Магическая академия учителей

Пролог

Идя по заснеженной улице, я совсем не обращала внимания на то, как мохнатые снежинки падают на деревья, как оседают на рукавах пуховика. Сегодня стояла чудесная погода, но моя голова была забита мыслями, поэтому я не обращала внимания на творящееся чудо. К сожалению, уже не новогоднее.

В этом году зима редко нас радовала снегом и морозами, больше дождем и слякотью, всего лишь пару раз за эти месяца можно было увидеть небольшие снежные кучи да снеговичков, размером не выше чем обыкновенная лавочка в парке. Эх, а раньше мы в сугробах делали тоннели, строили крепости, а чтобы поставить голову на снежную бабу приходилось звать отца или деда, потому, что своего роста просто не хватало.

Конечно, мне бы поднять голову, да осмотреться, но мысли заняты совсем другим, а именно классом, который собираюсь взять в новом учебном году. В январе ко мне уже записалось двадцать восемь человек, и я не только судорожно раздумывала, где всех усадить, чтобы соответствовало санитарным нормам, но и где взять на этот класс силы.

Выгорание – страшная вещь. Обычно это происходит из-за накопленной усталости, из-за проблем, которые валятся со всех сторон на твои хрупкие плечи. И вообще, мне, по сути, всего двадцать восемь лет, за спиной есть уже один выпуск, пусть и взяла я его не с первого класса… А сил на новых деток нет, и где их взять – тоже не знаю. Поэтому все мои думы направлены на то, как провести урок в школе раннего развития, куда приведут малышей, как сделать так, чтобы улыбка коснулась губ, и как помочь им справиться со всеми трудностями, которые могут возникнуть на уроке.

Школа сегодня встретила тишиной, а все потому, что занятия у старшеклассников в самом разгаре, а мне нужно за двадцать минут успеть спустить с парт стулья, разложить задания, выдохнуть и снова вернуться на первый этаж за будущими первоклассниками.

– Нет, на самом деле все не так плохо, – уговаривала саму себя я, когда прошла в кабинет и открыла окна, чтобы проветрить помещение. Класс очень хорошо отапливался, и в нем от нехватки воздуха можно было сжариться за урок. Поэтому мы постоянно открывали окна, пусть на минимальное проветривание, но хоть какой-никакой воздух в кабинет шел. И дверь старались не закрывать, если, конечно, в спортивном малом зале, который располагался на нашем этаже, никто не занимался. Иначе только и слышно: громкий топот, да как Наталья Ивановна свистит в свисток, призывая к порядку.

Детей много, а класс небольшой – это, конечно, минус. Есть довольно сложные малыши, тоже минус. У них не очень приятные родители – опять минус, но я ведь до этого справлялась, ко всем находила подход, урегулировала любые конфликтные ситуации. Так почему сейчас я это сделать не смогу?

Ответ очевиден. Потому что уже нет сил выяснять, кто чей пиджак утащил домой, почему не выполнено домашнее задание и кто поможет мне убраться в классе перед каникулами.

Ведь, если быть объективными, то помогают одни и те же родители. Они и на мероприятия с классом ходят, в конкурсах от класса участвуют, с чаепитием помогают, накрывая на стол. Их всего лишь человек пять-семь, но они моя опора. Есть те, кто любит отсидеться, но если их попросить что-то сделать – не откажут. Ну и последняя категория, которую лучше всего не трогать, которая вечно недовольна оценками, учителями, программой и классом в целом. Вот, пожалуй, такие люди и вытягивают жизненные силы, ну и если с руководством тебе не все в порядке, то они со своей стороны тоже активно тычут носом в разные мелкие оплошности.

Правда, мне, можно сказать, повезло. Я не люблю ни с кем ругаться, поэтому если просят что-то сделать – делаю. Конечно, бывают ситуации, когда какой-то документ вовремя не сдан, затерялся на столе среди других бумаг, так вот в такие моменты всегда приношу извинения. Прекрасно понимаю – не проследила.

– Ты уже пришла? – в кабинет заглянула напарница, которая точно так же, как и я набрала первый класс. Девушка была старше меня лет на десять. Я ее представляла грузной взрослой женщиной со строгим взглядом из-под очков, но при первом знакомстве она оказалась небольшого росточка, худенькой и с огромным опытом за спиной, увы, не педагогическим. Мы сразу нашли общий язык, потому что ее, как «молодого специалиста» прикрепили за мной. Ну а что, не сложно помочь человеку, с которым параллельно будешь проводить дни.

– Да, пришла, – кивнула я, вспоминая, что до нового года все занятия вела одна, второго учителя мне в пару искали долго, но нашли, чему была несказанно рада.

До праздников и каникул детей было мало. Из постоянного состава человек десять, ну и пять приходящих и уходящих. Вести занятия с такой немногочисленной группой – одно удовольствие. Теперь же, когда сформировали предварительные списки, когда родители подали заявления, количество учеников возросло в разы, и одной вести большую группу не то, чтобы сложно – нормально. Но если бы число детей возросло до количества полных двух классов, а второго учителя бы не было – вот где засада.

Светлана, вот уже второе занятие по счету, просилась ко мне в класс, чтобы посмотреть, как работать с малышами. Она боялась оставаться с детьми один на один, хоть к ней и были направлены новички в составе восьми человек.

– А можно мы сегодня опять урок вместе проведем? – спросила она. – Мне нравится смотреть, как у тебя все складно выходит!

– Мне тоже нравится, что у меня так выходит, но если сегодня детей будет больше тридцати, то мы их поделим на группы.

Да, я могу показать и рассказать, как работаю, как придумываю задания на ходу, мне не сложно делиться своим, хоть и небольшим, опытом. Но я не люблю, когда люди наглеют. А Светлана именно этим и занималась. Не сложно понять и заметить, как она садилась за учительский стол и просто за нами наблюдала. Я ей предлагала сразу поделить класс на две части – у первой я бы проверяла правильность выполнения заданий, у второй она. Но инициативы совершенно никакой не было, увы… Может сейчас, за эти несколько занятий, которые она должна будет провести сама, проникнется, поймет, что с детьми нужно работать, разговаривать, постоянно подходить и улавливать малейшее изменение в их мимике. Сидеть за столом – дело простое, а вот работать – это не так-то просто.

Сегодня явно наш день, потому что когда мы спустились в холл на первый этаж, то детей оказалось не так много, всего двадцать пять человек, которые уместились в одном классе.

Как только малыши расселись, приготовили простой и цветные карандаши, я вышла к доске, сделала глубокий вдох и улыбнулась. Эти мальчишки и девчонки хоть и знали меня, но все равно смотрели настороженно. Многие из них до сих пор не помнили, как ко мне правильно обращаться, но на этот случай они могли просто назвать меня «учитель». Кто-то мое сложное имя не мог выговорить и сокращал его, коверкал как душе угодно, но, впрочем, выходило довольно мило.

Я для них была и Вилетой Левной, и Вилоетой Ловной, одним словом, каждый раз дети все интереснее и интереснее пытались меня назвать, а мне каждый раз приходилось их исправлять и подбадривать. Виолетта Львовна – мне и самой сложно выговаривать эти замысловатые буквы, но родители решили назвать любимую дочку так и никак иначе. Красиво, стильно, современно и необычно.

