Кто, если не я?

Пролог.

– Кто, если не ты, сломав крыло бабочки в прошлом, изменишь будущее, – уверенно произнёс первый голос.

– Из-за такого маленького, совсем незначительного поступка можно изменить мир? – удивился второй голос.

– Это эффект бабочки, его ещё называют теорией хаоса. Мы каждый день принимаем решения и даже не задумываемся над этим. Одно событие цепляется за другое. Из этих событий происходит третье и дальше, как снежный ком нарастает история жизни. Но заметь, первоначально ты принимаешь решение: как ты поступишь в данный момент, от этого зависит дальнейшее. У будущего много вариантов, но первый шаг делаешь ты, – тихо произнёс первый голос.

– Но это же логично. Почему эффект бабочки называют теорией хаоса? – воскликнули в ответ.

– Потому что не все решения меняют жизнь к лучшему. Мы все совершаем ошибки, но не все решаются их исправить. Мы все хотим любви, но не даём любовь в ответ, мы боимся и ждём «завтра». Потому что именно завтра, с понедельника или нового месяца начнём меняться. Ждём, когда кто-то придёт и исправит наши ошибки, кто-то за нас сделает нашу работу. Если не попробовать, то так ничего и не изменится, ни завтра, ни в понедельник, ни с нового месяца. Никто за вас не решит и не сделает вашу жизнь лучше. Вы так и останетесь в зале ожидания любви, лучшей жизни, денег, счастья. И белый лайнер жизни полетит без вас.

– И возникает вопрос: «Кто, если не я?» – спросил второй голос.

– Да. Перед нами всегда стоит выбор: гнев, обида, радость, любовь, дорога. Мы выбираем как реагировать на те или иные обстоятельства. Мы выбираем: жить в Темноте или искать Свет. Реально то, что существует вокруг нас. Однако любая реальность это не «железобетонная конструкция» или «трамвайные рельсы», с которых нельзя сойти. Реальность меняется в зависимости от наших желаний, действий и уровня сознания. Мы создаём свою реальность, но все события существуют в виде вариантов. Эти варианты выбираем мы. Мы тоже один из вариантов бесконечного количества вариантов себя. Вселенная многомерна и все её миры находятся параллельно друг с другом, не имея ни границ, ни времени. Наша реальность здесь, сегодня, сейчас, вокруг нас.

– Любое моё решение меняет не только мою жизнь, но и жизнь окружающих, совсем незнакомых мне людей? – растерялся второй голос.

– Или рождает бесконечные варианты возможных параллельных путей жизни.

– Мне непонятно. То есть я могу существовать в бесконечном множестве себя одновременно?

– Возможно. Всё возможно в том мире, где мы находимся. Но достоверно никто этого не знает и наукой эффект бабочки не доказан, как не доказаны параллельные миры, – задумчиво говорил первый голос.

– Как не доказано и то, что мы принимаем решение, может его принимают за нас…

– Я покажу тебе кое-что…

Глава 1. День первый.

Спасение в парке.

– Что за чертовщина твориться в моей жизни? – прошипела Катерина, сбрасывая туфли и ускоряя бег по аллее парка.

Вот где пригодились занятия в фитнес-клубе. Ноги у девушки длинные, фигура спортивная. Катерина бежала легко, но ступать босиком по асфальтированной дорожке ещё то удовольствие. Мелкие и не совсем мелкие камушки впивались в ступни голых ног. Ощущения неприятные, но страх заставлял не обращать внимание на это неудобство. Чем быстрее бежала Катерина, тем меньше становилась боль. Ноги привыкли к покалыванию и казалось, что камней стало меньше, а дорожка мягче. Сумочка стучала по боку, туфли пытались вырваться из рук и затеряться в темноте аллеи. Катя крепко сжала их руками. За эти туфли она отдала две трети зарплаты. Да и сумочка из последней коллекции.

– Да, я живу не по средствам! Но уж лучше меньше есть, чем плохо одеваться. Как молодая и красивая девушка может найти себе перспективного жениха в шмотках с рынка? – метались в голове Катерины мысли, совсем неподходящие моменту.

Свободная, молодая и красивая Катерина неслась как стремительная лань. Каштановые волосы развевались за спиной, короткая узкая юбка платья провокационно поднималась выше и выше. Страх подгонял и придавал ускорение.

– Плевать! Лишь бы удрать от этих уродов!

Катерина испугалась. Даже не так. Она испугалась позже, сначала у неё в голове возник голос: «Беги!» Вот тогда она испугалась и побежала. Она даже не смогла бы сказать, чей это был голос – мужской или женский. Внутри всё похолодело после прозвучавшего приказа: «Беги». Её словно облили холодной водой. Девушка на секунду остановилась, и побежала ещё быстрее.

Сзади приближались совсем неперспективные женихи. Парни попытались познакомиться с Катериной в начале парка. Они сидели на скамейке и словно ждали её. Выглядели они совсем не привлекательно. Бритые головы, в кожаных штанах и косухах, в татуировках, накачанные. Один их вид вызывал страх и заставил ускорить шаг. Таких лучше обходить. Раньше Катерина здесь этих парней не видела. Она всегда сокращала путь через парк. Так идти короче от метро до дома. В этот вечер ничего не предвещало беды. Девушка спокойно прошла мимо сидящих на скамейке парней. Услышала за спиной низкий голос:

– Познакомимся.

Интонация была угрожающей, парень не спрашивал, требовал. Катя не обернулась и не ответила. Ещё чего! Будет она на всех обращать внимание. После развода прошёл год, и Катерина ещё не успела насладиться свободой. С мужем, Сергеем, она развелась, но осталась в хороших отношениях. Сергей часто присылает для Кати и её подруг приглашения на концерты своей группы. Его мать, свекровь, осталась в прошлом, чему Катерина очень рада. Мужей выбираем мы, а их мамы даются нам в нагрузку. Новых отношений, тем более с такими типами, Катерине не надо. Приличные двадцати семилетние девушки не знакомятся ночью в парках с кем ни попадя. Однако спина напряглась от взглядов парней. Их взгляды прожигали, спину Катерины неприятно покалывало. Пройдя уже половину аллеи, Катерина обрадовалась – обошлось. Но радость была преждевременной. Не обошлось.

– Стоять! Ты, черноволосая, стоять, я сказал, – донёсся до Кати низкий, пробирающий до костей страшный голос.

– Ничего я не черноволосая, – возмутилась Катерина про себя. – У меня каштановые волосы. Чёрт! Идут за мной!

Холодные мурашки пробежали по телу, дыхание сбилось, девушка прибавила скорость, а сзади слышался звук тяжёлых шагов. Вот тут и раздался в голове голос. Катерина не стала ждать развития событий, скинула туфли и понеслась. Преследователи приближались, они тоже бежали, шаги гулко отдавались в пустом парке. Бух! Бух! Бух! Фонари горели тускло и через один. Экономят, наверное. Деревья сливались с тёмным небом и мрачно шумели листвой. Сзади слышался топот тяжёлых башмаков по асфальту. Сердце колотилось в горле, страх холодным потом струился по спине, а ноги несли вперёд.

Катерина с подружками часто гуляла в парке. Они исходили его вдоль и поперёк. Аллеи пересекались, текли между деревьев, словно реки. Особенно в праздничные дни они походили на потоки горной реки, когда по ним гуляли горожане. Деревьям сверху было хорошо видно, как течёт людская пёстрая река. Старые, величавые дубы, клёны, вязы отбрасывали на аллею тень, укрывали от знойного солнца, проливного дождя, от метелей и ветров. Они защищали своими могучими стволами, шелестели летом листвой, а зимой ветками. Катерине всегда слышалась какая-нибудь мелодия сверху, создаваемая деревьями. Каждый раз это была новая мелодия, то грустная, то весёлая, то задорная, зовущая идти пританцовывая. У парка тоже было своё настроение. Сегодня парк сердился, даже гневался. Деревья скрипели, шум листьев был каким-то зловещим и Кате показалось, что деревья играют «Реквием». Пахло сырой землёй и раздавленными между пальцев листьями. Воздух был густым, наполненным страхом.

– Хоть бы спрятал меня, что ли! – проворчала, задыхаясь, Катерина парку.

