Двойное стекло

Иван Иванков

Двойное cтекло

Глава 1. Обычный выходной

– Лёша, ты уже уходишь?

Неожиданно прозвучавший голос Иры стеганул по перепонкам, словно кнут. А ведь он почти успел. Надел трусы, носки, рубашку с коротким рукавом и джинсы, сложил в карманы телефон и кошелек. Но ровно в тот момент, когда он пытался завести машину с брелока сигнализации, его застукала Ира. Какой он идиот, если думал, что получится уйти по-тихому.

Он планировал оставить записку на тумбочке в коридоре и тихо прикрыть за собой входную дверь. Ничего лучше на свою похмельную голову он придумать не смог.

Сексуальная точёная фигура в чёрном нижнем белье с кружевами застыла в проёме двери в ожидании ответа. Прядь каштановых волос слегка прикрыла правый глаз девушки, но не сильно мешала. Шторы в комнате были плотно занавешены. Этой ночью они скрывали от прохожих наготу влюблённых. Нужно было сказать хотя бы что-то. Лучше всего, конечно, правду. С каждой секундой пауза тяжелела.

– Да, у Маришки сегодня день рождения. А ещё мне нужно в магазин заехать подарок купить.

Это звучало как оправдание и было оправданием на самом деле. Открывающая сцена классического скандала. Ире не нравилось, что Алексей постоянно сбегает, ей хотелось его внимания. Поэтому запиской на тумбочке он бы не отделался, несложно было догадаться.

– Ты мне об этом не говорил, – нахмурилась девушка. – И обещал, что мы вместе проведём выходные!

Шикарные ресницы, которые она делала каждый месяц, только чтобы нравиться ему, несколько раз возмущённо захлопали, а красивое личико недовольно нахмурилось. Пришло время оправдываться по полной.

– Ириш, мне правда жаль, но это моя дочь. Прости, что не сказал сразу. Замотался на работе и забыл. Ты ведь знаешь, как я устаю в последнее время.

В глазах Иры блеснули слёзы, лицо осунулось – сейчас заплачет.

– Ладно, я опаздываю. Пожалуйста, отнеси ключи обратно в агентство. – М-да, если уж быть сегодня подонком, то по полной и до конца.

Алексей прошёл мимо совсем поникшей Иры, обулся, поцеловал её в лоб и вышел из квартиры. Ира молча проводила его взглядом и даже не всхлипнула. Но Алексей точно знал, что эту тихоню очень расстроит его грубость. Связалась на свою голову…

Женские слёзы, как много плохого было промыто их очищающей силой. Ира посидит, поплачет в одиночестве, а потом совершенно спокойно соберётся и отнесёт ключики от съёмной квартиры в агентство. На его памяти так было не раз и не два, с Ирой, Леной и далее по списку. А он как ни в чём не бывало поедет по своим делам.

И всё-таки он чувствовал себя виноватым. Но прощал себя, потому что у него семья, у него маленькая дочь и вообще он не хотел бы изменять, просто Ира редкая красотка. Тем более одинокая!

В подъезде родного муравейника экономкласса было опрятно, но неприятно: бедность, тоска, безнадёга. Очень хотелось сбежать.

В конце коридора, освещённого ярким электрическим светом, скрипнула входная дверь и на пороге появилась хрупкая фигурка девочки, чуть старше его дочери.

– Здравствуйте, – робко пролепетала она.

– Здрасьте, – через силу выдавил Алексей.

Все такие вежливые, будто каждому есть дело до незнакомых людей. Он был явно не в духе. Говорить не хотелось, а с кем-то ехать в замкнутой клетке лифта – да лучше пешком на двадцатый этаж. Но девочка не собиралась ехать в лифте с незнакомым мужчиной.

«Правильно, – усмехнулся Алексей. – Мало ли кто тут шляется. Может, я маньяк?»

Лифт подъехал, и Алексей загрузился в его безликое нутро. На боковой стенке висело зеркало. В нём отразился вполне симпатичный мужчина среднего возраста. Волосы русые, очень ему к лицу. Не красавец с обложки, но харизма просвечивает. Но женщинам, конечно, больше нравились его деньги.

Чувство вины не покидало Алексея. Выйдя из подъезда, он невзначай бросил взгляд на окно покинутой квартиры. Равнодушная стена штор. Обиделась.

В салоне авто Алексея поприветствовал бортовой компьютер с приятным женским голосом.

– Доброе утро, лапушка, – ласково обратился к ней Алексей. Он любил свою корейскую красотку, хотя все его друзья считали, что статус требует немецкого коня.

Заварил же кашу. Правильно говорят, что невозможно усидеть на двух стульях одновременно. Любовнице пообещал выходные вместе, а жене наплёл про командировку. И всё бы прошло как по маслу, только он забыл о дне рождения дочки. Вот так его вольное судно попало в шторм и в истерике забилось между Сциллой обиженной его ранним побегом Иры и Харибдой разгневанной фиктивным отъездом жены.

Чётких указаний, что купить, у него не было. Фантазии тоже. Что-то нужное, но только не очередную куклу.

Пока машина грелась, Алексей безэмоционально забил в поисковик «детские магазины», выбрал из вывалившегося списка простого ипэшника и построил маршрут к нему. Ровный женский голос навигатора сообщил, что ему предстоит проехать всего четыре километра.

Похмелье ещё не прошло, но Алексей к нему уже привык. Главное, что оно не мешало вести машину, да и опытный гаишник не заподозрил бы неладное, его сверхточный алкометр скорее всего не показал бы и сотые процента. Алексею было приятно думать так, он чувствовал, что контролирует ситуацию.

Его корейский седан вместе с другими автомобилями стоял в пробке, несмотря на выходной. Машины налипли на разгорячённый асфальт как мухи на варенье и чадили переработанным бензином. Четыре километра до детского магазина растянулись на целую вечность.

Родители маленького Лёши зарабатывали мало и жили бедно. В детстве о приставках и машинках он не мог даже мечтать. Но желание иметь всё это не прошло, даже когда он вырос и стал зарабатывать в десятки раз больше. Поэтому в магазине он в первую очередь остановился у полки с машинками. Вообще, он мечтал о сыне и хотел бы дать ему то детство, которое не досталось ему самому.

Полки с девичьими игрушками были переполнены разными безделушками. Алексей с презрением относился к современным детским игрушкам, ему казалось, что этих пупсов, которые могли ходить в туалет, куклы с полными губами плохо влияют на неокрепшую детскую психику.

Но кое-что его всё-таки зацепило. На стеллаже прямо у кассы стояла кукла… вроде бы кукла. Но выглядела совсем как живая! То есть нет, все куклы были в общем-то антропоморфными. Но эта! Её фигура была очень естественной, без этих больших голов и очень узких анорексичных талий. И глаза цвета летнего неба… будто искрились человеческой радостью. Только вот одета она была довольно старомодно – белый берет и платье, высокие ажурные гольфики и туфельки со шнуровкой.

– Какая красивая кукла! – с непривычным для него восхищением тихо проговорил Алексей. Давно его так ничего не трогало.

Сзади послышались шаги, а за ними приятный женский голос.

– Да, это копия куклы работы швейцарского мастера Анри-Луи. Жаннетта.

Алексей обернулся и увидел привлекательную брюнетку с пухлыми губами и сексуальной фигуркой, которую подчёркивали обтягивающие джинсы. На вид ей было лет двадцать. Алексей с первого взгляда понял, что хотел бы заполучить её. И что мог бы даже влюбиться, но любил бы до тех пор, пока однообразная сексуальная связь не наскучила бы ему.

«Богиня!» – пронеслось в его голове.

