Большой развод

Размер шрифта:   13
Большой развод

Глава 1. Ника

«Твой муж тебе изменяет».

Пробегаюсь по сообщению от анонима и резко торможу машину на обочине.

Козлина. Урод. Мерзавец.

Прибила бы гада как таракана, вот только…

У меня нет мужа!

Да и вообще на личном фронте давно повисли грозовые тучи.

Так что, прости, анон, ты ошибся номером.

Завожу обратно мотор и, прокручивая в голове мантру спокойствия, еду на встречу с одним из самых крутых бизнесменов столицы.

Додумалась же на общем собрании упомянуть, что Димка Абрамов – мой бывший одноклассник. Тот самый троечник, который много лет сидел со мной за одной партой и списывал у меня все домашки. А в знак благодарности дёргал за косички, и однажды умудрился порвать мой любимый рюкзак.

Бабушка тогда смеялась и в шутку сказала, что малец в меня влюбился, а я зря нос ворочу, потому что троечники обычно становятся богачами.

Земля ей пухом. Как в воду глядела.

Сегодня утром весь наш дружный коллектив, сговорившись, отправил меня на переговоры.

Как будто у меня есть шансы. Проще покорить Эверест, чем добиться аудиенции бывшего одноклассника, теперь миллиардера Абрамова.

До его личного помощника не дозвониться. А секретарь в его приёмной как заезженная машинка, узнав, зачем я звоню, отвечает коротко: «Он занят», – и бросает трубку.

Делаю глубокий вдох и переступаю порог шикарного офиса на последнем этаже небоскрёба.

– Добрый день, – голос секретаря я узнаю сразу. Он уже звучит как родной.

– Добрый, я к Дмитрию Викторовичу, – принимаю деловой вид и говорю таким тоном, будто её шеф только сидит и ждёт меня.

Женщина лет сорока, поправив на переносице толстые очки, внимательно просматривает журнал.

– У вас назначено? – поднимает на меня недоумённый взгляд.

– Нет. Но я по очень срочному делу.

– А! Это вы мне постоянно названиваете?

Чёрт! Поймали с поличным.

– Я, – отвечаю честно.

– Дмитрий Викторович по-прежнему занят, – делает вид, что теряет ко мне интерес.

Вот стерва.

– Понятно, – пожимаю плечами.

Попытка не пытка. Не силой же вламываться в его кабинет. Ей-богу.

В горле начинает першить, и я иду к кулеру, чтобы налить себе холодной воды. Но жидкость вдруг попадает не в то горло, и я начинаю кашлять. Сгибаюсь пополам, и из кармана с грохотом выпадает мой телефон.

– Девушка, вы в порядке? – секретарь подбегает ко мне.

Кашель прекращается, но из глаз текут слёзы.

– Да не расстраивайтесь вы так, – женщина, видимо, подумала, что я начала истерично рыдать. – Просто к Дмитрию Викторовичу надо заранее записываться на приём. Где-то за месяц вперёд. А лучше за два.

Пипец!

Кажется, из глаз потекли самые настоящие слёзы отчаяния.

– Как жаль.

Женщина услужливо подбирает мой телефон и замирает, глядя на экран.

Хм…

Что там могло привлечь её внимание? С любопытством прослеживаю за взглядом секретаря.

О нет.

– Вам изменяет муж? – у женщины глаза вылазят из орбит.

– Это аноним прислал сообщение, – отмахиваюсь.

– Какой ужас. Вот козлина. Тварь подворотная. Яйца ему оторвать надо.

– Надо, – охотно соглашаюсь. Правда, не знаю, кому именно.

– Сейчас посмотрю, что можно сделать, – секретарь таким воинственным шагом возвращается за свой стол, что мне становится страшно. – Постараюсь вам помочь, – вновь утыкается журнал.

– Спасибо вам огромное, – на моём лице расцветает улыбка Чеширского кота.

Вот это удача!

Глава 2. Ника

– Да, поняла, – секретарь кладёт трубку и смотрит на меня с улыбкой. – Вам повезло. Человек, для которого сейчас назначена встреча, застрял в пробке. Думаю, у вас есть минут десять. Только сразу предупреждаю: он сегодня в плохом настроении.

