, бежавшая от магов, так потребовала, а искренне.

– Вон он, едет, – отец сгреб меня в охапку, а затем прижал к своей широкой груди.

На горизонте и правда показался маг верхом на вороной лошади. Вид у господина Ласуса был усталый, можно сказать, потрёпанный. То ли бесы оказались упрямыми и изгоняться из села совсем не хотели, то ли кикиморы его по лугам, да лесам помотыляли изрядно.

Из кустов черемухи раздался протяжный вздох. Маруся с трудом переживала момент моего отъезда и сестринские чувства тут ни при чем. Одна мысль, что Алианка, нелепая и вечно попадающая в истории, с минуты на минуту отправится в столичную Академию, рвала Маруське сердце. Вообще, известие об отсутствии родства как-то сестер мало взволновало. А вот то, что меня ждала встреча с огромным количеством магов, по предположению незамужних девиц семьи, было возмутительной несправедливостью.

Маг спешился, и, слегка прихрамывая, направился к нам.

– Господин Ласус, – отец выпустил меня из объятий, а затем повернулся к красавчику, – Пообещайте мне, что защитите девочку от всего, к чему она не готова, и позаботитесь о ней.

– Защитить? – маг усмехнулся, – Ваша дочь – единственная, оставшаяся в живых ведьма. Понимаете, насколько это важно? Думаю, заботиться о ней и защищать ее будут так, как никогда ни одного человека. Не волнуйтесь. К тому же, в Академии есть каникулы или праздничные дни, и вы сможете приехать к ней в гости. Сейчас нам нужно, как можно быстрее, оказаться в столице. Поэтому, сначала поскачем до ближайшего города, там пересядем в экипаж королевской службы. Сами знаете, их транспорт самый быстрый в стране. Все же, грифоны преодолевают расстояния в мгновение ока.

В кустах черемухи раздался очередной вздох. Маг попытался разглядеть, что там, за забором, однако папенька закрыл собой все обозрение, видимо, решительно настроившись больше не позориться.

– Ну, дочка, удачи, – отец ещё раз обнял, расцеловал в обе щеки и подтолкнул к господину Ласусу, который тут же одним движением закинул меня на лошадь, я даже пикнуть не успела. Животное флегматично покосились, но особо сопротивляться не стало. Видимо, путешествуя с магом, лошадка видела достаточно много. Ну всяко я не страшнее кикимор. Хотя… Не факт.

Маг запрыгнул следом, устроившись сзади. Эх, жаль, что женщинам нельзя носить брюки, и в платье я могу ехать лишь боком. Правда, говорят, магички живут по своим правилам. С другой стороны, я же не магичка, а ведьма. Плюнув на все эти дурные мысли, вцепилась в повод, хотя, присутствие господина Ласуса за спиной все же изрядно смущало. Как-то неприлично девице вот так прижиматься к мужчине.

Однако, как только маг свистнул, и конь сорвался с места, я думать забыла о каких-то там приличиях. В голове крутилась лишь молитва богине-матери. Лошадь, которая несколько мгновений назад была уставшей и вялой, рванула вперёд с такой скоростью, что только ветер свистел в ушах. Не иначе, какие-то магические фокусы. Мимо проносились деревья, дома. Причем, я не успела глазом моргнуть, а мы уже оказались за пределами села. Это что ж твориться, люди добрые. Теперь понятно, почему господин Ласус пристроился сзади. Если бы он не держал меня за талию, я улетела бы в первые же кусты. И так-то, если что, обычные лошади с подобной скоростью не носятся. В этот момент животное слегка покосилось глазом, и я едва не померла с перепугу. Он у него был красный, с продолговатым, змеиным зрачком.

– Это кто?

– Где? – не понял маг моего вопроса.

– Тут. Под нами.

Из – за шума ветра приходилось кричать. К тому же господин Ласус сидел сзади, а соответственно, слова улетали куда-то в сторону.

– Аааа… Ты про моего коня? Про Кратча? Так демон, конечно. Только воплощенный.

Я нервно хихикнула, однако тут же поняла, что никто вовсе не шутил, и наплевав на последние воспоминания о приличиях, а также на правила поведения порядочных незамужних девиц, сама уцепилась за столичного красавчика так, что он начал слегка синеть, потому как, видимо, мои руки слишком крепко обхватили его шею.

– Алиана… Отпусти… Не бойся. Я тебя держу.

– Правда? А я и не упасть боюсь. Если что. Меня вот он, – я постучала по голове животного костяшками пальцев одной руки. Второй по-прежнему крепко-накрепко висела на маговской шее, – волнует. Вы же не в переносном смысле сказали слово «демон»?