– Красивая, – сказал и сам не понял, про куклу он или про девушку. – Самая красивая кукла в мире. И прямо как живая…

Богиня улыбнулась.

– Вы знаете, остальные куклы вообще не похожи на людей. А вот вы… красивее самой красивой куклы. – Алексей придумывал комплименты, не задумываясь. И судя по раскрасневшимся щекам богини, ей это понравилось.

– Алексей, – представился он. – А как обращаться к вам?

На груди у богини был бейджик, но Алексей не хотел показаться пошляком, который заглядывается на грудь женщины при первой встрече.

– Юля, – засмущалась девушка.

– Красивое имя. Как вам кажется, Юлия, Жаннетта девочке, которой сегодня исполняется пять? – неожиданно томно проговорил Алексей.

– К сожалению, куклу сделали по индивидуальному заказу, и она не продаётся. Её заберут в конце следующей недели, – извиняющимся тоном проговорила Юля.

– Как жаль, – Алексей сделал настолько печальный вид, насколько мог. – Придётся мне оставить свою племянницу без подарка.

Да, он сказал племянницу. Нехорошо на первом свидании признаваться, что у тебя есть жена и ребёнок.

Кажется, Юлю это тронуло.

– Может быть, она любит мультик «Волшебное королевство?» У нас как раз есть все принцессы и даже Кот-барон.

Девушка указала на полку с игрушками. Алексей посмотрел на них и понял, что именно эти куклы ещё при входе в магазин вызвали у него волну отвращения.

– Нет, – непроизвольно скривился он. – Она не любит современные игрушки.

Юля задумалась, и спустя секунду на её лице он разглядел что-то вроде хитрого плана.

– Я посмотрю, может быть, поставщик успеет привезти такую же куклу к концу следующей недели, – воодушевилась она.

Девушка заклацала по клавиатуре длинными пальцами и спустя минуту широко улыбнулась.

– Всё получилось. Вы можете купить эту куклу прямо сейчас! – Она явно была довольна, что угодила ему.

– Вы не просто красотка, вы ещё и волшебница! – сладко проговорил Алексей.

Он был старше её лет на десять, но ведь настоящей любви покорны все возрасты. Тем более по её застенчивым сигналам он понял, что она не против, и решил взять деву за её прелести.

– Юля, я перед вами в долгу и хочу как-то отблагодарить. Как вы смотрите на то, чтобы непринуждённо провести вечер в моей компании? Я угощу вас ужином, а вы расскажете мне про того швейцарского мастера.

– Анри-Луи, – смущённо смеясь, подсказала она.

Он смотрел ей прямо в глаза и видел, как её щеки становятся всё более яркими, а губы в волнении дрожат.

Алексей говорил спокойно и уверенно. Ему это ничего не стоит, он делал так сотни раз. Девушкам нравилась его уверенность. Обручальное кольцо он предусмотрительно снял. Хотя даже оно не действовало против его обаяния.

Юля ушла за упаковкой в подсобку, соблазнительно виляя бедрами. Алексей решил, что это тоже знак, который не позволял ему сомневаться в успехе.

Вернувшись, она упаковала куклу и выдавила со смущением:

– Во вторник у меня смена до шести, а потом я полностью свободна.

– Хорошо. Дадите номерочек?

Алексей протянул ей смартфон, в экран которого она уверенно вбила свой номер. Он записал её номер и подписал контакт «Юля (классная попа)». К его счастью, жена никогда не страдала приступами ревности и не шарилась в его телефоне.

С чувством выполненного долга перед дочерью и собой за номерок очередной красотки Алексей вышел из магазина. А в его голове уже складывался план, как он задержится на очередном срочном совещании с коллегами из Москвы. Всё ради сохранения брака.

Коробку с куклой он положил в детское кресло. Кстати, во вторник его нужно будет спрятать в багажник. Потом завёл машину и по привычке посмотрел в зеркало заднего вида – с заднего сиденья на него смотрела кукла. Как живая.

– М-да, надо бросать пить.

На долю секунды им овладел ужас, ну вы понимаете, зловещая долина. Но он быстро собрался, завёл мотор и двинулся. И всё-таки мысли о кукле отвлекли его, и только спустя время он заметил, что телефон не подключился к блютузу на магнитоле. И более того, магнитола бесследно исчезла из списка доступных устройств.

– Что за чертовщина? – искренне возмутился он. – Придётся заехать на ремонт.

Каждый день он общался по телефону с коллегами и, чтобы не держать в руках, ставил его на громкоговоритель. Ему это было важно.

Он снова посмотрел на куклу в зеркало заднего вида. На душе было легко, потому что он купил дочери очень дорогой подарок. Им легко было откупиться за то, что его почти никогда не было рядом. До дома оставалось полчаса. Он включил режим радио на магнитоле, но вместо музыки услышал мужской бубнёж:

«…следовательно, у нас есть две противоречащие друг другу теории: по мнению учёных, сознание умирает вместе с мозгом человека, а другая версия – что оно существует во времени и пространстве вне зависимости от нашего тела.

– Подождите, – ответил другой голос. – Но в начале передачи вы говорили, что какие-то клетки…

Обладатель первого голоса, перебил его:

– Верно. Клетки головного мозга после остановки сердца живут в течение суток. Выходит, что за это время можно оживить человека, если не было особенно критичных повреждений. Более того, я подозреваю, что в это время человек частично ощущает, что с ним происходит, но не может пошевелиться.

– Жутко. Но как это утверждение согласуется с гипотезой, что сознание существует в пространстве и времени отдельно от тела?

– Это самое интересное. Вообще, существование сознания, как… органа… материи или субстанции, в общем как физического явления, не доказано наукой. Но эмпирические наблюдения и эксперименты указывают на то, что у нас есть нечто, что отличается от инстинктов и так далее. Например, клиническая смерть. Люди, пережившие это состояние, описывали его так, будто их сознание покидало тело, и они могли наблюдать за происходящим со стороны.

– Подождите! – перебил второй. – То есть сознание – это то, что мы называем душой?

– Я думаю, да. Пока точнее и не скажешь…»

Алексей уже было собирался переключить радио на другую волну, но его привлёк странный звук. Он оглянулся на куклу и увидел, что коробка, в которую она была упакована, непонятным образом порвалась.

– Странно, – пробормотал Алексей и тут же отвлёкся на голос радиоведущего.

«А у нас в гостях был писатель…»

Алексей выключил радио.

– Что за ерунда? Опять какой-то проходимец решил заработать денег на идиотах! Сознание у него живёт отдельно от тела! Эзотерика какая-то. Нет никакого ада, рая и даже потустороннего мира. Умер Максим и хрен с ним, как говорится, – в сердцах произнёс он.

Но Алексею было не до размышлений о загробной жизни. Он проживал лучший этап жизни и не планировал умирать в скором времени. Семья, высокооплачиваемая работа, сексуальная любовница – что ещё нужно мужчине в тридцать пять?

Алексей жил в элитном четырёхэтажном доме с консьержкой в престижном районе. Двор дома был огорожен высоким забором, а ворота были настроены на автоматический режим и открывались, когда датчик считывал номер машины.

Алексей вбежал на второй этаж, но входить не торопился. Ему больше хотелось оказаться сейчас в постели с Ирой, чем в костюме счастливого мужа и отца ехать в ресторан, в котором соберутся родственники с обеих сторон. Алексей никогда не любил посиделки с родственниками, но сейчас они приводили его в тихое бешенство. Ему хватило бы общества дочери.

Дверь бесшумно открылась, и Алексей вошёл. Пахло чистотой и свежестью с примесью парфюма и дорогой кожаной мебели. Жена сделала красивый ремонт в квартире в стиле минимализм. Точнее, за кругленькую сумму наняла на его деньги дизайнеров и строителей. Но результат всё равно его по-своему радовал.

