Вторая жена моего Альфы

Глава 1

– Эмбер, познакомься. Это Минди. Моя жена.

Эти слова обрушились на меня, как стотонный пресс, потому что произнес их не кто-нибудь, а мой собственный муж, еще и в присутствии двух десятков его родных и близких. И та, кого он назвал своей женой, презрительно скривилась и ткнула в меня пальчиком.

– Что это за замухрышка? Зачем ты притащил ее в наш дом?

Действительно, зачем?

Я бросила вопросительный взгляд на своего мужчину. Мне было интересно, как он станет выкручиваться. Начнет оправдываться? Я заранее готовилась не верить ни единому его слову. Потому что количество лжи только что превысило критический уровень.

С самой первой нашей встречи все шло не так. Как будто Луна предупреждала меня никогда не связывать свою жизнь с этим мужчиной – сильнейшим альфой оборотней из всех, что мне доводилось встречать. Он появился в нашем доме внезапно, как снег на голову, и сразу же решил на мне жениться. Но даже несмотря на это у меня не было никаких иллюзий относительно чувств, которые этот мужчина ко мне испытывал. Однако я действительно прониклась к нему симпатией. Доверилась своему жениху, несмотря на то, что это было непросто. И вот что получила в итоге.

Ронан Рэдмун не просто обманул меня в какой-то незначительной мелочи, он оказался женат. И его жена назвала меня ничтожеством. На глазах у всех. Это было не просто неловко. Это было оскорблением. Унижением.

Возможно, несколько дней назад я бы проглотила обиду, но в последнее время столько всего произошло, что мне пришлось внезапно повзрослеть. В свои двадцать лет я приобрела мудрость седой волчицы и отрастила острые клыки и когти.

– Объясни мне, Ронан, – спокойно попросила я. – Если эта Минди твоя жена, то кто тогда я?

Мужчина даже не выглядел смущенным, что еще раз подтвердило полное отсутствие у него совести.

– На Минди я женился раньше, чем на тебе, – сказал он, запустив пятерню в волосы на затылке. – Значит, ты моя младшая жена. А она старшая.

– Меня устроит только роль твоей единственной жены, – все еще сохраняя внешнее спокойствие, произнесла я. А внутри меня все кипело от негодования. Да как он посмел? Я никогда не смирюсь с ролью младшей жены. Чтобы эта тощая блондинка чувствовала себя главной? Чтобы унижала меня при каждом удобном случае, указывая на мое более низкое положение в этом доме? Да ни за какие коврижки!

– У тебя нет выбора, – усмехнулся Ронан. И хотя он выглядел несколько виноватым, я видела, что ничто не переубедит его в чувстве собственной правоты.

Но, как любил повторять мой дедушка – даже если вас съели, всегда есть как минимум два выхода. И я не собиралась терпеть свой новый статус.

Однако, Ронан Рэдмун был именно тем мужчиной, что с удовольствием разрушал все мои иллюзии.

– Ты не можешь вернуться домой, – сказал он, ухмыляясь так, будто не разбил мое сердце вдребезги. – Твой дед пристрелит тебя, как бешеную псину, как только ты переступишь порог его дома.

Да пусть уж лучше пристрелит.

Но тут белобрысая курица, наконец, что-то сообразила.

– Какая еще жена? – взвизгнула она. – Ронни, как ты мог? Убери это отсюда.

Это. Как будто я какая-то вещь.

– Я его истинная пара, – сказала я, вспомнив сей немаловажный факт. – И если кто и уберется отсюда, так это ты.

В одном Ронан был прав – я не могла вернуться домой. Не после того, как рассорилась со всей своей семьей. Но лучше быть бродяжкой без клана, чем терпеть такое унижение.

– Это правда? – голос Минди дрожал от негодования. Вся ее поза говорила о том, что дамочка была в истерике. Я умела такое определять, прожив много лет по соседству со своей кузиной Кайли. Та умела истерить красиво и с удовольствием, с криками, слезами, вырванными волосами и битьем посуды.

– Правда, – невозмутимо кивнул Ронан. – Эмбер действительно моя истинная пара. Луна связала нас священными узами.

И я бы победно усмехнулась, если бы не ненавидела так сильно эту парочку и всех, кто присутствовал при этой сцене. А свидетелей собралось немало – на улицу встретить нас высыпали, наверное, все домочадцы поместья Рэдмунов. И прислуга.

Минди несколько мгновений сосредоточенно пыхтела и дула губы. Надеялась пробудить совесть альфы оборотней? Зря старалась.

– Ты должен сделать выбор, – наконец, заявила белобрысая и притопнула ножкой. – Я не собираюсь терпеть твою подстилку в своем доме.

Я едва не задохнулась от негодования.

– Кого ты назвала подстилкой? – зашипела я, забыв о чести и достоинстве. Мне хотелось обернуться волчицей и разорвать горло этой истеричке.

– Да ты посмотри на себя, – скривилась Минди. – Ронни, милый, как это могло оказаться твоей истинной? Тебя прокляли?

– Вполне возможно, – не стал спорить мой муж. А потом, похоже, решил вспомнить, кто в доме хозяин. – Ты будешь терпеть ее столько, сколько потребуется, – сказал он, глядя на Минди и повернулся ко мне. – А ты вообще молчи.

Это было настолько больно и несправедливо, что я все же решила уподобиться своей кузине Кайли. Моя рука взметнулась для оплеухи, которую этот негодяй, без всякого сомнения, заслужил, но он перехватил мою руку.

– Я ухожу, – заявила я, глядя в его янтарные глаза, которые всего пару часов назад казались мне самыми красивыми на свете.

Если бы от разбитого сердца можно было умереть, я бы уже скончалась. Но, к сожалению, мне предстояло мучиться в агонии, конца и края которой не предвиделось.

Ронан не стал меня удерживать, когда я, отвернувшись, пошагала по гравийной подъездной дорожке к высоким кованым воротам.

– Ужин в восемь, – бросил он мне в спину. – Если опоздаешь, останешься голодной.

Я едва сдержалась, чтобы не показать ему неприличный жест. Пусть катится вместе со всей своей семейкой в безднову яму. В гробу я видела такого мужа и сомнительное счастье, что он мог мне принести.

Гравий тихо шуршал под ногами, низкие каблучки стучали в такт биению моего сердца, когда я маршировала прочь от этой кучки негодяев. Чаша моего терпения переполнилась. Никакая сила не заставит меня вернуться к Ронану Редмуну и принять сомнительную честь быть его второй женой.

Так я думала, выходя за ворота. Но в один миг изменила свое решение, стоило практически нос к носу столкнуться с теми, что ждали снаружи.

– Ну привет, милая, – высокий мужчина вышел из тени и бесцеремонно взял меня под локоть. Второй оказался рядом быстрее, чем я успела моргнуть глазом. Они оба улыбались, глядя на меня, и первое, на что я обратила внимание – острые клыки, обнажившиеся в хищных оскалах. – Вкусно пахнешь.

Вампиры.

Злейшие враги оборотней.

– Ронан! – успела вскрикнуть я прежде, чем чужие зубы вонзились мне в горло. А потом мир перевернулся, и меня поглотила тьма.

Очевидно, что дело было не во мне. Тогда, в ресторане, нападение было совершено только из-за того, что там присутствовал мой муж. Интересно, кого именно так сильно ненавидели вампиры – альфу Ларсона Вальдра или Ронана Редмуна? Или они знали оба имени? В любом случае, страдать за грехи другого оборотня пришлось мне. И меня это почему-то даже не удивляло. Наверное, жизнь приучила. За ошибки Кайли наказывали меня. За то, что мамы так рано не стало, отец тоже винил меня.

Вампиры не собирались меня убивать. Это мне объяснил мужчина, которого я увидела, когда пришла в сознание. Мы сидели на заднем сиденье автомобиля. В окне мимо нас проносились деревья. На темном небе сгущались тучи, предвещая очередной затяжной дождь. А у меня в голове было так же пусто, как и в моих обескровленных венах.

