Новая душа для дочери дознавателя

Глава 1

Бывает у вас такое, когда все с самого утра идет наперекосяк? У меня сегодня выдался именно такой день. С утра проспала, потом сломался чайник, ресницы на одном глазу накрасила быстро, на втором же они постоянно слипались. Пришлось дважды умываться и краситься заново.

Сегодня важный день. Мое первое собеседование. Я хотела выглядеть идеально.

Когда надевала блузку, оторвалась пуговица, пришлось искать иголку с ниткой и пришивать. Вот что за закон подлости такой, а? Я же вчера ее гладила, все пуговицы вроде крепко держались. Так какого черта она решила отвалиться именно сейчас?! В довершение, пришивая пуговицу, уколола палец до крови. Костеря всех и вся, я впопыхах скидывала все нужное барахло в сумочку и одновременно надевала туфли.

Закрыв дверь, выскочила из дома и поспешила на остановку. Времени до собеседования оставалось в обрез. Я спешила как могла. На десятисантиметровых каблуках не так-то просто по российским дорогам бежать. Поэтому со стороны мой бег был больше похож на быструю ходьбу с преодолением препятствий в виде ям и камней, усеявших дорогу.

С трудом, но я все же добралась до остановки и стала ждать нужную маршрутку. Простояв десять минут и не дождавшись, начала нервничать. Время поджимало. Если в ближайшее время газель не приедет, придется разоряться на такси. Такое вакантное место я просто не могла упустить.

Как только нужная маршрутка подъехала, я пролезла вперед сбитого мужичка и заняла место. Передав за проезд, снова посмотрела на часы. Вроде успеваю.

Включив музыку и всунув в уши наушники, уставилась в окно, любуясь красотами родного города.

Выйдя на нужной остановке и подойдя к пешеходному переходу, стала ждать, когда загорится зеленый. Как только светофор дал добро для перехода, ступила на дорогу. Я уже прошла половину, впереди виднелась элитная высотка, где и предстояло мне работать, если пройду собеседование, как, откуда не возьмись, из-за поворота на скорости выехал мерседес представительского класса и на полном ходу понесся на меня.

Я всегда думала, что в такой момент быстро отскочу в сторону или брошусь бежать. Но все оказалось куда печальнее. Меня словно парализовало. Я так и застыла посереди пешеходного перехода, не отрываясь, смотря на несущуюся на меня машину. В последний момент у водителя, видимо, включились мозги или рефлекс, и он попытался затормозить. Раздался оглушающий визг тормозов, но было поздно.

Я почувствовала сильный удар примерно в область таза. Секундный полет, удар затылком и темнота.

Какое-то время я находилась в невесомости. У меня не было тела, я, словно сгусток белой энергии, парила среди густого тумана. Мне было спокойно. Меня не мучили мысли о родителях, которым предстоит узнать о смерти любимой дочери, и не законченном втором высшем. Единственное, что меня немного волновало, так это несостоявшееся собеседование. Столько усилий и стараний было приложено, чтобы дойти до финала. Вакансия была на конкурсной основе. Нам давали кейсы с заданиями, и мы должны были дома их выполнять. Я успешно прошла все этапы, осталось только пройти собеседование с главным директором, и на тебе… Какой-то гонщик недоделанный сбил меня на зеленый свет на переходе! Вот что значит, не везет. Чтоб ему, гаду, всю жизнь икалось теперь!

Так, флегматично размышляя, я продолжила парить в тумане.

– Делайте все что нужно, но верните мою дочь! – грозный окрик мужчины сотрясал стены девичьей комнаты.

– Лес Дознаватель, я и так делаю что могу, но душа вашей дочери слишком далеко ушла за грань, – чуть дрожащим голосом ответил мужчина в летах.

– Верни мне мою дочь!!! – вне себя от горя и злости прокричал лес Дознаватель.

– Хорошо, я попробую еще раз, – обливаясь потом, заверил его некромант.

Мужчина положил руки на голову неподвижно лежащей молодой девушке и начал читать заклинание призыва души.

Руки некроманта дрожали от напряжения, слишком далеко была душа дочери дознавателя, уже ушла за грань. Силы его таяли, еще чуть-чуть, и он уже не сможет никого призвать. Решив испытать судьбу, все равно терять нечего – если не вернет к жизни дочь главного дознавателя королевства, ему долго не прожить – некромант скорректировал заклинание и призвал первую подходящую душу. Пару секунд отклика не было, но когда некромант почти потерял надежду и смерился со скорой кончиной, получил отклик. Подходящая душа нашлась.

Душа искрилась и была под завязку напитана энергией. Никогда прежде некроманту не приходилось видеть столь сильной души, а видел он их за свою жизнь предостаточно. Из последних сил он зацепил душу и толкнул ее в тело мертвой дочери дознавателя.

Душа, как ему показалось, радостно приняла новую жизнь.

Убрав руки от девушки и утерев рукавом пот, стекающий по лицу, некромант принялся ждать пробуждения спасенной и молиться, чтобы она не закатила истерику.

Глава 2

Не знаю, сколько я пробыла в этом тумане, но неожиданно меня куда-то потянуло. Я не стала сопротивляться, напротив, мне было любопытно посмотреть, что же там будет. Куда меня так тянет. На краткий миг я зависла над бледной, но очень красивой девушкой, которая лежала с закрытыми глазами на огромной кровати с кучей подушек. Приглядевшись к ней повнимательнее, заметила, что ее грудь неподвижна, девушка не дышала. Хотя дышать с дырой в сердце проблематично. А рану видно из разошедшихся краев платья, что было надето на нее в момент смерти, видимо. Мда… жаль девчонку. Молодая еще совсем, лет семнадцать на вид. Красивая, очень, наверное, отбоя от парней не было. Волосы, словно живое золото, крупными кольцами окутывали ее тело до самой талии. Представляю, сколько с ними мороки было.

Мои волосы еле до лопаток доставали и были красивого темно-коричневого цвета. Я, если честно, блондинок не очень жалую, но оценить красоту шевелюры мертвой девчонки все же смогла.

Вдруг меня словно кто-то сильно толкнул. Не в силах удержаться, я полетела прямиком на неподвижно лежащее тело девушки. Как только я с ним соприкоснулась, сознание снова померкло.

Приходила я в себя с трудом. В голове шумело, в горле пересохло, по всему телу чувствовалась просто дикая усталость. С трудом разлепив глаза и проморгавшись, чтобы вернуть себе зрение, я наконец сфокусировалась.

Надо мной нависал мужчина в годах. Седые волосы, заметно проступающие морщины на лице – все свидетельствовало о том, что он не молод. На краткий миг я решила, что нахожусь в больнице, а это доктор, проверяет реакцию моих зрачков после комы. Потому что после того, как меня сбила машина, я точно впала в кому, так как прекрасно помню, насколько сильным был удар. Но в голове тут же всплыли воспоминания о тумане и золотоволосой девушке, тем самым заставляя меня сомневаться в собственной памяти.

Получше рассмотрев хмуро вглядывавшегося в меня мужчину, понимаю, что никакой он не доктор. Одежда на нем была странной, словно из древности. Узкие штаны темного цвета, рубашка на завязках и поверх – жилетка зеленого цвета. Решив не гадать, я напрямую спросила:

– А вы кто?

Спросила и сама же удивилась. Голос звучал незнакомо. И дело было вовсе не в хрипоте, так как пить мне пока никто не предложил, а в самом звучании. Это был не мой голос!

– Меня зовут Агнус Форт, – представился мужчина, по-прежнему чутко следя за мной, словно ожидая какой-то реакции. – Я некромант.

Некромант?! Ха… вот же шутник! Дедок-то с юмором попался. Хмыкнув, я ответила:

– А я тогда принцесса Уэльская!

