Черная психология. Как нам внушают ядовитые установки и можно ли от этого защититься

Не так давно мне на глаза попалась фраза: «Психологов все больше, но почему-то проблем с ментальным здоровьем меньше не становится». Автор высказывания очень прозрачно намекал, что дело в самих психологах. Дескать, это они такие-сякие-растакие – портят людям жизнь, подсаживают на свои услуги.

Я не согласен.

Дело даже не в том, что любой может назвать себя психологом. Лицензирования нет, дипломов о высшем образовании никто не спрашивает, порог входа крайне низкий – по сути, для широкой аудитории любое рассуждение о причинах поведения человека уже будет психологией.

Мое несогласие глубже.

Нет профессии, все представители которой были бы идеальными. Равно как и совершенными неучами. Психологи очень разные, но дело не в этом.

Представьте, что у вас есть данные по продажам в небольшом магазине. Вы видите: есть месяцы, когда кратно увеличиваются продажи мороженого и продажи прохладительных напитков. Вы решите, что люди после мороженого покупают напиток, чтобы запить сладкое? Или, может быть, сделаете вывод, что люди едят мороженое после того, как попьют? Уверен, что нет. Вы справедливо рассудите, что летом мороженое и прохладительные напитки покупают чаще, потому что становится жарко и люди хотят охладиться.

Так и в случае с психологами. Да, нас стало больше в принципе, как представителей профессии. Да, востребованность психологов тоже выросла. Но это – следствие. А причина – легкость распространения вредных идей. Отравление информацией.

Давайте покажу на примере. В день я около часа уделяю работе с входящими сообщениями: мне пишут письма на электронную почту, оставляют комментарии под видео, стучатся в личные сообщения в соцсетях и так далее. Пишут разное, ведь у каждого человека своя история. Тем не менее часто в письмах прослеживается одна и та же закономерность. Вот несколько цитат – как вы думаете, что их объединяет?

«Павел, я совсем запутался. Читаю: ты – не твой мозг, ты – не твои поступки, ты – не твое тело, ты – не твои мысли. Чувствую себя так, словно у меня земля из-под ног уходит. На что опираться, если я – это не я?»

«Нужна ваша помощь. Я пытаюсь понять, как быть с тем, что я не могу двигаться сразу во всех направлениях, которые мне интересны. Я хочу заниматься фридайвингом, участвовать в реконструкторском клубе, изучать монгольский язык, ходить на бокс и снимать короткометражное кино. Когда я занимаюсь одним, я не могу заниматься всем остальным. Как это совместить, Павел? Как найти время на все?»

«Я хочу научиться распознавать социальных хищников, снимите об этом видео, пожалуйста. Кругом столько опасных людей, нужно фильтровать круг общения, уметь различать тех, у кого злые намерения. Тяжело понять, что у них в голове и чего от них ждать».

«Я пытался разобраться в том, как направить свои навыки в нужное русло, но мне говорят одно и то же: надо себя почувствовать, ты просто еще не созрел. Павел, это со мной что-то не так или меня дурят?»

«Во всех видео говорят, что нужно окружить себя людьми, которые лучше тебя – больше зарабатывают, чаще занимаются спортом, питаются правильнее. А тех, кто был рядом раньше, нужно оставить – они, как крабы, тянут назад. Мне это нравится, я стремлюсь развиваться, хочу многого достичь, но пока получилось только уменьшить время, проводимое в прежнем окружении. Я чувствую себя немного потерянным, мне уже ничего не хочется. Где найти мотивацию?»

Итак – что здесь общего? Не торопитесь с ответом. Можете перечитать еще раз. Чем четче вы сформулируете свою гипотезу, тем лучше вы сможете запомнить мой ответ. Даже если он будет полностью противоречить вашей версии. Если у вас есть свое предположение, то другой вариант вызовет рассогласование в головном мозге.

Рассогласование породит эмоции, а эмоции помогут запоминанию.

Ну что, вы готовы?

Все эти люди видят проблему там, где ее нет. Я понимаю, это громкий тезис, и он может казаться очень странным. Если такая мысль промелькнула, значит, черная психология в какой-то степени отравила и вас.

Проблемы тех, кто присылал мне такие письма, возникли не из-за каких-то психологических причин или объективных трудностей. Даже не из-за ошибок или промахов других людей. Причина – вредные идеи, о которых я упоминал чуть выше. Люди где-то столкнулись с ними, поверили – и началось отравление. Эти концепции, словно свинец в водопроводной воде, постепенно разрушают психологическое самочувствие человека.

Например, прочитал недавно: «Тот, кто сухо принимает ваши подарки, на самом деле их обесценивает, потому что имеет скрытое нарциссическое расстройство».

Да что ж такое… Опять психологический ужастик задвигают. Да еще основанный на лжи.

Сначала объясню, где тут ложь.

Итак:

1. В DSM-5 (настольный справочник психологов) нет никакого скрытого нарциссического расстройства. Возможно, оно будет включено в шестую версию, а может, и нет. Но сейчас этот термин просто нельзя использовать.

2. Диагноз ставит врач. Психолог – не врач, диагнозы – не наша работа. А уж диагнозы по нескольким случайным признакам – вообще профанация.

3. Когда мы на основании нескольких случаев судим о человеке, то допускаем фундаментальную ошибку атрибуции – одно из когнитивных искажений. И начинаем относиться к человеку хуже.

4. Еще одно когнитивное искажение – предвзятость подтверждения. Мы замечаем то, что хотим, а не то, что есть. Плохие отношения с мамой? Мы легко вспомним все случаи, когда она сухо принимала наши подарки, и забудем о других моментах.

Почему выбирается именно такое объяснение, а не другое? Можно же предположить, что дело в смущении: неловко человеку принимать подарки (ведь надо же отблагодарить ответным подарком, а это головная боль для него). А может, дело в неумении принимать подарки. Ну не научился человек показывать радость в таких случаях. Почему сразу делают упор на обесценивание?

Ответ вы знаете: это отлично пугает.

Есть такое неприятное расстройство личности, о котором почти не рассказывают, – зависимое расстройство (dependent personality disorder). Почему о нем почти ничего не слышно? Просто потому, что оно не пугает, из него не сделаешь интересную историю.

Слышали о направлении в индустрии развлечений – тру-крайм (рассказы о реальных преступлениях)? Его популярность растет с каждым днем, потому что люди любят страшилки. Психологические ужастики – из той же оперы. Берут реальную психологическую проблему (скажем, нарциссическое расстройство) и делают из нее злодейство.