– Куда мы едем? – спросила я. Мысли вяло ворочались в голове, и я представляла их огромными тяжелыми камнями, сдвинуть с места которые было совсем не просто. От мужчины, что сидел рядом, приятно пахло, несмотря на то, что он был явным злодеем. Но я никогда не стала бы спорить с неопровержимыми фактами. – Кто вы такой?

– Важно не то, кто я, – ответил мне вампир, и в полумраке автомобильного салона очень выразительно сверкнули его клыки. Да, те самые, что совсем недавно прокололи мое горло и оставили на нем неизгладимый след. – И тебе не надо знать, куда ты едешь. Эта информация не пойдет тебе на пользу.

Как будто хоть что-то здесь вообще могло быть мне полезным.

Бабуля Бейл, когда была жива, говорила мне, что ехать ночью в автомобиле с незнакомцами – очень плохая примета. Особенно если тебя связали и кинули в багажник. Мне, вероятно, повезло: на месте меня удерживал только прочный ремень безопасности и наличие этого самого незнакомца рядом.

– И все же, – продолжала настаивать я. – Вы меня убьете?

– Не сразу, – вампир в упор посмотрел на меня. – У тебя потрясающе вкусная кровь, маленькая альфа. И если твой истинный не захочет выполнить наши условия, я с удовольствием оставлю тебя себе.

– В качестве кого? – нахмурилась я.

Быть переходящим трофеем мне уже здорово надоело.

– Руку и сердце я тебе предлагать не стану, – неожиданно развеселился вампир. – А вот в качестве домашнего питомца ты вполне сгодишься.

Домашнего питомца?

От водителя нас отделяла плотная перегородка, поэтому он вряд ли бы что услышал. Развернувшись, насколько позволял ремень безопасности, я посмотрела на мужчину.

– Этот питомец перегрызет тебе горло при первом же удобном случае, – пообещала я, пытаясь за угрозами скрыть свой страх.

Меня похитили, чтобы досадить Ронану. Но злоумышленники не знали, что у моего альфы обнаружилась вторая жена, и что в тот же миг он перестал для меня существовать. Я вычеркнула его из своей жизни, как позорное прошлое, о котором следовало бы забыть. Ушла, не обернувшись, и альфа не посчитал необходимым меня догонять. Иначе я не оказалась бы в автомобиле с двумя незнакомыми вампирами и на волосок от смерти.

Рот наполнился горечью от осознания того, насколько за последнее время поменялась моя жизнь. И эта жизнь, вполне вероятно, подойдет к концу даже скорее, чем я себе представляла.

Глядя в мерцающие глаза вампира, которого ничуть не напугала моя угроза, я неожиданно для себя усмехнулась.

– Вы совершили ошибку, – сказала я, успокоившись.

– Какую же? – мужчина склонил голову набок. И тут я узнала запах, что от него исходил. Чернолист. Тот самый, экстракт которого распылили в ресторане. Он лишал оборотней способности менять ипостась. И, похоже, у меня не было ни единого шанса выбраться из этого автомобиля.

– Альфа Ларсон Вальдр не согласится ни на одно из ваших условий, – призналась я, желая увидеть, как вытянется от разочарования лицо моего собеседника. Но он, на удивление, остался спокоен.

– И почему же? – спросил меня мужчина. – Нет ничего ценнее в жизни оборотня, чем его истинная пара.

– Как выяснилось, кое-что есть, – с горечью произнесла я. – Например, его первая жена.

Вот после этих слов лицо вампира, наконец, приобрело ожидаемое выражение, а в глазах появился злой, хищный блеск.

– Что? – выдохнул он, продемонстрировав внушительные клыки.

– Жена, – дрогнувшим голосом повторила я. Страшно почему-то не было, хотя мой похититель, казалось, был готов немедленно наброситься и оторвать мне голову. – Альфа получил от меня все, что хотел. И я ему больше не нужна.

– В таком случае, лэри Бейл, – хищно оскалился мой собеседник. – Я с удовольствием отужинаю остатками вашей крови.

Я хотела его поправить, что теперь я лэри Вальдр. Или, вернее, лэри Редмун, потому что несмотря на наличие второй жены, я тоже сочеталась с этим подлецом законным браком. Но какая вампиру была разница? Он похитил истинную пару своего злейшего врага, и ему было плевать на ее имя.

– Почему вы хотите сделать больно Ронану? – спросила я, в упор посмотрев на своего собеседника. Мне всегда казалось, что невозможно лгать, глядя в глаза. Эту иллюзию мой дражайший супруг тоже успешно разрушил, но оно и к лучшему. В нашем мире оставаться наивной и доверчивой было нельзя. Как оказалось, опасность могла подкараулить там, откуда ее совсем не ждали.

– А вы не в курсе? – оскалился вампир, и на несколько мгновений его взгляд стал тоскливым. – Этот бешеный пес поставил себе задачу уничтожить нас как класс. Стереть с лица Лимерии.

– Устроил геноцид вампиров? – вспомнила я подходящее слово.

– Верно, – подтвердил собеседник, ничуть не впечатлившись моими знаниями. – Он как последний трус подстерегал наших женщин и детей. Убивал раненых и ослабленных особей. И за это мы, конечно, приговорили его к смерти.

Я бы за такое тоже приговорила. И, наверное, в чем-то Кайли действительно была права – альфа Ларсон Вальдр был настоящим чудовищем. От его зверств у меня мороз прошел по коже. Странно, что вампиры не убили меня на месте, желая отомстить своему злейшему врагу.

– Наверное, у него была на это веская причина, – попыталась я найти оправдание своему мужу. Луна Великая, я оказалась неисправимой идиоткой. С чего мне его защищать после всего, что он со мной сделал? Этот мужчина лгал мне в глаза о своих намерениях, своей личности и о своем прошлом, а я все еще считала его чем-то большим, чем пепел на ветру.

– Причина? – вампир подался ко мне и обдал меня своим жарким дыханием. – О да, когда-то в прошлом у него были разногласия с Макабриатом.

– Это вы устроили нападение на ресторан? – спросила я. Как ни старалась, не могла вспомнить лица нападавших. Все они размылись в памяти.

Наверное, передо мной сидел не какой-то рядовой вампир, который понятия не имел о действиях своего начальства и лишь безропотно выполнял приказы. Лицо мужчины заострилось.

– Мы, – подтвердил он. – Но этот ублюдок снова нашел способ избежать правосудия.

Похоже, просто Ларсон Вальдр был умнее, чем все вампиры, вместе взятые. Его не так-то просто было застать врасплох.

Наверное, эти мысли отразились на лице, потому что мой похититель потерял все хорошее расположение, что, вероятно, испытывал ко мне. Потемневший взгляд скользнул в глубокое декольте наряда горничной. Странно, почему он не удивился, что я была наряжена подобным образом, и не подумал, что где-то совершил ошибку.

– Почему вы уверены, что я та, кто вам нужен? – спросила охрипшим от страха голосом. Взгляд, устремленный на меня, был откровенно плотоядным.

– Мы знаем вкус вашей крови, лэри, – усмехнулся вампир. – Это единственное в Лимерии, что не может лгать. Вы можете сколько угодно менять свою внешность, имя, переодеваться и убегать. Но кровь всегда выдаст вас одному из нас.

Автомобиль остановился так резко, что я дернулась, и ремень безопасности впился в кожу.

– У-у-уй, – вырвалось у меня. – Осторожнее можно? Не дрова везешь!

Но водитель меня, конечно, не слышал. Нас, как и прежде, разделяла плотная перегородка. Зато вампир, что сидел рядом, отчего-то обрадовался и весь подобрался, будто готовился к бою.

– Кажется, мы достигли своей цели, – произнес он, открывая двери. – Редмун здесь.

Эта новость заставила меня поторопиться и отстегнуть ремень безопасности. Вампир не удерживал меня в автомобиле, и я беспрепятственно выбралась наружу. В воздухе ощутимо пахло грозой, и речь была не только о погоде.