Быстро замотав головой, дедок поспешно сказал:

– Нет-нет. Вы не принцесса. Вы единственная дочь главного дознавателя королевства Орделии!

После его слов я немного подвисла. Вот это фантазия у него. Мне с ним тягаться явно не по силам.

– А если серьезно? Кто вы? И где я нахожусь? На палату это совсем не похоже, – осмотревшись и нахмурившись, сказала я.

– Я же вам сказал. Меня зовут Агнус Форт, и я некромант. А находитесь вы дома, в усадьбе Огнизеских, – уверенно заявил дедок, заставив меня всерьез заволноваться.

– Какая к черту усадьба Огнидезских?! И какой еще некромант?! – раздражаясь, воскликнула я.

Что, блин, за шуточки! Нахожусь неизвестно где, еще и дедок всякую чушь несет. Кого из нас машина сбила-то?! Совсем, видно, крыша у него поехала на старости!

– Усадьба Огнизеских, – поправил он меня, – и некромант я потомственный! – с гордостью отвечает на мой вопрос пожилой мужчина, считающий, что обладает сверхъестественными силами.

– Издеваетесь? – уточнила на всякий случай. Может, у него чувство юмора специфическое, вот он и прикалывается?

– Уверяю вас, я бы не посмел! Позвольте вам все объяснить до прихода вашего отца. Вот, возьмите, – он протянул мне стакан с водой, – выпейте, полегчает.

Понюхав воду, сделала пару глотков. Обычная вода, но сейчас она казалась мне такой вкусной, что я незаметно выпила всё до дна. Отдав обратно стакан, я приготовилась слушать. Жажда больше не мучила, и мое настроение поднялось на одно деление.

Присев на краешек кровати, дедок заговорил.

– Все, что я вам сейчас скажу, правда. Принять вам ее, возможно, будет сложно, но от этого зависят моя и ваша жизни, – оптимистичное начало, ничего не скажешь. – Вы сейчас находитесь в теле дочери главного дознавателя, Элисии Огнизеских. На нее было совершено покушение, которое увенчалось успехом. Девушка умерла. Ее отец потребовал вернуть дочь к жизни, но душа Элисии ушла за грань, и я не смог ее вернуть. Поэтому я призвал подходящую душу и поместил в тело Элисии, – почти шепотом закончил говорить некромант.

Пару секунд я смотрела на него, ища признаки смеха, вранья. Но нет, дедок искренне верил в то, что говорил. В голове снова всплыли воспоминания о тумане и девушке. Я тут же схватила себя за волосы и поднесла к лицу. В моих руках была длинная золотого цвета прядь. Не веря в то, что вижу, я дернула за эту самую прядь. Последовавшая боль подтвердила, что волосы настоящие.

– Зеркало дайте, – находясь в предшоковом состоянии, потребовала я.

Мужчина молча достал из кармана небольшое круглое чуть мутноватое зеркальце и протянул мне.

Взяв дрожащими руками, я с опаской поднесла его к лицу.

Что ж, дед не сумасшедший! Или мы оба сумасшедшие, потому что из зеркала на меня смотрела еще чуть бледноватая незнакомка.

Аристократичные черты лица, высокие скулы, прямой аккуратный носик, четко очерченные брови на два тона темнее волос, чуть пухлые губы. Глаза незнакомки были цвета грозовых туч, насыщенно-серого, дымчатого цвета. В сочетании с длинными загнутыми ресницами смотрелось очень эффектно. Девушка была красива. У нее была идеально ровная кожа. Зубы и те были как у наших голливудских звезд.

Осмотрев все остальное, я пришла к выводу, что тело мне досталось молодое и красивое. И все бы ничего, но это не мое тело! Не мои волосы! Не мои глаза! Все не мое!!! Швырнув зеркальце на кровать, я закрыла лицо руками, стараясь глубже дышать, чтобы не свалиться в истерику. Как такое возможно?! Я что, умерла в своем мире? А как же родители??! Боже… они же с ума сойдут! Ну почему я?! Я ведь только жить начинала, мне всего двадцать два исполнилось месяц назад.

Убиваясь жалостью к себе, к родителям, жалея о непрожитой жизни, я на какое-то время выпала из реальности.

Немного успокоившись, я решила прояснить у дедка пару деталей.

– Почему вы выбрали именно мою душу? – задала я мучивший меня вопрос.

– Я не выбирал именно вашу. Я призвал первую подходящую душу.

– А как вы определили, что моя душа подходит? – задала я новый вопрос.

– Когда формируешь призыв, то вкладываешь нужные параметры. В данном случае я вложил параметры, подходящие для этого тела. Нужна была душа молодой девушки с сильной магической энергетикой.

– С магической энергетикой? – переспросила я – Тут вы явно ошиблись! Во мне нет никакой магии. В моем мире вообще нет магии как таковой, – уверенно сказала я.

– Ошибиться я не мог, так как четко сформировал необходимые критерии, – так же уверенно ответил дедок. – К тому же я видел вашу душу, вы определенно обладаете магическим даром. Причем очень сильным.

Ну какая, блин, магия?! Да я всю жизнь, во все эти магические штучки не верила. И книги, так популярные у девчонок моего возраста, про магию, эльфов и другую нечисть, не читала никогда. Ну неинтересно мне было. Мне нравилась моя жизнь. Реальная жизнь с реальными людьми.

А сейчас я мало того что умерла и попала в тело другой девушки, так еще и магией обзавелась. Класс! Полный набор! Осталось еще мужем обзавестись, для полноты картины, так сказать.

Кстати, надо бы уточнить, а то мало ли.

– У меня мужа нет?

– Нет. Вам, то есть, Элисии, было всего семнадцать, – обескураженно ответил некромант.

Вздохнув свободнее, я задала новый вопрос.

– А совершеннолетие с какого возраста наступает?

– В двадцать лет вы станете совершеннолетней. Но вашу судьбу будет по-прежнему решать отец. И замуж вас отдаст он не скоро. Лес Дознаватель души не чает в своей дочери, поэтому так скоро не решится с ней, вами, расстаться, – пытаясь меня успокоить, пояснил дедок.

– А как зовут моего батюшку? – задала я важный вопрос.

– Лес Рикард Огнизеских. Чаще к нему обращаются как «лес Дознаватель». Но вам следует называть его папенькой. Так его называла Элисия.

Вот же… папенька! Все веселее и веселее.

– Расскажите мне об Элисии. Вы ее хорошо знали?

– Не так уж хорошо, но достаточно, чтобы на первое время обмануть окружающих. Слушайте внимательно. Элисия учится в королевской академии магии, на втором курсе. Сейчас там каникулы, и она приехала в отчий дом. Элисия, то есть, теперь вы, предпочитает зеленый чай, овощи и осмийскую кухню. Ненавидит шоколад. Сладости практически не ест, как и мясо, за исключением дикой курпатки. Мясо этой птицы считается диетическим. Элисия любимая дочь, богатая, привыкшая, что любой ее каприз исполняется мгновенно. Магически одаренная, хоть и не дотягивает до уровня отца, – подумав, некромант добавил: – Дружит Элисия лишь со знатными, на остальных внимания не обращает. Советую вам это учесть.

Итак, что мы имеем? Элисия высокомерная избалованная богатая папина дочка, которая привыкла, что весь мир крутится вокруг нее. Особых трудностей с ее окружением, я думаю, быть не должно. Буду просто на всех высокомерно смотреть и молчать.

А вот с папенькой может быть проблема. Так как кто знает, как она там себя ведет с отцом наедине. Послушная дочка или капризная малышка? Дилемма, однако. Этот Рикард как его там… Огнизский… Огнедский? Короче, папенька может на раз меня раскусить. Ну не может любящий отец не заметить изменений в поведении дочери. А то, что отличия будут, я уверена на все сто процентов. Я таких, как эта Элисия, богатеньких и высокомерных девиц, на дух не переносила. Так как в большинстве случаев сами они без денег родителей ничего собой не представляют. Для них брендовые шмотки и дизайнерские побрякушки важнее всего в жизни. Я таких всегда называла гламурными куклами.

