Хранители времени

Глава

"Вселенная – это не гигантская машина,

а гигантская мысль"

(физик – теоретик Джеймс Джинс)

"Часть Первая"

"Земля"

"Глава 1"

"Утро 26 июня"

Звонок по видеосвязи зазвонил неожиданно. Воем «аварийной сирены» он вытягивал меня из ночного сновидения, медленно возвращая к реальности. Осознавая, что просыпаюсь, я пытался удержать в памяти последние эпизоды сна, но они, разлетаясь в пространстве, исчезали, как исчезает утренний туман под лучами восходящего солнца. С трудом освободившись от одеяла, я уселся на край огромной двуспальной кровати. Вой «сирены» прекратился. Плотные шторы почти не пропускали в комнату утренний свет, и меня окружал мрак. Голова разрывалась на части и гудела, нависая тяжким бременем на плечах. Тело ныло во всех суставах, и каждое движение давалось с трудом. Голова и тело «говорили» мне, что в этот день и в этот час состояние мое хреновое: «И кто же, интересно, вчера посоветовал коньяк шампанским запивать? Вспомню – убью».

Передо мной уже стоял мой домашний робот Роджер, готовый выполнить любое моё желание. Ну, почти любое. Не поднимая головы, я спросил его, какой идиот мог звонить мне в субботу в шесть часов утра. Этим «идиотом» оказался мой шеф. Странно, обычно по выходным он старался не беспокоить своих сотрудников, если не случалось чего-то экстраординарного. Значит, что-то стряслось.

– Я передал мистеру Гаррисону, что Вы в ванной комнате и немедленно отправитесь к нему, как только закончите водные процедуры. – Роджер, наклонив голову, старался заглянуть мне в глаза, будто спрашивая, правильно ли он поступил.

– Ты всё правильно сделал, дружище, – ответил я, не переставая искать правый тапочек.

– Мне очень приятно, сэр, когда Вы называете меня «дружище». Вот минеральная вода. Я посчитал, что после Вашего вчерашнего позднего прихода утром в первую очередь понадобится минеральная вода с газом.

Произнеся это, робот протянул мне газированный напиток. Холодная, запотевшая бутылка приятно охладила руку, и я тут же влил триста миллилитров живительной влаги в своё пылающее нутро.

– Дружище, приготовь, пожалуйста, завтрак с крепким кофе. А я в душ.

– Слушаюсь, сэр.

Роджер развернулся и укатил на своих бесшумных колёсиках. Так и не найдя правый тапочек, я швырнул левый под письменный стол и, приободрившись минералкой, направился в ванную комнату.

…

Квартира, в которой так неожиданно прозвучал ранний звонок, принадлежала Полу Гловеру, сотруднику частного детективного агентства «Олимп». Пол был мужчиной средних лет, неженатым, хотя побед над женскими сердцами у него было предостаточно. Он имел крепкое спортивное телосложение, обладал чёрным поясом по каратэ и титулом чемпиона двух Америк по смешанным единоборствам. К тридцати пяти годам он защитил степень по юриспруденции и также получил сертификат пилота первого класса, который давал ему право управлять всеми типами летательных аппаратов, от планеров и вертолётов до сверхсветовых лайнеров.

Военную службу Пол проходил в российском подразделении Космических войск специального назначения. После службы перебрался в Нью-Йорк. Там его и приметил мистер Гаррисон, когда в одном бруклинском кафе Гловер разом уложил на пол пятерых хулиганов, переломав им руки и рёбра, а затем вышел из полицейского участка, доказав стражам порядка свою невиновность. Пол предложение мистера Гаррисона принял и третий год трудился в детективном агентстве, мотаясь по всей галактике, выполняя заказы богатых и очень богатых клиентов.

За дверью ванной комнаты шум душа прекратился. Старинные часы (дар одного из клиентов) пробили шесть часов тридцать минут. Вот уже шесть часов тридцать минут продолжался день. 26 июня 7124 года от Рождества Христова.

…

Холодный душ привел меня в чувства, хотя голова еще побаливала. «Надо бы принять аспирин», – подумал я и, повесив полотенце на сушку, вышел из ванной комнаты. В коридор вкатился Роджер. Его электронное лицо изображало улыбку, а длиннофокусные камеры «глаз» подсвечивались розоватым свечением. На вид мой помощник выглядел бодрячком.

– Сэр, завтрак готов. Я поднял шторы. Солнечный свет полезен для здоровья. – Робот сопровождал меня по коридору, продолжая доклад. – Я осмелился приготовить завтрак на двоих, но Ваша спутница ещё не проснулась.

– Какая ещё спутница? Ты что несёшь, Роджер? – Я с удивлением посмотрел на робота.

– Ваша, сэр. Та, с которой Вы пришли вчера поздно вечером. Я приготовил постель, опустил на окнах шторы. Вы попросили принести бутылку шампанского, после чего отправили меня на кухню. Я, безусловно, выполнил все указания. Затем Вы заперлись в комнате, после чего дальнейшая информация от Вас ко мне не поступала.

– Вот и хорошо, что не поступала. Дальше информацию о своих действиях я как-нибудь сам попробую восстановить. Можешь быть свободен, – с этими словами я отправил робота на кухню, а сам осторожно вошёл в комнату.

Она лежала на краю кровати, уткнувшись лицом в подушку. Её рыжие волосы раскинулись по спине, прикрывая лопатки. Тонкая линия талии изящно изгибалась, а поясничная ложбинка направляла взор на пухленькие ягодицы, слегка прикрытые одеялом. Солнечные лучи играли на её гладкой коже с лёгким летним загаром. Невидимый носик тихонько посапывал во сне, а через откинутую вперёд левую руку проглядывалась упругая девичья грудь. Я прошёл к столу и сел в кресло. Делом принципа было вспомнить, кто эта фея, лежащая у меня на кровати, как её зовут и откуда она взялась.

Пятница – день отчётный, если ты, конечно, не на краю галактики. По завершении успешно выполненного задания я сдал отчёт, получил гонорар и вышел из конторы. На улице стояла жара, и по дороге домой я зашёл в знакомый бар, чтобы посидеть в тишине за кружкой пива. Посидеть в тишине не удалось: как только я сделал первый глоток, ко мне подсел мой знакомый программист Сергей Коротков.

Программистом Коротков был очень талантливым, как говорится, «от Бога», и я иногда обращался к нему с некоторыми «особенными» просьбами, когда из официальных источников нужную информацию добыть было невозможно. Характер у него был веселый и добродушный, но его тридцатилетнее существо имело одну характерную особенность: Сергей не терпел глупых и непрофессиональных людей, а ещё любил правду-матку и мог ляпнуть её кому угодно, не взирая на должности. Начальству эта его особенность очень не нравилась, и по этой причине он надолго нигде не задерживался. Находясь временно без работы, Сергей после каждого собеседования просаживал оставшиеся накопления во всевозможных барах с друзьями, которых у него было видимо – невидимо. Так и на этот раз. Тусуясь на очередной вечеринке в соседнем зале по поводу чьего-то дня рождения, он увидел меня и решил, что в общей компании мне будет веселее. Он подсел ко мне за столик и пригласил в свою компанию: «Пол, пойдем к нам, там такие девочки, закачаешься! Повеселимся пару часиков и по домам». Я согласился, подумав, что пара часиков веселья мне не повредит.

