Застывшая слеза

Мрак, окутанный тайной

Когда в фаворе сама Вечность

Что это?! Мозг тут же блокируется, а страха нет. Чего бояться, если ЭТО сильнее ВСЕГО. Ты под прессом – невообразимо необъятного, неизбежного. Вернее, ты в кольце, оно не давит, из самых глубин Земли НЕЧТО хочет прибрать к себе всё вокруг. А человек, он же букашка, так, мелочь, пыль – он ли может противостоять неведомым доселе силам? Он нутром чувствует вокруг, везде некую пустоту, невидимую пропасть, зияющую Дыру… И в самом себе пустота. Вдруг, словно наяву, увидел он это Нечто, и обуял его первобытный ужас. Зияющая бездонная Дыра. Бесконечный тоннель, зовущий куда-то вниз, к неведомым глубинам? Эта земная Чёрная дыра?

А вот и Земля, плывущая по бескрайним просторам Вселенной. Плывущая в никуда, она в вечном плену у Бесконечности. Вокруг пустота. Это только иллюзия, мы не одни. По сути, в Космосе бардак. Любой осколок, «камушек» может случайно задеть путницу. А случайно ли это? Может быть, даже банальный метеорит кем-то запрограммирован? Чья-то шутка? Необъятное нам не обнять, умом его не понять. Небо далеко, а Космос для нас нечто иллюзорное. Он есть, и его для нас будто нет. Мы сами по себе, он сам по себе. Удобно? Космос, он везде. Микрокосмос тоже бесконечен. Сверхмалые частицы тоже не предел. Мы где-то посередине бесконечной линии. Мы всего лишь точка. Точке нет дела до бесконечности. Ей и своих проблем хватает. Суета порой спасает – зачем ломать голову, если всё равно нам ничего не понять. Смысл в том, что смысла нет.

Этого не может быть! Не может и всё. Это всего лишь иллюзия.

Время неумолимо несётся вперёд. Настоящее всего лишь миг, прошлое не в счёт, есть только будущее? Не может же всё пройти бесследно, исчезнуть навсегда. Бесценный опыт человечества должен же где-то храниться. Он может быть закодирован. Это у нас в крови. Поэтому, рождаясь, человек тотчас же ориентируется во времени и пространстве, в какой бы эпохе он ни родился. Он всегда появляется вовремя и продолжает эстафету жизни. Память человечества заложена в каждом. В наше время никто не рождается с уровнем первобытного человека. У современника нашего усовершенствованная программа. И это не предел. Где тогда предел?.. Эстафета продолжается.

Вот тебе пропасть! Это нечто непонятное, необъяснимое. Оно будто манит, зовёт, а где же страх и ужас? Можно спускаться всё ниже и ниже… Становится всё легче и легче. Вот где вожделенная свобода! Как будто ты растаял, растворился, ты уже не чувствуешь самого себя. Или уже умер? Душа тянется к свету. Свет зовеё тебя наверх, ввысь, а внизу, в глубинах только Тьма. Пусть тьма, лишь бы остался жив. Ты уже привыкаешь к новому состоянию. Вроде уже смирился с перспективой поглощения тебя Тьмой. А как же свет, он какой-то несерьёзный, ненастоящий. Тьма она более существенна, близка и реальна сейчас. Нечто непонятное, странное. Ты уже во власти… Тьфу, ты! Всего лишь сон. В который раз он его видит? Как заснёт, будто что-то другое включается. И кина не надо, всё в тебе самом.

– The end! – ну, вот и всё, начинается новый день.

Новый день – это целая жизнь! Есть шанс начать опять всё с нуля. Это же новые надежды, перспективы и… куча проблем. Ему ли печалиться, да еще и с утра – это же его время, его жизнь! Космос да Вселенная вместе с Бесконечностью его не касаются. Реально лишь то, что рядом, что можно потрогать, пощупать.

Всё у него получается. Просто надо уметь жить. И что все ругают жизнь, ноют, что всё плохо? Неудачниками не рождаются, всё зависит от самого себя. Он всю жизнь учится, и сейчас кандидатскую пишет. Может, кое-чем и пожертвовал, но время еще есть, наверстает упущенное. Маршрут его известен – работа да библиотека, но изредка выходит и в свет. Он свою, на первый взгляд, серую жизнь ни на какую весёленькую карусель праздности не поменяет. Знать, чего ты на самом деле хочешь, иметь цель конкретную – не это ли счастье? Сам себе хозяин – так жить одно удовольствие. Наверное, таких, как он, считают «золотым фондом» нации. «Ты есмь тварь, пылинка» – Космос ему не указ. Он – венец Природы, шедевр…

Вот так каждое утро – хвала себе любимому. Это заводит, бодрит. Здравствуй, новый день! Это не в счёт, что он пока только жалкий аспирант, тасующий чужие мысли. Столько он прочёл, вызубрил, а от себя нечего добавить. Отсебятина ныне не пройдёт, всё до тебя открыли, по полочкам разложили. Вот тебе и своё время. Тщеславному учёному надо было чуть раньше родиться, и свобода его иллюзорна – он пленник чужих идей. Гоняться за призрачной целью утомительно. У него каждый день расписан по минутам, заранее им самим же запрограммирован, что не сойти с пути прямого, не соскочить. Прожить впустую день для него преступление. Минута дороже любых денег, страстной любви и всего остального. Сегодня денег нет – завтра найдутся. Нет любви – дождёшься, а время не вернёшь. Может быть, от него и только от него зависит исход эстафеты (хотя, какой исход, если она бесконечна).

Его за глаза называют ботаником. Пусть! Что ему остальные? Наверное, поэтому друзей-то у него почти нет. На друзей нужно время. И что даст ему дружба? Самого себя достаточно. Словно выпущенная стрела несётся он мимо всего. Некогда болеть, падать духом. Такого и хандра не возьмёт.

Ну, вот, уже завёлся. Внимание, сейчас стартует человек-часы. Дел у него, как всегда, полно, а на улице холодно. Календарная зима, с ней не поспоришь. Наш неприкаянный легко одет, осень ли, зима ли, ему без разницы. Пока дошёл до института, совсем замёрз.

– Ыч-чу, ычча! – Ну и дубак.

В такой холод и голова плохо варит. Обычно он пока не дотопает до работы, всё обдумает, разложит, ни минуты покоя – вот его девиз. Однако скоро декабрь. Что ему до смены времён года, когда манит Космос (о, уже перестроился), когда сама Вечность дышит в затылок. На что ему мы, его современники? Он уже не здесь. Он не видит разницы между прошлым и будущим. Когда в фаворе сама Вечность, настоящее в игноре. Он хоть и саха (якут), считает себя гражданином мира. Да что мира, ему Вселенную подавай. Он у нас историк. Тоже мне наука, уж шибко всё там запутано. Неточная наука, на коленках дописанная, под свой лад переписанная. Всё остальное суета, но в ней же сладость. Ему это неведомо. Ну и бывают же на свете разные чудики.

Ума палата, это про него. Законсервированный ум с умом бы применить, да он у нас немного тормоз. В учёной среде одним умом не пробьёшься. По умным головам кто пройтись не прочь, тому и карты в руки. Кандидатская почти завершена. Да вот с защитой, наверное, будут проблемы. Поэтому он и тянет, никак не может поставить окончательную точку. Были бы деньги, без проблем бы защитился. Хоть ты и гений, без связей и денег ничего не сделаешь, а завистники всегда найдутся.