Вообще, здесь у доски, когда на тебя смотрят десятки детских глаз, нужно выбросить из головы все – вот совершенно все, что до этого могло тревожить. Впереди час работы, где я буду и добрым другом, и наставником, и аниматором в одном лице. Детки маленькие, еще совсем не привыкшие работать за партой долгое время, а занятия у нас длятся целый час! Мы и поговорить успеваем, так как шестилетки, а то и пятилетки, просто не могут не выразить свой восторг или рассказать, чему они научились в саду, или куда пойдут после занятия. Приходилось мягко и аккуратно их останавливать, обещать, что после урока они могут мне о себе рассказать, а сейчас мы будем выполнять очень интересное и необычное задание!

Стоит отметить, что сидеть весь урок на одном месте невыносимо даже мне. Каждые десять или пятнадцать минут – здесь все зависит от того, как долго выполняется задание – мы играем, иногда танцуем. Вот тут-то и азарт в глазах, особенно в играх на внимание.

– Сейчас мы с вами будем играть! – сказала я так, словно сама уже долго об этом мечтала, даже похлопала от нетерпения в ладоши, чем еще больше заинтересовала малышей. – Я буду показывать движения и называть слова. Например, если скажу елочки, то наши ручки выпрямляются, словно мы маленькие пушистые елки, если говорю пенечки, то чуть приседаем.

Мы друг за другом показывали одни и те же действия, которые дети довольно быстро запомнили.

Что ж, а вот теперь можно поиграть.

– Слушайте мои слова внимательно, я буду вас путать, – предупредила я и сразу же сказала про пенечки, а показала «елочки».

Дети в восторге! Начали следить за мной, за собой и за соседом, восторженно смеяться, если удалось меня перехитрить, хихикать, когда кто-то повторил неправильное действие и искренно огорчаться, если сами запутались.

Вот они эмоции! Не фальшивые, не наигранные и выдавленные на лицо! Тут все по-настоящему! И мне даже на какое-то мгновение становится хорошо, забываюсь, отвлекаюсь! Стараюсь не думать о том, что на этом мой рабочий день еще не закончился, что дома меня ждет две стопки тетрадей, да материал, который нужно напечатать для будущих занятий.

У нас в городе после череды жалоб в департамент образования, администрация школ запретила детям покупать рабочие тетради к учебникам за счет средств родителей. При этом сами образовательные учреждения обеспечить детей ими тоже не могут. Что они делают? Правильно, ничего. Работайте так! А так – это как? На пальцах и в воздухе показывать наглядный материал? Вот и приходилось все эти нужные и важные страницы из тетрадей сканировать и копировать на количество учеников. Конечно, сделать на весь класс это было проблематично. Поэтому я чередовала уроки, иногда мы занимались по учебнику, иногда нам были нужны распечатки. Помочь в этом нелегком труде было некому. Родительский комитет первое время помогал, потом бросил. А мне работать же как-то надо…

Завершив наше занятие и раздав детям небольшие задания, которые больше заключались в том, что нужно продолжить рисунок или раскрасить картинку, я проводила своих учеников на первый этаж, проследила, чтобы дети нашли своих родителей и… Сбежать не получилось.

Мама Оли – очень своеобразная женщина, которой явно было скучно – решила завести со мной беседу. К слову сказать, такие люди никогда и никуда не торопились, они не умели ценить свое и чужое время и могли начать разговор о глупостях любого масштаба. Отбрехаться от женщины было проблематично, но сегодня я ее нахально прервала и извинилась.

– У меня дела, – сказала я. – С радостью бы с вами поговорила, но времени совсем нет.

Да, нужно же еще при всем своем негодовании оставаться человеком, человеком с большой буквы. Конечно, мой отказ вести дальше разговор, женщину сильно огорчил, но пожелав удачного дня, она направилась к дочери, которая все это время бестактно бегала по холлу, сбросив туфельки у стены.

Когда я вернулась в класс, то напарницы и след простыл, словно ее и не было. Листочки с заданиями, стулья, исписанная доска – все осталось на своих местах. Ладно, сегодня ей однозначно повезло, но через неделю я больше на уговоры не поддамся.

Быстро собрав вещи и поставив стулья, еще раз осмотрела кабинет и покачала головой. Нет, явно нужно что-то менять, иначе хандра меня совсем с ног свалит.

Накинув на плечи пуховик и взяв в руки шапку, на всякий случай зашла в учительскую, где у нас на столе была тетрадь «добрых дел». На самом деле это была обыкновенная тетрадь, куда руководство в лице завучей и директора, записывало нам послание в виде заданий и каких-то просьб. Вот вчера этого списка из десяти пунктов не было, а сегодня он неожиданно появился!

Сфотографировав страницу, поспешила уйти домой, потому что оставаться и дальше в школе было себе дороже. Работа всегда может поджидать тебя за углом, а я как-то от нее устала. Даже стало возникать желание переучиться на кого-то другого или просто уйти на вольные хлеба.

Выйдя на крыльцо школы, невольно поежилась и поплелась в сторону дома, где меня ждали только фиалки на подоконнике, да каким-то чудом прижившаяся орхидея, которой мои скромные хоромы пришлись по вкусу, и она с радостью скрашивала скудный интерьер ярко-розовыми цветами. Кстати их с каждым разом становилось все больше и больше.

Дома, как и всегда, было довольно прохладно, потому что батареи работали в неполную силу, да и окна я забыла закрыть. Проветривать особо сильно не планировалось, но как вышло, так вышло. Зябко поежившись, я разулась и, повесив куртку на крючок, быстро прошла в комнату, переживая за фиалки, которые уже к выходкам хозяйки привыкли и стоически терпели все издевательства.

– Извините, мои хорошие, – запричитала я, как самая настоящая бабушка. – Больше такого не повторится.

И, собственно, на этом наша любезность закончилась, потому что взгляд зацепился за стол, а там горы тетрадей, а в кармане сумки лежит еще и телефон с новым задание, которое нужно успеть выполнить до понедельника.

Так мои выходные и прошли.

Всю субботу просидела за тетрадями и подборкой заданий, а в воскресенье все же приготовила кастрюлю супа, отварила макарон и сходила в магазин за сосисками и хлебом. Отчет я тоже сделала, успев сообщить о нем своим коллегам по начальной школе, которые в очередной раз вспомнили всю дирекцию не совсем добрым словом. Ну и ладно, главное я всех предупредила, а дальше не моя забота – сделают, отлично. Нет, значит, нет.

* * *

Выходные дни никак не изменили мою обыденную и однообразную жизнь. Еще и погода вновь стала слякотной, а значит очередная порция простудных заболеваний, которыми щедро поделятся дети, не заставит себя долго ждать.

На работу в этот раз я шла как на каторгу, даже Полина Григорьевна, наш вахтер и душа любой компании, заметила мое плохое настроение.

– Что-то ты совсем замученная, Виолетта, – покачала головой она, а я виновато улыбнулась.

В классе сегодня ученики словно с ума посходили. За первую перемену успели опрокинуть вазу, которая просто каким-то чудом не разбилась, но сильно треснула и эксплуатации больше не подлежала. За второй пятнадцатиминутный перерыв смогли разбить горшок с неизменной фиалкой внутри, в итоге мое терпение довольно быстро закончилось, и между нами состоялся серьезный разговор, который опустошил меня полностью, словно все силы вмиг выжили, даже слабость появилась.

Но на этом страдания не прекратились, в заветной тетрадке появилось масса новых заданий, которые нужно было сделать, не просто срочно, а очень срочно и желательно до конца дня. Так что уйти пораньше не получилось, вместо этого приходилось скрупулезно составлять очередной отчет, который вряд ли кто будет смотреть.

