Вкус Ночи

ПРОЛОГ

3 января 2095 год

Вкус ночи — сладок и жесток, но жажда бесконечности слишком притягательна. Кто бы не хотел навечно остаться красивым и молодым? Ощущать себя повелителем, а не загнанной в угол жертвой. Сила, власть, деньги — перевешивают здравый смысл, подталкивая в клетку к хищнику. Первые нотки «удовольствия» ты испытываешь незамедлительно, постигаешь, нового себя дозировано. Чувствуешь, как тело пронизывает непрекращающаяся боль, ломающая все рёбра разом, кровь в твоих венах закипает, настойчиво стремясь сжечь изнутри. Лихорадка неизбежно становится наилучшим другом и основным проводником в тёмный и жестокий, но такой заманчивый мир. Ты больше не принадлежишь собственной душе, да и в её наличие сомневаешься.

Но боль не может быть вечным попутчиком, рано или поздно придётся переломить себя и распахнуть глаза, принимая дальнейшую участь. Прошедшим первую фазу никто не рассказывает, что будет происходить дальше, не обучают жить в новой шкуре. Ты становишься заложником, либо беспрекословно повинуешься зову, взамен обретая бессмертие, либо, твою тело становится врагом, кровь густеет, внутри запускается необратимый процесс, нарушается кислотно-щелочной баланс, нарушение тканей внутренних органов наступает через четверть часа, мир вокруг схлапывается и ты скоропостижно умираешь, становясь ещё одним забытым игроком. Смерть не принесёт ничего, кроме сырой земли, не стоит строить объективных иллюзий на этот повод. Смерть — это всегда только смерть. Но и ее можно обмануть, принимая условия игры.

Сделав безвозвратный шаг в кровавую бездну, ты медленно погружаешься в чёрные воды своего сознания, вторгаешься в новый, неизвестный мир, имеющий свои законы и социальную иерархию. Отныне, Ты высшее существо. Монстр, заключённый в теле человека, кровожадный и безжалостный. Тогда и лишь только тогда наступает второй этап.

Багрово-красное солнце поднимающиеся каждый раз над горизонтом, больше не будет радовать глаз, крепкий алкоголь перестанет опьянять, самые изысканные блюда — никогда не насытят. Человеческие эмоции и чувства больше не панацея, они не нужны, их можно отбросить в дальний угол сознания. Перед тобой тысячи дорог, но история всегда одна. Все, кого ты когда-то знал — в настоящее время враги или жертвы. Отныне и навсегда ты заложник вкуса ночи.

Зов крови сходен с ломкой отчаявшегося наркомана, не примешь дозу — умрёшь в страшных мучениях. Первое убийство неизбежно произойдёт, как бы сильно ты ни силился оставаться человеком, как бы долго не оттягивал процесс заменяя «пропитание» — убийство непременно случится. С этим нельзя смириться, это невозможно игнорировать. Это всегда будет сильнее тебя. Ты хищник, а хищникам требуется горячая кровь.

Бессмертие одновременно опьяняет и уничтожает. Мимо тебя проносится все время мира, сменяются религии, уходят в историю народы, проходят войны и победы. Ты испытаешь эйфорию, но бесконечность рано или поздно пресыщается.

И наступает третий этап.

Ты заложник вечности в теле молодого героя своего времени, что дает подсказки людям, ты выстраиваешь города, ведешь политические игры, играешь со смертью, каждый раз обгоняя её на дальние дистанции. Но настает момент, когда смерть оказывается единственным спасением, ведь все, кого ты любил, будут похоронены.

Так живут вампиры. Так, уже долгие годы живу я. Но всё оказалось бы проще, не будь на моей руке метки Аканита.

Глава 1 — Крики моего прошлого. 2015 год

«Худшим кошмаром в моей жизни стал тот день, когда я встретила самого лучшего мужчину».

Катрин Ориндейл

Новый Орлеан — город, покрытый нескончаемым мраком и беспощадными тайнами. Он легко принимает в свои бездонные объятия тысячи туристов, но тёмные секреты раскрывает лишь единицам. Говорят, его построили могущественные вампиры. У города многотысячная история, испещрённая трагедиями и кровавыми войнами, но здесь же пробуждаются настоящие чудеса, ибо нет красочнее и колоритнее места во всех Соединённых Штатах Америки.

Здесь живёт дух далёкого прошлого. Французский и Испанский национальный колорит пропитывает каждую извилистую улочку, наполняя их великолепными шедеврами архитектуры. Город – полумесяц стал родиной великих людей, воскресил сотни городских легенд, что выливались в красочные карнавалы. Это поистине то самое место, где можно начать строить новую историю.

Я переселилась сюда лишь два месяца назад, родители неожиданно погибли, и пришлось убраться из родного города, чтобы избежать жалостливых взглядов в свой адрес. Хотелось всё изменить, вырвать и сжечь испорченные страницы жизни, чтобы вдохнуть полной грудью. Наверное, ещё полгода назад я и думать не могла о том, чтобы связать свою судьбу с юридическим, но так сложились обстоятельства и город принял меня...

— Ты там мемуары, что ли, пишешь? — Саша высунулась из-за плеча, надувая розовый пузырь из жевательной резинки, в нос ударил приторный аромат спелой малины.

— Да так, решила заняться конспектом по истории города, — я свернула файл и закрыла ноутбук, обклеенный стикерами с котиками, разворачиваясь к подруге.

Саша уже сидела на кровати, покачивая ногами и разглядывая что-то в телефоне. Чёрные волосы закрыли половину лица, а не пропорциональная фигура сгорбилась, становясь похожей на фонарный столб, печально склоняющийся к земле.

— Надо выбрать платье на вечеринку, — протянула она, водя пальцем по смартфону.

— Я купила ещё на той неделе, когда гуляла с Эмбер.

— Так, друзей и теряют.

— Не неси ерунду, Саша, — я резко поднялась и распахнула дверцы деревянного шкафа, вынимая на свет длинное чёрное платье с полностью открытой спиной.

— Воу — воу, а кошечка, то решила развлечься! — подруга прикоснулась к невесомой ткани, склоняя голову набок, зелёные глаза сверкнули, задумывая что-то явно недоброе. — Предлагаю сегодня оторваться по полной!

Звучало и вправду как хороший план. Мне не помещает отдых, сложившиеся проблемы с учёбой и работой отнимали все силы, и предстоящий карнавал, наконец, должен был встряхнуть как следует. Так, наверное, было заведено у всех людей, надеяться, что предстоящий праздник поможет просто стереть проблему с пути хотя бы на какое-то время, чтобы позволить надышаться вдоволь.

До вечера оставалось чуть больше пары часов и стоило постараться успеть занять душ, расположенный на третьем этаже общежития первой. Я схватила малиновое полотенце, швырнув вечернее платье в Сашу, и бросилась в коридор, слыша за спиной заразительный смех подруги. Общажная жизнь не сразу, но полюбилась, здесь можно было забыть о том, кем ты была когда-то. Всё писалось с чистого листа. Новые знакомства, враги, занятия. Закрыться от мира в комнате, которую приходится делить с сумасшедшей девчонкой почти невозможно, и скорбь, что липким слоем, ложилась на мои плечи, отходила на задний план, позволяя научиться дышать заново.