– Алиана! Ты – ведьма. Тебе этих демонов ещё знаешь, сколько предстоит. Да и фамильяр твой, тоже, знаешь ли, не просто уличный котик.

– Разворачивайте свою чудо-лошадь! Я на демонов не подписывалась! И матерных слов наподобие вашего «фамильяра» тоже не знаю. Причем тут кот вообще?

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍— Перестань, – рассмеялся маг. Из-за сильного ветра, бьющего в лицо, вышло зловеще. – Обратно уже ничего не повернешь, ни лошадь, ни время, ни события. Ты – единственная в своем роде, поэтому, если надо, я костьми лягу, но в Академию тебя доставлю. И это тоже, поверь, не образное выражение.

После подобных слов я заткнулась, вцепилась ещё крепче в господина Ласуса, и старалась на лошадь вообще не смотреть. Про какого кота маг говорил, даже думать не хотела. То есть, ко всему прочему, меня ждёт ещё и кот. Явно, тоже не простой. А главное, теперь меня, если верить словам мага, живой не выпустят. Хотя, наверное, и мертвой тоже.

Не прошло часа, как мы уже оказались в соседнем городе, до которого, вообще-то, день пути, не меньше. Бесовской конь остановился так резко, что, не висела бы я на господине Ласусе, меня из седла бы выкинуло точно. Маг соскочил с коня, я, естественно, кулем свалилась ему прямо в руки. Перед нами высилось небольшое здание с золочёной табличкой, на которой красивыми вензелями значилось «Королевская служба».

– Идём.

Мужчина бодро направился ко входу. Я тоже шла следом, но на трясущихся от напряжения и волнения ногах это больше походило на передвижение речной каракатицы.

– Торопись, Алиана. Опаздываем.

Не знаю, куда он там опаздывал, у меня было ощущение, что в Нижний мир.

– А этот? – я махнула рукой в сторону коня, который теперь вид имел обычный, и глаза его больше не выглядели пугающе.

– Кратч сам о себе позаботиться.

Сразу после слов хозяина, животное сорвалось с места и с весёлым ржанием, будто надо мной смеялся, умчалось прочь.

Мы вошли в здание. За высокой конторкой сидел серьезный парень. Завидев нас, он тут же вскочил на ноги, причем на меня смотрел похлеще, чем я на маговского коня.

– О, господин Ласус и госпожа… ведьма…

Да уж. Видимо, и вправду о находке уже всем известно.

– Грифон готов?

Маг даже на мгновение не задержался. Широким шагом пересёк помещение и вышел во вторую дверь, расположенную напротив первой. Я, естественно, следом. Едва оказались на улице, во дворе, развернулась резко, собираясь сбежать обратно. Однако за спиной раскорячился тот самый парень, и дорогу мне перекрыли. А все дело в том, что посреди просторной лужайки, которая располагалась перед нами, стоял огромных размеров… орёл. По крайней мере, это единственная птица, которую данное существо напоминало. Такой же изогнутый клюв и злой взгляд жёлтых глаз. Только в отличие от собратьев росту в нем было… Если десять раз померять батюшку, и то меньше выйдет.

– Куда?! – заметив попытки будущей надежды королевства обойти незнакомого парня и скрыться внутри здания, маг ухватил мою руку, – Не бойся. Это – грифон. Видишь, на нем закреплено седло наездника. Он приручённый.

– Ага! Верю! Но проверять не хочу.

Я снова попыталась проскользнуть мимо служащего, который перегородил дорогу.

– Нет, Алиана. Даже не пробуй сбежать. Привыкай, – господин Ласус тянул меня за собой, я упиралась, а потому просто-напросто, ехала за ним следом по траве, каблуками взрывая землю.

Поняв, что сама я никуда не поеду, и на эту гигантскую птицу садиться не собираюсь, маг щёлкнул пальцами, после чего меня подняло вверх, будто невидимой рукой, а затем осторожно опустило прямо в седло. Сам мужчина через мгновение уже сидел сзади, привычно прижимаясь к моей спине. Не успела возмутиться, как грифон резко рванул в небо. Ну, и как бы все. В этот момент я, не выдержав, все же, заголосила в лучших традициях сестер. Громко, с чувством, периодически переходя на высокие ноты. Потому что страшно было неимоверно. Гигантская птица поднималась все выше, отчего мне казалось, вот так и помру, не добравшись до столицы. Видать Маруська, стерва, сглазила своей завистью.