Ребята в компании оказались и правда веселыми и заводными. Два часа растянулись на все шесть. Мы постоянно пили за здоровье какой-то Маргариты, которая и оказалась виновницей торжества. Тут я вспомнил, что Маргариту поздравляли не только по поводу её двадцатипятилетия, но и за то, что она стала моделью года по версии одного модного журнала. Прояснение, наконец, наступило. Да, эта фея, сопящая у меня на кровати, и есть та самая Маргарита.

Потихоньку всё встало на свои места. Я после очередного поздравления предложил ей убежать со мной на край света и жить там долго и счастливо. Заливаясь от смеха, она согласилась. Таким образом мы оказались у меня дома, а она впоследствии – в моей кровати. Всё логично сложилось. Теперь надо было как можно поприличнее выпроводить её из квартиры, а самому бежать на работу. Минуту поразмыслив, я поспешил на кухню к Роджеру.

– Послушай, дружище, как только молодая дама проснется, ты её накорми завтраком, передай от меня «горячий привет» и галантно выпроводи на все четыре стороны.

– Что мне ответить, если она будет спрашивать о Вас?– резонно спросил Роджер.

– Скажи, что я очень сожалел о нашем расставании, но не мог не выполнить указание руководства. В общем, придумаешь, что сказать. Не в первый раз.

– Слушаюсь, сэр. – кивнул робот и поспешил в комнату ждать пробуждения моей гостьи.

На завтрак времени уже не оставалось. Я сделал глоток холодного кофе, ещё раз посмотрел на свою спящую модель и выбежал из квартиры. Предстояла срочная встреча с шефом.

"Глава 2"

"Новое задание"

Нью-Йорк – это город, в котором жизнь не останавливалась ни на секунду. В семь утра он бурлил своим пятидесятимиллионным «муравейником» вовсю. В городе не было правительственных учреждений, не было заводов и фабрик. Нью-Йорк был городом банков, торговых бирж, юридических контор, модных домов и заведений сомнительного характера. В нём насчитывалось сто тысяч полицейских участков, тысяча похоронных контор и сто судебных учреждений. Это был центр торговли всего Галактического Союза. Сколько в нём было воров в законе, шулеров всех мастей и прочей мелкой уголовной шантрапы, городская статистика не уточняла. А вот сколько частных детективных агентств было известно – 816. Одно из первых мест среди этих сотен занимало агентство «Олимп», в которое я летел на аэротакси, и в котором меня ждал мой шеф, мистер Гаррисон.

Просторное фойе, отделанное каррарским мрамором, встречало посетителей приятной прохладой. Скоростной лифт поднял меня на сороковой этаж старинного небоскрёба, построенного ещё из железобетона. Вот уже триста лет он стоит на углу 5-й Авеню и 64-й Восточной улицы, нависая над городским центральным парком. И вот уже два года, как наше агентство «Олимп» переехало в это историческое здание.

В кабинете шефа было как всегда пустовато. Перед огромным окном, выходящим на парк, стоял настоящий деревянный стол из дуба. Вдоль правой стены размещался книжный шкаф с десятками томов по криминалистике, юриспруденции и уголовному праву. На левой стене висели несколько картин современных художников, а под ними расположился обширный бар со множеством бутылок ликеро-водочной продукции. Кожаный диван и пара кресел дополняли интерьер. Вот, собственно, и всё.

За огромным двухтумбовым столом едва возвышалось пухленькое тело моего начальника в белой хлопковой рубашке. Склонившись над какими-то бумагами, он разглядывал их через лупу. Я сидел в кресле напротив стола и пил холодный зелёный чай с лимоном, приготовленный для меня нашей секретаршей Верочкой. Я сидел и ждал, пока мистер Гаррисон начнёт разговор, ради которого он разбудил меня сегодня в шесть утра.

Наконец шеф оторвался от изучения документов и протянул мне со стола несколько фотографий со словами: «Пол, мальчик мой, взгляни на эти фото. Ты никогда не встречался с этим человеком?». Я, привстав с кресла, взял фотографии. Со снимков на меня смотрел мужчина лет шестидесяти с аккуратной бородкой. Глаза с прищуром, прямой нос, волевой подбородок, короткая стрижка, а ещё дорогие костюмы от известных модельных домов. Всё это говорило о том, что этот человек, как минимум, занимает не последнее положение в обществе. Он мог быть банкиром, владельцем крупного предприятия либо преуспевающим юристом. И этот человек был мне совершенно незнаком.

– Нет, шеф. Мне этот человек не знаком,– уверенно ответил я.

– Это доктор исторических наук, профессор Московского государственного университета, лауреат Нобелевской премии Черышев Дмитрий Михайлович, специалист по древним языкам, —произнес Гаррисон, откинувшись на спинку кресла.

– Я рад за него. Но Вы же в курсе, что я не интересуюсь историей, а тем более древними языками.

Положив на стол фотографии, я с непонимающим видом уставился на своего начальника, который не спеша раскуривал огромную гаванскую сигару. Наконец, он выпустил в потолок огромный клубок дыма и продолжил свой рассказ:

– Профессор неделю назад вылетел на планету Глория, которая находится в десятом секторе, по приглашению владельца тамошних алмазных рудников мистера Ван Ли.

– Но, мистер Гаррисон, я не думаю, что если профессор истории интересуется алмазами, то из-за этого следует делать проблему.

– Нет, дорогой мой. Черышев полетел туда не ради алмазов. Он полетел туда потому, что на руднике были обнаружены какие-то артефакты, и мистер Ли пригласил посмотреть на них своего хорошего знакомого. А проблема в том, что два дня назад профессор исчез. Исчез без следа, как будто в чёрную дыру провалился. И мистер Ли попросил меня разобраться с этим таинственным исчезновением.

– Шеф, но Вы же знаете, что я хотел недельку отдохнуть, слетать в Крым, попить местного вина, пройти что-то вроде реабилитации. Да и наш красавчик Кевин сидит целую неделю без дела. Пусть он и займётся этим исчезновением, – слабо надеясь на удачу, попытался я увильнуть от этого задания.

– Кевин хорош, когда дело касается неверных жён и алчных любовниц. Здесь же совсем другое дело. Лучше тебя с этим исчезновением никто не справится. Да и гонорар, я думаю, тебя заинтересует.

Гаррисон протянул мне листочек с нарисованной суммой. Я бегло взглянул на листок. Когда видишь сумму с пятью нулями, желание слетать в Крым как-то пропадает. Предложение было таким, от которого отказаться было очень трудно.

– А для того, чтобы ты не «плавал» в вопросах истории и древних языков, я тебе помощника дам. Вернее, помощницу.

Гаррисон вызвал секретаршу. Та незамедлительно появилась в кабинете, будто ожидала этой команды, стоя за дверью. Просто золото, а не секретарша, честное слово. Шев посмотрел на неё с чувством глубокого удовлетворения и бархатным голосом произнес: "Верочка, душа моя, пригласите, пожалуйста, ко мне госпожу Климову из Москвы и приготовьте три кофе".

Я всегда работал один. Так проще. Не нужно ни с кем ничего согласовывать. Один решаешь вопросы, один отвечаешь за работу, один получаешь гонорар. Но листочек с пятью нулями сделал своё дело, и я согласился. «Вот и славно», – довольный начальник выпрыгнул из-за стола и поспешил к двери встречать нашу московскую гостью.

Гаррисон был маленьким, кругленьким человеком на коротких ножках, постоянно вытирающим пот со лба. Но он умел организовывать дела так, что всё у него работало, словно сверхточный механизм швейцарских часов. Как только он подошёл к двери, она открылась, и в комнату вошла госпожа Климова.