Спустя час я стояла в дверях полностью собранная и торопила Сашу, намазывающую очередной слой красной помады на пухлые губы. Такси уже дожидалось нас внизу, и с каждой минутой счёт на моей карте становился меньше и меньше от нерасторопности подруги. Но, говорят, сегодня особый вечер и, вероятно, боги оказались на моей стороне, ибо через десять минут мы всё-таки сели в поданный автомобиль, отправляясь на самый знаменитый карнавал мира — Марди Гра.

Карнавал считался христианским празднованием, в той или иной мере он являлся некой прелюдией к сорокадневному посту и покаянию между пепельной средой и пасхальным воскресеньем. Посмотреть на столь невероятное мероприятие — в город стекаются тысячи туристов ежегодно, когда-то я тоже была в их числе и словно чокнутая во все глаза смотрела на раскрашенные лица людей, танцующих на улице. По легендам, идею с передвижными платформами, раскрашенными в эффектные краски в Орлеан, принесло тайное аристократическое общество, являющиеся настоящими вампирами, а такие слухи, естественно, привлекают ещё больше любопытных туристов, жаждущих окунуться в мистическую завесу древнего города.

— Ты выглядишь как идиотка в чёрном, — буркнула Саша, вытягивая меня за руку из такси в океан ярких красок и золотых огней.

— Думала, Марди Гра – это место, где не стоит бояться себя настоящего, — я достала из сумочки чёрную маску и приложила к лицу. — Пока я в маске, можно забыть о любых различиях.

Саша усмехнулась, но препираться не стала, ведомая желанием поскорее очутиться в самой гуще событий.

Французский квартал погрузился в настоящую магию. Неповторимый джаз доносился до слуха с каждой стороны, затягивая в фантастическую сказку, а от мерцания огней и многочисленных украшений резало глаза. По центральной улице квартала уже двинулось праздничное шествие с платформами, и гудящая многотысячная толпа бросилась сопровождать танцующих людей. Со стороны парка в нашу сторону устремились туристы, успевшие на фотографировать необыкновенный музыкальный фонтан с фиолетовой водой, переливающейся в мерцание спрятанных в железобетонной конструкции ламп.

В последний момент я смогла, выдернула Сашу из толпы, впечатавшись в стену жилого дома, и то ли, дух празднества захватил моё сердце, то ли удар оказался сильнее, чем выглядело на самом деле, но в голове что-то щёлкнуло и в следующее мгновение, уже я волочила одногруппницу прямо в движущуюся процессию, медленно вышагивающую по колотой брусчатке.

Оголённые девушки в ярко-оранжевых страусовых перьях, поравнялись с нами, и благоухание апельсинов закутало меня с головой. Танцовщица протянула нам бутылку открытого бурбона, и Саша уцепилась за неё как сумасшедшая, виляя бёдрами в такт музыке. Бурбон – Стрит обычно спокойная улочка, превратилась в ослепительного змея, что грохотал музыкой и криками, медленно расползаясь по всему кварталу.

— Идём! Вон там, королевская платформа! — прокричала Саша, силясь утянуть меня дальше. Сопротивляться не было сил, и мы словно рыбы погрузились в толпу, уносясь на её волнах вперёд к яркой, украшенной лиловыми павлиньими перьями платформе.

Король сидел на украшенном глянцевитыми камнями престоле, рядом пустовал ещё один. Возбуждённая толпа обезумевших девушек вышагивала по бокам, стремясь урвать что-то с платформы на память, а самые безбашенные каких, к слову, было больше, и вовсе снимали футболки и оголяли грудь, выкрикивая имя Короля.

— Мы должны обратить на себя внимание, Кет! — Саша потянулась к левому борту платформы, и я в последней момент успела схватить её за локоть.

— Долбанулась? Он не увидит нас! — зашипела я, впиваясь в локоть подруги ногтями.

— Плевать, я заберусь на платформу!

Она изворотливо оттолкнула меня и протиснулась прямо к борту, закатив глаза, я сделала внушительный глоток бурбона прямо из горлышка и устремилась в поток сумасшедших девушек в надежде вытянуть свою идиотку из толпы.

Ночь уже полностью погрузила Новый Орлеан в свои лапы, совершенная луна сияла небесно-голубым, отражаясь в тёмных стёклах домов. Я не заметила, как подруга стянула с себя верхнюю одежду и уже размахивала внушительным бюстом на всеобщее обозрение, картина вызывала раздражение и хотелось прибить её на месте, но воодушевлённая толпа не позволяла даже подобраться.

Непонятно как, но я оказалась зажата между левым бортом медленно двигающейся платформы и безумной толпой. Алкоголь ударил в голову, и ноги отказывались держаться, я ухватилась за металлическую ручку, выглядывающую из неоновых перьев, но и это не спасло, уже в следующую секунду, полуголые девушки ринулись на меня, прижимая сильнее. На мгновение мир вокруг померк, блеснула одинокая луна, и я закрыла глаза, приготовившись к буйным ударам оравы ног, что грозились немедленно задавить очередную соперницу.

Но ударов не последовало. Пальцы, вцепившиеся в наружную ручку, оказались в ледяных лапах мужчины, что тянул меня наверх. На платформу! Потребовалось пара секунд, чтобы понять, что спасителем оказался избранный в прошлом году этой же толпой король. Его чёрный костюм выделялся на фоне живописной платформы, но почти десяток разноцветных бус всё-таки красовались на атлетической шее и выглядели максимально смешно. Сквозь прорези золотой маски блеснули зелёные глаза, настолько совершенные, что, казалось, моргну и захлебнусь в болотной тине.

— Ты как там оказалась, чёрт возьми? Эй? Ты в порядке вообще? — незнакомец продолжал трясти за плечи, удерживая на краю почти пятиметровой платформы.

— Как... Как ты поднял меня?

— О да! Сейчас же это самое важное! Радуйся, будешь моей королевой, всё лучше, чем эти, — он обвёл верещащую толпу руками, и я заметила взгляд обнажённой Саши, что непонимающе таращилась на меня с тротуара. — Повторяю, ты как вообще тут оказалась? Не похожа на чокнутую вроде.

— Подругу хотела вытащить из толпы, но попала в ловушку.

Я пожала плечами, мужчина тоже. Он галантно указал на почётное место рядом с собой и протянул связку стеклянных бус, валяющихся у трона.

— Давай, а то эти дамы меня сведут с ума, сейчас подуспокоятся и подруга твоя, кстати, тоже.

Поняв, что выбраться с платформы теперь просто нереально, пока она не доберётся до центрального парка, я глупо улыбнулась, поправляя завязки маски и нацепив дурацкие бусы на шею, устроилась на гипсокартонном троне. Оказаться здесь мечтала каждая, но судьба вручила билет мне, девчонке, что просто хотела расслабиться.

— Ты не вписываешься в колорит праздника, — усмехаясь, проговорил спаситель, указывая на моё платье.

— На себя посмотри, кто вообще на карнавал одевает фрак?

— Меня зовут Кристофер, ну это так, если тебе интересно.

Я зыркнула самым злобным взглядом, но встретилась с его омутами и, глубоко втянув воздух, протянула руку для рукопожатия.

— Катрин, но если запомнить сложно, зови меня Королева.

Шутку он оценил, улыбка растеклась по бледному лицу, приподнимая маску с чёрными перьями по краям. Крис потянулся куда-то за трон и, вытянув бутылку шампанского, с лёгкостью ударил по донышку, запуская пробку высоко в небо.

— Давай праздновать, Королева.