– Прости, но придется пока тебя немножко заколдовать. – Маг тихо произнес какие-то слова и у меня пропал голос. Совсем. В итоге я сидела с широко открытым ртом, из которого не доносилось ни звука. После пятой мошки, залетевшей прямо в горло, отчего чуть не подавилась, рот все же закрыла. Что толку, если крик заглушил маг своими заклинаниями. Сволочь. Ну, припомню я ему эту поездочку. Точно припомню.

К счастью, полет был недолгим и очень скоро грифон, расправив крылья, спланировал вниз, к серому за́мку, во дворе которого толпились люди. Судя по задранным вверх головам и тому, с каким нетерпением они ожидали, пока эта бесовская птица приземлится, все они встречали именно меня.

Глава 4

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Пауза затянулась. Тишина висела такая, что хоть бери батюшкин нож, тот самый, с широким лезвием и зубцами, который для масла, да режь. Совет Магов, напротив которого я сидела, чинно сложив руки на коленях, внимательно изучал меня. Я в ответ, не иначе как с перепугу, смотрела, не моргая, на них. Семь мужчин и одна, прости Богиня, женщина, внешний вид которой заставлял мои щеки гореть от возмущения. Верх ее одеяния представлял собой лёгкую блузу с открытыми плечами и таким декольте, видела бы Лаурка, удавилась бы от зависти. Внизу – обтягивающие бедра штаны. Волосы не собраны в косу, как подобает любой девице, что замужней, что нет, а волной струятся, падая на спину. Хотя, какие волосы, если грудь почти на виду. Одним словом, срамота и непристойность.

При этом маги изучали меня с такими лицами, будто большего разочарования в их жизни не было. Ну, подумаешь, растрепалась немного, пока с господином Ласусом неслись, как угорелые. Нос со вчера ещё красный. Судя по лицам присутствующих, они ждали Ведьму. Вот так, с большой буквы. Я же, если кого и напоминала, так уж точно не последнюю надежду королевства. Быстрее его последние дни перед концом света, если бы такой приключился.

– Мдаааа…. – протянула, наконец женщина, – Как-то иначе я ее себе представляла… Лас, ты уверен?

Мой провожатый был тут же, стоял чуть поодаль, уважительно склонив голову.

– Да, мэтресса Ирэна, несомненно. Но, если хотите, можем устроить проверку.

– Позвольте, господа хорошие, – подала я голос, – Не надо мне ничего устраивать. Ко́ли вышла ошибка, так это даже лучше. Вернусь домой. Только…в обычном экипаже. На всяких демонах я скакать больше не собираюсь.

– Демонах?! – женщина тут же заинтересовано подалась вперёд, – Откуда знаешь, что Кратч – выходец из Нижнего мира?

– Слушайте, ну я, может, девка сельская, необразованная, однако точно могу сказать, нормальные лошади не имеют красных глаз со змеиными зрачками.

– Вот как… Видишь истинный облик, выходит… Интересно… – магиня постукивала пером по столу. Зачем ей перо, если писать ничего не собирается? – А давайте-ка проверим все же. Да!

Она так громко выкрикнула это «да», что мне совсем стало нехорошо. Отчего-то снова представился папенькин нож, только в моем воображении резали им теперь меня.

– Эммм… Госпожа…не запомнила, как Вас там. Дико извиняюсь, если что-то не так говорю, но речь вроде обо мне. Так вот я – против. Не нужно никаких испытаний. Давайте, тихонечко распрощаемся, и я к себе в село вернусь.

Честно говоря, не лукавила совсем. С момента, как господин Ласус обозвал меня ведьмой, в глубине души все равно надеялась, это ошибка. Иначе, отчего за все мои двадцать один год никак ведьмовская кровь не проявилось, кроме как в вечных случайных несчастьях и оказиях меня же самой. Сельская жизнь, конечно, обратно вовсе не манила. Тут я приврала. Думала, сейчас выяснится, что маг заблуждается, меня отпустят восвояси, пойду в город, найду себе работу, к примеру в той же булочной или пекарне. Отцовское ремесло знаю. В отличие от сестер, всегда ему помогала. Эх… Сниму себе квартирку. Буду жить, да радоваться. Все же по селу точно не скучаю. Да и, на самом деле, всегда хотелось бо́льшего. Батюшка, когда узнает, злиться будет, конечно, но потом приедет, увидит, сколь ладно у меня все получается и простит непутевую дочь.

– Где фамильяр? – эта непорядочная особа совсем меня будто не слышала. Говорила только с господином Ласусом.

– Где-то рядом. Появился впервые в Храме. – ответил маг.