На секунду шум затих, даже в ушах зазвенело. В тишине сзади слышался топот шагов: бух-бух-бух и стук Катиного сердца: тук-тук-тук. До конца аллеи было далеко. Там была улица, фонари, дома, люди. Там было спасение.

– Не успею, – с досадой пробормотала Катя.

И вдруг справа, за каким-то кустом, от центральной аллеи она увидела дорожку. Фонарей на ней не было, сверху светила полная луна, освещая путь. Катя свернула туда. Можно спрятаться в кустах.

«Откуда в парке взялась аллея с кустами? – мелькнула мысль и испарилась, подгоняемая страхом: – Куда спрятаться? Куда?»

Это была заброшенная аллея, Катерина не помнила её. Есть дороги, которые ведут в никуда. Но чаще это образное выражение. Это для эмоций. В жизни всегда есть продолжение дороги. У дорог не бывает конца. Конец бывает только у жизни. И то это не доказано. Сердце девушки радостно трепыхнулось:

– Выход! Выход всегда есть!

Дорожка, куда свернула Катерина, не выложена плиткой. Старый, наполовину сошедший асфальт истёрся как старый ковёр до дыр, в которых прорастала трава, до ямок, где образовывались лужицы. Подошвы чувствовали каждый камешек и холодные травинки. Катерина проваливалась в ямки, подпрыгивала на трещинах асфальта, ойкала, скрипела зубами и ругалась. Аллейка никуда не вела, не пересекалась с другими, она закончилась тупиком. В самом конце аллейки стоит такая же старая массивная скамейка из бетона. Деревянные доски на сиденье тоже истёрлись, местами отвалились, обнажив серый неровный бетон. Возле скамейки стоял какой-то шкаф.

– Вот чёрт! Куда теперь? – паниковала Катерина.

Она посмотрела на кусты, которыми закончилась аллея. Они стояли плотно, ни просвета, ни лазейки. Обернулась, сдерживая шумное дыхание. В начале аллейки Катя услышала грозное ворчание собаки, невнятные голоса. Девушка съёжилась от страха, прижимаясь к кустам. Она попыталась протиснуться внутрь кустарника, раздвигая ветки. Ветки не пускали её, царапали руки, цеплялись за колготки. Тяжёлые шаги преследователей пронеслись мимо и затихли. Катя устало присела на скамейку и судорожно прижала к груди туфли.

«Кто-то гуляет с собакой и спугнул моих преследователей, – девушка выдохнула. – Сейчас отдышусь и домой».

Страх немного утих, сердце уже не выскакивало из груди. Деревья успокаивающе шелестели листвой. Катерина осмотрела себя: туфли в руках, сумочка на плече, платье не пострадало. Разорванные колготки и грязные ноги можно пережить. Преследователи промчались мимо. Плюсов оказалось больше, чем минусов. Звуки шагов преследователей, ворчание собаки уже не слышны. Парк шумел кронами деревьев тише и не так угрожающе. В начале аллеи горел фонарь, на эту тёмную аллею луна бросала скупые отблески света, пробивающиеся сквозь густую листву. Шкаф напротив скамейки, где сидела Катерина поблёскивал. Всё-таки возвращаться на центральную аллею Катерине не хотелось. А вдруг там эти ребята ищут её?

– Сейчас подожду ещё немного и пойду домой, – вслух произнесла Катерина.

Девушка сидела и рассматривала шкаф. Любопытство одолело её. Катерина подошла к шкафу, подсветила телефоном. Это был не шкаф. Это была старая телефонная будка, какие стояли во времена молодости её мамы почти возле каждого дома. Мама рассказывала ей об этом. Серая железная будка, стёкла поблёскивали от света фонарика с телефона. Внутри висел телефонный аппарат, тоже железный, серый с прорезью для монет. Сбоку на металлической пружине коричневая массивная трубка, посередине диск с дырочками, куда вставляешь палец и крутишь, набирая номер. Это всё мама рассказывала. И теперь этот раритет у Катерины перед глазами. Её удивлению и любопытству не было предела. Она потянула дверь за ручку. Ручка была холодная, шершавая от облупившейся краски. Дверь телефонной будки со скрипом открылась, пахнуло спёртым нагретым воздухом непроветриваемого помещения. Катерина зашла в кабинку. Дверь тихо закрылась, по кабине разлился мягкий свет. Девушка протянула руку к трубке, погладила её. Трубка была прохладная, гладкая, приятная на ощупь. Откуда-то сверху прозвучал женский голос, и Катя вздрогнула:

– Если вам нужна экстренная помощь, наберите цифру «один».

Катерина сняла трубку. Из не шёл гудок. Девушка вставила указательный палец в дырочку на цифре один и прокрутила до упора, отпустила. Диск с лёгким треском вернулся на своё место. В трубке зазвучали гудки вызова. До Катерины донёсся низкий мужской голос:

– Слушаю.

– Я… А… Вот… Это Катерина. Я вам позвонила? – нечленораздельно залепетала девушка.

Она растерялась: не ожидала ответа, и тем более не думала, что ей ответят.

– Катерина? Ты где? Постой, я знаю, где это. Стой там и никуда не уходи.

В трубке послышались гудки отбоя. Голос был низкий, где-то девушка уже слышала этот тембр.

– Что это было? – спросила Катерина неизвестно кого.

Она осторожно повесила трубку на место, взялась за ручку двери.

– Это была экстренная помощь, – ответил женский голос.

– А вы кто? И где?

– Экстренная помощь будет оказана через три минуты, – ответил тот же голос, проигнорировав вопрос Катерины.

– Вы робот? – спросила девушка, чувствуя себя идиоткой, разговаривающей с автоматом.

Женский голос прокашлялся, хмыкнул, хихикнул.

– Экстренная помощь будет оказана через две минуты.

Катерина открыла дверь, но она тут же захлопнулась. Девушка испуганно прижалась спиной к телефонному аппарату.

– Что происходит?

– Не покидайте безопасное место, – ровно произнёс голос.

– А чего мне ждать-то? Или кого? – возмутилась Катя. – Я пойду домой.

– Не покидайте безопасное место.

– Я сомневаюсь в его безопасности. Лучше я пойду домой. Откройте мне дверь, пожалуйста, – попросила Катерина, чувствуя всю нелепость разговора.

– Я не могу открыть дверь без распоряжения.

– Чьего? – возмутилась девушка. – Теперь я задохнусь в этой будке и умру!

– Вам рано умирать. Вы не выполнили своего предназначения.

– Сумасшедшая техника. Так бывает? Какое предназначение? Будь проклят тот миг, когда я зашла в эту рухлядь.

– Я не рухлядь. А миг благословенен. Вас поджидала опасность, – отвечала будка.

– Может быть, я сошла с ума? – спросила Катя себя. – Вот так раз – и безумие.

– Вы совершенно нормальны, – утешила будка.

– Тебя как зовут? – спросила Катерина, удивляясь нереальности беседы.

– Моё имя вам ни о чём не скажет.

Катерина опустилась на корточки, прижимая туфли к груди. Она даже развеселилась, страх отступил. Его сменило недоумение. Девушка хихикнула.

«Ну вот, истерики только не хватало. Интересно, если стукнуть каблуком, стекло разобьётся?» – подумала Катерина.

– Стекло не разобьётся, – ответила будка.

– А ты и мысли читать умеешь? Господи, где я?

– В безопасном месте, – ответил голос.

– Если я кому-нибудь расскажу, что разговаривала в старинной телефонной будке с роботом, меня упекут в психушку.

– А вы не рассказывайте. Я не робот.

– Выпусти меня немедленно! – крикнула девушка.

– Не могу.

Катерина не могла поверить, что это реальность. Телефонная будка, каких уже сто лет не делают, робот, который отвечает не только на вопросы, но и на мысли. И она, не верящая в чудеса и сказки, сидит в нереальной, несуществующей будке, разговаривает непонятно с кем и ждёт, когда откроется дверь. Где-то она уже слышала:

«…И ты стоишь перед событием и понимаешь – этого не может быть. Не может, но уже произошло. И кажется, что мир перевернулся с ног на голову, или ты сошёл с ума…».

Девушка закрыла глаза, стараясь вспомнить, кто же это говорил. Замелькали снежинки, широким уверенным шагом по аллее шёл человек. Он являлся частью парка, метели, заснеженных скамеек, как хозяин, обходивший свои владения.

– Это было… Да нет… Откуда? Птица на плече… – шептала Катерина.

