Моя дочь. Он не узнает о ней
Глава 1
– Ну, здравствуй, Анушка! Вот мы и встретились!
Пульс участился, сердце судорожно бьётся в груди. Усилием воли подавляет крик, готовый вырваться из её груди. Нет, это невозможно! Этого не может быть.
– Вы ошиблись! – холодно отвечает она. – Перепутали меня с кем-то. Бывает! – чувствует, как голос предательски дрожит. – Меня зовут Анабель, – вымучено улыбается, подозревая, что вместо улыбки получилась кривая гримаса.
– Анабель! – мягко произносит он, как будто смакует имя, пробует его на вкус. – Красивое имя. У какой прекрасной девушки ты его украла, Анушка?
– Я ни у кого ничего не украла! – заикаясь, отвечает она.
– Ты воровка, Анушка! – выплёвывает так резко, что девушка в ужасе отшатывается.
– Я не воровка! – качает головой, пальцы больно впиваются в ладони. – Я Анабель. Анабель.
– Ты воровка, Анушка! – безапелляционно заявляет он. – Всё, что у тебя есть – это чужое. Краденное. Даже имя. А сейчас я хочу вернуть то, что принадлежит мне. То, что ты украла у меня! Верни!
Она судорожно вздыхает, глаза расширяются от ужаса, который полностью заполняет всё существо хрупкой девушки.
– У меня нет ничего твоего! – кричит в ответ. – Нет!
– Ты воровка, Анушка! Верни! – он говорит тихо, но лучше бы кричал. От требовательности в голосе она начинает дрожать.
– Вы ошиблись. Я Анабель. У меня ничего нет, что принадлежит вам! – со слезами на глазах твердит она. – Нет. Нет.
– Ты воровка, Анушка! Воровка! Верни мою дочь! – Его руки тянутся к её горлу, она отступает назад, упирается в стену. Задыхается.
– Нет! – пронзительно кричит, когда чувствует, как его ладони обхватывают нежную шею. – Неееееет!
Вздрагивает, просыпается от собственного крика, заполнившего комнату. Тяжело дышит, липкий пот выступает по всей поверхности тела. Страх и ужас парализуют её.
Чувствует, как в неё утыкается морда любимого питомца, собака тычится, беспокойно облизывает лицо.
– Тише, тише, Джес! – нежно гладит собаку. Поглаживающие движения по её мягкой, пушистой шерсти успокаивают. – Я тебя разбудила? Ничего не случилось, просто мне приснился кошмарный сон. Всё хорошо. Иди спать! – шепчет она, почесав за ушком.
Медленно встаёт с кровати, небольшую комнату освещает лунный свет. Подходит к детской кроватке, в которой сладко спит её малышка.
Хорошо, что пронзительный крик её не разбудил. Осторожно поправляет одеяло, хочется взять девочку на руки и крепко прижать к себе. Останавливает себя, она проснётся, зачем тревожить, прерывать сон ребёнка, пусть спит мой ангелочек.
– Всё будет хорошо, малышка! – с нежностью вглядывается в любимые черты лица. – Я тебя никому не отдам. Никто не посмеет тебя забрать. Ты моя девочка. И только моя. Он не узнает о нас.
Осторожно проводит по тёмной пряди волос, ещё раз поправляет одеяльце и возвращается в свою кровать, накрывается одеялом. Джесс, как обычно, занимает место в ногах. Её верная охранница и защитница, она тонко улавливает состояние хозяйки.
Некоторое время девушка лежит с широко открытыми глазами, уставившись в одну точку на потолке. Раньше ей никогда не снились кошмары.
А вдруг это вещий сон? Предвестник, знак.
Нет, нет, качает головой из стороны в сторону. Это невозможно. Он её никогда не найдёт. Хотя бы по той простой причине, что у него нет никакого повода заниматься её поисками. Официально Анушки нет на этом свете. Её не существует. Она признана умершей. Согласно результатам официального расследования, её тело унесло в открытый океан. Так и не обнаружено. В тёплых водах всегда найдутся существа, которые позаботятся, чтобы ничто просто так, бесполезно не упало на дно. Её никто не оплакивал, не горевал, умерла, так умерла.
Теперь она Анабель Рубик.
Типичная мать – одиночка, рядовая служащая в небольшой компании по производству пластиковых окон. Она живёт в захудалом спальном районе на окраине города, перемещается на общественном транспорте, ходит в продуктовые магазины у дома, редко выбирается в центр, не посещает никаких тусовок.
Дом – работа, детская площадка, прогулка с собакой в ближайшем парке. Тихая и неприметная жизнь среди таких же, обычных людей.
Он живёт в элитном, респектабельном районе, ездит на представительских автомобилях с личным водителем, в сопровождении охраны. Для особых случаев к его услугам личный самолёт. Он не ходит по магазинам, еду для него готовит личный шеф-повар. Он вхож в самые высокие круги, у него власть, деньги, влияние.
Они живут в параллельных мирах, которые не пересекаются. Она зря волнуется. Ей не о чем переживать. Она со школьной скамьи знает аксиому, согласно которой, параллельные прямые никогда не пересекаются.
А всё-таки, если этот сон – знак? Бережённого бог бережёт. Её мозг судорожно пытается построить разные варианты развития событий, найти приемлемое решение.
А если?
А вдруг?
Иначе?
Грег, владелец компании, в которой она работает, давно оказывает ей знаки внимания, активно пытается ухаживать, приглашает на свидания. Анушка не влюблена в него, иногда соглашается сходить с ним в ресторан, не хочется обижать молодого человека. Да и самой иногда полезно развеяться, принарядиться, получить внимание от мужчины. У них этакий конфетно-букетный период, всё чинно и благородно, без секса, с поцелуями в щёчку при встречах и прощаниях.
На днях Грег признался ей в любви, попросил стать его женой. Для неё предложение выглядело неожиданным, она растерялась, попросила время подумать. Она знала, что откажет ему. Сразу не стала резко отвечать, волнуется, а не уволит ли он её после отказа. Мужчины могут быть очень обидчивыми и мстительными.
Начала подыскивать другую работу, хотя прежняя её полностью устраивает. Рядом с домом, удобный график, без переработок. Она не тратит время на поездки, успевает вовремя забирать Алису из детского садика.
– Грег, мне надо подумать! – уклончиво ответила она. – Ты же знаешь, у меня маленький ребёнок. Всё не так просто.
– Ребёнок не проблема! – страстно заявил он, целуя её ладони. – Как только мы поженимся, я сразу же удочерю твою дочь. Об этом можешь не переживать.
И вот сейчас, лёжа в темноте комнаты, она чётко понимает: ей следует принять предложение Грега. Из-за себя, из-за Алисы.
Да, она сделает это. При следующей встрече сразу скажет, что с радостью принимает его предложение.
Ей следует ещё раз изменить фамилию, получить новый паспорт.
Она возьмёт фамилию Грега. Он удочерит Алису. В её свидетельстве о рождении, в графе «отец» не будет стоять прочерк. У неё будет его отчество. Тайна усыновления строго охраняется, никто не догадается, что она ему не родная дочь.
И если вдруг, не дай бог, он меня найдёт, то никогда не узнает, что Алиса его дочь.
Потому что, официально девочка станет дочерью Грега.
А Анушка станет замужней женщиной, с кольцом на пальце. У неё появится штампик в паспорте, новая фамилия и новая жизнь.