– Деточка, – наконец соизволила обратить на меня взгляд синих глаз дамочка, – Позови котика.

– Какого котика? – состроила я из себя дурочку. Уж это точно могём. В мои планы никакие котики теперь не входили. Там выстроилась чудесная пекарня, где я работаю, и маленькая уютная квартирка в центре столицы. Возможно, ещё прекрасный принц. Но это больше, как дополнение. Всяко точно не котики. Может, батюшка и счёл ту женщину, явившуюся ночью, ведьмой, но ведь не факт, что я именно ее дочь.

– Черненького, – в тон мне ответила магиня, – С усиками, ушками и хвостиком.

– Эт я понимаю. Только котиков у нас отродясь не было. Не держали животину, знаете ли. Даже коровы и то не водились. Почему, собственно говоря, Маруся согласилась за сына старосты пойти. В коровах была вся соль.

– Кто такая Маруся? – оживился один из магов Совета.

– Так сестрица моя. Младшая. Вообще, у меня их четыре. Две уже замужем. Вот Лаурка, например. Она, конечно, Степану долго отказывала. Женихов-то было пруд пруди. Но потом покумекала и решила. Степан, он что?

– Что?! – заинтересованно присоединился к нашей беседе ещё один маг.

– Степан, он сильный, но глупый. И Лаурку любит до одури. А она его гоняет, как хочет.

– Хватит!!! – магиня стукнула кулаком по столу так, что он подпрыгнул. – Зови кота.

– Да что вы от меня кота-то требуете. Вам надо, вы и зовите.

– Ну… Хорошо… – мэтресса Ирэна, это я с перепугу вспомнила ее имя, откинулась назад, на высокую спинку кресла и очень, очень нехорошо улыбнулась, – Не желаешь сама, сделаем иначе.

В следующий момент она резко выкинула руку вперёд, и с пальцев ее сорвался огонь. Самый настоящий огонь! Это ладно. Личное дело каждого, что внутри себя иметь. Хотя, с ее характером, меня бы менее удивило, если бы эта особа швырялась козьим горохом, который на выгуле остаётся. Но дело в том, что пламя летело в мою сторону. То есть, без преувеличения, конкретно и целенаправленно мне в грудь. Не успела я испугаться, а уже из ниоткуда, так же как в Храме, когда мы с господином Ласусом валялись, вдруг метнулся черный кот. Он пронесся наперерез летящему огню и, помоги Богиня, прыгнул прямо перед ним, загораживая меня от пламени. Я зажмурилась, ожидая, что бедное животное сгорит до тла. Однако, в помещении стояла тишина, горелым не пахло, а через мгновенье послышалось довольное кошачье урчание. Открыла один глаз. Кот выглядел совсем иначе. Он точно набрал пару килограмм за эту минуту. Был тощий, худой, облезлый, а теперь немного смотрится уже приличнее. Шерсть больше не шла проплешинами. Да и морда у него покруглела. Животина сидел прямо передо мной и вылизывался, словно только сейчас сожрал целую крынку сметаны.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍В этот момент магов, что говорится, «прорвало». Поднялся шум и гам, будто мы на рынке, а не в приличном месте.

– Я говорил! Говорил! Кристаллы никогда не ошибаются! – кричал довольный господин Ласус.

– Ведьма! Настоящая! Неужто и правда, наконец, закончится это проклятие! – радовался тот, которого заинтересовала Маруся.

Остальные талдычили нечто подобное вышесказанному, и лишь мэтресса Ирэна сидела молча, гипнотизируя меня своими синющими глазами. Она же угомонила мужчин одним окриком. Кремень, а не баба.

– Прекратите балаган! Ведьма, да. Это точно. Но не забывайте, ведьма совершенно не обученная. И, хочу напомнить, никто из нас понятия не имеет, как это происходит. Тут вам не местом Силы пользоваться, не заряженные кристаллы с собой таскать, не заклятия придумывать. Они испокон веков имели связь с Землёй и Природой. Настоящую. Им не нужна для волшбы подпитка. Знаете, как с этим работать?

Маги растерянно молчали.

– Вот именно! И я не знаю. И никто не знает. А необученная ведьма, это, мои дорогие коллеги, опасная штука.

Пока мэтресса распиралась, кот, избавленный от лишнего внимания к своей усатой персоне, вальяжно подошёл ближе, запрыгнул мне на колени и сел «домиком», уставившись в мои глаза своими подозрительно – желтыми.