Знала ли я, что Жирный вторник принесёт мне столько ярких приключений? Конечно, нет, но ночь продолжалась, а собеседник из Короля оказался весьма неплохой, и когда платформа достигла центральной площади, где разрывались громовые салюты, Крис протянул мне кокосовый орех.

— Бросай уже эту штуковину и давай убираться отсюда.

Мы вместе рассмеялись, и я швырнула орех так далеко, как смогла, услышав визг девчонки, поймавшей джек под, мы осторожно спустились с остановившейся платформы и двинулись сквозь толпу в более тихую часть парка, где стояли уличные музыканты и брызжущие фонтаны. Голову кружило от выпитого, казалось, джаз разливался по моим венам, заражая своей невероятной атмосферой магии. Крис не сбежал, мы вместе сидели на скамейке, продолжая светскую беседу, пока не появились ещё двое — парень и девушка.

— Кристофер Блейк, тебя же на секунду нельзя оставить! Мы же договорились встретиться после процессии у бара! — голос визгливой блондинки противно щекотал нервы, хотелось встать и уйти, но Крис уверенно сжал мою ладонь.

— Кейтлин, мы просто хотели отдохнуть, знакомься, моя Королева Катрин, — он рассмеялся, смотря мне прямо в глаза. — Кет, это моя сестра и её парень Брок.

Девушка быстро успокоилась, окинула меня затяжным взглядом, а потом указала рукой куда-то в сторону фонтана.

— Идёмте к Ричарду в бар, до рассвета ещё далеко, стоит оторваться перед нашим... — она замялась, смотря на брата в упор, и Крис продолжил за неё.

— Перед отъездом. Кейт и Брок уезжают на рассвете в Рио.

Что-то в его словах уже тогда показалось мне странным, но отпускать ледяную руку совершенно не хотелось, да и найти Сашу в толпе выпивших туристов и студентов выглядело чем-то нереальным. Повиновавшись инстинкту, я последовала за новыми знакомыми, в надежде, что не пожалею об этом, или пожалею после. Главное, что именно в данный момент я хотела этого, а уж время обязательно покажет, какой же путь был верным.

Бар у Ричарда я знала хорошо. Мы часто отдыхали здесь с группой. Атмосфера заставляла кровь стынуть в жилах, но это лишь декорации для туристов. Старик Рич получал отличные деньги, привлекая гостей города историями про вампиров, от этого и стены украшали страшные картины с благочестивыми клыкастыми монстрами в дорогих королевских одеждах, а в меню имелся интересный коктейль, что подавался в пакете от донорской крови.

— Так ты не местная? — спросила Кейт, устраиваясь с бокалом вина напротив меня.

— Нет, приехала учиться, но собираюсь остаться здесь и после.

— Я тоже учился здесь, на журналиста, — сказал Брок, протягивая мне стакан с виски.

— Как ты очутилась на платформе? Непохожа ты на долбанных фанаток.

— Поверь, Кейт, я сказал ей то же самое, когда вытянул из толпы.

Кровь прильнула к щекам, такого стыда я давно не испытывала, но уже понимала, что это станет темой всех разговоров в общежитие, и оставалось только смириться и рассказать, как, чёрт возьми, я оказалась в той толпе раздетых и безумных девушек.

Рассвет дребезжал где-то за горизонтом, когда мы выбрались из бара, громко смеясь. Расставаться чертовски не хотелось, и когда Брок и Кейтлин, бросив нам на прощание пару слов, скрылись за углом, у меня появилось желание пустить корни в брусчатку под ногами, только бы не двигаться с места. Крис тоже не торопился, холодные пальцы прошлись по моей щеке и скользнули на открытое плечо, вызывая табун мурашек.

— Не хочу, чтобы ночь заканчивалась... — как заворожённая выдохнула я, глядя в прорези его маски.

— Я тоже...

Дальнейшие слова были лишними, я, кажется, и вовсе лишилась дара речи, стоило его губам коснуться моих. Тысячи красочных фейерверков взорвались в голове от выброса серотонина в кровь. Мы, наверное, сами не поняли, как, взявшись за руки, бежим по всё ещё живым улицам Французского квартала.

— Ты здесь живёшь?

Мы остановились у старого поместья губернатора, что сохранилось почти в идеальном состоянии, и украшало центр квартала балконами с фиалковыми лилиями и гирляндами золотых огней. Крис не ответил и лишь толкнул тяжёлые, кованые ворота, ведущие во внутренний двор. Здесь растений становилось больше, широколистные вьюны оплетали высокие рифлёные колонны и уходили на металлические решётки балконов на втором этаже. Дом представлял собой идеальный квадрат с огромным внутренним двором под открытым небом, но красоту места омрачали белые простыни, брошенные на уличную мебель, и мёртвый фантан в центре, что нещадно покрывался плесенью и мхом.

— Выглядит, заброшено.

— Я недавно вернулся в город, не обращай внимания на это.

Ему хотелось верить безропотно, сердце замирало от мягкого голоса, и ноги сами шли следом, поднимаясь по широкой лестнице в одну из многочисленных комнат. Здесь убранство выглядело куда живее, на столетнем комоде из красного дерева красовались бутылки дорого алкоголя, почти гигантская кровать, заправленная шелковыми простынями, укрывалась от любопытных глаз высоким балдахином с резными колоннами и красными бархатными шторами. Солнечный свет, что, уже пробивался сквозь приоткрытую портьеру, ласково пробегался по золочёным рамам, изображающим животных в лесу, но любоваться красотой долго не выходило. Руки Криса уже шарили по спине, разыскивая ненавистный замочек платья, что никак не собирался поддаваться.

Мы вместе рухнули на кровать, потерянные во времени и до дрожи возбуждённые. Платье трещало по швам, мои руки уже расстёгивали ремень его брюк, а губы нагло покрывали мужскую грудь поцелуями, поднимая волну страсти в обоих.

Дорогое платье полетело прочь, как и его костюм. Дрожащие пальцы водили по телу, оставляя дорожки поцелуев, в голове враз растворились все мысли, сохраняя лишь желание поскорее оказаться с ним одним целым.

Мои стоны разлетались по спальне эхом, когда Крис оказался внутри. Все краски мира потухли, становясь чёрным пятном, обрамляющим его холодную кожу. Губы, жадные до поцелуев раз за разом оставляли красные следы на теле. Позы менялись под воображаемую музыку, что связывала нас двоих плотной нитью, не позволяя оторваться друг от друга.

В какой-то момент я почувствовала вкус крови на своих губах, металлический и неприятный, но ощущение сразу исчезло, стоило Крису вновь впиться горячим поцелуем, заставляя меня прогибаться в спине.

Время переставало существовать, и я не помнила, когда мы откинулись на подушки и забылись крепким сном, но следующий день застал меня лишь вечером. Открывать глаза было невыносимо больно, словно свет уходящего солнца становился мерзким врагом, жаждущим вырвать меня из лап мягких простыней. Поняв, наконец, что лежу одна, я резко вскочила, оглядывая знакомую комнату беглым взглядом. Ночью я не разглядывала особо детали, но сегодня казалось, что она и вовсе не жилая. Комод и кресло в углу покрывали белые простыни, шторы подвязаны золочёными лентами, а картины на стенах изнывали под толстым слоем пыли.

Я потянулась, отчего резкая боль в плече и шее пронзила тело, жалкий писк разнёсся по пустой комнате эхом. В двери тут же постучали, темнокожая девушка с кудрявыми волосами, затянутыми в высокий хвост, скользнула в спальню со стопкой одежды.