У Вольдемара Янга не получится разрушить её жизнь и забрать дочь.
Она не позволит.
Анушка закрывает глаза и погружается в прошлое. Перед глазами мелькают картинки, как будто на телеэкране транслируется фильм о девушке, в которой она не сразу признаёт себя.
Глава 2
Прошлое.
– Анушка, какая ты у меня красавица! – Синтия смотрит на свою дочь и не может налюбоваться. – Прекрасный цветок, от тебя не отвести глаз.
– И это полностью ваша с папой заслуга! – заливисто смеётся в ответ Анушка. Она относится спокойно к подобным словам, ведь для каждой матери её ребёнок самый – самый.
– Ну, не знаю, не знаю! – качает головой Синтия. У них с мужем обычная, заурядная внешность, таких миллион, увидишь в толпе, не обратишь внимания. Она не перестаёт удивляться, как затейливо спутались, перемешались гены, дочь взяла самое лучшее от них. Говорят, от большой любви рождаются красивые детки. Может, причина в этом?
Они с мужем безумно любят друг друга. Логично, что у них получилась безумно красивая дочь.
Порой Синтия ловит себя на мысли, что не хотела бы, чтобы её дочь родилась такой красивой и привлекательной. Красота – это не залог счастья, считает она. Перед глазами пример однокурсницы по университету. Писаная красавица, хрупкая, с ангельским голосом, она выиграла не один конкурс красоты, становилась и «Мисс город», и «Мисс очарование». Казалось, её ждёт головокружительное будущее. Трагедия перечеркнула всё. Какие-то отморозки встретили девушку поздно вечером, схватили за волосы и облили лицо кислотой. Следствие выяснило – это месть одного из поклонников, жестокая расправа бандита, который получил от неё отказ. Теперь она живёт как отшельница, многочисленные пластические операции не вернули былую красоту.
Синтия боится за дочь, это сложно объяснить, но в её душе живёт страх, что однажды на пути дочери появится вот такой неадекватный поклонник.
В детстве Анушка была настоящей маленькой куколкой, настолько, что прохожие останавливались и говорили: «Боже, какая красота! Невероятно красивая девочка!» Неоднократно поступали предложения сняться в рекламе и в кино. У Анушки вьющиеся длинные волосы, выразительные карие глаза, обрамлённые пушистыми ресницами, прозрачная кожа, изящная фигурка, тонкая талия и невероятно длинные ноги. Любимица публики, девочка умная и общительная, в школе мальчишки бегали за ней, признавались в любви. Синтию очень тревожит, что её красивая дочка может стать лакомым кусочком для всяких уродов. Поэтому она её от себя отпускать боится.
На дочку оглядываются на улице. Даже соседи постоянно говорят комплименты. Синтию страшно бесит, что даже старые козлы пенсионного возраста, с масляным блеском в глазах начинают ворковать – ах, какая сладкая ягодка, вот повезет кому-то иметь такую жену. Ей хочется крикнуть. Какая жена, алё, она ещё ребенок!
И вот, ребёнок вырос. Сегодня Анушке исполнилось восемнадцать лет. Умница и разумница, кажется, она до конца не осознаёт, как её красота действует на людей, особенно на мужской пол. Добрая, порядочная, к счастью, не зацикленная на своей идеальной внешности. И в этом заслуга Синтии. Она с детства загружала ребёнка по максимуму, всё, что угодно, кружки, секции, разные мероприятия. И сопровождала везде, где это возможно.
Анушка разносторонний человек, у неё много увлечений. Она интересуется фотографией, велоспортом, кино, живописью, ходит на фитнесс, бегает в парке, увлекается театром и пишет статьи для своего блога о путешествиях. Развитая девочка. Гордость родителей.
Единственный, поздний, выстраданный и вымоленный ребёнок. У Синтии долго не получалось забеременеть. Они с мужем обошли всех врачей, сделали многочисленные исследования, сдали куча анализов, ставили какие-то «залётные» уколы, сексом занимались каждый день. Не описать, сколько они всего сделали по медицинской части. Всё, что можно, всё сделали, но результата не было. Желанная беременность не наступала. Врачи лишь разводили руками, всё у вас в порядке, оба можете иметь детей. Но вот нет их и точка.
Несовместимость, говорила подруга. Советовала или разводиться, или «согрешить». Но Синтия слишком сильно любит мужа, чтобы пойти на такую подлость и измену. Эти варианты она отвергает сразу.
Как –то однажды она отправилась на поезде к родственникам в другой город. Ехать сутки, плацкартный вагон. Разговорилась с попутчицей, женщиной средних лет, платок на голове, какой-то умудрённый жизнью взгляд. Рядом дочь, девочка, школьница, с сосредоточенным лицом, которая всю поездку что-то писала в своей потрёпанной тетради.
– А у вас дети есть? – спросила попутчица, заметив, каким пристальным взглядом Синтия наблюдает за её дочерью.
– Нет! – ответила Синтия и внезапно расплакалась. Для неё это невероятно болезненная тема. Здесь, в замкнутом пространстве поезда так тянет на откровенность. Обговорить то, что не даёт покоя, вывести на свет всё то, что находится в самых глубинках подсознания.
Сработал эффект «случайного попутчика», она открыла душу, рассказала о своём страстном желании иметь ребёнка, обо всех мытарствах, которые пришлось пройти, а результата нет.
– Значит, есть нечто, блокирующее приход ребенка. К бабке иди! – Уверенно заявила попутчица. – Целительница поможет это нечто снять. Или разобрать, разломать, короче, уничтожить! Тогда всё получится. Дам тебе координаты одной бабушки, только к ней не так просто попасть. Очередь. Очень сильная целительница, многим от бесплодия помогла. У меня много проблем было в личной жизни и по здоровью, рассказывать подробности не буду, думаю, чужие беды никому не интересны. Я к разным целителям, знахаркам обращалась, никто мне не помог. Дали мне её номер телефона знакомые, которые у неё были и остались довольны результатом. В течение некоторого времени она меня поставила на ноги, вылечила, вернула мне личную жизнь, одним словом, вернула меня к жизни. Теперь я просто счастливый человек!
И Синтия ухватилась за этот совет как за последнюю соломинку. Она никогда не верила ни в магию, ни гадалкам, но другого выхода не видела. Терять было всё равно нечего. Ради появления на свет своей кровинушки, которая так долго не появляется, готова душу дьяволу отдать. Лишь бы ощутить на себе чувство материнств, лишь бы услышать сопение носика. Когда идут года, а ребенок так и не появляется, начнешь уже прибегать к любым методам
Никому не сказала, и мужу, в том числе. Думала, люди повертят у виска. Она и сама не верила. Но желание иметь ребёнка, свою кровиночку, переполняла её. Отчаявшись, она готова на любые меры. Лучше сделать и пожалеть, чем не сделать и пожалеть.
Приехала к целительнице, ждала своей очереди пять часов. Дом полон икон, атмосфера такая умиротворенная, что уходить не хочется. Бабуличка про себя постоянно читает молитвы. Массирует Синтии живот. Очень больно, хотя бабушке за восемьдесят лет, руки у неё очень сильные. Затем пол-литровую банку ставит на пупок и закручивает по часовой стрелке. Странные ощущения, очень чувствуется пульс. Дома было велено стоять над горячей картошкой, читать молитвы. Таксы у бабушки нет. Каждый оставляет столько, сколько считает нужным. Люди после лечения к ней вереницей приезжают для того, что бы отблагодарить.