Сказать, что конца этого рабочего дня я ждала как никогда ранее, ничего не сказать. Из-за рассеянности сделала одну ошибку, а выговор получила такой, словно всегда и каждый раз выполняла свою работу недобросовестно. Эх, вот ничего человеческого и душевного в нас не осталось. Все только требуют, орут и ругаются! Ну неужели нет такого места, где учитель – это почетно и престижно, где его уважают как личность? Есть, точно знаю, что есть страны, в которых учитель – это звучит гордо!

В итоге, я просто плюнула на всех и вся, раскрыла пакет и быстро сложила пачку тетрадей по русскому языку и, словно боясь передумать, поспешила к шкафу за сменной обувью и верхней одеждой. Школу покинула минут через пять.

Перейдя улицу, я подняла голову, рассматривая темные тучи, которые нависли над городом. Эх, а бабушка всегда мечтала, что я буду учителем, говорила даже, что престижнее этой профессии нет… угу, как же. Я ей поверила, поступила, выучилась, а как пошла работать в школу, все оказалось совсем не так уж и радужно. Ладно, воздушные замки я строила сама, нас и в ВУЗе предупреждали, при приеме на работу тоже. Однако до последнего думала, что войду в класс и все как меня увидят – обрадуются.

Но когда я пришла в школу, то была еще «зеленой» – это если рассматривать вопрос со стороны моего стажа работы, то есть мгновенно становилась молодым специалистом, которому доверили на обучение и воспитание детей. Будь у меня собственный ребенок, то увидев «малолетку», которая должна будет заниматься с моим любимым дитятком, разволновалась бы. Вот и родители в моем классе поступили точно так же, но я их нисколько не осуждаю, даже прекрасно понимаю. Но на тот момент многие вещи было слышать неприятно. Естественно, начиная с первых месяцев нашего тесного общения, старалась всеми силами исправить ошибочное мнение. И даже довольно быстро получилось.

Эх, а сейчас ко мне выстраивается очередь, рабочие телефоны директора и завуча обрываются, а я тут вдруг решила опустить руки.

Приплелась домой только через сорок минут, поставила пакет на пол и, разувшись, медленно направилась в комнату. Ощущать себя никчемной развалиной в неполные тридцать лет – довольно неприятно, еще больше обидно понимать, что с таким ритмом жизни я так и останусь одинокой, печальной и вечно куда-то спешащей училкой. Нет, я так не хочу!

У людей после тридцати жизнь только начинается, а я чувствую, что моя заканчивается. Нужно срочно что-то менять, заводить традицию, где, например, в субботу я буду просто девушкой, которая станет ходить по магазинам, встречаться с друзьями и, ни в коем случае, не станет вспоминать про тетради, что дожидаются ее у порога.

Покосившись в сторону входной дверь, я вытащила несчастные тетради и водрузила на стол.

– Проверю и пойду гулять, – пообещала сама себе. – Зайду в кафе и выпью вкусный кофе с ореховым пирожным. Или закажу салат!

Первая тетрадь была довольно быстро проверена, за ней вторая и третья, только при этом с каждый разом все больше и больше хотелось спать. Так постепенно глаза стали закрываться все чаще, строчки с буквами сливались в единую сине-красную полосу, а голова неожиданно пригибалась к столу.

Отрывать себя от стопки тетрадей, к которой прилип лоб, было довольно проблематично, но совесть настойчиво твердила, что если я помяла хоть одну страничку, опять буду горевать недели две, не меньше.

Увы, но такое часто случается, когда силы просто заканчиваются, и ты засыпаешь над рабочим столом и горой невыполненных дел. Этот раз получилось точно так же, зато двух с половиной часов хватило для того, чтобы почувствовать себя человеком.

Отложив в сторону многострадальную тетрадь, я встала на ноги и размяла затекшую спину и шею. За окном было уже не так светло, а вот желание пройтись хотя бы до парка или труда, снова возникло. Голову надо проветрить, однозначно. Хватит уже на себе крест ставить! Мои заслуги видят лишь несколько человек, остальным, по большому счету, плевать. Так за что я себя гроблю?

Собравшись для прогулки, выключила в квартире свет и закрыла дверь. И ведь сегодня нигде не екнуло, что на столе остались непроверенные тетради, что на электронной почте, скорее всего, висит очередное послание от завуча, которая явно является вампиром, если может в первом часу ночи прислать таблицу, которую нужно заполнить к утру. Я, как бы, в это время уже сплю, но женщину совершенно не устраивает такой ответ:

– Как спите? Я, например, не сплю, а вы спите!

Логикой тут и не пахло, каждый просто думал лишь о себе.

Погода была, действительно, хорошей, сильного мороза не наблюдалось, щеки от холода не горели, да и в спортивной лыжном костюме, купленном для прогулок, было просто комфортно.

Ноги медленно вынесли меня в сторону парка, где часто в это время можно увидеть катающихся на горке жителей нашего города. Они с громким смехом и гоготом неслись вниз со склона на ватрушках и санках, а потом с какой-то легкостью поднимались в гору. Я бы так резво точно не смогла!

Обойдя шумную компанию, пошла вдоль берега по дорожке. Она тут была столько, сколько я себя помню, правда только два года назад власти города решили проблему и жалобы, регулярно поступающие на темное и небезопасное место, – установили фонари и даже уложили асфальтированные тропки. Не везде, но вот та, по которой я сейчас шла, была именно такой – ровной, даже несмотря на то, что под ногами было много снега.

Мое внимание привлек детский смех, доносившийся откуда-то снизу. Остановившись, подошла к краю дороги, за которым был спуск к водоему, и заметила двух мальчиков, играющих на льду. Нет, они не просто играли, они пытались этот самый лед пробить палками.

– Так! – я тут же повысила голос и начала спускаться. – Немедленно сойдите со льда! Это небезопасно!

Морозов уже давно не было. Буквально несколько дней назад температура резко поднялась с минус десяти, до плюс одного градуса. Поэтому на счет прочности льда у меня были явные сомнения.

Дети заволновались. Один из мальчиков даже кинул палку и поспешил в сторону берега, а вот второй сделал последний и решающий удар.

Смотреть, как на твоих глазах маленький ребенок уходит под воду – страшно и жутко. Воздух замер в горле, послышался дикий визг второго ребенка, который мгновенно стал звать на помощь, а я рванула вперед, упала на живот и проехала до того места, куда угодил мальчик.

Выловить малыша было не так-то просто, я сама нырнула в воду, каким-то чудом нащупала рукой край куртки ребенка и, что есть силы, дернула на себя. Легкие горели огнем, руки немели, но ребенок был вытолкан на лед, а я краем глаза заметила, что к нам уже спешат на помощь другие люди. Вот только успела сделать последний неглубокий вход, прежде чем ледяная вода сомкнулась над моей головой.

Сколько я барахталась в воде, стараясь всплыть – сказать невозможно, но когда что-то неведомое потянула меня наверх, была только рада. Главное выжить!

Правда, мои радужные мечты были не такими. Выловил меня мужчина в довольно непривычной для нашего времени одежде, с хмурым выражением на лице, с поджатыми губами. Он смотрел на меня, как на какую-то заморскую диковинку, только не очень хорошего качества. А вот его слова вообще повергли меня в полный и неконтролируемый шок:

– И почему всех ко мне?!