Между тем нарциссическое расстройство личности – не упоительный праздник самолюбования, а ежедневный ужас непризнанности. Рассказы о том, что люди с НРЛ обесценивают – да еще скрыто, – провоцируют стигматизацию и травлю, так как выставляют их злодеями.

А они просто люди. Люди, которым плохо.

Кроме того, нарциссического расстройства немного. В том же DSM-5 указан диапазон от 0 до 6,2 % в обычной выборке.

Но психологические ужастики создают впечатление, что каждый второй – нарцисс. Потому что дают диагностические критерии, как в начале текста. Под них можно подвести кого угодно. Тем более мы все не идеальны, а определение «скрытое обесценивание» очень размыто. Поэтому легко можно решить, что половина наших знакомых – люди с этим самым выдуманным скрытым нарциссическим расстройством.

Собственно, такова цель – дать универсальное описание проблемы, чтобы мы всегда могли вспомнить кого-то и быстренько налепить ярлык.

Вспоминаю свою самую короткую консультацию, которая случилась на одном из мероприятий. Меня часто приглашают выступить в качестве лектора на большую аудиторию. Но обычно люди не решаются спрашивать что-либо при полном зале, поэтому продолжают подходить и задавать вопросы уже после официальной части. Так случилось и в тот раз. Ко мне подошла молодая женщина. Она выглядела абсолютно потерянной. Расстроенная женщина поделилась, что не справляется с ролью матери полуторагодовалого ребенка. Это был ее первенец, но рядом не оказалось никого опытного, и все приходилось осваивать самостоятельно. Муж помогал как мог, но его познания в родительстве тоже были невелики, поэтому они оба действовали почти вслепую.

Кроме того, у женщины никак не получалось уделять ребенку столько внимания и в таком виде, как об этом пишут в интернете. Женщина упоминала пальчиковые игры, занятия мелкой моторикой, развивающие упражнения. Она жаловалась, что сохранила в телефоне десятки подборок, но сделать хотя бы что-то одно в день – уже большое достижение.

А еще у молодой мамы уже не хватало терпения убирать за ребенком, успокаивать, следить за его играми на площадке. Но основной проблемой женщина считала совсем другое. «Я не могу быть такой, как об этом везде пишут и рассказывают», – почти плакала она.

Запомните этот момент – чуть позже мы к нему вернемся.

Я выслушал ее, задал несколько уточняющих вопросов, а потом просто рассказал о родительском выгорании. У вас, говорю, естественное, хотя и неприятное положение. Ваших ресурсов на ребенка уходит больше, чем вы успеваете восстановить. Все потому, что вы пытаетесь следовать тому образу, который нарисован в массовом сознании. Или, если хотите, в интернете.

Этот образ можно охарактеризовать так: «Я должна справляться с ролью матери именно так, как об этом рассказывают в социальных сетях, кино, книгах». Между тем он совершенно нереалистичный. Собственно, как и любой идеал.

Родитель в нем всегда полон сил, думает только о ребенке, фонтанирует идеями игр, учит ребенка трем языкам и водит в шесть спортивных секций в день. Может ли такое быть? Конечно нет.

Идеал по определению недостижим. Он лишь ориентир, к которому можно стремиться по мере сил и возможностей.

Но он натуральным образом портил жизнь женщине, стоявшей передо мной.

Что было дальше? Я рассказал, что ребенку нужна счастливая мать. Как говорят в самолетах: «Сначала наденьте маску на себя».

Счастливая мать даст ребенку больше, чем несчастная, которая, стиснув зубы, пытается с ним играть в пальчиковые игры. Женщине этого хватило – после разговора она буквально выпорхнула из-за стола, словно бабочка, выбравшаяся из кокона.

А я задумался. Происходило что-то явно нездоровое.

Женщина столкнулась с так называемым родительским выгоранием – неприятным феноменом, о котором еще 50 лет тому назад почти не слышали.

Родительское выгорание – это опустошенность, возникающая у матери (или отца), которая слишком много вложила в ребенка. Это эмоциональное выгорание, которое происходит потому, что родители пытаются достичь недостижимого идеала и выдыхаются.

И ладно бы дело было только в том, что родитель устал. Нет, ситуация куда хуже. Проблема проявляется на физическом уровне.

У людей, которые живут в состоянии хронического неконтролируемого стресса, в организме повышено содержание кортизола. Этот гормон участвует во многих процессах, помогает человеку мобилизовать ресурсы организма и пережить тяжелые времена (хотя за это приходится расплачиваться различными негативными последствиями вроде снижения образования костной ткани). При этом кортизол, как и другие вещества, в небольшом количестве накапливается в волосах. Если предположить, что волосы растут примерно на 1 см в месяц, то анализ пряди длиной 3 см может дать представление о концентрации кортизола за предыдущие три месяца.

Бельгийские ученые под руководством Марии Елены Брианды изучили волосы людей, страдающих от родительского выгорания, и тех, которых эта участь миновала. Результат? Уровень кортизола в волосах у родителей с выгоранием в два раза выше [1][1].

Исследования показывают, что выгоревшие мамы и папы чаще срываются на детей, кричат, могут ударить. А само выгорание происходит из-за того, что людям навязывают пагубные модели родительства. Такие, которые ни один человек не потянет. В жизни родителей нарушается баланс рисков и ресурсов [2].

Риски – это все трудности родителя. Собственная неопытность, повышенная загруженность домашними делами, отсутствие поддержки, нехватка свободного времени и так далее.

Ресурсы – это все, что облегчает жизнь. Опыт, свободное время, участие второго родителя в заботах о ребенке и доме, его эмоциональная поддержка, няня, доставка еды и так далее.

Важно, что отсутствие риска само по себе еще не ресурс. Скажем, один из родителей выговаривает второму, что тот плохо занимается ребенком. Это риск. Но если этот первый родитель просто молчит, никакого ресурса еще нет. Он будет там, где первый родитель поддерживает второго. Родительское выгорание происходит, если ситуация долго перекошена в сторону рисков. К сожалению, сейчас рисков стало гораздо больше, чем раньше.

Большое исследование, в котором участвовали 17 409 родителей из 42 стран, показало: родительское выгорание очень неравномерно [3]. В целом оно зависит от культуры. Авторы исследования выяснили, что чаще всего родительское выгорание встречается в европейской и американской культуре. Все потому, что здесь за последние полвека резко выросли требования к родителям. Процитирую исследование: «Ожидания в отношении родителей резко изменились за последние 50 лет до такой степени, что родителей, которых 50 лет назад считали хорошими и внимательными, теперь назовут в лучшем случае безответственными».