Перед нами стояла женщина лет тридцати, среднего роста, с каштановыми волосами до плеч. Над карими глазами, украшенными завитушками огромных ресниц, изгибались естественными дугами пара черных густых бровей. Прямой, не широкий нос, алые губки среднего размера и точёный овал лица завершали портрет нашей гостьи. Моя потенциальная помощница была одета в лёгкое ситцевое платье в мелкий горошек, чуть выше колен с довольно смелым вырезом. Под тонкой тканью легко угадывалась фигура бывшей спортсменки. Что касается других параметров, то, на мой опытный взгляд, я прикинул: 80-60-90. "Как минимум, художественная гимнастика", – подумал я, вставая с кресла. Что же, первое впечатление меня не разочаровало.

– О-о-о, госпожа Климова, рад Вас видеть в нашем скромном заведении! – Гаррисон протянул руку для приветствия. – Как я могу к Вам обращаться?

– Анастасия, можно просто Настя, – ответила женщина, пожимая руку моему шефу.

– Какое прекрасное русское имя! – попытался полюбезничать Гаррисон.

– Скорее греческое, чем русское. Но всё равно спасибо за комплимент, – улыбнулась Анастасия, вытаскивая свою руку из пухленьких лапок Гаррисона.

Шеф пригласил гостью пройти к столу и тотчас представил меня как «одного из лучших сыщиков его агентства, а заодно и всего Нью-Йорка». Мы со словами «очень приятно» пожали друг другу руки, и на этом официальная часть знакомства была закончена. Верочка принесла кофе. Я, Гариссон и наша гостья уселись за стол, и наступила тишина, словно мы собрались здесь лишь для того, чтобы попить кофе на сороковом этаже старинного здания в комнате с видом на Центральный парк Нью-Йорка.

Гаррисон поудобнее уселся в кресле, достал сигару, покрутил её в руках и, глянув на гостью, положил обратно в коробочку. Он начал без предисловий:

– Что же, молодые люди, давайте к делу. Нам необходимо отыскать профессора и доставить его живым, а главное, невредимым на Землю. Твои предложения, Пол?

Я немного подумал, для порядка выдержал паузу и высказал свои предложения:

– Для начала я бы хотел ознакомиться с кругом его общения, с последними работами и с сообщением, которое послал ему мистер Ли. Возможно, эта информация натолкнет меня на какие-то мысли в ходе расследования. А затем необходимо лететь на Глорию.

Я поставил чашку на стол и вопросительно посмотрел на Анастасию.

– Конечно, господа, – сделав глоток кофе, ответила девушка. – Я являюсь помощницей Дмитрия Михайловича и постараюсь вам помочь. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы найти профессора.

Настя держалась спокойно и непринужденно, но, несмотря на это, я всё же уловил нотки волнения в её голосе. А ещё я заметил в красивых карих глазах усталость. Да и что говорить? Встать в три часа ночи где-то в Москве и пролететь семь с половиной тысяч километров, чтобы к семи утра быть здесь, в Нью-Йорке, у Гаррисона? Наш Кевин точно не выдержал бы такого испытания. А она, пожалуйста, сидит перед нами, свежая, бодрая, и только глаза намекают на то, что неплохо бы поспать пару часиков. Да, истинно спортивный характер. Что же, мне это нравится. А дальше посмотрим.

Мои мысленные рассуждения прервал Гаррисон. Он встал из-за стола, всё-таки достал сигару из коробочки и отошёл к окну. Раскурив её, он повернулся к нам. Голос его на этот раз был серьёзным: «Пол, устрой нашу гостью в гостинице по высшему классу за счёт фирмы. Анастасии надо отдохнуть. В бухгалтерии выпиши командировочные на двоих, сколько посчитаешь нужным, но в пределах разумного, конечно. Как только соберёшь предварительную информацию, вылетайте на Глорию. Яхта «Арктур» сегодня к вечеру будет готова. И держи меня в курсе всех дел».

Я утвердительно кивнул, и мы с моей помощницей направились к выходу. Я уже собирался закрыть за собой дверь, как меня окликнул шеф: «Пол, задержись на минутку». Я попросил Настю подождать меня в приемной, а сам вернулся в кабинет. Гаррисон подошёл ко мне поближе и, смотря мне прямо в глаза, тихо произнёс:

– На Глории тебя встретит начальник службы безопасности компании. Он в курсе. А ещё я думаю, что в этот раз без оружия не обойтись. Что-то мне подсказывает, что командировка будет не из лёгких. Будь осторожен и береги Анастасию.

– Не волнуйтесь, шеф. Всё будет хорошо, – попытался успокоить я своего начальника, с полной уверенностью, что всё именно так и будет.

– Дай-то Бог, – тихо ответил Гаррисон.

На этом мы пожали друг другу руки, и я поспешил к своей спутнице.

"Глава 3"

"Неожиданные обстоятельства"

Выйдя в жаркое утро, мы наняли такси и поехали выполнять поручение шефа. Я повёз мою помощницу в гостиницу «Атлантик Холл». Отель славился приветливым персоналом, хорошей кухней и весьма уютными номерами, а главное – вопросы безопасности и конфиденциальности в нём были на высшем уровне. Разместив Настю в номере и убедившись, что всё в порядке, я попрощался, пообещав заглянуть к ней часам к семнадцати и вместе поработать над сбором предварительной информации. До этого времени вполне можно было отдохнуть и привести себя в порядок с дороги. Отправиться на «Арктур» мы решили на следующее утро.

Покинув прохладный холл гостиницы и очутившись на разогретой солнцем улице, я направился к ближайшей станции метро. В подземке было прохладно и главное – никаких пробок на дорогах. Проехав пять станций, я вышел на 36-й улице. До дома оставалось пройти всего квартал под палящим солнцем, а там Роджер уже остудил комнату до приятных девятнадцати градусов, и в холодильнике меня ожидал холодный чай с лимоном. Чего ещё надо человеку в такой жаркий день? Можно, конечно, заглянуть в бар неподалеку, выпить кружечку холодного пива, но, вспомнив вчерашний вечер, эту идею я тут же отверг.

Дома меня встретил заботливый Роджер. Рассказав о том, как он ухаживал за моей ночной гостьей, а потом кормил её завтраком, робот предложил мне прослушать оставленное ею сообщение. Усевшись в кресло со стаканом холодного чая, я расслабленно буркнул: «Валяй» и откинулся на мягкую спинку, приготовившись выслушать, какой я плохой, что не попрощался и оставил девушку в незнакомой квартире или что-то в этом роде. Роджер включил запись, и я услышал приятный голосок моей вчерашней «модели»: «Пол, ночью всё было замечательно, ты просто молодец. Спасибо за завтрак. Может быть, когда-нибудь увидимся. А твой Роджер – просто душка. Пока». На этом сообщение заканчивалось. Что же, ночью я был на высоте, и это радует. Приятно иметь дело с девушками без комплексов.

– А ты, дружище, можешь на женщин производить впечатление, – похвалил я Роджера.

– Да что я, сэр! Вот Вами я горжусь.

– Ладно, оставим любезности. Подключи меня, пожалуйста, к Центру глобальной информации. Надо немного поработать. Да, материалы, которые меня заинтересуют, сразу же запиши на мой личный коммуникатор.

– Слушаюсь, сэр, – робот развернулся на месте и бесшумно покатил к себе на кухню, добавив, заворачивая в коридор: – информация будет выведена на большой экран.

