Лишь тени

Незримое и неведомое, сокрытое от глаз, недоступное прикосновению пространство, куда уходят эмпаты. Чуть позже.

Не в силах совладать с собой, терзаемые исполненными желаниями, влечениями и слабостями. Чужими.

Время растворяется бесследно в абсолютном безмолвии, в мире эфемерных теней, где царит бесконечная глубина падшей морали, ужас отчаяния. Так бывает.

Хранители эмоций, ушедшие за грань, вынуждены вновь и вновь мучительно долго переживать свой личный ад, возвращаясь, осмысливая, испытывая все то, что совершалось ими, виделось ими, чувствовалось в зримом мире. До тех пор, пока их тело не испустит последний свой вздох на больничной кровати. Только тогда они могут стать свободны. Но не все.

В тот миг, когда эмпат теряет связь с реальностью, погружается в забвение и опускается на самое дно своей души, рождается его отражение. Тень, что сопровождает среди мрака как друг, товарищ. Бессловесная и неотступная, проводник сквозь кошмар. Она остается с эмпатом до самого конца и после развеивается. Но бывает иначе.

Возвращенные. Те, кого не смогли отпустить. Те, кого отняли у смерти, провели ритуал и вернули в мир живых. Пустые, требующие наполнения, они привели с собой свою тень.

Необъяснимый, загадочный феномен. Драгоценный ресурс, что позволяет эмпатам заполучить живую маску и скрыть свои лица.

На них охотятся.

1.

Ночной клуб Химера, расположенный в самом центре города, несимметричным главным фасадом выходил на прямоугольную площадь, почти не имел декора и совершенно не выделялся среди окружающих эту площадь других зданий, в основном офисных и бизнес-центров. Металлический сайдинг на стенах придавал двухэтажному зданию чопорность и строгость, неброская вывеска даже не была подсвечена. Высокая тяжелая дверь открывалась нечасто, посетителей видно не было, как и не доносилось наружу звуков музыки и ночного веселья. Клуб существовал по документам, хозяин исправно платил налоги, налоговая инспекция недоумевала, для чего он содержит убыточное заведение.

Постоянные обитатели Химеры попадали в клуб иным путем, через неприметный вход, спрятанный за обычной дверью частного жилого дома, пристроенного с обратной стороны клуба. Владелец особняка на шум не жаловался, владелец клуба не возражал против пристройки.

Внутри Химеры, в обшитом деревом зале, музыка играла довольно тихо, не засоряя слух. Танцпол, стандартные небольшие столики, неон с прожекторами отсутствовали, вместо них вдоль стен расставлены были длинные темные диваны, где полулежали, сидели, стояли рядом эмпаты. Они приходили поговорить, либо помолчать, выпить, за инъекцией. Одна стена, полностью отведенная под бар, от основного зала ограждалась массивной монолитной стойкой, на высоких грубых стульях сидела немногословная группа парней.

В центре располагался огромный камин, окруженный высокими креслами. Живой огонь заполнял пространство мерцающим светом и теплом. Запахом горящего дерева, ароматом смолы. Зал тонул в полумраке, освещалась лишь барная стойка.

– Аман, кофе, – через зал быстрым шагом прошла к стойке девушка. Невысокая, жилистая, на ходу она закручивала в узел длинные темные волосы. Один из парней у стойки обернулся через плечо, окинув ее взглядом с короткой куртки до тяжелой подошвы сапог.

– Трудиться собираешься? – протянул, сдвинув бровь вверх. – Запрос?

– Отвянь, красавчик, – бросила девушка. Этот эмпат мог дать фору любому инквизитору по части истязаний, так что с ним связываться рисковали лишь такие же как он. Несмотря на его внешность золотого бога, на глубокие ямочки на щеках при очаровательной улыбке, хриплый голос и своеобразные манеры плейбоя. Сынок местного олигарха, подобравшего под себя весь ресторанный бизнес в городе, в состоянии был развязать язык немому. А Зою такие игры не прельщали. – Атари, что ты тут делаешь?

– У них групповой сеанс, – негромко ответил Аман, ставя на полированную поверхность кружку кофе. Остальные парни оторвались от изучения, видимо, запроса. Атари мягко улыбнулся, а Зоя невольно подумала о его донорах и выдохнула, глядя в голубые глаза инквизитора. Желудок скрутило. – Оставь их. В покое.