От родителей ждут идеальности. Они должны оградить ребенка от всех опасностей и одновременно развивать его наилучшим образом.

Все эти требования не от злого умысла. Их основа – создать ребенку счастливое детство. Но, увы, это тот самый случай, когда благими намерениями вымощена дорога в ад. Ни один родитель не может соответствовать этим требованиям. Это недостижимые идеалы. Поэтому родители и ломаются. И детям – вот так парадокс – становится только хуже. Сколько детей пострадало от такого навязывания? Ответить на этот вопрос невозможно, но задуматься стоит.

Женщина, которая подошла ко мне на фуршете, была близка к отчаянию. Люди в таком состоянии легко могут набедокурить. Но моей собеседнице повезло. Она получила успокаивающую информацию и успела отойти от края. Через пару лет она прислала мне благодарность. Но кто-то ведь не успел. И от этого мне по-настоящему больно.

И вот что важно: таких людей, как эта женщина и авторы цитат из писем в начале главы, в моей практике становится все больше.

Почему? Дело в двух факторах:

1) распространение интернета – доступ к «яду» облегчился;

2) снизился порог входа в инфлюенсеры – легче снять видео, распространить его, найти людей, которым ты будешь вешать лапшу на уши.

Исследования показывают, что выгоревшие мамы и папы чаще срываются на детей, кричат, могут ударить. А само выгорание происходит из-за того, что людям навязывают пагубные модели родительства.

Я понял, что возникло некое явление, которое исключительно вредно для людей. Над его названием думать не пришлось. Оно пришло сразу – черная психология, по аналогии с некоторыми другими похожими явлениями.

Например, в археологии. Есть научные археологи, которые копают медленно, тщательно фиксируют каждую деталь в раскопе. Им важно не просто найти какую-нибудь монету. Нет, они стремятся увязать все найденное – и подкову, и осколок горшка, и костяной гребень – в единую картину. Все это ради того, чтобы получить больше знаний для исторической науки. И – в конечном итоге – для блага общества.

Но есть и те, кого называют черными копателями, а их действия, соответственно, черной археологией.

Черные археологи вообще не задумываются о науке и обществе. Их интересует заработок.

Они разрушают археологические памятники в поисках предметов, которые ценятся на черном рынке (кстати, вот еще один пример – черный рынок). Им нужны только монеты и драгоценности. Все остальное они выбрасывают, после чего для науки это почти бесполезно.

Что характерно, черные копатели не вредят намеренно. Просто так получается. Они всего лишь хотят обогатиться и против науки ничего не имеют. Более того, многие из черных археологов считают свои действия полезными и правильными. Мол, наука до этих мест никогда не доберется, значит, мы спасаем артефакты прошлых эпох от забвения. Разве это не благородная миссия?

Да, если не знать, как работает настоящая (то есть научная) археология. Действительно, на первый взгляд может показаться, что лучше расковырять археологический памятник, чем не трогать его. Но любой археолог вам скажет, что не во всех случаях стоит копать. Пройдет лет 50, методы археологии станут совершеннее, и из памятника можно будет извлечь намного больше научных данных.

Как видите, между черной археологией и черной психологией есть полная аналогия. И там, и там люди не хотят ничего плохого, просто следуют к своим целям. Но портят все на своем пути.

Есть и другая аналогия – с медициной. Термин «черная медицина» не очень распространен, но идея здесь та же. Это действия, цель которых – вред человеку. Кстати, у врачей есть специальный термин для описания процесса, в котором доктор неосознанно наносит вред больному (ятрогения) [4].

Яркий пример ятрогении – это смерть Джорджа Вашингтона, первого президента США. 12 декабря 1799 года он попал под дождь и заболел. Врачи того времени считали кровопускание полезной процедурой. В течение суток они несколько раз «отворяли кровь» Вашингтону. В итоге бедняга лишился около двух литров крови – почти половины всего объема! Это серьезная потеря, которая способна убить. Что и произошло.

Ятрогенией может стать и неосторожное слово врача. Например, когда он использует профессиональные выражения. Классический пример из середины прошлого века: рентгенолог изучал снимки и сообщил пациенту, что у того «луковица двенадцатиперстной кишки плохо отшнуровывается». Это стандартное выражение для того времени. Но пациент начал паниковать.

Психология, конечно, не медицина.

Я много раз говорил, что психологи не лечат, а учат.

Но ятрогения у нас есть. Собственно, как и у любых других преподавателей. Врач, учитель, психолог могут легко навредить неосторожным словом. Например, однажды я наткнулся на рекламу психологической процедуры с таким текстом: «Ты выбрала то, что у тебя сегодня есть». И две картинки – богатая леди у дорогой машины и замотанная домохозяйка с пакетами магазина-дискаунтера.

Что за процедуру рекламировали – неважно. Такую рекламу можно прислонить к любому психологическому вмешательству. Дело не в нем. Дело в том, что такие фразы говорить нельзя. Это чистой воды ятрогения.

Утверждение «Ты выбрала то, что у тебя сегодня есть» очень опасное. Человек ужасается: как же, ведь все несчастья в жизни он выбрал сам. Хорошо, если несчастий было мало. А как быть в других случаях?

Я временами волонтерю в сообществе людей с ДЦП. Как вы думаете, что именно в своем состоянии они выбрали? А что выбрали их родители?

Это риторические вопросы. Такое себе не выбирают. Байки про вторичные выгоды уместны в разделе городских легенд, а в реальности ничего подобного не существует. Да, некоторые результаты нашей жизни – это следствие наших решений. Но только некоторые, а не вообще все.

Некоторые результаты нашей жизни – это следствие наших решений. Но только некоторые, а не вообще все.

Кто-то скажет: «Но ведь реклама взывала человека к ответственности, чтобы побудить его исправить ситуацию!» Согласен. Но это вполне можно сделать без ятрогении.

Например, написать: «В твоих силах изменить ситуацию». Или: «Ты способен добиться большего, чем у тебя есть». Или: «Ты сильнее, чем думаешь». Или: «Улучшить можно не все, но многое». Вариантов полно, было бы желание.

Сегодня врачей учат тому, как общаться с пациентами и членами их семей, чтобы не навредить. К сожалению, в психологии в самом широком смысле этого слова такого четкого понимания ятрогении нет. Очень сложно быстро оценить ущерб от «ядовитых» психологических знаний. Поэтому черная психология собирает обильную жатву в виде потрепанных нервов и, увы, разрушенных судеб. С механизмами этого явления мы и будем разбираться, чтобы не отравиться такой информацией самим и не отравлять по незнанию других. А пока у меня к вам предложение: если вы видите ятрогенную рекламу в чьем-то аккаунте, блокируйте его. Не спорьте, не нападайте, не переубеждайте. Массовая блокировка куда надежнее «топит» страницу, чем споры с ее автором.