– Ронан? – выдохнула я, увидев своего благоверного. Он, на удивление, явился один и просто преградил путь автомобилю.

Не боялся, что вампиры просто раскатают его колесами в тонкий блин? Или знал, что они предпочтут расправиться с ним своими руками?

Даже в образе волка я узнала своего мужа. Меня одолевали смешанные чувства по отношению к нему. С одной стороны, я никак не могла принять то, что он сделал по отношению к вампирам. С другой, этот негодяй и со мной поступил не лучшим образом. А с третьей – я все равно за него беспокоилась и часть меня не верила тому, что мне довелось услышать. Мне не хотелось смотреть, как враги снимут с него шкуру и заставят истекать кровью. А сама я обернуться не могла из-за воздействия чернолиста, экстракт которого был распылен в автомобиле.

– На ловца и зверь бежит, – ухмыльнулся водитель, который тоже покинул свое место. Автомобиль, тихо урча двигателем, остался стоять на дороге. Как будто вампиры оставили себе путь для отступления. Да и вид у них был не слишком уверенный. Наверное, они не рассчитывали сражаться против оборотня вдвоем. Скорее всего, планировали довезти меня до большого скопления своих товарищей, а уже там встретиться с тем, кто причинил им столько зла.

Задрав морду к небу, Ронан огласил окрестности протяжным воем. Не знаю, как у вампиров, а у меня мороз пошел по коже. Я почувствовала, как внутри меня заворочалась волчья сущность, крепко запертая внутри тела. По венам будто мехом провели, и я обхватила себя руками, пытаясь побороть странное чувство. Влияние альфы было как никогда сильным, несмотря на то, что я ничем практически не уступала своему мужу.

С угрожающим рычанием Ронан сорвался с места, и даже оглушительный грохот выстрела не заставил его остановиться. Совершив головокружительный прыжок, оборотень налетел на водителя и сбил его с ног. Новый выстрел заставил меня вскрикнуть. Светлый мех волка окрасился алым, но оборотень продолжал с рычанием кружить вокруг упавшего в пыль противника. Его острые зубы сверкали в слабом свете затянувшегося тучами неба, и в любой момент он мог просто прокусить горло вампира, убив его на месте.

– Хватит, – крикнула я, когда вампир, стоявший рядом, собрался стрелять снова. Он долго целился, боясь попасть в своего сородича, и у меня было достаточно времени, чтобы остановить его.

Ронан, несмотря на кровь, не казался серьезно раненым. Как и тот вампир, что валялся под ним, но предусмотрительно прикрывал голову руками. Я понятия не имела, как убивать существ, которые в Лимерии считались бессмертными, но мой талантливый супруг, вероятно, задался целью найти способ. И это невольно восхищало.

Не придумав ничего лучше, вампир схватил меня за горло.

– Я убью ее! – крикнул он. – Отойди от Вилли, или ей конец!

Ронан зарычал, явно не собираясь так просто упускать свою добычу, и придавил вампира лапами. Кровосос под ним пошевелился. Похоже, беспомощным и застигнутым врасплох он лишь притворялся, чтобы усыпить бдительность противника. Стоило оборотню немного отвлечься, как вампир вытащил оружие откуда-то из внутреннего кармана пиджака. Странно, конечно, что он не сделал этого раньше, но у меня вообще вся эта ситуация не очень-то укладывалась в голове. Слишком глупое и самонадеянное вышло похищение. Если вампиры не были готовы встретиться с врагом, зачем вообще затеяли все это?

– Если с ее головы упадет хоть волос, – прорычал мой муж, – ты очень об этом пожалеешь.

Его слова, хоть их и трудно было разобрать, подействовали, потому как я отчётливо почувствовала, что вампир вздрогнул. Но он все еще тяжело дышал мне в ухо, готовый в любой момент вонзить клыки мне в горло. При этом я так и не могла понять, кого мне ненавидеть больше – того, кто меня похитил, или того, кто пришел освобождать.

Но Ронан, в конечном итоге, не оставил мне выбора. Вампир под ним обмяк, как будто потерял сознание, и оборотень переключился на другого противника. Это было роковой ошибкой, так как за спиной моего мужа мгновенно вырос новый враг.

– Берегись! – крикнула я. – Сзади!

Только, к сожалению, мое предупреждение прозвучало слишком поздно.

Глава 2

Раздался выстрел. Должно быть Ронан повиновался какому-то инстинкту, потому что он подался в сторону, и пуля лишь оцарапала его, даже не изменив траектории движения. И, когда он бросился на вампира, тот обернулся летучей мышью, но не успел взлететь достаточно высоко, как рухнул на землю.

– Что за… – второй вампир толкнул меня в спину, отчего я упала прямо на дорогу, и бросился бежать в лес.

Но Ронан в несколько прыжков преодолел разделявшее их расстояние, в последний момент обернулся человеком и, навалившись на кровососа сверху, заломил его руки. Через несколько мгновений они уже шли в мою сторону, а я так и сидела на дороге, зачарованно глядя на это, потому как бежать мне было некуда. Если только в лес, но что потом? Какая бессмысленная безысходность. Мой муж настигнет меня так же, как этих вампиров.

Второй, который трепыхался в пыли, наконец, смог изменить свою форму и, отплёвываясь, поднялся на ноги.

– Не шевелись, и я не причиню тебе вреда, – сухо произнёс Ронан. Он был обнажён, и оттого выглядел совсем не так устрашающе, как несколько секунд назад, но вампир, похоже, уже понял, что у него нет против оборотня никаких шансов.

– Что же, – кровосос оскалился. – Даже не убьёшь нас?

– Вы не сделали моей жене ничего дурного, так что не заслужили смерти. Или я чего-то не знаю?

Он выгнул бровь, а вампир сжал губы в тонкую линию, после чего процедил:

– Нет. У тебя нет причин нас убивать.

– В таком случае, оба встали к автомобилю и руки на крышу.

Я медленно поднялась на ноги, наблюдая за происходящим. Он просто так пощадил их? В самом деле? После того, как убивал беззащитных женщин и детей? Кровожадный монстр, которого я успела себе представить, не мог так поступить. Или это он передо мной изображает великодушие?

– Вы будете стоять здесь до тех пор, пока мы с женой не скроемся за вон тем поворотом. А потом валите на все четыре стороны. Если сможете уехать со спущенным колесом.

Что? Когда он успел прокусить колесо?

– Я с тобой никуда не пойду, – произнесла я. Слёз уже не было. Только злость.

– В самом деле? – спокойно спросил Ронан. Он не стал ни угрожать, ни спрашивать о чём-либо. И лицо его сохраняло предельную серьёзность.

– Не после того, что ты сделал.

– Хочешь сказать, я не должен был вытаскивать тебя из загребущих лап кровососов?

– Нет, я не про это.

– Или ты про Минди?

При упоминании его второй – вернее, первой, – жены, я невольно сжала зубы и оскалилась.

– Я про то, что ты – кровожадное чудовище. Монстр. Я не хочу иметь с тобой ничего общего! И если надо, я собственными зубами вырву кусок плоти, на котором проявилась метка нашей истинности! Я не буду женой убийцы!

Ронан несколько мгновений смотрел на меня, пока я, сжав кулаки и тяжело дыша, панически соображала, что я буду делать, когда он разозлится.

– Откуда тебе известно? – сухо спросил он. – Впрочем, не важно. Поверь, без тех тварей, которых мне пришлось лишить жизни, мир стал только лучше.

– Ты! – вскричала я. – Как ты можешь такое говорить! Они ведь были всего лишь детьми!

С этими словами я не выдержала и, разрыдавшись, упала на колени и спрятала глаза в ладонях. Великая Луна связала меня с настоящим монстром. И за всю жизнь ему не замолить свои грехи, даже если я буду молиться вместе.

– Это вы наговорили моей любимой жене эту чушь? – услышала я его голос. – С каких это пор я – детоубийца? Почему я сам ничего не помню?