И говорю я так не из зависти, так как мои родители хоть и не олигархи, но довольно обеспеченные люди. И мы с младшим братом ни в чем не нуждались. Но я никогда не хотела зависеть от денег родителей, поэтому сама поступила в универ, на бюджетное место. Училась очно, и каждая оценка в моем дипломе заслужена трудовым потом и постоянным недосыпом. Я ночами порой практически не спала, а учила, готовилась к парам, зачетам, экзаменам. После решила получить еще одно высшее, на этот раз заочное, так как нужно было устраиваться на работу. Родители первое время часто пытались совать мне денег, больше, чем необходимо для скромного существования, но потом смирились с моей самостоятельностью. Конечно, какие-то деньги я все же брала у них, пока не работала. Мне ведь надо было есть, платить за квартиру. Но больше необходимого не тратила. Не скупала вещи именитых дизайнеров, не ходила по ресторанам, а готовила дома, и в клубах не тусила. Дело было не в моих принципах или капризе богатенькой девицы. Просто я знала, каким трудом заработано наше состояние. В свое время родители столько сил и здоровья вложили в бизнес, чтобы дать все необходимое нам с Артемом. И мне было жаль тратить их деньги на всякую ерунду, на вещи, которые не стоят таких денег, которые за них просят в бутиках. Поэтому, как только съехала от родителей в двушку, подаренную мне на совершеннолетие, я стала стараться, привыкать к самостоятельности.

Первым делом начала искать работу, и мне почти это удалось. Эх… обидно до слез.

Ладно, слезы делу не помогут, надо думать, что теперь делать.

– А что будет, если папенька Элисии поймет, что я не его дочь? – спросила я некроманта.

Дедок сбледнул. Потом, передернув плечами, ответил:

– Смерть будет… Обоим, – решил уточнить он.

Мда… такой расклад меня не устраивает. Снова умирать не хочется. Хотелось бы пожить, новый мир посмотреть, раз уж здесь оказалась.

– И что нам делать? – смотря на некроманта, спросила я.

– Тебе стать Элисией. А мне пора от дел отходить. Староват я стал для такого стресса. Здоровье уже не то, – стал жаловаться тот, кто и притянул меня в этот мир.

Некромант, конечно, человек пожилой, но не настолько же, чтобы со дня на день душу богам отдать. Так что нечего прибедняться. Сам заварил эту кашу, пусть теперь помогает в ней не захлебнуться.

– Как вы предлагаете мне обмануть главного дознавателя королевства? Он же сразу поймет, что я не его любимая дочь! – возмущенно произношу я.

Некромант на время задумался, видимо, осознал, что если нас раскусят, то на пенсию он не уйдет. Пойдет на перерождение… или что там после смерти…

Я только туман помню.

– Надо сказать, что у тебя с памятью проблемы, – выдал дедок дельную мысль.

– Потеря памяти, значит… а что, хорошая идея, – уже более благосклонно ответила я ему.

Вот может же хорошие идеи выдавать. Главное – мотивация! А что лучше, чем угроза смерти, может смотивировать? Я только хотела задать пару уточняющих вопросов, как дверь резко распахнулась, и в комнату вошел высокий, мощного телосложения мужчина. На вид я бы ему дала не больше тридцати пяти. Суровое, но красивое лицо. Широкие дуги бровей сейчас были нахмурены, серые глаза, так похожие на глаза Элисии, просканировали комнату и остановились на мне.

Как только он увидел меня, его черты разгладились, в глазах проявилось тепло и нежность. С плеч мужчины будто непосильный груз свалился.

Преодолев разделяющее нас расстояние, он сгреб меня в медвежьи объятья.

– Радость моя, Элисия! Жива! Слава богам! – немного грубым голосом произнес мужчина, не разжимая рук.

По мне так слава не богам, а ушлому дедку, который еще не готов помирать. Но говорить об этом счастливому отцу я, разумеется, не стала.

– Как ты себя чувствуешь, Эли? – заботливо спросил мужчина, наконец-то выпустив меня из крепких объятий.

Я не знала, что ему сказать, поэтому скосила взгляд на некроманта, который в этот момент пытался слиться с мебелью.

Ну уж нет, дедуля! Отдуваться вместе будем!

Папенька, не получив от меня ответа, перевел потяжелевший взгляд на некроманта.

– Почему она молчит? Что с ней? – грозно спросил он.

Скажу честно, в этот момент я сама от его голоса струхнула, а про дедка и говорить нечего. Он, бедолага, уже дважды цвет лица сменил, с красного на белый.

Подойдя ближе, дед ответил.

– Ваша дочь потеряла память, – чуть подрагивающим голосом сказал он.

– Ты что, покалечил мою дочь? – зло сузив глаза уточнил папенька.

Я же искренне сочувствовала в этот момент некроманту, но не менее искренне радовалась, что гнев дознавателя направлен не на меня.

– Лес Дознаватель, возращение души дело сложное и непредсказуемое.

Заранее невозможно знать, какими будут последствия. В случае вашей дочери потеря памяти – еще не самое ужасное. Ее душа была за гранью, и мне просто чудом удалось ее вернуть, – вдохновенно врал дедок. – Поэтому потеря памяти меньшее, что могло случиться. Главное ведь, что ваша дочь жива и здорова. А воспоминания у нее новые будут с вашей помощью, – полебезил некромант в конце.

Вообще он молодец. Складно наврал, меня даже гордость за него взяла. Все же не чужой человек. Он в этом мире единственное знакомое мне существо. Поэтому я решила его поддержать.

– Папенька, – слабым голосом обратилась я к мужчине, – что произошло?

Перестав испепелять взглядом некроманта, мужчина вернул все внимание ко мне.

– На тебя было совершено покушение, Эли, но уже все хорошо. Тебе не стоит об этом переживать, – ласково постарался ответить он.

Все же голос его привык приказывать и отчитывать. И к нежности он был непривычен, но папенька старался. Я оценила.

– Ты нашел их? – задала я важный для меня вопрос. А то вдруг снова кинжал в сердце вгонят.

– Нет еще, – хмуро ответил папенька, – но найду, не сомневайся, – заверил меня лес Дознаватель.

И я не сомневалась, что найдет. Найдет и накажет! И не завидую я им, потому что от этого мужчины исходят волны силы и мощи. С такими, как мой (а теперь он мой) папенька, шутки плохи.

Поправив мне одеяло и поцеловав в лоб, папенька велел мне отдыхать и ни о чем не думать.

Приказав некроманту следовать за ним, мужчина покинул мою спальню.

Оставшись одна, я долгое время не могла уснуть. Перед глазами стояли родители, брат. Вся моя жизнь. Я ведь только начинала жить. Еще толком ни с кем не встречалась даже. Некогда мне было, учеба, потом поиски работы. Все откладывала, думала, что успеется. А вот как все вышло.

От жалости к себе, к своей судьбе, и от того, что больше никогда не увижу своих родных, не обниму, не скажу, как сильно их люблю и как благодарна им за все, я расплакалась. Уткнувшись в подушку, чтобы заглушить рыдания, я выплескивала всю боль, страх и разочарование, что сковали мое сердце.

Не знаю, сколько я так проплакала, но, вконец обессилив, наконец уснула.

Глава 3

– Лесса Элиссия, вам необходимо это выпить, так сказал господин некромант, – настаивая на своем, упрямо пихала мне под нос пиалу с каким-то до жути вонючим зельем нянюшка Осинья.