Ятрогению важно ограничивать. У людей и без нее хватает проблем.

Выжимка, чтобы вам было легче запомнить

1. Черная психология – это тезисы и убеждения, которые циркулируют в массовом сознании, но к науке психологии отношения не имеют.

2. Если человек принимает их за истину и старается им соответствовать, то теряет радость жизни, портит отношения с окружающими, погружается в проблемы. Например, родительское выгорание возникает из-за стремления соответствовать навязанному интернетом и друзьями идеалу: никогда не уставать, не срываться на ребенка, активно заниматься с ним и получать только положительные эмоции.

3. Бывает, что тезисы черной психологии нам транслируют самые близкие люди. Но чаще всего они делают это не со зла, а, наоборот, из самых благих побуждений. Просто потому, что еще не знают: черная психология – это медленный яд.

Встреча первая. Кто я?

В кабинете было тихо. Алфей, дорого одетый мужчина тридцати лет, сидел передо мной прямо, словно в седле, и собирался с мыслями. Он думал, как ответить на мой вопрос «Что вас ко мне привело?».

Наконец он сделал глубокий вдох и сказал:

– Я не понимаю, кто я.

Алфей ждал какой-то моей реакции, но я молчал – информации недостаточно. Прошло секунд 30, и Алфей продолжил:

– И друзья, и в разных видео говорят, что надо понимать себя настоящего. Потому что без этого мы не можем реализовать свой потенциал, добиться успеха, скажем, в карьере. Все действия будут бессмысленными и бесполезными. Значит, я никогда не смогу добиться того, чего хочу.

– А чего вы хотите?

– В том-то и дело, что я не знаю!

– Уверен, вы вспомните не меньше трех человек в вашем окружении, которые или раньше пытались «разобраться в себе», или делают это прямо сейчас. При этом они уйму ресурсов тратят на, в общем-то, пустое дело. Поиски идут, а результата нет.

Алфей задумался и растерянно кивнул.

– Значит, я не одинок?

Он действительно не одинок. А те, кто активно ищет себя, в это же время себя теряют.

Вот так парадоксально работает механизм «Разрушение идентичности». Он выбивает у человека почву из-под ног и побуждает трепыхаться, чтобы нащупать хоть какую-то определенность. Без нее трудно.

Давайте сравним это с какой-нибудь фирмой. Вот есть юридическое лицо, учредитель, генеральный директор, бухгалтер, устав, офис, расчетный счет.

Чего нет – так это направления деятельности. Мы производим пуговицы? Организуем праздники? Разрабатываем архитектурные проекты? Делаем корма для домашних животных? Пока мы не определились, наша фирма не может начать работу. Ведь от рода деятельности зависит все: что купить, кого нанять, где размещать рекламу и так далее.

У человека все очень похоже. Говорят же, что у некоторых тонкая душевная организация. В рамках этой метафоры вполне можно говорить про внутреннее «ООО» или «ПАО». Когда выбрано направление деятельности нашей внутренней «организации», сразу становится легче жить и действовать.

Любая определенность нас успокаивает, потому что дает нам систему координат. Любой ориентир лучше, чем полное их отсутствие.

Позвольте покажу вам это наглядно. В рамках некоторых групповых занятий я предлагал сыграть в простую игру: я задаю короткий вопрос, на который нужно ответить максимально точно.

Дальше разворачивалась такая картина. Вот выходит доброволец, я спрашиваю:

– Кто ты?

– Я стоматолог.

– Меня не интересует твоя профессия. Кто ты?

– Я Агафон.

– Меня не интересует твое имя. Кто ты?

– Я отец.

– Меня не интересует твоя семья. Кто ты?

– Я мужчина.

– Меня не интересует твой пол. Кто ты?..

И так до бесконечности. Выходит, что все эти ответы неправильные? Неточные?

Конечно нет. Я мухлюю, выбиваю почву из-под ног добровольца (потом обязательно провожу процедуру восстановления идентичности – безопасность превыше всего). Каждый вариант приближает игрока к проигрышу. На мой вопрос нельзя ответить однозначно и правильно. В итоге глаза добровольца стекленеют уже на четвертом шаге.

Это упражнение я взял из эзотерической литературы, где его преподносили как способ найти «истинное я». Ничего не напоминает? Все верно, это черная психология, очевидное разрушение идентичности.

Любая определенность нас успокаивает, потому что дает нам систему координат. Любой ориентир лучше, чем полное их отсутствие.

Давайте дадим более строгое определение термину «идентичность».

«Большая российская энциклопедия» говорит нам, что идентичность – это «осознание человеком самого себя через набор устойчивых характеристик». Обратите внимание на множественное число. Здесь не предлагают выбрать единственно правильную характеристику. А все эти поиски «истинного я», как и моя беспощадная игра с вопросом «Кто ты?», идут обратным путем. Вместо того чтобы определить набор характеристик, от человека ждут всего одну.

На ум приходит такая метафора: вместо табурета на четырех ножках вам настойчиво втюхивают табурет с одной и доказывают, что только так вы испытаете истинное наслаждение от сидения. Можно представить и по-другому: каждый раз, когда человек отвечает на вопрос «Кто ты?», а его ответ отметают, ножки табурета ломаются одна за другой. Как скоро такой табурет потеряет устойчивость?

Давайте зафиксируем: идентичность состоит из разных характеристик. Сюда входят профессия, социальный и семейный статус, увлечения, личностные особенности (голубой цвет глаз, высокий рост), место жительства, убеждения, политические предпочтения, морально-этические принципы и ценности.

Все, что человек считает важным для себя, становится частью идентичности.

И самое важное: идентичность – динамическая система. Она не зафиксирована раз и навсегда от рождения, так что если хорошо покопаться, то можно ее найти.

Идентичность создается. Набор характеристик меняется. Год назад у человека не было ребенка, а теперь он родился. И все, появилась новая характеристика – родитель. Если эта характеристика важна, значит, она станет частью идентичности этого человека. А другая характеристика (скажем, зависать в барах) уходит. Человек уже не включает ее в свою идентичность.