– Что, перед бабой из себя святого строишь? – ехидно спросил один из вампиров. Я с трудом взяла себя в руки и остановила слёзы. – Наш Старейший всё нам рассказал. О резне в Экивоке.

– К Экивоку, – тихо проговорил Ронан, хотя в его голосе отчётливо слышалась угроза. – К Экивоку я никакого отношения не имею. Так что наврал вам ваш Старейший.

– С чего мне тебе верить?! – вскричала я. – Ты врал мне! Всегда! Обо всём!

– Я действительно говорил тебе не обо всём, – спокойно ответил Ронан. – Но никогда не буду врать без нужды. Я действительно убивал вампиров. Тех, которые нарушали закон. Пили кровь детей. Обращали в вампиров без согласия жертвы. Проводили обряд Чёрной Луны. Я пять лет был охотником за головами и успел избавиться от многих. Но я никогда не причинял вреда тем, кто не заслужил.

– Но Старейший…

– Старейший вам лапшу на уши навесил, а вы и рады были слушать. Не было меня в Экивоке. Я в это время находился лично на открытии отеля в сотнях миль отсюда. Если интересно, пойдите и выясните сами. Может, докопаетесь до правды.

– Старейший не стал бы врать! Мы преисполнены жаждой мщения!

– Значит, кто-то другой заставил вашего Старейшего думать, что я причастен к Экивоку. Но это не так. Если хотите, мы с вами встретимся ещё раз и на клыках разберёмся, кто прав, а кто виноват. Но второй раз я вас просто так не отпущу.

Ронан перевёл взгляд на меня.

– Ты остаёшься с ними или идёшь со мной?

Я поднялась на ноги и сделала глубокий вдох. Потом сказала:

– Посмотри мне в глаза и поклянись, что ты никогда не трогал невинных и беззащитных.

Он ответил прямым серьёзным взглядом:

– Клянусь. Клянусь Великой Луной и собственной шкурой, что лишал жизни только в бою и только тех, кто заслужил смерть.

– Забери пиджак у того, который почище, и идём. Нам есть о чём поговорить.

– Эй, я не отдам ему пиджак! – возмутился кровосос. – Он же будет своими причиндалами об него тереться!

Но мы на эти крики не обратили внимание и продолжали смотреть только друг другу в глаза.

– Так ты готова всё-таки поговорить со мной, прежде чем уйти на все четыре стороны?

– Как будто ты дашь мне уйти, – хмыкнула я.

– Если ты этого хочешь, я не стану тебя держать. Я правда хочу, чтобы ты была со мной по-настоящему. По собственной воле. И если ты уйдёшь, приму это. А если останешься, положу свою жизнь на то, чтобы больше никто и никогда не обидел тебя.

– Тогда тебе в первую очередь придётся защищать меня от самого себя.

Несколько мгновений царило молчание, а потом Ронан усмехнулся, и я тоже не смогла сдержать улыбки.

– Не шевелись! – поднял он голос, обращаясь к вампиру. – Мне придётся тебя немного раздеть. Но не думай, что после этого я женюсь на тебе, мне жён уже достаточно!

Вампиры что-то проворчали, но я их уже не слышала. Отошла немного в сторону от дороги и устремила свой взгляд на безграничные зелёные луга, которые соседствовали с лесом. Там, далеко, садилось солнце, опускаясь за тонкие тучи, и там, далеко, небо прояснялось, пропуская косые плотные солнечные лучи, которые падали на траву, окрашивая её в яркий, сочный цвет.

Мне предстояло ещё узнать Ронана, чтобы разобраться во всём, что происходит. И если он действительно монстр, то Луна всё равно накажет его. Если не сегодня, то завтра.

Непременно.

***

В пути Ронан выменял свой пиджак на простую рубашку и штаны у фермера, мимо дома которого мы проходили. В одном пиджаке на голое тело он выглядел весьма нелепо, а в фермерской одежде оказался вполне симпатичным, будто он и в самом деле странствующий бедняк. Я невольно улыбалась этой мысли, посматривая на него, и в конце концов Ронан недовольно спросил:

– Ну? Чего смеёшься?

– В этой одежде ты выглядишь, как свинопас на свидании, – хихикнула я.

– В таком случае свидание у меня с местной дояркой, – фыркнул он, и я обиженно поджала губы.

– В любом случае, это лучше, чем то, что было.

– Мне кажется, кто-то должен создать специальные сумки, чтобы волки могли носить в них сменную одежду, – Ронан погладил подбородок. – Мы могли бы сделать на этом неплохие деньги.

Я мало что понимала в такого рода делах, поэтому просто пожала плечами. Нам многое нужно было обсудить, но мне не удавалось сообразить, с какой стороны подойти и как вообще начать разговор. В доме Бейл женщинам вообще не позволялось начинать разговор первой, и мне пришлось приложить немало усилий, чтобы научиться давать отпор Ронану, отцу и даже вожаку стаи, отстаивать собственные чувства и интересы, которые с самого моего рождения мужчины вокруг ни в грош не ставили.

Но всё изменилось в тот момент, когда я поняла, что лучше смерть, чем такая жизнь.

– Не думай, что я просто буду верить тебе во всём, что ты мне скажешь, – наконец, произнесла я, чем вызвала удивлённый взгляд Ронана. Я вдохнула и смело встретила его взгляд: – Знаю, у тебя в рукаве с десяток объяснений всему, что произошло. Но я не поверю ни единому твоему слову. Если ты действительно любишь меня и действительно хочешь, чтобы мы с тобой были семьёй, тебе придётся сильно потрудиться. Меня не остановит то, что истинные не могут жить друг без друга. Я прошла через столько смерти подобных вещей, что это будет меньшим из возможных зол. И первое моё условие: ты ко мне и пальцем не притронешься до тех пор, пока не разведёшься с той вертихвосткой.

– Всё сказала? – мрачно осведомился Ронан.

– Нет, но сначала хочу узнать, что ты думаешь об этом.

– Я думаю, что сначала тебе нужно разобраться в том, что происходит.

– Однажды я уже попыталась разобраться. И это кончилось тем, что тот, кто должен был вытащить меня из кошмара, сам оказался моим кошмаром.

– Знаю, что ты долго будешь припоминать мне мою ошибку. Но ведь я же исправил её! Я ведь осознал, что ошибался и уже заплатил за это кровью.

– О волке говорят не слова, но его поступки. И твои поступки…

– Тебе мало моих поступков?! – вскричал Ронан. – Я получил за тебя пулю, вытащил тебя из лап кровососов, женился на тебе без благословения отца и привёл в дом, не считаясь ни с чьим мнением! Я всегда защищал тебя, Эмбер. Ни разу не усомнившись и готовый к самому худшему.

Он замолчал, а я ждала, почему-то чувствуя, что он не закончил. Ронан схватил меня за локоть и остановил, развернув к себе лицом.

– Эмбер. Что ещё я должен сделать, чтобы доказать тебе, что я не так плох, как ты думаешь?

– Разведись. Я должна быть первой женой. Единственной.

Ронан с выдохом поморщился.

– Минди – дочь друга моего отца. Она осталась сиротой, едва успев войти в брачный возраст, но, потеряв родителей, Минди потеряла и клан, и приданое… Если ты думаешь, что в твоей семье строгие нравы, то ты не знаешь клан Иккер.

– Почему… почему она потеряла клан? – нахмурилась я. – Если бы мой отец погиб, меня бы всё равно растили, как дочь… Да, не как родную, но меня бы не прогнали из дома.

Ронан сжал зубы и, засунув руки в карманы широких фермерских штанов, пошёл дальше.

– Минди не знала, куда идти, и потому пришла к нам, – продолжил Ронан. – Отец… Наши отцы были очень дружны, и мой отец предложил ей остаться у нас. Но по закону стаи мы могли принять её в клан только если она станет частью семьи.

– Ты женился на ней из жалости? – хмыкнула я. – Но это мало что меняет. Я не согласна быть второй.