А будка выдохнула:

– Ну, вспоминай.

Катя открыла глаза и увидела, как на аллею вышли её преследователи. Картинка в голове рассыпалась, будка разочарованно фыркнула. Девушка вскочила на ноги. Паника охватила её, руки моментально вспотели, туфли выскользнули из рук. Липкая, холодная струйка потекла по спине.

– Что делать? В будке горит свет, они меня увидят. Я пропала! – запаниковала Катерина.

– Вы в безопасном месте, – произнесла будка, её стёкла заволокло туманом. Катя стояла в освещённой будке, а за её стёклами ничего не было видно, кроме густого молочного тумана. Послышался рык, вой, какой-то топот. Сердце бешено колотилось, платье прилипло к спине, девушка присела и подобрала туфли, затаила дыхание.

– Они сейчас откроют дверь, а тут я. Здрасти, я вас заждалась, – пыталась иронизировать Катерина.

– Выходите. Опасность миновала, – прошелестела будка, дверь открылась.

– Фигушки! Я никуда не пойду. Мне ничего не видно, что там. Лучше я тут умру.

Катерину охватила паника, она схватилась за ручку двери и попыталась её закрыть. Безуспешно. Дверь словно кто-то держал.

– Вам рано умирать. Выходите.

– Нет!

Дверь оставалась открытой. Сильная рука взяла Катю за локоть и вытянула из будки. Девушка завизжала, закрыла глаза и замахнулась туфлей. Руку перехватила сильная ладонь.

– Катерина! Катя! Это Игнат, – услышала она низкий голос.

Открыла глаза. Перед ней стоял мужчина. Чертовски красивый мужчина примерно тридцати пяти лет. У него был необычный цвет волос, «соль с перцем» – так говорят, когда тёмные волосы перемешиваются с седыми. Ореховые глаза смотрели пристально и несмотря на тёплый оттенок, были холодными, широкие плечи, узкая талия, накачанные ноги и рост под два метра. Катерина достаточно высокая девушка, но он был на голову выше её.

– Ка… какой Игнат?

– Ты позвонила. Я приехал. Пойдём, я отвезу тебя домой.

Катерина повернулась к будке.

– Откуда позвонила? Из будки? Она со мной разговарива…

Девушка замолчала на полуслове. Телефонной будки не было. Скамейка была, заброшенная аллея со сбитым асфальтом тоже. А будки не было. Катерина показывала в сторону будки туфлей и лепетала:

– А… вот тут… тут стояла… я звонила… там трубка и голос…

Девушка указала рукой с туфлей за спину на будку.

Мужчина внимательно смотрел на Катерину и протянул руку.

– Идём. Тебя что-то сильно испугало. Обувайся и пошли.

Катерина обернулась ещё раз. Никакой будки там не было. Девушка отпрянула от мужчины и бросилась бежать.

– Как такое может быть? У меня от страха галлюцинации? Можно спрятаться в кустах, – мелькали и тут же испарялись мысли, подгоняемые страхом: – Куда спрятаться? Куда?

Катерина неслась по газону, спотыкалась о корни деревьев, неровности почвы. Подошвы чувствовали каждый камешек и холодные травинки. Катерина проваливалась в ямки, ойкала, скрипела зубами и ругалась. Она выбежала на другую аллею. Обернулась, сдерживая шумное дыхание. За ней никто не бежал. Катя устало присела на скамейку и судорожно прижала к груди туфли.

– И что дальше? – в растерянности произнесла она. – Я начинаю пугаться всех. Может быть это совсем другой человек. Сейчас посижу ещё немного и пойду домой.

Катин голос прозвучал неуверенно и жалобно. Хотелось разреветься от неуверенности и страха. В следующую минуту Катерина увидела, как по дорожке несётся лохматое чудовище, шумно дыша, высунув длинный алый язык. Катерине показалось, что глаза у чудовища горят.

– Вот только этого мне не хватало! Этот сожрёт и не подавится.

Девушка вскочила на скамейку, выронив туфли. Собака подбежала, обнюхала ноги Катерины и наклонилась к обуви.

– Эй! – закричала Катерина. – Не трогай! Я сама тебя съем! Только не туфли! Лучше меня покусай!

Девушка дотронулась ногой до холки собаки. Ей показалось, что пёс с удовольствием жуёт её туфли.

– Ватсон! Фу! – раздался низкий мужской голос.

– Ватсон? – Катерина нервно рассмеялась. – А вы… вы… ик… Ш-шерлок… ик… Х-холмс… ик.

– Не бойтесь. Он очень милый и воспитанный. Незнакомых девушек не есть и даже не кусает.

Милый воспитанный пёс с плоским лбом и вытянутой мордой поднял голову и открыл пасть.

– Сожрёт с милой улыбкой и не подавится, – пробормотала Катерина. – Вы кто?

– Шерлок Холмс, – усмехнулся мужчина. – С Ватсоном вы уже познакомились.

Он наклонился и подал Катерине совершенно целые туфли.

– Спасибо. А что это за чудовище?

– Это не чудовище. Это ирландский волкодав.

– Вы здесь на волков охотились?

Мужчина засмеялся.

– Нет. Мы спасали вас от преследователей.

– Это вы спугнули этих уродов?

– Там вполне симпатичные юноши. Они хотели с вами познакомиться. Только и всего.

– Ага… Только и всего, – растерянно произнесла Катерина. – Напугали до икоты. А тут ещё ваш… Ватсон. А там, у телефонной будки вы были?

– У какой будки?

– Телефонной…

– Где вы видели телефонную будку? Их давным-давно нет.

Катерина удивлённо рассматривала мужчину. Определённо это тот же мужчина, что открыл дверь будки. Или не было никакой будки? Или это другой мужчина? Рядом с ним не было собаки. Катерина запуталась. Мужчина появился как-то уж очень вовремя. Катерина боялась всего: парней, парка, внезапно появившуюся собаку, мужчину, но… Как там говорят: из двух зол выбирать меньшее. А лучше, чтобы все исчезли, и Катерина осталась одна. Мужчина смотрел на собаку, собака разглядывала и обнюхивала Катерину, а сама Катерина стояла на скамейке и отчаянно хотела оказаться дома.

– Идёмте, я вас провожу, – предложил мужчина.

Катерина ему не поверила, но немного успокоилась и протянула руку. Мужчина помог ей спуститься. Катерина попыталась опустить платье пониже, то открывало уже те места, которые можно показывать только на пляже.

– Ватсон, рядом, – приказал мужчина. – А вы пойдёте босиком?

Катерина держала туфли в руках. Обувать их на грязные ноги не хотелось.

– Хорошо. У меня машина, я вас подвезу.

– Нет! – слишком быстро произнесла Катерина.

Садиться в машину с незнакомцем, хоть и спасшим её, да ещё и с волкодавом не хотелось.

– Вы далеко живёте?

– Рядом.

Говорить было больше не о чем. Они молча дошли до Катиного дома. Девушка искоса рассматривала мужчину, а тот не обращал на неё никакого внимания. И это почему-то задевало девушку. Кончено, выглядела она не так привлекательно после бега по парку, по земле, но она что не понравилась ему?

«Катерина, почему ты должна ему нравиться? Растрёпанное чудовище, в рваных колготках, босиком. Он нашёл тебя на скамейке в тёмном парке, ты истерично просила не грызть туфли. Обычно люди бояться за свою жизнь, а ты боролась за туфли. Кто ты? Сумасшедшая. А зачем мужчине с такой собакой растрёпанная фея? Ты даже и на фею сегодня не тянешь», – говорила с собой Катерина.

Они дошли до дома, попрощались. Мужчина не попросил у Катерины телефон. А она так старательно придумывала, как ему отказать. Оказалось, зря придумывала. Катя поднялась в квартиру и, не зажигая свет, подошла к окну. Во дворе стоял мужчина, рядом сидел пёс. Мужчина смотрел на её окна. Или Катерине показалось? Стало немного обидно, что у неё не взяли номер телефона. Девушка шагнула к выключателю и включила свет. Выглянула в окно. Мужчина выходил со двора, собака шла рядом.

Глава 2. День второй. Утро.

Утром Катерину разбудил запах кофе. Она быстро встала с кровати и понеслась на кухню.

– Мама? Как ты оказалась тут?