Он весь в тисках категорий и терминов. Его бы в наш нынешний вертеп. Ботаники действуют на нервы. Тоже мне гений, мы сами герои. Жизнь прожить – это вам не тасовать понятия.

А истории нет дела до нас, простых смертных. Она не ведает, что творится здесь и сейчас. Ей, видите ли, нужна дистанция, только издалека всё чётко видно. В том ракурсе, что выгодно сиюминутному. Историки колдуют над прошлым, что наколдуют сегодня, расколдуют завтра. И наш ботаник весь в архиве прошлого, на настоящее ему наплевать. Ему в теории нет равных, а в практике он ноль.

Илка (по паспорту он Илья) с Учаном (в миру он Руслан) давно плюнули на него. Ну, не хочет он быть, как все, и всё тут. Получается, у жертвы науки всё же есть друзья. А может и не друзья, так попутчики? Они к науке не имеют никакого отношения. Обычные люди, тоже пленники. Пленники сиюминутного. Они вместе еще с детства, однокашники, односельчане, и в город подались все втроем – ума-разума набираться. Эти двое выбрали более практичную специальность, безбедно живут. Как все. Вовремя женились, детей нажили, домом обзавелись. Всё у них, как у людей, не то, что наш брат-ботаник. А еще есть четвёртый персонаж, тоже их однокашник – Бобукка (Вова). Он-то недоучился, в рабочий класс подался, зато лучше них живёт. В последнее время с ним редко видятся. Ему всё некогда. Всех денег не заработаешь вроде, но друзья тайно завидуют предприимчивому Бобукке. Он еще охотник и заядлый рыболов. За компанию и одноклассники увлеклись охотой. И Баску берут с собой, в качестве кашевара. Да, нашего героя звать Баской (Вася). В учёном мире известен, как Василий Берестов. Тридцать лет для мужчины разве возраст? Они и живут на полную катушку. Ваську наука испортила, а остальные вроде ничего, со временем своим рифмуются. Они самые обыкновенные, даже описывать не надо. Таких много, они везде. Но с ними нам еще долго общаться. Придётся познакомиться поближе.

Учан, он же Руслан, тот еще тип. Живчик, попрыгунчик, везунчик. С широко открытыми глазами более подходит к романтику. Внешность обманчива, романтикой тут и не пахнет. Зато девки от него без ума, особенно от его сияющих глаз. А так он и ростом не вышел, какой-то весь щуплый. Как взглянет, хоть стой, хоть падай. Якутский Лермонтов, скорее прагматик, чем романтик. Да, времена меняются. «Жёсткий» интеллигент вам еще не то покажет. Эта жёсткость, приветствуемая ныне, порой переходит в жестокость. А Илка? Кирпич, да и только. Бесшабашный сызмальства, ему осталось только до криминала дорасти. Так пригвоздит тебя взглядом, что ты уже парализован. «Чёрные глаза», увы, не жгучие. Холодные, сразу выдают своего расчётливого хозяина. Казалось бы, ему есть, куда расти, да больно задирист. Ему бы лишь кулаками махать. Никак не угомонится. Жена ему не указ, на всех ему наплевать. Напролом, наперекор всему. Лом, короче. А Бобукка (ну, Вова) само спокойствие. Широкоплечий, мускулистый, просто культурист какой-то. Если бы не оспинки, быть бы ему якутским мачо. Лицо еще шибко смуглое, на племенного быка походит. С такой характерной внешностью в бандиты бы ему податься или на худой конец играть в кино новых якутов. Вова, если даже и бык, то покладистый бык. Немногословен, нерасторопен и рассудителен. Берестов в упрощённом и видоизмененном варианте. Хороша была бы троица, да товарищ ботаник портит фон. По характеру он их полная противоположность, и по внешности их антипод. Какой-то он весь чахлый, невзрачный. Худой до невозможности, ходячая глиста. Не под стать уму головка крохотная, волосы жиденькие, глазки маленькие, за толстыми стёклами очков их и не видно, просто две несущественные точки. Всю жизнь за письменным столом провёл, оно и видно, Берестов у нас, как вопросительный знак. Персонаж из мультика, ходячая карикатура.

Они такие разные, зато друг друга дополняют. Что ни говори, есть некая гармония в их странной дружбе. Руслан у них вместо бульдозера, Васька вместо компаса, Илка и.о. старосты, он же охранник, а Вовка скорее по хозчасти спец. Вместе они сила – они же автономны. Сейчас они что-то редко собираются. То да сё – всё недосуг, дела, дела. В последний раз их вместе Вовка собирал – на охоту ходили. После той неудачной ходки засели дома. Пару раз встречались, но Васька каждый раз находил какие-то отмазки. В такие моменты телефон у него вечно недоступен. Ботаник есть ботаник. Друзья называются – вечно его подкалывают, почти издеваются. Только Вовка нормальный, на него можно положиться. А те… весьма сомнительные личности.

Однако наш Василий отвлёкся. Его хлебом не корми, анализировать может всё, что движется и не движется, кроме своей жизни. В самокопании нет ничего приятного и полезного. Жизнь, по сути, череда трудностей, преодоление препятствий. Вроде нечего ему печалиться – и свой дом (если эту клетушку можно так назвать), и достойная работа есть (она же и любимое занятие). Но есть в его жизни один существенный минус – он до сих пор неженат. Все, кому н лень, пытаются помочь: кто советом, кто и делом. Кого только ему не сватали, а он ни в какую. Мужчины нынче дефицит, штучный товар, любой не залежится. А внешность не помеха, отсутствующее звено заменит всё тот же ум. Ум в этом случае лишнее звено – он же у нас великий тормоз. Кажется, бери и пользуйся, баб вокруг полно, выбирай на вкус.

Идеалист чёртов. Все старания друзей прошли даром. В глубине души он, наверное, не против. Как же без женщины? К черту аналитический ум, моральные принципы, вечные сомнения! Вперёд и с песней, тебя ждут великие дела. По его мнению, женщина – это проблема в юбке. Пресмыкаться пред нею, терять голову – ну на фиг. Еще чего доброго заразу какую-нибудь подхватит. Ему даром не надо такого счастья. И это очень утомительное занятие – прелюдия, то да сё. Это тоже надо уметь, так сразу не научишься. На это еще нужно время, а где его взять? А деньги? Без них мужчина не мужчина. Наш Василий немного скуповат, лишние деньги скорей отнесёт в банк, чем тратить на выпивку и женщин. Существенная экономия, ничего не скажешь. Это у Илки, даже у с виду скромного Вовки одни бабы на уме. И как это им удаётся и сходит с рук, ведь эти трое не первый день женаты? Однако жена вещь вполне полезная, в хозяйстве пригодится. Но даже она на тебя даром не будет пахать. Запросит втридорога за свои услуги, выпьет всю твою кровь и на том не успокоится. Но самое страшное – она жить тебе не даст. И весь мозг вынесет! Какая кандидатская при пиявке-жене? Нет, только не это. Васина автономия пока еще не подводила.

– Что трубу не берёшь? Ну, ты артист! – Вот и телефон ожил.

Как только вспомнишь, друзья твои тут, как тут.

– Да. Ага. Работаю. Сегодня? Ой, даже не знаю, наверное, нет. Столько работы, – видели бы вы его лицо.