Он вошёл в комнату и увидел жену, вальяжно возлежащую на белом кожаном диване. Мира услышала его шаги и медленно оторвала взгляд от журнала и лениво улыбнулась ему одними уголками рта. До родов она была сногсшибательной блондинкой с еле заметными морщинками на лице. Но после поправилась, и её аккуратная задница перестала быть сексуальной. И для Алексея это было критично – он перестал её желать. Их интимная жизнь постепенно сходила на нет. И тогда он начал заводить себе любовниц.

– Здравствуй, милая! – бросил он, едва касаясь её губ. От неё, как обычно, пахло вином. Судя по всему, по мужу она не скучала.

Мира медленно сфокусировала взгляд на нём и устало, как будто не пролежала сегодня весь день дома, спросила:

– Как поработал?

– Отлично. Устал как собака. Я пойду приму душ.

– Только побыстрее – нам выходить скоро. Кстати, ты купил подарок Маришке? Надеюсь, это не кукла…

– Кукла, но она потрясающая! Тебе понравится. Я оставил её в машине.

Мира недовольно что-то пробурчала в ответ, но Алексей закрыл дверь ванную и не услышал её. От него пахло духами Иры, нужно было их смыть, пока жена не протрезвела и не начала остро ощущать чужие запахи. Он посмотрел на себя в зеркало и улыбнулся морщинкам у глаз – они делали его более зрелым.

Покончив с душем, он уединился в единственном уголке, которого не коснулась рука жены и её дизайнеров, – в личном кабинете. Здесь он любил отдыхать за просмотром фильмов, новостей, или играя в компьютерные игры. Сидя в этом же кресле, он регистрировался на дейтинговых сайтах, один из которых подарил ему Иру.

В кабинете стоял большой стол, широкий диван и просторный шкаф, в котором Алексей хранил свои рубашки, пиджаки, брюки и многочисленные галстуки. Тут же возле высокого витража стоял мини-бар. Выпивать не хотелось, к тому же ему ещё предстояло вести автомобиль.

Алексей жил как солнце, вокруг которого совершают движение планеты галактики. Девушки его любили, мужчины подчинялись, семья знала своё место – последняя от солнца орбита. И абсолютно ничего не могло нарушить этот священный порядок.

От этих сладких мыслей Алексея отвлёк стук в дверь – жена была приучена не входить без стука. Дрессировка.

– Да, Мира, входи, – спокойно сказал он.

Жена вошла не одна. Вместе с ней в комнате разместилось густое винное амбре. Жена любила вино. Правильнее сказать, она думала, что всего лишь любит его. Как и все начинающие алкоголики. Алексей потворствовал её увлечению, по крайней мере, до поры до времени – так она меньше его контролировала. Когда дочка подрастёт и начнёт что-то понимать, это станет проблемой, а пока – пусть так.

– Ты уже готов, милый? Нам пора выходить.

Это «милый» было сказано без особенного чувства, вяло и безжизненно и лучше всего описывало их отношения. Вялые и лишенные чувства.

– Да, поехали. Сейчас только машину заведу, – устало ответил он. – Кстати, прекрасно выглядишь.

Алексей прошёлся по ней оценивающим взглядом. Мира надела дорогущее алое платье и туфли, купленные в прошлом году в Милане. На самом деле Алексей думал не о том, что эти вещи ей очень идут – он видел на ней деньги, которые потратил на её шмотки и на эту поездку. Хотя он сам отправил её туда с дочкой и подружкой Лизой, чтобы самому провести время дома в приятной компании.

– Спасибо, – радостно, как будто не заметила его равнодушия, ответила Мира. Она даже на секунду прильнула к нему обняв за талию. В такие моменты она становилась игривой. Но Алексею это не нравилось. Подсознательно его сильно раздражало, что она любит не его, а его деньги. И он хотел чуть подгадить ей настроение.

– Ну как тебе? Нравится? – спросил он, доставая куклу из машины.

Мира долго всматривалась в куклу. По выражению её лица не было понятно, нравится ей или нет.

– Странная она какая-то, – наконец выдавила из себя оценку Мира.

– Чего странная-то? Между прочим, это копия куклы работы швейцарского мастера Луи-Анри, – с обидой проговорил Алексей, а потом с гордостью добавил: – Её зовут Жаннетта.

– Ладно, она странная, но и правда красивая. По крайней мере, не хуже чем то, что в прошлом году подарили Маша с Димой, – с улыбкой сказала она.

Они оба рассмеялись – случай был скорее забавным, чем неприятным. Маша – её двоюродная сестра, а Дима муж Маши. По мнению Миры, Маша для своих двадцати пяти была слишком летящей. Этот вывод она сделала, потому что Маша подарила её дочери трансформера. Она искренне считала, что некоторые девочки тоже играют в роботов, и она против стереотипов. Как ни странно, Маришка и правда полюбила игрушку

– Спрячь пока куклу в багажник, а то Маришка увидит её раньше времени, – спокойно проговорила Мира и села в машину.

Алексей уложил коробку с куклой и, когда закрывал багажник, мельком взглянул на лицо Жаннетты. Странно: то ли это тень так легла, то ли лицо её и правда скривилось в недовольной гримасе.

– Бред какой-то, – вполголоса проговорил Алексей и с шумом захлопнул багажник.

Едва мужчина сел в салон, как снова ощутил перегар, смешанный теперь с машинным маслом.

– Ты хотя бы жвачку пожуй, – не выдержал Алексей и, предупредив её вопрос, указал перед ней и сухо добавил: – В бардачке.

– А что, пахнет? Прости. У меня был сложный день. С самого утра не задался. Сначала я приехала в химчистку забрать шубу, а они до сих пор с ней ничего не сделали. Уже две недели прошло! – вскипела она, а потом тут же остыла. – Говорят, что у них было слишком много клиентов, а сотрудники слегли от ковида. – Потом она снова вспыхнула: – Хотя какой ковид, какая пандемия, вон сколько людей бродит по улице.

Потом она сделала паузу. Алексей ничего не отвечал, он знал, что это не всё и ждал, пока она продолжит.

– Ты знаешь, мне кажется, пора завязывать с алкоголем, – проговорила она глядя в пол.

– Неожиданно, – с улыбкой отметил Алексей. Он правда удивился, что она вдруг подумала об этом.

– Раздражаюсь по пустякам. Надо меньше пить, – объяснилась она.

– Ну сегодня-то ты выпей, а с завтрашнего дня – пост, – подшучивал Алексей.

– Думаешь, не смогу? Нет, ну сразу не смогу отказаться. Буду пить только на встречах с подругами и только один бокал. Я же не алкоголичка, – добавила она обиженно.

Алексей кивнул, хотя, конечно, не поверил. Искренность жены его тронула, но он считал, что она недооценивает силу зависимости. Иногда она может стать сильнее воли человека.

Всю оставшуюся поездку они молчали. Под действием алкоголя Мира начала клевать носом, но заснуть не успела – они уже подъехали к школе, в которой училась Маришка.

– Приехали, – зевнув, констатировал Алексей. – Сходи за Масей, а мне нужно перезвонить коллеге.

Мира вышла из машины, пошатываясь.

– М-да, дорогая. Хорошо, что на дне рождения будет твоя мама, и ты не будешь много себе позволять, – проговорил ей вслед Алексей, но она не услышала.

Само собой звонок был несрочный. Ему просто не хотелось, он считал себя лишним. Мира будет наряжать дочку, укладывать волосы и красить детской косметикой. Алексей в этом ничего не смыслил, но ему казалось, что ребёнка не надо приучать к краске с раннего возраста. Будь у них сын, он бы занялся его воспитанием сам. А как воспитывать девочек, жене лучше знать.