Девушка застыла с открытым ртом на пороге. Возле плиты стоял мужчина из парка в её фартуке. В турке дымился кофе, на сковороде скворчало и пахло омлетом. На столе стояло блюдце с бутербродами.

– Пирожков я не напёк. Садись завтракать.

Мужчина обернулся и осмотрел Катерину от макушки до босых ног.

– Оделась бы сначала, – тихо уронил он.

Катерина посмотрела на себя. Она стояла босая в коротких шортах и майке, взлохмаченная. Девушка вскочила с постели и в пижаме понеслась на кухню, услышав запах кофе. Ночью ей снилась мама, и спросонья Катерина не поняла, где сон, а где действительность.

– Ой! – испугалась она и побежала в комнату.

Девушка причёсывалась перед зеркалом и размышляла.

– Как он тут оказался? И как его зовут? Я же точно помню, что смотрела в окно, когда он со своим Ватсоном уходил со двора.

Ни на один вопрос Катерина не смогла ответить. Она вернулась в кухню уже в халате и причёсанная, забрав волосы в хвост. На столе стоял омлет, в чашках дымился кофе. Мужчина сидел за столом. Перед ним стояла тарелка с омлетом и чашка с кофе. Напротив – омлет и кофе для Катерины.

– Садись, – пригласил мужчина.

Они молча ели. Любопытство распирало Катерину.

«Он остался ночевать? Нет. Я же помню, как смотрела на него из окна. Как он тут оказался?»

Вчерашнее приключение уже не казалось таким страшным. Ну хотели с ней познакомиться парни. Зачем она вообще помчалась от них? Могла бы поговорить, отшить. Если что, она знала пару приёмов, ей показала их её подруга Лариса:

– Всегда сможешь отбиться и выиграть несколько минут для отступления.

Катерина прокрутила в голове вчерашний вечер и вспомнила телефонную будку.

«Это было или приснилось? Да нет, этого не может быть! Это сон. Он отогнал моих преследователей, а я бросилась через газон на другую аллею, но собака догнала меня».

Мужчина молча ел омлет, запивая его кофе. Смотрел на Катю, в глазах вспыхивали зелёные огоньки. Катерина не выдержала.

– Вы кто? Вы как оказались в моей квартире?

– Меня зовут Игнат. Я пришёл проверить, всё ли с тобой в порядке, а дверь в квартиру была не заперта.

– Как не заперта? – удивилась Катерина.

Она вспомнила, что, зайдя в квартиру сразу подошла к окну. Да. Она забыла закрыть дверь.

– Со мной всё в порядке. Зачем вы зашли и стали готовить завтрак?

– Тебе не понравилось?

Катерине вообще всё не нравилось. Посторонний, едва знакомый мужчина в её квартире готовит завтрак. Сидит напротив, как ни в чём ни бывало. А ведь вчера даже телефон не попросил. Да и не могла Катерина забыть закрыть дверь! Или всё же забыла?

– Вчера, в парке, что это было? – спросила девушка.

– А что вчера было в парке? – невозмутимо спросил он, отхлебнув кофе. – Мы с Ватсоном каждый вечер там гуляем. А ты?

– Вы издеваетесь?

– Нет. Расскажи мне про вчерашний день.

– С какого места начинать? – съязвила Катерина.

– С какого хочешь. Лучше с начала.

«С начала, – язвительно подумала девушка, – Хорошо. Сейчас я тебе выдам нудную версию своего дня».

– В семь часов прозвенел будильник. Утро, начавшееся со звонка будильника, сразу же ломает день. Звонок вырывает из сладкого сна и бросает в действительность. А действительность не всегда бывает приятной…

– Я понял, – прервал её занудство мужчина. – Что дальше?

– К девяти часам надо было явиться пред светлые очи редактора.

– Прекрати кривляться. Говори по существу.

«Солдафон», – подумалось Катерине.

– А как вы в окопе помещаетесь? Приходится окопы копать глубже? – спросила она, неожиданно даже для себя.

– В каком окопе? – опешил мужчина.

– Вы же военный? Ведёте себя так.

– Как?

– Как солдафон.

Мужчина рассмеялся, громко и заразительно. Катерина неуверенно улыбнулась. Что это с ним?

– Рассказывай, – как ни в чём не бывало скомандовал он.

– Ядвига Генриховна дала задание: осветить исчезновение девушек в нашем городе. С утра меня ждал следователь, который ведёт дело. Но я встретилась только с оперативниками. Следователя не было. Мне дали адреса и места учёбы девушек. Но я только наметила на карте маршрут как мне удобнее к ним ехать. Не съездила, потому что машина забарахлила и мне пришлось отвезти её в ремонт, – как прилежная ученица говорила Катерина по существу.

– Что с машиной?

– Я не знаю. Остановилась и больше не завелась. Позвонила в мастерскую. Приехали и забрали. Сказали завтра, то есть сегодня, будет как новенькая.

– В какой мастерской машина?

Катерина пожала плечами и достала квитанцию, протянула Игнату.

– Кто тебе посоветовал эту мастерскую.

– Соседка. Она там недавно ремонтировала свою. У неё там знакомые.

– Что за соседка? У вас тут сплошные пенсионеры. Или я что-то путаю.

– Из квартиры рядом с моей.

– Алевтина Леонидовна?

– Вы знаете нашу соседку? – удивилась Катерина.

– Так это Алевтина Леонидовна посоветовала мастерскую? – удивился Игнат.

– Нет. Алевтина Леонидовна сдала комнату Варваре.

Катерина смотрела на мужчину удивлённо. Откуда он может знать соседку? Кто он такой? Но мужчина не давал Катерине задуматься, он спросил:

– Когда Варвара дала тебе телефон мастерской?

– Мы столкнулись на лестнице, разговорились и она дала мне телефон.

– Когда это было?

– Вчера. Нет, позавчера.

– А вчера сломалась машина?

– Ну, да.

– Очень удачно тебе дали телефон мастерской.

– Счастливое стечение обстоятельств, – согласилась Катерина.

– Сомнительно, что счастливое. Дай ключи от машины, – попросил мужчина, протягивая руку.

– Зачем?

Он не ответил, достал телефон и кому-то позвонил.

– Петрович, надо машину проверить. Да. Подозреваю. Жду.

– Какую машину? Кого ждёте? – спросила Катерина.

Игнат молчал. Он вёл себя так, словно подозревал в чём-то Катерину. Она чувствовала себя провинившейся школьницей у директора в кабинете.

– У меня нет ключей, они в мастерской. Что за допрос? Почему я должна вам отвечать? Почему я должна интересоваться соседями? Да кто вы такой?! Вот сколько вам лет? Лет тридцать пять? И вы интересуетесь окружающими людьми?

– Я очень интересуюсь окружающими людьми. Особенно теми, кто вокруг тебя, – прокашлявшись ответил мужчина.

– Зачем? – опешила Катерина.

– Профессия у меня такая.

– Какая?

Игнат долго пил кофе и задумчиво смотрел на девушку.

– Это не важно, – наконец произнёс он. – Что было дальше?

Катерине показалось, что он что-то скрывает. Но какое ей до него дело? Не хочет говорить, пусть не говорит. У Кати мелькнула мысль – какие у них могут быть общие дела чтобы он интересовался её окружением. Мелькнула и пропала, потому что видела она мужчину первый раз в жизни. Ну ладно, второй: вчера в парке и сегодня у себя на кухне. У неё всегда так: мыслей много, но они как-то не задерживаются в её голове. У Катерины в мозгу, наверное, есть какой-то контроль: эта мысль нужная – и она запоминает её без особого труда. Эта мысль ни к чему – и мысль улетучивается, теряясь в пространстве извилин, прячется в самые дальние уголки. Но если это воспоминание понадобится, Катерина легко сможет найти его и вытащить наружу, чтобы додумать. Память её никогда не подводила. Она быстро запоминает материал, хорошо говорит на трёх языках и может поддержать разговор на любую тему. Один раз прочитанное или увиденное навсегда остаётся в её памяти. Но вот Игнат… что-то далеко знакомое было в нём… что-то такое было… но вспомнить ей опять не дали:

– Что было дальше?

Катерина вынырнула из размышлений и продолжила.

– Из мастерской я поехала на метро до парка и пошла через парк домой. Я там всегда хожу. Так короче дорога.

– Не страшно?

– До вчерашнего дня – нет.