Можно подумать, что он с заклятым врагом разговаривает. Отобрав у него этот чёртов сотовый, узнали бы, что из группы «Враги» сейчас только звонил Илка. Так Илья ему друг или враг?

– А, для звезды, что сорвалась и падает, есть только миг… – Опять сотик запел.

Видимо из другой «группы» беспокоят, мелодия более нежная.

– Ага. Вов, у меня на самом деле нет времени. Потом как-нибудь, ладно? – Тон-то немного другой.

Конечно, Вовкой он дорожит. Он не такой уж наглый и вообще душа-человек. Хоть и грубоват с виду, зато душой интеллигент. Васька для них вечно занят, и дежурная отмазка всегда готова.

Между прочим, Илка с Русланом тоже историки. Учились же вместе, а толку-то – всё впустую. Зря государство на них деньги потратило. Только чтобы образование высшее (это почти что билет в «большую» жизнь) получить, целых пять лет промучились. А Ваське всё мало. Куда ему столько знаний? Да он маньяк, только в другой области. Если бы только историей интересовался. Он и другими науками начал увлекаться. Тоже мне универсал. На первый взгляд, что общего между бесконечным романом истории человечества и звёздами. Своих проблем хватает, не до небесных тел. «В мире всё взаимосвязано, абсолютно всё имеет свою собственную историю», – считает горе-учёный. Даже безмолвный камень и то имеет историю, да там у него внутри целый мир, скрытый от нас, полный многих тайн, а Вселенная – это история историй. Вася уже не здесь. Другие миры, другие тайны – что ему земная суета. Мысль не признаёт ни границ, ни временных рамок – это она дана нам взамен обещанной свободе. Вася у нас ходячая энциклопедия, но ему явно не хватает практики. В теории всё возможно. Васин хаотичный мозг тут же выдает наподобие распечатки. Там столько всего! Некоторые вещи я лично где-то уже читала. Плагиат? В этой точной среде такого понятия нет. Большая половина любой кандидатской – плагиат. Были бы ссылки, за это даже похвалят.

26 декабря 1994 года сотрудники NASA распечатали фотографии, присланные с космического телескопа «Хаббл» и были ошеломлены – на одном из снимков они увидели небесный город, плывущий в пространстве. Сначала это было маленькое туманное пятно. Профессор университета Флориды Кен Уилсон использовал специальную дополнительную ручную лупу, чтобы рассмотреть снимок подробнее. Он обнаружил, что «пятно» имеет странную структуру, которую нельзя было объяснить какими-то техническими причинами. Мощные линзы телескопа были вновь направлены на «пятно» и стали снимать этот участок звёздного неба с максимальным для «Хаббла» разрешением. На огромном экране вырисовалась потрясающая картина города, похожего на гибрид свифтовского «летающего острова» Лапуты и научно-фантастических проектов городов будущего. Огромная конструкция, раскинувшаяся на многие миллиарды километров, сияла неземным светом. Хорошо были видны различные строения, странным образом похожие на земные. Плывущий в Космосе Город был признан Обителью Творца и там возможно обитают души умерших. Не исключено, что Город, обнаруженный «Хабблом» на католическое Рождество, является инженерным творением, сооруженным представителями неизвестной нам и весьма могущественной внеземной цивилизации. Представители NASA не успели вовремя отключить свободный доступ к веб-серверу телескопа, куда попадают все изображения, получаемые с «Хаббла», для изучения в различных астрономических лабораториях мира. Снимки на несколько минут стали доступны пользователям Интернета. Снимки впоследствии были засекречены.

Если бы все вдруг убедились, что Бог на самом деле существует, неизвестно что бы началось. Не исключено, что начался делёж – чей же Бог в этом городе обитает. И без этого на Земле хватает войн. От греха подальше и спрятали доказательство существования всевышнего.

Пресса и не такое придумает. Учёному подавай факты и доказательства, а предположений и без того хватает. Берестов же хочет верить, наперекор трезвому до неприличия уму. Порой мешает груз знаний, вырваться из академического плена хочется, да колется. Всё вроде разложено по полочкам, да не всё ясно. Нужно искать другие пути, нужны другие нестандартные методы. Это только слова, пустой порыв. Учёный-одиночка бессилен. Берестов начинающий учёный, ему полагается быть, как все. Хотя бы до поры до времени, хотя бы до защиты. А там можно и погероить. Умом понимает, но в душе ему хочется чего-то совсем другого. Что-то другое… Не век же жить автоматом. Должен же быть смысл всему. Берестов с детства верил, что он не такой, как все, что у него какая-то особая миссия. Только, какая именно, до сих не знает. Неужели всё сущее, весь мир, Вселенная и что там еще дальше тленно, бессмысленно? Хлам, да и только? Тогда и эстафету незачем продолжать.

Ваське вдруг (или всё же не вдруг?) захотелось бунта (вселенского?), совсем нового расклада всего. Хотеть мало, и возможностей, ой, как мало. Кто бы подумал, тоже мне бунтовщик нашёлся. Искра революции, возникшая вдруг в каком-то ботанике, так и потухла, никем не замеченная, без никакой пользы. Или всё же пока тлеет? Да вряд ли найдётся смельчак, который возьмётся за переустройство этого стихийного мира. Разве что извне возьмутся за нас. Или уже вмешались? Имеются же многочисленные свидетельства этого. Даже на поверхности самой Земли оставляют знаки, письма, которые до сих пор еще не расшифровали, а о небесных знаках и говорить нечего. Да мало тех, кто на них обращает внимание. Всё недосуг, нам и земных дел по горло.

В конце прошлого века стали появляться сообщения о «кругах на полях». Гипотез о причинах возникновения этих феноменов выдвинуто очень много. На некоторых полях появляются не только круги, но и более сложные знаки. Английский исследователь Дельгадо обнаружил с самолета неподалеку от местечка Панч Боул в графстве Гемпшир огромную надпись на поле: «WE ARE ALONE», что означает: «Мы не одиноки». Каждая буква была высотой 36,6 метра. Говорят, что подобные рисунки на хлебных полях – это своеобразный информационный код пришельцев из Космоса. Таких «свидетельств» было много.

И почему-то большинство из них было найдено на территории Англии. Был еще своеобразный портрет «человека» вместе с рисунками каких-то дисков.

Вот тебе и доказательство. И чей это портрет? Нескончаемые вопросы. Вечные вопросы. Простому смертному не то, что искать ответ, думать об этом не стоит. Да ну эту Вечность! Нам бы самим с собой бы разобраться, с настоящим как-то найти общий язык, а то и оно ускользнёт в Вечность и ищи ветра в бесконечном Космосе.

Жуть

В эпоху великих свершений все стремились быстро и без особых затрат выкачать, вырвать из земли как можно больше всего. Природа безмолвна, беззащитна, всё стерпит. Столько всего в земле-матушке, бери, не хочу. Как нашли этот минерал, который и золота дороже, началось такое – всесоюзная суматоха, почти всемирный переполох. Блестящее чудо голыми руками не возьмёшь. Глухой Вилюй потревожили – столько людей приехало, вмиг появились новые посёлки. Продырявили землю во многих местах. Это было только начало. Копать, так копать, всё глубже и глубже, может, там, в неведомых глубинах алмазные россыпи? Не терпелось найти, начали взрывать. Мирный атом применили. В то время всем казалось, что он безобидный, никто не предполагал, что всё это потом аукнется. Алмазный фонд всё пополнялся. После этого оставались только зияющие адские дыры. Некогда чистый Вилюй превратился в ядовитый исток. Не только вода, но и воздух, вся природа пострадали. Природа она хоть и всесильна, но беззащитна. Зло только на первый взгляд остаётся безнаказанным. Когда-нибудь за это всё придется держать ответ. Долги надо отдавать. Пока что одна Земля нам должна, а нам всё мало.