Она поняла. Забрала кружку и поискала, куда могла бы сесть. Одна. Против воли глаза зацепились за высокие спинки кресел у камина. Пять, их было всего лишь пять в касте. И их места никто никогда не занимал в клубе. Хоть и появлялись посредники смерти нечасто, намеренно исказив перед этим свои черты. Они были убийцами, они были вне закона. И они приносили наибольшую прибыль Альянсу. Их не трогали. С ними практически не общались, но они были эмпатами, следовательно, своими.

Не успела дойти до свободного места на одном из диванов, как у входа послышался шум. Топот, приглушенное ругательство. Зоя повернулась к двери, как и все, кто находился в клубе. Глянула на часы, сдвинула брови. Разговоры смолкли, Аман вышел из-за стойки.

В клуб ввалился друг Зои, на плече удерживая человека. За ним еще двое парней, сделали знак Аману подойти. Зоя оставила свою кружку на подлокотнике дивана, чтобы рассмотреть ношу поближе.

– Это еще кто? – поразилась. – Теперь мы доноров сюда таскаем?

– Пацанчик готовится к смерти, – негромко заметил эмпат, занявший одно из кресел у камина. Его сосед повел плечами и ничего не сказал, лишь искоса следил за тем, как парнишку уложили на диван. У Зои появилось мрачное предчувствие, что он попал в точку, потому как Аман слишком уж напрягся, прижал палец к шее неспокойно лежащего парня. Она подошла еще ближе, вытянув шею, а посредник у камина вернул свою спину обратно в кресло, бросив, что из найденыша можно сделать донора, раз уж сам свалился в руки. Группа Атари не рискнула высказаться вслух, но их взгляды были красноречивы, а кулаки сжались в протесте.

Почти подросток, судя по лицу, не больше двадцати лет, а то и меньше. Щеки гладкие, только над губой и на подбородке намеки на щетину. Он дышал поверхностно, веки дергались, он определенно что-то видел, переживал в данный момент.

– Рассказывай, – сказал Аман. Смуглое лицо устало растерлось ладонями, которые потом опустились на колени.

– Эмпат, – бросил Сайген. У дивана собралась уже толпа. Трое гурманов склонились над новеньким, заскользили по нему взглядами. Стон сорвался с бледных губ, парень изогнулся всем телом. – Наш, заблудился в похоти. Одна подружка, вторая… – Гибкие пальцы эроса прошлись по коротким волосам, почесали у виска. – Живет по соседству. Все думал – чего он бледный такой и уставший. А он с одной поваляется, а потом второй несет весь спектр удовольствий, сам того не зная. Та и вцепилась мертвой хваткой… Можно еще его вытащить?

Аман кивнул, не глядя ни на кого, скорее, себе. Это могло означать, что можно вытащить, или что можно попробовать. Либо что на парня не стоит тратить кровь, он уже увяз по самую макушку в своих фантазиях.

– Заберете его? – спросил, поднявшись на ноги.

– Само собой, – ответила уже Зоя, переглянувшись перед этим с Сайгеном. Если мальчик принадлежит к их касте, точно не бросят на произвол: сам он не выживет. Либо привлечет слишком много внимания своими попытками выжить. Атари подтолкнул ее плечом, совсем легонько, и склонился, чтобы прошептать:

– Милая, а ты тоже передаешь страсть лично?

– Иди в зад, Атари, – раздраженно отпихнула его Зоя. – Что-то не наблюдаю шрамов на твоей мордашке и кости вроде целы все… Сам-то как работаешь?

Атари тихо рассмеялся. Закатал рукав, чтобы показать кривые следы, изрезавшие руку выше локтя.

– Иногда приходится жертвовать и собой, – неопределенно пожал плечами. – Это моя природа, я могу оказаться как в роли палача, так и жертвы. – Зоя передернулась. Атари чуть прикрыл блестящие глаза, наблюдая за Аманом, вернувшимся с пакетом крови. – Жалеешь меня, крошка? Может, дашь испытать немного твоего сочувствия?

– Я уже сказала, отвали! – вспылила Зоя. – У нас разные точки кипения!