– Что напугало?

– Парни. Они хотели со мной познакомиться. Я прошла мимо. Раньше на этом всё и заканчивалось. А вчера они пошли за мной. Я побежала, и они тоже. Вот тогда я испугалась. А ещё… – Катерина хотела сказать про голос, но передумала. – Свернула на какую-то аллею. Я не помню этой аллеи. Надо сегодня проверить. А там телефонная будка. Старинная. Мне про такую мама рассказывала. Я зашла, а будка стала со мной разговаривать.

Игнат рассмеялся. Катерина обиделась.

– Я не вру! Я не сумасшедшая! Там была будка! Вы же сами меня забирали из будки! Или это были не вы?

– Мы гуляли по той аллее, где вас нашёл Ватсон.

– Нашёл… Напугал!

– Я думал, что вас напугали парни.

– Да я… Я сегодня же проверю эту аллею. Была будка. И в ней голос. Это не робот. Голос отвечал мне на вопросы.

– Хорошо поговорили? – иронично спросил Игнат, отсмеявшись.

– Нет, – буркнула девушка.

– Что так? Будка не ответила на все вопросы?

– Да! А вы? А вы, как там оказались?

– Я уже говорил: мы с Ватсоном там гуляем каждый вечер. В парке нет никакой телефонной будки. И даже если бы она там стояла, позвонить с неё никак не возможно. Нет там телефонных линий.

– Откуда вы знаете?

– Просто знаю.

– Я сошла с ума? – упавшим и растерянным голосом спросила Катя.

– Нет. Просто наш мозг в минуты опасности и стресса рисует очень реалистичные картины.

Игнат пожал плечами. Мускулы под рубашкой перекатились. Красиво так поднялись и опустились.

«Вот чёрт! Красивый. Лет, наверное, тридцать пять. Тёмные с проседью волосы, светло карие глаза, широкие плечи, очень высокий. Но как-то всё в нём слишком: и фигура, и лицо. Так не бывает, чтобы вас спас красавец и ничего не потребовал взамен. Или он пришёл требовать?» – думала Катерина, разглядывая мужчину.

Он притягивал своей красотой и отталкивал ироничностью и холодом.

«Что он тут делает? Я его не звала. А если и звала, то спасибо и до свидания, – злилась Катерина. – И что дальше? Вот что он тут сидит? У него дел нет никаких что ли? Он тут решил пожить?»

Игнат о чём-то думал и смотрел в окно.

– Что вы собираетесь делать? – спросила Катерина.

– Позавтракать, – невозмутимо ответил Игнат.

«Это невыносимо. Непробиваемый тип. Сидит в моей кухне, пьёт мой кофе… Ну ладно, кофе он сам и сварил и бутерброды сделал. И омлет. Но его никто об этом не просил. Его даже не звали! Он сам зашёл в мою квартиру. Кто он?».

Катерина так глубоко задумалась, что не услышала, что Игнат разговаривает с ней. Он положил свою огромную руку на её кисть, девушка вздрогнула.

– Ты где? – улыбнулся он.

«Вот чёрт! И улыбка у него красивая. Интересно, а зубы свои», – подумала Катя и ответила: – А где мне быть? Живу я тут.

– О чём задумалась? Проверить хочешь свою будку телефонную?

«Он что, мысли читать умеет», – подумала Катерина и упрямо произнесла: – Да. И что? Стояла там будка.

Игнат пожал плечами.

– Только днём проверяй. Меня может не оказаться рядом.

Катя промолчала, тоже мне наставник нашёлся.

– А вам воспитывать некого? Что вы ко мне привязались? – не удержалась она. – Ватсона своего воспитывайте, а меня оставьте в покое. Я не нуждаюсь в опеке.

Мужчина посмотрел на Катю красивыми ореховыми глазами, чуть прищурился, уголок рта нервно дёрнулся. Смотри-смотри, меня не проймёшь неземной красотой, я и сама красива. У девушки мелькнула шальная мысль завлечь и влюбить в себя этого самовлюблённого красавчика, но тут же позорно сбежала.

«Ну на фиг, с огнём лучше не играть. Неизвестно кто кого соблазнит. А оно мне надо? Не надо».

– Я дал слово приглядеть за тобой. Хочешь ты этого или нет, меня не интересует.

– Кому вы дали слово? – удивилась Катерина. –То есть вы будете всюду со мной таскаться? И жить тут будете? Ну нет! Мне это не нравится. Я сама справлюсь. Без вас. Спасибо за помощь. Дальше я сама.

Игнат приподнял бровь.

– Ты в этом уверена?

– Абсолютно, – заверила Катя и даже закивала для пущей убедительности.

– Хорошо, – ответил Игнат.

Он снял фартук, аккуратно повесив его на ручку плиты, поставил тарелку и чашку в раковину.

– Посуду помыть?

– Сама помою, – буркнула девушка, чувствуя себя сволочью.

В дверь позвонили. Кто это? Катерина никого не ждала. Встала, чтобы открыть дверь, но Игнат усадил её на место и пошёл открывать сам. Послышался щелчок замка.

– Здорóво, – произнёс незнакомый мужской голос.

– Катерина, дай ключи, – скомандовал Игнат.

Девушка вышла в прихожую. На пороге стоял мужчина лет пятидесяти в джинсах и джинсовой куртке.

– Здравствуйте. Я проверю вашу машинку. Справлюсь минут за тридцать. Есть у вас время подождать?

– Есть, – растерянно проговорила Катерина. – А зачем её проверять? Она в мастерской ещё. Там её и проверят. И ключи там.

Мужчины переглянулись.

– В какой мастерской?

Катерина взяла сумочку и достала квитанцию.

– Хорошо, – сказал мужчина. – Заберёте из мастерской через два часа, – и обратился к Игнату: – Сделаю.

– Спасибо, Петрович, – ответил Игнат и сказал Катерине: – Машину заберёшь через два часа.

– Вы знаете, со слухом у меня всё в порядке, только с вашей логикой туго. Зачем проверять машину, которую уже проверяют?

Петрович засмеялся, Игнат дёрнул уголками губ, прокашлялся.

– Верните квитанцию. Как я без квитанции заберу? И не надо мне ничего проверять.

– Разбирайся тут, я пошёл, – улыбаясь сказал Петрович.

Он хлопнул Игната по плечу и ушёл, отдав Катерине квитанцию. Игнат молча смотрел на девушку с высоты своего роста, ей пришлось задрать голову. Он стоял так близко, и Катя слышала его дыхание. Ей стало как-то не по себе, и она отступила на два шага назад. Он сделал шаг к ней. Руки у Катерины моментально вспотели и ей стало страшно. В голове заметались мысли:

«Вот чёрт, мы одни в квартире и с таким большим мужчиной мне не справиться».

Все Катины страхи отразились на её лице. В таких случаях Ядвига всегда говорила:

– Ты молчишь, но субтитры бегают по твоему лицу.

– Всё хорошо. Поедешь за машиной через два часа. Я ухожу. Телефон у тебя есть. Позвони, – мягко сказал Игнат, отступая назад.

Катерина кивнула, потому что голос пропал. Игнат попрощался и вышел. Соседняя дверь квартиры открылась. Выскочила Варвара. Она кивнула Катерине, провела оценивающим взглядом по мужчине и, показав за его спиной большой палец, сбежала по лестнице. Алевтина Леонидовна высунула любопытный нос и спросила:

– Хахаль твой что ли?

– Нет, – буркнула Катерина.

Любопытная Алевтина Леонидовна стояла в дверях. Игнат не уходил, он смотрел вслед Варваре.

– Ну если ей не нужен, заходь. Потолкуем. У меня квартирантка красавица. Да ты видел. Она только что ушла в магазин. Подожди, сейчас вернётся, познакомлю.

– Спасибо. Я по делу к Катерине заходил.

«Ага, по делу. Завтрак приготовить и самому поесть», – мысленно прокомментировала девушка.

Игнат вдруг протянул руку.

– Дай твой телефон, – властно произнёс он.

Катя растерялась от такой фамильярности и послушно отдала мобильник. Он занёс туда номер своего телефона и позвонил себе.

– Мой номер будет у тебя на экстренной связи под цифрой «один».

– Зачем? – удивилась девушка. – Это вы так пытаетесь познакомиться?

Игнат ухмыльнулся.