Действительно! Мне вот тоже интересно, почему всех к нему, а главное куда именно? Обстановка вокруг была для меня новой и совершенно неузнаваемой. Еще бы, утонуть зимой в пруду, а выплыть летом в бассейне! Я все правильно понимаю, я где-то в другом месте? Я… я…

– Леди, – тяжело вздохнул мужчина, который успел вытащить меня на берег и щелчком пальцев высушить вещи. – Добро пожаловать в Радомир. Только в обморок не падайте!

Поздно! Раньше надо было предупреждать про обморок.

Глава 1

Я помнила совершенно все: и про мальчика, и про лед, и про странный город Радомир, про бассейн, в котором угрюмому и недовольному мужчине приходится постоянно всех вылавливать. Я все помнила и именно по этой причине вот уже некоторое время не желала открывать глаза, хоть и проснулась.

Рука успела нащупать под спиной кровать, а под головой мягкую и удобную подушку. Так же после недолгого, но тщательного изучения всего вокруг, пришла к выводу, что на мне хлопковая сорочка с коротким рукавом, что застегивается она на шее на маленькую круглую пуговку, что накрыли меня теплым одеялом, под которым было очень и очень комфортно. И вот бы открыть глаза и провести доскональное обследование места, где сплю, но страх превыше всего. Он и заставлял прислушиваться к голосам и шорохам за стенкой, к каким-то выкрикам и странной плавной музыке.

Страх, страхом, но любопытство взяло верх. И вот я приподнимаюсь на кровати, чтобы в изумлении уставится в стену напротив меня, где висит огромное зеркало. Да, выгляжу я, скажем так, слишком уж довольной. Еще бы! Человек, когда выспится, становится не только добрым и внимательным, но и излучает любовь и радость вокруг.

Так же мое внимание привлекло платье, висевшее на спинке округлого зеленоватого кресла, которое раньше я могла встретить только в музее. Да и вообще, все эти изысканные вещи, очень аккуратно сделанные, подобранные по цвету и фасону заставляли восхищаться.

Осторожно свесив ноги, еще раз осмотрелась, замечая на этот раз небольшой двухстворчатый шкафчик на коротких ножках, и мягкий белый ковер, в котором мгновенно утонули ноги, когда поднялась с кровати и прошла к платью, которое и до этого очень сильно привлекло мое внимание. Оно было нежным, но в тоже время легким, со струящейся юбкой, обшитым лифом и короткими рукавами. К нему прилагались мягкие туфельки на ремешке, а еще в лежащей рядом коробке нашла белье, которое не просто повергло меня в шок, а еще заставило губы растянуться в улыбке.

– Надеюсь, у них тут нет поясов верности? Судя по фасону белья, вполне могут быть, – пробурчала я.

Натянув на себя все, чтобы было оставлено заботливым хозяином (очень надеюсь, что мне), взяла с маленького столика у окна расческу и довольно быстро привела волосы в относительно нормальный вид – привычно затянула гульку на затылке и, набравшись смелости, приоткрыла дверь.

Справа и слева шел длинный коридор, только с двух сторон они завершались высокими окнами, которые и освещали все пространство, кажется, там же находились лестницы, ведущие вниз или наверх. Было, скажем так, мрачновато, но я все же решилась и, навострив уши, двинулась на звук музыки, доносящейся откуда-то справа.

Медленно идя по коридору, стараясь лишний раз не шуметь, дошла до высокий коричневой двери и, нажав на ручку, заглянула внутрь.

– Ираида! – строгий женский голос даже меня заставил дернуться, не то, что маленькую девочку, которая в это время стояла у окна, втянула голову в плечи. – Сколько раз можно выполнять одно и то же упражнение! И раз, поворот, и два, присела, и три, встали ровно! Повтори!

И девочка повторила, и у нее даже замечательно вышло… вышло бы, если бы не заметная хромата на правую ножку. Она старалась выполнить упражнение, это видно! Поджимала губы, сдерживала слезы… Но если человеку не дано, то можно хоть что угодно делать – результата никакого не будет. А тут и не получится выполнить плавный переход с одного положения в другое.

– Неправильно! – вновь повысила голос женщина. – Где твоя плавность, где гибкость?! Мне уже надоело!

Пока женщина надвигалась на девочку, которая лишь опустила голову и закрыла ее руками, я тоже вышла из своего укрытия. Рядом с ребенком мы оказались одновременно, вот только руку высокой и очень худой женщины я успела перехватить. А Ираида, которая все так же ожидала удара, лишь удивленно подняла голову и не поверила своим глаза.

Ага, посмотреть было на что! Разъяренная фурия с зализанными волосами и ярко накрашенными губами сейчас яростно сверкала в мою сторону глазами, периодически предпринимая попытки высвободить руку, но, естественно, ничего не выходило.

Мы, если мягко так сказать, из разной весовой категории, и сила сейчас явно была на моей стороне. То, что ростом не удалась, так это все мелочи. Мы, люди невысокого роста, может быть при этом упертыми, сильными и выносливыми, вот!

– Два шага назад сделайте, – довольно вежливо и с улыбкой на лице попросила я. – Иначе ваши тонкие пальчики могут неожиданно захрустеть.

Шок, удивление, недоверие, но быстрый шаг в сторону от меня. Потом еще один и еще. Я все так же закрываю собой ребенка, которая уже не просто стоит, а держится за юбку платья и заинтересованно выглядывает из своего укрытия.

И надо же было эту идиллию нарушить! Ну что за невезение, зачем именно сейчас этому высокому мужчине входить в классную комнату и с хмурым выражением на лице оценивать обстановку.

– Лорд Лавоурич! – взвизгнула женщина, вставая перед мужчиной и заискивающе заглядывая ему в глаза. – Мне угрожают!

– Кто? – мужчина выглянул из-за учителя танцев, осмотрел еще раз помещение, при этом взгляд его остановился сначала на мне, моем платье, юбке и руках ребенка, потом он все же снова посмотрел на ту, что обращалась к нему.

– Она! – и тонкий пальчик очень некультурно указал в мою сторону.

– Придется ломать, – со вздохом донеслось из-за моей спины, а глаз у женщины нервно дернулся.

– Да, – подтвердила я. – Придется ломать, раз выбора нет.

Мы с девочкой, которая уже стояла рядом со мной со знанием дела переглянулись и вновь уставились на отвратительную даму, которая ну очень бесила не только своим внешним видом, но и манерами.

– Вот-вот! – причитала она. – Вы видите? Видите?!

Лорд, или как там его, явно не понимал, что у нас произошло, откуда столько неподдельного страха в глазах стоящей перед ним леди, и почему, собственно, его ребенок сейчас стоит как можно ближе к человеку, которого он вчера так удачно выловил из собственного бассейна. Кстати, надо обязательно сказать «спасибо»!

– Давайте все объясню, – предложила я и, дождавшись кивка, продолжила: – Выйдя из комнаты, я направилась в сторону звука, который доносился из этого помещения. Открыв дверь, увидела чудную картину – танцующий ребенок и недовольный им учитель. К слову скажу, что танцевала Ираида изумительно, – улыбнулась я, покосившись на ребенка, который смущенно хихикнула, и добавила как можно тише: – Даже несмотря на проблемы.

Мои глаза были прищуренными, а губы поджаты. Лорд и отец девочки был моей точной копией. В том смысле, что тоже имел недовольное выражение на лице.

– Вам ли не знать, что в таких обстоятельствах добиться идеального результата просто нереально, это невозможно чисто физически. Но вот учитель танцев считала иначе.