Когда эта крепко сбитая женщина с добрым лицом пришла с утра меня будить, я не знала о доме и его обитателях, за исключением папеньки, ровным счетом ничего. Но словоохотливая нянюшка, которую любезно предупредили о потере памяти у подопечной, воодушевлённо мне рассказала обо всех.

Начала она с себя. Оказалась, что женщина с самого рождения заботилась об Элиссии, так как ее матушка умерла родами. Женщина души не чаяла в своей подопечной, несмотря на не самый добродушный характер Элиссии. Все списывали это на отсутствие у бедняжки матери. И Элиссии прощалось практически все. Ее пренебрежительное отношение к слугам и нянюшке, капризы по любому поводу, причуды в еде, меняющиеся, к слову, по несколько раз в неделю. Опасалась Элиссия лишь папеньку, и то только когда переходила границы дозволенного и лес Дознаватель ловил ее на горячем. Тогда добрый папенька превращался в сурового отца, который мог лишить дочурку прогулок с друзьями, урезать бюджет на новые платья или, самое ужасное, запереть Элиссию дома и не взять с собой на очередной бал во дворце. Элиссия привыкла находиться в центре внимания, ей нравилось, что ее красотой восхищаются, что парни провожают ее взглядами и мечтают хоть раз станцевать с ней. Поэтому остаться без бала было самым суровым наказанием для юной лессы.

Со слов нянюшки Осиньи, в доме было две служанки, Илана и Сиена, девушки отвечали за уборку. На кухне царствовал повар по имени Жанир, именно ему постоянно приходилось терпеть претензии Элиссии, так как, на ее взгляд, он готовил слишком жирную и калорийную пищу, которая вредна для девичьей фигуры. Повар сохранил свое место лишь благодаря лессу Дознавателю, так как папенька Элиссии наотрез отказался его увольнять. Мужчину устраивало, как готовил Жанир, есть одни овощи лес Дознаватель не хотел.

На кухне Жаниру помогали две женщины, Мадлена и Лусия. Также в доме был дворецкий по имени Абрах, конюх по имени Винар и садовник Томас.

Осинья, после того как Элиссия выросла, стала выполнять обязанности экономки. Отвечала за подбор персонала, в особенности служанок, и за многое другое.

Сейчас же добрая нянюшка с упорством, которому бы бараны обзавидовались, пыталась заставить меня выпить сомнительную микстуру.

– Выпейте, – увещевала нянюшка меня, – перестаньте упрямиться, а то придется позвать вашего папеньку, – под конец перешла к угрозе женщина, видя, что я не собираюсь сдаваться и пить эту гадость.

Папеньку мне снова лицезреть не хотелось, но и пить непонятно что – тоже. Мало ли что туда дедок намешал.

– Нянюшка, я уже хорошо себя чувствую, правда. Не нужна мне эта гадость, – попыталась я убедить женщину, что в микстуре нет необходимости.

– Господин некромант сказал, что это обязательно нужно выпить, чтобы вы быстрее встали на ноги, – упрямо стояла на своем она.

Поняв, что мне не переубедить ее, тяжело вздохну, я взяла пиалу и поднесла к губам. Помянув недобрым словом вредного дедка, который до сих пор меня не навестил, залпом выпила содержимое. На вкус микстура оказалась не такой гадкой, как на вид. Она отдавала травами и немного горчила, но не более.

– Вот и хорошо, – довольно запричитала нянюшка, поправляя мне одеяло, – скоро вы совсем поправитесь и снова будете порхать по дому, радуя всех домочадцев.

На ее высказывание я лишь тихонько хмыкнула. Ага, как же, радовать! Не удивлюсь, если домочадцы молились, чтобы Элиссия как минимум месяц в кровати провалялась без чувств.

– Нянюшка, а ты не знаешь, когда господин некромант придет меня навестить? – задала я интересующий меня вопрос.

– Да кто ж его знает, может, и не придет вовсе. Ведь в его услугах больше нет необходимости. Вы, слава богине-матери, идете на поправку. Вам покой только рекомендовали, – продолжая наводить порядки в моей комнате, ответила Осинья.

Я от такой новости пришла в уныние. Без дедка мне туго придется. Он, в случае чего, подстраховать мог. А теперь придется все самой изучать методом проб и ошибок. Надеюсь, мое незнание мира спишут тоже на результат тяжелого возвращения из мертвых.

– Кстати, – заговорщически начала нянюшка, – вам там письма поприходили, от лесса Девьера и лесса Фирховского. Хотите, я вам их принесу? Почитаете, может, повеселеете. А то совсем что-то загрустили, – смотря на меня, сказала женщина.

– Нянюшка, я же совсем не помню их, – напомнила я ей про потерю памяти.

– Ох… что же это я… Совсем запамятовала. Ну ничего, почитаете, может, что и вспомните. Я сейчас принесу, обождите.

Со скоростью, которой я от ее комплекции не ожидала, нянюшка выскочила из спальни за письмами от неизвестных мне лессов.

Оставшись на какое-то время одна, я без посторонней помощи приняла полусидячее положение. Во всем теле еще присутствовала слабость, и от такого, казалось бы, простого действия у меня даже выступила испарина на лбу.

Приняв письма, что так заботливо принесла нянюшка, я с опасением вскрыла первое, что попалось в руки. Вдруг сейчас окажется, что я читать не умею? Язык-то я их понимаю и говорю на нем, но вдруг на этом все и заканчивается?

В общем, письмо от некого лесса Девьера я открывала с опаской.

Прочитав первые строки, свободно выдохнула. Текст был понятен, даже несмотря на корявый почерк.

«Дорогая лесса Элиссия, я пишу вам это письмо в надежде на вашу милость. Тот день, когда я вас увидел, стал днем, когда в моем сердце расцвела любовь. С тех пор все мои мысли посвящены вам. Я мечтаю вновь вас увидеть, прикоснуться губами к вашей изящной ручке, вдохнуть столь прекрасный запах, что присущ лишь вам.

Вы мое наваждение, вы та, к ногам которой я готов положить весь мир. Лишь от одной вашей улыбки мое сердце замирает от восторга.

Я молю вас о встрече! Позвольте вновь моему сердцу трепетать от счастья лицезреть вас.

Ваш преданный и надеющийся на встречу,

Эрик Девьер».

Дочитав письмо, я посмотрела на нянюшку, которая стояла возле прикроватной тумбы и делала вид, что наводит порядок. В том, что письмо она прочитала, я не сомневалась, поэтому и спросила ее совета.

– И что мне ему ответить? Я же его совсем не помню, – жалобно смотря на нянюшку, спросила я.

– Не расстраивайтесь, лесса. Напишите, что вы немного захворали и пока не можете с ним встретиться. Уверена, лес Девьер все поймет и не затаит на вас обиду за отказ, – посоветовала Осинья.

Взяв палочку, отдаленно похожую на нашу ручку, стала писать ответ влюбленному лессу.

Закончив, я отложила его в сторону и принялась читать второе письмо, от лесса Фирховского.

«Моя прекрасная лесса Элисия. Я пишу вам, так как разлука стала невыносима для меня. Прошла неделя с тех пор, как я имел возможность видеть вас. Я потерял покой. Я вижу ваш лик во снах и наяву, в каждой проходящей мимо лессе я ищу ваши черты, ваши прекрасные глаза, что поработили мою душу. Вы мой свет, моя отрада. Молю вас, позвольте вас увидеть! Я без вас погибаю в пучине тоски и отчаянья.

Надеюсь на ваш скорый ответ.

Навеки ваш,

Фредерик Фирховский».