Внезапно, словно мир остановился вокруг нас двоих. Остались только я и этот черный кот. Рядом не было больше помещения с магами. Лес. Темный, ночной, страшный. Где-то раздавались крики и плач. Между деревьев, в сторону огней села, а дома смутно, но все же было видно, двигалась женщина. Дождь хлестал так, что ей приходилось сгинаться, прижимая к груди свёрток.

– Ничего, хорошая моя. Потерпи. Вон деревня. Я больше не стану тобой рисковать. Чувствую, какая-то мать теряет ребенка. Мы сейчас туда с тобой и пойдем, мое солнышко. Все будет хорошо. Я смогу тебя защитить и спрятать.

Незнакомка говорила то ли сама с собой, то ли с тем свертком, который бережно укрывала от дождя. В следующую минуту картина сменилась. Лес исчез. Теперь была комната. До боли знакомая. Спальня родителей и мой приемный отец в ней. Чуть моложе, чем сейчас, без усов. В постели лежала матушка, корчившаяся от боли, а рядом, спиной, застыла темноволосая женщина из леса. Я не видела лица, ни в первом видении, ни во втором. Однако точно знала, это она. Снова картинка сменилась. Городская площадь. Огромный костер и в нем – тонкая женская фигура, заливающаяся сумасшедшим смехом. А потом громкие, будто с неба, в которое улетали искры, слова.

– Проклинаю. Вас всех проклинаю. Не будет больше покоя этому королевству. Не будет больше сна этому королю. Матерью-землёй проклинаю!

Костер горел так сильно, что искры начали лететь мне в глаза. Я ощущала их по-настоящему.

– Разорвите связь!!!

– Да сделайте же что-нибудь! Кто вы? Маги или пацаны с площади?!

– Дергайте за фамильяра! Иначе он её погубит. Затянет в омут памяти и все! Потеряем!

Голоса доносились до меня будто сквозь воду. Когда ныряешь, а на берегу стоит отец и, смеясь, зовет домой.

Отец… Я и правда, вдруг увидела высокий обрыв у речки. Тот, с которого маленькой ходила нырять. Батюшка поймал однажды и выдрал. Сказал, приличные девицы так себя не ведут. И вот сейчас, на обрыве я видела его. Только он не злился, а улыбался, манил меня рукой. Не знаю почему, но я вдруг поняла, надо идти. Отец зовёт.

В то же мгновенье, меня словно за шиворот выдернули. Я ошалело крутила головой. Та же комната, где собрался совет. Те же маги. Только… Трое сидели на полу, в обожжённой одежде, от которой остались лохмотья. Четверо лежали пластом посреди залы, тяжело дыша, будто бежали верст десять без остановки. Лишь мэтресса выглядела более-менее нормально, хотя ее прекрасные белокурые волосы стояли дыбом и пахли так, словно их подпалили. Рядом сидел довольный кот, морда которого стала ещё шире

– Слава Богам… – просипела магиня. Странно, но у нее будто голос сорвался. – Я уж думала, не вытащим. Воспоминание о приемном отце оказалось сильнее. Учтем. С этими словами она, прямо где стояла, рухнула плашмя на пол.

Я оглядела комнату, которая напоминала больше поле боя. Вот это, да. Вот это, познакомились. Весь Совет Магов в полуобморочном состоянии. И ведь я не специально. Что же будет, если начну целенаправленно.

Глава 5

Произошедшее в зале Академии, а, как оказалось, это она и была, никто не счёл нужным объяснить. Взяли за шиворот меня, за шкирку кота, правда, держали на расстоянии, с опаской, в данном случае имеется ввиду кот, про себя я образно, и доставили в комнату, где, предположительно, предстояло единственной ведьме королевства стать его же спасением.

И вот сидим мы с котом на кровати, смотрим на окружающее нас убранство, более похожее на военную казарму, и молчим. Он, понятно, оттого, что говорить не умеет, а я от стресса.

– Чё эт не умею?

Очень медленно повернула голову и посмотрела на кота. Тот, весьма, кстати, высокомерно, на меня. Все. Приехали. Батюшка, не зря ты говорил, от города одни беды. Вот и слышаться мне начало что не попадя. Чудится, будто кот беседы ведёт.

– Просто говорить хочу только со своей ведьмой, а так, могу с кем угодно. Но они мне зачем нужны? Особенно маги эти противные. Была бы моя воля, всех бы уничтожил. Отдал бесам и демонам на растерзание. Сволочи.

Я, вроде, немного стала клониться к постели, собираясь лишиться чувств, словно приличная столичная барышня, потом решила, как тут без чувств падать, если интересно до жути. Правда кот разговаривает или я умом тронулась на почве переживаний.