Вскоре началось строительство целого промышленного города. Новому городу нашлось довольно милое название – Мирный. Стали появляться первые жертвы мирной политики среди местного населения.

Это была эпоха геологов и алмазников. Им почёт и слава. Прочесав близлежащую от Мирного территорию, геологи устремились дальше. Если проследить их путь по карте, то можно увидеть, что они двигались в северо-западном направлении. Вокруг тайга да болота. Во многих местах доселе не ступала нога человека. Никто не спорит, что пионеры-геологи просто герои, не каждый отважится на такое.

Кажется, сбились с маршрута. Их пятеро, все геологи. Им не привыкать, и не такое случалось. Что-то не так – везде повалены деревья, словно ураган их повалил. Вековые деревья – им бы стоять и стоять на страже первозданности. И такая тишина… Словно вымерло всё вокруг. Ни птиц, ни зверей, а только лесные завалы да топкие болота.

– Жутковато, – вымолвил один.

Матерым геологам что-то не по себе. Слава богу, вырвались из мрачного леса, да тут же наткнулись на болото. Решили обойти. Заблудились. Чуть позже вышли к речке. Вода в ней кристально чистая, а пить невозможно. Пришлось черпать в другом месте. И там она какая-то не такая – то ли ржавчиной отдаёт, то ли еще чем-то. Лето в разгаре, а тут будто осень. Что-то здесь явно не так, а что, сразу не определишь. Всё будто в тумане, призрачно, да к тому же уныло и серо. Сами словно серые тени. Идут по направлению на северо-запад. Такова установка. По пути берут пробы. Что из того, что всё серо? Главное, не что на поверхности, а что под ней. Алмазы, будь они не ладны. Днём еще ничего – привычная работа отвлекает. А ночью… Сон не идёт, хотя устают очень. Такая жуткая тишина, аж дрожь берёт. Один тут с ума бы сошёл. Тук-тук-тук – что это? Тьфу, ты, сердце еще бьется. Будто сигнал SOS подаёт. Как будто ты выпал из времени, попал в другое измерение. Словно ты один на всей планете, сидишь под звёздами и холод Вечности проникает в самое сердце. В сущности, наша Земля одинокая странница. В этом вы схожи. Вот-вот мрак Бесконечности проглотит вас обоих.

Утро – бальзам для души. Глаза уже начинают привыкать к странной неопределённости. А вот и другая речка. Дальше идут вдоль неё. Идут, как заведённые. Вначале ориентировались по компасу, да тот прибор под конец что-то глючить начал. Геологи запаниковали – где же юг, где север? Сходц не понять. Между тем, фон меняется. Земля местами покрыта ржавым мхом, особенно вдоль речки. Стали появляться, неизвестно откуда взявшиеся, валуны. Это всё чудно, но есть еще кое-что. В самом воздухе. Или с ними самими что-то творится?

– Как будто во мне ПУСТОТА… – один из геологов пытается выразить словами ЭТО.

К вечеру эта пустота стала наполняться страхом. Таким вязким страхом, который сродни, наверное, только с первобытным ужасом. Это уже не выразишь словами, это вообще уму непостижимо. Еще мох красный… Со страхом можно справиться, если разобраться с его причиной. А тут одна, непонятно откуда взявшаяся, жуть. Прямо на мху поставили палатку. И стали ждать.

Слабое звено

Захватывающее занятие – Берестову нравится история. Ей и только ей он верен душой и телом. А вдруг это всё иллюзия? Факты не проверишь, машину времени еще не создали. История настолько иллюзорна, эфемерна, она сродни мифам. Тогда всё придётся менять и строить другую систему. Начнётся суматоха. Всю тысячелетнюю историю человечества придётся заново писать. Кому это под силу? Зачем ворошить прошлое, его ведь всё равно не изменишь. Вот поэтому прячут факты и гипотезы, но тайное когда-нибудь становится явным.

В 1844 году английский учёный Дэвид Брюстер сообщил о том, что в Кинвудском карьере внутри породы, образовавшейся примерно 400-360 миллионов лет назад, нашёл стальной гвоздь.

В Неваде и Туркмении нашли окаменевший след от ботинка в породе возрастом 250-200 лет.

Нашлись удивительные шарики, возрастом 2,8-3 миллиардов лет. Такие чёрные шарики можно изготовить только в условиях, где отсутствует гравитация, то есть, в космическом пространстве. Говорят, что внутри шара замурована антиматерия.

Каков коллективный возраст человечества? Почти что вчера появились. Даже те же обезьяны. И кто же 360 миллиардов лет назад уронил стальной гвоздь? И кто его изготовил? Кто 200 миллионов лет назад бродил, понимаешь, в ботинке? А кто 3 миллиарда лет назад играл антиматериальным шариком? После всего этого, какая может быть история? Сколько поколений учили наизусть хронологические таблицы по истории, зубрили даты? Оказывается, мы учились не по учебнику истории, а по учебнику мифологии.

А НЛО? Эти объекты и в древние времена летали. Возможно, это они обронили гвоздь, кидались шариками, и космический мусор они оставили. Другие цивилизации намусорили в Космосе, вот оно и упало к нам под ноги. А след? Ранние цивилизации наследили? И после нас через энное количество тысячелетий найдут какой-нибудь ржавый гвоздь, тоже начнётся суматоха. Все исчезнем, бесследно и навсегда, разве что часть нас останется в составе хотя бы каменного угля. Над нашим прахом будут измываться другие. Им тоже будет казаться, что они вечны.

А антиматерия внутри шара? Замурованная тайна-то откуда? У Васьки голова идёт кругом. Столько всего непонятного. У Васи разыгралась фантазия – таким макаром, можно и без работы остаться. И откуда берутся вопросы? От них одни неприятности. Стоп, машина! Надо равняться на других. Они же не задают лишних вопросов и живут припеваючи.

Это он с детства такой почемучка. По жизни знак вопроса. Вот так можно и с катушек слететь. Надо довольствоваться малым, тем, что есть.

Заблестели, было, глаза у нашего учёного, да толстые линзы очков надёжно прячут сей феномен. Две точки – окна в мир. Через них общаются два разных мира. Кажется, внутренний у Василия намного богаче. Там много всего, своя собственная научная библиотека.

– А, для звезды… – врывается телефон.

– Алло! Что тебе, Вовка? Я же сказал, некогда мне. Вообще-то… Ладно, ладно, заскочу. Где? Я тебе позвоню, – и всё это скороговоркой.

Именно сегодня приспичило им тусоваться. Делать им нечего. У них одно на уме, единственная забота – деньги, будь они неладны, а вечные вопросы их никак не касаются. Им бы лишь легко разбогатеть, большего счастья нет. Везёт же некоторым – никаких тебе забот. Разве что, когда выпьют, начнут философствовать, и то о вещах весьма примитивных. А что, можно и потусоваться. Всё равно толку от игры в вопросы и ответы нет. Он же не робот, порой полезно менять обстановку.