Спустя полчаса жена с дочкой наконец показались из-за двери. Алексей молча посмотрел на разукрашенную под куклу Маришу, но предпочёл скрыть недовольство и выдавил из себя насколько мог весело:

– Что за принцесса посетила наши скромные края? Миледи, скажите, как вас зовут?

Так он не притворялся даже для женщин, которых хотел затащить в постель. Это был высший уровень гадкого флирта.

– Меня зовут, Марина. Но дома все называют Масей, – уверенно ответила дочь.

Это повеселило его, он немного размяк и взял Масю на руки. В приподнятом настроении они загрузились в машину и поехали в ресторан.

Маришка сидела в своём креслице и веселила папу смешными рожицами в зеркало заднего вида. Алексей беззвучно посмеивался и тоже кривил ей рожицы, только наигранно серьёзные. Мира, не замечая этого, задумчиво смотрела в окно и очень скоро уснула.

Так они довольно быстро доехали до «Беглый койота». Ресторан считался престижным. Статус обязывал соответствовать. Накануне Мира заплатила администратору кругленькую сумму, поэтому вопреки пандемии и множеству запретов им позволили провести шумное мероприятие на большое количество гостей. Но в действительности люди в их городке соблюдали предписания не дольше месяца. Алексей сам считал, что ограничения вводились не для спасения людей, а в корыстных целях больших рыночных игроков. Как только изобретут первую вакцину, начнётся информационная война за рынок и всем важно будет только навариться на продаже «спасения», и забота о здоровье уйдёт на второй план. Точнее, вернётся туда.

В ресторане играла приятная музыка, гости пили лёгкие напитки. Белым шумом звучали голоса, звоны бокалов и приборов. Типичная атмосфера праздника. Алексей смотрел на всё это немного разочарованно. Мира тут же упорхнула в уборную, а Алексей с Маришей приняли на себя гостей. Рукопожатия, слюнявые поцелуи, объятия и наигранно восторженные крики. А потом появилась Мира, и все переключились на неё.

Началась развлекательная программа для детей. Ряженые аниматоры верещали мультяшными голосами, заставляли детей участвовать в конкурсах. Судя по смеху и радостным крикам, им нравилось. А вот Алексей окончательно раскис.

Мариша как именинница была в центре общего внимания. За несколько минут она была признана самой красивой, умной и талантливой девочкой. Для зрителей она честно выиграла титулы в конкурсах. Но Алексей смотрел на это, как на фестиваль тщеславия и жирной лести и в очередной раз для себя подметил, что деньги из любого человека сделают любимца публики. Нужны лишь те, кто будет кричать об этом во всеуслышание.

Мира сидела рядом и смеялась. Как и предполагал Алексей, к алкоголю почти не притрагивалась, только пару раз пригубила. Сам же он уже начал с тоской поглядывать на французский коньяк, стоящий на столе Павла Сергеевича, отца Миры. Лысый и полный мужчина делал глубокие глотки рубиновой жидкости и даже не морщился. Он, как и все, радостно щурился, смотря на любимую внучку. Папа Миры был депутатом местного собрания. И Алексей гордился тем, что несмотря на такую возможность, всего добился своим трудом. Для него важна была независимость.

Праздник подходил к концу. На сцену вышел певец и своим бархатистым баритоном затянул песни из «Бременских музыкантов». Алексею впервые за этот день стало тепло. Он любил эту песню в детстве.

Павел Сергеевич поднялся со своего места и пригласил внучку потанцевать, а Мариша, как настоящая дама, кивнула ему и подала ручку. И где она всё это нахватала, удивлялся Алексей.

Гости аплодировали паре и улыбались в умилении.

– Лёша, сходи к машине, принеси куклу, – шепнула ему на ухо Мира.

Алексей уже полностью протрезвел, когда подошёл к машине и открыл багажник. Шутка ли, он уже бодрствовал восемь-девять часов и прекрасно соображал. Ему не могло показаться, он всё хорошо помнил. Но куклы не было на месте.

– Твою мать! – выругался он. Им овладел ужас.

Он отошёл от машины и в приступе паники, смешанной с тревогой, заглянул под капот. Абсурд. Куда она могла деться? Первое, что ему пришло в голову – машину вскрыли и забрали куклу. Но он сразу понял, что это звучит довольно глупо. Похоже на глупую шутку. Он подумал, что Мира забрала её из машины, когда выходила, и забыла в уборной. Что взять с нетрезвой женщины. Но именно в этот момент он заметил коробку с куклой в детском кресле на заднем сиденье.

– Что за чертовщина? – едва слышно проговорил он.

Он не был суеверным, но его рациональный мозг не мог найти объяснение происходящему. Как Жаннетта оказалась там, если он точно помнил, как укладывал её на дно багажника, как она скривилась в недовольной гримасе, или так падала тень? Даже если он всё это себе придумал, Мася бы уже нашла подарок и точно дала бы всём об этом знать. В очередной раз он подумал о том, что пора бросать пить. Он взял в слегка трясущиеся руки коробку с куклой. Этот случай сильно его растревожил, чего он не мог скрыть.

– Принёс? – спросила Мира, когда он подошёл.

– Да, – сухо ответил он.

– Что-то случилось? – она общалась с ним, но не смотрела в его сторону.

– Просто задумался. Как подарим? – отмахнулся он.

– Сейчас Мася подойдёт ко мне. Я её отвлеку, а ты доставай.

Алексей кивнул.

Музыка закончилась, и дедушка, встав на одно колено, обнял свою внучку. Раздались аплодисменты тронутых танцем и этим жестом гостей. Пока все обратили внимание на импровизированную сцену, Алексей вернулся к столу и достал коробку с куклой и встал чуть поодаль в ожидании жены.

Малышка отлипла от дедушки и побежала к маме. Как и всегда в такие моменты, она сначала ждала реакцию мамы и лишь потом шла к отцу.

– Мама! Видела, как я танцевала? – радостно прокричала Мариша.

– Конечно, моя звёздочка! Ты была, как настоящая леди.

Мира обняла дочь и, повернув лицо в сторону Алексея, кивнула ему. Мужчина вышел и, встав на колено так же, как и дедушка, протянул коробку с куклой для своей дочери. Мариша запрыгала на месте, протягивая ручки к коробке. Алексей достал куклу из коробки и протянул её Маришке.

– Ух ты! Какая красивая! – искренне восхитилась Мариша.

– Её зовут Жаннетта, – сказал Алексей.

– Жаннетта! Красивое имя, но я назову её Машей, – говорила Мариша, увлечённо разглядывая куклу.

– Хорошо, Маша так Маша.

Алексея порадовало, что у его ещё такой юной дочки есть своё мнение и она готова его отстаивать.

– Она будет хорошей парой для Фелеса! – улыбаясь и глядя прямо в глаза отцу, сказала она.

– Фелес? – переспросил Алексей. – А кто это, милая?

– Это мой новый котик! Мне его тётя Маша и дядя Дима подарили.

Девочка убежала в сторону столов, на которых была уже добрая гора разнообразных коробок и упаковок, которые Марише надарили гости. И схватила оттуда нечто, лежащее прямо на вершине, и прибежала с ним к отцу.

– Вот! Это он. Фелес, – представила своего нового друга Мариша и протянула отцу.

Алексей взял игрушку в руки. Мутант какой-то. Прямоходящий кот в старомодном костюме. На голове шляпа, на ногах сапоги. Натуральный кот в сапогах из одноименной сказки.