– Зови меня Люций. Так матушка твоя звала. К этому имени уже привык. Хотя, давно ни из чьих уст не слышал. Мотылялся между Нижним миром и этим. Если бы не ты, давно бы уже вернулся домой.

– А я при чем? Хочешь домой, иди. Тоже с огромным удовольствием сбежала бы отсюда.

– Ага, – кот посмотрел на меня и тяжело вздохнул. – Пойдешь тут, как же. Верховная когда погибла, я по наследству тебе достался, как ее дочери, единственной, между прочим. И это… Ты магам – то не говори, кто твоя мать была. Пусть думают, будто обычная ведьма. А то, знаешь ли, матушка твоя от души жизнь и королю, и королевству попортила своим проклятием. Узнают, что ты дочь Кендры, на запчасти разберут, лишь бы выяснить, как это Верховная целую страну в пристанище для нечисти превратила. Поняла?

Я закивала головой, будто кукла, которую за верёвочки дёргали. Не знаю, что такое «запчасти», но отдает это слово чем-то нехорошим.

– Так а ты кто такой?

– Мдааа…. Беда…. Совсем необразованная ведьма… Я, милочка, твой фамильяр. – Кот посмотрел на мое бестолковой лицо и снова тяжело вздохнул – Эх, о чем только Кендра думала, оставляя тебя в доме деревенского пекаря… Фамильяр для ведьмы, это проводник в Нижний мир, накопитель знаний и мудрости, помощник, защитник, вторая половина, можно сказать, ее сути. Потому и не мог вернуться в Нижний мир. Связаны мы с тобой. Кендра, умирая, связала. Теперь не разорвать нашу связь до самого конца.

– Чьего? – вышло очень жалобно. Ну, потому что о своем конце думать не хотелось.

– Общего. Ты умрёшь, я домой попаду. Я умру, что очень маловероятно, ибо не так просто убить демона…

– Опять?! Опять демон? – уже и пугаться устала. Кони-демоны. Коты-демоны. Вот что городская жизнь со всеми делает. Эх, батюшка, и снова ты прав.

– Слушай, ну, это факт известный, – Люцию надоело сидеть и он, развалившись на кровати, принялся вылизывать себя со всех сторон, продолжая в перерывах поучительно рассказывать мне правду о предстоящей жизни. – Естественно у каждой ведьмы есть свой демон. Эммм…. Был, вернее. У кого-то посильнее, у кого-то послабее. Учитывая, что матушка твоя являлась Верховной, соответственно, заключила договор со мной, одним из Князей. Мы, собственно говоря, за что магов ненавидим. За то, что они в Нижнем мире нашего брата силком ловят и заставляют служить. А ведьмы…. С ними иначе было. Это… Знаешь, как любовь с первого взгляда. У вас, у людей. Смотришь и понимаешь, вот она, моя единственная. Они никогда не держали нас на поводке. Договор, да. Но в большей мере связь обоюдная. Земля, природа – дело хорошее. На самом деле, вся сила ведьмовская оттуда, но фамильяр, это важный момент. Без него ведьма не ведьма. Раньше молодые проходили подобное испытание после обучения. Коли сумеет с демоном договориться, получить фамильяр, признана. Нет – все, до свидания. Ты – единственная, кто фамильяр по наследству обрела. Но тут Кендра постаралась. Взяла с меня клятву, пока дочь жива, быть рядом.

– Ты мог отказать…

– Не мог! Поняла?! Не мог! – кот распсиховался на ровном месте. Даже вылизываться перестал. Что такого сказала, и не поймёшь. Он прыгнул с кровати, добежал до окна, забрался на широкий подоконник и уставился вдаль, погрузившись в свои, одному ему ве́домые мысли. Ну… Не знаю. Если Люций демон, то, в общем-то, не очень страшный. Сидит вон, с грустным видом, даже усы поникли.

В дверь постучали, и возможности выяснить, отчего он так разозлился, уже не было.

На пороге стояла девушка, чуть моложе меня. Хорошенькая, как праздничная булочка с глазурью. Щёчки румяные, глазки голубые, с длинными ресницами, губки, что батюшкина карамелька для конфет, локоны пшеничные, заплетены в аккуратную косу, поднятую наверх. При этом во взгляде ее плескался страх. Вроде пришла, но не по своему желанию.

– Привет, – голос незнакомки сорвался на писк. Она откашлялась и начала заново, стараясь выглядеть уверенно. – Привет. Меня зовут Маргарита. Можно Марго. Ты…та самая, да? Ну…как его…

– Ведьма?