– Зоя! – выкрикнул Аман. Она отвела глаза в сторону. Сайген тронул ее за плечо и указал на бар, безмолвно предлагая остыть и прекратить ругань. Такой же упрек достался Атари, но тот вида не подал, что заметил, вместо этого закатал рукав, обнажив руку найденного эмпата, сдавил сгиб локтя, пока не проступила вена, чтобы Аман смог ввести в нее иглу. Мастер передал пакет Сайгену со словами, что остается только ждать, а сам вернулся за стойку, где сидела одна Зоя.

– Тебе тоже нужно, – кивнул в сторону дивана. – Останься на ночь лучше, заодно выспишься. Тихо тут, никого нет.

– Не могу, – Зоя дернула вверх молнию куртки, застегивая ее под самую шею. – Пригласили на девичник. А там, сам понимаешь, стриптиз и куча парней. Измен хватит на месяц вперед, хотела своих позвать.

Аман просмотрел список запросов на телефоне. Согласился, что доноры сами падают им в руки, было бы неразумно терять такую возможность. Намного сложнее и морально, и физически целенаправленно потом искать людей, готовых на спонтанный секс, еще и не быстро отыгранный в кабинке туалета.

– После тогда придешь, – на миг оторвался от перебрасывания запросов в другие чаты и поднял голову. – Зоя, я серьезно, ты уже неустойчива. Если не хочешь оказаться на его, – жест в сторону дивана, – месте, тебе нужна кровь. Или так, или больничная койка.

Руки Зои сжались под стойкой, она резко спрыгнула на пол. Само собой, погрузиться в забвение намерений не было, но она всегда тянула до последнего, пока доноры не начинали уже сниться. Тогда приходила в клуб за инъекцией. Ненавидела свою зависимость от чужой жизни, но смерти боялась больше. На пристальный взгляд Амана нехотя проговорила:

– Да. Я знаю.

Парнишка на диване перестал метаться, лицо его разгладилось. Разбавив перегруженные каналы чистыми потоками, Аман смог вывести его из плена эмоций. Его состояние больше походило теперь на сон, и Зоя не стала тревожить Сайгена, сидевшего рядом с ним.

– Теуш, – позвала одного из тех, кто пришел с новеньким. – Не хочешь со мной прогуляться? Есть несколько дам, жаждущих оторваться перед свадьбой. Чужой, правда, но оргии это не отменяет.

Теуш усмехнулся. Белокожий и темноволосый, его глубокие голубые глаза моментально приковывали к себе внимание. Легкая щетина, наполовину расстегнутая рубашка – и он становился королем любой вечеринки.

– А идем, – сказал он, не имея привычки отказываться от предлагаемых развлечений.

– Еда будет? – лениво поинтересовалась Тамис. Теуш приобнял ее за плечи, взъерошил бронзовые волосы, заставив гурмана поморщиться и хлопнуть его по пальцам: – Тебе лишь бы полапать кого!

– А тебе лишь бы пожрать, – парировал эрос. И снова ощупал тощую фигуру, рискуя получить уже по шее. – Куда только девается все…

Атари повернул к ним неподвижное лицо.

– Вы не могли бы уже убраться на свою оргию? Слишком шумно стало.

Парнишка осторожно приоткрыл глаза. Мутным еще, усталым взглядом обвел вокруг, потом лица, склонившиеся над ним. При виде Сайгена он ахнул и машинально закрылся руками. Брови Атари поползли вверх.

– Он точно тебя знает, – натянуто улыбнулся. – Эй, ты как?

Сайген вернул руку эроса с иглой на диван, в то время как глаза парнишки раскрывались все шире, едва он понял, что вводят ему в вену. Дернулся, попытался вытащить трубку, Теуш придавил и вторую руку, покачал головой, предостерегая от резких движений.

– Тебя вообще-то спасают, мелкий. Будь благодарен и лежи смирно.

– Это же… – светлые глаза округлялись все больше, парень облизал пересохшие губы. Над ним возвышались тренированные, татуированные мужчины, грозного вида девушки, его сосед вливал в него чью-то кровь. Он находился неизвестно где, при этом точно помня, как направлялся к своей подружке, по дороге закружилась голова. – Кровь…? Зачем она… Вы переливание делаете? Мне??