– Кот-барон Фелес, – задумчиво протянул он.

– Ты тоже смотрел этот мультик? – недоверчиво спросила малышка.

– Я тоже был ребёнком, – засмеялся Алексей.

Дочь обняла папу ещё раз и побежала показывать всем детям свои новые подарки. На небольшое время супруги остались одни. Мира стояла с пустым бокалом, и Алексей захотел предложить ей вина, но вдруг у неё зазвонил телефон.

– Да, Лиза, – ответила она. Сам Алексей ненавидел её лучшую подружку всей своей душой, честно говоря, даже не понимая за что. Наверное, если бы он понял, то возненавидел бы только сильнее. – Да, со мной. Мы на дне рождения, я ведь тебя приглашала… А что такое? Да, сейчас.

Мира чмокнула мужа в щёку и, прикрыв телефон рукой, прошептала ему на ухо:

– Я отойду, поговорю по телефону.

Алексей кивнул ей и пошёл искать себе развлечение. Через пять минут он сдался. Закуски Алексея не привлекали, он был сыт. Он сегодня даже не пил, так как был за рулём. Ему оставалось только бесцельно шататься по залу. Его постоянно дёргали многочисленные родственники, что никак его не развлекало. В какой-то момент он даже спрятался от них в туалете, но там его достал двоюродный дядя Коля. Алексей закрылся в кабинке, но дядя не понял его намёк и стал болтать с ним через дверь, новостей о родственниках хватило ненадолго, и он ушёл. А Алексей перелистал все фотографии голых девушек, которые сделал на свой телефон, и тоже вышел из вынужденного заточения. Как же тяжело быть трезвым.

Перед туалетом его встретил отец Мирославы. От него несло коньяком и куревом. Лицо Алексея непроизвольно сморщилось. Он давно бросил курить и не выносил этот запах, напоминавший ему о временах болезненной зависимости.

– А, Лёшенька, – весело поприветствовал его дедушка Маси. – Тебя Мира искала.

– А вы не видели, куда она ушла, Павел Сергеевич?

– Не сказала, – и в подтверждение развёл руками.

Алексей поблагодарил тестя и стал глазами выглядывать в толпе гостей жену. Какое-никакое, а развлечение. Но поиски закончились, едва успев начаться. Жена сидела на корточках, обнимая плачущую Маришку, которая тёрла коленку.

– Что случилось? – встревоженно спросил он.

Незнакомый женский голос зазвучал слева от него. Обеспокоенный Алексей, даже не повернулся в сторону говорившей:

– Маришка бегала по залу, пока не поскользнулась. Ударилась коленом о ножку стола, – голос был сочувствующим.

– Бедненькая. Сильно болит? – спросил Алексей. Мариша чуть приподняла голову и посмотрела на папу глазами полными слёз, слегка кивнув. И Алексей понял, что всё не так страшно. – Ну ничего, моё солнышко. До свадьбы заживёт.

Резкий взгляд Миры обжёг Алексея своей ненавистью:

– Я думала, ты следишь за дочерью, – со злобой бросила она ему.

– В ресторане полно гостей, она была у всех на виду. Я ненадолго отошёл в туалет.

Внезапно Алексей понял, что что-то поменялось. Лицо Миры стало пунцовым, будто она еле сдерживала себя. Тот звонок. Наверняка всё из-за него.

Спустя несколько минут малышка неуклюже встала и попробовала сделать несколько шагов. Он напряжённо смотрел за ней, пока не услышал самый мерзкий для него голос в мире.

– Смотри, что я тебе принесла, принцесса! – голос был женским. Это была та самая Лиза. Она протянула Марише куклу. Именно таких кукол-анорексичек искренне ненавидел Алексей.

– Тётя Лиза! – Мариша забыла про боль, быстро обняла её и с большой радостью принялась открывать новый подарок.

«Вот это событие! Прибыла королева скелетов собственной персоной», – подумал Алексей.

Елизавета Панькова, лучшая подруга жены, была с точки зрения Алексея болезненно худой женщиной. В прошлом она работала моделью, выигрывала конкурсы, но давно оставила карьеру и сидела дома, в общем-то, как и Мира. Муж айтишник прилично зарабатывал, супруги не планировали детей и жили в своё удовольствие.

– Привет, Мира! Я только на две минуты, – совсем другим тоном продолжила королева. – Малышку поздравить. Ну как ты? Держись давай. Всё будет хорошо. Звони мне сразу.

Она не соврала. Ровно после этой фразы Лиза развернулась, бросила прощальный взгляд на Алексея, полный чувства, граничащего с ненавистью и страстью одновременно. Алексей никогда не сомневался, что ему не стоило большого труда отбить у лысеющего айтишника его музу. Хотя своей внешностью она его никогда особенно не привлекала: перекачанные губы, грудь, и задница. А ведь последняя для мужчин имеет сакральное значение.

Где-то у входа, едва выглядывая из-за спины уходящей жены, блеснула лысина её мужа. Он махнул Алексею и улыбнулся тридцатью двумя белоснежными зубами.

– С тобой всё в порядке? – как только представился шанс тихо спросил у Миры Алексей.

– Потом, – жена наградила его таким взглядом, что нерадивый муж сразу передумал настаивать на ответе.

Остаток вечера Алексей продолжал наигранно улыбаться гостям, а сам крутил в голове возможные причины злости Миры. Неужели Лиза, эта мегера, увидела его с кем-то в городе и поспешила рассказать Мире. Но он был уверен в чистоте своего алиби, уверен в местах, которые посещал, – он не мог случайно попасться на глаза.

Празднование подошло к концу. Для того чтобы перевезти все подарки, администратор ресторана вызвал грузовую машину и несколько грузчиков. Мира и Алексей как хозяева вечера изображали радость и мило прощались с гостями, но между собой не переговаривались.

– Куклу в машину забери, – грубо бросила Мира, когда все наконец ушли.

Со всей покорностью провинившегося щенка Алексей выполнил приказ жены. Он взял куклу, положил её в коробку и пошёл к машине. На этот раз он сложил куклу в салон, прямо рядом с креслом Маси.

Мира уже освободилась и ждала Алексея. В уголках глаз заблестели слёзы, но голос был твёрдым, как сталь:

– Пойдём на улицу поговорим, – смогла выдавить она полушёпотом.

Алексей кивнул и вышел первым вопреки этикету. Шёл и чувствовал, как жена одним взглядом прожигает дыру в его спине. Лиза. Какая же сука. Наверняка сказала что-то жене по телефону, а потом приехала посмотреть на результат. А подарок был только предлогом. Видимо, изначально реакция жены была не такой, какую она ожидала. И в финале своей речи она пожелала Мире держаться. Манипуляторша.

Они вышли на опустевшую парковку. Вечер был душным, и Алексей предположил, что ночью пойдёт дождь. И ему вдруг захотелось пройтись по пустому ночному городу под дождём.

На лице жены застыла маска злобной обиды. Подняв взгляд на мужа, она холодно спросила:

– Алексей, ты мне изменяешь?

– Что? – поперхнулся мужчина. – Ты с ума сошла?

Мира говорила так уверенно, будто действительно что-то знала. Нужно было понять, что именно. Может, не всё так плохо…

– Твои постоянные командировки, задержки на работе. Я верила тебе! – с надрывом выкрикнула она.

– Это чистая правда! Думаешь, работая с девяти до шести пять дней в неделю можно зарабатывать деньги, которые зарабатываю я? Как бы не так. Приходится впахивать, – неожиданно сорвался он.

Он сказал правду. Точнее, правда в его словах была. Мира не очень хорошо понимала, сколько он зарабатывает, поэтому ей приходилось верить ему на слово. Он действительно много приносил домой, но и себе ни в чём не отказывал. Иметь несколько любовниц очень накладно.