– Я слишком давно тебя знаю, чтобы знакомиться.

– А я вот – нет, – выпалила Катерина.

Когда Катерине было что-то непонятно, она начинала дерзить. Мама говорит: хамить.

– Можешь считать меня… телохранителем, –произнёс мужчина низким голосом.

– Хранителем чьего тела? – съязвила Катерина.

– Твоего, – произнёс Игнат без эмоций.

– Спасибо. Я как-нибудь сама его сохраню, – отказалась Катерина и подумала: – «Моё тело в твоих руках точно не будет в сохранности. Скорее меня надо хранить от тебя».

Катерина с неприязнью смотрела в ореховые глаза мужчины. Он усмехнулся одними уголками губ, словно оскалился. Брр.

– Я предпочитаю общаться с незнакомыми людьми на «вы», – процедила девушка сквозь зубы.

Алевтина Леонидовна продолжала маячить в дверях своей квартиры.

– Коль не ладите, может Варьку мою дождёшься? Она девка покладистая.

– Спасибо. Я спешу, – ответил соседке Игнат и сбежал по лестнице.

– Видный парень, что ты кочевряжишься то? – спросила Алевтина. – Бесишься потому что одна.

– Алевтина Леонидовна, это не ваше дело! – в сердцах бросила Катерина. – Сама как-нибудь разберусь.

– Вот именно, что как-нибудь. А надо с лаской, да улыбкой. А ты лишь глазами сверкаешь, да дерзишь.

Катя вздрогнула от хлопка входной двери. Это Игнат вышел из подъезда. Стало противно, словно она обидела его незаслуженно. Подрагивали руки, и испуганной птичкой билось сердце. Она захлопнула дверь перед любопытным носом соседки.

– Конечно, я обидела Игната. Может быть ему тоже не нравится возиться со мной. Ну вот, обиделся, теперь у него есть повод не выполнять просьбу… А он так и не сказал, кто просил его меня опекать! Ну и ладно. И всем хорошо, – громко проговорила Катерина, входя в кухню.

Как бы Катерина себя не утешала, чувство вины и раскаяния не покидало её. Хотелось позвонить и извиниться. За что? Человек спас, приехал, завтрак приготовил, а она выгнала. Спасибо, ваша помощь мне не нужна. Ну, и кто она после этого? Даже спасибо не сказала. Не сказал… потому что её, когда она несётся кого-нибудь спасать, тоже никто не говорил спасибо. Всё. С сегодняшнего дня никого не спасаю. Живу для себя. У подружек, как только наладилась их семейная жизнь, так и пропали. Не до Катерины им стало. Вот и Кате теперь ни до кого нет дела. И этот Игнат пусть обижается. Спас и до свидания. Его вообще-то даже не просили об этом.

Надо на что-то убить эти два часа. Катерина всё-таки решила послушать Игната и не отправилась за машиной сразу. Она послонялась по квартире, намыла посуду, посмотрела в окно. На детской площадке сидела парочка, двор был пуст. Подъехала машина, и из неё вышла Варвара. Красивая такая машина. Чёрный джип.

«Алевтина же сказала, что Варвара в магазин пошла. Возвращается на машине. Где-то я видела этот джип. В парке! Возле парка стоял такой же джип, – и тут же осадила себя? – Катя! Таких джипов на город несколько десятков наберётся. Не придумывай. Встретила кого-то Варя, вот её и подвезли».

Соседка помахала рукой водителю, джип уехал. Как ни старалась, водителя Катерина не смогла рассмотреть. Парочка окликнула Варю, и она подошла к скамейке. Они о чём-то поговорили и все вместе посмотрели на окна Катерины. Девушка отшатнулась за занавеску. Может быть они и не на её окна смотрели. Рядом с окном из кухни Катерины окно Вариной квартиры. Варвара помахала парочке рукой и пошла к подъезду.

– Вот что мне надо! Пойду к Варваре налаживать отношения. Надо же её отблагодарить за мастерскую. Заодно спрошу про джип, – приняла решение Катерина.

Девушка жалела, что так некрасиво поступила с Игнатом. Ей захотелось позвонить ему и извиниться, но было страшно и неудобно. Мама обязательно сказала бы:

– Ты, Катя, несносная и вспыльчивая девчонка, не умеешь держать себя в руках.

И мама, как всегда, оказалась бы права. Мама всегда права. Она до сих пор учит Катерину жизни и знает, как надо поступить. У мамы в запасе пятьсот пятьдесят вариантов правильного развития событий и примерно столько же претензий к дочери. Катерина надерзила бы матери, потом поплакала, пожалела бы себя и через неделю позвонила бы маме с извинениями.

– Ничего не меняется в этой жизни, – грустно произнесла Катерина своему отражению. – Я несусь, роняя тапки, на выручку всем. Утешаю, объясняю, жалею. А меня никто не жалеет. У подружек своя жизнь, семьи. И встречаемся мы реже. Может быть это у меня тоска от недолюбленности? Мама всегда учит. Мои успехи принимает как должное, а промахи долго вспоминает и пилит, пилит. Только Ларка и Ядвига радуются за меня.

Катино отражение в зеркале молчало. Вдруг девушке показалось, что за её спиной в зеркале мелькнула тень. Девушка обернулась. Никого.

– Ну кто может быть в квартире, где кроме меня никого нет? – спросила саму себя в зеркале Катя.

Катерина из зеркала посмотрела на Катю настоящую. И вдруг девушка подумала:

– А ведь что-то было в моей жизни… Что-то было. Что?

Катя из зеркала грустно улыбнулась и покачала головой. За её спиной мелькнула тень большой собаки. И в это время во дворе загрохотала музыка:

«… Ты в долгу у себя самого.

И пока не покрыта задолженность,

Осторожность превыше всего!

Осторожность!..»

Катя настоящая вздрогнула и закрыла глаза, затем снова открыла. Музыка оборвалась. В зеркале отражалась высокая стройная красивая девушка. За её спиной стояло кресло, на кресле лежал серый махровый халат. Катерина усмехнулась:

– Померещится же всякое.

Девушка опять начала прокручивать в голове разговор с Игнатом и злилась на себя. Ну почему он встал и ушёл? Катерина же не выгоняла его. Или выгнала? Ой, как некрасиво получилось. Потом Катерина обвинила Игната в навязчивости. Разозлилась ещё больше и запуталась: кто же виноват. Виноватых не нашла. Почему всё утро занято мыслями об Игнате? Ей что, думать не о чём? Накрасилась и пошла к соседке.

Катерина прислушалась к звукам из квартиры Варвары. Из квартиры не доносилось ни звука. Позвонила. За дверью послышались шаги.

– Кто там?

– Варвара, это Катерина, ваша соседка.

Катя уже пожалела о своём решении. Что она скажет Варваре? Зачем пришла? Дверь открылась. На пороге стояла высокая, с короткой стрижкой рыжая Варя. Она пристально смотрела на Катерину своими тёмными, как южная ночь, глазами. Спортивная фигура скрывалась под просторным домашним костюмом в единорогах. Этот серый трикотажный костюм смешно смотрелся на её фигуре. Катерина фыркнула. Варя улыбнулась в ответ.

– Смешной костюмчик? А мне нравится. В нём уютненько так. Что пришла? Заходи.

Варя посторонилась, Катерина зашла в квартиру. В квартире добротная старая мебель, сделанная не из опилок и фанеры, а из дерева. Резные стулья, круглый стол, тяжёлые плюшевые шторы, скрипучий паркет и домотканые половики. Из комнаты вышла Алевтина Леонидовна.

– Что пришла?

– К Варваре.

– А. Ну идите чайку попейте, поболтайте. А мужика то не упусти. А то Варьке сосватаю.

Алевтина вернулась в комнату.

Варвара пригласила Катерину в кухню.

– Кофе будешь?

– Буду.

Варвара налила растворимый кофе по чашкам. Катерина пьёт только зерновой кофе, но из вежливости пригубила. Катя заметила, что у кофе какой-то непривычный привкус.

– У тебя с чем кофе?

– А что?

– Привкус какой-то, – ответила Катерина. – Не могу определить, что за добавки.

– Это мне подарили кофе. Так что не знаю, – махнула рукой Варвара. – не нравится?

Варя пристально рассматривала Катерину. Так пристально и долго смотрела, что Катя физически ощутила взгляд Варвары.