Он и понятия не имел, что с ним происходило. Только Теуш его отпустил, как рука его ощупала диван, потом свое лицо, прошелся по телу, поднял умоляющий и очень испуганный взгляд на Сайгена.

– Идите, – сказал эрос Зое. Указал на бледного, охваченного страхом новичка. – Сегодня у меня лекция по безопасным контактам.

2.

Теуш притормозил у двухэтажного здания сауны, заехал на небольшую стоянку, припарковался рядом с чужим автомобилем.

– Твои подруги? – головой двинул в сторону. – Мокрая вечеринка?

– Фантазии у людей нет, – Зоя переглянулась с Тамис, легкая улыбка скользнула по ее губам. Теуш вышел из машины и потянулся, размял пальцы. Оглянулся через плечо, подмигнул.

– Ну что, представишь меня невесте и подружкам?

Их ожидали несмотря на поздний уже час. Замок щелкнул и входная дверь открылась, стоило Зое назвать себя. В пустом и гулком вестибюле администратор встретила гостей, чтобы провести их по коридору, вдоль раздевалок в предбанник, где уже накрыт был стол и три женщины успели выпить бутылку вина. Завернутые в широкие полотенца, они уместились на три шезлонга и с глуповатыми пьяными улыбками крутили в руках бокалы. Высокий спортивный Теуш моментально приковал их внимание, тогда как сам эрос заметно стушевался.

– Невеста одна из них? – нагнулся он к Зое. Дамы оказались не такими, как он себе представлял, и его ощутимо перекосило, что, к счастью, осталось незамеченным невестой и ее подружками. А Тамис уже направилась знакомиться, ее интересовал только заставленный закусками стол.

– Придут парни, не переживай так, – Зоя похлопала его по руке. – Тебе не придется самому раскрепощать дам, просто понаблюдаешь.

С заметным облегчением эрос двинулся вперед. Зоя глубоко вдохнула специфический запах тел, начинающий все усиливаться, и внутри все сжалось.

Чем ярче эмоции, тем сильнее они ее истощают. А их три источника, и они едва узрели свою цель, это только начало. Наблюдая за тем, как стремительно освободилось место для Теуша на одном из шезлонгов, за тем, как однозначно женские руки поползли по его телу, уже начала сомневаться, хватит ли сил удержать голову холодной. Из трех эмпатов лишь Тамис получала удовольствие, наслаждаясь вкусной едой. Чтобы потом передать этот кайф постоянно худеющим моделям, чьим-то женам, любовницам.

Ей нужно было соглашаться на инъекцию, Аман все видел. Не зря сказал, что она нестабильна. Зоя задержала дыхание, чтобы не чувствовать. Изгнать запах из легких, не позволить ему проникнуть дальше. Подняла тяжелый взгляд на Теуша, мотнула головой себе за спину, молчаливо прося его взять на себя роль ведущего для женщин. Тамис настороженно наблюдала за ней, облизывая пальцы. Теуш приподнялся с шезлонга. Он понимал, его глаза выразили тревогу.

Его дежурная улыбка не успела потухнуть, как одна из подружек невесты странно дернулась, ее голова откинулась назад. Тамис медленно отложила нож в сторону, наклонив голову, тогда как кожа женщины покрывалась красными пятнами, словно ее душили. Она захрипела и повалилась назад, Теуш вскочил уже на ноги. Невеста и вторая ее подружка бросились к упавшей, чтобы трясти ее изо всех сил с криками, все ли в порядке. Зоя, получив неожиданную передышку, задышала свободней, прислонилась боком к стене.

– Какого черта… – недоуменно пробормотал эрос, бросил быстрый взгляд на Тамис. – У нас запросы пересеклись?

– Врача! – завопила невеста, отчаянно оглядываясь на неподвижно стоящего Теуша. – Ей плохо! Врача! Вызовите!

Тамис наклонила голову еще ниже.

– Она страдает эпилепсией?

Ноги женщины засучили по полу, руки сжались на собственном горле, глаза налились кровью. Она билась за свою жизнь, но симптомы больше были похожи на удушение. Теуш оттолкнул ее подруг и рывком перевернул женщину вниз лицом, начал стучать по спине, все же очень сомневаясь, что она могла поперхнуться. Уж слишком затянулась ее агония, будто кто-то размеренно работал с ней.