Если я хорошо помню Димку, у него никогда не бывает хорошего настроения. Парень всегда был разбойником и передрался со всеми пацанами в моём дворе. Однажды даже дошло то того, что на школьном выпускном он сломал нос Пете Мальцеву, который тем вечером подарил мне первый в жизни поцелуй.

Собравшись с силами, лёгким стуком обозначаю своё присутствие.

– Войдите, – звучит за дверью властный голос.

Нацепив вымученную улыбку, захожу в кабинет. Просторный. Стильный. Богатый. Аж дух захватывает.

Делаю несколько нерешительных шагов и останавливаюсь напротив рабочего стола, где сидит мужчина, увлечённо просматривающий какие-то бумаги.

Надо же. Димка стал слишком хорош. Подкачался. Возмужал. Да что там. Стал настоящим мачо. Не знай я его противного характера, начала бы пускать слюни.

На нём белая рубашка с расстёгнутой верхней пуговкой, рукава которой закатаны, обнажая загорелые руки.

Крепкие, мощные, красивые руки.

Добавьте к этому безупречную смуглую кожу, гладко выбритое лицо и мужественную челюсть. И получится образец идеальной мужской привлекательности.

Но больше всего меня, как ни странно, поражают его чёрные, как смоль, волосы.

Удивительный цвет. У него в роду, наверняка, были цыгане.

Я помню, что Абрамов всегда ходил растрёпанный, а сегодня его волосы зачёсаны в стильной укладке.

С такой внешностью он может с лёгкостью попасть на обложку одного из тех журналов, куда ставят сексапильные торсы.

Дима наконец удосуживается поднять на меня взгляд, и мы оба замираем. Словно кто-то нажал кнопку паузы. Мужчина рассматривает меня внимательно, как диковинку в музее, а я продолжаю любоваться привлекательным телом.

– Слушаю, – его баритон заставляет меня нервно вздрогнуть.

Неужели он меня не узнал?

Быть не может.

Не так уж сильно я изменилась со школьной скамьи. Да и прошло всего семь лет.

– Ну! – вопросительно приподнимает бровь и начинает нервно стучать пальцами по столу.

Может, у него проблемы с памятью?

Или он продолжает драться с кем ни попадя, и с годами мозг совсем отшибло?

– Здравствуйте, – прочищаю горло, – Дмитрий Викторович.

Его пальцы замирают.

– У меня мало времени. Выкладывай сразу, что хочешь.

А ещё говорят: деньги меняют людей. Каким был варваром, таким и остался. Манеры не купишь, им надо учится.

– Я…

Блин, если сейчас сразу скажу, зачем пришла, он выставит меня за дверь до того, как я назову название нашей галереи.

Что же делать?

Думай, Ника, думай.

– У нас с вами назначена встреча, – вру с невозмутимым выражением лица. – Как раз на это время.

Димка проходится по мне внимательным взглядом. Оглядывает от макушки до пят и медленно скользит обратно. Клад ищет, что ли?

– У меня на это время назначен массаж.

Судорожно сглатываю. Господи, во что я вляпалась?

– Приступай, – не дожидаясь моего ответа, снимает свой пиджак.

– Простите? – мой голос опускается на несколько октав.

– Помассируй мне плечи прямо здесь.

Как же хочется треснуть его по самодовольной морде.

Но я держусь.

Выдержка, не покидай меня.

Вот получу подпись этого гада на заветном документе и тогда точно дам подзатыльник за тупые выкрутасы.

И за Петю Мальцева отомщу, и за мой испорченный первый поцелуй.

– Конечно, – ставлю сумку на стул и обхожу мужчину, встав за его спиной.

Массаж так массаж.

– Ты всегда так одеваешься для работы?

Мне показалась, или я услышала усмешку в голосе?

– Просто я делаю массаж офисным работникам… вот и стараюсь выглядеть… как…

– Как они? – услужливо подсказывает.

– Точно.

– Интересный подход.