«Я только лечу руками, а детишек господь даёт, всему его воля!» – говорит она Синтии.
Через два месяца тест на беременность показал Синтии две заветные полоски. Она не верила своим глазам. Поехала отблагодарить целительницу.
– Что я могу сделать для вас, бабушка? – воскликнула она, после того, как сообщила о своей беременности. – Я хочу отблагодарить вас.
– Будет дочь, назови её Ануш! – пристально посмотрев на Синтию своими проницательными глазами, произносит целительница. – Так звали мою дочь. Три недели прожила. Красавица! Шестьдесят лет прошло, а я помню до сих пор её взгляд. Умный, рассудительный! – глаза целительницы увлажняются. – А если не захочешь, то и не стоит! – Губы трогает печальная улыбка. – Я и сладостям буду рада. А теперь иди…
Синтия невольно отмечает, какие красивые глаза у бабушки, какое породистое, волевое лицо. В молодости была явной красавицей.
Синтия с мужем долго выбирает имя для дочери, перебирают разные варианты, останавливаются на красивом и звучном имени – Милана. Муж несказанно удивлён, когда жена, держа новорождённую дочь на руках, внезапно произносит: «А давай назовём дочь Анушкой!»
– Анушкой? – переспрашивает, он имя-то такое слышит впервые.
– Ануш! Ани, Анушка! Означает «приятная», «сладкая»! – Синтия с сияющими глазами смотрит на дочь.
– Хм! – задумчиво трёт подбородок. – Анушка.
– Пожалуйста, дорогой! – умоляюще говорит Синтия. – Мне во сне приснилось это имя! – сочиняет на ходу, пытаясь уговорить мужа. Она не собиралась выполнять просьбу бабушки-знахарки.
Ануш. Имя ей совершенно не нравилось. Сразу, после той странной просьбы она знала, что не выполнит её. Свою благодарность выразила в натуральном виде. Привезла знахарке продуктовый пакет, в котором сладости, вкусный чай, кофе натуральный, мед, набор сухофруктов. Ещё плед и красивую шаль преподнесла. Когда протекала беременность, о странной просьбе знахарки не вспоминала, забылось.
Но в ту самую секунду, как только дочь оказывается на её руках, голос в голове произносит: «Анушка»!
Муж Синтии смотрит на взволнованную жену, они понимаю друг друга с полуслова, полувзгляда. Он чувствует, как для неё важно назвать дочь этим именем.
– Анушка! – произносит он и смотрит на дочь. Та довольно агукает. – Кажется, ей понравилось её имя.
– Спасибо! – Синтия с благодарностью и любовью смотрит на мужа. – Ты самый лучший муж и отец.
– А вы мои любимые девочки!
Синтия часто задумчиво смотрит на дочь, пытливо изучает её черты. Ей кажется, что иногда, в улыбке, в глазах, проскальзывают черты целительницы. Неужели произошла реинкарнация души дочери целительницы? Убеждает себя, что это бред. Но тогда, в кого её дочка такая красавица?
И разрез глаз как у целительницы. Синтия отгоняет от себя подобные мысли, но порой, когда мучает бессонница, она пытается сопоставить черты дочери и целительницы. Конечно, своими мыслями она ни с кем не делится. Примут за сумасшедшую.
Глава 3
Счастливая Анушка смотрит на себя в зеркало, медленными, плавными движениями снимает макияж с лица.
Ей всегда говорили, что она самая красивая девочка, она выросла и поняла, что просто красивая. А мама преувеличивает её красоту, для любой матери её ребёнок всегда самый красивый, умный и добрый.
Сегодня Анушке исполнилось 18 лет. Кажется, начался новый этап жизни. Она чувствует, что стала взрослее и умнее, чувствует, всё зависит от неё! День рождения она празднует дважды. Только что вернулась из ресторана вместе с родителями, где состоялся праздничный, семейный ужин. Они подарили ей красивую витую цепочку и крестик, инкрустированный бриллиантами. Анушка проводит рукой по красивому украшению, глаз не оторвать. Второй подарок – это путешествие в экзотическую страну. Они всей семьёй отправятся в тур, как только она сдаст экзамены в университете, а у папы наступит отпуск.
Второе празднование дня рождения запланировано в выходные дни, с друзьями, в коттедже близкой подруги. Сначала они будут кататься на лимузине по городу, потом отправятся в коттедж, веселиться, танцевать, купаться в бассейне.
В числе приглашённых парень, который очень нравится Анушке. Они близко общаются, пока только как друзья, но девушка надеется, что он предложит ей стать его официальной девушкой и пригласит на романтическое свидание.
Сняв макияж с лица, Анушка берёт щётку и начинает растёсывать свои длинные, густые волосы.
Она любимая дочь, родители её холят и лелеют. Иногда мамина гиперопека её раздражает. Интуитивно она хочет перенаправить внимание Синтии на саму себя и свою жизнь, но маме это непривычно и незнакомо, а менять не хочется.
Если бы мама работала, она бы не уделяла всё время дочери, но в их семье – папа работает, мама красивая. Всю свою энергию Синтия направляет на дочь.
Однажды Анушка попыталась пожаловаться отцу, но тот погладил её по голове, попросил быть снисходительной к маме. Рассказал, что они долго мечтали о дочери, Синтии пришлось пройти через многое, чтобы у них появилась их любимая Анушка.
Теперь, когда Анушке исполнилось восемнадцать, она спокойно может сказать: «Мама, я очень тебя люблю. Я ценю и уважаю твоё желание мне помочь и заботиться, но так много заботы мне уже не нужно!»
Порой она жалеет, что послушалась родителей и поступила в университет в родном городе. Следовало отправить документы в другой универ, она бы уехала, начала самостоятельную жизнь, приезжала к родителям на каникулах.
Естественно, Синтия не отпустила «свою кровиночку», настояла на поступлении в местный университет.
Анушка подозревает, что колоссальной разницы и существенных изменений в её жизни не произойдёт, пока она не переедет от родителей, вот тогда получится "вкусить" взрослую жизнь и понять. Пока живёт с родителями, совершеннолетие – это только цифра в паспорте.
У неё возникла идея перевестись в другой университет. Прежде всего, этот вопрос следует обсудить с папой. Когда они отправятся вместе в путешествие, Анушка найдёт походящее время поговорить на эту тему с отцом. Она знает, если заручится поддержкой папы, то вопрос решён.
Папа для Аннушка – непреклонный авторитет. Она его слушается всегда, с первого раза. Так было с самого детства. Ему достаточно сказать своё фирменные: «Анушка, нет», «хватит», «нельзя»! Он с полуслова добивается от Анушки всего. С Синтией дочь хныкается и капризничает, не укладывается спать, вошкается ночью. Мама не всегда может добиться от неё послушания, тогда как по первому папиному требованию все безобразия прекращаются.
Синтия раньше обижалась, не могла понять, чем её «нельзя» отличается от папиного. Смирилась.
Отец Анушки занимает высокий пост в полицейском управлении. Он сделал головокружительную карьеру, из самых низов пробился наверх, заслужил генеральские погоны. Он вырос в бедной семье, его детство прошло в неблагополучном районе, на одной из самых опасных улиц, наводнённой бандитами и преступниками.