– Эта связь лишь на бумаге, – ответил альфа. – Между нами нет ничего большего. Ни благословения луны, ни предков, ни даже скрепления союза первой брачной ночью.

– В самом деле? – сощурилась я, вспомнив, что наша первая ночь случилась ещё до того, как брак был окончательно заключён. – Хочешь сказать, ты ни разу к ней не прикоснулся.

– Прикоснулся, – он пожал плечами. – Вот только сегодня у тебя на глазах она обнимала меня. Но мы никогда не были вместе в постели.

– Почему? – с недоверием уточнила я.

– Потому что я не рассматривал её как настоящую жену. Не рассматривал её, как волчицу.

– Ни за что не поверю, что ты всё это время ни с кем ничего не имел.

Он опустил на меня взгляд и некоторое время не сводил его. Я же упрямо смотрела вперёд, не сбиваясь с шага.

– Консумировать брак с Минди означало бы предать самого себя. Одно дело помочь несчастной девушке. И другое – дать ей ложные надежды. Мне не нужны от неё дети. Не нужно, чтобы она считала меня своим мужем. Это лишь бумага, которая позволяет ей жить в клане Редмун.

– Какое благородство, – с лёгкой ноткой сарказма ответила я, но всерьёз задумалась над всем этим. Можно ли решить этот вопрос как-то иначе? Выдать Минди замуж за другого мужчину клана? Или удочерить её?

– Твой отец мог просто удочерить её, – проговорила я, напряжённо глядя на дорогу, вдоль которой мы шли. – И тогда тебе не пришлось бы жениться на той, на ком с самого начала не хотел.

– Видимо, отец тоже не хотел себя с ней связывать, – мрачно усмехнулся Ронан. – Я хоть и альфа, но мой отец – вожак стаи. И я должен слушаться его приказов.

– Значит, у тебя тоже есть свои слабости, – заметила я.

– Пока есть, – сухо подтвердил он. – Но сейчас отец при смерти. И я прошу тебя об одном, Эмбер.

Ронан остановился и обхватил ладонями мои щёки. Я схватила его за запястья, пытаясь убрать его руки, потому что всё ещё не хотела, чтобы он меня касался, но Ронан удержал их, заставляя меня смотреть себе в глаза.

– Эмбер, – его голос стал тихим и утробно-низким. – Клянусь, я тебя и пальцем не трону, пока ты сама этого не захочешь. Просто останься в моём доме и дай нам время привыкнуть друг к другу. Я бы предложил тебе пожить вдвоём отдельно ото всех, чтобы традиции кланов не мешали нам узнавать друг друга. Но сейчас я должен быть рядом с отцом. И когда его не станет, я должен быть рядом со своими волками.

– Почему я должна верить тебе? – тихо спросила я.

– Потому что у тебя нет выбора.

С этими словами он поднял передо мной руку с меткой истинности, от которой мне уже было тошно. Я прикрыла глаза. За эти дни мне много приходилось думать о будущем. О том, что я не выживу одна, что мне нужно искать запасной вариант, каким бы он ни был, и пока не находила. Слишком мало я знала об этом мире. Словно нарочно, меня, как и любую девочку клана, полностью ограждали от внешнего мира и почти ничего не рассказывали о нём. Все мои знания происходили из книг и рассказов кузена, за которые потом дед наказывал его.

Должно быть, всё это делалось нарочно. Чтобы мы даже не думали о возможности жить вне клана.

– Ты прав, – ответила я, отстраняясь, и Ронан выпустил меня из рук. – У меня в самом деле нет выбора. Но теперь тебе придётся поверить моему слову.

Ронан нахмурился, ожидая продолжения, а я глубоко вдохнула, прежде чем сказать:

– Сейчас у меня нет выхода. Но я его найду. И, поверь, тогда меня уже ничто не остановит. А сейчас представь меня своей семье, как должно.

– Минди всё равно будет первой женой. С этим ничего нельзя сделать.

– В самом деле? – я выпрямилась, опустив плечи и бросила на мужа косой взгляд. – Это мы ещё посмотрим.

Может, она и первая жена по закону, но главной я ей быть не позволю.

Глава 3

Когда мы вернулись, никто нас уже так бурно не встречал. Это немного напрягло меня, потому что я определённо почувствовала, как мы пересекли барьер, который сообщал всем членам стаи, что на территорию вторгся чужак.

Клан Редмун или, как их называют в официальных бумагах, Бегущих под Луной, расположился далеко за границей Лимерии посреди ничейных земель, населённых в основном фермерами из числа людей и кланами вампиров, которые предпочитали вести замкнутый образ жизни. Не лучшее место для оборотней – даже мне это было известно. Но всё вокруг говорило о процветании клана, несмотря на его отдалённость. Помимо большого особняка, который стоял в глубине земли клана, вокруг раскинулись фермы, куда больше, чем у Бейлов, и куда плодоноснее. Яблони буквально ломились от веса плодов, крупных, хоть и зелёных. На склоне холма в отдалении паслись огромные стада коров и овец, между которыми, похаживали лошади с сидящими верхом пастухами.

– Почему нас никто не встречает? – спросила я встревоженно.

– Потому что я так велел, – сухо отозвался Ронан.

– Хочешь сказать, у тебя есть в клане настоящая власть?

Он скосил на меня взгляд сверху вниз и не ответил, а я на всякий случай прикусила язык, а потом сменила тему:

– Ты представишь меня своему отцу?

– Первым делом.

Больше он не сказал ничего. Внезапная немногословность Ронана меня взволновала ещё больше, но не оставалось ничего, кроме как ждать, чем всё закончится. Хотя один вопрос меня всё же волновал:

– Мне нужно переодеться во что-нибудь поприличнее. Не думаю, что это достойно жены настоящего альфы, – я выразительно провела руками по юбке платья горничной, в котором всё ещё ходила. Благо, башмачки, которые шли в комплекте, оказались достаточно удобными для пешей прогулки. – Тем более если речь идёт о том, чтобы быть представленной главе клана.

– Тебе есть до этого дело? – хмыкнул Ронан, и я вскинула подбородок:

– Не знаю, как насчёт тебя, а мне важно, чтобы впечатление, которое я создаю, соответствовало моему статусу и помогало мне.

Ронан немного раздражённо выдохнул, а потом взял меня за руку и, крепко сжав мою ладонь, вошёл в особняк.

Нас встретил дворецкий.

– Где Минди? – спросил у него Ронан.

Я внутренне сжалась от упоминания этого имени. Какая-то часть меня надеялась, что мне пока что не придётся с ней взаимодействовать и что Ронан спросил о ней как раз для того, чтобы мы не встретились. Но всё вышло ровно наоборот.

– Лэри отдыхает у себя, – чинно ответил дворецкий.

Ронан кивнул ему и повёл меня дальше. Мы поднялись на второй этаж, вышли в просторный и ярко освещённый коридор с огромными, в пол, окнами. Вдоль коридора тянулись двери с именными табличками. Судя по тому, сколько их было, и насколько большим оказался особняк, верхушка семьи Редмун насчитывала гораздо больше особей, чем Бейл.

– Ронан, – я попыталась остановиться, но он крепко держал меня за руку, вынуждая двигаться вперёд. – Я не хочу встречаться с ней. Дай мне сначала здесь обжиться, привыкнуть, познакомиться со всеми…

– Ты хотела переодеться, – заметил Ронан, останавливаясь и выпуская мою руку. – Вы с Минди одного роста, и у неё огромная коллекция платьев.

– Но… ты предлагаешь мне надевать её одежду? Донашивать, как второсортной жене?

– Мы можем заказать тебе лично новое платье, и тогда, возможно, я не успею представить тебя отцу, потому что со дня на день он может умереть. Взять платье у Минди – самый простой и быстрый способ одеть тебя, как подобает.

– Я не хочу с ней встречаться, – твёрдо проговорила я.

Ронан покачал головой. Потом прошёл в конец коридора и открыл одну из дверей, жестом предложив мне войти внутрь. Я недоверчиво приблизилась. Воплей и попыток повиснуть на моём муже не последовало. Тогда я всё же заглянула внутрь и обнаружила чистую, опрятную гостевую комнату.