— Доброе утро, Мисс Катрин.

— Доброе, ты, не подскажешь, где Крис?

Она положила одежду на кровать, и, порывшись в глубоких карманах чёрного фартука, протянула мне записку, безжалостно вырванную из старого блокнота с пожелтевшими листами.

— Мистер Кристоф просил передать вам послание, и, ваше платье, оказалось испорченным, Кристоф лично оставил для вас комплект одежды.

Она не дожидалась моего ответа и моментально скрылась за массивной дверью. Липкое чувство окутало плечи и, развернув записку, я пробежалась по ней глазами.

«Прости, это была прекрасная ночь, которую забыть я буду не в силах. Но те, кто живёт в ночи, вынуждены бежать от фиалковых глаз».

Пару строчек вызвали во мне больше боли, чем всё прошлое вместе взятое. В голове не укладывались события, случившиеся за последние сутки, и, выбросить из памяти встречу с человеком, который за одну ночь стал ближе лучших друзей, теперь казалось невозможным. Словно нить, которая оборвалась во мне со смертью родителей, засияла вновь рядом с ним, и также безжалостно была разорвана человеком, сбежавшим под утро.

Пребывая в шоке, я сползла с кровати и трясущимися руками развернула стопку, где оказалось белоснежное платье и коробочка, обклеенная бархатом.

— Нет, может, это сон...

Я открыла шкатулку и вытянула золотую цепочку с кулоном в золотой оправе, фиолетовый камень сверкал, отражая мои красные глаза, из которых уже струились слёзы, смывая вчерашний макияж. Горничная зашла спустя две минуты и, увидев жалкое зрелище в моём лице, лишь, покачала головой, усаживаясь рядом.

— Ему нужно было уехать, Мисс, он никогда не остаётся здесь надолго. Раз в году, ровно после карнавала мистер Кристоф с сестрой покидают Новый Орлеан, но если вам так будет легче, вы первая, кто оказался в этом доме.

Её голос звучал приятно, словно мама рассказывала мне в детстве сказку. Больно было, но если ты не в силах изменить ситуацию, то и убиваться нет смысла. Нельзя изменить то, что не находится в твоих руках. Меня ждал университет и общежитие, а таинственная встреча с Кристофером, так и останется глупой сказкой о незнакомце, что украл моё сердце за одну ночь.

Глава 2 — Шагая по лезвию. 2020 год

«Бесконечная жизнь — проклятие. Прошлое всегда догоняет тебя, если не хватило сил его отпустить».

Кристофер Блейк

Возвращаясь в прошлое, всегда хочется стереть себе память, чтобы не знать причины предыдущего побега, ибо помнить слишком тяжело, носить в себе боль невероятно сложно, но долг всегда был превыше всего, и вот я вновь на пороге Вечного города Проклятых. Новый Орлеан встречал меня красочными улицами, украшенными к предстоящему Марди Гра, что взывал к воспоминаниям о моём поступке тогда. Спустя пять лет, да в толпе тысяч туристов я не надеялся, что судьба может столкнуть меня со взбалмошной брюнеткой, что однажды оказалась в моих руках. Но Кейт не уставала подшучивать, с того момента, как мы переступили черту въезда в город.

— Ну ты только послушай, а если вы вновь там столкнётесь? — не унималась она, сворачивая в сторону Французского квартала.

— Значит, придётся вновь стереть ей память. Это не проблема, сестра, я скажу больше, лучше будет, если мы найдём её и сделаем это заранее, на этот раз нам придётся задержаться, и я не хочу...

— Впутывать девчонку в наши проблемы? Раньше ты был более хладнокровен, — она усмехнулась, выжимая педаль газа, но слова её впились в мозг, порождая никому не нужные мысли. Это могло стать проблемой. Я должен был стереть её воспоминания ещё тогда, но кто же знал, что мы вновь вернёмся... Домой.

Особняк молчаливо ждал своих вечных хозяев, наблюдая за проносящимися мимо жизнями людей, блуждающих по улицам квартала. Нас уже встречала Франческа, развалившись в плетёном кресле на территории открытого двора. Всё изменилось с последнего визита. Заросли плюща, теперь пленили весь дворик, опутав не только балконы, но и каменные стены, возведённые в прошлом столетие. Старинная уличная мебель, вероятно, отправилась на помойку, не выдержав воздействия времени, и теперь была заменена новенькими столами и креслами из всё ещё ароматной лозы. Каменный фонтан, казалось, застывший навечно, теперь тоже работал, разносясь шумом воды.

— Добро пожаловать домой Кристофер и Кейтлин Блейк, стены вашего дома заждались.

Франческа любезно развела руки в стороны, пропуская нас с сестрой в чертоги нашей памяти.

— Ох, ну и дорога выдалась, знаешь ли, я бы не отказалась от еды! — воскликнула Кейт, падая в кресло.

— Можно организовать, для приведения дома в порядок, я наняла десяток домработниц, — растянувшись в улыбке, проговорила Франческа. — И про тебя не забыла, холодильники заполнены лучшими пакетами всех резусов.

Я закатил глаза, опускаясь в кресло. Франческа изменилась за прошедшие пять лет. Её силы с каждым годом росли, и это чувствовалось. Я помнил, какой она попала к Кейт, разбитой, измученной и истощённой. Мы тогда возвращались с бала в 1845 и почувствовали запах крови, доносящийся из подворотни. Она умирала, брошенная на произвол судьбы собственным возлюбленным, что воспользовался ей, обесчестил и нанёс с десяток ножевых ранений, бросив умирать. Я уже тогда не пил человеческую кровь, но Кейт едва сдержалась, чтобы недобить бедолагу. Если бы Франческа не открыла глаза, для неё всё бы закончилось именно там. Но сестра решила, что такие поступки не стоит оставлять безнаказанно, и первой жертвой, необходимой для полного обращения, стал именно нерадивый паренёк, что после неудавшегося убийства отправился развлекаться дальше в курительных комнатах Нового Орлеана.

— Чего застыл? — голос вампирши вывел меня из размышлений и улыбнувшись, я коснулся её ладони.

— Вспомнил, что давно тебя не видел, как всегда, прекрасна.

— Боже, я сейчас растаю, как пломбир на солнце, что за речи, Крис? От тебя крайне неожиданно, — она расхохоталась.

— Так бывает, когда он долго не видит друзей, — ответила сестра, поднимаясь с места. — Идём, я хочу еды и горячий душ!

Новый Орлеан был нашим домом, но когда живёшь вечность, рано или поздно приходится уезжать, а возвращаться и без того неприятно, в особенности когда не можешь избавиться от мысли, что оставил здесь что-то очень важное. Тем не менее на этот раз мы вернулись надолго. Столетия спустя наш дом вновь оживает, заполняясь голосами и стуком чужих сердец. Возможно, я мог бы порадоваться, этот город — одно из лучших мест, куда возвращаться действительно хотелось, но причина нашего приезда вновь не слишком радостная, как и тогда, сто мучительных лет назад.

— Франческа, распорядись, чтобы подготовили мою комнату.

— Всё давно готово, ты думаешь, я не подумала об этом раньше? Крис, дом полностью готов.

Её крик доносился со второго этажа, и я медленно поднялся к себе. Запах. Всё, что я надеялся уловить это тонкий шлейф её аромата, хоть и понимал, что это нереально. Всё оставалось так же, как в ту ночь, не хватало лишь её бледной кожи на тёмных простынях.