– Покажись, – процедил сквозь зубы, исподлобья водя глазами по предбаннику. Вряд ли кто из клуба, Аман бы не подставил их так. Да и спрятаться куда бы он смог? Разве что в соседнем помещении, в бассейне. Но нужен контакт, рядом с женщиной же никого не было ни из палачей, ни из убийц. Можно, конечно, предположить, что использовались химические препараты, а сам посредник ограничился поглощением агонии. Или все же палач?

Зоя начала звонить мастеру, невеста с подружкой истерично заламывали руки и причитали, почти отрезвев от испуга. Тамис равнодушно глянула на них.

– Врача все же? – спросила у Теуша.

– Звони, – выдохнул он. Могла явиться администратор, тогда всем сторонним наблюдателям не поздоровится. В это время женщина протяжно выдохнула и обвисла в его руках. – Момент… Не надо…

Зоя чуть качнула головой, получив подтверждение, что из клуба никто сюда не направлялся, кроме них троих.

– Вы как? – тихо спросил Теуш у женщины, хмурясь. И совсем опешил, когда увидел кривую улыбку на повернутом к нему лице. Жуткая пьяная гримаса человека, избежавшего смерти, еще и получившего в процессе удовольствие.

– Здорово было, – сипло сообщила подружка невесты, глаз ее отъехал в сторону, она моргнула. Руки Теуша сжались на ее плечах. – Повтори, а?

Взгляд эроса метнулся к бледной Зое, Тамис спрятала в карман телефон.

– Думаю, нам нужно… Выйти. На минуту. А даме, – глаза ее опустились на пол. Помутнение рассудка, только так могла объяснить ситуацию. – Даме нужно еще выпить.

Тамис лишь бы заесть и запить любую ситуацию, в которой не желала разбираться. Теуш уже пожалел, что она увязалась с ними, но лишь поджал губы и вернул пребывающую в каком-то странном экстазе женщину на шезлонг. Подружки ее еще никак не могли уняться, все хныкали и совали ей вино. Сами нервное потрясение смягчили, выпив еще по бокалу. Пьяные глаза остановились на эросе, он сразу почуял неладное.

– Где твои парни? – проговорил Зое, почти не разжимая губ. Тетеньку, судя по ее частому дыханию и все краснеющему лицу, сильно раззадорила нехватка кислорода, она желала продолжения. Процедил в сторону: – Я ее душить не собираюсь, не мой стиль работы. Пусть их уже обработают, да мы уйдем.

Зоя снова вытянула телефон наружу, дыша почти в такт с пьяной подружкой невесты. Пальцы мелко дрожали, пока снимала блок с экрана, краем глаза следя за Теушем.

– Не могу, – призналась после нескольких попыток попасть по журналу вызова. Воздух за несколько мгновений будто раскалился в этом предбаннике, стоило женщинам разбавить испуг мыслями обо все еще присутствующем мужчине. Они думали о нем, особенно та, что чуть не померла на полу сауны. Они представляли его на себе, они мысленно раздевали его. Зоя прижала руки к горящим щекам. Теуш выхватил у нее телефон.

– Думаю, на сегодня хватит, – резко сказал. – Предлагаю расписаться в некомпетентности и свалить отсюда, чем быстрее, – по спине пополз холод, когда увидел, насколько плохо Зое, – тем лучше.

Ее срочно нужно было доставить к Аману. Не представлял, зачем она каждый раз доводит себя до грани распада, чтобы потом практически приползать в клуб. Она всегда таращилась в стену, пока мастер делал ей инъекцию. И потом ее рвало в туалете, тоже слышал, как и Сайген. Они вдвоем стояли за дверью, мрачно переглядываясь, пока их друг выхаркивал свои внутренности в унитаз. А потом выходила, как ни в чем не бывало, выпивала литр кофе, шутила, что слабачка, и шла спать.

Тамис подняла бокал, предлагая дамам выпить.

– Спать их уложи, – прямым текстом произнес Теуш. Женщины ничего не поняли, Тамис же пришла в ярость, когда ее заставили бесплатно раздать хмельной сон. Но могла только сверлить глазами спины эросов, после чего ей осталось лишь со вздохом раскрыть объятия:

– Обнимемся, подруги, и подождем, пока наш герой вернется к нам.