Начинаю массировать широкие плечи. Мышцы мужчины находятся в колоссальном напряжении. Видимо, нелегко живётся крупному бизнесмену. Стресс, проблемы. Всё сказывается на теле.

– Отлично. Продолжай, – прикрывает от удовольствия глаза.

Решаю воспользоваться моментом и начать разговор.

– Дмитрий Викторович.

– Да.

– Вам нужно снять напряжение.

Слышу еле уловимый смешок.

– Не подскажешь как?

– Ну, есть много способов. Можно, к примеру, сходить в галерею…

– Давай без болтовни.

Чёрт!

Поднимаю взгляд к потолку и, рассматривая красивую плитку, продолжаю массировать его плечи.

– Чуть ниже, Ника… Да, вот здесь.

Стоп!

Как он меня назвал?

Глава 3. Ника

– Сволочь! – со всей силы бью его кулаком по плечу.

– Эй, потише.

– Ты узнал меня? – с силой разворачиваю его крутящийся стул на себя.

– Как будто тебя можно забыть. После твоего нападения у меня на спине остался шрам.

В памяти всплывает картина, как я царапаю его спину, чтобы он перестал бить Петю на выпускном.

Трясу головой, чтобы отмахнуться от воспоминаний.

– Зачем ты заставил меня делать тебе массаж?

– Ну ты не сказала, зачем пришла. А я хотел массаж.

– Поверить не могу. Какая же я дура. Мне нужно было поговорить с тобой о деле. А ты опять всё испортил.

– Дмитрий Викторович, – в кабинет без стука заходит его секретарь. – Юрий Геннадьевич уже здесь.

– Отлично. Пригласите гостя и проводите Николь на выход, – его тон вдруг становится повелительным и холодным. Словно кто-то щёлкнул на пульт и резко переключил канал.

Я так и остаюсь стоять с открытым ртом.

Вот засранец.

Паршивец.

Негодяй.

Ничего не изменилось. Воспользовался мною и выбросил. Какие там благодарности?

– И ещё.

– Да, – отзывается секретарь.

– Назначьте Николь встречу на завтра, – а потом поворачивается ко мне. – Я с удовольствием выслушаю твоё предложение.

Язык не поворачивается сказать спасибо, на нём застряли одни ругательства.

– Хорошо. До завтра, – натягиваю фальшивую улыбку.

Выхожу на улицу и проверяю вибрирующий телефон.

«Он совсем не такой, как ты о нём думала. Он многое от тебя скрывал».

Кто?

О чём речь?

А, так это опять анон пишет о моём несуществующем муже.

Бедняга. Зря старается.

Глава 4. Дмитрий

Очередной день в офисе тянулся как резиновый. Отчёты, звонки и опять отчеты. Но после появления Николь всё вдруг изменилось.

Девчонка устроила мне настоящий взрыв из прошлого, после которого навеяла ностальгия по моей школьной влюбленности, и я уже битый час не могу сосредоточиться на делах.

Красивая стала чертовка.

Ещё привлекательнее, чем я её помню. Ведь был уверен, что мы уже никогда не встретимся. А теперь не могу перестать о ней думать.

Поздним вечером, уже собираясь покинуть офис, резко торможу у выхода.

– Валентина.

– Да, Дмитрий Викторович.

– А как Николь попала ко мне? У неё было назначено время?

Женщина прокашливается, тщательно натирая мягкой салфеткой стёкла своих очков.

– Тут такое дело. Девушка несколько дней безрезультатно пыталась попасть к вам на приём, а сегодня приехала лично попытать удачу. И…

– И?

Становится крайне любопытно узнать, как Ника сломала железную выдержку моей секретарши, которой дали прозвище «терминатор» за её непробиваемость.

– Я отказала. Но потом бедняга расплакалась, и я увидела сообщение в её телефоне.

– Какое сообщение?

– Про её мужа.

Значит, Ника замужем.

Хм…

Почему мне так неприятно от этой новости? Я ведь для того и отпустил её, чтобы она нашла своё счастье.