Поэтому здесь нет единственного правильного определения. А когда каждый ответ на вопрос «Кто ты?» отметается как неправильный, человек начинает теряться. Четкое понимание, которое было раньше и направляло, размывается. Но разве от того, что кого-то не интересует его семья, он перестал быть отцом? Конечно нет.

Просто черная психология предлагает считать, что есть какое-то одно «я», которое говорит о человеке самое главное. В этих бесплодных поисках можно провести если не всю жизнь, то несколько лет точно. Все они будут окрашены тревогой и растерянностью.

В быту это описывают так: «Я сомневаюсь в себе», «Я себя потерял(а)», «Я не знаю, что для меня важно». Переживания, которые захлестывают человека в этот момент, бывают очень болезненными, а о какой-либо продуктивной жизни и говорить не приходится. Человек еле-еле стоит на ногах – какая уж тут производительность?

Надо сказать, что потеря идентичности может быть не только личностной. Людям бывает трудно справиться с масштабными социальными изменениями. Например, в декабре 1991 года многие столкнулись с тем, что характеристика «гражданин(-ка) Советского Союза» исчезла. А вслед за этим в вихре перемен у многих людей ушла и характеристика «я востребованный специалист», «я опора своей семьи» и другие, которые просто не могли сохраниться во время такого глобального изменения.

Эти потери нанесли серьезный удар по идентичности многих людей. И не всем удалось с ним справиться с помощью других характеристик (отец, мать, сын, дочь и тому подобное). На социальном уровне появилась аномия – распад социальных норм. На индивидуальном – маргинализация – выпадение из социальных групп. На личностном уровне – деперсонализация – ощущение, что тело, мысли и чувства принадлежат кому-то другому. А еще алкоголизация, суициды и многое другое.

Кризис идентичности может стать и толчком к позитивным изменениям. Он может побудить осваивать другие характеристики: овладеть новыми навыками, перейти в иную социальную роль, сменить модель поведения. Так, многие инженеры стали предпринимателями и создали компании, чьими услугами мы пользуемся сейчас (например, в телекоммуникационном секторе).

Но это работает тогда, когда кризис естественный. А если его создали искусственно с помощью механизмов черной психологии, то все плохо. Ее механизмы разрушают, а взамен не дают ничего. У разрушения есть конкретная цель – лишить человека уверенности. Зачем? Чтобы получить какую-то свою выгоду: что-то продать, куда-то подтолкнуть, чем-то заинтересовать.

Разрушение вашей идентичности очень выгодно тому, кто посылает вас на поиски себя.

* * *

В конце первой встречи я дал Алфею соответствующее задание. Попробуйте тоже выполнить его.

Инструкция:

Выпишите как можно больше характеристик, которые вы могли бы включить в свою идентичность.

Чтобы было легче, я предложил Алфею ориентироваться на четыре направления:

• Профессия (например: адвокат, руководитель, бизнесмен пр.).

• Общество (например: сосед, филателист, налогоплательщик и пр.).

• Психологическая индивидуальность (например: упорный, смешливый, любознательный и пр.).

• Физиологическая индивидуальность (например: рыжий, высокий, ловкий и пр.).

Нельзя сказать, что эти направления гарантированно охватывают все наши характеристики, но как ориентиров их вполне достаточно.

Кризис идентичности может стать и толчком к позитивным изменениям. Он может побудить осваивать другие характеристики: овладеть новыми навыками, перейти в иную социальную роль, сменить модель поведения.

Встреча вторая. Рухнувшая опора

На второй встрече Алфей снова был в растерянности и не знал, с чего начать. Он вытирал лоб салфеткой и пытался подобрать слова:

– Я пытаюсь разобраться, но у меня никак не получается. Вот где мое истинное «я», а где наносное, налепленное обществом? Где мои желания, а где навязанные обществом, маркетологами там всякими? Как, например, развить свой бизнес, чтобы купить тропический остров и летать туда на собственном джете. Это я захотел или мне где-то сказали, что так нужно?

– Простите меня за глупый вопрос (это часть моей работы – задавать вопросы, которые поначалу кажутся человеку очевидными), я бы хотел уточнить: зачем вам понимать, где истинное «я», а где все остальное?

Алфей нахмурился:

– Я же еще в прошлый раз сказал: тогда я смогу реализовать свой потенциал!

– А что сейчас мешает это сделать?

– Я не хочу тратить время зря, – выпалил Алфей.

– Но разве сейчас вы не тратите время зря? Разве сейчас вы вкладываетесь в свой бизнес с полной отдачей?

Алфей отвернулся и закусил губу. Потом выдавил:

– Именно так. Я закопался в размышлениях, боюсь ошибиться и пойти не туда. В поисках себя я как будто брожу по лабиринту и не могу выйти из него. Замкнутый круг!

Переживания Алфея мне ясны – то, что я рассказывал на прошлой встрече про идентичность, контринтуитивно. Если проще, то не соответствует повседневному опыту и ожиданиям. Нам кажется, что есть настоящее «я» и ложное «я», налепленное обществом. Например, кто-то не стремится к карьерному росту, как это делают окружающие. Раньше шаги по карьерной лестнице казались разумным и очень важным пунктом приложения сил, но теперь это не так. Человек решает, что стремление к карьерному росту ему было навязано обществом (или родителями, или соцсетями – выбор ответственных богат). Вывод очевидный, но неправильный.

Случившееся – естественный процесс. Такое пусть и не обязательно, но вполне может произойти.

Вспомните предыдущую встречу. Что такое идентичность? Это набор устойчивых характеристик, через которые человек себя осознает. Их много. Так много, что охватить все своим вниманием за один присест не может никто. А это означает, что все зависит от контекста.

Например, если мы заговорим о месте жительства, то в поле моего внимания попадут характеристики, связанные с моим городом (Минском), районом, домом, соседями. Если мы начнем обсуждать национальные или религиозные вопросы, то я забуду про гражданство и соседей и переключусь на другие характеристики: белорус, билингв. И так далее. В каждом контексте одни характеристики выходят на первый план, другие отступают в тень.

Наша идентичность постоянно разная, хотя может казаться, что она всегда одна и та же.

Более того, одни характеристики спокойно сосуществуют, другие могут вступать между собой в сложные взаимодействия. Особенно это касается социальных контекстов.

Существует теория социальной идентичности Тэджфела – Тернера, которая показывает, как легко люди собираются в группы и делят остальных на «наших», образ которых идеализируется, и «не наших», представление о которых создается по схеме «образа врага». Если человек оказывается в нескольких таких группах, то у него могут возникать конфликты между характеристиками. Например, он входит в группу «коллеги из отдела продаж компании NN», но при этом он же болеет за футбольную команду «А», тогда как остальные коллеги – за футбольную команду «Б».