– Ты меня не любишь. Я это давно поняла. Живёшь со мною только из-за дочери. А так бы уже давно бросил. – Злость прошла, её саму очень расстроили эти слова –  она заплакала.

– Не говори ерунду! – в сердцах бросил Алексей. Он понимал, что она права, но не мог в этом себе признаться. – Я люблю и тебя, и Масю. И всегда любил. Я не стал бы жениться на тебе, если бы не любил, – так врал, что сам поверил в свою ложь.

– Тогда ты меня любил, – парировала жена. – Ты говорил, что вернулся из командировки сегодня. Но что ты тогда делал в городе вчера?

– Откуда ты взяла эту чушь? Меня не было в городе!

Чем более шатким было его положение, тем более агрессивным он становился.

– Лиза тебя видел! – закричала она. – И не одного – с какой-то шлюхой.

– Мира, не верь этой сучке. Она же из зависти тебе это говорит. Наверняка её лысый айтишник ей изменяет. Знаешь, что повышенный тестостерон приводит к облысению? – быстро нашёлся он.

– А где ты оставил машину? – она очень хотела ему верить, но сопротивлялась.

– На парковке в аэропорту. Ты же знаешь, я всегда так делаю.

– Докажи.

– Как тебе доказать? Талон об оплате парковки ещё попроси – я их все, конечно, бережно храню в кошельке. Почему ты веришь этой дуре, а не мне – своему мужу? – Он медленно поднимал градус накала злости.

– Да, завидует, – согласилась Мира, но потом продолжила: – Но она никогда не врёт! А ты мне врёшь. Врёшь, хотя не умеешь этого делать. Я это чувствую. Женщину не обманешь.

Если бы Лиза сейчас попалась ему на глаза, он бы её придушил. Он понял, что дальше он уже не может притворяться.

– И что теперь, даже если это правда! Что ты сейчас хочешь от меня? Чтобы я просил у тебя прощения? Ты хочешь раскаяния? Так найди его на дне бутылки вина, которое ты хлещешь целыми днями за мой счёт, – сказал он и тут же осознал, что точка невозврата пройдена.

– Ты всегда был эгоистом! Думаешь, мир крутится вокруг тебя? Уходи, Алексей. Убирайся из моей жизни и живи как хочешь. Мася останется со мной.

Мира разрыдалась. Но Алексей был слишком зол, чтобы утешать её и извиняться. Лучшая защита, думал он, это нападение. Он влетел в машину и от злости громко хлопнул дверью, быстро завёл машину и покинул парковку, даже не взглянув на жену. Посмотрим, как она справится без моих денег. Им овладела страшная злоба, от которой дрожали руки и совсем не работал мозг. Он не знал, куда поехать, не знал, где ему переночевать. Словно загипнотизированный, он вёл машину на выезд из города.

И тут он впервые вспомнил про куклу. Он посмотрел в зеркало заднего вида – Жаннетта сидела в детском кресле точно живая. Но ведь она была в коробке, подумал он. На секунду ему стало жутко. Но он отбросил мысли о кукле и принялся соображать, куда ему податься.

– Ну что, Жаннетта? Ты не против немного прокатиться? – спросил он с ненавистью.

Ответа не последовало. Но в зеркало заднего вида он увидел – или ему показалось, – что она развернула лицо к нему и смотрела прямо в глаза. Как же он устал!..

Конечно, в первую очередь он подумал об Ирине. Но они так плохо разошлись накануне. Очередного скандала он не переживёт. Лучше проведёт время с лучшим другом – алкоголем в целительном одиночестве. Нальёт виски, съест кусок вкусно приготовленного мяса. А потом решит, что делать дальше. Очевидно, придётся разводиться. Но тоже хорошо. Он перспективный, состоятельный мужчина. Девушкам такие нравятся. Один точно не останется. Мира будет заниматься Масей, а он продолжит давать ей деньги, помимо алиментов, которые тоже придётся платить.

Его мысли прервал звонок. Это была Ирина. Он хотел отделаться от неё по-быстрому, но она хорошо его знала.

– Всё тебе удобно, Лёша. Я слышу, ты сейчас за рулём, а значит, не с женой. Я хочу поговорить с тобой. О нас, – настаивала она после его банального «я занят».

Он тяжело вздохнул прямо в трубку и согласился слушать.

– Даже в такой момент, когда мне плохо, ты думаешь о себе, – девушка на секунду замолкла, будто проглатывая тяжёлый ком. – Извини, что заставляю тебя обсуждать это по телефону, но не понимаю, когда мы сможем с тобой встре… – она не закончила, он её перебил.

– Подожди, – прервал её Алекс. – Давай я подключу телефон к магнитоле – мне не очень удобно говорить, когда я за рулём.

– Вечно ты так, Лёш. Тебе нет дела до меня! Нет никакой разницы, что я чувствую и нравится ли мне всё это. Я чувствую себя какой-то… – и снова не договорила.

– Подожди. Прекрати так говорить, ты много значишь для меня… – отвечал он, а сам пытался настроить подключение.

– Не надо мне врать! – гордо сказала она. – В общем, Алексей. Я приняла решение. Я так больше не могу. Нам с тобой нужно расстаться. Мне нужна другая жизнь. Я не хочу больше быть твоей подстилкой. Не звони мне и не пиши. Я хочу семью и ребёнка, а тебе я нужна только на один раз. Прощай.

И бросила трубку.

Алексей застыл в немом оцепенении и остановил автомобиль. Что изменилось? Ирина же с самого начала знала и про жену, и про дочь. Он не давал ей обещаний, не клялся в вечной любви. Ему казалось, что её всё устраивало. У них был отличный секс, он делал ей дорогие подарки – всё же было хорошо! Теперь у него нет ни жены, ни любовницы. На мгновение он почувствовал себя очень одиноким. Нет, хватит этих соплей. Сначала выпивка и вкусная еда, а уже потом душевные муки.

А ведь он отвлёкся всего лишь на долю секунды. Голос Иры врезался в сознание, заставляя подумать – как она могла? Он ведь любит её! И в это мгновение яркий свет фар ослепляет, словно вспышка сверхновой. Алексей дёргает руль в сторону, и вроде бы вспышка исчезает, но тут происходит что-то невообразимое. Обратным движением рук мужчина возвращает машину на прежнее место! Будто кто-то, сидящий рядом на пассажирском сиденье, вступил с ним в схватку. Где кукла? Лишь бросив быстрый взгляд, мужчина замечает на пассажирском сиденье чей-то миниатюрный силуэт. Жаннетта смотрит прямо на него… По телу пошли мурашки.

Летящий по встречке автомобиль встречает его манёвр оглушительным сигналом. Грузовик. Алексей жмёт на тормоза, но машина не успевает остановиться. Перед лобовым стеклом вырастает металлическая туша огромной машины. Словно в замедленном кино, стекло разбивается на осколки. Вспышка боли охватывает все части тела и отдельные его куски. Последнее, что видит Алексей, отвернувшийся от неминуемого удара, стали огни заправки. Заправочные ряды пустуют, словно людей здесь нет. Лишь горящие электрическим светом марки топлива и касса-магазинчик говорят о том, что внутри кто-то должен быть.

А потом – занавес.

Глава 2. Странные люди и странные дела

Он не чувствовал себя так плохо, как после самой лютой попойки. Органы чувств включались постепенно, не все сразу. Сначала к нему вернулось зрение, и он увидел, но ещё не почувствовал, что лежит на асфальте. Затем он стал наблюдать за тёмными тушами облаков, медленно проплывающих по небу. Потом тучи немного разошлись, и из-за них показалась зловещая алая луна. Кошачий глаз на небосклоне, подумал он. Поэтично.