– Девушка только сегодня узнала, что её супруг ей изменяет. Я очень извиняюсь, что из-за женской солидарности разрешила ей войти. Хотите отменю завтрашнюю встречу?

– Нет, – сжимаю челюсти. – Оставь всё как есть.

Подонок!

Если бы он попался мне на глаза, я бы ему шею свернул.

Такую жену заполучил. И не оценил своего везения.

Ника, Ника.

А что, если она захочет ему отомстить?

Я был бы совсем не против помочь… По старой дружбе.

Ночью не могу найти себе места. Сна нет ни в одном глазу. Хожу по огромной пустой квартире, как волк мечется из угла в угол в клетке, и думаю о сексапильной блондинке, в которую был влюблён ещё до того, как у неё появилась грудь. Я годами, умирая от ревности, избивал всех пацанов, которые крутились возле неё. Сидел со своей возлюбленной бок о бок и ждал…

Достаю школьный альбом и любуюсь фотографией Николь.

Провожу пальцем по её красивому лицу. Полные манящие губы. Не счесть, сколько раз я представлял себе их вкус.

Голубые бездонные глаза. В них всегда светилась доброта. Ника слишком доверчивая и нежная.

По наивности и мужа себе выбрала – ушлёпка последнего.

Сжимаю кулаки от злости. Будь у меня шанс, отхерачил бы его с превеликим удовольствием.

***

– Дмитрий Викторович, – в кабинет заходит Валентина.

Толком не выспавшись, я всё утро как на иголках. Будто влюблённый подросток жду, когда моя пассия наконец появится. А вот Ника совсем не спешит.

– Николь уже здесь. Её муж попал в больницу, и с утра его прооперировали. Поэтому она опоздала.

– Пусть войдёт.

Глава 5. Ника

– Он точно будет жить?

– При должном уходе и заботе проживёт ещё несколько лет. Оплатите счёт на кассе.

Ветеринар вручает мне какую-то бумажку, и я на ватных ногах, оставляя Бориса отдыхать на мягкой кроватке, возвращаюсь в холл клиники.

Этот кот достался мне от бабушки. После её смерти родители отказались брать вредное животное, но я с удовольствием приютила его у себя. Правда, за два года совместной жизни нам так и не удалось подружиться.

Кот оказался тем ещё паразитом.

Если я вовремя его не покормлю, он обязательно мне отомстит. Или угол сумки отгрызёт, или в тапки нассыт.

А прошлой ночью я столкнула Бориса с кровати, потому что он лёг на мою подушку. Так он в отместку проглотил металлическую серёжку. Наверное, сначала грыз её, сгорая от злости, несколько часов, а потом нечаянно заглотил.

Смотрю на часы и ахаю.

Чёрт побери, я же опаздываю на встречу с Абрамовым.

Залетаю в его офис ровно на пять минут позже назначенного времени.

– Доброе утро.

 С замиранием сердца жду своей участи.

– Доброе, – секретарь продолжает что-то активно печатать на компьютере. – Вы опоздали, – таким тоном, словно оглашает мне смертный приговор.

– Мне очень жаль. С утра пришлось везти Бориса в клинику. Ему сделали экстренную операцию. Я всё ждала, когда выйдет врач и скажет, будет ли он жить… – от волнения моё дыхание сбивается, и я замолкаю, чтобы сделать глоток воздуха.

– Подождите здесь, – смеряет меня острым взглядом.

– Спасибо.

Быстро возвращается обратно.

– Дмитрий Викторович ждёт вас.

Фух!

Отлично.

С одним паршивцем разобралась, теперь настала очередь следующего.

– Привет, – поправив юбку, сажусь на стул напротив Димы.

– Привет, – смотрит на меня оценивающе. – Ты в порядке? Валентина рассказала, что произошло.

– Да, спасибо, – грустно улыбаюсь и тянусь к своей сумке, чтобы достать брошюру о нашей галерее.

– Ты счастлива с ним?

Замираю от услышанного и, оставив сумку, поднимаю взгляд на Абрамова.

Странный вопрос. Не рассказывать же ему, как противный засранец гадит мне в тапки. Но в принципе я его люблю.