Еще один влюбленный в Элиссию на мою голову. Пишут оба лесса, конечно, красиво. Прямо ни спать, ни дышать без ее прекрасного лика не могут. Честно? Аж тошно. Ну что это за оды восхваления ее неземной красоты?! Разве так мужчина должен себя вести? Унижаться и молить о встрече? Может, я, конечно, чего-то не понимаю, я в этом деле профан, но мне кажется, что писать девушке такие письма глупо. Это лишь потешет самолюбие такой, как Элиссия, но на ответные чувства оба кандидата могут не рассчитывать. Девушки любят смелых мужчин! Мужчин, которые не будут много болтать языком, а будут действовать. Нам хочется, чтобы пришел, увидел и забрал!

Хотя, может, в этом мире именно так, письмами и красивыми словами, положено добиваться благосклонности?

Если это действительно так, то я не скоро обзаведусь женихом. Не то чтобы я планировала начать поиски в ближайшее время, но когда-нибудь то я захочу семью. И желательно по любви, а не по тому, чье письмо окажется жалостливее и красивее в описании чувств.

Написав в ответ лессу Фирховскому то же, что и в предыдущем письме, мол, захворала, к встречам не готова, и все в том духе, отдала письма Осинье с просьбой отправить адресатам.

После вкусного и сытного обеда, что принесла мне нянюшка в комнату, меня навестил лес Дознаватель, он же папенька.

– Как твое самочувствие, милая? – с беспокойством в голосе спросил он.

– Мне уже лучше, – поспешила я заверить родителя, – небольшая слабость, но, думаю, она скоро пройдет.

– Конечно, пройдет. Лесса Элиссия хорошо поела, даже булочки все съела, так что скоро наберётся сил и снова будет нас радовать, – поддержала меня нянюшка, что даже с приходом папеньки не покинула меня.

– Я рад, что ты поправляешься. Мне тяжело видеть тебя такой грустной. Может, ты чего-то хочешь? – ласково проведя рукой по моей голове, спросил мужчина.

Я знала, чего хочу, поэтому тут же поспешила озвучить просьбу.

– Можешь дать мне книги про магию и историю?

– Зачем они тебе? – удивленно спросил папенька.

– Хочу почитать, – ответила я, не понимая, что в моей просьбе так удивило его.

– Почитать? – еще сильнее удивляется он.

– Ну… я же многого не помню… мне будет полезно обновить знания, чтобы, когда вернусь к учебе, не быть в отстающих, – неуверенно проговорила я.

Папенька переглянулся с Осиньей. К слову, нянюшка тоже была удивлена и с неверием взирала на меня.

Да чего они на меня так смотрят, будто никогда не видели?! Всего-то книги попросила. Раз Элиссия в академии учится, значит, книги в руках держала, так в чем проблема-то?

Проблема оказалась в том, что Элиссия книги по истории и магии только в руках и держала. Она отродясь не читала ничего, что не является популярным романом или письмом от нового воздыхателя. Поэтому-то папенька с нянюшкой и удивились моей просьбе.

Теперь у меня появился новый вопрос. Как учится Элиссия в академии, если у нее голова лишь любовными романами забита?

По ходу без крупных пожертвований на нужды академии от папеньки не обошлось. Иначе турнули бы ее оттуда как пить дать.

Переспросив еще раз, точно ли мне эти книги принести, и получив утвердительный ответ, папенька обязался передать их мне в ближайшее время.

Пообещав вечером меня еще раз проведать, лес Дознаватель отправился на работу.

Выпив снова микстуру от моего трусливо сбежавшего некроманта, я уснула.

Всю следующую неделю я провела за книгами. Старалась как можно больше узнать об этом мире, его обитателях, порядках, что здесь царят, и, конечно, о магии. Я поглощала информацию словно путник в пустыне – воду. Мне хотелось узнать как можно больше. Я относилась к людям, считающим, что информация – это сила! И она правит миром. В моем случае, помогает выживать в новом. Поэтому я не брезговала даже пару романчиков прочесть, что так полюбились Элисии. Мне не зашло. По сравнению с романами, которые пишут авторы в моем мире, это как детская сказка с ограничением десять плюс.

После того как мне наконец разрешили вставать и передвигаться по дому, я практически поселилась в библиотеке. Это стало моим самым любимым местом в доме. Нянюшка уже не раз ворчала на меня, так как за чтением я напрочь забывала о еде и сне. Пару раз я слышала, как она бормотала себе под нос, что уж лучше бы я, как раньше, изредка романы читала, чем, как сейчас, безвылазно в библиотеке торчала. В общем, первый шок у домочадцев от проснувшейся у Элиссии любви к книгам прошел. И они спокойнее воспринимали мое увлечение и ночные перекусы в библиотеке.

Папенька пару раз советовал не перенапрягаться, но в целом, мне показалось, он был доволен, что дочь стала читать что-то помимо примитивных романчиков.

Так что в конце недели я уже более-менее имела представление о мире и его обитателях. Мне до дрожи не терпелось увидеть эльфов и дроу. Правда они такие, как показывают в наших фильмах, или все же отличаются? Также я хотела посмотреть на оборотней. В книгах упоминалось, что оборотни делятся на два вида: кошачий и собачий, как я их охарактеризовала. Мне, как и любому представителю техногенного мира, в котором обитают лишь люди, было безумно любопытно посмотреть на тех, кого я считала выдумкой и не более.

Я изнывала от любопытства и желания выйти на улицу и прогуляться. И, когда за совместным ужином с папенькой я спросила дозволения и получила отказ, очень расстроилась. Аппетит пропал напрочь, поэтому остаток ужина я лишь создавала видимость, что ем. На деле же, просто вяло ковырялась вилкой в тарелке.

– Эли, сейчас правда небезопасно гулять по городу, – заметив мое состояние, начал разговор папенька, отложив столовые приборы. – Ты чудом выжила. Я не хочу рисковать. Пока не найду виновных, ты не будешь разгуливать по городу.

– Найми мне охрану, – попробовала я выпросить вольную в город.

– В прошлый раз она не уберегла тебя от покушения!– посуровев, сказал лес Дознаватель. – Скажи мне, что ты хочешь купить в городе, и тебе сегодня же все доставят, – решил подкупить меня мужчина.

– Я хотела просто прогуляться. Устала сидеть взаперти. Ты теперь меня и в академию не отпустишь? – попыталась донести я простую истину до папеньки.

– В академию пущу. Там хорошая охранная система, и ты будешь в безопасности.

И на том, как говорится, спасибо. А то вообще мог запереть меня в доме, под своим неусыпным контролем.

Я понимала, что пока не найдены те, кто хотел убить – вернее, убил Элиссию – моя жизнь под угрозой. И рисковать ею понапрасну я не хотела. Но как же обидно! Попасть в новый мир, где существуют другие расы, и не иметь возможности их увидеть, как и сам мир. Разве это справедливо? По мне, так нет! Вот поэтому я и решила попытать удачу и выпросить прогулку. Не вышло! Но хорошо, что хоть в академию пустит. Там-то наверняка все расы смогу увидеть. Осталось еще недельку потерпеть, и наступит учеба.

Ехать в академию было страшновато. Как я уже догадалась, училась Элиссия лишь номинально и умом не блистала. Но я решила не идти себе наперекор, уподобляясь прежней хозяйке тела, а стать прилежной ученицей, коей я была по жизни в своем мире. Учиться я всегда любила. И мне легко давались знания. Так что преподавателей ждет сюрприз!

С остальным уже было сложнее. Я не знала, с кем Элиссия общается. И что мне говорить ее друзьям, понятия не имела. Сказать то же, что и папеньке? Потеряла память? Скорее всего, так и придется поступить. Ничего другого в голову не приходит. А то, что поведение изменилось и тяга к знаниям проснулась, тоже можно списать на возвращение с того света. Скажу, что я, умерев, прозрела! Поняла, что моя жизнь была пуста и лишена смысла! Точно решат, что умом тронулась!

Закончив ужин и для вида попросив папеньку купить мне сумку для учебы и писчие принадлежности, удалилась в библиотеку.