Бедолага столь сильно боялась произнести это слово, что я решила сказать сама, а то до вечера вот так будем мычать, будто коровы на лугу. Эта… Та…

– Эмм… Да. Правильно. Ведьма.

– Вроде. А что?

– Просто мы теперь вместе учиться будем. Вот зашла, познакомиться и позвать тебя к остальным. Учебный год только начался. Неделю как. Хотели пригласить тебя… Там всего несколько девчонок и ребят.

Булочка опять начала заикаться. Такое чувство, словно она меня боится. Чего зовёт тогда? Не понятно. Конечно же я решила пойти. Ну, интересно посмотреть.

– Хорошо. Люций, скоро вернусь.

Кот даже ухом не повел, все так же грустно глядя в окно.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍— Оооо…. – протянула Марго, – тот самый фамильяр? Говорят, он Совет Магов всех до одного положил.

– Не знаю, не видела, – ответила я чистую правду, ибо на самом деле, весь этот процесс не застала, пребывая в мире грёз и воспоминаний, куда меня сам же Люций затащил.

Булочка дождалась, пока я закрыла дверь, а потом пошла куда-то вглубь коридора, поторапливая и, вроде как, ещё сильнее нервничая. Странная, однако, девица. Хотя, честно говоря, на самом деле удивления от каждого события становилось меньше. Если тут на все реагировать, никаких нервов не хватит. В селе как-то проще. Утро началось, солнышко встало – уже хорошо. День прошел, живы-здоровы, – ещё лучше.

– Не отставай!

Марго уже чуть не бежала вприпрыжку, я за ней. Мы спустились по лестнице, которая вела, судя по всему, на задний двор Академии. Потому что, вышли мы и не там, где грифон приземлился, и на парадный подъезд это тоже не похоже.

– Закрой глаза. Сюрприз будет.

Я пожала плечами, поражаясь про себя, до чего же всё-таки, эти городские странные, но зажмурилась. Сюрприз, значит, наверное, подарок. Булочка взяла меня за руку и потянула дальше. Прошли мы буквально совсем недалеко.

– Открывай.

Я послушно посмотрела на тот сюрприз, который мне приготовили. Действительно, похоже, что привела нас Булочка на задний двор, где, наверное, любили собираться студенты. Несколько лавочек и две аллеи по бокам. А в центре… В центре стоял столб, к которому было привязано набитое соломой чучело, наряженое в женское платье. На груди алела красным цветом надпись «ведьма», а от подола вверх занималось пламя. За спиной раздался смешок. Я обернулась.

Сзади, полукругом застыло человек двадцать, не меньше. Все где-то моих лет. Может, чуть старше. Но более остальных выделялся один. Он чуть выступил вперёд и стоял теперь, перекатываясь с пятки на носок и держа руки в карманах штанов. Таких красивых парней я не видела ни разу за всю свою жизнь. Его лицо было…словно картина, которую батюшка из города привез. Нос, губы, подбородок, скулы. Ни одного изъяна. Волосы черные-пречёрные. Глаза синие-пресиние. Но во взгляде – злая насмешка и обжигающая ненависть. За что? Я вижу его впервые. Уж точно запомнила бы. В нашем селе он никак не мог оказаться, а я за околицу в жизни не выезжала.

Стоим, смотрим друг на друга. Остальные затихли. Видимо, красавец у них тут предводитель. По крайней мере, судя по тому, как залилась румянцем Булочка, именно он ей велел меня привести.

– Ну?! – голос у него, словно патока. Слушала бы, да слушала.

– Я тебе не лошадь. Так что, не понукай. Сам вот эту, – я кивнула головой в сторону все сильнее разгорающегося костра, – ерунду придумал? Или подсказал кто?

– Ого. Ведьма, типа, с характером. Так тебя для того сюда и пригласили, чтоб ты посмотрела, чего ждать. Думаешь, твоя судьба иной будет? Последняя ведьма королевства…

Вот не знаю, что со мной происходило. Я, так-то, до вчерашнего вечера понятия не имела, что обладаю какой-то особенностью. Алианка, да Алианка. Дочка пекаря. И переменам в жизни особо рада не была. А вот поди ж ты, затеял синеглазый гад эту шутку, показал мне, как ведьмы на костре горели, и стало не все равно. Вот прям бешенство начало подниматься от болезненного укола в груди до разума, которым и так никогда не отличалась. Что ж ты, сволочь, смеёшься над тем, как они живьём горели. Ну, ладно. Посмотрим.