– Гостевая? – осторожно спросила я.

– Могу предложить тебе поселиться в моей комнате, но тогда не гарантирую, что смогу выполнить своё обещание и не попытаться ещё раз подтвердить наш брак на шёлковых простынях.

– Жди здесь, – велел Ронан. Дождавшись, когда я войду в комнату, он закрыл дверь и ушёл, чтобы через некоторое время вернуться с красивым, хоть и достаточно сдержанным платьем в нежных голубых тонах. В компекте шло нижнее бельё и туфли, которые мне оказались немного великоваты, но оставить башмачки горничной означало безнадёжно испортить образ.

– Теперь ты готова? – спросил Ронан нетерпеливо, заглянув ко мне через несколько минут.

Я критически осмотрела себя в зеркало. Наспех собранная причёска, следы усталости всё ещё были заметны под слоем пудры, которая нашлась в шкафчике под зеркалом. И всё равно было заметно, что последние дни я провела не как подобает настоящей лэри.

– Полагаю, выбора у меня нет, – заметила я. – Ты мне не дашь ещё пару часов на то, чтобы привести себя в порядок.

– Не дам, – сухо подтвердил альфа.

– Это платье Минди?

– Его пошили несколько дней назад. Она ни разу его не надевала.

Я удовлетворённо кивнула.

– В таком случае, я готова быть представленной твоему отцу.

Однако той уверенности, что звучала в моих словах, я на самом деле не чувствовала. Коленки едва заметно подрагивали, когда я шла по коридору, крепко вцепившись в руку Ронана. Мне казалось, этот дом наполнен недоброжелателями, которые никогда не примут меня как члена своей стаи. Даже по приказу Ронана.

– Как зовут твоего отца? – спросила я, когда молчание стало невыносимым.

– Говард Габриэль Редмун, – ответил Ронан. – Но ты будешь называть его альфа Редмун.

– А тебя – альфа Вальдр? – ехидно поинтересовалась я.

Мужчина бросил на меня косой, осуждающий взгляд.

– Ну а что, – повела плечами я. – Так и запутаться недолго, одни альфы кругом, и все Редмуны.

– Ко мне ты можешь обращаться по имени, – на удивление мягко предложил Ронан. – Или, как это часто бывает у супругов, придумать мне какое-нибудь милое прозвище.

В моем муже не было ничего милого. Однако я сделала вид, что задумалась.

– Вижу, у тебя есть идеи, – ухмыльнулся Ронан.

Да. Козлина безрогая. Но вряд ли он обрадуется, если я начну называть его так при домочадцах.

– Мы что, больше никуда не опаздываем? – намекнула я, потому что муж явно замедлился.

– Сначала я хочу узнать, как моя дорогая женушка будет меня называть.

– Ну, – я закусила губу. – Ты по своей природе большой страшный волк. И кличка тебе нужна…

– Не кличка, – перебил меня Ронан. – Я же не псина.

Еще какая псина. Кобель сутулый.

– Тогда я буду звать тебя по имени, – нахмурилась я и сложила руки на груди. Если он ждал, что я стану визжать “Ронни” каждый раз, как он попадет в поле моего зрения, то это была напрасная трата времени. Может, несколько дней назад я и была восторженной дурой, и витала в облаках, но его предательство так ощутимо приложило меня по темечку, что я как будто стала совсем другим человеком. И даже не человеком. Волчицей. Альфой.

– А как ты будешь называть меня? – спросила я, перейдя в наступление. Потому что лучшая защита у нас что? Правильно, нападение. Причем чем наглее и агрессивнее, тем лучше. – Моя дорогая вторая? Второстепенная? Второсортная?

– Хватит, – резко оборвал меня Ронан. – Идем.

Я послушно пошла следом за мужем и поймала себя на том, что меня снова охватил страх. Это только с Ронаном я могла быть смелой, потому что он, рискуя жизнью, спас меня от вампиров и всячески демонстрировал свою привязанность. Но с его отцом всё могло быть иначе. И я не знала, чего мне от него ожидать. Глава клана способен на многое, даже будучи на смертном одре.

Коридор неожиданно закончился дверью из темного дерева. Не постучавшись, оборотень открыл ее и вошел в просторную гостиную, окна которой были завешаны черными шторами. Еще с порога я почувствовала запах лекарственных трав и неуловимый аромат смерти, что сопровождал каждого тяжело больного. Этот запах мне был хорошо знаком: за время моего детства клан Бейл покинул не один старый волк, и меня, как внучку вожака, водили к каждому из них на последнее преклонение.

– А где твой брат? – спросила я шепотом. – Он не должен быть здесь?

– Он здесь, – кивнул Ронан и бесцеремонно потащил меня за собой в спальню.

Когда мы вошли, то оказались в очередной темной комнате, в которой царили духота и полумрак. Мне немедленно захотелось оказаться на улице. Спертый воздух вызывал першение в горле, и я боялась раскашляться.

В спальне кроме нас была только сиделка. Но и она покинула помещение, повинуясь безмолвному приказу. Но разве вся стая не должна была собраться на оглашение последней воли умирающего альфы?

Я даже не сразу увидела его. В центре комнаты стояла высокая кровать с балдахином. И там, обложенный со всех сторон подушками, полусидел мужчина. Совсем еще не старый. Так от чего он умирал?

– Ронан, – едва слышно прошелестел мужчина. – Неужели я дождался тебя?

– Отец, – отпустив мою руку, оборотень присел на край кровати, и из-за края балдахина я практически перестала его видеть. Не зная, куда себя деть, я так и застыла истуканом посреди комнаты.

– Мальчик мой, – с трудом сглотнув, снова заговорил Говард Редмун. – Не удивляйся, что никого нет. Для начала я хотел поговорить с тобой наедине.

Я едва слышно кашлянула, чтобы обозначить свое присутствие.

– Кто здесь? – немедленно последовал вопрос.

– Это Эмбер, отец, – будто опомнившись, Ронан подскочил ко мне и потащил к ложу умирающего. – Моя жена.

– Твоя жена Минди, – нахмурился старый оборотень. – Может, я и болен, но с головой у меня пока все в порядке.

– Не совсем так, отец, – мягко заговорил мой муж. – Помнишь, ты сам отправил меня отомстить за сестру и смыть кровью позор с нашего клана?

– Конечно же я помню, – фыркнул Говард и уставился на меня неожиданно цепким, пронзительным взглядом, от которого у меня едва не подкосились ноги. – Так это она и есть? Девка Бейл?

– Да, – бросив на меня быстрый взгляд, подтвердил Ронан.

– И почему она до сих пор жива? – искренне изумился глава клана. – Ты должен был опозорить ее и прикончить при первой же возможности.

Какая милая семейная беседа. Они будто погоду обсуждали. Мои пальцы сжались в кулаки.

– Милый, – едва слышно сквозь зубы позвала я.

То, что происходило, меньше всего напоминало знакомство с родителем. Но мой муж, похоже, спасовал перед собственным отцом, потому что сделал вид, что не услышал меня.

– И все же, – настойчиво допытывался Говард Редмун. – Ты отомстил? Ты смыл позор?

– Да, – несколько неуверенно отозвался мой благоверный. – Теперь мы можем вернуться в Лимерию.

– Тогда какой бездны ты представляешь мне ее как свою жену? – взбесился глава клана, но потом закашлялся и снова перешёл на полушёпот. – Скажи, сынок, ты сошел с ума?

Похоже, мы тут все умом тронулись. Особенно я, если согласилась в этом участвовать.

– Так получилось, – сказал Ронан, и его голос стал тверже, – что я полюбил Эмбер Бейл.

Девку Бейл, он хотел сказать?

– И сделал ее своей женой, – продолжил альфа. – А теперь пришел просить твое благословение

– В таком случае, – родитель снова пронзил меня острым, неприязненным взглядом. – У меня есть для тебя новости. Моего благословения ты никогда не получишь, щенок, пока эта женщина жива. А главой клана Редмун станет мой более достойный сын.