Представим себе мост через бурную реку. У моста много опор, без которых его давно бы унесло водой в море. Так и наша личность, наше «я», довольно устойчива в потоке событий благодаря опорам-характеристикам. Если, например, убедить заядлого рыбака, что убивать рыб плохо, у него останется достаточно других характеристик – муж, отец, гражданин своей страны, хозяин собаки, автор книг и так далее. Без одной опоры мост выстоит. Но что будет, если останется одна опора из десятков? Тогда может рухнуть вся конструкция личности, что приведет к тяжелым психологическим проблемам. К сожалению, именно на это настроены приемы черной психологии.

– Зачем тогда мне твердят об этом понимании себя? – нахмурился Алфей. – Обманывают? Я попался, как рыба на крючок?

Растерянность во взгляде сменилась раздражением. Алфей сжал подлокотник кресла и выпрямился, готовый дать сдачи обидчикам.

– Не всегда, – ответил я, – это манипуляция. Если друзья говорят об этом, они чаще всего искренне желают добра. Просто не понимают, что столкнулись с «ядовитой» информацией, которая стала популярной в интернете. А откуда взялся этот механизм, который разрушает существующую идентичность в поисках якобы единственной правильной, мы сейчас разберемся.

Чего хочет человек? Понимать, что он все делает правильно. Другими словами, ему нужны опоры, которые он всегда выстраивает в двух направлениях – внутреннем и внешнем. Внутренней опорой можно назвать идентичность. Кем себя человек считает? К чему и кому относится? Что для него важно? Какие ценности?

Как себя будет чувствовать человек, который не уверен в своих решениях? Очень неустойчиво. Вот есть девочка, которая не любит играть в куклы, но обожает лазить по деревьям. Что будет, если кто-то скажет ей – разве хорошие девочки так ведут себя? Очень велик шанс, что она споткнется и испугается, – ведь теперь она усомнилась в своей нормальности.

Без одной опоры мост выстоит. Но что будет, если останется одна опора из десятков? Тогда может рухнуть вся конструкция личности, что приведет к тяжелым психологическим проблемам. К сожалению, именно на это настроены приемы черной психологии.

А теперь самое главное. Почему так опасно разрушать идентичность и почему некоторые люди намеренно создают для этого условия?

После разрушения идентичности человек растерян, его можно направить в любую сторону.

Аналогичная ситуация возникает, когда разрушена социальная ткань – непонятно, какое мы общество. Тогда развиваются различные секты и движения, которые предлагают хоть какую-то идентичность. Человек в ситуации растерянности легко идет туда, куда ему говорят. Главное, чтобы это был путь наименьшего сопротивления. И тот, кто предлагает, знает об этом и управляет усилиями человека в нужном для себя ключе [5].

Как разрушают вашу идентичность. Пять самых популярных приемов

Я описываю эти приемы не просто так. Прочитайте внимательно, а затем попробуйте вспомнить, где и когда вы встречали подобное. Уверен, вам будет легко это сделать.

1. Вопрос «Кто ты?». Я демонстрировал этот прием на первой встрече. Ведущий отфутболивает каждый ответ – мол, я не спрашиваю тебя о национальности, профессии, поле, гражданстве, социальной роли. В результате отвечающий оказывается в замешательстве.

2. Вопрос «Чего ты хочешь?». Здесь каждый ответ также отвергается по принципу, указанному выше. Например, человек отвечает: «Я хочу повышения по службе». А ему: «Я не спрашиваю тебя о карьере. Чего ты хочешь?» Если отвечающий не оборвет взаимодействие, он попался. Собеседник будет отметать любой ответ до тех пор, пока его визави не растеряется. И тогда ему можно предлагать что угодно – он с радостью ухватится за предложение.

3. Ярлык «Это у тебя комплексы». Идею комплекса миру подарил Карл Густав Юнг. Он подразумевал под этим эмоциональную совокупность представлений, убеждений и мотивов, которые существенно влияют на развитие и функционирование человека. Изначально понятие считалось скорее нейтральным, но в быту закрепился негативный ярлык: «комплекс неполноценности», «комплекс бога», «комплекс отличника», «комплекс спасателя». Ярлык ничего не объясняет, а лишь подрывает идентичность человека. Вот жил, допустим, наш Алфей, не тужил и в какой-то ситуации услышал: «Это у тебя комплекс спасателя». Поскольку это обычно говорят с укоризной, Алфей начинает терять устойчивость. Ведь если раньше он был уверен, что помогать людям хорошо и правильно (такая была идентичность), то теперь все выглядит так, будто это плохо. Но противоположный вариант – не помогать – Алфею не нравится. В итоге опоры нет, наш герой завис над бездной.

4. Упреки в трудоголизме. Когда человек много сил отдает работе, потому что считает это важным, в его идентичности крепко прописывается характеристика «ответственный работник», «надежная сотрудница» и другие похожие. Но вот ему сказали, что он трудоголик. Дескать, все дело в зависимости от работы, болезнь такая, да-да. И все – почвы под ногами нет. Между тем наука этим термином не пользуется – никакой зависимости от работы нет. А понятие «трудоголизм» в 1971 году ввел Уэйн Оутс, религиозный деятель из США. Что же на самом деле движет теми, кто пропадает на работе днями и ночами? Страх. Страх увольнения, бедности, осуждения [6]. И еще много других причин – в том числе добросовестность, увлеченность некоторыми рабочими задачами, развлечение и безопасность (иной раз на работе лучше, чем дома). Но человека назвали трудоголиком и тем самым обесценили его характеристики, связанные с профессиональной сферой жизни. Какой ты специалист – ты просто трудоголик! И бездна уже готова принять человека.

5. Обвинение во вторичных выгодах. Якобы от какого-то поведения человек получает много плюшек, хотя сам не догадывается. Да-да, я знаю, что про вторичные выгоды говорят много и постоянно, но это не делает концепцию правдивой. У науки нет исследований, которые бы показали, что вторичные выгоды существуют в реальности. А вот обратные исследования есть. Например, люди с расстройством нарушения восприятия целостности собственного тела (по-английски – body integrity identity disorder, BIID) могут желать ампутации своей конечности, завидовать тем, кто уже потерял ее, или специально обездвиживать руку или ногу, выходя в люди, и так далее.

Не правда ли, прекрасное доказательство существования вторичных выгод? Очевидно же, что человек хочет потерять конечность из-за вторичных выгод – не работать, получать жалость окружающих и все в таком духе?