– Всё правильно, дружище. Я так и хотел.

Загорелся большой экран. Появилась заставка Глобальной информационной сети. Я ввёл личный код доступа. С экрана миловидное женское лицо поприветствовало меня: «Добрый день, мистер Пол. Как Вы желаете получать информацию? В устной или в текстовой форме?» Я пожелал получать информацию в устной форме. Открылось окно для вопросов, и я задумался: «С чего начать?».

Немного подумав, я решил начать с Глории. Информации было немного. Звёздная система QR-7024 была обнаружена совсем недавно, всего сто лет назад, в десятом галактическом секторе. И это было уже очень странно. Десятый сектор был изучен неплохо. В нём на протяжении двухсот лет существовали три наши колонии, где добывались полезные ископаемые, были отличные курорты и вообще жизнь процветала во всех отношениях. Изучив этот кусочек галактики вдоль и поперек, астрономы и не предполагали, что там есть ещё одна звёздная система с планетами земной группы. И вот сто лет назад система QR-7024 появилась словно из ниоткуда. Звезда относилась к группе жёлтых карликов и имела в своей системе восемь планет. Три из восьми относились к планетам земной группы, и одна из них имела условия, схожие с земными. Планету назвали «Глория».

И тут продолжение странностей. За сто лет планету практически никто не исследовал. Были направлены всего две экспедиции. Первая, облетев планету, обнаружила три континента и океаны. На планете были леса, горы, текли реки, были все условия для развития разумной жизни. Но к удивлению учёных её там не обнаружили. За три месяца не было найдено ни одного признака пребывания на планете разумных существ. Животный мир был, но и он не радовал разнообразием: с десяток видов насекомых и несколько видов млекопитающих. Правда, был исследован всего один континент – Восточный, и то на небольшой площади. Вторая экспедиция высадилась на Западном континенте, где и были обнаружены залежи алмазов. После открытия алмазных месторождений группа исследователей в количестве пяти человек углубилась в джунгли. С тех пор о них ничего не было известно. Группа исчезла. Поиски ничем не увенчались, и до настоящего времени группа числилась без вести пропавшей. После этого планета была закрыта для посещения. И только три года назад компания «Алмаз Групп – Холдинг» мистера Ли добилась разрешения вести там разработки.

Компания «Алмаз Групп – Холдинг» была одной из самых крупных компаний по добыче алмазов. В прошлом году компания отметила столетний юбилей. Десять лет назад её президентом стал мистер Ван Ли. У Ли было два высших образования. Первое он получил в юности на историческом факультете Московского государственного университета (там, скорее всего, он и познакомился с нашим профессором). Второе – на юридическом факультете Токийского университета. Порочащих его связей не имел. У компании был положительный финансовый баланс и безупречная репутация в сфере бизнеса. Немалые деньги она вкладывала в финансирование глобальных исследовательских проектов, как в прикладные разработки, так и в фундаментальные. Дальше последовали финансовые показатели, которые мне были совершенно неинтересны. Вот и всё. Не густо.

А то, что профессор был не первым, кто исчез на этой планете, являлось не очень хорошим сигналом. Прав Гаррисон. Оружие надо взять.

Информацию о профессоре мне изучить не удалось. Неожиданно раздался телефонный звонок. Звонила Анастасия. Голос её взволнованно дрожал: «Пол, приезжайте ко мне немедленно. Я не понимаю, что происходит. Кто-то побывал в моём номере, пока я мылась в душе. Приезжайте, прошу Вас».

Этого я не ожидал. Накаркал Гаррисон. Это он умеет. Но что-то уж слишком рано у меня стали появляться проблемы. Я их ожидал на Глории, но никак не на Земле. Я достал из сейфа лучевой пистолет и помчался в «Атлантик Холл».

В номере были разбросаны все вещи. Кто-то что-то искал. Настя сидела на диване, замерев, как мышка. Я присел рядом.

– Анастасия, посмотрите повнимательнее. Всё ли у Вас на месте? Ничего не пропало?

– Что смотреть? Коммуникатор мой пропал. Тут на столике лежал, – она показала на пустой журнальный столик.

– При Вас были какие-нибудь бумаги, связанные с исчезновением профессора?– спросил я.

– Нет, бумаг ни каких не было. Было сообщение от мистера Ли, но оно было на коммуникаторе.

– А деньги на месте? Или они тоже пропали?

Настя встала, подошла к полочке у прихожей и открыла сумочку, лежащую на ней.

– Нет, деньги на месте. И цепочка золотая на полочке лежит. Странно, как это грабители ни цепочку, ни сумочку не заметили, – удивленно произнесла Анастасия и, с сумочкой в руках, села на кресло у столика.

– Да нет, это, по-видимому, совсем не грабители. Кто-то тоже хочет узнать, что случилось с профессором и какие артефакты нашёл мистер Ли.

Про себя же я подумал, что эти ребятки серьёзные. Проникнуть в номер незаметно для охраны в такой гостинице было делом непростым. Да, прав был Гаррисон, как всегда прав.

– Что же нам теперь делать? – спросила Анастасия.

– Лучше здесь не оставаться. Я Вас отвезу в тихое местечко. Там можно отдохнуть. А завтра с утра я за Вами заеду, и мы отправимся в космопорт,– предложил я девушке, понимая, что так будет гораздо безопаснее.

Собрав Настины вещи, мы покинули гостиницу. Спрашивать у персонала о посторонних людях, вломившихся в номер, было бесполезно. Как правило, никто никогда ничего не видел. Арендовав машину, я повез Анастасию в известную одному мне квартиру на окраине Бруклина. Это была резервная квартира, на всякий случай. В работе частного детектива разное может случиться, и запасной вариант всегда может пригодиться. По пути я связался с Роджером:

– Роджер, нашу квартиру ставь на охрану пятого класса. Я буду скоро, и распорядись, чтобы в космопорте подготовили мой катер. Я улетаю в командировку.

– Слушаюсь, Сэр. Я соберу Вам вещи в дорогу и испеку вишнёвый пирог.

– Спасибо, дружище, – закончил я разговор и отключился.

Так, Роджера я озадачил. Теперь надо было позаботиться об Анастасии. Однокомнатная квартирка в частном многоквартирном доме была уютным убежищем в суетном мире огромного мегаполиса. Район был тихим и незаметным в бурлящих потоках информации. Здесь в основном проживали начинающие адвокаты, клерки всех мастей и зубные техники недорогих поликлиник. Встречались также аферисты на доверии, но в районе проживания они не работали принципиально, так что можно с большой вероятностью сказать, что район был относительно спокойным.

Пропустив Анастасию внутрь квартиры, я посмотрел на лестничную площадку и, не заметив ничего подозрительного, закрыл за собой дверь. Пока мы добирались на машине, слежки я тоже не заметил, так что можно было немного расслабиться.

– Вы, пожалуйста, располагайтесь, – предложил я девушке, занося её вещи в комнату. – Туалет и ванная комната справа по коридору. В холодильнике есть минеральная вода. К сожалению, продуктов я здесь не держу, люблю свежеприготовленную еду. А магазин совсем рядом.

– Не беспокойтесь, Пол, я совсем не голодна. А вот отдохнуть не помешало бы, – ответила Анастасия, присаживаясь на диван.

– Нет, я обязательно должен Вас покормить. Вы же наверняка ничего не ели с самой Москвы. Я сейчас спущусь в магазин и чего-нибудь куплю нам на ужин.

– Ну, если Вы так настаиваете, то я не буду возражать, – с улыбкой согласилась Анастасия, раскладывая свои вещи.