Их встречи проходят по одному и тому же сценарию. Обязательно пиво, чуть позже ностальгия. Что случилось в их родном селении, кто умер, закодировался, залетел, зажрался – пока всем косточки не перемоют, не успокоятся. Любят они это дело, не хуже баб. Затем о себе любимом поговорить, кто, сколько нахапал – тема всегда найдётся. И повод, чтобы выпить. Надо же хоть иногда забыться, а то жены достали, проблем до фига. С этого начинается нытье. Себя пожалеть всегда, пожалуйста.

Ваське обычно достаётся роль слушателя и зрителя. Его миссия быть всегда рядом, для них он своего рода жилетка. Без комментариев. Если попытается вклиниться в разговор:

– Опять умничаешь, тоже мне академик, – сразу же рот затыкают.

Ну, зачем, спрашивается, он им? Можно было обойтись и без зрителя. Репертуар не меняется, аплодисментов не дождутся, или таким образом стараются приобщить его к жизни? Разве это жизнь? Васе не терпится к звёздам и иным мирам.

– Васька! А, Вась Васькович! Чего молчишь? – Глаза у Илки словно рентген.

– Да так, – ботанику и сказать нечего.

Рентген не нужен, тут и так всё ясно. Скелетик-ботаник в своём репертуаре. Чудик он и есть чудик. Они бы ему всё простили – вечную рассеянность, все странности. Только у нашего героя есть один очень большой недостаток. Этот товарищ не пьёт. Сидеть тут стражем и слушать их пьяный базар занятие не из приятных. Алкоголь убивает мозговые клетки. Нет уж, такого удовольствия им не доставит. С такими темпами у них скоро извилин не останется. Приходится быть сиделкой, нянькой для великовозрастных детей – издержки дружбы. Но есть у него один секретик – в разгар пьяного базара обычно выключается. Лучше собственное кино, чем эта комедия, более склонная к трагедии.

В 1977 году NASA в целях изучения дальних уголков космического пространства из города Пасадена американского штата Калифорния был запущен аппарат «Вояджер-1». В 1979 году аппарат приблизился к Сатурну (это примерно 1,5 миллиарда километров от нашей планеты). На одном из снимков, присланным аппаратом на Землю, был запечатлен сигарообразный объект. Это была явно не планета, не астероид, а нечто другое, доселе неизвестное. Длина объекта где-то 11 тысяч километров. Объект-невидимка. Ведь до этого никем не был зафиксирован. Наверное, всё время был в тени Сатурна. Позже, в 1996 году, с помощью телескопа «Хаббл» вновь начали снимать Сатурн и засекли совсем новую планету Солнечной системы. Она была копией Земли. Двойник, клон нашей планеты так и назвали «Земля-2». На одном из «писем» на поле было сообщено, что действительно строят вторую Землю. Запасная Земля. Колобок будет готов к 2014 году. И кто там заселится? Опять-таки в письменах было сказано, что туда отправят всех грешников (!).

На старой Земле останется элита, на новой пропишутся простые смертные – удобно. И воевать здесь некому и не с кем будет. Идиллия? И как интересно всё это будет происходить? Насильно отправят или как? И кто определит, у кого какой багаж греха? Да для этого нужен сверх-рентген, клон Бога. Все мы не безгрешны. Ой, ля, ля – нас ждёт новая Земля. Веселенькая перспектива, да все оптом туда переберемся. Как представил, что всех (особенно Илку, Руслана и Вовку) схватят и отправят в ссылку к Сатурну, смешно стало. Правда, этого никто не заметил. Он же не здесь. Хотя оскалился, выставив на всеобщее обозрение свои гнилые зубы. Они у него сроду такие.

– Что?! Это ты мне говоришь?! За дурака меня считаешь? – Илка опять с цепи сорвался.

И так всегда. По сценарию. Вроде друг друга знают, со всеми недостатками, да нет, для ссоры повод всегда найдётся. Без неё, пьянка не пьянка. Никто не хочет уступать, напряжение нарастает. Такое впечатление, что вот-вот взорвутся и друг другу глотки перегрызут. Заснять бы их в этом виде. Для рекламы клона Земли. Вот любуйтесь – будущие космические мигранты. Значит, пора по домам. И на сцену, наконец, выйдет Васька. Его миссия – всех успокоить, отутюжить (они, как обычно, в баре сидят), всё уладить и доставить всех домой, к жёнам. Их жёны скоро ему за эти особые услуги медаль дадут. Без него давно бы без мужей остались, на него молиться надо. Друзья сразу же перестают над ним насмехаться, да и сил у них нет. Трезвый тыл очень даже нужная вещь. Если бы не Васька, жёны устали бы вытаскивать из «трезвяка» своих, несмотря ни на что, бесценных мужей. Вот поэтому-то и терпят своего чудаковатого товарища и другим советуют. Если ты решил хорошенько оттянуться, заблаговременно позаботься обо всём – если за рулем, найми шофёра, если даже ты пешком, имей под боком одного трезвого, который и до дому, до хаты доведёт, и прикроет, если надо. Умеют гады жить, ничего не скажешь.

Ага, дадут тебе медаль, как же. Он еще виноватым окажется – на пьяного мужа не накричишься, а крайний вот он, сам пришёл, а муж еле на ногах стоит. Дома они, как шёлковые. Жёны их примут, спать уложат. Завтра за них миленьких возьмутся, мало не покажется. Жена – вещь нужная, однако. Впрочем, зачем непьющему Ваське жена-надзиратель. Найдут, чем упрекать. Пилить начнут, деньги клянчить на всякую чепуху – да ну их на фиг. Лучше уж жить мирно и без проблем. Одному легче и веселей. Разве, когда переберутся на вторую Землю, попутчица потребуется, а то мало ли, там всякое может случиться.

А небо на месте. Звёзд до хрена, не разберёшь, где Сатурн, где что. Все весело мигают, все зовут, звёзды ныне какие-то несерьёзные. Поселили бы его одного на какую-нибудь малую планету, ну хотя бы на астероид. И на новой Земле будет такая же канитель, навряд ли что изменится. От перемены места сумма же не меняется. Да наш дружок, малость, перегнул палку. Возомнил себя, бог знает, кем. Ему еще персональную планету подавай, а часть Вселенной не хочешь, раз пошла такая пьянка.

2014 год не за горами. До этого надо успеть с земными делами разобраться. Долгов да хвостов море. Вася сразу же прибавил скорость. Прежде всего, работу надо закончить. Всё у него в голове, надо только распечатать. Голова не машина, но всё равно ненадёжна, и так у него склероз. Однако надо всё записывать, а то мало ли. Ну, допишет свою кандидатскую и что? Его теории подтвердятся лет через сто, или время докажет обратное. История – вещь скользкая… А он торопится, будто от этого зависит судьба мира. Или Нобелевская ждёт. Успеется еще, не завтра же переселение на планету-двойник. Да его, может, и не депортируют. Он же у нас не пьёт, не курит, даже бабами не увлекается. Некогда ему и воровать, обжорой не назовёшь, никому пока не завидует, аборт естественно не делал, вроде никого не убивал. Еще, какие грехи были? Тьфу, чуть не забыла – мысли же тоже контролируются. Вот где слабое звено.