Теуш придерживал Зою, пока они шли обратно мимо бесконечных раздевалок, на ходу сканировал обстановку. Все же как ни приглядывался, кроме сонной уже работницы, ожидавшей окончания праздника, другого шевеления не заметил.

– Где ты? – прошептал. Зоя тяжело привалилась к его боку, заставив Теуша на время оставить размышления и сосредоточиться на подруге, направить мысли в другое русло. Как быстрее доставить ее в клуб, ее состояние уже не слишком отличалось от томления того парнишки, что они с Сайгеном подобрали на улице. С братской заботой погладил щеку, потом и вовсе взял Зою на руки и зашагал к машине, мысленно моля Тамис поторапливаться. Однако не успел сделать и нескольких шагов, как колени его подогнулись.

Теуш резко втянул воздух и едва успел выставить вперед руку, чтобы не упасть на Зою, другой крепко прижав к себе девушку. Ясность мыслей спуталась моментально, погрузив сознание в вязкий туман. Он отчетливо ощутил, как сжимается его сердце, замерев, трепыхаясь и пытаясь сделать удар, протолкнуть кровь. Рот его открылся в крике, но не смог издать ни звука. Затуманенный взор отметил тень, в последнем усилии Теуш скатился вбок, выпустив свою ношу, руки его бессильно раскинулись в стороны, острая боль взорвалась в груди. Судорожно дернулся: рядом с ними кто-то был. Не Тамис.

Глаза Теуша закрылись с мыслью, что он оставляет Зою на волю неизвестно кого.

В неясной дымке обрисовались очертания человека, он вдруг выступил из густого дрожащего воздуха и отбросил на асфальт тень. Вплотную подошел к двум эросам, один из которых был в глубоком обмороке, а вторая стремительно уходила за грань сознания, захваченная эмоциями. Истощенная и перегруженная энергосеть, ей требовалась срочная очистка. Взгляд задержался на ее подрагивающих пальцах. Поколебавшись немного, мужчина уселся на корточки, рассматривая лицо девушки и смену выражений на нем. Ее рваное дыхание беспокоило ночь, нарушало тишину тонкими свистами, будто она задыхалась. И тревожило его.

Рука пробежалась по голове, вокруг него все еще колебался воздух, искривляя пространство. Оглядевшись, он подхватил эроса с земли, чтобы перенести с освещенной стоянки в тень, в полосу деревьев. Ступив под тяжелые густые ветви, он сел, прислонившись спиной к шершавому стволу ели, уложил девушку вдоль своих ног так, чтобы свободно мог достать до ее плеч. Из кармана вынул упаковку спиртовых салфеток, с одной своей руки стянул рукав плаща, закатал рукав футболки, очистил свою кожу, то же проделал с ключицей девушки. Лежала она неспокойно, глаза ее под закрытыми веками быстро двигались, и против воли мужчина начал подгонять сам себя. На миг закрыл глаза, возвращая равновесие и уняв тремор в пальцах. Ошибиться ему нельзя, если хочет помочь.

Следующим достал прозрачный пакет. Разорвав его зубами, вынул примитивную систему из двух трубок с иглами на концах, соединенную шприцом. Одну иглу ввел под ключицу девушки, вторую – в свою вену. Его кровь чиста, она должна была ей помочь. Медленно надавил на поршень, направляя движение от себя в чужое тело. Непрерывный теплый поток, что должен разбавить и в конце концов смыть мусор, оставшийся в ее крови и засоряющий голову.

Спустя минуту она перестала метаться, дыхание выровнялось. Руки расслабились, опустились на траву, а на губах мужчины появился намек на слабую улыбку. Он не прерывал подачу крови во избежание свертывания ее в системе, остановился лишь, когда почувствовал сам слабость. Тогда только отсоединил иглу и придавил место прокола над ключицей девушки. Поверх прилепил пластырь, застегнул молнию ее куртки. Тем временем, вынимая иглу из своей вены, ощутил на себе напряженный взгляд.

Конечно же, она пришла в себя, по-иному и быть не могло.