В магазине напротив я закупил всё необходимое и через сорок минут пригласил мою гостью за стол. В этот вечер был приготовлен салат из свежих овощей и ростбиф из говяжьей вырезки с соусом бешамель. Из напитков были апельсиновый сок и минеральная вода, а из вин я выбрал, конечно же, красное «Кьянти Классико» из итальянской Тосканы.

Ужин прошёл без лишних разговоров. С утра у меня во рту, кроме холодного чая и кофе, не было и маковой росинки. Об Анастасии и говорить не приходилось. Так что ростбиф мы поедали молча и не спеша. Вино было превосходным. Затем я приготовил кофе. А за зашторенными окнами опускался вечер. Стрелки часов показывали половину девятого.

Анастасия сидела на диване, поджав ноги, а я устроился в кресле напротив. Мне приятно было сидеть вот так в полумраке комнаты, пить кофе и смотреть на эту молодую женщину из далёкой Москвы, появившуюся в моей жизни так неожиданно. В эту минуту мне не хотелось думать о пропавшем профессоре, о далёкой и неизвестной Глории, где предстояло отыскать знаменитого лауреата Нобелевской премии. Не хотелось думать о Гаррисоне, которому надо было сегодня докладывать о случившемся в гостинице. Хотелось вот так сидеть, пить кофе и смотреть на эту милую русскую женщину, любуясь её непосредственностью, и наслаждаться совместным общением.

– Вы знаете, Пол, я не ожидала, что детективы могут так вкусно готовить мясные блюда, – прервала молчание Анастасия и, улыбнувшись, добавила: – Вы, оказывается, не только лучший сыщик, но и лучший повар в Нью-Йорке.

– А я ещё и стихи пишу, – попытался я подыграть ей полушутливым тоном.

– Что Вы говорите? Пожалуйста, почитайте мне что-нибудь. Я обожаю стихи,– оживилась она, услышав о моём увлечении.

– С удовольствием, но только в другой раз. Уже поздно, и Вам необходимо отдохнуть, а мне пора откланяться. Вот только помою посуду, – с этими словами я встал и, прихватив кофейные чашки, направился на кухню.

Помыв тарелки, я убрал их в шкаф и стал протирать стол.

– А Вы, оказывается, ещё и очень хозяйственный детектив, – услышал я за спиной.

Я повернулся. В проёме двери стояла Настя, прислонившись к косяку, в голубеньком халате и тапочках на босу ногу. Стояла совсем по-домашнему, сложив на груди руки и склонив чуть на бок голову.

– Не люблю беспорядок, – произнес я, вешая тряпку на крючок.

– А почему Вы не пользуетесь посудомоечной машиной? – вдруг спросила Анастасия.

– Не пользуюсь, потому что у меня её нет. Мне нравится сам процесс.

Я смотрел на эту молодую женщину из Москвы, и мне ужасно не хотелось с ней расставаться. Рядом с ней мне почему-то было хорошо и спокойно. Уходить не хотелось, но остаться я не мог. У нас были чисто деловые отношения, а деловые отношения не предполагают какой-то близости (правило номер один по шкале Гаррисона). И по правилам Гаррисона мне необходимо было оставить девушку до утра.

– Мне пора. Надо идти. – Я попытался сделать шаг, но меня остановил голос Насти.

– Пол, знаете, я хотела Вас попросить. – Женщина запнулась, подбирая слова.

– Да, я слушаю. Говорите, – я подошел к ней и по дружески взял за руки. – Говорите, Настя, я слушаю.

– Пол, я прошу Вас остаться со мной. Нет, не подумайте ничего такого. Я просто боюсь остаться одна в незнакомом городе после случившегося в гостинице. Пожалуйста, останьтесь, а то я совсем не усну. А с Вами мне будет спокойнее.

Я держал её за руки, а она смотрела на меня умоляющим взглядом. Что я мог поделать? Соблюдать правила, когда беззащитная, красивая во всех отношениях женщина просит о помощи? Нет, я не мог себе этого позволить. И черт с ними, с этими правилами. Я, конечно, готов был остаться. Конечно, готов был нарушить придуманные Гаррисоном правила ради такой женщины.

– Хорошо. Если Вы так просите, я останусь. – согласился я, совершенно не сомневаясь в своей правоте.

– Спасибо, – выдохнула с облегчением Настя. – Мне правда с Вами будет гораздо спокойнее. И давайте уже перейдём на «Ты». Я думаю, после такого ужина это будет вполне логично.

– Давайте. Вернее, давай, – ответил я, и мы оба рассмеялись.

Настю я уложил на диване, а сам расположился на обширном кресле, которое нажатием кнопки превращалось в кровать. Чтобы не смущать свою партнершу, я перетащил кресло-кровать в коридор. Затем, уединившись на кухне, вызвал по закрытой связи Гаррисона и доложил ему о текущей ситуации. Не много поворчав по поводу нарушения мною его первого правила, он в конце концов согласился с моими доводами: «Ладно, будь по-твоему, раз она сама попросила, но смотри, никаких там твоих штучек, я тебя знаю. А насчет этих «взломщиков» посмотрю, что можно узнать, попробую подключить свои каналы, а пока отбой. До связи».

Про свои каналы Гаррисон никогда никому ничего не рассказывал, но мы в конторе знали, что однажды он помог одному прокурору из Бруклина, который впоследствии стал прокурором города Нью-Йорка. У нашего шефа были серьёзные знакомства, да и сам он был совсем не прост.

Закончив разговор, я улегся на свою импровизированную кровать. Пистолет положил рядом (бережёного Бог бережёт). Завёл будильник на семь утра и закрыл глаза. С улицы доносился шум машин.

– Пол, ты ещё не спишь? – спросила почему-то шёпотом Настя.

-Пока не сплю. А что? – Я поднялся на локоть и посмотрел в темноту комнаты.

– Ты обещал мне почитать свои стихи.

– Сейчас?

– Да, сейчас. Если ты не против.

– Да нет, отчего же, – ответил я. – Сейчас что-нибудь вспомню. На ум сразу ничего не приходило, и я решил прочитать одно раннее стихотворение, которое написал очень давно. Казалось, что это было совсем в другой жизни. Я опустил голову на подушку и стал читать:

Спи. Когда ты спишь, ты видишь сны.

Спи. Увидишь в снах свои надежды и мечты.

Ночь тебя окружит бархатным теплом.

Ты. Весь вечер ты мечтала лишь о том,

Лишь о том, чтоб зимой обнимать пахучие цветы,

Лишь о том, чтоб уйти от какой-нибудь беды,

Чтобы видеть, как зло побеждается добром,

И как твой маленький дом наполняется теплом.

Ты закрываешь глаза, окунувшись во мрак ночи,

Вместе с тобой засыпает твой дом, твои мечты.

Спокойной ночи милый друг, отдам тебе я всё вокруг,

Всё счастье Мира я отдам тебе, моей возлюбленной, моей Судьбе. Спи.

Я прекратил чтение, и наступила тишина, которая продолжалась, наверное, минуту.

– Пол, а эти стихи ты написал…

– Я эти стихи написал очень давно, ещё студентом четвёртого курса. Для одной сокурсницы.

-А потом? Что было потом? – спросила Настя опять шепотом.

– А потом эта девушка вышла замуж за моего друга. Сейчас они живут в Лондоне. У них двое детишек, мальчик и девочка. И у них всё хорошо. Мы иногда созваниваемся по праздникам. Вот и вся история.