На следующий день меня навестил некромант. Я уж и не чаяла его еще раз увидеть. Я как раз заканчивала читать главу про необходимость медитации, когда мне доложили о его приходе.

Как только дедок зашел в библиотеку и закрыл дверь, я тут же накинулась на него с претензиями.

– Явились наконец-то! Притащили меня в этот мир и бросили одну! – возмущенно наступая на трусливого некроманта, начала говорить я.

– Не бросал я тебя! – не менее возмущенно ответил дедок на претензию, делая шаг назад. – Думаешь, мне дверь в дом леса Дознавателя по щелчку открывают, что ли?! Без дозволения или приглашения я не могу просто явиться и потребовать увидеть тебя!

– А сейчас как явились? – поубавив пыл, спросила я.

– Лес Дознаватель приказал проверить, как душа закрепилась в теле. И нет ли новых отклонений, – хмуро сказал некромант.

– Каких еще отклонений?

– А мне почем знать! – возмущенно начал ворчать дедок. – Это ты же подозрения начала вызывать, раз меня просят тебя на отклонения проверить! Чего ты учудила?

– Я учудила??

– Ну не я же!

– Да вы! Вы… Да вы совесть вообще имейте-то! Бросили меня тут одну, без информации, а теперь обвиняете! Ничего я не чудила! Книги только читаю и все! Я что, виновата, что прежняя хозяйка тела вообще их стороной обходила?! – моему возмущению не было предела. Это надо же! Явился и обвиняет меня!

– Не могла, что ли, дурочкой прикинуться? Покапризничать? Новых нарядов потребовать?

– Да вот еще! Не собираюсь я уподобляться этой недалекой!

Плохо, конечно, о погибшей так говорить, но дедок прямо вывел меня. Обнаглел вообще!

– Жить хочешь? – задал каверзный вопрос некромант.

– Хочу! Но дурой прикидываться не буду! – категорично заявила я.

– Да за что мне это все?! Почему именно твоя душа откликнулась?! – вопрошал у Вселенной дедок.

– Наверное, заслужили! – ответила я вместо Вселенной. Зло зыркнув на меня, дедок прошел к креслу и уселся.

Последовав его примеру, я тоже села. Пару минут мы играли в гляделки. Поняв, что меня просто так не возьмёшь, дедок снова заговорил.

– Спишем все на последствия возвращения души. Но впредь старайся сильно не выделяться. Хотя… кому я это говорю! Вы с Элиссией две противоположности. Разницы только полный дурак не заметит, – печально резюмировал некромант.

– Мне кажется, папенька рад тому, что дочь за ум взялась, – решила поделиться впечатлениями с унылым некромантом. А то совсем грустный сидит. Подумаешь, заметил любящий родитель, что дочь изменилась. Так немудрено. Умереть и воскреснуть. Это же серьезное дело. Правильно дедок сказал, и не такие последствия словить можно. Так и умом тронуться недолго было!

– Он, может, и рад. Но не заметить разницы между прежней Элиссией и тобой не мог. Поэтому и попросил меня проверить, все ли с тобой хорошо.

– Ну так и скажите, что все хорошо. А изменения в поведении из-за возвращения из мертвых. В чем проблема-то?

– И долго мы будем ваши различия списывать на последствия ритуала? Рано или поздно он начнет подозревать, что что-то не так!

– Я через неделю в академию отбуду, и видеться мы с лессом Дознавателем будем редко. Так что, может, и не заметит он больше ничего! – я была настроена более оптимистично, чем некромант.

– Будем надеяться, что так и получится! Выбора все равно нет, – не особо в это веря, отозвался он.

– Вам известно, какой магией обладала Элиссия? – задала я интересующий вопрос. – Мне скоро в академию ехать, нужно знать о своих способностях. А спросить об этом у папеньки я пока не решилась. Оставила это на крайний случай.

– Нет. Это мне неизвестно.

– Вы же раньше говорили, что Элиссия одаренная, хоть и не дотягивает до уровня отца! – обвинительно проговорила я. Ведь говорил, я помню.

– Так это всем известно, что одарённая. Только дар свой развивать надо. А Элиссия не очень-то прилагала к этому усилия. А к какой именно магии у нее способности, мне неведомо. Это личное дело, и об этом на каждом углу не кричат. Она могла унаследовать способности и от отца, и от матери. Матушка Элиссии, лесса Амина, была сильной воздушницей и имела небольшие способности к некромантии. Так что дочь могла унаследовать дар любого из родителей или взять от каждого.

Теперь мне взгрустнулось. Придется все-таки к папеньке топать и задавать вопросы. А так не хотелось.

– Но я знаю, какой магией обладает лес Дознаватель, – заинтриговал меня некромант.

– Какой?

– Лес Дознаватель имеет способности к огненной стихии и земной. Ну и, конечно, к ментальной магии. В свое время лес Рикард Огнизеских был лучшим студентом на боевом факультете. Он дважды побеждал в турнире между академиями. Неудивительно, что он стал главным дознавателем королевства.

Я уже давно заподозрила, что дедок фанат папеньки Элиссии. Он с такой гордостью рассказывал о достижениях лесса Дознавателя, будто это его папенька, а не Элиссии. Впрочем, заставило меня нервничать не то, что папенька в годы Элиссии был звездой академии, а кое-что другое.

– Вы сказали, что папенька ментальной магией обладает?

– Да, он очень сильный менталист! А как же иначе-то?! Ему по службе положено! – со знанием дела заявил этот… недалекий человек.

– То есть, он может прочесть мысли любого существа?

– Только разумного! Животных и нежити – не сможет.

Меня уже начало потряхивать от злости и страха. А дедок сидел себе спокойненько и расписывал, как в свое время лес Дознаватель смог вычесть шпиона из соседнего королевства и раскрыть вражеский замысел по свержению нашей королевской династии, что уже не одно десятилетие стоит у власти.

– И когда вы собирались сказать мне, что в мою голову в любой момент может влезть папенька и все узнать? – словно разгневанная змеюка прошипела я.

– Так поставь защиту от ментального воздействия. Если тебя попробуют считывать, сразу поймешь. Хотя и маловероятно, что лес Огнизеских полезет в голову к своей дочери. Любое ментальное воздействие несёт опасность. Он не станет вредить дочери без веской нужды, – уверенно и спокойно заявил некромант.

– Поставить защиту? – глядя на мужчину почти с ненавистью, спросила я. – А ничего, что я понятия не имею, как это сделать?! – срываясь, закричала я.

Когда до некроманта дошло, что мы были на волоске – правда о подмене могла всплыть в любой момент, и нам обоим жить оставалось бы не долго – он понял весь масштаб проблемы.

– Вот же демоны преисподней!! – мгновенно вспотев от страха, прохрипел он. – Да как же так?! Я ж забыл, что ты из отсталого мира.

– Сами вы из отсталого мира! – зло рыкнула я на наглого дедка. Опять накосячил и еще смеет мой мир оскорблять!

– Ладно, спокойно! Мы живы, значит, лес Дознаватель ничего не знает. Я сам поставлю тебе защиту от ментального воздействия, – успокаиваясь и игнорируя мою злость, проговорил некромант.

Встав с кресла, приблизился ко мне и потребовал закрыть глаза. Гнев на дедка все еще бурлил внутри, но получить защиту от менталиста было важнее. Закрыв глаза, попыталась почувствовать, что делает некромант.

– Все, готово! – довольно сказал дедок, через несколько секунд, усаживаясь обратно.

– Все? – недоверчиво спросила я. – Я ничего не почувствовала.

– И не должна была. Защита от ментального воздействия это азы магии. Ее детей с малых лет учат ставить.

– Это точно сработает? Лес Дознаватель не сможет ее взломать?