– Кто ты? – спросила негромко, не делая попыток подняться. Продолжила лежать, разглядывая снизу движение теней на лице незнакомца, не дающих увидеть его. Убийца, никем иным он быть не мог. Его ноги были теплыми. И не худыми, кости в спину не упирались. – Ты из клуба?

Он как-то лениво смотал трубки, надел на иглы колпачки, после чего вернул систему в упаковку, а саму упаковку – в карман плаща. Не собирался оставлять улики, свою кровь. Тогда только медленно опустил голову, и Зоя, не видя его глаз, сразу поняла, что смотрит он прямо на нее. Мысленно проверила себя: ясность мыслей возвращалась в голову, как и легкость – в тело.

– Нет, – хриплый голос был ей незнаком, но позволил предположить, что незнакомец далеко не юноша. Он дрогнул. Зоя ощутила его дрожь всем телом, которым лежала на его ногах. Незнакомец ослаб, отдав ей свою кровь, в то время как она быстро восстанавливалась.

Убийца не из Химеры. Шестой. О котором не знает Аман. Зоя откинула голову еще сильнее, пытаясь разглядеть черты сквозь застилавший его голову морок.

– Прямое переливание, – хоть они и находились на улице, дышать стало тяжело, стоило подумать только о том, что кровь могла не подойти. – Ты наверняка знаешь, что эта процедура запрещена.

Незнакомец хмыкнул, потом пошевелился.

– Тебе ведь стало лучше?

С этим Зоя не могла поспорить: ей стало намного лучше. Вся очищенная и перепроверенная Аманом кровь в хранилище не шла ни в какое сравнение с тем, что дал ей убийца из своей вены. И, судя по его спокойствию, он не имел сомнений в подобном исходе.

– Ты уже делал так раньше? – и к тому же ее не тошнило, что было неизменно после инъекций в клубе. Думалось, что из-за того, что она не видела и не чувствовала ничего.

Вместо ответа он двинул ногами, дав понять, чтобы она убиралась с него. Зоя тут же перебралась на землю, а незнакомец едва слышно скрипнул зубами, согнул и разогнул ноги в коленях, принялся закатывать рукав, потом надел плащ.

– Следи за собой, – сказал он. – Не можешь сама – найди того, кто сделает это за тебя. Только не того, – рукой махнул в сторону стоянки, и только тут Зоя вспомнила о Теуше и о Тамис. Нервно метнула туда взгляд, в то же время боясь выпустить из поля зрения неизвестного эмпата. Мужчина встал, опираясь на ствол ели. Пошатнулся, выпрямился. – Тот эрос не может совладать с тобой, ищи кого пожестче.

Зоя тоже поднялась, отряхнула штаны. Протянула руку, но незнакомец ее не взял. Развернулся и пошел прочь, оставив ее стоять одну. Звук его шагов поглотила земля, взгляд скользнул по его спине, по полам кожаного плаща, бьющим его по ногам. Снова подумала о своих спутниках, которые ее не искали. Телефон молчал, со стороны виднеющейся из-за деревьев стоянки не доносилось ни шороха. Вздрогнула от резкого звука двигателя. И этот рев разом решил все сомнения. Зоя бросилась за эмпатом.

Ровно за полосой деревьев, где он возвращал ее в реальный мир, пролегала дорога. Незнакомец уже оседлал тяжелый мотоцикл и рванул с места, едва Зоя крикнула ему подождать, остановиться. Сказать хотя бы свое имя.

За несколько секунд эмпат разогнал своего мощного зверя до немыслимой скорости и исчез. С глаз. Дорога, прямая, широкая, отлично просматриваемая и освещенная фонарями, была пуста. Ни звука Зоя не услышала больше, кроме шелеста листвы и далеких отголосков города.

3.

В клуб вернулись под утро они вдвоем. Теуш держался рукой за все еще ноющую грудь и позволил Зое отвести себя к одному из диванов, на который опустился слишком тяжело. Сайген и Данте, занимавшие барные стулья, сначала оглянулись на вошедших, потом соскочили с мест. Аман сложил руки на столешнице.

– Что? – спросил резко. – Отыскали того, кто вмешался? И на самом ли деле там был кто-то кроме вас?