— Брось! Это было глупой ошибкой!

Я подошёл к зеркалу, разглядывая собственное отражение так, словно вижу впервые. Мысли. Бесконечный монолог в голове. Это никогда не закончится, вечная жизнь равна вечной борьбе с самим собой.

— Ты позвонил Мэтту? — сестра заглянула в спальню, застывая в дверном проёме.

— Нет, предлагаю сначала встретиться с Дерилом и Шоной. Вампирам лучше не знать, что мы в городе, — я поправил ворот чёрной рубахи. — Пока. Давай разберёмся для начала с причиной.

Кейтлин прошла и опустилась на кровать, её белоснежные волосы рассы́пались по плечам, а взгляд фиалковых глаз сканировал меня с плохо скрываемым любопытством.

— Ты же не собираешься воевать за волков?

— Не неси глупости, мы приехали разобраться с проблемой.

— Проблема уже переросла в конфликт! Блохастые не просто так позвонили тебе, значит, королю больше не доверяют, а ты на одной ступени с ним!

— В мои планы не входит вступать в конфликт сразу, Кейт, мы выслушаем обе стороны и посмотрим на ситуацию в городе.

Спорить не было ни времени, ни смысла, и, бросив пиджак на спинку стула, сохранившегося с сороковых годов, я подал сестре руку.

— Едем, сестра. Пора разобраться с этим.

Солнце уже застыло высоко в синем небе, но в это время года даже оно не спасало от серости погоды, что привязалась к городу и, вероятно, не торопилась впускать весну в игру. В это время люди готовятся к празднику, чтобы скрасить серость уходящей зимы, толпы туристов прибывают каждый день и неожиданные убийства совсем не к месту. Мне позвонили старые друзья неделю назад сообщив о гибели уже десятерых из их стаи, и может быть, дела волков и впрямь не моя забота, но смерти продолжаются, и теперь гибнут люди, а значит, нынешний король не справляется с обязанностями.

Иерархия вампиров сложная, чтобы стать Королём определённой территории необходимо зарекомендовать себя с лучшей стороны, стать связующим для трёх магических сторон и сохранить между ними мир любой ценой. Мэтта не выбирали, эту ношу должен был тянуть на своих плечах я как последний старший основатель города, но какой смысл быть вампиром, когда обязанности заставляют тебя обосноваться в одной точке. Молодой и амбициозный, я хотел путешествовать, изучать мир, что теперь был на моих ладонях, и я отправился вслед за Кейтлин, оставив за собой друга, подающего большие надежды. Теперь же, спустя столетия, моё решение подвергается сомнению.

Волки поселились на этих землях раньше нас, они занимали леса и болота, охраняли свои земли и даже пошли войной на вампиров, когда мы строили город. Вторжение на их территорию, было вызовом, который Эстебан принял достойно, растерзав в схватке вожака стаи Фотсбери. С тех пор был заключён мирный договор, благодаря которому вампиры и оборотни были обязаны сохранять нейтралитет в замен на возможность обосноваться в новом городе. Многие из них становились не последними фигурами в Новом Орлеане, но основная власть всегда оставалась за вампирами. Смешно, но люди, казалось бы, любимые создания богов, ушли на задний план, уступая могуществу и бессмертию.

Цивилизованная дорога вскоре сменилась грунтовой, и внедорожник Кейт, заехал в зелёную полосу леса, утопающего в лучах солнечного света.

— Давно бы дорогу себе сделали, бестолковые создания! — буркнула Кейт, выворачивая руль и объезжая очередную яму.

— Они живут в лесу, чтобы укрыться от цивилизации, а не стать частью её.

— Знаю я! Но ведь четвероногие тоже на машинах ездят!

Она снова выругалась подобно пьяному заправщику в ночную смену и нажала на газ, проезжая заросли кустарников. Машина с рёвом выбралась из дорожной выбоины и выскочила на берег реки. Стая Брансов поселилась здесь лет двадцать назад после того, как прошлое место выгорело дотла. Виновных в поджоге так и не нашли, но тень упала на Короля ещё в ту ночь и продолжала разрастаться с геометрической прогрессией, пока не вылилась в сегодняшний конфликт.

Нас встречали сколоченные из дерева домики и разведённые костры с дымящимися котелками. При виде моей сестры в кожаном комбинезоне и высокомерном взгляде молодые волчата попрятались за юбки матерей, те, что постарше наоборот выходили на встречу, поглазеть на вампиршу из семейства Блейк.

— Добро пожаловать! — громко заявил Дерил, выходя из шатра, расположенного у воды. — Вам всегда рады в нашем доме!

— Ой, оставь эти сопли для местных идиотов, Дер, — ответила Кейтлин, закуривая длинную сигарету.

— Спасибо, Дерил, мы прибыли, как только смогли, — я пожал оборотню руку, присаживаясь на скамью у воды.

— Крис, ситуация требовала твоего внимания, прости, мы не могли не позвонить.

— Не оправдывайся, я всё понимаю.

— А я нет! Дерил, вызывая моего брата сюда, ты хоть подумал, что он объявит войну Королю своим присутствием?! — рявкнула Кейт, смотря на молодого волка в упор.

— Мы пытались решить вопрос с Мэттом, но он уверяет, что понятия не имеет, откуда берутся новообращённые, мне кажется, если он правду говорит, то от помощи Криса тоже не откажется.

— Это подрывает авторитет. Возвращение Криса, прямой крик того, что Король не справился.

— Успокойся, Кейт, мы не будем переступать черту, если Мэтт сам в этом не замешан.

Она просверлила меня обжигающим взглядом, в котором вспыхивали огоньки, но замолчала, устроившись прямо на земле лицом к воде.

— Рассказывай, что происходит.

— Мы выяснили, что нападают новообращённые, их становится больше с каждым днём, грядёт самый крупный карнавал в году, и если так продлится, в Марди Гра улицы окрасятся кровавыми реками невинных.

Дерил бросил взгляд на Кейтлин, потом снова на меня.

— Я понимаю её, но Король и правда не справляется, они делают вид, что решают проблему, а на деле, мои волки рыщут по городу, отлавливая вампиров.

— Вы что, убиваете вампиров? — Кейт подорвалась с места, за секунду, оказавшись рядом.

— Нет, приводим к Мэтту, но есть и те, кто оказывал сопротивление, и это тоже породило ряд проблем, троих волков я потерял.

— Мы все поняли, Дерил. Кейт, пора наведаться к Мэтту.

Я поднялся, пожал руку волку, сестра же села в машину молча, её отношения с волками никогда не были безупречными, в своё время она потеряла из-за них близкого человека, и эта рана кровоточит по сей день, заставляя обвинять всех, кто зависим от света луны. Внедорожник заурчал, когда я сел в машину и оставляя после себя клубы дыма, мы двинулись в город.

Звонить Мэтту не хотелось, и поскольку о нашем присутствие в городе ещё не знали, я решил наведаться к нему без предупреждения. Доверял ли я вампиру, которого собственноручно вознёс до Короля? Возможно, но и осторожность никогда не повредит. За долгую жизнь я научился думать наперёд.