Аномалия

Пустота наполнилась ужасом. Вот тут отказало сознание. Всё кажется нереальным. Мир остался где-то там, снаружи или вдалеке – в другом времени, в другом измерении. Явь? А была ли она? Сквозь мрак промелькнула мысль. Это его собственная мысль или что-то извне хотят внушить? Вот, оказывается, как умирают. Ты смотри, я мыслю, значит, я существую. Это обнадёживает. Я еще не умер, еще твёрдо стою на ногах. Чувствую же твердь. Только воздуха не хватает. Вместо солнечного света беспросветный мрак и пустота, пустота. Вдруг земля будто вздрогнула. Земля уходит из-под ног! Что это?! На миг показалось, что болтается между небом и землей. Беги! А в какую сторону? «Ищи выход!» – пытается приказать себе. Никого рядом. Он остался совсем один. Чувствует, что треснула земля и трещина начинает катастрофически увеличиваться. Вот-вот проглотит его. Беги! Он пытается, да, как во сне, ноги не слушаются. Нечто не хочет его отпускать. Всё же вырывается. Ничего вокруг не видит. Вроде долго бежит. Натыкается на что-то твёрдое. Наконец-то что-то реальное. Изо всех сил держится за это. Чем это пахнет? Смола? Дерево! От целого мира осталось хоть что-то реальное. Обнял дерево. Будь что будет. Теперь он не один. Это конец? Плохо, что не верит ни в бога, ни в чёрта не верит. Вытащил перочинный ножик и…

Их потом нашли. Всех пятерых. Трупы лежали, как бы веером. Выяснилось, что они все умерли своей смертью. Никаких ушибов, ран. И кто на них нападёт в глухой тайге, разве что зверь. На коре одиноко стоящего дерева было нацарапано следующее:

– Здесь АНОМАЛИЯ. Сергей Марченко.

Мало ли что в тайге может случиться. Могут и отравиться. Но записка… Аномалия. Странно. Эта новость взбудоражила многих. Появились разные версии случившегося. Туда опасно ходить – это ежу ясно, но это разве остановит?

Это было в 50-х годах прошлого века.

Счастливый билет

– Ну-на!

Что это с ним? Для пессимизма вроде повода нет. Утро, как утро. Для вчерашних героев, Васькиных одноклассников, наверняка, не доброе. Им еще день прожить. Это с такой-то головой, мутью в глазах и тяжестью на сердце. И зачем только пили, только зря деньги потратили. Не то, что день прожить, жить не хочется. Жёны – это вообще предел. А Васе-то что вздыхать?

Пессимизм ему чужд. Если он сейчас запаникует, отступит – катастрофа. И куда денет багаж знаний? Столько времени, сил затрачено и это все коту под хвост? Таким, как он, тоска противопоказана. Неизвестно чем это обернётся. У них же нет ничего кроме работы. Всё положили на алтарь науки. Убеждённый трезвенник вмиг может стать алкашом. Поди, друзей переплюнет.

– Зря я не выбрал археологию, – ну, это еще ничего.

Археология почти что история, её составная часть. Ему полезно развеяться, а то засиделся в кабинете. Лучше копаться в земле, ворошить пыль прошлого, чем перетасовывать давно известные факты. Вместо ручки кисточка, лопата – самое то, а вдруг мышцы вырастут. Нудная работа, да ему не привыкать. Но, тут тебе не Египет, хер, что откопаешь.

Тихая паника сменилась революцией. Да здравствует, революция умов! Революция умных. Кому-то же должен выпасть счастливый билет. Почему и в наш не золотой век не родиться пассионариям? Кто-то же должен стоять у руля. Однако мы своего Ваську раньше времени хвалим.

Загадочная смерть геологов

Натерпелась наша Земля. Наша старая-старая Земля, а новую из ничего не создадут, не боги. Говорят, материал отсюда везут. И не только отсюда, и Сатурну, и Юпитеру тоже досталось. Надо делиться, хочешь ты этого или нет, а Земле не привыкать, она привыкла отдавать. Но любому терпению когда-нибудь приходит конец…

Летом геологи трудятся в поте лица, какие уж там выходные, а зимой в камералке сидят. Богата якутская земля, всю таблицу старика Менделеева можно по ней изучать. Скоро и пустые клетки таблицы заполнят, благодаря нашей земле. Покоя не дадут – то танкеткой избороздят, то там и тут буравить начнут. Я бы на месте Земли давно бы всех с себя сбросила.

1972 год. Несмотря ни на что, хорошее было время. Везде царил дух соревнования. Одна гонка вооружений чего стоила. Даёшь стране каменный уголь, алмазы! Время лозунгов и комсубботников. Всё для страны, а ей всё мало. Алмазникам почёт и слава, или это было намного позже? Алмазники, конечно, не космонавты, но и им достались плюшки. К вездесущим бородачам с киркой местные давно привыкли. Прошли те времена, когда русскими детей малых пугали. Почти не осталось неосвоенных земель, всё занесено в карты. ГУК работы хватало. Топографы и картографы наравне с геологами на своих двоих прошли столько, что нам и не снилось. Лета северного им мало, приходилось с ранней весны и до глубокой осени пахать. Обычно в отдельно взятой группе по четыре-пять человек.

Здесь эвенкийская земля. Да тут целый континент. Эвенки же кочуют, сегодня здесь, завтра там, почти, что ничейная земля. Только географические названия свидетельствуют, что всё здесь эвенкийское. Например, название вот этой речки Алакит, в переводе с эвенкийского означает переправа. И где-то здесь обосновалась одна из многочисленных групп геологов. В той группе было четыре человека.

В такую даль можно только на вертолёте добраться. Это тебе не пятидесятые. У них и рация имеется. Прогресс на лицо, только вот комары достают. Болота по самое не могу. Карикатурные карликовые деревья. Весёлого мало. Рублем, хоть и длинным, сюда людей не заманишь. Нужно быть фанатом, преданным своему делу, чтобы пионерить в глухой тайге. Здесь всё может случиться, с природой не шутят. Так-то в семидесятые широко пропагандировалась (по-нынешнему рекламировалось) профессия геолога, неизменным атрибутом которой считалась таёжная романтика с песнями под гитару и непременно у костра, и строителей БАМа с их уютными вагончиками. Не поступил в ВУЗ? Езжай на БАМ, на всесоюзную комсомольскую стройку века, строить дорогу жизни. Вот тебе и путёвка в новую жизнь. А не хочешь, можем и заставить. Романтика семидесятых… Сколько песен было сложено в честь неё. Это тебе не застой – страна кипела, бурлила, и никто не ныл. Это потом все стали умные. Тогда все делом занимались.

– Не надо печалиться,

Вся жизнь впереди,

Надейся и жди.

Вот мы и ждём. Дождёмся ли? Однако мы отвлеклись. Порой ностальгия полезна – бесплатный бальзам для души, впрочем, и для тела тоже.

В условленное время геологи не вышли на связь. Наверное, рация подвела. Скоро поисковая группа отправилась в сторону Алакита. На вертолёте, благо, авиационный бензин не так уж дорог. Это сейчас он стал Vip-авиацией.