Тут ребенок согласно вздохнул, а я подбадривающе ей подмигнула.

Малышке лет пять, не больше. Понимаю, дети сейчас продвинуты и развиты, но нужно акцент делать на другое, если у ребенка имеются проблемы со здоровьем.

– Так вот, – я откашлялась. – Эта леди посчитала, что ребенок трудится недостаточно и решила перейти к рукоприкладству!

– Что? – взревел лорд, резко повернулся и спрятал руки в карманы брюк, видимо сдерживаясь из последних сил.

– Я руку успела перехватить, но обещала сломать, если еще раз повториться что-то подобное… – добавила я, невинно расправляя складочки на подоле платье и, обернувшись к девочке, попросила: – Проведешь экскурсию по дому?

Та активно закивала, осторожно взяла меня за руку, словно боясь, что я ей этого не позволю, и повела за собой. Лорд посторонился, каким-то другим взглядом посмотрел на дочку, на наши руки, ну а я все это время следила за женщиной, которая высокомерно задрала свой маленький и угловатый подбородок.

Так мы мимо них и ушли обратно в коридор, где Ираида быстро и по существу стала рассказывать о том, где и чья комната находится.

– Здесь две классные комнаты и библиотека, – махала она руками. – Там моя спальня, папина комната и гостевые покои.

И не давая мне и слова вставить, потащила до конца коридора, чтобы показать массивную лестницу, ведущую вниз.

– А это что за комната?

Совсем небольшая дверь оказалась одной из последних.

– Ванная, – отмахнулась девочка, а зря, мне бы туда очень хотелось попасть.

– Минуточку! – остановила Ираиду. – Я быстро ее осмотрю и тут же вернусь!

Действительно, все свои дела сделала быстро, радуюсь тому, что особых проблем в пользовании местной сантехникой не возникло.

Ираида все так же стояла у окна и со скучающим видом смотрела на небольшой дворик, но как только увидела меня, то моментально стала улыбаться, желая показать все, что есть на первом этаже.

Лестница довольно быстро закончилась, зато моему взору открылся просторный холл с огромным диваном и круглым столиком в центре, справа от него находилась столовая и кухня, слева кабинет.

– Тут папа работает, – с этими словами дверь открылась, девочка с любопытством заглянула на территорию отца, ну и я вместе с ней. Интересно же!

– Только сюда входить нельзя, – вздохнула Ираида. – Хотя иногда очень-очень хочется!

Я резко сделала шаг назад, как будто была поймана с поличным.

Итак, подводим итог. На втором этаже располагались спальни и классные комнаты, которых было всего две, библиотека. А на первом этаже мне показали папин кабинет, в который входить нельзя (но мы мельком на него посмотрели), большая гостиная и столовая с кухней.

– Ты завтракала? – спросила девочку, которая утвердительно кивнула. Ну а я, потеряв верх приличия, добавила: – Составишь мне компания, я жутко голодная!

Компанию мне составили, навернув вместе со мной тарелку каши, в которую я предварительно добавила ложку варенья. При этом у меня возникли явные сомнения – а, правда ли, завтракал ребенок?

– Вкусно, – сообщила девочка, когда налила ей чашку чая, отодвигая пустую тарелку в сторону.

– А я тебе о чем говорила? Каша – великолепное блюдо, дающее силу, красоту и выносливость!

Я же все это время старалась игнорировать застывшую в дверном проеме фигуру мужчины, который во все глаза смотрел на дочь. За его спиной маячил повар, который колпаком утирал глаза и счастливо улыбался.

– Кто вы? – прошептал он, привлекая внимания. – Как вам удалось ее накормить?!

– Я учитель, – гордо сообщила я. – Виолетта Львовна, очень приятно!

– Вилалета? – переспросила Ираида, стараясь выговорить мое имя.

– Виолетта, – я улыбнулась. – Но могу быть и Вилалетой, если очень нужно.

Лорд откашлялся, прошел к столу и сел по правую руку от дочери, оказываясь напротив меня.

– Очень приятно, леди Виолетта, – он откашлялся снова и добавил: – Должен выразить благодарность за дочь…

Я только кивнула, рассматривая малышку, которая довольно жмурилась, отпивая из чашки.

– Я ваш должник! – высказался, наконец, мужчина. – И уже знаю, чем смогу вам помочь!

Так разговор за столом медленно перетек к вопросу, как я тут очутилась, и что со мной теперь делать.

– Для полноты картины, мне бы хотелось знать, как вы попали в наш мир, – сказал мужчина, принимая расслабленную позу.

Правда на этих словах его дочка закашлялась, отставила в сторону чашку и, понурив голову, призналась:

– Это я, – вздохнула она.

– Что «я»? – не понял лорд.

– Это я призвала себе учителя и друга…

И взгляд такой… Такой милый, такой шкодливый…

– Ведь хорошего учителя призвала? Да?

Мы с лордом смотрели на этого маленького ангела, и если у мужчины начал заметно дергаться глаз, то я до сих пор явно что-то недопонимала.

– Призвала – это как? – за ответом, конечно же, обратилась к отцу Ираиды, который все так же смотрел на дочь и явно был в некотором замешательстве.

– Я буду в своей комнате, – Ираида быстро слезла со стула, обняла меня за талию и упорхнула за двери, оставляя задумчивого лорда и озадаченную меня один на один.

– Твой побег не спасет от серьезного разговора! – опомнился мужчина, крикнув вслед скрывающейся фигуре. Ага, только если Ираида так удачно слиняла, то разговор потом если и будет, то в более упрощенной форме.

– Это значит, что она взломала защиту моего кабинета, нашла книги по рунам, прочитала сложное заклинание и вытащила вас из другого мира…

– В свое оправдание скажу, что магией не владею и в тот момент, ну пока вы тут меня вытаскивали, тонула подо льдом…

Мужчина вновь посмотрел на меня, выгнул бровь и поинтересовался.

– Зачем вы тонули?

– А я ребенка спасла, – пожала плечами я. – Самой спастись не удалось. Так что вы мне, можно сказать, подарили второй шанс.

Чай в чашках остыл, мужчина о чем-то думал, периодически смотря то на меня, то в окно. Хмурая складочка нет-нет, да и залегала между бровей, а я все это время гнала мысль о том, что нахожусь в другом мире, хорошо хоть в своем теле – это огромный плюс! – но ничего не знаю о правилах и порядках. И самое страшное, я совсем не понимаю, какая учесть меня будет ждать!

– Значит так, – мужчина хлопнул себя по ногам и встал. – Пройдемте в кабинет. Там постараюсь подробнее рассказать, в какой мы оказались ситуации и как из нее можно выйти.

Где находился кабинет, я уже знала, но вот то, что на нем была какая-то защита, нет. А мы ведь с Ираидой в нем уже успели побывать, когда девочка проводила мне экскурсию. Я же сейчас шла за хозяином дома, попутно думая над своим незавидным положением.

– Проходите, – послышался голос. – Леди Виолетта, разговор у нас будет долгим.

– Поняла уже.

То, что он будет долгим, не так страшно.

Мы на педагогических советах тоже долго сидели, часа по три или четыре. Как правило ничего нового не узнавали, зато свое личное время тратили. Сейчас я прекрасно осознавала, что у этого долгого разговора будет результат, а вот какой – зависит от сидящего в широком стуле мужчине.

Я уселась в кресло напротив стола, сложила руки на коленях, как самая примерная ученица, и принялась слушать.