Однажды, будучи подростком, смело бросился спасать маленькую девочку из рук грабителя. После этого случая он решает стать полицейским, защищать помогать тем, кто в беде.
Анушка гордится своим отцом. Хотела идти по его стопам, поступить на юридический факультет. Но отец сказал, женщинам в органах не место, требования жёсткие, женщины начинают грубеть, ты слишком нежная, Анушка, для такой службы. Не потянешь.
Она прислушалась к отцу, а как иначе? Она послушная дочь, знает, папу следует слушаться. И отправила документы на факультет журналистики. Писать она всегда любила, готовила репортажи, интервью, большие информационные статьи для школьной газеты.
Отец остался доволен выбором дочери. Мечтал, что она устроится в глянцевый журнал писать статьи о красоте и моде. Вполне возможно, её пригласят на телевидение, станет телеведущей. А почему нет? Ребенок умный, талантливый, с дикцией проблем нет, говорит красиво, голос мелодичный. А если быть совсем честным, он считает, творческая профессия – это не профессия, но образование должно быть в любом случае. Надеется, что дочь выйдет замуж за достойного, обеспеченного молодого человека из хорошей семьи, который её на руках носить будет и пылинки сдувать. И любовь, и финансы ей обеспечит.
А работать Анушка будет не ради денег, а ради удовольствия. Он гордится дочерью, любуется, какая она красивая, элегантная и заводящая собой персона. В ней столько эмоций, динамичность в движениях, её личная харизма передается и вливается в каждого, кто на неё смотрит. Очень живая, улыбчивая, она обладает честностью, уверенностью в себе, добротой и способна быть предана до конца тем, кого она любит и с кем она близка. Отец уверен, дочь ждёт головокружительная карьера на телевидении.
Но у Анушки свои планы. Она не стала перечить отцу, но желание бороться со злом живёт в её душе. Она улыбается, когда папа говорит о глянцевых журналах или карьере телеведущей.
Анушка мечтает вести журналистские расследования, разоблачать аферистов, мошенников, завравшихся политиков. Она, как и её любимый папа, мечтает бороться со злом, только с помощью пера и слова. В мечтах она часто представляет, как ведёт журналистское расследование, находит важные доказательства и передаёт отцу, который с их помощью раскрывает громкое дело.
Анушка переодевается в свою любимую пижаму и укладывается в кровать.
Берёт в руки телефон, в миллионный раз за сегодня читает сообщение: «Самую красивую и прекрасную девушку на свете поздравляю с праздником – совершеннолетием! Что можно пожелать такой шикарной девчонке? Только сладкого, как шоколад, счастья! Только роскошных, активных путешествий! Только неизмеримой, огромной любви, взаимной и настоящей! P.S. Ты – ТА САМАЯ. Мне кажется, я влюбился в тебя с первого взгляда»!
Сердце Анушки замирает от восторга. Она ждёт не дождётся завтрашнего вечера, когда на праздновании своего дня рождения с друзьями увидит Фила. Она не ошиблась, сердце ей подсказывало, что он признается в любви.
Ей 18 лет и у неё никогда не было парня, она даже ни с кем не целовалась. Её подружки уже живут активно половой жизнью, и иногда, бывает , подкалывают, что она до сих пор «хорошая» пай-девочка, хихикают, неужели до свадьбы никому. Иногда обидно бывает, но она старается никому это не показывать. В школе мальчики всегда увивались вокруг неё, ей предлагали два раза встречаться, но не сложилось.
«Береги себя для мужа!» – наставляет Синтия свою дочь. – Девственность-главный козырь во все времена. Приличным парням шлюхи не нужны! Потом твой муж будет гордиться тобой и очень любить».
Синтия охраняет целомудрие дочери как сторожевая собака, контролирует, где и с кем она проводит время. Анушка, даже если захочет, на свидание не сможет сходить с понравившимся молодым человеком без ведома родителей, так как у них «бзик» на безопасности дочери.
В школу, а теперь и в университет, её доставляет и забирает водитель-охранник. Какая тут личная жизнь? Анушка пыталась протестовать, но мама объяснила, что отец занимается расследованиями громких дел, в которых замешаны политики и богатые люди, облечённые властью. Отец Анушки имеет репутацию бескомпромиссного, неподкупного человека, для которого исполнение закона превыше всего. Поэтому, объяснила мама, «плохие люди» могут попытаться отомстить ему, угрожать близким людям. Анушка должна быть острожной, тем более, когда отец вывел на чистую воду банду во главе с продажным чиновником, которые занимались торговлей людьми, организовывали притоны. Враги отца – это могущественные, серьёзные люди, это не мелкие жулики, не воришки из серии «выпил, украл, снова выпил»!
Поэтому у девушки достаточно узкий круг общения, в основном «все свои», дети и родители дружат семьями. Отец разрешил вечеринку в коттедже подруги, так как хорошо общается с её родителями, знает, что безопасность ребят обеспечат на высоком уровне.
Фил. Это брат её лучшей подруги. Она никогда не рассматривала его в качестве объекта для влюблённости. Раньше вообще его не замечала, хотя сейчас вспоминает, что в самом начале он всё время писал, проявлял внимания. Друзья начали замечать его внимание к ней, она этого не замечала, не воспринимала его как парня. Он никаких попыток сблизиться не делал, просто всегда был рядом, и ни с кем не встречался, хотя на нём куча девочек висит постоянно. И вот, как-то вдруг, всё и внезапно, она поняла, как он для неё важен. А еще поняла, что влюбляется.
Анушка мечтательно улыбается и вновь перечитывает сообщение. Папа как-то сказал о нём, какой, мол, рассудительный молодой человек. Анушка уверена, если с Филом всё сложится, родители одобрят его кандидатуру.
А если нет? Задумчиво кусает губы. Ей исполнилось 18 лет, теперь она совершеннолетняя и может самостоятельно принимать решения.
Она вздрагивает, когда слышит резкий хлопок, оглушительный звук! Испуганно вскакивает с кровати, бежит к двери, когда до неё доносится пронзительный, безумный крик матери: «Анушка, беги! Беги!»
Глава 4
Несмотря на предостережение матери, Анушка рывком открывает дверь комнаты и выбегает в коридор, бежит к лестнице, спускающейся на первый этаж.
Они живут в небольшом, двухэтажном доме, гостиная с кухней внизу, наверху две комнаты, её комната и спальня родителей. Она знает, что мама с папой в гостиной, смотрят фильм. До Анушки доносится звук работающего телевизора. Они что, смотрят боевик на высокой громкости?
Внезапно наступает тишина, гаснет свет.
– Девку ищи! Быстро! Её спальня на втором этаже!– слышит она негромкий голос и замирает.
До её слуха доносится тяжёлые шаги, кто-то медленно поднимается по лестнице.
Мама? Папа? Ей хочется с криком выбежать в гостиную, убедиться, что с родителями всё в порядке. Но инстинкт самосохранения заставляет сделать шаг назад.
И ещё один. Доходит до своей комнаты, тихо открывает дверь, ей помогает то, что в своём доме она прекрасно ориентируется в темноте.
Знает, есть моменты, когда для собственной безопасности лучше затаиться. Так учил её папа. Услышала стрельбу? Беги. Не проверяй, петарды ли это, хлопушки или настоящие выстрелы. Просто беги.
– Чёрт, зачем ты вырубил свет? – слышит она грубый голос. – Давай, иди ко мне, фонарик достань.