– Удивительно.

– Чего же здесь удивительного? Это жизнь, Настя, и с этим ничего не поделаешь. Ладно, уже совсем поздно. Завтра рано вставать. Давай спать. Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, – ответила Настя и тихонько вздохнула.

В квартире наступила тишина. На часах высвечивалось 23:30. Двадцать три часа и тридцать минут 26 июня 7124 года.

"Глава 4"

"Ночное происшествие"

Плох тот детектив, который не знает, как вломиться в чужую квартиру незаметным образом. И плох тот вор, который не знает о том, что к хорошему детективу вломиться в квартиру незамеченным практически невозможно. Для того чтобы быть в курсе отключения сигнализации в твоей квартире, необходимо установить на блок управления сигналом небольшое, не очень сложное устройство, которое в нужный момент сообщит тебе об этом. В какой форме будет приходить это сообщение, зависит от твоей фантазии. Моя фантазия выбрала «кошачье мурлыканье», и ровно в час ночи у меня в квартире «замурлыкала кошка».

Нащупав под подушкой пистолет, я медленно встал с кресла-кровати и подошёл к входной двери. Проснулась Настя, включила ночник и, выйдя в коридор, укутанная в простыню, спросила: «Пол, а разве у тебя ещё и кошка есть? Почему-то я её вечером не видела». Я приложил палец к губам и прошептал: «Тихо иди в комнату и затаись, у нас скоро будут гости». Настя ойкнула и, прикрыв рот ладошками, скрылась в комнате. Свет ночника погас.

Плотные шторы на окнах создавали в квартире непроницаемую темноту. Из тумбочки я достал тепловизионные очки, надел их и затаился в проеме между входной дверью и плательным шкафом. Щелкнул замок, и дверь медленно стала открываться, укрывая меня от входящих. Через мгновение я не увидел, а почувствовал появление в коридоре двух незнакомцев. «Черт возьми, они в экранирующих комбинезонах, через тепловизор их не увидеть». Двое остановились, стараясь сориентироваться в незнакомом помещении. Я экстренно искал выход из положения. Секунду подумав, решился на отчаянный шаг. Включил в коридоре яркий свет. Взломщики замерли от неожиданности, и этого мгновения хватило, чтобы нанести им два точных удара. Два тела без сознания свалились передо мной на пол коридора.

Двое горе-взломщиков были экипированы по высшему разряду. Маски со встроенными тепловизионными очками полностью скрывали их лица. Комбинезоны четвёртой степени защиты практически ни одному прибору не давали шансов обнаружить их в темноте. Сорвав маски, я увидел перед собой типичные азиатские лица. Быстрыми движениями восточным «туристам» были связаны руки и ноги. После этого я стал обстоятельно их обыскивать. Два шоковых пистолета я сразу отложил в сторону. Больше ничего не было: ни документов, ни систем связи, ничего. Только на запястьях каждого из моих визитеров была татуировка волчьей пасти на фоне галактики. «Что-то новенькое, – подумал я. – Таких татуировок я ещё не видел. Надо будет Гаррисону послать фотку. Пусть пороется в своих архивах».

Убедившись, что азиаты всё ещё находятся в глубоком нокауте, я поспешил к своей гостье.

– Настя, не волнуйся, сейчас нам ничего не угрожает. Всё нормально, – старался я успокоить девушку, хотя понимал, что тут может быть нормального, когда к тебе среди ночи вламываются два азиата в камуфляже спецназовцев.

– Пол, кто это? Что им от нас нужно? – Настин голос дрожал. Закутавшись в простыню, она сидела, забившись в угол дивана.

– Пока не знаю, но постараюсь узнать, когда они очнутся, – ответил я, подавая ей стакан воды. – На, выпей и успокойся. Сейчас всё выясним.

В коридоре послышалась возня. «Наши новые друзья» стали приходить в сознание. «Побудь здесь, а я пойду поговорю с гостями, – сказал я Насте и направился в коридор. Она молча кивнула, продолжая сжимать пустой стакан своими тоненькими пальчиками.

Усадив взломщиков спинами к стене, я разместился на табурете перед ними.

"Ну что, бандиты, рассказывайте. Кто такие? Откуда и чего вам тут надо? – задал я вопрос, подняв с пола один из шоковых пистолетов. Те, в свою очередь, стали мотать головами, бормоча что-то на незнакомом мне языке, давая понять, что меня совсем не понимают. – Так, значит, в «незнанку» будем играть. Хорошо, – я просунул шоковый пистолет одному прямо между ног. – Повторяю вопросы: кто такие? Откуда? Что надо?"

Азиат, расширяя глаза, смотрел на пистолет, продолжая мотать головой. Я нажал на курок. Раздался слабый треск, и мой подопечный, получив разряд тока, с глухим оханьем отключился от болевого шока. Я переставил пистолет на то же место второму визитеру.

– Не надо, сэр. Умоляю. Я всё скажу. Всё! – взмолился несчастный, с ужасом смотря на пистолет у себя между ног.

– Это уже лучше. Я слушаю и надеюсь на искренность.

Отставив пистолет в сторону, я включил свой коммуникатор.

Из сбивчивого рассказа ночного посетителя я узнал, что они – члены клана «Волки Галактики» и что два дня назад их нанял некто Полянский для одного деликатного дела. Они должны были следить за женщиной, прилетевшей из Москвы. Им было выдано её фото и указан номер рейса, на котором она прилетала в Нью-Йорк. Далее они должны были выкрасть материалы, касающиеся исчезновения профессора Черышева. Какие именно документы, не уточнялось. После того, как они заполучили коммуникатор и передали его мистеру Полянскому, им было поручено похитить женщину и передать её в руки вышеупомянутого господина. Кто такой этот Полянский и зачем ему нужна Настя, они не знали. Что касается меня, то от меня разрешено было просто избавиться.

Вот, значит, какие дела. Им зачем-то нужна Настя, а я, как лишний персонаж этой «пьесы», подлежал утилизации. Что же, мы ещё посмотрим, кто кого утилизирует. Я поднёс пистолет к шее рассказчика и нажал на курок. Короткий электрический разряд, и второе тело лежало рядом с первым.

«Настя, собирайся, нам надо уходить», – негромко сказал я, заглянув в комнату, а сам направился на кухню. Там я отыскал коробочку с красным крестиком и извлек оттуда две ампулы. Приготовив два шприца с содержимым этих ампул, я вернулся в коридор. Там уже стояла одетая Настя и собирала свой саквояж.

– Помоги мне, – попросил я её, присаживаясь перед азиатами.

– Пол, что ты задумал? Ты хочешь их убить? – с ужасом в глазах спросила Настя.

– Этого они как раз и заслуживают. Но мы не будем марать о них руки. Мы им вколем один интересный раствор, который напрочь отключит их память. Они даже имя своё не вспомнят.

– А это надолго?– спросила Настя, закатывая рукав одному из бандитов.

– Что на долго? – не понял я.

– Ну, надолго это с памятью?

– А-а. Потеря памяти? Думаю, лет на пять при хорошем лечении.

– А если при плохом?– не унималась Настя.

– А если при плохом, то навсегда. Да что ты про их память заладила? Они меня, вообще-то, убить хотели, а тебя – похитить, – ответил я, отыскивая вену на бандитской руке.

– Тебя убить? – с возмущением произнесла Настя, а потом добавила: – Вот сволочи!

– Вот и я о том же. Ладно, давай, держи руку, – обратился я к ней, готовый сделать первый укол. – Я думаю, по два кубика им будет достаточно.