– Уживаемся по-тихоньку, – пожимаю плечами.

– Тебе не кажется, что ты достойна лучшего?

Что-то в Абрамове поменялось. Он не просто стал безумно привлекателен внешне, он и смотрит на меня так, будто раздевает одними глазами.

– Не знаю. В любом случае я не могу просто так избавиться от Бориса. Он уже два года живёт у меня.

– В твоей квартире?

– Ну да.

– Я помню другую Николь, – проговаривает задумчиво. – Маленькую бойкую девочку, которая всегда умела за себя постоять.

– К чему это ты?

– Если твой Борис плохо с тобой обращается, зачем ты его терпишь?

– Дим, давай сменим эту… деликатную тему… и оставим мои с Борисом отношения? Я здесь по делу.

– Я весь внимание.

Лицо мужчины мрачнеет.

Я искренне не понимаю этой реакции. Сдался ему мой бедный кот. Нет чтоб пожалеть Бориса, который еле отошёл от операции, он предлагает мне избавиться от него.

– Я работаю в галерее «Свет и Тень». Помимо того, что у нас организуются выставки, мы проводим мастер-классы и…

– Я знаю эту галерею.

– Не перебивай, – одариваю его строгим взглядом. Забавно, именно таким взглядом я осаждала его на уроках, когда он начинал болтать и не давал мне слушать учителя. – Благодаря нашему расположению на первом этаже торгового центра «Бриз»…

Дима тяжело вздыхает.

– Ясно. Ника, после того, как я купил этот торговый центр, всем арендаторам выдали контракты с новыми ценами. Кто был согласен с новыми условиями, его подписали. Вас в этом списке я не увидел. А ваше помещение слишком привлекательно, чтобы сдавать его за копейки, как это делал предыдущий владелец.

– Но люди уже привыкли к нашей галерее. У нас есть постоянные клиенты. Если мы переедем, то потеряем большую часть из них.

– Ты просишь меня о милостыне. Нигде в центре вы не найдёте таких цен на аренду!

– Я знаю.

– И чего ты хочешь от меня?

– Помоги нам.

– Помочь?

Киваю.

– Ника, Ника. Ты требуешь слишком многого. А что я получу взамен?

– Мы готовы к переговорам.

– Боюсь, у вас нет ничего, что мне интересно.

Неужели это всё?

Я провалила доверенную мне миссию?

Дима утыкается в свои документы и таким образом даёт мне понять, что разговор закончен.

Я быстро моргаю. Соберись, Ника. Не терять же лицо перед бывшим одноклассником. Пусть он и стал красавчиком, но на месте сердца у него до сих пор камень.

Медленно поднимаюсь со стула и иду к выходу.

– Постой, – Дима подрывается и идёт ко мне.

Все происходит в одно мгновение – я делаю шаг навстречу и, запнувшись о свою же ногу, падаю. Дима оказывается возле меня, и вот я уже в его объятиях, а он прижимает меня к груди.

Вдыхаю его свежий аромат. Пахнет освежающим гелем для душа.

О боже… Голова идёт кругом. Что происходит?

– Ты в порядке? – когда это голос Абрамова стал звучать так таинственно? И даже волнительно.

– Да, – киваю.

Мужчина прижимает меня к себе, обхватив одной рукой за плечи. Пальцы другой его руки скользят по моему лицу. Поверить не могу, что я до сих пор не отпрянула и позволяю ему прикасаться ко мне.

Мой психотерапевт была бы в шоке.

Дима смотрит мне прямо в глаза и большим пальцем слегка задевает мою верхнюю губу. Чувствую, что у него остановилось дыхание.

Этот момент длится целую вечность, но в конце концов я перестаю замечать что-либо, кроме его лица прямо напротив моего.

Боже мой! Спустя шесть лет после того ужасного случая я в первый раз по-настоящему захотела, чтобы меня поцеловали.

– Взамен… – говорит он, практически выдыхая в мои губы, – я хочу тебя.

– Меня? – переспрашиваю, сбитая с толку. – Но…

Он наклоняется ближе, и наши губы практически соприкасаются.