– У меня для вас есть отличная новость, – обрадовал меня лорд. – В нашем городе есть Академия учителей, в которую вам просто необходимо поступить, чтобы работать в будущем по специальности. Срок обучения – три года, но это в том случае, если у преподавателей к вам не будет никаких вопросов и программу вы будете усваивать очень быстро. Кроме того, насколько мне известно, любой будущий учитель должен периодически практиковаться либо в школе, либо давая частные уроки.

Я быстренько разложила всю первую часть информации по полочкам в голове и пришла к неутешительному выводу – учиться мне однозначно придется. Это мой шанс закрепиться в этом мире, понять его устой, ну и как-то осесть.

– Но есть одно «но», – продолжал мужчина, а я закатила глаза, потому что это самое «но» ждала на каком-то подсознательном уровне. – Это не просто Академия, а магическая. Следовательно, берут туда только магов.

Ну вот, а я уже настроилась на вступительные экзамены, мысленно составила план того, что может понадобиться в Академии и как-то даже в предвкушении стала вспоминать свои студенческие годы.

– Печально, – прокомментировала я услышанное.

– Отнюдь, – не согласился лорд. – Зачатки магии в вас определенно есть. Это я вам как знающий человек говорю! Осталось только понять, насколько они сильны и можно ли их развить до вступительных экзаменов, которые будут через месяц.

Я сглотнула раз, потом еще раз, а потом все же задала волнующий меня вопрос:

– А если у меня будет хороший уровень этой магии, как я смогу поступить, если совсем-совсем ничего не знаю о вашем мире…

Пальцы все же скрестила, потому что стала сильно нервничать. Просто если Академия мой шанс, то необходимо в нее поступить!

– А это вторая часть нашего разговора, но начнем мы ее после. Давайте сейчас будем решать вопросы по мере их значимости. Кстати, мы так и не познакомились. Позвольте представиться! Кейн Эденберг Лавоурич. Ко мне можно обращаться лорд Лавоурич или Кейн Эденберг.

Ни первый, ни второй вариант мне не нравился, потому что для того, что произнести эти титулы, имена и фамилии, нужно было пройти индивидуальные занятия с логопедом.

– Скворцова Виолетта Львовна, – представилась я, еще раз проговаривая про себя сложные слова.

Посидев еще некоторое время в кабинете, меня попросили не только выйти из кабинета, но предложили прогуляться по городу. Собственно, только когда вышла из дома лорда, окончательно поняла, что передо мной совершенно другой мир. Он отличался всем – домами, менталитетом, правилами. И вписаться в него современному, местами обнаглевшему человеку будет сложно. А мне вписаться будет сложнее в разы.

Лорд Лавоурич (что ж так сложно), предложил свой локоть в качестве опоры и повел меня по широкой мощеной улице с одинаковыми домиками с двух сторон от дороги.

Строения были всего в два этажа, но каждый из них имел личный небольшой сад, красивый резной забор, с помощью которого люди здесь, скорее всего, и ориентировались. Вот у лорда на кованых прутьях была изображена голова льва, у кого-то странная птица с изогнутым клювом, где-то роза с острыми шипами.

– Не хочу пугать, – начал говорить лорд. – Но сейчас мы пойдем в управление, где нужно будет записать вас, как нового гражданина. Там же сможем узнать, каким уровнем магии вы обладаете…

Договорить мужчина не успел. Перед нами в какой-то момент совершенно неожиданно появились три человека в строгом черном одеянии. Я их сразу же окрестила стражниками или лицами, отвечающими за порядок в городе. Они резко и синхронно поклонились мужчине, совсем не замечая меня, и выдали:

– Господин Эденберг! Вас требует к себе на личную аудиенцию господин Латерик.

Мой новый знакомый лишь закатил глаза к небу, долго созерцал проплывающие облака, а потом довольно строго и холодно отдал распоряжение.

– Леди Скворцову сопроводить в мой кабинет, – и уже мне, – буду скоро.

С этими слова он резко развернулся и пошел в сторону высокого белого здания, что находилось через улицу от нас и было видно в широкую арку между домами.

Мужчины же, что остались стоять рядом со мной, как-то облегченно выдохнули, смотря вслед удаляющейся фигуре и хором сказали.

– Леди, пройдемте!

И что мне оставалось делать? Пошла.

Мы свернулись в другую арку, которая до этого мной была не замечена, и оказались в новом для меня месте. Здесь было довольно много людей, которые при нашем появлении уступали дорогу и смотрели, почему-то, исключительно на меня. Ну а я рассматривала большое количество домов, тесно стоящих друг к другу и краем сознания понимала, что они похожи на маленькие магазины и торговые точки. Естественно что-то рассмотреть мне не удалось, но могу сказать одно – на улицах чисто, растут деревьях, есть ухоженные клумбы и, на первый взгляд, вполне миролюбивые жители.

Тем временем меня довели до еще одной арки и на этот раз мы вышли на новую улицу, вот уж где было не пройти – потому что людей было в разы больше, да еще и повозки сновали то в одну сторону то в другую. Почему-то стразу же захотелось вернуться в тот уютный дом, на ту тихую улицу.

Мы же спешили к массивному высокому зданию из серого кирпича. Быстро стали подниматься по широкой лестнице, пока не очутились в прохладном холле. Тут было многолюдно. Форма одежды у всех точно такая же, как на сопровождающих меня людях.

– А мы где? – спросила стоящего поблизости мужчину.

– Городская служба безопасности! – гордо выпятил грудь и указал в сторону коридора. – Лорд Лавоурич попросил вас дождаться у него в кабинете.

– А он кто по званию?

Ответа мне не дали, зато поставили перед широкими дверьми с табличкой: «Начальник городской службы безопасности. Кейн Эденберг Лавоурич»

Ну повезло, так повезло!

Глава 2

Сказать, что следующие минут сорок я находилась в шоке – значит, ничего не сказать. В голове совсем не укладывалось то, что тот улыбчивый, можно сказать, молчаливый мужчина окажется на самом деле таким серьезным человеком! Нет, я не сомневалась, что с его выдержкой нужно занимать высокую должность, но не настолько же? Почему-то виделся мне в этом кабинете мордоворот, который криками раздавал указы, стучал по столу и гневно сверкал глазами?

М-да, все совсем не так, как привык мой мозг, из-за этого система перезагружается, зависает и перезагружается снова. Голова болит, а виски противно давит. Видимо из-за того, что сильно волновалась, успела стащить из шкафа у окна какую-то книгу. Она и скрашивала мое одиночество, хотя вникнуть в текст удавалось с трудом.

Значит, начальник городской службы безопасности? Интересно, а то, что сделала его дочка – законно? Что-то мне подсказывало – нет. Иначе тут таких заблудившихся, как я, было бы много.

Естественно, очень хотелось узнать, как мужчина будет выкручиваться из сложившейся ситуации, ведь, по сути, я тут по его вине оказалась! Сейчас бы, в лучшем случае, отлеживалась в больнице с воспалением легких, что было бы в худшем, даже думать не хотелось.

Взгляд нет-нет, да и соскальзывал со страниц книги на рабочий стол лорда, где был бардак! Бумаги, опять бумаги, папки, письменные принадлежности – все валялось так, словно до моего прихода тут кто-то копался в поисках ценной и очень важной информации. Руки чесались привести в порядок не только стол, но и книжный шкаф, который стоял между двух окон, еще хотелось убраться на кофейном столике в углу, на стеллаже с документами за столом. В общем-то, чем себя занять – я уже нашла, вот только нельзя в чужом кабинете хозяйничать.