Анушка закрывает дверь комнаты и мчится к балкону, распахивает раздвижные двери, перекидывает ноги и оказывается на пожарной лестнице, которая спускается вниз.
Сердце громко стучит, кажется, злоумышленники слышат его стук. Теперь у Анушки нет сомнений, что произошло нечто ужасное. Она закрывает рот рукой и прижимается к стене дома, бежать нет сил. Да и она может обнаружить себя. Теперь понимает, почему папа тщательно занимался вопросами безопасности, постоянно читал ей лекции, что делать в экстренных ситуациях. И даже заставлял спускаться по пожарной лестнице, благодаря этой сноровке у Ануш получилось всё сделать на автомате, тихо, быстро, ловко.
Кажется, сейчас загорится свет, появится папа и весело скажет: «Анушка, это была учебная тревога. Ты справилась на отлично. Молодец. Сдала экзамен»!
Но Анушка лишь слышит где-то вдалеке гул полицейских машин.
– Ты всё посмотрел? В шкафах, под кроватью? – слышит она мужской голос и вжимается в стену.
– Кажется, ушла! Упустили.
– Иди, сад прочеши! – грубый голос.
– Сам виноват, нечего было свет вырубать! Я тебе говорил, под утро надо всё делать, когда спят крепким сном. Слышишь? Вой сирен. Уходим. Через пару минут дом будет окружён, на улицах объявят план перехват. Нам тогда не выбраться. Я не собираюсь из-за твоей оплошности и нетерпения пожизненной срок мотать.
– Девка, мне нужна девка! Я не должен оставлять её в живых.
– Ты псих! Мы только потерям время. Когда ты окажешься за решёткой, то точно до неё не доберёшься. Идём, самое главное, его ты устранил. Девка – не проблема! Тем более, без своего папочки, который её тщательно охранял. Уберёшь быстро, даже без моей помощи! Впрочем, как хочешь, а я смываюсь.
Анушка слышит торопливые, удаляющиеся шаги. Несколько минут тишины. Она слышит дыхание второго мужчины, кажется, он стоит, прислушивается, принюхивается, как зверь, пытается учуять её по запаху. Вой сирен слышится отчётливо. Аннушка замирает, не дышит, кажется, стоит только вздохнуть, он её учует. Она плотно прижимает ладони к губам, чтобы заблокировать крик, готовый вырваться из её груди, считает секунды, молится всем богам.
– Слышишь, ты! – вздрагивает от окрика, ещё сильнее вжимается стену. – Я знаю, ты меня слышишь! Поживи немного, так и быть. Но однажды, где бы ты ни была, я вернусь. И отправишься на тот свет, к своему папаше! Жди! Оглядывайся каждый раз, ожидая, когда за твоей спиной появляюсь я.
Анушка слышит несколько выстрелов, псих, как она назвала его, скрепя зубами от злости, беспорядочно пульнул в разные стороны, словно надеясь, что шальная пуля настигнет спрятанную от него мишень.
Шум голосов, крики, стоять, руки вверх. Анушка приходит в себя, выходит из ступора, когда придомовую территорию наводняют полицейские, они просматривают каждый метр, укромные углы. Девушка бросается в дом, первое, что она видит, это расползающееся по полу красное пятно. Не сразу понимает, что эта кровь матери.
Синтия лежит на полу, нарядная, в светлом платье, она не успела переодеться после ужина в ресторане. Её глаза устремлены вверх, на лице застыло выражение ужаса.
– Мама, мама! – кричит Анушка, пытаясь растолкать мать. – Нет! Просыпайся Вставай!
– Следственная группу и эксперты будут с минуты на минуту. Вы можете повредить следы, оставленные преступниками! – Один из полицейских осторожно, но настойчиво отводит её от тела матери. Анушка сопротивляется. Неужели её мама умерла? Мама, её лучший друг, они любили друг друга. Анушка не представляет жизни без неё. В груди как-будто кто-то схватил и держит, тяжело дышать. Неужели она больше никогда не услышит: «Анушка, какая ты у меня красавица»! Неужели больше никогда мама не погладит её по голове, не улыбнётся своей кроткой улыбкой. Никто не будет слушать её так, как делала это мама.
И теперь её мама ушла. Горе накрывает Анушку, как огромная лавина. Она смотрит на Синтию. Пытается запомнить цвет ее глаз, запах кожи, тембр голоса. Запомнить, как она сердилась, как улыбалась, как одевалась.
Папа? Анушка внезапно вздрагивает, поднимается, мечется, ищет глазами отца. Нет, то, что происходит, это кошмарный сон. Девушке кажется, она не выдержит, упадёт, захлебнётся в слезах. Отца она находит на кухне, на груди расползается кровавое пятно. Рядом с ним, поддерживая его голову, на корточках, сидит внушительный, седовласый мужчина.
– Прости, что мои ребята не успели!– сдерживая слёзы, говорит он. Но одна скупая, мужская слеза медленно выкатывается из глаз.
– Аннушка, ты жива! – шепчет отец пересохшими губами. – Теперь я могу умереть спокойно! Он до тебя не добрался.
– Папа, папочка, держись! – Аннушка сжимает руку отца, чувствует, как ослабло его рукопожатие. – Пожалуйста, не умирай!
– Анушка, ты моя любимая девочка, не плачь! Теодор! – обращается мужчине. – Помнишь, я спас твою жизнь? И ты сказал, что в долгу передо мной?
– Конечно, друг! – Теодор тихонько хлопает его по плечу.
– Так вот, я прошу возврата того долго! – он говорит через силу, жизнь вытекает из тела. – Анушка…Спаси её. Защити. Сделай всё возможное, чтобы псих не добрался до неё.
– Будь спокоен, друг! Твоя дочь будет в безопасности. Клянусь, я сделаю всё возможно и невозможное, чтобы выполнить твою просьбу.
– Я знаю, Теодор, ты человек слова! Я верю тебе.
– Папа, папочка! Сейчас приедет скорая помощь, врачи тебе помогут. Ты только держись.
Анушкка пытается обнять отца, прижаться к его широкой и любимой груди, но чьи- то твёрдые руки удерживают её.
– Тссс… —говорит Теодор,– лучше не трогать, нельзя шевелить его до приезда врачей.
– Папа! – всхлипывает она. Мучительная боль разрывает её внутренности. С такой болью жить невозможно, она удивляется, как ещё держится, что-то говорит.
– Анушка! Не плачь! – шепчет отец. – Поклянись мне….
– Да, папа, что угодно, только не умирай! – Анушка крепче сжимает его ладонь.
– Это Теодор! Мой друг! Жаль, что вы познакомились при таких печальных обстоятельствах! – тяжёлый вздох. —Я знаю, ты у меня упрямая и своевольная. Поклянись, что будешь слушаться Теодора, выполнять то, что он прикажет. Это ради твоей безопасности. Поклянись!
– Клянусь, папочка! – слёзы текут и текут по щекам. Анушке хочется сказать, чтобы он держался, ещё немного, врачи подъезжают. Но каким-то нутром она чует, это конец. Врачи не помогут. Блеск в глазах отца постепенно затухает. Теперь она знает, так, по капле, уходит жизнь.
– Анушка, мы так мечтали, чтобы ты прожили долгую счастливую жизнь. Не плачь, мы с мамой будем смотреть на тебя со стороны и гордиться тобой!