– Пол, влей им по максимуму, – пыхтела Настя от негодования.

– По максимуму – значит один кубик, – с улыбкой ответил я девушке, отходя от второго бандита.

Сборы закончились. Визитеры лежали на полу без сознания.

– Будем выходить через четвёртый подъезд. У нашего может быть засада, – сказал я Насте при выходе из квартиры.

– А что с ними?– указала Настя на два бандитских тела.

– Пусть полежат. Заказчик их обязательно будет искать. А вызывать полицию нецелесообразно. Совсем не нужно впутывать её в наши дела.

С этими словами я пропустил Настю вперёд, потом вышел за ней из квартиры и закрыл за собой дверь.

– А теперь нам наверх. Будем пробираться по крыше, – показал я рукой в сторону лестницы и, взяв Настин саквояж, первым стал подниматься по ступеням.

Июньское небо было звёздным. Луна освещала нам путь. Немного отдышавшись, мы стали пробираться к четвёртому подъезду, продвигаясь по плоской крыше, огибая вентиляционные трубы, мачты антенн и другие надстройки непонятного назначения.

– Пол,– позвала меня Настя.

-Что?

– А почему к четвёртому подъезду, а не ко второму или к третьему?– неожиданно спросила она.

– Так вернее, – ответил я и остановился. Настя сходу налетела на меня, отскочила назад на шаг и, немного смутившись, сказала: «Понятно».

Далее мы продолжили движение молча, соблюдая скрытность, что при данных обстоятельствах было делом не лишним. Выйдя из четвертого подъезда, мы оказались на другой стороне дома. Я заглянул за угол. У моего подъезда стоял минивэн без номеров и привычных антенн спутниковой связи. «Специально машину взяли, без связи и, конечно, без автопилота. Такую труднее обнаружить. Все продумали, гады. Одного не учли, что связываться с бойцом Космического спецназа – дело хлопотное. Ладно, мы еще повоюем». Я вернулся к Насте. Первым делом нам надо было как можно дальше уйти от этого места, а потом здраво оценить обстановку и решить, что делать и куда идти. А еще надо было связаться с Гаррисоном.

Я решил пройти пару кварталов пешком. Улица продолжала жить своей обычной суетливой жизнью, несмотря на ночное время, и среди толпы легче было затеряться. Пройдя пару кварталов, мы вышли на пересечение Беверли-Роуд и 31-й улицы. Измученная бессонной ночью, Настя еле стояла на ногах. Я усадил её на скамейку возле кафе, а сам отошёл в сторону. Пора было беспокоить шефа.

Гаррисон поднял трубку на четвёртом гудке. «Слушаю тебя, мой мальчик», – отозвался он своим обычным голосом, словно разговор происходил не в два часа ночи, а в полдень. Я доложил ему все обстоятельства происшедшего. Было слышно, как он достаёт сигару из своей коробочки. Когда надо было принимать непростые решения, он всегда раскуривал сигару. Коробочки «Короны» были натыканы у него повсюду, даже в ванной комнате. Наконец послышался его голос:

– Послушай меня внимательно, Пол. Срочно вылетайте к «Арктуру». Корабль ждёт вас на пятом причале Галактического космопорта. Звездолёт заправлен и снаряжён всем необходимым. По полётному заданию вы летите в пятый сектор, в звёздную систему RP-2864, на курорт «Лазурный берег». Перед входом в систему RP-2864 тебе нужно будет «прыгнуть» в «Серую зону», а уже оттуда направляться на Глорию. Параметры полёта до Глории придётся вносить вручную, найдёшь их в сейфе. Ты всё понял?

– Да, мистер Гаррисон. Всё понятно.

– И ещё. Дома не появляйся. Не вызывай такси и не арендуй машину. Метро тоже надо исключить. Там много камер, и вас сразу вычислят. Добираться до орбитального космопорта придётся по резервному плану. Как только будет информация о «Волках галактики» и Полянском, я тебе сообщу по закрытой галактической связи. На «Арктуре» она уже установлена. Ну вот, пожалуй, и всё. Есть какие-нибудь вопросы?

– Вопросов нет. Есть просьба. Надо стереть всю суточную информацию с блоков видеозаписи в одном подъезде и в магазине напротив.– Я назвал ему нужные адреса.

– Хорошо, мы займёмся этим немедленно, – пообещал Гаррисон. – Теперь всё?

– Теперь всё,– закончил я.

– Тогда удачи и берегите себя, дети мои, – сказал он и отключился.

Завершив разговор с шефом, я повернулся к скамейке, где оставил Настю, но увидел, что она стоит рядом и ждёт, пока я закончу.

– Извини, Пол, я невольно услышала ваш разговор, – она, смущаясь, взяла меня за руку, и я заметил, с каким трудом она борется со своей усталостью.

– Ничего страшного, Настя. Мы же теперь одна команда, и от тебя у меня нет никаких секретов, – я взял из её рук саквояж. – Нам надо идти.

– Пол, а что это за резервный план, о котором говорил мистер Гаррисон? – спросила Настя, уворачиваясь от встречных прохожих.

– Резервный план? Сейчас покажу, – ответил я ей, разглядывая стоянку аэромобилей.

Выбрав подходящую модель, я уверенно подошёл к машине. Это была Аudi-Z120. Модель была неплохой. В меру комфортная и в то же время не бросающаяся в глаза. Обычный классический седан, но с гравитационным двигателем пятого поколения. Словом, то, что нужно. Минуту постояв у машины, я открыл дверь и пригласил Настю в салон.

– Прошу, мадам. Карета подана.

– Но это же противозаконно. Это же угон! – прошептала Настя, не решаясь садиться.

– По сравнению с тем, что тебя сегодня собирались похитить, а меня – убить, угон – это детская шалость. Быстро садись в машину, теряем время, – прошептал я ей на ухо.

Мои слова возымели действие, и она юркнула на правое сиденье. Усевшись за руль, я перевёл машину в ручное управление, и мы взмыли в небо. Поднявшись на высоту трёх километров, я задал координаты орбитального космопорта и включил автопилот. Космопорт находился от города на расстоянии восемьсот километров, и у нас с Настей было пара часов отдыха. Я вызвал Роджера.

– Я весь во внимании, сэр. – ответил робот.

– Послушай, дружище. Мне срочно предстоит улететь по новому поручению руководства, и приехать домой я не смогу.

– Очень жаль, мистер Гловер. А как же вишнёвый пирог? – в голосе его прозвучали грустные нотки.

– В другой раз, дружище, обязательно попробую. Ты мне скажи, готов ли мой катер?

– Да, сэр. Ваш катер готов. Всё необходимое на него доставлено. – тут Роджер немного помялся и добавил, – Включая Ваш специальный багаж сэр. Я осмелился подумать, что он Вам пригодится.

– Ты как всегда, всё сделал правильно, – похвалил я Роджера. – На этом конец связи.

– До свидания, мистер Гловер. Буду Вас ждать, – ответил он, и связь прервалась.