Поисковики в первый день ничего не нашли. Ни тебе следов, никакой зацепки. На следующий день произвели облёт местности на том же вертолёте, и только тогда нашли палатку геологов. Пустую… Всё было на месте – одежда, инвентарь. Даже обувь была аккуратно сложена у входа. Похоже, геологи спать легли, а потом куда делись? Никто на них не напал, следов борьбы нет. Правда, задняя сторона палатки была исполосована ножом. Срочно начали искать, разделившись на четыре группы. Их тела нашлись в двух-трёх километрах от места стоянки. По одному. Геологи разбежались, как бы веером. Босиком, раздетые. Никаких ушибов и ссадин. Еще одна загадка. История повторяется. Двадцать лет назад здесь тоже нашли тела геологов. Некогда загадки разгадывать в эпоху великих пятилеток. Придумали удобное и вполне объяснимое заключение, но загадка осталась.

Появились разного рода версии. По одной из них, они погибли из-за метеоритной волны. Такая волна действует на психику – человек начинает без причины паниковать, и, в конце концов, сходит с ума. От сильной волны может умереть от разрыва сердца. Если так, то где тот метеорит? Кто будет его искать. Какие, блин, метеориты, когда под ногами алмазы. Не объявить же эту обширную территорию запретной зоной, кто случайно, кто намеренно придёт, и история повторится. Может, кому и повезёт. Во всяком случае, статистики, как таковой, не существует.

Мирское алиби

Наш пассионарий пока пассивен. Работу до поры до времени законсервировал и взялся за что-то другое. Конспиратор или великий комбинатор?

Это он не от органов скрывается, а от своих же друзей прячется. Даже Вовку не подпускает. «Абонент временно недоступен». Вася вам не нянька. Еще от их жён досталось. Нашли козла отпущения. Так тихие холостяки превращаются в женоненавистников. Ему дорога автономия. О себе любимом как-нибудь сам позаботится. Телефон свой домашний выключил, sim-ку поменял. Это уже лишнее, ему всё равно никто не звонит. Ради конспирации и с работы бы уволился. Вот тогда бы началась полная автономия. Ведь его нынешняя свобода весьма относительна. Работа нужна – чтоб прокормиться и для отвода глаз. Это твое мирское алиби. Ради оклада можно и задницу не жалеть. Работа есть отсидка – лишь бы был. Был да сплыл… Как же без неё, альтернативы нет, спонсора ему не найти.

Нет ничего хуже неопределённости. Надо чётко знать, чего ты на самом деле хочешь. Вася только с виду такой мямля, внутри у него стальной стержень.

– Ищи меня, где шумит тайга.

Ищи меня, где метут снега…

Случайно вклинилось радио. Кого постарше, на ностальгический лад настроила бы, да эта старая песня герою нашему не знакома. Да он в годы перестройки под столом бегал. Всё же что-то шевельнулось в нём – подошёл вплотную к радио, что на очках само радио отразилось. Хорошая песня не стареет, найдёт путь к сердцу любого. Уже давно другую песню крутят, а Вася всё стоит у радио. Опять внутри него кино? И какое на этот раз? Тайга там не шумит? Он эту тайгу в картинках только видит. Теоретическая тайга. Да разве это жизнь – дом да работа, одна забота. У других сутолока да суматоха, одна суета. Васька же не собирается писать мемуары, приключения, море впечатлений ему ни к чему. Ну, тогда что же затевает стальной Василий, ловко скрывающийся под маской ботаника?

– Человек зачем живёт? Чтобы придумывать вопросы и искать на них ответы. – И перед кем Васька выпендривается?

Как всегда, он один. Ходит по комнате взад-вперёд. Ему бы на плацу так вышагивать или тайгу мерить. Землемер, циркуль, блин. Затем пошёл улицу мерить. Уже зима, а ему нипочём. Он ничего вокруг не замечает. Вот девочка сидит, прислонившись к холодному дому. Плачет навзрыд, а зрителей нет. Все проходят мимо, всем недосуг, а Васька и вовсе не заметил. Плачет ли кто, девочка ли – он проносится мимо, как метеор, будто торопится спасать планету от неведомых напастей. Всё же тепло оделся – «аляску» напялил, ну, точно эскимос. Только вот вместо ледяных просторов, равнодушной тундры людское море, где каждый сам за себя. Сам себе МЧС. Зима у нас бесконечна. Все ли доживём до лета? Что мы, это бомжам якутским надо её проклинать. Многие из них околеют от лютого мороза, да найдутся новые кандидаты на звание бомжа. Северные бомжи – особый народ, это надо изначально иметь здоровье космонавта. У нас тут каждый день экстрим, никуда ездить не надо.

Итак, дожили до декабря. Впереди морозы, да и только. Новый год не за горами. Некоторым не терпится – кое-где гирлянды уже зажглись. Хочется продлить удовольствие, им рождественских каникул мало. Говорят, что на главной площади уже собираются ёлку ставить. Что за спешка, последний Новый год что ли? Новогодняя суета только торгашам на руку – на одних безделушках можно нехило заработать. Новогодняя эйфория нашему Ваське не по душе. Он этот Новый год ждёт лишь из-за длинных выходных. Можно делом заняться, не отвлекаясь на всякую чепуху.

Скоро 2007 год. Да, время быстротечно. Ваське и тридцати нет, есть еще запас лет для куража. Когда-нибудь и он загуляет. После тридцати всё будет уже серьёзно. Никто не обратится к тебе: «Молодой человек!», скидки на возраст уже не будет. Скорость надо будет прибавить. Да, эстафета вещь серьёзная, а Васька у нас спринтер. Это он пока пассивный, копит силы для чего-то важного. И что он нам несёт – 2007 год? Очередные катаклизмы и волнения, войнушки и теракты – сценарий, в общем-то, известен. Всеобщий облом? Да что гадать, скоро всё сами узнаем.

Лишние кадры

Это не запретная зона. Ни границ, ни предупредительных знаков – смельчаков и колючая проволока не остановила бы. Миром правит любопытство.

Сколько таких любопытных не вернулось, никто не считал. И не искал. Жаждали приключений – вот и получили. Никто и не заметил потери бойца. Недостающий винтик государственной махины легче заменить другим. Эта засасывающая влекущая земля находится на северо-западе от Мирного. Судя по карте, где-то в 800 километрах от алмазного города. Там нет кимберлитовых трубок, карьеров. Пока нет. Случайно не наткнёшься, да и найти трудно. Все знают о Бермудском треугольнике, а у нас самих немало странных мест, может и похлеще Бермудов. Там, где шумит тайга, бесполезно кого-то искать. Тайга – она бескрайняя. Никто её до сих пор не прочесал, как следует.

Это сейчас люди каждый день пропадают, почти что оптом. Нет человека – нет и проблемы. Стоит ли искать, например, мужа, легче найти другого… И в советское время люди пропадали, только это держалось в секрете. У нас же страна великих секретов. Исчез, пропал без вести – это значит, ты и не умер, но и не числишься уже в списках живых. И памятник не поставят, родным пособие не назначат. Одни неудобства. Ни могилы, ни некрологов – не по-людски как-то.

Один паренёк из Мирного три года подряд в тайгу ходил. Оружие с собой не брал – явно не на охоту ходил. И геологом он не был. Что тогда делал в тайге? Один. Странно как-то. Он не просто бродил, он ходил по чёткому, только ему известному маршруту. Алмазов он не нашёл и не искал. Но тайное рано или поздно становится явным.