– Папа, папочка! Не оставляй меня! – рыдает Анушка, не в силах сдерживать вырвавшуюся боль.
– Мне пора! – отец силится улыбнуться. – Твоя мама меня ждёт. Ты же знаешь, какая она нетерпеливая! Не плачь, доченька! Теодор тебе поможет! Люблю…
Он что-то хочет добавить ещё, но из горла доносить лишь последний, предсмертный хрип.
– Папа, папочка! – Анушка падает на грудь отца, рыдания заполняют комнату. Мир натурально перевернулся, ей казалось, что это она умерла.
Сердца присутствующих в комнате людей сжимаются от жалости и сочувствия.
Такое огромное, всепоглощающее горе. В одну минуту потерять и мать, и отца, погибших от рук жестокого убийцы.
Глава 5
Следующие месяцы Анушка помнит плохо, всё как в тумане. Похороны, девять дней, сорок. Шок, оцепенение, отрицание, гнев, печаль и отчаяние, круг эмоций, которые она переживает. Первые дни после трагедии, впав в ступор, она молчит, ещё не было ни дня, чтобы она не плакала.
Только месяца через полтора в голове стали возникать какие -то другие мысли, до этого всё сводилось к смерти родителей, это были месяцы тяжелого, безысходного горя.
Безумная боль, она не могла смотреть телевизор, слушать музыку, не могла ходить в гости, общаться с друзьями. В голове мысли: «Это лето они не увидят»! Мама не увидит, как цветут снова яблони, больше никогда мы не отправимся вместе в путешествие. Боооооль, постоянный надрыв и комок в горле.
Много лет она жила беззаботной жизнью, не раз шутила, что её душа выбрала в этот раз воплощение, чтобы прийти сюда на каникулы. У неё были любящие родители, их поддержка, благоприятные обстоятельства, интересные занятия, хорошие друзья и возможность самореализации. Многое давалось легко. И вот, в 18 лет резко пришлось повзрослеть. Анушка ненавидит свой день рождения. Она клянётся никогда его больше не отмечать, ведь её день рождения –это день смерти родителей.
Ей снятся сны, почти во всех снах родители живые, только постоянно собираю вещи. Ей так хорошо с ними во снах. Когда просыпается, хочется обратно, побыть там, вместе с ними.
Когда проходит сорок дней, Аннушка видит хороший, позитивный сон. Папа показывает ей новый, недостроенный деревянный дом на солнечной поляне. Она с ним, они едят сосиски и болтают. Тут появляется мама, такая молодая, здоровая и счастливая. Она обняла и расцеловала дочь, сказала что-то ласковое. Анушка ей говорит, что любит её, обнимает, гладит.
Она просыпается, улыбается в темноте. Чувствует, что им «там» нравится, становится легче от этого. Они счастливы. После этого сны прекратились. Анушка выходит из кокона, оживает. Приходит понимание, что мертвые не вернутся.
Ей нужно жить дальше, строить свою жизнь. У живых нет альтернативы. Надо жить дальше, не оглядываться на мрачное прошлое, выстраивать новую жизнь и быт, в котором уже нет любимых.
Но как снова начать радоваться жизни? Неужели можно снова стать счастливой? Анушка сомневается в этом. Этапы горевания ей помогает пройти профессиональный психолог, которого нанимает Теодор, беспокоясь за потерянную и поникшую девушку.
Теодор намерен выполнить обещание, данное умершему другу. Друг – это, конечно, слишком громко сказано. Своеобразная их связывала дружба. В своё время отец Анушки – Макс, спас его от смерти.
Теодор является главой могущественной, влиятельной, одной из самых богатейших семей на побережье. В его руках огромная власть. Когда-то давно у него возникли серьёзные проблемы с одной из криминальных группировок. Они «заказали» Теодора, тщательно готовили на него покушение, чтобы отжать «бизнес», отстранить от власти. Это была большая война за власть и деньги. Отец Анушки, будучи в те времена капитаном полиции, спас Теодора от бандитской пули, прикрыв свои телом. Пуля отскочила, на нём был бронежелет.
– Я перед тобой в долгу. Скажи, как я могу тебя отблагодарить? Не люблю быть должником! – говорит он, предполагая, что капитан сейчас назовёт сумму, в которую оценит спасение.
– Когда –нибудь сочтёмся! – капитан лишь подмигнул Теодору, чем вызвал одновременно гнев и уважение. С одной стороны, ему проще расплатиться сейчас, с другой стороны – неподкупный капитан заслуживает уважения.
Теодор следил за карьерой капитана, каждый год, на день его рождения, отправлял для него небольшой презент. Элегантные ручки известного бренда, элитные сорта вин, сертификаты на посещение своих ресторанов и спа-центров. Когда тот получил звание генерала, презентовал коллекционное оружие. Мужчины любят и ценят такие предметы.
За все эти годы они лично говорили несколько раз. Макс, занимаясь расследованиями важных дел, получал информацию, касающуюся сферы интересов Теодора. Передавал, предупреждал. Они не могли контактировать в открытую, их общение могли трактовать неоднозначно. На разных полюсах они существовали, их интересы противоречили. Макс стоял на защите интересов общества и закона, Теодор заинтересован обойти эти самые закон в целях личного обогащения. Но что -то их объединило после того выстрела, не давало забывать друг о друге. Может, Макс, просчитывая на перёд шаги, знал, что рано или поздно придётся обратиться за помощью к столь могущественному другу.
Теодор поклялся помочь дочери Макса и он это сделает. Он ещё раз перебирает детали своего плана, мысленно советуется с Максом, убеждает себя, что другого выхода нет.
– Здравствуйте, дядя Теодор! – чуть запинаясь произносит Аннушка, которую приглашает в кабинет его личный помощник. – Мне передали, вы хотели со мной поговорить.
– Как ты, Анушка? – смотрит на девушку, слишком бледная и худая, в глазах обречённость. Несколько месяцев назад её взгляд так напугал Теодора, что он нанял самого лучшего психолога, чтобы тот помог ей справиться с горем.
– Спасибо. После общения с психологом мне стало легче! – отвечает Анушка, умолчав, что больше всего ей помог сон, в котором она видела родителей. – Мне кажется, пора возвращаться домой.
После ночной трагедии в доме родителей, Теодор заселяет Анушку в одну из своих засекреченных квартир, где девушка находится под круглосуточной охраной. Прошло почти три месяца, страсти поутихли. Первые недели тема жестокого убийства генерала и его жены взбудоражила общество, новость не сходила с первых полос газет. Интернет разрывало на куски, это была тема номер один в прессе. Досталось и полиции. Общественность возмущалась, что преступники могут зайти в дом, хладнокровно застрелить людей и остаться безнаказанными.
Почем они бездействую? Мы не можем чувствовать себя в безопасности, возмущались люди, требуя тщательного расследования, поиска преступника и предания его суду.
Через две недели в арендованной квартире полиция обнаружила бездыханное тело без признаков насильственной смерти. Рядом бутылка самопальной водки, врачи констатировали смерть от алкогольного отравления. Хозяин арендованной квартиры пояснил, что мужчина снял квартиру на период командировки, оплатил за две недели. В назначенный срок не вышел на связь. Прибывшие сотрудники полиции в сумке мужчины нашли пистолет, результат экспертизы показал, что именно из него производились выстрелы в генерала и его жену. В доме генерала, при осмотре места происшествия, изымались волосы. Как оказалось, идентичны волосам найденного мужчины. В смартфоне нашли фотографии дома генерала , его распорядок дня, он следил за ним некоторое время. Установили его личность, судим, в своё время расследованием его дела занимался Макс. Полиция рапортовала, что личность преступника установлена, собраны доказательства его вины, установлен мотив – месть, личная неприязнь.