Посидев еще немного, подошла к свободной стене, где висела довольно большая карта города. Вот! Нужно было сразу взяться за изучение территории, на которой мне предстоит теперь жить.

Почти все крупные улицы города располагались параллельно друг другу, соединялись между собой улочками и переулками. Необычно, кстати, но привыкнуть можно. Еще одна особенность города – через него шли две реки, которые делили город на три части. В центре – словно остров между двумя берегами, располагалась Центральная улица, на которой находились все развлекательные заведения, начиная от кафе и ресторанов, заканчивая парками, театрами, оперой и прочими интересными местами. Ну и, конечно же, именно на этой улице располагалось административное здание, где свой пост занимал Градоправитель. Именно туда сегодня и пошел лорд.

Если я правильно поняла, то параллельно центральной улице шли Парковая улица, где и находился дом лорда, и Торговая, на которой было много торговых точек, находился базар и большое множество закрытых лавок. Кстати, на карте почти каждый магазин был подписан.

Сейчас я находилась на Мостовой улице. На ней располагались управления и административные корпуса, в которые могли обратиться жители города. Вообще-то, если у нас больницы, поликлиники и госучреждения были разбросаны по всему по всему городу и пока ты добираешься с одного здания до другого, то был шанс нарваться на обеденный перерыв или вообще приехать к закрытым дверям, то тут все находилось под рукой. Очень и очень удобно!

Зато потом шла широкая река, через которую вели три моста, а потом шла Академическая улица, на которой располагалась и сама Академия, все ее постройки, общежития, столовые, прачечные, книжные магазины.

Кстати здесь же были и школы в количестве двух штук, по всей видимости, тут и практикуются студенты и будущие учителя.

Еще минут через двадцать я мысленно попросила прощение у своих учеников, потому что всегда ругала их за то, что они без разрешения залезали на мой рабочий стол. Сейчас я поступила точно так же, как они – залезла на чужой стол и нашла среди большого количества бумаг блокнот.

Без зазрения совести выдернула из него листик и стала перерисовывать карту. Особенно меня интересовало все, что связано с будущим местом обучения (почему я даже не сомневалась, что поступлю), ну и торговые площадки.

Пока рисовала более или менее подробный план, который позволит легче ориентироваться, обратила внимание, что после Торговой улицы шла Заводская, которая оказалась очень небольшой, зато домов там было очень и очень много. Цифры строений буквально залезали друг на друга, и мое воображение нарисовало муравейник.

Дальше, опять шел мост, который соединял город с лесным массивом, но не это меня удивило, а то, что за чертой города располагался небольшой «Городок Ученых». У них была даже своя маленькая академия и одна школа. Почему-то эта территория была обведена красным карандашом и буквально кричала о том, что там «Опасная зона. Не входи. Убьет»!

Когда я сделала то, что хотела, вновь села в кресло, которое находилось напротив рабочего стола лорда. Мужчина идти ко мне не спешил, а тем временем уже начался обеденный перерыв.

Пару раз дверь в кабинет приоткрывалась, но заприметив меня, раздавалось сдавленное: «Ой!» – и кто-то неизвестный вновь прятался в коридоре. Правда, мне повезло не умереть от голода, потому что пришел один из моих сопровождающих и передал стакан с остывшим чаем и вполне свежую, горячую булочку.

– Извините, – окликнула я мужчину. – У вас не найдется небольшого письменного стола?

Он лишь пожал плечами и оставил мой вопрос без ответа. Ну и ладно!

Еще через час я все же прочитала ту неинтересную книгу, которая по итогу оказалась местным сводом законов, что-то похожее на уголовный кодекс со статьями. А лорд все не шел… А за окном уже давно солнце не только поднялось над городом, но и стало медленно опускаться.

– Стол просили, – послышался бас и в кабинет зашел высокий мужчина, таща на себе небольшой прямоугольный стол на ножках. – Куда ставить?

– Вот в этот угол! – не растерялась я, предвкушая, что совсем скоро займусь чем-то полезным.

Стол гармонично вписался в угол, где висела карта. Дверь за помощником снова закрылась, ну а я, засучив невидимые рукава, подошла к столу.

– Сразу прошу прощения, – зачем-то вслух сказала я и открыла первую папку.

На все про все мне потребовалось час. Всего лишь час! Но видимо даже этого времени у господина Кейна не было, раз он не додумался организовать себе место для бумаг и освободить стол.

Так, с бумагами я разобралась, разложив их в несколько кучек. При этом не забыла выдрать из блокнота еще несколько страниц, чтобы каждую кучку подписать. Ну мало ли, не поймет человек, по какому принципу я все разбирала?

Дальше, совсем осмелев, выбралась в коридор на разведку. И, к моему счастью, смогла найти туалет, которым моментально воспользовалась. И не важно, что он оказался мужским, зато ближе всего к кабинету. Прогулявшись по коридору, обнаружила за маленькой дверцей ведро с тряпками и удовлетворенно кивнула. Эх, а ведь все было под рукой: вот туалет, вот рядом с ним инвентарная.

Эх, господин лорд, такого ценного человека вы себе из другого мира перетянула, аж самой завидно. Истерик не закатывает, за ребенка заступилась, на своем примере показала, как нужно завтракать, документы разобрала, вон – даже кабинет и все полочки в нем перемыла!

К тому моменту, как лорд Лавоурич вернулся в управление, я навела полный порядок в кабинете, расставила книжки в шкафу по цветовой гамме, разобрала на столе, разместив письменные принадлежности так, чтобы они всегда были под рукой и в тоже время не мешали работе. Отыскала в стенах управления столовую, на которую сделала двойной набег, потому что кормили вкусно, да еще и бесплатно.

В общем, русский человек не пропадет! А если он находчивый, то тем более.

Когда лорд переступил порог кабинета, то был задумчивым и, казалось, даже совсем забыл о том, что тут я его все это время ждала. А нет, не кажется, так оно и было, если судить по вытянутому от удивления лицу.

– Извините, – пробормотал он и вышел вон.

– И что это было? – озадачено спросила я у стен, с которыми уже привычно вела диалог от скуки.

Но отсутствовал мужчина не долго, вернулся с толстой книгой в руках, которую и водрузил на стол. Только после этого поднял голову, увидел отдельный стол с бумагами, чистые чашки на кофейном столике, да и вообще обвел весь кабинет удивленным взглядом.

– Извините, – я развела руками. – Мне было скучно.

Ругать меня не стали, лишь кивнули, скупо поблагодарили и, открыв книгу, стали в ней что-то писать.

Подошла, заглянула.

Итак, лорд старательно выводил мое имя, фамилию и отчество. Выходило у него отлично и без ошибок. Вот что значит мастер на все руки! В графе возраст, правда, запнулся.

– Двадцать восемь, – подсказала.

– Угу…

В последней графе он указал день, когда я попала в город, правда причину писать не стал. Ладно-ладно, я уже догадалась, почему, можно от меня ничего не скрывать!

А вот дальше процедура резко перестала нравиться. В конце книги находился кармашек, из которого лорд достал футляр с тонкой иголкой.

– Дайте вашу руку, – велел он.

Я же, наоборот, руки спрятала за спину.

– Зачем?

Игла мне казалось слишком острой, грязной и вообще, неизвестно, кто до меня в нее пальцем тыкал, а если заражусь чем-нибудь?