Я медленно подошла к синеглазому. Толпа позади своего предводителя изрядно напряглась. Все же, надо признать, боялись они меня, это факт. Вернее не меня, а того слова, которым я теперь называлась. Однако, стояли, не разбегались. Хотя, опять же, страх присутствовал и перед синеглазым. У некоторых во взгляде я видела осуждение и несогласие, но ведь не остановили его.

– Послушай…не знаю, кто ты есть, да и, честно говоря, не особо интересно. Тебе же известно, чем закончилась вся эта история. Всем известно. Так вот, милый, я ведь могу случайно, что возьмёшь с необученной ведьмы, проклясть тебя. Ну, например…мелочь любая. Будешь ходить и спотыкаться. Падать на ровном месте. Ерунда, правда? Но только пару дней покувыркаешься по земле, побудешь посмешищем, иначе думать начнёшь. А уж при твоей гордыне и подавно. Вряд-ли понравится, что над тобой все хохотать станут. Мне вы все, – я обвела рукой вокруг, указывая на присутствующих, – и даром не нужны. Я бы в эту Академию сроду не поехала. Ну, а какая меня судьба ждёт, не тебе судить. Понял? Ты теперь о своей думай.

Обошла красавца и направилась обратно к зданию. Конечно, врала бессовестно. Ну, какое проклятие, если я о существовании фамильяров и демонов только сегодня узнала. Но очень уж хотелось ответить достойно. Зацепил меня гад. Не знаю, чем больше. То ли злой шуткой, то ли тем, что вот так незнакомые люди тут надо мной посмеяться решили. Я же им ничего не сделала. За что? Слезы наворачивались на глаза от обиды и ужасно хотелось домой, к отцу с матушкой. А ещё, просто до одури хотелось, чтоб синеглазый красавчик и правда получил проклятие.

Глава 6

Утро началось неожиданно. Сквозь сон я слышала, кто-то упорно молотит в дверь. После событий прошлого дня, когда вернулась в свою комнату, поплакала, как полагается. Возможно, от злости, возможно от обиды, а может, просто с тоски по родному дому. Даже Маруське была бы рада. Пусть сестрицы у меня завистливые, к проявлению любви не склонные, но все же, подобной жестокости от них никогда не видела. Люций, пока я упивалась своими страданиями, кружил возле моих ног, причитая одно и то же.

– Распустила нюни. Ты кто? Ведьма или сельская девица? Ну, подумаешь, хотел этот маг тебя зацепить, зачем ведёшь себя так, как ему и надо. Плюнь, а потом разотри. Они сами не понимают, что творят. И чем им это может обернуться. Глупцы.

– За что он так? Почему маги ненавидят ведьм?

– Эммм… Ну… Не могу сказать. Запрет стоит.

– Какой запрет? – слезы тут же высохли. Как это так? Почему кот знает, а я нет?

– Прости, но Кендра заклятие делала. Печать ее. Не могу переступить.

– Погоди, – я поймала кота и завалилась в обнимку с ним на кровать. Правда, Люций упирался лапами, вертел мордой и смешно топорщил усы.

– Пусти! Пусти, дурная девка! Я тебе что, домашний питомец? Я демон!

– Миленький, хорошенький, расскажи. Может, зная правду, отчего маги решили Ковен уничтожить, я смогу что-то изменить?

– Ой, не плети! Вчера только в печку хлеб совала. Изменит она. Да и не могу. Говорю же. Печать молчания Верховная ставила.

Пришлось смириться, хотя от любопытства свербило внутри и чесалась левая пятка. У меня так всегда происходит, если интерес осталось неудовлетворённым.

Потом явился господин Ласус. Попрощаться. Пожелал мне удачи, сказал, будто решено до следующего дня оставить нас с фамильяром в покое, чтоб дать отдохнуть от столь внезапных событий. Я не стала рассказывать ему о случившемся на заднем дворе. Ни к чему. Едва маг удалился, умылась, переоделась, хотя выбор не особо был велик, из дома успела прихватить лишь самое необходимое, а потом улеглась спать, плюнув, по совету Люция, на все душевные переживания.

И вот теперь, лишь взошло солнце, кому-то уже понадобилась Алиана. Я сползла с кровати, накинула домашнее платье на шнуровке, которая располагалась впереди, и, сонно щурясь, открыла дверь. Тут же ее закрыла обратно, бестолково хлопая глазами. Не может быть. Мерещится. Однако стук повторился, причем, очень злой и раздраженный.

– Ведьма! Имей смелость!

Аааа…. Вот мы как заговорили. Ну, ладно. Снова дернула дверь на себя. Сказать, что давешний парень был в гневе, это не сказать ничего. В его сини