В немецком исследовании на эту тему сказано четко: «Выводы о вторичной выгоде от болезни, лежащей в основе генезиса, решающего желания BIID, основываясь на наших данных, не верные». Результаты не подтверждают, что в основе BIID лежит стремление к вторичным выгодам, это расстройство может развиваться, когда ребенок много времени проводил с людьми с ампутированными конечностями [7].

Когда человека упрекают во вторичных выгодах, то не помогают изменить ситуацию. Ему просто сбивают фокус.

Собственная идентичность в свете таких упреков предстает якобы не настоящей, а «маской» ради получения чего-то ценного.

Напоминаю: проверьте аккаунты в соцсетях, которые вы читаете постоянно. Если где-то регулярно используют один или более из этих приемов, стоит подумать об отписке.

– И как мне теперь быть? – вздохнул Алфей, немного расслабляясь. – Все равно ведь не отстанут, а отношения с друзьями портить не хочется. Но я больше не собираюсь тратить время на эти поиски.

– Выход только один – не играть в эту игру. Выключать видео. Прерывать разговоры. Теперь вы понимаете концепцию идентичности и видите, как черная психология наносит по ней удары. Если бесконечные вопросы и обвинения выбивают из-под ног опору – не стоит погружаться в этот омут. Обращайте внимание, когда после общения, прочтения, прослушивания или просмотра какой-либо информации чувствуете сомнения и растерянность. Например, вы услышали, что все предприниматели должны быть трудоголиками и пожертвовать семьей ради бизнеса. Если вы не такой, скажите себе: «Ну и ладно. Хоть я живу по-другому, но моя жизнь хороша, у меня все в порядке. Значит, проблем нет». Если же вы забеспокоились, что вы какой-то неправильный предприниматель, слишком мягкий, значит, черная психология начала свою грязную работу. Замечайте такие моменты, отслеживайте их. А еще узнайте все опоры своего «моста».

Вторая встреча тоже не обошлась без домашнего задания. Я попросил Алфея взять список характеристик и выбрать хотя бы одну, которая вызывает у него наибольший эмоциональный отклик.

Для наглядности привел свой пример. Когда я учился системной семейной психотерапии, одной из тем у нас была как раз идентичность. И преподавательница предложила нам выбрать какое-нибудь прилагательное, которое бы хорошо нас описывало. Правда, с одним условием: прилагательное должно было начинаться с той же буквы, что и имя.

Я думал недолго и написал: «Павел – прочный». Я сразу же почувствовал характерный для себя эмоциональный отклик на такую характеристику: сердце забилось быстрее, а по затылку побежали мурашки. Для меня важно быть прочным. Не могу сказать, что живу легко и безоблачно, но само по себе это ничего не значит. Важно другое – много лет я был единственным кормильцем в моей семье (а это четверо ртов, считая меня, плюс постоянно меняющееся количество кошек). Без прочности в таких условиях никак нельзя.

Прочность позволяет выдержать удары судьбы и продолжать идти выбранным путем, дает моим близким поддержку, защиту и обеспечение. После обучения я много раз вспоминал про характеристику «прочный» и находил в ней опору, когда умер отец, подступало родительское выгорание, было трудно с работой. Всего одна характеристика в каждый такой момент создавала почти всю мою идентичность.

Инструкция:

1. Выберите из списка, который вы уже сделали, ту характеристику, которая сейчас цепляет вас, вызывает эмоциональный отклик, кажется важной. Если таких характеристик несколько, будет еще лучше.

2. Письменно объясните, почему они важны для вас. Выше я показал свой пример, вы сконструируйте свой.

Разумеется, я не хочу сказать, будто поиск важной характеристики может идти только через первую букву имени. Мой пример – лишь иллюстрация, а не руководство к действию.

Например, Алфей посчитает важной характеристику «филателист». Что он может написать? Например: «Филателия требует широкого кругозора. Чтобы понимать ценность марки, нужно не просто смотреть на нее. Нужно знать ее историю, контекст, в котором она была выпущена, помнить все нюансы и детали внешнего вида, особенно если есть несколько вариантов. Я уже много лет коллекционирую марки, а значит, у меня есть все эти навыки, а знаний хватило бы на небольшую энциклопедию».

Здесь может возникнуть желание отмахнуться – подумаешь, ничего особенного, бесполезное увлечение. Так думать – вредно. В работе с идентичностью ценно не фактическое наполнение вашего ответа на вопрос «Почему эта характеристика важна для моей идентичности?» Подойдет любой хоть сколько-нибудь осмысленный вариант. Здесь первостепенное значение имеет эффект, который он производит.

Если ответ написан честно, связными предложениями, он закрепляет эмоциональную связь между человеком и характеристикой. А это, напомню, и есть идентичность. Без эмоциональной окраски закрепить связь невозможно. Эмоции могут быть спонтанными или вызванными специально через такое упражнение с прописыванием важности.

Встреча третья. И это тоже я!

Алфей улыбнулся и протянул руку для приветствия. Он уже не выглядел готовым к яростному сопротивлению. Тревога, которая не находила выхода, ушла. Он сидел в кресле без навязчивых движений, изредка сцепляя руки в замок.

– Спасибо за упражнение, оно правда помогает. Когда вижу, что я – это не золотая статуя, а пазл, жить становится проще. Даже если детали какой-то не хватает, можно угадать, что имелось в виду в целом. Теперь я понимаю, что могу быть одновременно предпринимателем, тренером по фитнесу, мужем и участником ралли на внедорожниках. Эти идентичности никуда не пропадают, на них можно опереться. А главное, не надо, отказываясь от всего, выбирать одно. Теперь и работать легче. Я о новых проектах думаю, с ребятами собрались тренажеры закупать. И машину давно пора серьезно ремонтировать. А то всю голову занимали эти самокопания. Только вот… почему так важно для меня, чтобы этих характеристик было много? Почему, когда думаю об этом, становится легче?

– Дело в том, что человек – часть общества. Он регулярно взаимодействует с огромным количеством людей в разных позициях. Где-то получается лучше, где-то хуже. Это очень сложный социальный рисунок со множеством переплетений. Если в каких-то позициях получается пока плохо, то другие характеристики амортизируют удар. Например, я не очень удачлив в ведении бизнеса, зато я отличный друг. Я не гений в финансовом плане, но зато изумительно варю борщи и щи. Обилие характеристик повышает нашу жизнестойкость, делает нас крепче перед лицом трудностей, которые обязательно будут.