– Сможет, конечно, если захочет. Но, как я уже сказал, не станет этого делать. Если ты только не вызовешь у него подозрений. А от случайного считывания защита тебя спасет.

Не особо утешает, но хоть что-то. Вообще мысль о том, что кто-то может залезть в мою голову и узнать все мысли и тайны, меня очень испугала. Придется впредь быть осторожнее с папенькой и не давать лишних поводов для подозрений. Только вот сделать это будет нелегко, пока мы живем под одной крышей. Скорее бы учеба началась.

Пока я предавалась унынию, некромант достал из нагрудного кармана блокнот и уже знакомую мне палочку для письма. Написав что-то, он вырвал листок и протянул его мне.

– Здесь названия книг, которые тебе следует изучить до отъезда в академию. И чтобы узнать твои способности, я порекомендую лессу Дознавателю отвести тебя вновь к кристаллу стихий, он покажет, к каким направлениям у тебя предрасположенность, и уровень силы.

– А как вы ему это объясните? Элиссия ведь, скорее всего, ходила к кристаллу раньше.

– Ходила. Но бывали случаи, когда после возвращения души силы у кого-то уменьшались, а у кого-то увеличивались. И менялось главенство стихий у мага. Так что рекомендация будет обоснованной, – направляясь к выходу, ответил некромант.

– Когда вы еще придете? – пока он не ушел, спросила я. Ни за что не признаюсь этому вредному дедку, но я переживала, что больше он меня не навестит. Дело было не только в том, что он единственный знал, что моя душа этому миру не принадлежит, и мог поделиться нужной информацией.

Лишь с некромантом я могла быть собой и не играть роль дочери лесса Дознавателя. И мне было страшно, что он исчезнет из моей жизни, как со временем исчезну и я. Останется только лесса Элиссия. С новой душой.

И хоть теперь я не являлась в полном смысле собой и не могла полностью ассоциировать себя с этим телом, я пока еще сохраняла свои повадки, свое мнение и свое мышление. И хотела, чтобы так было и дальше.

– Не могу сказать точно. Если что-то срочно понадобится, попроси свою нянюшку. Она устроит нам встречу. Она всегда исполняет просьбы своей подопечной, – посоветовал некромант и покинул дом Огнизеских.

Глава 4

Время до моего отбытия в академию пролетело быстро. Я успела прочесть рекомендованные некромантом книги и кучу других, в том числе и те, что я просила у папеньки. Информации в голове было много. Но, несмотря на информационное обилие, я была в восторге от прочитанного. Книги про магию и магических существ я воспринимала скорее как мифы, чем реальность. Сложно было перестроиться и поверить в то, что всегда считала сказкой и выдумкой.

С папенькой мы виделись редко. Он упорно искал тех, кто посмел навредить его дочери, не забывая и о своих прямых обязанностях перед королевством. Приходил домой лес Дознаватель поздно, а уходил рано утром. Видя, как много он работает, я начала понимать Элиссию лучше. Она росла без матери и практически без отца. Ему некогда было уделять ей время. Он живет работой. Поэтому Элиссия и выросла такой избалованной и капризной. Чувствуя вину перед дочерью за свое постоянное отсутствие, лес Дознаватель ни в чем не ограничивал свою малышку, потакая ей практически во всем. Вот и выросла она такой эгоистичной.

Большую часть времени я проводила с нянюшкой. Она неустанно пыталась во всем мне угодить и предусмотреть любое мое пожелание. Такая забота утомляла и тяготила меня. Я не привыкла, чтобы со мной так нянчились. Я считала себя уже достаточно взрослой и самостоятельной, для того чтобы заправить кровать или сложить свое белье. Как и самостоятельно принимать ванну, без посторонней помощи. Нянюшки было слишком много.

Лишь в библиотеке я могла побыть наедине с собой. В это время нянюшка отправлялась инспектировать работу служанок и решать бытовые вопросы. Я же отдыхала от ее присутствия и наслаждалась новой книгой.

В последний день перед моим отбытием у нас с папенькой состоялся непривычный для него разговор.

Он заглянул ко мне, когда все вещи были упакованы и готовы отправляться со мной в путь. Каких нервов и выдержки стоили мне эти сборы, только богу известно. Нянюшка Осинья так и норовила доложить очередной шедевр портного искусства в чемодан, заявляя, что мне это может пригодиться в академии. Да такие платья, сплошь усыпанные драгоценностями, только на балы и носить, а не в академии в них шастать. Как она вообще себе это представляла?! Битву по поводу нарядов я выиграла, но все же пришлось уступить нянюшке и взять пару платьев, на всякий случай. Очень уж печальный взгляд у нее был. Я была вынуждена идти на компромисс.

И вот, только я выдохнула свободно, как пожаловал папенька. В этот раз нянюшка поспешила покинуть нас, оставив одних.

– Добрый вечер, Эли. Вижу, ты готова к отъезду, – начал он разговор.

– Добрый вечер. Да, вещи собраны, – аккуратно подбирая слова, ответила я, рассматривая папеньку и отмечая его уставший вид.

Мужчина бегло осмотрел мою комнату, ни на чем не задерживая взгляда. Ему было неловко, и он не знал, с чего начать разговор. Решив его подтолкнуть, спросила:

– Что-то случилось? На работе проблемы?

– Нет, все хорошо, – удивленно посмотрев на меня, сказал папенька.

Видимо, опять я что-то не то спросила. Да я как на минном поле живу. Шаг в сторону, и взрыв! Как понять, что можно говорить, а что нельзя?!

– Я знаю, ты многое пережила, и тебе сейчас нелегко. Но я хочу, чтобы ты знала, что я всегда рядом. Ни моя работа, ни мои обязанности не будут препятствием, если я буду тебе нужен. Понимаешь? – собравшись, проговорил лес Дознаватель, тем самым заставив меня почувствовать себя неуютно. Он искренне переживал за дочь и за то, через что ей приходится, по его мнению, проходить. Но я не была ею. И эти слова предназначались не для меня. Поэтому я чувствовала себя воровкой. Словно украла что-то личное и сокровенное. Принадлежащее только Элиссии и ее отцу.

– Даже если память не вернется к тебе, все будет хорошо. Будут новые воспоминания, возможно, лучше прежних, – не подозревая о моих мыслях, продолжал говорить он.

– Со мной все хорошо. Правда. И хоть я ничего не помню, возможно, так действительно лучше. Я смогу строить по новому свою жизнь, не опираясь на предыдущий опыт. Мне многое не понятно, многое ново для меня, но я справлюсь. У меня есть ты и нянюшка. И я знаю, что вы всегда мне поможете, если будет необходимо. И, наверное, я кажусь вам другой, но я не помню себя прежней и не знаю, что мне стоит говорить или делать, а чего нет. Поэтому я надеюсь на ваше понимание и снисхождение, – попыталась я объяснить очевидное расхождение в поведении с Элиссией. Лучше сразу дать логичное оправдание моим дальнейшим оплошностям. Подстраховаться на всякий случай.

– Знаешь, как бы это жестоко ни звучало, но я рад этим изменениям. Ты стала более взрослой и ответственной. Я люблю тебя, Эли, но раньше тебя кроме модных журналов, балов и посиделок с подружками мало что интересовало. Сейчас тебя из библиотеки не вытащить. Поначалу меня это удивляло и пугало. Я боялся, что ты не в себе. Но после беседы с Агнусом понял, что ты как новый человек, заново познаешь мир. Поэтому, если тебе что-то будет нужно, интересно, ты всегда можешь обратиться ко мне.

– Спасибо, – ответила я. Мне было очень неудобно перед чужим, по сути, отцом. Было приятно, что изменения, которые произошли из-за моей души, ему нравились, ведь и мне нравилась его забота. Но чувство неловкости и доля вины из-за обмана угнетали. Я всегда была близка со своими родителями. Но как вести себя с чужим родителем, дочерью которого я теперь стала, я не имела понятия. Поэтому каждый раз, встречаясь с лессом Дознавателем, я не знала, что мне делать и что говорить. Усугублялось все еще тем, что я боялась быть разоблаченной. Было страшно, что он поймет, что от его дочери осталась лишь внешность и не более.