– С каких пор Натан стал твоим сыном? – удивился Ронан. – Ты ведь так и не женился на его матери. Он всего лишь бастард, хоть и рождённый альфой.

– Я готов признать его, – разозлился папаша Редмун. – Это никогда не поздно сделать.

– У тебя было двадцать лет на то, чтобы признать его, – повысил голос мой муж. – Но ты этого не сделал! Всем известно, что у тебя только один наследник, и это я. Другого быть не может!

– Значит, клан прекратит свое существования, – для умирающего у моего свекра был на удивление громкий голос. Да и сам он как будто взбодрился.

– Послушай, – Ронан запустил пальцы в волосы, явно нервничая. – Давай не будем пороть горячку. Твое условие я выполнил? Выполнил. Клан Бейл опозорен, и я позаботился о том, чтобы об этом узнала вся Лимерия. Утром в газетах выйдет статья.

Какая еще статья? Когда он только успел? Не на больничной же койке, в операционной?

Я открыла было рот, чтобы возмутиться, но Ронан бросил на меня такой выразительный взгляд, что я вмиг забыла, что хотела сказать. Это неприятно удивило и разозлило меня. Почему они разговаривали так, будто меня в спальне не было? Почему Редмун-старший позволял себе кидать оскорбления в мой адрес, а мой муж, который должен был защищать меня, и слова ему поперек не сказал? Думал, я проглочу обиду?

– Клан Бейл после такого будет вынужден покинуть Лимерию, – продолжил Ронан. – А мы, наконец, сможем раскрыть свое инкогнито. И все узнают, что под родовым именем Вальдр все это время скрывались Редмуны. Мы покажем, что изгнание не только не сломило нас, но и сделало одним из самых процветающих кланов. Многие хотели работать с нами. Мы триумфально вернемся в свою городскую резиденцию…

– Мне и тут неплохо, – Редмун-старший категорично скрестил руки на груди. – И при чем, скажи на милость, здесь эта серая мышь? – он бросил на меня полный презрения взгляд. – Она должна была валяться у тебя в ногах перед всем честным народом, умоляя о прощении, после чего ты должен был вытереть об нее ноги. Не похоже, что ты так поступил.

Так вот в чем был план? Унизить меня не только перед моим кланом, но и перед всей Лимерией? Это мне, получается, еще повезло, что в какой-то момент у Ронана проснулась совесть, и он просто оставил меня в той избушке?

– Твоя жена злится, – прозвучал довольный голос свекра.

А он ждал, что будет иначе?

Ронан повернулся ко мне.

– Прости, милая, что тебе пришлось при этом присутствовать, – сказал он. – Я надеялся, мой отец вспомнит о приличиях и будет более любезен.

– Близость смерти сделала меня более правдивым, – хмыкнул отец Редмун. – Имею права говорить, что думаю.

– Выражать свое мнение и открыто оскорблять – две совершенно разные вещи, – покачала головой я. – Мне это все надоело. Разбирайтесь между собой сами.

С этими словами я развернулась и пошла к выходу, но Ронан поймал меня за руку.

– Отец, – произнёс он, крепко удерживая меня. – Ты знаешь, что с Минди меня никогда ничто не связывало. Я женился на ней только потому, что она – дочь твоего покойного друга. Это не было браком ни по любви, ни даже по расчёту. Когда я согласился помочь ей, то ставил своим условием, что она не помешает мне в будущем построить свою семью. Время пришло.

– Я своего благословения не давал, – тихо прорычал старший Редмун. – И раз уж ты решил не советоваться с отцом, то можешь и дальше делать, что хочешь. Я своё слово сказал. А теперь вон отсюда. Мне нужен отдых.

Он опустил голову, закрыл глаза, и грудь его стала мерно подниматься и опускаться в такт его дыханию.

– Идём, – ладонь Ронана крепче сжала мою.

Я еле поспевала за широким шагом мужа, когда он шёл по дому, игнорируя редких встреченных домочадцев. Мы прошли на второй этаж, и там он толкнул одну из дверей, за которой оказалась его личная спальня.

И мы там оказались не одни.

– Минди? – Ронан нахмурился. – Что ты здесь делаешь?

– Мы так и не поговорили, – заметила девушка, которая сидела по центру кровати в невесомом полупрозрачном платье.

– Я уже всё сказал, – отрезал мой муж и подошёл к платяному шкафу. Сам Ронан всё ещё был в том фермерском тряпье, в которое оделся по пути домой, и теперь, видимо, решил переодеться. – Оставь нас.

– Но ведь твоя жена – это я! – воскликнула Минди, и на её глазах заблестели слёзы.

Я вдруг поняла, что ужасно устала от всего происходящего. Поэтому просто прошла в комнату и села в кресло, которое стояло возле открытой двери, ведущей на крошечный балкончик. Со второго этажа хорошо виднелся двор особняка и раскинувшаяся за забором ферма. Вверх по холму уходили луга с пасущимся на них скотом, и всё это выглядело так умиротворяюще, что я лишь краем уха продолжала слушать разговор Ронана и Минди.

– Ты прекрасно знаешь, что этот брак нужен был только для того, чтобы ты не осталась без крыши над головой!

– Но по всем законам первая жена остаётся главной! И первенца тоже должна понести она!

– Ты бредишь, Мин!

– Это ты бредишь! Мы ведь вместе с самого детства!

– Мы никогда не были вместе!

Минди соскочила с кровати и подошла к Ронану, глядя ему прямо в глаза. Её зубы и кулаки были плотно сжаты. Я бросила лишь один короткий взгляд на неё, а потом снова вернулась к созерцанию пасторальной картины за окном.

– Неужели эти годы, что мы провели вместе, для тебя ничего не значат? Ты просто променяешь меня на… на ту, которую должен был обесчестить?! Это… это измена, Ронан.

– Между нами никогда и ничего не было. Ни в постели, ни в сердце. Наш брак – всего лишь фикция. С Эмбер всё иначе. И если ты не хочешь стать бывшей женой альфы Редмун, то покинь мою комнату и сделай вид, что тебя здесь никогда не было.

Девушка выбежала из комнаты, хлопнув за собой дверью, а Ронан вернулся к выбору одежды. Через некоторое время шелест тканей и шаги моего мужа стихли. Я обернулась и обнаружила его лежащим на кровати с закрытыми глазами. Всё-таки он был невероятно красив.

Я встала с кресла и опустилась рядом с ним на край кровати. Провела ладонью по шёлковому покрывалу, которое было смято после того, как на нём билась в истерике Минди.

– Выходит, ты обманул в первую очередь её, – тихо проговорила я.

– О чём ты? – Ронан даже не открыл глаз.

– Она ни о чём не знала. Ты изменил ей и променял её на другую. Просто привёл в дом… – мой голос дрогнул, – постороннюю женщину.

Осознавать это было больно. Это я была любовницей. Это я была той, которая разрушила жизнь маленькой волчицы. Это из-за меня её надежды на будущее и вера в собственного мужа только что разлетелись тысячей крошечных осколков.

– Ронан, – с трудом проговорила я. – Я не хочу быть разлучницей.

Альфа сел, обхватил меня за плечи и упал вместе со мной обратно на кровать. Я свернулась клубочком, повернувшись к нему спиной, и Ронан лёг на бок, обнимая меня не только руками, но словно всем телом. Зарывшись носом в мои волосы, он медленно вдохнул, после чего тихо ответил:

– Она изначально не должна была ничего ожидать. Нельзя разрушить то, чего не было. Нельзя разлучить тех, кто никогда не был вместе.

– Но…

– Я так устал, Эмбер, – выдохнул мой муж, и я почувствовала, как мерно и глубоко он начал дышать. А ещё через несколько минут меня саму сморил сон.