– Что-то не так, – спросила она соседку.

– Теперь всё так. Всё так, – весело ответила Варвара и быстро спросила: – Что за гости у тебя были?

– Какие гости? – удивилась Катерина.

– Мужчины, – хитро улыбнулась соседка. – Сначала старый, потом молодой вышел.

– Ты следишь что ли? – хмыкнула Катя.

– Нет. Интересно просто.

– Это… это с работы, –растерялась Катерина.

– Оба сразу? Молодой красавчик. Твой?

– Кто?

Варвара расхохоталась.

– Ну ты тормоз. Ты с молодым встречаешься? А то живу тут уже давно и никогда не видела, чтобы ты с парнем была.

– Нет. Не мой. С работы.

– Чем занимается?

– Не знаю.

– Тебя что ничего не интересует? Красивый.

– Слишком красив, спортивен и пр.

– Что такое «пр»? – удивилась Варвара.

– Прочее. Всё остальное.

– Ты и остальное успела проверить? – ухмыльнулась Варвара.

Катерина покраснела.

– Нет, конечно.

– Зря. Ну раз не твой, я займусь им? Телефончик есть?

Катерина напряглась. Телефон Игната почему-то давать не хотелось.

– Телефона нет. Он у нас в издательстве работает. – соврала Катерина.

– А где издательство?

Катерина нехотя назвала адрес.

– Ты что зашла-то?

– Просто познакомиться. Живём рядом, мало ли что понадобится.

– Это точно. Это ты удачно придумала. Знаешь, давай я вечерком забегу к тебе, поболтаем. Мне сейчас некогда, – Варя допила кофе и встала.

Катя отставила недопитую чашку и поднялась.

– Конечно. Извини. Я пойду машину забирать.

– Сегодня?

– Сейчас и поеду. Спасибо тебе за мастерскую. Мне тоже надо кое с кем сегодня встретиться.

– Да не за что. Там мой приятель работает. С кем встретиться? Свидание?

– Нет. Я журналист. У меня задание. Слышала про пропавших девушек. Мне надо провести журналистское расследование.

Варвара села на табуретку.

– А вот отсюда поподробнее, – попросила она.

– У меня задание – узнать всё про девушек, которые пропали из «Статуса», сходить к следователю и написать статью.

– Да ты что? – восхитилась Варвара и забыла, что куда-то спешила. – Расскажи!

– У тебя же нет времени, – запротестовала Катерина, вспомнив, что ей нельзя разглашать задания.

«Ну да, я сначала говорю, а потом думаю. Вот и о секретном задании выболтала первому попавшемуся слушателю. Говорила мне Ядвига, что мы проводим неофициальное, почти нелегальное расследование и надо держать язык за зубами. Держать язык за зубами я не умею. Слова льются из меня, опережая мысли. Да, приличной леди из меня никогда не выйдет. Даже не так, приличная леди из меня вышла, где-то заблудилась и вряд ли вернётся», – подумала Катерина.

Варвару заинтересовало задание Катерины. Она даже нетерпеливо постучала пальцами по столу и взяла с подоконника пачку сигарет, закурила.

– Да ладно, такси вызову. Что ты должна сделать?

– Собрать сведения.

– Возьми меня с собой, – просительно протянула Варвара. – Это так интересно я буду тебе помогать, записывать или снимать.

– Прости, я не могу.

Варя покусала губы, тряхнула головой.

– Ладно. Вечером расскажешь?

Катерина пожала плечами. Она злилась на себя что сболтнула лишнее. Варвара нахмурилась, проводила Катю до дверей и молча закрыла их. Катерина опять занялась самокопанием:

«Почему у меня получается так, что я всех обижаю?» – она опять испытала чувство вины.

Девушке захотелось вернуться и сказать:

– Я не могу. Мне нельзя рассказывать. Это редактор так сказала, и следователи тоже…

Кате хотелось оправдываться и просить прощения. Вот с ней всегда так. Катерина боится обидеть собеседника, задеть его чувства. Как говорит Ядвига:

– Ты всех пускаешь в своё личное пространство и ещё и извиняешься за то, что они там натоптали. Надо уметь держать границу.

– Как её держать? Люди же обижаются.

– Они обижаются на себя. Просто их ожидания не оправдались. Заметь, их ожидания. Ты не обязана соответствовать их ожиданиям и, тем более, воплощать их. Ты источник, из которого пьют. Для того чтобы источник не пересох, он должен пополняться. Так вот ты не пополняешь свой источник.

– А как пополнять свой источник? – заинтересовалась Катерина.

– Ты тоже должна получать энергию.

– Как?

– Катерина, нельзя помочь всем. Всем не угодишь. Чувство вины истощает тебя. Ты должна давать энергию по своему желанию, а не жалеть всех.

– Так я всех жалею. Боюсь, что отказом обижу.

– Ты имеешь право помогать и имеешь право отказать.

– А как понять, кому можно отказать?

– Ты должна чувствовать нужна помощь или нет. Когда человек нуждается, а когда использует тебя.

– Так всем нужна помощь. Иначе обидятся.

– Обида – это чувство неудовлетворённой потребности. Человек хотел получить услугу и не получил. Это нормально – отказать. Ты не обязана удовлетворить потребности другого, выполнять то, что от тебя ждут. Это твой выбор. Нельзя быть хорошей для всех.

Ядвига умеет красиво и убедительно говорить. Только вот Катерина плохая ученица.

Девушка оделась и отправилась в мастерскую через парк. По утрам парк полупустой, птицы весело щебечут в листве, деревья наигрывают им музыку, шелестя листьями в такт чириканью. Сегодняшняя мелодия у парка весёлая. Пахнет травой, листьями, прохладный ветерок играет с деревьями. Этот парк старый, деревья в нём большие, толстые, кроны широкие. Все аллеи в тени, редкие солнечные зайчики прыгают по асфальту, прорываясь между листьев.

Катерина искала аллею. Она точно помнила, вот где-то тут должен быть поворот. Когда Катя бежала домой, поворот был справа. Сейчас девушка шла от дома, и аллея должна находиться слева. Слева все аллеи ухоженные и не тупиковые. Поблуждав по парку час, Катерина так и не нашла той заброшенной аллеи. Но девушка уверена, что аллея была! Катерина решила подумать об этом позже и проверить ещё раз вечером.

Когда Катя расплачивалась за ремонт автомобиля, где-то в глубине мастерской мелькнул мужской силуэт в белой рубашке с закатанными рукавами. Мужчина кого-то ей напомнил. Катерина точно где-то его видела, но вот где?

– Кто это? – спросила девушка у механика, указывая на мужчину.

Мужчина остановился и смотрел на Катю сквозь стекло двери. Девушка поёжилась. Взгляд тяжёлый, как тот, в парке. Даже на таком расстоянии Катерине стало немного страшно от его взгляда. Механик посмотрел в ту сторону, куда она указала.

– Хозяин мастерской.

– А как его зовут?

– Антон Брутман. У него несколько мастерских. Семейный бизнес, – пояснил словоохотливый механик. – Может встретимся как-нибудь?

Катерина растерялась и продолжала смотреть на мужчину за стеклом. Тот тоже никуда не уходил. Он с кем-то разговаривал и смотрел на Катерину. Девушка не рассматривала его, её взгляд зацепился за мужчину, и она лихорадочно вспоминала: где видела его. Отчего-то стало страшно. К мужчине подошла высокая девушка. И девушка тоже кого-то напоминала. Короткая стрижка, спортивная фигура, высокая. Она напомнила Варвару. Похожа. Что она тут делает? Да какая разница, что она тут делает!

«У меня галлюцинации, – обречённо подумала Катя. – Телефонная будка, собака в зеркале, хозяин мастерской похож на преследователя, Варвара рядом с ним. Бред. И что с этим делать?»

– Ну так как? Встретимся? – отвлёк Катерину механик.

Она сосредоточилась на нём. Иметь в друзьях автомеханика замечательно, но свидание… Катя задумалась, как бы ей повежливее отказать, чтобы не обидеть. Но парень сам всё понял.

– Хозяин приглянулся? Ты ему похоже тоже. Вон как глазами сверкает. Только у него девушки не задерживаются больше недели. Ладно. Звони, если что. Дорогу переходить хозяину мне не резон. Да и ты смотрю не из простых. Не по карману ты мне будешь.