Однажды сидел он в тайге у костра. Вдруг откуда ни возьмись, нарисовался один старик. Позже он забыл и как он выглядел, в чём был одет. Будто кто-то нарочно стёр с памяти лишние кадры. Помнил только совершенно пустые глаза, будто сквозь него смотрящие. Старик молчал. Парень протянул хлеб, тот не отказался. Духи-то не едят. Поев, словно растворился в воздухе. Если это был человек – кто это? От кого прячется, на что живёт? Парень опять ушел в тайгу и на этот раз не вернулся. Тьма проглотила и его. Он не первый и не единственный.

Сам себе профессор

А наш Васька никуда не пропал, и исчезать пока не собирается. История отдыхает. Он всерьёз занялся чем-то совершенно другим.

Всё читает. Так без зрения остаться недолго. Так, что же он читает? Конечно же, не Мураками и Кинга, а спецлитературу. На этот раз по археологии. Она же правая рука истории или инструмент. Наш ботаник всерьёз нацелился на практику. Только лета бы дождаться. Он у нас халтурить не умеет, всё досконально изучает. Многое можно было, и пропустить, наука науку повторяет. Раз взялся за археологию, надо и смежные науки изучать. Не нужно ломать голову, где искать Васю – он всё время в Пушкинке (республиканская научная библиотека). Подавай ему литературу по палеоклиматологии, палеоботанике, палеозоологии, эпиграфике, нумизматике, сфрагистике, геральдике, этнографии, даже по математической статистике. Под конец всем надоел – библиотекари скоро от него шарахаться начнут. Ему и этого мало, велкам в интернет. Чего только там нет, а толку мало. Он еще больше похудел. Если дальше так пойдёт, он сам за мумию сойдёт.

Сейчас какой год? 2006-й? А какое тысячелетие, не подскажете, господа? Скоро, очень скоро у ботаника крыша поедет, а жалко, по сути, он прикольный. Другой бы на его месте также опешил бы – в уме палеолит, мезолит, неолит, бронзовый да железный века и ничего больше. Теория за теорией. Была бы возможность, хоть сейчас отправился бы в Египет. По его мнению, все великие открытия делаются где-то там, вдали от нас. А прошлое оно везде, у любого народа, у всякой местности есть свое прошлое. Не одни мамонты здесь гуляли. Прошлое спрятано глубоко в земле. На чьей земле мы живём? Землю не приватизируешь, она ничья. Сегодня, вроде, наша, а завтра неизвестно, чьей она станет. Всё временно, всё относительно. Могила и то временная, по истечению срока другого закопают.

Люди годами изучают, а наш стахановец всего за один месяц одолел. База-то у него есть или у него свой метод, быстрого чтения что ли. Никто его не торопит, зачёт ему не сдавать, но он у нас сам госконтроль. Такой уж он человек. Лучший экзаменатор ты сам, равно как сам себе прокурор и адвокат. Себя не проведёшь. Если и дальше так пойдёт, Вася сам себя профессором назначит.

Государственная тайна

Слух об этой странной земле дошёл до правительства. Пришлось своего человека командировать. Интересно, он сам напросился или его по партийной линии заставили? Перед партией все бессильны. Проводника из местных нашли. Есть проводник, значит, местные всё же знают дорогу, бывают там. Его-то как заставили?

Солдат партии с проводником-якутом отправились туда, откуда обычно не возвращаются. Дошли до речки Беренде. Говорят, что здесь не ступала нога человека, откуда тогда эта избушка? Не древняя избушка, там было всё, что нужно в тайге, как будто кто-то специально приготовил. Даже ружьё было. Этим двоим повезло – они возвратились целыми и невредимыми. Партийцы, они живучие. Прорвутся со своим партийным билетом, куда надо и не надо. Все ждали сенсации.

– Оказывается, это бывшее пристанище дезертиров, – объяснил якут.

– Мы нашли остатки железоплавильного производства, – добавил русский командированный.

Да, раньше много было дезертиров. Ими детей пугали, а они сами шугались, прятались от мира. Война закончилась, да кто им сообщит. Вот они долго отшельничали, под конец, одичали и стали лесными людьми. А кто тогда плавил железо? Нестыковка. Может, эти двое что-то скрыли? Болтали разное, для отвода глаз, государственную же тайну припасли для отчёта. Никто не знает, сколько тайн хранят архивные материалы под грифом «Совершенно секретно». Правда чистоганом существует только в отдельно взятых головах. Она никому ни нужна. А вот неправда вещь весьма полезная и нужная в любые времена.

Людскую молву в архивы не закроешь, на каждый роток не накинешь платок. Много чего болтают. Вырыли еще один котлован. И вот однажды на дне котлована увидели девушку в якутской национальной одежде. Что она там делала? Была да сплыла – а было ли это в самом деле или привиделось? Еще говорят, что у неё глаза были мёртвые. И как, интересно, они сверху разглядели? Или в бинокль смотрели? Мало ли на свете привидений. Это разве остановит алмазников.

Один старик рассказывал, что, будучи на охоте, наткнулся на огромную яму в тайге. Оказалась не яма, а бездонная пропасть. По его словам, эта местность находится дальше речки Моркока. Да, много тайн хранит якутская земля. Рай для учёного, и на Бермуды ехать не надо. Всё под боком, рядом, под ногами. И зачем только наши археологи ездят на стажировку куда-то далеко. Да сейчас пешком ходить, прочёсывать всю тайгу, наугад искать какую-то точку не надо, если нужно, можно с Космоса всё снять. Недаром в Космос зачастили, продырявили всё небо. Нынче Космос работает для нас. Можно и землетрясения прогнозировать, даже подземные процессы можем контролировать. В последнее время что-то часто трясёт. Как ни странно, тряхнет там, где неспокойно, где войны да революции. Ответная реакция планеты? У всякого терпения есть свой предел, красные линии. То ли еще будет…

Товарищи по несчастью

Мы нагло эксплуатируем Землю. Используем её в тёмную. Сколько лет на ней катаемся, что она за планета, откуда она взялась, что её ждёт, что внутри неё скрывается, знать не знаем. Так уж мы устроены – вечные нахлебники, потребители. Но есть же Васька, вдруг с его помощью найдутся готовые ответы на вечные вопросы. Как раз он сейчас о земельных делах читает. Земельные дела и астрономия, ибо все мы небесные странники. И, правда, что нам известно о нашей родной планете? Ну, она планета, одна из планет Солнечной системы. Та, в свою очередь, входит в галактику Млечного Пути. Мы во власти огненного Солнца, три из девяти планет похожи на Землю. Все четверо с запада на восток вращаются вокруг светила, а Солнце тоже вращается, вокруг своей оси. Планеты не мешают друг другу, дополняют друг друга. Товарищи по несчастью? В плену у Вечности и Бесконечности, и всем не сладко? Если кто родил, то родил кто-то один. По мнению учёных, эти девять планет произошли от космической пыли, только вот непонятно, каким образом. Всё произошло само собой или всё же был некий толчок? Или кто-то создал? Из ничего…

Музыка, внезапно вырвавшаяся из плеера какого-то парня, прервала почти космический полёт мысли нашего героя. Парень улыбается чему-то своему, явно земному, ему невдомёк, что сильно мешает Берестову. Вокруг столько девушек хороших, любой заулыбается, сидя в таком рассаднике. Проработка проработкой, а девушки хороши, выбирай на вкус. Они этого и ждут. Ваське пришлось срочно приземлиться. Музыка стала �