Я проснулась от того, что Ронан аккуратно вытащил из-под моей головы руку, и встревоженно приподнялась на локте. От резкого пробуждения сердце колотилось, будто в страхе. Не сразу сообразив, где мы и что происходит, я огляделась. Комната погрузилась в сумеречный полумрак, за открытым окном небо постепенно темнело, но во дворе ещё слышались голоса, и откуда-то доносился аромат свежеприготовленной еды.

Я встала и осмотрела своё платье, которое, конечно, помялось во время сна. Он сморил нас так незаметно, что я едва ли успела бы переодеться.

Ронан тоже сел на кровати и поправил запонки на рубашке, которую надел перед тем, как уснуть. Она тоже помялась, но его это словно не волновало. Растрёпанный со сна, он выглядел совсем не грозным альфой.

– Ужин скорее всего уже подали, – проговорил он, повернув к себе будильник, что стоял на прикроватной тумбочке. – Можем спуститься и нормально поприветствовать мою семью. Или оставайся здесь. Никто не зайдёт в мою комнату без особого разрешения.

– Кроме Минди, – заметила я.

– Думаю, после нашего последнего разговора она больше не захочет сюда заходить, – холодно заметил Ронан.

Я села рядом с ним и неуверенно положила руку поверх его ладони.

– Не будь с ней таким…

И замолчала, не сумев подобрать достаточно подходящего слова.

– Каким? – он пристально посмотрел мне в глаза. – Злым?

Я смущённо отвела взгляд.

– Жестоким. Ей тоже здорово досталось, и ты не можешь окончательно разрушить девушке жизнь.

– Я не собирался делать ей ничего плохого, – Ронан встал и, включив настенный светильник, подошёл к зеркалу, чтобы застегнуть и оправить рубашку. – Всё, что ей нужно было – это знать своё место. Ты – моя жена, потому что я тебя выбрал. Она – только потому, что мой отец был достаточно благороден вынудить меня на ней жениться.

– Мне искренне жаль её, – тихо сказала я. – Мне самой всю жизнь приходилось… знать своё место.

Ронан посмотрел на меня и покачал головой.

– Если всё это продолжится, я уйду из клана.

– Что? – встрепенулась я. – Как уйдёшь?

– Я альфа. Ты – тоже. Мы имеем право дать начало собственному клану и принять в него тех, кто будет готов пойти с нами по этому пути. В своё время я сколотил небольшое состояние, избавляя улицы от маньяков и прочего мусора. Этого нам хватит, чтобы начать всё с чистого листа. Я сыт по горло.

– Подожди, не руби с плеча, – заволновалась я. – Выйти из клана не так просто. Что если отец решит отомстить тебе за это?

– Скорее брат, чем отец, – сквозь зубы процедил Ронан. – Он скорее разрушит некогда великий клан Редмун, раз ради места вожака готов избавиться от моей невесты.

Он резким движением оправил рубашку и повернулся ко мне.

– Клянусь, я убью любого, кто хоть пальцем тебя тронет. Даже если это будет мой собственный отец.

И снова в его глазах промелькнуло то чудовище, которое я увидела в нём при нашей первой встрече. Я отшатнулась и коротко вдохнула, но в следующее мгновение Ронан изменился в лице и протянул руку, предлагая мне взять его за локоть.

– Я не буду рубить с плеча, – уже мягче проговорил он. – Поэтому сейчас мы пойдём и познакомимся с моими родственниками. Хотел бы сказать “близкими”, но язык не поворачивается.

Я взяла его под руку, немного неуверенно, но когда почувствовала под ладонью его крепкие мышцы, мне почему-то стало спокойнее.

– Как странно осознавать, что мы с тобой так похожи, – заметила я. – Мы оба в своей семье как лишняя нога.

– Может быть, поэтому я и не мог отвести от тебя глаз, – ответил Ронан. – И не смог отказаться от тебя, хотя готовился к этому несколько лет. Эмбер…

Он взял меня за руки и, сжав их, посмотрел прямо в глаза.

– Да, Ронан? – выдохнула я.

– Прости меня за всё, что тебе пришлось пережить. Я был такой дурак, что сам не могу в это поверить.

От этих слов в груди что-то сжалось и в глазах защипало. Я прикрыла веки, и мой альфа склонился надо мной, нежно прикоснувшись к моим губам.

– Вместе мы справимся, что бы ни случилось, – прошептала я.

– Да, – согласился Ронан.

Ещё раз поцеловав меня, он снова подставил локоть и вот так, вместе, под руку, мы покинули его комнату, чтобы лицом к лицу встретиться с его семьёй.

Глава 4

Когда мы спустились в столовую, там действительно собралась вся семья. Она была значительно больше, чем я привыкла, ведь в моём доме жили только истинные Бейлы – то есть, потомки вожака. А у Ронана, насколько мне было известно, кроме Натана больше не было ни братьев, ни сестёр. Единственная сестра его погибла, не выдержав позора, на который её обрёк Карлос.

И мне всё ещё было горько и грустно осознавать, что столь близкий мне человек оказался способен на столь гнусный поступок.

За длинным столом расположилось семнадцать человек самого разного возраста. Старшей оказалась пожилая женщина, которая была уже совсем маленькой, скукожившейся от возраста. А самым молодым – мальчишка лет четырёх, если не считать беременной женщины, сидевшей почти во главе стола. Большой стул, предназначавшийся вожаку, пустовал, но перед ним всё равно стояла тарелка. В нашем доме происходило так же, когда дед болел и не мог спуститься к общему столу: ему накладывали то же, что и всем, а потом оставшуюся еду отдавали свиньям.

Минди тоже сидела ближе к вожаку, и рядом с ней свободный стул явно ожидал Ронана.

– Господа, – негромко проговорил Ронан, остановившись так, чтобы все могли его видеть. – И дамы. Лэры и лэри. Я хочу ещё раз представить вам мою жену Эмбер. Теперь она – часть клана Бегущих под Луной, на то ей дал право священник из храма Серой Матери и сама Луна, связав нас узами истинной пары.

Если до этих слов на меня смотрели с любопытством и неодобрением, то упоминание истинной связи между нами произвело особое впечатление. Женщины восклицали, мужчины, похохатывая, отпускали шутки и поздравления. Беременная волчица подошла к Ронану и крепко обняла его.

– Дорогой мой, сыночек, как же я за тебя рада! Позволишь посмотреть на метку?

Это его мать? Я немного опешила, не сразу осознав этот факт. Я так привыкла к тому, что у меня самой не было матери, что совсем не думала о его. А когда осознала, то присела перед ней в реверансе, выражая своё почтение. В конце концов, она, в отличие от Редмуна-старшего, не успела осыпать меня оскорблениями, и у меня не было причин не выказывать ей уважения.

– В самом деле? – с интересом спросила другая девушка. – Истинная пара?

– Настоящая! – со слезами на глазах ответила матушка Ронана и подняла руку моего мужа с закатанным рукавом, чтобы все могли убедиться.

Потом она подошла ко мне и тоже взяла за руку, рассматривая метку, а в следующее мгновение обняла, как родную дочь, обхватила ладонями за плечи и, глядя на меня, произнесла:

– Добро пожаловать в семью Редмун, дочка. Позволь узнать, какой род подарил нам столь прекрасное дитя?

Видимо, слухи распространиться не успели. Я с тревогой бросила взгляд на Ронана, опасаясь произносить вслух имя своей бывшей стаи. И он пришёл мне на помощь. Дождавшись, когда мать выпустит меня, он крепко взял меня за руку и, глядя ей прямо в глаза, твёрдо произнёс:

– Эмбер вышла из Серебряного Братства. Урождённая Бейл, теперь она Редмун.

В столовой стало тихо. Я почувствовала, как кровь приливает к щекам то ли от смущения, то ли от опасения.

– Бейл, – тихо произнесла матушка и моргнула, от чего по её щеке потекла слеза, которую женщина быстро смахнула. – Добро пожаловать в наш дом… Эмбер.

Она больше не смотрела мне в глаза. Отошла к столу и села обратно на своё место. А потом произошло то, что должно б