Вытащив из кармана золотую цепочку из тонкого, кажущегося воздушным плетения, на которой висел шарообразный кулон с зеленым камнем по центру, он обратился ко мне:

– Я прошу тебя никогда не снимать эту цепочку, Элли, – подойдя, он застегнул ее на мне. – Пообещай, что не снимешь ее, даже если она не будет сочетаться с твоим нарядом.

Лес Дознаватель был серьезен и требовательно смотрел в мои глаза.

– Обещаю, – сказала я и тут же полюбопытствовала: – А что в ней такого? Почему нельзя снимать?

– В случае опасности она защитит тебя до моего прибытия, – ответив, мужчина прижал меня к груди и поцеловал в макушку. – Веди себя хорошо в академии. И перестань третировать магистров. Хотя это уже неважно, – хмыкнув в макушку, он еще раз сжал меня в объятьях и отпустил.

– Я пополнил твой счет на расходы. Не забудь свой браслет.

Задрав рукав, я показала, что браслет, с помощью которого в этом мире расплачиваются, на месте.

Браслет был выполнен из неизвестного мне металла, внешне похожего на красное золото. Когда я спросила у Осиньи, из чего он сделан, она сказала, что из редкого металла, работать с которым могут только гномы. И выдаются такие браслеты только в банках, которые принадлежат гномам, и лишь вип-клиентам. Такой браслет невозможно украсть, вернее, украсть можно, но воспользоваться нет. Работает он, лишь находясь на руке владельца.

Удобная вещица. Вроде наших пластиковых карт, только совершеннее.

– Спасибо еще раз. И обещаю, что буду паинькой, – заверила я волнующегося родителя.

– Похоже, академию ждет сюрприз, – весело хмыкнул мужчина. – Я предупредил ректора о произошедшем с тобой. Он в курсе, что ты ничего не помнишь, и обещал попросить магистров о снисхождении во время учебы. До тех пор, пока ты не освоишься.

– Хорошо, – я не была уверена, что это хорошо, но спорить не стала. Что сделано, то сделано. Может, так даже лучше, меньше подозрений будет вызывать мое отличающееся от Элиссии поведение.

Я много думала о том, как себя вести в академии. С друзьями Элиссии, преподавателями, поклонниками. В итоге решила, что немного высокомерия, чуточка презрения и превосходства помогут мне гармонично влиться в образ прежней Элиссии. Из того, что я знаю о ней, такое поведение будет наиболее подходящим для непровозглашенной королевы академии.

– Не буду тебя утомлять, отдыхай. Завтра не смогу тебя проводить, рано уеду на работу, но если что-то понадобится, ты всегда сможешь со мной связаться, – чуть виновато проговорил папенька.

– Я все понимаю. У тебя важная работа, – сказала я то, что он подсознательно хотел услышать.

Мне, если честно, было немного обидно за Элиссию. Мог бы задержаться и проводить дочь как следует, но нет же, работа оказалась в приоритете. И то, что он занимает важную должность, не оправдание. Мой отец тоже занятой человек, но он всегда старался уделять нам с Артемом как можно больше времени. А лес Дознаватель жил на работе и работой.

Элиссия была несомненно важна для него. Он ее любил. Но ему было легче работать, чем воспитывать дочь. Проводить с ней время, обучать, интересоваться ее увлечениями. Проще было откупиться. Элиссия не знала в чем-то нужды, все ее пожелания и потребности исполняли. Но единственно важного, на мой взгляд, ей так и не дали. Внимания любящего отца.Поэтому сейчас мне было обидно, что лес Дознаватель снова предпочел работу дочери.

– Эли, прошу, не злись. Если бы я мог, то обязательно проводил бы тебя в академию. Ты ведь знаешь, как важна моя работа на благо королевства, – заметив, что меня расстроило то, что он уедет раньше моего отъезда, папенька постарался объясниться.

– А я важна? – спросила я.

Знаю, наверное, глупо требовать чего-то от него, особенно в свете того, что я не совсем его дочь, но смолчать не смогла.

– Конечно, ты важна для меня. Важнее всего, Эли.

– Тогда почему ты не можешь задержаться и проводить меня?

– У меня на завтра назначена важная встреча, и мне необходимо там быть.

Что ж, стандартная отговорка любого занятого человека.

Я всегда придерживалась мнения, что важнее семьи нет ничего. Работа несомненно важна, но семья всегда должна быть в приоритете.

Что там за встреча такая, что нельзя ее немного сдвинуть по времени?!

Решив дальше не настаивать на его присутствии, ответила:

– Хорошо. Я поняла.

– Эли… – начал говорить папенька, но я его перебила:

– Я правда все понимаю и не злюсь, – выдавив из себя улыбку, заверила его.

– Обещаю, как только появится возможность, мы съездим с тобой в Зеленую долину, – пообещал папенька.

– Зеленую долину? – заинтересованно спросила я.

– Это в эльфийских землях. Популярное место отдыха. Там красивейшая природа и лечебные источники. Ты давно хотела там побывать.

Звучало заманчиво. Посмотреть на эльфов, побывать на их землях.

В общем, предложение, а вернее, обещание мне пришлось по душе. Я уже искренне улыбнулась папеньке.

– Договорились! – с улыбкой ответила ему.

– Счастливого пути, Эли. Я буду скучать, – улыбаясь в ответ, сказал лес Дознаватель.

Еще раз обняв меня на прощание, он широким шагом покинул комнату.

Долго в одиночестве я не пробыла. Вернувшаяся нянюшка протянула небольшую запечатанную коробочку.

– Это вам, только что пришло.

– От кого? – недоуменно спросила я, беря в руки посылку.

– Не знаю. Мне было велено передавать вам лично в руки. Посылку доставила имперская служба доставки, а у них лучшая проверка безопасности посылок, поэтому я сразу принесла ее вам, а не лессу Дознавателю.

Выслушав Осинью, я вскрыла коробочку. Там лежали письмо и небольшая фигурка животного, похожего на ласку из моего прежнего мира. Фигурка была выполнена столь искусно, что на некоторое время я зависла, рассматривая ее со всех сторон. Зверюшка была белого окраса, с рыжим треугольником на голове. Кончик хвоста, который словно обнимал фигурку, тоже был рыжего цвета.

Налюбовавшись на фигурку, отложила ее в сторону и взяла в руки письмо.

«Лесса Элиссия, я чувствую ответственность за ваше состояние, поэтому, прислал вам помощника.

Хасьен, так зовут вашего нового питомца, станет для вас прекрасным другом и помощником. Через него вы сможете со мной связываться в случае необходимости.

Прошу вас быть предельно осторожной и не делать глупостей!

От ваших действий зависит не только ваша жизнь, поэтому прошу вас не привлекать к себе ненужного внимания.

Оживить Хасьена вы можете, произнеся это заклинание: «Vivifica Chasene nures».

Ваш спаситель, Агнус Форт».

Письмо от некроманта я перечитала несколько раз. Было приятно, что он обо мне не забыл, но вот насчет спасителя я бы поспорила. Если он кого и спасал, то точно не меня, а себя!

Но как вывернул-то все! Спаситель, блин!

Посмотрев на сгорающую от любопытства нянюшку, пояснила ей, кто прислал посылку.

– Это от Агнуса Форта. Он переживает за меня и мое состояние. Прислал вот такую фигурку, – взяв в руки зверушку, показала ее Осинье.

– Господин некромант такой учтивый и заботливый. Он очень сильно переживал за ваше состояние, – смущенно поведала н