– И ещё ты должна будешь избавиться от Бориса!

Глава 6. Ника

– Абрамов, – резко отступаю назад, – у тебя крыша поехала? Ты хоть представляешь, что ты мне предлагаешь?

Уму непостижимо. Парень совсем ку-ку. Отступаю на шаг.

– Ника, – тянет ко мне руку.

– Давай на этом закончим и разойдёмся. Я с тобой о деле говорю, а ты… Поверить не могу, что я надеялась на серьёзный разговор. Ну и шуточки у тебя.

Разворачиваюсь и ухожу.

Секретарь говорит с кем-то по телефону, поэтому я покидаю офис, не попрощавшись с ней. Открываю машину и перед тем, как сесть, проверяю вибрирующий телефон.

“Пока ты там шляешься, твой муж развлекается со своей любовницей”.

Да, что ж это такое. Одни идиоты кругом.

Приезжаю в галерею в препаршивейшем настроении.

– Ну? – спрашивают хором коллеги, поджидая меня у входа.

– Пора начинать собирать вещи, – не скрываю наше плачевное положение.

Народ стонет и возмущается. Но мне больше нечего сказать. Я встречаюсь взглядом с Оксаной, хозяйкой галереи, и пожимаю плечами.

Я попробовала. У меня не вышло. Ничего не поделать.

Миром правят деньги.

– Ника, ты последняя уходишь. Закрытие на тебе, – кричит уже стоящая у выхода коллега.

– До завтра, – прощаюсь и тоже начинаю собираться.

И как я не заметила, что уже наступил вечер и народ быстро разошёлся?

Весь день витаю в своих мыслях. Сердце не на месте из-за операции Бориса. Бедный котик слишком впечатлительный и обидчивый. Как он там без меня?

Сверяюсь с часами: через полчаса у меня назначена встреча с психотерапевтом. Завожу машину и, печально вздыхая, бросаю быстрый взгляд на вывеску нашей галереи. Через месяц закончится контракт на аренду, и на её месте появится другая надпись.

Се ля ви.

– Вы сегодня улыбаетесь, – Женя, мой уже шестой психотерапевт за эти годы, откидывается в мягком кресле, внимательно меня изучая.

– Правда? Я и не заметила. Просто вы спросили, как прошёл мой день, и я вспомнила встречу со своим одноклассником.

– Вас порадовала эта встреча?

– Скорее, наоборот. Я обратилась к нему за помощью, а он мне отказал. – И все же вы выглядите счастливой. Что-то ещё произошло во время вашей встречи?

– Он… он пытался меня поцеловать, – прикусываю губу.

Женя наклоняется вперёд, внимая каждому моему слову.

– Вы его оттолкнули?

– Нет, – мотаю головой и вновь улыбаюсь. – Впервые за все эти годы я была готова ответить на поцелуй. Сама не знаю почему.

– Скорее всего, дело в том, что вы его давно и хорошо знаете. Рядом с этим человеком вы почувствовали себя комфортно, и страх исчез.

– Комфортно? – хмыкаю. – Он меня безумно раздражает.

– Расскажите мне о вашей дружбе.

– Мы с Димой были самыми высокими детьми в классе, и учителя всегда садили нас вместе на последнюю парту. Он был типичным троечником. Еле вытягивал все предметы. А я отличницей, плакала за каждую четвёрку. Дима много занимался спортом, боксом и ещё чем-то, не помню. Домашнее задание делал на переменах, по большей части списывая у меня.

– Он вам нравился?

– Абрамов? Нет, – морщусь, как будто услышала плохую шутку. – Все школьные годы я была влюблена в Петю Мальцева. Он был звездой нашей школы. Самый красивый, самый умный, ну вы понимаете.

– А Дима Абрамов знал о вашей влюблённости?

– О да. Я писала имя Пети в своих тетрадках и рядом рисовала милое сердечко, а Дима, пока я не вижу, это сердечко дорисовывал и превращал в мохнатый… член. В общем, он всегда меня задирал. И, похоже, ничего не изменилось.

Продолжить чтение