Со временем интерес к делу генерала утих, каждый день случаются новые происшествия, катастрофы, разборки, несчастные случаи, падения самолётов. Какое-то время ушлые журналисты пытались выйти на связь с Анушкой, взять эксклюзивное интервью, сулили денежное вознаграждение. Она перестала отвечать на незнакомые номера. Поняв, что здесь ловить нечего, журналисты отстали.
– Об этом я и хотел поговорить с тобой, Ани! Присядь! – указывает на стул, одновременно взглядом приказывает помощнику оставить их наедине.
Анушка внимательно смотрит на Теодора. Высокий, седовласый мужчина лет 60, импозантная внешность. По его разговорам и повадкам понятно, что он привык повелевать.
– Всё это время мои люди занимались поиском психа, того, кто организовал жестокую расправу над твоими родителями! – медленно говорит он.
– Кто он? – спрашивает Анушка. – И почему… – вопрос застревает в горле.
– Некоторое время назад твой отец вывел на чистую воду заворовавшегося чиновника. Тот попался на большой взятке, был арестован, всё имущество конфисковали. В тюрьме он умер. Сердечный приступ. Сердце не выдержало всей шумихи. Его сын решил, что во всём виноват твой отец. И поклялся отмстить, уничтожить семью. Отчасти план своей реализовал…Отчасти, – внимательно смотрит на Анушку, которая судорожно сжимает дрожащие ладони.
– Этот сын, он реальный психопат. У него были проблемы с полицией, судимость за разбойное нападение. Его отец постоянно отмазывал сына, покупал судей, давал взятки следователям. Твой отец знал о существующей угрозе. Этот человек не остановится, пока не добьётся своего.
– Я знаю! – тихо отвечает Анушка, вздрагивает, вспоминая угрозу психа, которую он высказала, когда она, дрожа от страха, пряталась под балконом. Мысленно благодарит бога, что его нашли. Она чувствовала неимоверное облегчение, когда в прессе появилась информация, что убийца найден.
– Твой отец успел нажать кнопку экстренного вызова полиции и одновременно позвонить мне. По чистой случайности я проезжал мимо, оказался на месте быстро. Но, увы, поздно…– он замолкает. – У меня имеется крупное детективное агентство. Они занимаются поиском психа. Тот как в воду канул. Слишком хитёр. И мои люди его ищут, пока безрезультатно. Мы его найдём, можешь не сомневаться, но на это требуется время, – он замолкает.
– Найдёте? Но разве его тело не обнаружили на арендованной квартире? – восклицает девушка, её глаза расширяются от испуга.– Я думала, мне больше ничего не грозит.
– Грозит! Псих слишком хитёр, я с самого начала не верил в его смерть. Это не он, Анушка. Обнаружили тело его соучастника, которого он специально выставил убийцей. Хитро всё подстроил. Полиция радостно рапортовала, что дело раскрыто, а так как преступник умер, дело закрыло.
– Но как же так? – Анушка непонимающе устилалась на собеседника. – Я же давала показания, что их было двое. Второго, получается, не нашли и искать не будут? Псих на свободе.
Дрожь проходит по телу Анушки. Как ей жить с леденящим душу страхом, как справиться?
Глава 6
– У меня в полиции свои осведомители. Ты знаешь, какой резонанс поднялся после трагедии? —Теодор выразительно смотрит на Анушку. —Полиции не нужен «глухарь», так называют нераскрытое преступление. По собственным канала, у меня имеются в криминальных структурах свои люди, нам вот что удалось выяснить. Псих был не один, на «мокрое» дело он взял соучастника, обещал ему деньги. Сманил большим вознаграждением только для того, чтобы было на кого свалить убийство. Псих умён и хитёр. На месте преступления он оставил следы своего соучастника, его волосы, капли крови. Затем, на квартире, отравил его палёным алкоголем, не забыв скопировать в его телефон фотографии. Полиция обнаружила тело соучастника, доказательства его вины имеются. Радостно потирают руки, рапортуют раскрытии преступления.
– Но я же говорила, что их двое! – тупо повторяет Анушка, пытаясь сознать услышанную информацию. – Когда меня допрашивали, она так настойчиво просили этот момент уточнить, несколько раз переспрашивали.
– Мой осведомитель в полиции сказал, что к этой информации отнеслись критически. На месте преступления обнаружены следы одного человека. Ты не смогла описать ни одного из них, ни первого, ни второго. Ты их не видела, только слышала. Полиция нашла какого-то свидетеля, который общался с подозреваемым. Тот дал показания, что подозреваемый имел привычку разговаривать сам с собой, находился на излечении в психиатрической больнице, периодически ему слышались «голоса», с которыми он общался. Полиция делает вывод, что преступник разговаривал сам с собой. А тебе, в состоянии стресса и шока, показалось, что их двое! – Теодор замолкает на несколько минут, словно предоставляя девушке «переварить» информацию. – Психа никто искать не станет, он, получается, как будто ни при делах. Вот такой у него коварный план. На полицию не надейся. Мои люди практически вышли на него, но он выскользнул. По нашим сведениям, уехал за границу, залёг на дно. До поры, до времени, разумеется. Он же до конца не довёл своё дело.
Анушке кажется, что в комнате внезапно похолодело, она невольно ёжится.
– А если вы расскажите всё это полиции? Они разве не смогут заняться делом по вновь открывшимся обстоятельствам?
– Хм – горько ухмыляется Теодор. – Они посчитают это вымыслом и бредом. У них есть виновный, имеются доказательства его вины. Полицейское начальство не заинтересовано глубоко копаться в этом деле. Они свои бонусы за раскрытие громкого дела получили. Без вариантов! – Теодор отрицательно качает головой. – Ну, если только сам псих явится напишет явку с повинной. На самом деле, это я, всё разработал, продумал, судите меня. Сама понимаешь, это на грани фантастики. Так что Анушка, твоя безопасность в моих руках! – складывает ладони, Анушка обращает внимание на затейливый перстень, со вставкой из чёрного, драгоценного камня.
– И что мне теперь делать? – беспомощно спрашивает она. – Жить в страхе?
– Вот об этом я хотел с тобой поговорить! Я долго думал, как тебе помочь. И выполнить наказ твоего отца. Знаешь, так крутил, и эдак. Единственный вариант – это фиктивный брак.
– Фиктивный брак? – Анушка непонимающе уставилась на своего собеседника. – Это как?
– А вот так, как есть. Мы заключаем с тобой брак, без намерения создать настоящие супружеские отношения. Фиктивные браки заключают не ради того, чтобы создать семью, жить вместе и растить детей, а с целью получить выгоду и преимущества. В нашем случае, как говорит народная мудрость, и волки сыты, и овцы целы.
– Я не понимаю! – Анушка качает головой. В голове какая-то каша.