Он попытался приподняться на локтях. Получилось не сразу, но с большим трудом он всё-таки сделал это. Тут же на него обрушились воспоминания о том, что произошло. Это были красочные картинки: огни фар, грузовик, разорванный кузов автомобиля… и кукла. Чёрт, что это было? Где она теперь?

Он шумно выдохнул и резко стал ощупывать тело. Руки и ноги на месте. Не болят и даже царапин на них нет. Что ж, отделался лёгким испугом. И всё-таки странно.

Ладно, с болью это он поторопился. Она пришла, когда он попытался встать. Даже если он вылетел через переднее стекло, как минимум он больно ударился об асфальт. Голова закружилась, и его затошнило. Похоже, сотрясение.

Наконец, он увидел грузовик и свой дорогущий седан, сцепившиеся в страстных объятиях. Рядом как будто кто-то шевелился. Алексей делает пару шагов и понимает, что ноги еле держат его в горизонтальном положении. Ладно, главное, что не сломаны, сейчас разойдусь. Надо найти людей и попросить отвезти его в больницу.

Постепенно он стал различать силуэты и разглядел спасателей и врачей, суетившихся возле грузовика. Затем увидел припаркованные на обочине машины с мигалками. И трактор… Похоже, его дорогой седан пришлось вырывать из жадных объятий грузовика. Какая странная пара. М-да, и как он только остался жив – чудо!

– Эй, – решил подать голос Алексей. – Я жив и вроде бы цел!

Но никто не обернулся на его окрик. Спасатели как будто пытались найти его тело в раскуроченном седане. Слепые, что ли? Как они не увидели меня, я ведь лежал тут рядом. Пока Алексей соображал, в чём дело, спасатели принялись за капот, как будто хотели разобрать машину на части. Или добраться до аккумулятора, чтобы скинуть с него клеммы.

Едва они смогли открыть капот, как Алексею стало нехорошо. Будто мерзавцы залезли под юбку его любимой женщины.

– Что вы творите? Отвалите от машины! – взревел он от злости. – Вот уроды. Вы должны спасать человека, а не пилить машину, чтобы сдать в металлолом!

Но ему было жаль и машину. Да, может быть, корейский седан – не лучшая модель, и далеко не самая дорогая. Но ему очень нравился дизайн, таких красоток он ещё не встречал. Но его быстро отпустило – он вдруг осознал, насколько жизнь ценнее, чем все эти дорогие игрушки. Он жив, а значит, он ещё может купить себе тот премиальный немецкий седан, на котором красуются все его друзья.

Наконец он разглядел машину ДПС, у которой стоял сотрудник и брал показания у водителя грузовика. И тут Алексей задумался – как ему объяснить причину происшествия? Не говорить же, что кукла схватила руль и… бред какой-то. Я помню это так отчётливо, но ведь этого не могло быть?..

– Вы что, оглохли, что ли? Прекратите курочить мою машину, – грозно проговорил он, уперев руки в бока и вплотную приблизившись к спасателям. Но никто к нему даже не повернулся.

Спасатели тем временем гидравлическими ножницами сломали водительскую стойку спереди и принялись проделывать тоже самое с той, что была посередине. Затем, словно крышку жестяной банки, вскрыли крышу. Пока один из спасателей поднимал машину, второй работал гидравлическими ножницами с другой стороны. Алексей смог разглядеть, что за рулём кто-то сидел, но не смог увидеть, кто именно – фигура скрылась за широкими спинами спасателей.

Он всё пытался привлечь к себе внимание, но все его реплики повисали в воздухе без ответа.

– Да, сто процентов мертвяк. Пульса нет, – мрачно констатировал совсем молодой санитар.

– Ты видел, как он в фуру зашёл? Тут и думать нечего, груз двести. Придётся выковыривать из кресла, – сказал мужчина постарше.

– Так, погибший в машине один. Есть детское кресло, но в нём никого. Видимых повреждений на теле погибшего не обнаружено. Похоже на ушиб внутренних органов. Хотя… как будто шея сломана. Двигатель вошёл в салон всего на несколько сантиметров. М-да, для такой скорости столкновения сущие пустяки. Хорошая машинка, могла бы спасти своего хозяина, – констатировал полицейский.

Алексея же всё это время занимал один вопрос: где кукла?

– Но ему не повезло, – продолжил реплику полицейского санитар. Он родился идиотом. Не надо рисковать и идти на обгон глубокой ночью. Думать надо, – в голосе говорившего чувствовалась искренняя досада.

– Вы на кого там смотрите, придурки? Я здесь, – не выдержал Алексей и попробовал схватить опытного санитара за плечо, чтобы повернуть наглеца к себе. Но его рука прошла сквозь тело. Санитар схватился за грудь.

– Юрич, ты чего? – участливо вопрошал его падаван.

– Да что-то в груди внезапно кольнуло. Не обращай внимания, – с трудом выдавил он.

А вот Алексею поплохело не на шутку. Когда парень повернулся к своему старшему, Алексей наконец-то увидел, кто сидит за рулём. Русоволосый мужчина, с правым пробором. Белоснежная рубашка без единого следа крови. Такие знакомые черты лица, но перекошенные от боли. Ему срочно захотелось посмотреть на себя в зеркало. Парень за рулём был очень похож на него. Но это же невозможно! Наверное, от удара у него помутился рассудок и он забыл, как он выглядит.

Из суеты навязчивых мыслей его выдернул детский голосок, который как будто что-то напевал. Динь-динь-динь. Алексей нервно дёргался из стороны в сторону, желая увидеть источник странного звука.

Он остановился, сделал пару вдохов и прислушался. Кажется, звук где-то слева. Ага, там машина реанимации. Резко повеяло холодом. Как странно, подумал он. Лето в этом году было таким жарким, что даже ночью можно было вспотеть. Алексей обнял себя двумя руками в попытках сохранить тепло. Чем ближе он подходил к машине скорой помощи, тем холоднее ему становилось. Но и звук становился всё громче. Он побоялся обходить её по периметру – вдруг кто-то выскочит из-за неё – и решил пригнуться и посмотреть, стоит ли кто-то с другой стороны машины.

В щели между асфальтом и капотом он с ужасом обнаружил детские ножки со шнурованными туфельками и ажурными гольфиками, по которым он смог опознать ту самую куклу. Всё это время она стояла неподвижно, но вдруг упала на своё белоснежное платье, заглянула под капот и встретилась с глазами Алексея, полными неподдельного ужаса.

– Знаешь, что это звенит? – вдруг спросила она человеческим голосом. – Это колокольчик. Он звонит по твоей жизни. Динь – и её больше нет, – после этих слов она засмеялась тонким детским голоском, от которого кровь стыла в жилах.

– Что ты со мной сделала? – наконец нашёлся Алексей.

– Мы так и будем говорить с тобой в этих позах? – снова засмеялась она.

Алексей боялся подойти к ней ближе. Но потом сообразил, что если она говорит правду, значит, он мёртв, и теперь ему ничего не страшно… С этими мыслями он обошёл машину и подошёл к кукле, которая успела подняться на ноги.

– Глупый! Я думала все взрослые дяди умные, а ты глупый, хуже ребёнка. Ты умер. Разбился насмерть. Как упавшее на пол яйцо. Разве ты не видел своё тело? – весело спрашивала она.

– А почему мы с тобой сейчас разговариваем?

– Мы с тобой в междумирье! Между жизнью и смертью. Не мёртвые, но и не живые. Понял? – И снова этот жуткий смех.