– Виолетта, так надо, – попытался вразумить меня мужчина.

– Мы на кровопролитие как-то не договаривались!

– Моя вина, не успел сказать, что магический фон считывается именно по крови.

– Чем считывается? – поджала губы.

– Книгой.

Вот тебе раз, мне ее еще мазать надо? Попахивает росписью кровью, а если я таким образом свою жизнь с залог оставлю?

Убеждали и уговаривали меня недолго, потом пригрозили скрутить. Пришлось сдаться, зажмуриться, чтобы не видеть, как тонкая иголка касается пальца, как на коже выступает кровь.

– Вот сюда коснитесь, – попросил лорд, указывая на прямоугольник, нарисованный под моим именем.

Скрепя сердце прикоснулась. Как только отпечаток был оставлен, запихала палец в рот и обиженно уставилась на Кейна, он же в свою очередь с открытым ртом смотрел в книгу. Гордо скажу, что под моим отпечатком появлялись надписи, которые заняли две третьих места от всей страницы. Хорошо это или нет, не знаю. Начальник городской службы безопасности молчал. Я молчала вместе с ним и ожидала вердикта: пойду учиться в Академию или нет?

– Ну? – не смогла промолчать. – Что там? Шанс есть?

– Есть, – ответил мужчина, поднимая на меня глаза. – И не один.

Он задумчиво встал, подтолкнул меня в кресло, чтобы села в него и не мешала мужчине перемещаться по кабинету и над чем-то думать.

– Вы меня пугаете, – пробубнила я.

– Вы меня тоже, – не остался в долгу лорд.

– Я-то чем?

– Тем, что вы сильный маг, – он осмотрел меня с ног до головы. – Очень сильный маг.

– Очень-очень сильный маг?

– Да…

– А что в этом плохого?

Вот не вижу проблемы.

– Вы не обучены ничему, а значит, подвергаете себя и других опасности.

– Ваши предложения? – мне было очень интересно узнать, что придумает мужчина, потому что если я маг, и довольно сильный, то перечить мне никак нельзя по многим причинам. Во-первых, обиженная и огорченная женщина может дел натворить и без всякой магии, тут достаточно фантазии и жажды мести, во-вторых, он явно опасался за себя и все управление, и правильно делал, потому что отказ я не приму.

Лорд, в свою очередь, отвечать не спешил, думал, поглядывая в мою сторону, потом отворачивался к столу и опять думал.

– Вариантов не так уж и много, – все же подал голос этот держатель интриги. – До поступления вы будете жить у меня в доме, обучаться хоть каким-то элементарным азам, дальше сдадите вступительные экзамены, поступите на факультет… – тут он запнулся. – Какой вам больше всего подходит, ну и будете учиться.

– А дальше? – вот вижу, что-то не договаривает.

– А дальше первый курс обучения я вам оплачу, так же все расходы, которые будут требоваться на тот момент. Сами понимаете, по моей причине вы попали в наш мир.

Пф, если Кейн думает, что приму что-то большее, то сильно ошибается. Думаю, будет вполне достаточно того, что за обучение, пусть даже на первый год, мне так щедро заплатят. Однако я буду искать подработку, и это не обсуждается.

– Хорошо, – согласилась я.

– Тогда у меня к вам будет еще одно предложение, – продолжил начальник службы безопасности. – Я вас хочу принять на работу в качестве учителя для своей дочери. Вы первая, с кем ребенок пошел на контакт и первая, кто ей понравилась.

– Наверное, это потому, что она меня для себя из другого мира вытащила, – не смогла промолчать я.

Лорд поджал губы, но согласился.

– Я с ней проведу беседы, – он даже кивнул своим мыслям и, посмотрев в окно, добавил: – Пойдемте, сегодня для всех был сложный день.

– И для вас?

– Для меня особенно! Пришлось объяснять причину сильного магического выплеска на территории моего дома, – мужчина поморщился. – С градоначальником вам придется в скором времени познакомиться.

Сразу стало видно, эта идея лорду не правится, точно так же как и тот, перед кем он должен отчитываться. Вон как скривился, да еще и кулаки сжал. Ладно, надо встретиться – встретимся, только не сегодня, пожалуйста.

Возвращаясь в дом господина Лавоурича, я уже намного лучше ориентировалась на улицах города. За нами на этот раз приехала открытая повозка, которая мерно покачивалась из стороны в сторону. Она же свободно проезжала между дамами под арками. Так мы довольно быстро оказались на улице Парковой, а вот дом лорда я как-то пропустила, забыла символику на воротах. Да, нужно будет быть чуточку внимательнее.

Сразу же, как только мы зашли в холл, нам на встречу выскочила дочка мужчины.

– Ура! – закричала она. – Вы вернулись!

Лорд расставил руки, чтобы поймать бегущее к нему чудо. Только чудо его обошло по доге и крепко обняло меня.

– Привет! – погладила я ее по голове, мило улыбаясь мужчине, который только глазами хлопал. – Как прошел день?

– Мы с няней сделали много полезных дел! – сказала малышка.

Так я узнала, что в доме есть еще и няня, которая занимается Ираидой, следит за ней и ее здоровьем, развлекает и встречает преподавателей, которые проводят у ребенка занятия. Кстати сегодня все занятия, по случаю моего неожиданного появления, были отменены, либо лорд уже давно придумал план, в котором я буду посещать их дом три раза в неделю, а на выходных еще и с ночевой оставаться. Да-да, об этом он тоже упомянул уже после того, как я дала согласие. Впредь буду умнее, стоит вытягивать из этого человека всю информацию сразу, а то опять подпишусь на что-то неприятно, и это я сейчас про процедуру считывания магического фона. Занятия с ребенком я была рада проводить, а то, что может не хватать ни на что времени – об этом подумаю после.

– А вы хитер и коварен, – прокомментировала я, когда отец озвучил дочери мою должность. Все-то у него было схвачено! Ладно-ладно!

Естественно Ираида была очень довольна выбором отца, она от меня не отходила целый вечер, даже ужинать села вместе с нами, хоть няня и утверждала, что ребенок ел.

– А что кушала? – вела я допрос, раз передо мной сидит моя будущая (или уже настоящая) подопечная.

– Пирог с черникой! – закатила глаза девочка.

– Ну, раз сладкое ты уже успела попробовать, пора приниматься за другие блюда.

Споров не было. Ребенок сидел рядом со мной и активно работал ложкой. Эх, а в школе никто из учеников у нас так не ест. С другой стороны, и готовят там не столь роскошные блюда, так что ничего удивительного.

После еды и короткого разговора за столом, который вела я и девочка, лорд Лавоурич сослался за дела и покинул столовую. Мы же, переглянувшись с ребенком, стали думать, чем заняться.

– Знаешь, – недолго думая, начала говорить я. – Мне нужно подготовиться к экзаменам для поступления в академию, а для этого нужен человек, который расскажет мне все самое интересное. Не хочешь быть моим учителем?

Если бы в столовой было темно, то яркий блеск в глазах ребенка можно было бы сразу увидеть. Там было и радость, и предвкушение, и ожидание чего-то интересного.

– С большим удовольствием, леди Виолетта, – почтенно ответила Ираида. – Пройдем в библиотеку?

О, кажется, я не пожалею!

Поднявшись на второй этаж, девочка чинно прошествовала в сторону библиотеки. Здесь было довольно много книг, которые заботливой рукой оказались расставлены по многочисленным полкам и стеллажам. А