Катерина подавилась воздухом. Это он о чём сейчас? По какому карману? Иногда собственная внешность раздражала Катерину. Мама говорит:

– В тебе видна порода. Как бы ты не была одета и накрашена, породу не скрыть.

– Я что собака? Какая порода? – возмущалась Катерина.

Мама посмеивалась. Катерина вынырнула из воспоминаний, когда механик потянул её за руку.

«Неудобно как, – упрекнула себя девушка. – Я всё время отвлекаюсь и не слушаю его».

– На машине поедешь? Или подогнать куда?

Катерина не хотела давать адрес механику.

– Поеду, – ответила она и села в автомобиль.

Катя напрочь забыла, что в корешке квитанции есть её адрес. Она называла его, когда сдавала машину в ремонт. И телефон там записан. Но Катерина об этом забыла.

Катерина достала блокнот и посмотрела адреса девушек, которые ей дал следователь. Вместе с Катей со служебной стоянки автомастерской тронулся чёрный джип. Это тоже кануло в недрах Катиного мозга, она не придала этому значение, на стоянке стоит много машин. Катерине надо посетить родных и знакомых трёх пропавших девушек, собрать материал, обработать и через четыре дня отнести Ядвиге.

Глава 3. День второй. Пропавшие девушки.

Первым в списке у Катерины стоял Гуманитарный институт, где учится пропавшая Олеся. Группу Олеси Катерина нашла в вестибюле института по расписанию фольклорного факультета. Шла последняя пара. Катя подождала в пустом коридоре. Всё здесь знакомо и навевало воспоминания о её учёбе. В коридоре тот же запах мела и книг. Шаги гулко отзывались эхом под высокими потолками. За каждой дверью шла пара. Из одних аудиторий доносился голос преподавателя – идёт лекция. Из других шёл гул множества голосов – практические занятия. Наконец тишину коридора разорвал звонок. Двери аудиторий открылись, студенты и студентки шумной толпой высыпали в коридор. Катерина преградила путь весёлой толпе из нужной аудитории и показала корочки журналиста.

– Простите, пожалуйста, я могу с вами поговорить об Олесе? Мы готовим статью о пропавших девушках.

Все разом замолчали, переглянулись. Заговорила одна из девушек:

– Я староста группы. Аня, – она протянула Катерине руку.

– Катерина, – представилась девушка, пожав Анину ладонь.

– Пойдёмте в сквер, там и поговорим, – предложила Аня.

Почти вся группа потянулась за ними.

– А вы снимать будете? Всех? Интервью будете брать? И записывать? А вы про всех напишите? А когда статья выйдет? Дадите автограф?

Ребята засыпали Катерину вопросами, она не успевала отвечать.

– Тихо вы! – крикнула Аня.

Студенты расселись на скамейке, кому не хватило места, присел на корточки или прямо на траву. История Олеси оказалась такой.

Олеся приехала из Украины. Черноволосая, черноглазая красавица, училась прекрасно, дружила со всеми. Олеся увлекалась картами Таро. Гадала она всем. Олеся говорила:

– Я не гадаю, я делаю расклады.

Оплату она брала небольшую. Какие деньги у студентов. Но самое интересное, что все расклады Олеси сбывались. Это подтвердили наперебой и девочки, и мальчики. Гадала девушка, конечно же на любовь и на учёбу. За несколько дней до того, как Олеся пропала, её парень пристал к ней:

– Погадай на себя. Мы тоже хотим знать, сбудется ли твой расклад.

Олеся отнекивалась, но потом сдалась. Сначала Олеся весело рассказывала о том, что показывали карты, по мере вытаскивания очередной карты из колоды, лицо её мрачнело. Затем она перемешала все карты на столе и собрала их в колоду. Смотреть на неё было страшно. Она осунулась, побледнела и хрипло произнесла:

– На себя гадать нельзя.

Два дня девушка ходила мрачной и неразговорчивой, только в институт и на работу. Олеся подрабатывала вечерами в ночном элитном клубе «Статус». Снимала она квартиру с Аней и ещё одной девушкой. За день, до того, как пропала, Олеся в институт не пошла, сказала, что у неё дела. Когда подруги вернулись из института, они заметили, что настроение Олеси улучшилось, девушка рассказала, что ездила к бабке Але. Та сняла с неё нагаданную самой Олесей ситуацию.

– Олеська очень расстроилась, когда разложила карты на себя. Потом она нашла или ей посоветовали бабку, которая снимает… Что она там снимает – фиг кто знает. Олеся сказала, что, когда раскладываешь карты, ты как бы программируешь себя на эти действия. Фигня всё это, конечно, – продолжала Аня.

– А вот и не фигня! – горячо возразила её сокурсница. – Расклады же сбывались. А у неё что-то плохое вышло.

А вечером девушка ушла на работу в клуб и не вернулась. Возвращалась Олеся поздно, подружки иногда не слышали, когда она приходит. Девчонки крепко спали и не ждали соседку с работы. На следующее утро девчонки проснулись, а Олеси нет. Вещи на месте, а Олеся пропала. В институт она тоже не пришла, телефон отключён. Только платочек этот на кровати лежит. Девушки посовещались в группе, позвонили домой, а потом отправились в полицию.

Катерина нахмурилась.

– Какой платочек, – удивилась она.

– Белый носовой платок, обвязанный кружевами и в углу змейка вышита. Это, как сказала Олеська, ей бабка подарила.

– Зачем?

– Эта бабка сказала, когда змейка из клубочка вытянется во всю длину, все напасти исчезнут. А исчезла Олеся.

– А как вышитая змейка может выпрямиться? – удивилась Катерина.

Девушки пожали плечами.

– Шарлатанка эта бабка! – вставил парень Олеси. – Найти бы её…

– Когда это было?

И Катерине назвали день, когда Олеси не оказалось дома.

– Это было первого мая. Мы не учились –выходной. Олеся накануне работала. Она часто выбирала смены под выходные. Работает допоздна, иногда до утра. Потом в институт не встать.

– Кем она работает? – спросила Катя.

Девушки пожали плечами. Парень нахмурился.

– Она даже мне не сказала. Стесняется, наверное. А что тут такого? Все подрабатывают. На стипендию не проживёшь, а родители Олеськи не богатые.

– Откуда знаешь? Есть их адрес? – поинтересовалась Катя.

– Адреса нет. А были б богатые, она бы койку не снимала.

– А у вас есть фотография Олеси? В полиции мне показали, но там такое качество, что не понять.

Парень девушки открыл фото Олеси в своём телефоне. Катерина даже отшатнулась. С экрана телефона смотрела сама Катерина. Девушка подняла на парня глаза.

– Это кто?

Все заглянули в телефон и загалдели.

– Так Олеська. Мы в кафе сидели. Вон видите, стаканчики с кофе.

Они ещё немного погалдели, а парень пристально посмотрел на Катерину.

– Вам тоже показалось, что она похожа на вас?

Тут уже все уставились на Катерину. Снова поднялся галдёж с разбирательством её черт.

– Да нет. Брови другие. И разрез глаз не такой. Волосы другого цвета. И губы не такие. И рост у неё пониже. И грудь побольше.

Катерина чувствовала себя так, словно её раздевают на площади при огромном скоплении народа. Тут Аня снова крикнула:

– А ну тихо! Засмущали журналистку. Олеська и правда похожа на вас. Она могла быть вашей сестрой?

– Нет, – покачала головой Катерина. – Я местная.

Парень скинул Кате фото Олеси.

– А можно мне платочек посмотреть? – попросила Катерина.

– Конечно. Идёмте, – согласилась Аня.

Они отправились в квартиру, которая находилась недалеко от института. Квартира двухкомнатная. В одной комнате девушки спали, а во второй делали домашние задания, встречали гостей, смотрели кино. Девушки прошли в спальню. Три аккуратные односпальные кровати, тумбочки возле них, шкаф. Очень похоже на комнату в общежитии.

– Вот её кровать, – указала Аня.

– Она была застелена? – спросила Катерина, глядя на застеленную кровать.

– Да. Словно Олеся не возвращалась из клуба.

Аня открыла шкаф, там царил идеальный порядок. Всё аккуратно разложено по полочкам, по стопочкам.

«Как люди умудряются держать вещи в таком порядке? У меня вечный кавардак. Бельё, носки, колготки иногда и майки с фут