Я расслабился в кресле. Рядом спала Настя. Через пару часов мы должны были долететь до моего катера, стоящего на арендованном десятом причале. Скоростной катер фирмы «Тойота» мог доставить своих пассажиров на орбиту Юпитера всего за десять часов. А там, в Галактическом порту, нас с Настей ждала современная сверхсветовая яхта «Арктур». Ее табличка с названием фирмы – производителя «Энергия», блестевшая золотом на корме, была равносильна знаку качества. Многие бы хотели заполучить такую яхту, но сумма ценника пугала потенциальных покупателей. Но Гаррисон не испугался. В галактике только два таких корабля: у одного арабского шейха и у Гаррисона. До Глории лететь трое суток. Трое суток в шикарной обстановке, в компании прекрасной спутницы. Я в доску расшибусь, но отыщу этого профессора и доставлю его на Землю, чего бы мне это ни стоило. И даже не ради гонорара с пятью нулями, а ради вот этой девушки, которая сейчас спит рядом со мной в откинутом кресле. Ради милой русской девушки с прекрасным греческим именем Анастасия.

Усталость наваливалась и на меня, но сон не приходил: «Кому же понадобился наш профессор? Кто затеял эту опасную игру?». Ответов у меня не было, и надо было ждать информацию от Гаррисона. На втором часу полёта организм сдался, и я уснул.

Аudi Z120 бесшумно неслась по воздушной глади. Начиналось утро, и на востоке вставало солнце. Жаркое солнце Земли.

"Глава 5"

"Где-то в центральной Америке"

На восьмидесятом этаже нового офисного здания располагалась фирма «Братья Райт и Ко». Почему она так называлась, никто не знал, включая самих её сотрудников. По видимому, от того, что ни каких братьев Райт в этой компании отродясь и не было. Дела компании шли весьма успешно, и неизменное пополнение банковских счетов миллионными суммами говорило само за себя. Вышеназванная контора занималась организацией аукционов по продаже различного рода ценностей, от произведений живописи до ювелирных украшений. Особой статьей прибыли были древние артефакты, которые её агенты скупали по всему миру за бесценок, продавая их затем богатым коллекционерам за бешеные деньги. Был в активе «Братьев Райт и Ко» к тому же один небольшой заводик, на котором некоторые из «древнейших ценностей» и производились. А куда деваться? Артефактов с каждым годом становилось всё меньше, а сумасшедших богатеев, готовых их приобретать, с каждым годом становилось всё больше. Вот и приходилось как-то выходить из положения. Терять клиентов ни как было не возможно.

Некоторое количество таких доморощенных «артефактов» с гордостью демонстрировали известные музеи. Говорить о частных коллекциях и не приходилось. Да что там музеи и частные коллекции. У самого герцога Эдинбургского, в его родовом замке на камине стояла бронзовая лошадка, будто бы изготовленная аж восемь тысяч лет назад в древнем Египте. Никто, конечно, её подлинность не проверял, а сам герцог верил в безупречную репутацию продавца. Он был без ума от своего приобретения и с гордостью показывал эту «древнеегипетскую ценность» своим высокопоставленным гостям. За какую сумму была приобретена эта копеечная статуэтка, оставалось тайной. Но после сделки счастливый продавец приобрел себе яхту стоимостью в небоскреб. Этим счастливым продавцом и единоличным владельцем вышеупомянутой компании был некто мистер Шон Стивенсон.

В истории компании мистера Стивенсона, если покопаться поглубже, можно было отыскать более грязные делишки по сравнению с подделкой «древних лошадок». Но связи с сильными мира сего, а также природная изворотливость позволяли ему избегать последствий, которые могли повлечь за собой долгие годы лишения свободы, вплоть до пожизненного. Постоянное нахождение на «краю пропасти» бодрило предпринимателя.

В полуденный час владелец «Братьев Райт и Ко» кормил рыбок в своём шикарном кабинете с видом на океан и распекал мужчину средних лет с неприятной внешностью. Хозяин кабинета всем своим видом так и излучал превосходство и непомерное чувство собственного достоинства, чего совершенно нельзя было сказать о его посетителе.

– Вы болван, Полянский. Как можно было доверить такое деликатное дело каким-то идиотам? Как там они себя называют – «бешеные псы»?

– «Волки Галактики», сэр, – робко ответил посетитель.

-Что? Не понял, – Стивенсон оторвался от кормления и повернулся к мужчине.

– Они называют себя волками Галактики, – повторил Полянский, переминаясь с ноги на ногу.

– Волками Галактики? Так я вам скажу, Полянский, что этим вашим волкам Галактики только проституток терроризировать в дешёвых борделях да витрины вышибать в уличных ларьках. А вы им доверили дело, которое может принести мне миллионы. Вы им доверили, а они его загубили на корню.

Стивенсон закончил кормление своих рыбок и отошел от огромного, литров на двести, аквариума. Подойдя к холодильнику, он достал оттуда бутылку минеральной воды, не спеша прошел к столу и уселся в огромное кожаное кресло. Налив себе полный стакан, он отхлебнул из него пару жадных глотков и поставил на стол. В конце июня стояла сильная жара даже для тропических широт Центральной Америки. Переведя немного дух, Стивенсон продолжил:

– Вы мне ответьте, Полянский, куда могла пропасть эта русская девчонка и где мне теперь её искать? Что вообще говорят эти двое недоумков?

– Это удивительно, сэр, но они совершенно ничего не помнят. Они даже не помнят, как их зовут и как они оказались в Нью-Йорке.

– Удивительно то, что я вам плачу деньги. И заметьте, не малые. Немалые деньги за копеечные услуги по доставке доступных девиц для богатых джентльменов.

Говоря эти слова, Стивенсон вышел из-за стола и подошел к окну. На небе не было ни облачка. Океан накатывал на белоснежный песок пляжа двухбалльные волны. «Как хорошо было бы сейчас с разбега броситься в эти волны, как в молодости, а потом чтобы рядом была та рыжеволосая красотка, которая любила фисташковое мороженое и секс под классическую музыку», – думал обладатель миллионного состояния, смотря на легкий прибой с высоты восьмидесятого этажа. Минута воспоминаний прошла и Стивенсон вернулся в настоящее. Не отворачиваясь от окна, он вновь обратился к посетителю:

– Больше у меня на вас нет времени. Делайте, что хотите, приглашайте известных психиатров, экстрасенсов, гипнотизёров. Обращайтесь хоть в институт им. Сербского, наконец. Но мне необходимо, чтобы через два дня эти «волки Галактики» вспомнили всё, что случилось с ними за последние двое суток. – Стивенсон сделал короткую паузу, и продолжая любоваться океаном, продолжил. – Но если в назначенное время память к ним не вернётся, то всю эту вашу гоп-компанию, включая вас, Полянский, я скормлю белым акулам. Вам всё понятно?

– Да, сэр, мне всё понятно. Я приложу все усилия, – залепетал бедный Полянский, пятясь к двери.

– Ну, раз понятно, то вы свободны, – закончил разговор Стивенсон и взмахом руки отпустил своего посетителя.

Оставшись один, он ещё немного постоял у окна, а потом подошёл к столу и нажал кнопку вызова секретаря. В кабинет вошла жгучая брюнетка с формами Афродиты. Белое платье из тонкого трикотажа облегало фигуру, показывая все её прелести. Грудь едва умещалась в декольте, а длина платья была такова, что едва скрывала трусики, на которых сквозь полупрозрачную ткань можно было прочитать "kiss me”. Стивенсон, смотря на секретаршу, подумал: «А этот болван Полянский все-таки может быть в чем-то полезен. Но это всё потом, а сейчас главное – русская девчонка». Любуясь своей секретаршей, он приказал: «Зоя, срочно вызови ко мне Джексона и приготовь кофе». Зоя кивнула и, не произнеся ни слова, вышла из кабинета. «Хороша!» подумал Стивенсон, усаживаясь за стол. Ему н