Мэтт создал свою резиденцию в самом центральном районе города, там, где атмосферные улочки во французском стиле, сменялись стеклянными небоскрёбами. На первом этаже дорогого здания располагался ночной клуб с казино, а выше — само жилище уважаемого вампира. День близился к закату и к клубу уже стягивались бессмертные и люди неподозревающие, что бок о бок с ними будут играть жители ночи. Хотя таковыми вампиры давно перестали быть. Мирный союз с ведьмами, много тысяч лет назад заключённый нашими предками, избавил вампиров от страха перед дневным светилом.

— Чего ты пялишься на свою татуировку? — спросила Кейт, заметив мой взгляд, задержавшийся на запястье.

— Думаю, как бы грустно мы жили, не будь этих татуировок.

— Я бы сошла с ума, раньше, чем научилась питаться не убивая! Какой из меня житель ночи? Как же походы по всем этим кафешкам и кинотеатрам, — она рассмеялась. — Ненавижу чёртовых ведьм, но соглашусь, здесь от них была польза.

Автомобиль медленно встал на парковке, освещённой тысячами огней. Самое дорогое казино в центре города пользовалось популярностью и являлось визитной карточкой местного Короля вампиров. Когда-то во времена нашего правления здесь находился амфитеатр с массивными колоннами, что держали ночное небо подобно титанам; теперь же стеклянный фасад семиэтажного здания ярко освещали гирлянды и фонари. Вооружённая охрана ожидала на главном входе, то, что они вампиры, я почуял ещё на парковке.

Кейтлин вышла из машины, проклиная неудобное кроваво-красное платье с асимметричным разрезом на бедре.

— Чёртово платье! Дурацкие каблуки! Ненавижу это столетие! — рявкнула она, надевая правую туфлю.

— Зато таким оружием можно и череп проломить надоедливому ухажёру, — заметил я, после чего был одарён самым гневным взглядом из коллекции моей сестры.

— Если мне понадобится кого-то убить, уж поверь, туфли мне не пригодятся!

— Ладно, идём, это общество явно заскучало без нас.

Я понимал, что визит семьи Блейк вызовет волну недовольства среди местной и сформировавшейся власти, но обстоятельства того требовали, вне зависимости от моих желаний.

— Мистер и Мисс Блейк! Мы очень рады... — начал охранник, завидев мою сестру.

— Не утруждай себя, идиот! — Кейт прошла мимо, дефилируя по светящемуся всеми огнями коридору, я же поприветствовал вампира сдержанной улыбкой. Слухи о нраве моей сестры опережали время и континенты.

— Мистер Блейк, простите, но вы не предупредили...

— Знаю, оповести Мэтта, мы будем внутри, сестра хочет развлечься.

— Конечно.

Охранник быстро набрал что-то на смартфоне, я же двинулся за Кейт. Сосредоточиться на чувствах в таком заведение всегда было трудно, огромное количество людей, и не только их, что порождало спектр звуков и запахов, круживших голову, но и рассудок оставался холодным, встреча не выглядела дружеской, хоть я и не помышлял о войне, исключать её нельзя.

Мы устроились в углублённой вип-зоне, выходящей на танцпол. Кейт отказалась участвовать в ожидание Короля и двинулась в зал испытывать удачу, а если точнее, гипноз. Персонал клуба — всегда люди, такой был закон. Мэтт старался держать вампиров только в охране и для личных целей, людям же предоставлял отличные возможности продвижения в карьере, где бонусом являлось обращение, правда, для этого приходилось становиться едва ли не личным помощником. Глазами Короля в городе. Но и они могли рассказать многое под воздействием сильного вампира, раскрыть тайны и слухи, что непременно могли помочь нам в деле.

— Кристофер Блейк, я рад твоему приезду как и всегда.

Мэтт вошёл в вип-зону широко улыбаясь, всё как полагается идеально отглаженный пиджак, белая рубаха, расстёгнутая на пару пуговиц, уверенная походка, вот только в чёрных глазах явный страх, что вампир упорно пытается от меня спрятать.

— Принесите нам лучшего виски!

Две официантки юркнули к бару, оставляя нас вдвоём, Мэтт сел напротив, удерживая улыбку на губах. Я же сложил пальцы, смотря на него в упор.

— Я приехал не просто так, и ты, вероятно, уже знаешь истинную причину.

— Не буду юлить, Крис, мне доложили о вашем возвращении в усадьбу, это насторожило, не более, ведь причина, по которой волки посмели дёрнуть вас с сестрой в город, беспочвенны.

— Убийство волков и людей неприемлемы, Мэтт.

— Умирают и вампиры, я тоже теряю людей, но это всего лишь лёгкое недопонимание.

Я выдохнул, официантка с длинными чёрными волосами опустила на стол бутылку дорогостоящего алкоголя и два бокала. Страх в её сердце я чувствовал так сильно, что уверенность в правильности своего решения терялась на глазах.

— Откуда взялись новообращённые в таком количестве? Кто и для чего их создаёт?

— Поверь, брат, я именно это и хочу выяснить! Как только, найду этого идиота, растерзаю своими руками! Но ситуация в любом случае под контролем, я рад, что вы приехали и, возможно, останетесь взглянуть на Марди Гра, но после, вы должны покинуть город.

— Ты, часом, ничего не перепутал, Мэтти? Я уеду из своего дома, только когда лично того пожелаю!

Голос Кейт прозвучал над головой вампира как гром, Мэтт хищно улыбнулся, оборачиваясь на неё, задерживая взгляд на бледном лице.

— Кейтлин, невероятная и опасная, конечно, ты вольна решать сама, но вы должны понимать. У Нового Орлеана только один король, а ваша семья...

— Вот именно наша семья основала этот город, и если Эстебан вернётся, он уж точно не станет выяснять, кто виновен, ваши головы, Мэтт, полетят под мои аплодисменты.

Она говорила тихо, вкрадчиво, можно сказать, даже с долей флирта, но слова, что лились из уст сестры, всегда были жестокими и прямолинейными. Она никогда не скрывала эмоции и не откидывала их в дальний угол, считая, что только сильный вампир способен справляться со шквалом чувств, и только так можно действовать максимально рационально.

— Я буду рад, если вы приложите усилия и поможете нам, этого ты хочешь услышать, Кейт?

— Я хочу видеть твою работу, ту, что тебе вложил в руки мой брат, и да, я всё ещё считаю это идиотской ошибкой!

Она не слушала его ответ, молча поставила бокал на стол и отправилась в зал. Мне и добавить было нечего, к чему притворяться? Мы пришли ради этого.

— С чего всё началось?

Мэтт опустил голову на руки, взлохматив волосы, и опустошил свой бокал, посмотрев на меня. Напускная агрессия и прямота испарились, оставляя со мной наедине того самого Мэтта, которого когда-то я называл другом.

— В какой-то момент убийства людей стали происходить чаще, мне докладывали о странных обстоятельствах в Мёртвом городе, в тех окрестностях стали появляться новообращённые, необученные, непонимающие ничего, я пытался взять ситуацию под контроль, но это повторялось в других частях города, пока не дошло до того, что убийства происходят и на территории волков.

— Подозрения?

— В том то и дело, из приближённых мне вампиров никто не пойдёт на предательство, всё выглядит так, словно хотят стравить нас всех друг с другом.

— Но среди ведьм жертв нет?

— Нет, думаешь, они стоят за этим?

Я сделал глоток горького виски, поиграв бокалом в руках.

— Нужно проверить, во всяком случае, с чего-то пора начать.