Я предложил Алфею еще одно упражнение, основанное на работе с идентичностью. Оно поможет подготовиться к предстоящему стрессу.

Инструкция:

Предположим, вам предстоит трудное предприятие. Встреча с недружелюбной аудиторией, тяжелый разговор с начальником или общение с обиженным клиентом.

Вы точно знаете, что мило и душевно не будет.

Вопрос: как подготовиться к предстоящему стрессу, чтобы он не помешал вам?

Ответ: запишите несколько своих прошлых неудач или ошибок.

По крайней мере, в исследовании американских ученых-психологов такой прием сработал. Они давали некоторым участникам своего эксперимента задание – за десять минут написать о своих провалах, поражениях и так далее. Другие участники в это время описывали сюжет фильма. Потом и тем и другим нужно было выступить перед недружелюбной аудиторией и выполнить еще несколько заданий на скорость и точность. Параллельно экспериментаторы собирали анализы слюны испытуемых, чтобы фиксировать уровень кортизола – гормона стресса.

Выяснилось, что уровень кортизола у первой группы был в два раз ниже по сравнению с участниками, которые писали о фильме. Заодно, кстати, у первой группы оказалось более высоким качество выполнения задач. То есть люди, которые вспоминали о своих неудачах, почему-то приобретали что-то вроде психической брони. Новый стресс действовал на них куда слабее, чем на прочих.

Обилие характеристик повышает нашу жизнестойкость, делает нас крепче перед лицом трудностей, которые обязательно будут.

Почему это сработало именно так? Вероятно, дело в прививке от стресса. Вспомнив о прошлых неудачах, человек понимает, что он со всем этим справился, сумел это пережить. Значит, и новый стресс переживет. Как говорится, прорвемся!

Кстати, в первой группе не зафиксировали увеличение уровня кортизола. Так что не надо беспокоиться о том, что вы только расстроитесь, если начнете описывать свои неудачи.

Итак, теперь вы знаете, как подготовиться и повысить стрессоустойчивость. По крайней мере, на дистанции в час-полтора [8].

Встреча четвертая. Все пропало

На четвертую встречу Алфей пришел мрачным. Он сел в кресло напротив, отложил телефон на журнальный столик и вздохнул.

– Случилось то, чего я и боялся, – произнес он тихо, после чего замолчал и какое-то время смотрел перед собой, разглядывая рисунок на ковре.

После паузы где-то с минуту он продолжил:

– Я считал себя человеком с аналитическим складом ума. Логичным. Умным. И вот, поддался самоуверенности. У нас сейчас проект тяжелый в агентстве. Там клиент – фирма, где несколько руководителей, сложно с ними работать. Каждый видит проект по-своему, между собой долго договариваются. И директор надеялся, что я смогу как-то привести их к общему знаменателю. Что мои предложения понравятся всем. А в итоге они только переругались и по четвертому разу меняют концепт рекламной кампании. Одна из основных моих характеристик – эксперт. А теперь, выходит, что я не справился и на самом деле не так умен, как себе казался. Настоящие специалисты в таких ситуациях делают крутой прорыв, невозможное, получают премию и повышение. А так… выходит, что я карьеру свою попортил. А еще хотел бизнесом заняться… свое агентство организовать.

– А почему вы считаете, что отличные специалисты никогда не ошибаются?

– Ну… я об этом столько читал историй. Они даже свои неудачи переделывают в успехи. Надо просто мыслить позитивно, широко, искать что-то новое. Каждая неудача открывает новые возможности. И потом эти люди становятся самостоятельными, не работают на кого-то, а строят свой бизнес.

– Понимаю, – кивнул я. – Обратите внимание на слово «просто». Его часто используют не по делу. Когда вы слышите «просто», чаще всего это совсем не так. Вас убеждают, что вы сможете считать себя профессионалом, когда будете добиваться успеха всегда и во всем. Но это неправда. Неудачные проекты, провалы, проигранные матчи, ушедшие со скандалом клиенты есть у всех. Даже у тех, кто стал азбучным примером великого эксперта. Ваша идея о том, чтобы заняться бизнесом, – это вообще отдельная тема. Здесь важно понять, чего вы ждете от бизнеса. Хотите ли вы заниматься административной работой или взаимодействовать с клиентами. В том, чтобы оставаться наемным работником, нет ничего плохого. Организовать свой бизнес – это совсем не обязательная ступень в карьерном развитии. Но кто-то в вашем окружении утверждает, что это так?

– Да. Мне приятели говорят, что хватит работать на других. Настоящие деньги приходят, только когда ты собственник бизнеса. Получается, что я и так проект провалил… а тут еще и не очень хочу уходить в свободное плавание. Наверное, выходит, что я слабак? Друг советует прислушаться к своему сердцу – оно скажет, как дальше правильно со всем этим поступить. Понять, кто я. А я не знаю. Не подсказывает мне сердце. Ни словечка. И мне страшно. Тяжело. Как будто я один и даже сердце мое меня не понимает.

– То, о чем вы говорите, – это кризис. Это не значит, что вы плохой или ситуация не очень. Сейчас вы не понимаете, как жить по-новому, но по-старому тоже жить не хотите. Нельзя справиться с кризисом за одно размышление. Вам нужно время и реальный поиск возможностей, а не просто теоретические рассуждения о том, кто вы и можете ли вы стать бизнесменом. Здесь стоит разбираться с плюсами и минусами вашего прошлого профессионального пути и с тем, что вам могут предложить другие варианты развития.

Я могу еще много об этом говорить, но задача психолога – не объяснять все подряд, а научить человека справляться с его психологическими проблемами самостоятельно.

Для этого я предложил Алфею упражнение «Главы жизни». Оно отлично помогает поднять самооценку и укрепить свою идентичность.

Инструкция:

Сначала познакомимся с понятием «глава жизни». Это, как пишут исследователи, «длительные периоды времени с воспринимаемым началом и окончанием, которые человек считает важным для того, кем он является сегодня».

Например, в моей жизни это может быть: а) школа, б) двухлетнее участие в политических процессах у нас в Беларуси, в) музыкальная деятельность в составе нескольких групп, г) восемь лет жизни в Москве.

Длительность периодов субъективна, но каждый из них должен быть не менее двух недель (то есть какой-нибудь отпуск в далекой стране вполне подходит). Алфей со своим проектом мучается уже полтора месяца, так что этот этап может составить отдельную главу жизни нашего героя. Там он напишет о людях, событиях, поступках, эмоциях и вообще обо всем, что происходило во

Продолжить чтение