Он не понимал. Какая-то ерунда. Алексей был озадачен. Получается, он и правда умер. Вот почему на него никто не реагировал. Но это же нелогично. Как он может думать, если он уже не существует? Может, это обычный розыгрыш? Да, скорее всего так и есть. Просто они все – и спасатели, и эта кукла, и даже продавец в магазине игрушек – все они заодно.

– Допустим, ты говоришь правду. Что тебе от меня нужно?

Зачем ему это знать, если он решил для себя, что всё это розыгрыш, он ещё не понял. Кажется, вместе с ним умерла и логика, можно делать и говорить, что угодно.

– Я хотела поиграть с тобой. Ты забавный. Теперь ты – моя кукла, – с улыбкой, глядя прямо в глаза сказала она.

«Так, ну эта реплика точно будто из плохого сценария. Надо понять, где прячутся режиссёры этого бреда». Алексей завертел головой, но закономерно не увидел вообще ничего. Он вновь обратился к кукле:

– А почему я? Как ты нашла именно меня, по запаху, что ли?

– Можно и так сказать, – серьёзно сказала она. – Таких, как ты, я вижу насквозь. Но ты особенный, я давно к тебе приглядывалась. Ты был достоин того, чтобы умереть.

– Ясно. Что ж, кукла устала играть. Думаю, ты меня понимаешь, – сказав это, он подмигнул ей. –  Я отлучусь. А ты пока поиграй с кем-нибудь другим.

Пока они говорили, спасатели разломали машину достаточно, чтобы изъять тело. Алексей медленно побрёл к ним, чтобы получше разглядеть человека. Рядом с телом уже лежал чёрный мешок. Значит, всё-таки труп.

Увиденное потрясло Алексея. Это вне всякий сомнений его тело. Братьев-близнецов у него не было. Разум человека так устроен, что ему нужно было найти хотя бы какое-то объяснение, желательно рациональное. И он его нашёл.

– Ну конечно! Это актёр. Его просто идеально загримировали. Ну и жуть, я почти поверил. До чего дошли технологии! – радостно воскликнул он и обернулся в сторону куклы. Но её не было на прежнем месте.

Внезапно зазвонил телефон. Он узнал мелодию – его любимые тревожные скрипочки. Он похлопал по карману штанов, куда обычно складывал телефон, но его там не было. Значит, звук доносится из машины. Конечно, перед аварией он держал телефон в руке. Может, он выпал в момент удара?

– Это не у меня. Похоже, это телефон потерпевшего, – предположил молодой санитар.

– Сходи посмотри, – сказал тот, что постарше.

Санитар нырнул в остов изуродованного автомобиля. Знакомая мелодия – Вивальди, «Времена года». «Лето», если точнее. Ещё в юношестве он полюбил её и сразу поставил себе на рингтон, как обзавёлся первым смартфоном.

– Нашёл. Звонит какая-то Маришка, – выкрикнул младший медицинский сотрудник.

– Возьми трубку, поговори с ней. Быстрее тело опознаем, – подсказал старший санитар.

Алексей забеспокоился. Если допустить, что он всё-таки мёртв, последним кто должен был узнать об этом – его дочь. Видимо, сильно расстроилась, что он исчез со дня рождения, не попрощавшись.

– Это моя дочь. Отдай телефон! – крикнул он в отчаянии.

Он уже было хотел вырвать телефон силой, но вдруг понял, что боится. И нет, не потому что боялся получить ответочку от мускулистого спасателя. Он не хотел получать очередное доказательство своей смерти.

– Не успел взять трубку, сбросили, – парень повернулся к своему напарнику.

– Тогда менты сами будут искать его родственников, – махнул рукой пожилой санитар. – Давай помоги мне загрузить тело в машину.

Спасатели ловко погрузили тело Алексея в мешок и застегнули молнию, а затем кинули на носилки. Права Алексея, его кошелёк и телефон положили в специальный клапан на мешке. Старший ненадолго отошёл, чтобы сказать напарникам, что они закончили. Алексей подумал, что нужно воспользоваться шансом и забрать себе телефон и паспорт. Последний шанс, чтобы доказать себе и всем вокруг, что это всего лишь розыгрыш. Он подошёл к мешку, руки предательски задрожали. Он сел рядом с небрежно запакованным телом и вглядывался в лицо, которое виднелось через прозрачное окошко. Надо было что-то делать, но делать что-либо слишком страшно.

– Я же тебе сказала, – на сцену снова вышла кукла и своим звонким радостным голоском отвлекла Алексея от тяжких дум.

Он вздрогнул от неожиданности. Но быстро пришёл в себя.

– Подожди, не мешай, – отмахнулся он и встал.

Он решил, что не будет обращать на неё внимания – она ведь просто кукла… ребёнок, она не может учить его. Он здесь взрослый. Он не слышал ничего о междумирье, значит, это всё выдумка и не имеет ничего общего с реальностью, которую он успел понять за свои тридцать с небольшим. Эти мысли придали ему решимости. Он подошёл вплотную к одному из спасателей и несколько раз взмахнул рукой прямо перед его лицом.

«Артист! Ни один мускул не дрогнул, надо же. Надо будет порекомендовать его знакомому режиссёру – начинающая звезда», – думал он. Эти мысли не давали ему пасть духом. Санитары укладывали носилки в машину скорой помощи, как и положено, ногами вперёд. Потом молодой спросил у того, что постарше:

– Куда его повезём?

– В городской морг. Куда же ещё? – раздражённо ответил напарник.

– А они «автобота» примут? Там же сейчас всех эпидемиков свозят. Вдруг нас с ним пошлют?

– Ну не на дорогу же его выгружать, – возмутился тот, загружаясь на переднее сиденье «газели». – Надоели уже с этой хернёй. Будто подохнуть теперь можно только от ковида.

За репликой последовала непродолжительная пауза, после которой молодой с чувством ответил:

– Зря ты так, Дмитрий Юрьич. У меня родственник недавно преставился.

Алексей в оцепенении наблюдал за ними, и только когда машина тронулась вдруг очнулся и крикнул вслед первое, что пришло в голову. Он даже побежал, но быстро понял, что это бесполезно. Ощущения от бега были странными – он не запыхался, мышцы на ногах не забились.

– Бесполезно, – констатировала кукла, всё это время стоявшая у него за спиной.

Алексей резко развернулся.

– Слушай ты, малявка! Прекрати со мной так говорить. Видимо, родители плохо тебя воспитывали. Но ничего, все ошибки воспитания исправляются ремнём! – в исступлении кричал Алексей. – Сейчас же скажи мне, что это всё значит?

Девочка фыркнула и молча развернулась. Она сделала несколько шагов вперёд, и перед ней показалась кованая дверь из воронёного металла. Поверхность была испещрена какими-то символами – не то рунами, не то иероглифами, Алексей в этом ничего не смыслил.

«Ага, похоже, это второй акт. Едва он отвлёкся, как декораторы вынесли дверь. Ну-ну, переход между мирами, так я и поверил. За кого они меня принимают?»

– Теперь это твой дом, кукла. Живи здесь, – устало проговорила девочка не оборачиваясь. – Мне надо идти, мы поиграем с тобой позже.

Кукла открыла дверь. Алексей успел разглядеть до боли знакомый белый берет. В правой руке она держала что-то вроде плюшевой игрушки, которой раньше не было. Но не успела она скрыться за дверью, Алексей резко шагнул к ей и грубо развернул к себе лицом.

– Нет, погоди. Ты должна ещё кое о чём мне рассказать, – зло сказал он.

Кукла молча отвернулась и уверенно шагнула к двери.

– Да подожди ты! – уже в отчаянии крикнул Алексей

«Ну что ж. Не