Разговор прервался оглушительным визгом на танцполе. Мы вскочили с мест, бросаясь в толпу, что уже разбегалась по сторонам, освобождая нашим глазам интересное зрелище. Кейтлин схватила девчонку за волосы, опустив на колени, и теперь нависала над почти обратившейся молодой вампиршей.

— Новообращённая, — констатировал я, подходя к сестре. — Отпусти её Кейт, давай, здесь люди.

— Эта тварь питалась прямо здесь, в зале! Её подружка сбежала на улицу! Так ты контролируешь город?

Глаза Кейт полыхали ненавистью, она, не слушая меня, рывком, подняла девчонку за волосы и потащила в коридор хозяйственной части заведения; мы с Мэттом последовали за ними, выходя на заднюю сторону клуба, где ночь уже опустилась на город, скрывая его недостатки общества.

— Кто тебя обратил?! — голос сестры скрипел от злости, она потянула вампиршу за волосы, запрокидывая голову.

— Где твои манеры, Кейт, девочке нужна помощь, она не умеет пользоваться своим даром.

Я подошёл к девчонке и сел на одно колено, притрагиваясь к только проклюнувшимся клыкам.

— Ты уже завершила обращение?

— Да! Я ничего не знаю про обращение! Нам сказали питаться, где захотим! — её голос надрывно дрожал, глаза бегали по нашим лицам, в панике, ища выход.

Я коснулся подбородка девчонки, заставляя посмотреть в глаза.

— Ты должна сказать мне, кто тебя обратил, — гипнотизируя, спросил я, отчего красные глаза расширились в ужасе, смотря куда-то сквозь.

— Я... Просто проснулась... Они сказали... Должна питаться...

— Она под гипнозом, толку нет, — констатировал я, поднимаясь на ноги.

— Бесполезная дрянь!

Я не успел отреагировать, Кейт одним рывком свернула молодой вампирше шею, отряхивая руки.

— Зачем было убивать?

— Она чуть не подставила всех! В полном зале людей кусали на двоих какого-то идиота! Это ты называешь контролем?

— Мэтт, начнём с ведьм, а сейчас, мы поедем, пока моя сестра не бросилась и на тебя.

Король благодарно кивнул, видимо, осознав, что я приехал не за местом под солнцем, страх испарился и, пожав друг другу руки, мы с Кейт отправились к машине под её наполненные ядом возгласы.

Ночной Орлеан был прекрасен. Я был в сотне разнообразных мест, но дом всегда оставался тем самым местом, в которое, возвращаться хотелось не смотря не на что. Здесь жизнь не замирала даже с наступлением темноты, многочисленные бары встречали гостей, шумная молодёжь развлекалась, блуждая по витиеватым улочкам, жёлтые фонари, похожие на светлячков, окутывали дворы и парки. Центральная часть шумела, не замедляя своего ритма, я открыл окно и втянул свежий, всё ещё пахнущий пряностями и лилиями воздух.

— Останови машину.

— Ты совсем идиот?

— Кейт!

Внедорожник грубо завернул на бордюр у светящегося зелёным супермаркета, рядом с поглощённой темнотой, подворотней. Я выскочил из машины как помешанный. Воздух, пропитанный сладостными ароматами, был смешан с запахом крови, её крови.

— У тебя глаза налились, Крис!

— Запах, — я двинулся в сторону подворотни с тупиком. — Это её запах.

— Не-е-ет, не может быть этого! — она сосредоточилась, бледное лицо покрылось вздувшимися сине-фиолетовыми прожилками, окрашивая глаза в красный пигмент. — Чёрт бы вас побрал!

— Быстрее, Кейт, — я сорвался на бег, ночь полностью поглотила крошечный закоулок между двумя тесно расположенными друг к другу домами, откуда слышались сдавленные звуки.

— Отпусти её! — скомандовал я, приближаясь к девчонке с фиолетовыми волосами, что склонилась над телом, лежащим на земле.

— Шагай, куда шёл!

— Я предупредил тебя, — чёткое движение и я за её спиной, рука прошла сквозь плотную кожу, проламывая грудную клетку с такой лёгкостью, словно тело вампирши, вылепленное из теста, протяжный треск и её труп уже падает на грязный асфальт, а в моей руке всё ещё бьётся красный комок.

— Чёрт! Крис!

Кейт бросилась ко мне, я видел, как запах крови манит её, он притягивал и меня, и самое страшное, я знал, что он означал. Присев на колени, она осторожно перевернула тело жертвы, бледное лицо уставилось в небо. Глаза все ещё открытые и переполненные ужасом, остекленели, на шее не оставалось живого места, словно не только кровь, но и душу старательно вырвали.

Я опустился перед телом, рванул кожу своего запястья и приложил ей ко рту. Чуда не произошло, губы Катрины не шевелились, а моё терпение вот-вот грозило лопнуть. Перед глазами то и дело проносились события столетней давности.

— Пульс, Крис, она не выживет, мне жаль.

На глаза сестры навернулись слёзы, она спрятала их даже от меня, отворачиваясь в другую сторону.

— Это же та дрянь из клуба, которая сбежала...

Я не слушал её, в голове вспыхивали воспоминания о странной до ужаса встречи на карнавале. Тогда я сорвался впервые за долгие годы и намеревался лишь развлечься и подкрепиться, но её магнетизм впечатался на сердце отметиной, которую не вытравили даже годы. Тогда, двигаясь на королевской платформе, мы смеялись так искренне, она рассказывала, что собирается стать юристом, мечтает избавлять город от грабителей и убийц, но волею судьбы сама стала жертвой одной из них.

— Она не может умереть, Кейт.

— Чего? Ты рехнулся, что ли?

— Давай, кровь вампира в ней есть, всё получится.

— Ты не можешь! Нельзя обращать кого попало! Если не удаться? Она не пила твою кровь, то, что ты здесь, помазал по её губам, ничего не значит!

— Не получится не узнаем, я не могу позволить ей умереть, это всё меняет, Кейт, она справится! Мы научим её.

— Я не буду нянькой для чокнутой вампирши, это бред, просто давай позвоним копам и уберём труп этой дряни отсюда.

Я уже не слушал сестру. Столетия одиночества и вот она, та, кто остался в сердце и никак не хотел уходить, здесь и сейчас всё могло измениться, я мог подарить ей новый мир, как когда-то подарили его Франческе.

— Не делай этого, Крис. Ты не имеешь права за неё решать!

— Я должен, — я поднял взгляд на сестру, а потом безжалостно свернул шею попавшей в эту ситуацию случайно девушке. По телу пронеслась боль, вина и страх, которых я давно не ощущал, но назад пути не было.

Я поднял её тело на руки и молча двинулся к машине, пока Кейт поджигала труп вампирши.

Глава 3 — Сомнительные дары

«Он подарил мне целый мир, вручил ключи от бесконечности, но украл самое ценное — меня».

Катрина Ориндейл

Сегодня чёртово небо решило упасть на мою бренную голову, размозжив тело по серому асфальту, не иначе! Новый Орлеан вновь погружался в атмосферу дурацкого карнавала, который я ненавидела, атмосфера праздника вселяла в людей счастье, а я словно угасала с каждым следующим за закатом днём. Остаться в этом городе казалось моей самой большой ошибкой, со времён той ночи, ведь Орлеан не принимал тех, кто не верит в его оживающий дух.