– А что тут понимать? – Теодор пожимает плечами. – Моя семья очень влиятельная и обеспеченная. Будучи моей женой, у тебя появятся все привилегии моей жены. Охранять тебя будут лучше, чем самого президента. Будешь проживать в моей резиденции, в которую никакая мышь не проскочит. В твоей жизни особо ничего не поменяется, продолжаешь учёбу, получаешь образование, попутно пользуешься всеми возможностями, которые тебе даёт статус жены. Кроме нас с тобой, никто не будет знать о фиктивности нашего брака. Конечно, на разных мероприятиях, тебе иногда придётся выполнять обязанности жены.
– Но…но…как…, – от растерянности Аннушка не может собраться с мыслями. – Если вы хотите исполнить клятву, данную моему отцу, почему бы, при ваших возможностях, просто не организовать мне охрану?
– Хм, здесь два аспекта. Во-первых, это не так просто сделать. Как ты себе это представляешь? Поставить охранника у дверей твоей квартиры? Пусть круглосуточно «стоит»? – вопросительно смотрит на неё. – Псих ни перед чем не остановится, такой охранник для него не проблема, лёгкая мишень. Второй аспект, в большей части касается приличий. Ты хочешь, чтобы у тебя появилась репутация содержанки? Все станут считать, что ты моя любовница. Твоя репутация будет подмочена, я этого не хочу. Представь, как будут презрительно о тебе отзываться, говорить, что ради денег «легла под старика». Какая у нас тобой разница, лет тридцать?
– Наверное! – Анушка пожимает плечами, у неё язык не поворачивается спросить, а сколько вам лет. Для неё он «старый»! Нет, в прямом смысле слова, стариком называть его нельзя, песок ещё не сыпется. Он не обрюзгший, лысеющий старикан. Теодор в прекрасной форме, видно, что уделяет большое внимание собственной внешности, всегда элегантно и дорого одет. Они же будут выглядеть как папа с дочкой. Кажется, её папа моложе Теодора. Анушка не знает что сказать. Вскочить, активно протестовать, но что во взгляде Теодора мешает это сделать. Какая-то властность, беспрекословность, со своими протестами она будет выглядеть как капризный ребёнок. Она вглядывается в его черты, благородное, «породистое» лицо, так говорят о такой классической внешности, поколение знати и аристократии. В молодости, наверное, столько девичьих сердец разбил. – Мне кажется, всё это неправильно.
– Что «неправильно»? – глаза Теодора сужаются. – У тебя имеется жених, любимый человек?
– Нет, то есть да! – перед глазами встаёт красивое лицо Фила. Она могла бы быть его официальной девушкой. «Бы, бы», в её жизни всё могло бы быть по-другому. Но жизнь повернулась по самому худшему сценарию. После трагедии она не встречалась с Филом, не разговаривала. Анушка сменила симку, она не хочет ни с кем общаться из той, прошлой, «счастливой» жизни. Слишком больно. Выслушивать соболезнования, благодарить, ловить сочувственные взгляды, нет, она к этому пока готова. Надеется, что после окончания каникул, когда возобновятся занятия в университете, боль немного утихнет.
– Впрочем, Анушка, это не важно! – произносит решительно Теодор. – Я принял решение, оно не обсуждается. Мы зарегистрируем брак, исключительно ради твоего блага и твоей безопасности. Стоп! – поднимает руку, когда девушка пытается протестовать! – Вспомни, что ты обещала своему отцу? Ну…? – требует он. – Говори, говори.
– Я обещала слушаться вас!
– Не только обещала. Ты поклялась! Ты хочешь нарушить клятву, данную умершему человеку? – громким, обвиняющим тоном произносит Теодор. – Так ты готова нарушить клятву?
– Я думаю, существует другой вариант ..эээ…решения проблемы! – лепечет Анушка. – Если немного подумать.
– Ещё раз повторяю. Это фиктивный брак. Как только мои люди выйдут на след психа и ликвидируют его, мы немедленно разводимся. Это я тебе обещаю. Ты будешь свободна. Только после того, как твоей безопасности никто и ничто не будет угрожать.
– Зачем вам это? – восклицает Анушка.
– Во-первых, я намерен выполнить клятву, данную твоему отцу! – Теодор терпеливо объясняет, но по его лицу заметно, что терпение иссякает. – Не буду скрывать, брак с тобой пойдёт мне на пользу. Я недавно развёлся. Мне требуется жена для исполнения обязанностей хозяйки дома, сопровождения меня на различные приёмы. Ты отличный вариант. Такая красивая девушка, все мужчины мне станут завидовать! – лёгкая улыбка появляется на губах. – Скажут, у Теодора имеется ещё порох в пороховницах. Мне нужна такая жена, как ты, тактичная, романтичная, нежная, красивая, молодая, ты получила хорошее воспитание и образование. Да и «охотницы» за статусными мужчинами поумерят свой пыл. Я честен с тобой, Анушка, как с собственно дочерью. Кстати, моя дочь – твоя ровесница. Надеюсь, вы найдёте общий язык, станете вместе проводить время. Так, всё, вопрос решён. Обсуждения закрыты.
– Но…
– Никаких «но»! – беспрекословно произносит Теодор. – Я не советовался с тобой, я поставил тебя перед фактом. На следующей неделе состоится регистрация брака, вопрос улажен, дата определена! – он говорит, одновременно нажимает на невидимую кнопку.
В ту же минуту в кабинете появляется помощник.
– Проводи Анушку в её комнату! – приказывает он, давая понять, что разговор закончен.
– Пойдёмте! – к девушке вежливо обращается помощник.
Теодор встаёт, его лицо замыкается, Анушка понимает, что все разговоры бесполезны. Перед ней тот человек, который привык делать всё по-своему. Его уверенность непоколебима.
Анушка ходит из угла в угол по роскошной комнате, куда её проводил обходительный помощник. Она мечется, как львица в клетке. Ей хочется немедленно выбежать из этого дома, оказаться свободной птицей, жить не в этой золотой клетке. Но страх оказывается сильнее. Где-то там, на свободе, её ждёт псих. Он мечтает к ней подобраться, расправиться с ней так же, как с её родителями.
Чутьё подсказывает Анушке, Теодор не из тех, кому можно противоречить. В глубине души она понимает, никто её насильно к алтарю не поведёт. При регистрации брака она может сказать «Нет»!
«Анушка, никогда не принимай решения на эмоциях, – всплывают в голове слова отца. Тогда они получаются необдуманными, а значит, скоропалительными, незрелыми. И часто бывают ошибочными, а может, и всегда! Последствия таковых решений могут быть весьма печальными Решения нужно принимать на "холодную голову", для начала следует абстрагироваться, посмотреть на ситуацию со всех сторон и задать вопрос: «Что сейчас происходит?» В жизни чаще всего выбор стоит в решении – «да» или «нет». Но чтобы выбрать из двух одно, нужно подумать. Какие последствия будут в том и другом случае, а также в случае бездействия? Учись думать на несколько шагов вперёд. Представляй в голове цепочку действий, которые произойдут после, до того как что- то сделаешь.
Анушка знает, когда человек перегружен эмоционально, у него отключается логика и трезвое мышление. Не зря говорят, лучше переждать, с проблемой нужно переспать. Днём осмыслить и расставить все точки над i. Ночью в спокойном состоянии мозг еще раз прокрутит ситуацию, проанализирует всё очень тщательно,
Если она категорически откажется от предложения, что её ждёт? Она лишится защиты Теодора. На полицию можно не рассчитывать. �