Пять лет упорного обучения и практики закончились, а работать приходилось в загибающейся забегаловке, куда стекаются пьяные туристы по ночам. Выряжаться в помпезную кожаную юбку и напяливать парик блондинки, не являлось пределом моих мечтаний, но без работы и вовсе ждала нищета и позорное возвращение в родной городок.

— Выдохни, тряпка! — я уставилась на собственное отражение в зеркале, прикидывая, правильно ли, было перекрасить свой блонд в этот горький шоколад.

По ту сторону волшебного, зеркального мира на меня смотрела всё та же глупая девчонка, что пытается хоть как-то научиться выживать в жестоком и взрослом мире, который однажды отнял у неё родителей.

Нерешительная, замкнутая и абсолютно одинокая. Такой стала Катрина Ориндейл, и все жалкие попытки создать из этой ничтожной простушки уверенного в себе юриста провалились с треском. Судьба словно стучалась в мои двери всякий раз, когда жизнь начинала налаживаться и торопилась сбросить в пропасть прошлого.

— Последняя попытка, не возьмут здесь, соберу чёртов чемодан и уеду в Амстердам.

Я ещё раз досчитала до десяти, стараясь унять дрожь в руках, и взяла в руки губную помаду бледного, пудрового оттенка. Часы уже отсчитали полдень, а значит, поторопиться точно следовало, нельзя было показать в первый же день свою суперсилу — опаздывать всегда и везде.

Схватив сумку, я выбежала на оживлённую улицу города, приветливо здороваясь с рабочими, что устанавливали праздничное освещение на деревьях. Солнце припекало, в воздухе витала весна с ароматом пряностей и просыпающейся природы. Прохладный ветерок всё ещё заставлял надевать джинсовую куртку, но ощущения скорого тепла уже не отпускало разум.

— Катрина, прекрасного дня! — крикнула дотошная соседка со своего невообразимо красивого балкона, где она с любовью расставила горшки с геранями и зеленью.

Дальше по улице показались ребятишки, что разносили газеты по адресам; весело смеясь, они отсалютовали мне, провожая свистом и пожеланием хорошего дня. Казалось, весь наш квартал был чем-то неразделимым, живым организмом, что непременно был связан друг с другом невидимыми нитями. Каждая деталька, как кусочек пазла, без которого общая картина уже не сложится. Вероятно, поэтому я и не могла просто всё бросить и сдаться, сбежав, как крыса, поджав хвост.

— Мисс, помогите мне, пожалуйста! — голос старушки на другой стороне соседней улицы, заставил остановиться и бросить взгляд на часы. — Дочка, помоги занести пакеты.

«Опоздаю» — пронеслось в голове, но натянув широкую улыбку, я уже перебегала дорогу, радушно соглашаясь.

— Ох, спасибо, не представляю, как бы я всё это сама и на второй то этаж! — причитала старушка, открывая морщинистыми руками дверь своей квартиры.

Наконец, старушка развела руками, пропуская меня в своё скромное жилище, и, осыпав благодарностями, вручила свежее зелёное яблоко.

— Ничего, но в следующий раз, закажите лучше доставку, меня могло не оказаться на улице.

— Ох, да разве же могу я доверять этим нелюдям? Принесут попорченного и чего мне, старухе-то потом делать?

— И то верно, берегите себя.

Я выскочила из её дома, когда стрелка часов уверенно переползла к двум часам дня. Такси поймать оказалось чем-то нереальным, а автобус я пропустила ещё полчаса назад и, закрыв глаза, сидела на остановке, выжидающе повторяя про себя тиканье стрелок на часах.

— Катрина, садись давай!

Подъехавший с оглушающим рёвом тормозов жук раскрыл двери прямо перед остановкой, и Саша высунулась с водительского сидения, махая рукой.

— Боже, тебя мне Бог послал?

— Да уж скорее дьявол, куда надо?

— Тресен воулд холдинг. И я снова опаздываю.

Подруга хмыкнула, срываясь с места. Скоростным её жука не назвать, но компактный автомобиль аккуратно срезал дорогу по узким улочкам старой части города. Я нагло разглядывала любимую подругу, с которой удавалось видеться чрезвычайно редко.

— Ты в курсе, что ТВХ – это компания Брана Салдинга? — наконец сказала она, сворачивая на очередной переулок.

— Сегодня что, весь мир против меня? — я откинулась на кожаное сидение, вспоминая, как грубо отшила Брана пять лет назад.

— Может это, наоборот, хороший знак? Он был влюблён в тебя.

— Ты же знаешь, что нет? Просто хотел пополнить список своих девиц.

Подруга резко нажала на клаксон на руле, разгоняя толпу детей с мячом на дороге, и повернулась ко мне.

— Могла бы и попробовать, всяко лучше, чем грезить, что однажды красавчик на одну ночь вернётся за тобой.

Стало особенно мерзко, на душе заскреблись чёрные кошки, напоминая о моей глупости в прошлом. Та ночь отложилась в памяти и не хотела прятаться как можно дальше в сознание, каждый раз напоминая о холодных руках Короля Марди Гра. Прошло столько лет, но день за днём по утрам я слышу в голове выгравированную на душе надпись, оставленную им.

— Я не ждала.

— Не ври мне, я же жила с тобой. Хочешь, схожу с тобой на собеседование?

— Было бы неплохо.

Жук припарковался на обширной парковке у стеклянного офисного центра, возвышающегося над площадью с фонтанами. Он заметно портил архитектуру, вовсе не вписываясь в европейский стиль площади, но когда у тебя много денег разве кого-то это волнует? Юридическая компания, что обосновалась на первом этаже, неплохо себя зарекомендовала, и поговаривали, что они даже работали с элитой, о чём я могла только мечтать. Такой шанс потерять было нельзя, и я уверенно вышла из машины, прижимая к себе сумку.

В просторном холле пахло кокосовым маслом и табачным дымом, что полностью шло вразрез с дорогой обстановкой и высоким зеркальным потолком. На ресепшене тоже стояли признаки успеха в виде золотых статуэток в придачу к блондинистой голубоглазке, что болтала по телефону.

— Добрый день, я в Тресен воулд холдинг, меня должны были ожидать.

Девушка уставилась на меня, хлопая ресницами, потом что-то сверила на мониторе своего компьютера и растянулась в фальшивой улыбке.

— Мистер Салдинг ожидал вас полчаса назад, но я провожу вас в его кабинет, вдруг повезёт.

Она пожала плечиками и двинулась к лифту, виляя задом, обтянутым в кожаную юбку, едва скрывающую всё, что необходимо. Приземистая в фигуре Саша брезгливо цокнула и подхватила меня под руку. Лифт со стеклянными дверями бесшумно поднялся на второй этаж и открылся сразу в личном кабинете Брана, что восседал в кожаном кресле с сигаретой в руках.

— Значит, я не ошибся, читая резюме, это и правда ты Катрин Ориндейл, — он поднялся с места, встречая нас. — и твоя вечная тень Саша Форкс, или же постойте, ты её тень?

Я почувствовала, что ненависть закипает в груди беспорядочной волной. Он не изменился не на год, всё тот же девятнадцатилетний парень, что запомнился мне в прошлом. Тёмные волосы, острый взгляд зелёных глаз, что жадно проходится по моей фигуре, и дурацкие шуточки, льющиеся как помои из ведра.

— Хорошо выглядишь, — буркнула Саша, окидывая мужчину взглядом.

— Стараюсь, девчонки, я же богатый и весьма успешный юрист, обязывает, понимаете ли.

Он подошёл к кожаному д