Он вышел в зал, прошел мимо горящего камина, пустых кресел. Когда остановился у дивана, Зоя все же разглядела за напускной суровостью беспокойство, то ли тревогу. А еще он был сердит и это не особо старался скрывать.

– В здании мы никого не увидели, – ответила она, сидя без движения и наклонившись вперед, оперлась руками на колени. – Но вот на улице был некто… – Язык не повернулся назвать его человеком. Он больше принадлежал миру призраков, хотя кровь его была живой, раз не причинила ей вреда. – Даже не знаю, как его описать. Он был и исчез. Мужчина. Все, что могу сказать.

Аман присел так, чтобы видеть ее лицо. Очень растерянное, но выглядела эрос неплохо. Хотя нет, она выглядела полностью здоровой. Совсем не так как перед уходом, что вогнало его в еще большее замешательство. В упор посмотрел на Теуша, напротив, слишком больного.

– Какого черта у вас там случилось? – повысил голос. – Почему вернулись вдвоем? Тамис где?

Зоя оглядела пустой зал. К беспокойству из-за эроса, потерявшего сознание на стоянке у сауны, прибавилась в придачу неясная пока тревога за Тамис.

– Звонили ей? – достала телефон.

– Не отвечает, – уведомил Сайген. Покрутил свой телефон в руке. – Так же, как и Теуш не отвечает. Как и ты. Это игнор?

Они отключили звук перед входом в сауну, вспомнила Зоя, едва не стукнув себя по лбу. Тамис вполне могла вернуться домой и завалиться спать. До вечера тогда ее не разбудить.

– Сходишь к ней? – попросила татуированного Данте. Тот отвел карие глаза от Теуша, почесал свою короткую бороду. Ранние визиты в его планы не входили, родственники в такое время особо выражения не подбирают. А выслушивать ему не особо и улыбалось, хоть и мог закрыться от чуждых его природе эмоций.

– Через пару часов, – так согласился. Аман не стал настаивать и кивнул. Нащупал пульс Теуша.

– У тебя с сердцем проблемы? – спросил. – Почему мне об этом неизвестно?

Теуш протяжно вздохнул.

– Никогда я с кардиологами не братался. Нет у меня проблем ни с чем. И не было.

Но тянущая боль по центру груди, немного уже отпустившая, убеждала в обратном. Он осторожно перевернулся на спину, недоумевая, почему ни один врач до сих пор не находил никаких отклонений. Зоя погладила его руку. Аман все еще ждал объяснений, и ей пришлось сделать это. Рассказать о незнакомце, что поделился с ней своей кровью, потому что видела его лишь она одна. Теуш только вставил слова о тени, что ему показалась. И то он не был уверен в себе, допускал, что это была игра воображения.

Сайген и Данте, слишком напряженные, обвели глазами пять кресел у камина.

– Точно не наш?

– Он сказал, не из клуба, – подтвердила Зоя.

– Сел на мотоцикл? – уточнил Аман.

– Здоровый такой, черный, без надписей и прочих штук.

– Переливание крови. Напрямую… – Сайген прошелся по своим светлым коротким волосам. Его живые темные глаза отразили сомнение, смешанное с плохо скрытым гневом на безрассудную выходку незнакомца. Возмущенно растянул слова: – Вот он ненормальный…

Аман велел принести Теушу чай. Взгляд же, посланный Зое, предвещал обязательный осмотр у врача.

– Ну здорово, – пробормотала она. День будет потрачен на анализы, УЗИ и прочую прелесть. Мастер встал, когда убедился, что Теуш не замышляет умереть на диване сию минуту. Некоторое время напряженно смотрел на него, на Зою, потом принялся расхаживать по залу. Остановился у камина, осмотрел пустующие кресла.

– Исчез?

– Разогнался и пропал. Только его мотоцикл ревел на дороге, как вдруг все стихло, – Зоя начала сомневаться, на самом ли деле все было так, как отложилось в ее памяти. – Аман, слушай… Я не уверена, если честно. Немного не в себе была, могла и придумать.

Мастер подпер спиной высокую спинку центрального кресла. Тяжелое, оно даже с места не сдвинулось под немалым весом Амана. Пламя окрасило его волосы в бронзу. Он скрестил на груди свои мощные руки, украшенные черными узорами татуировок, уходящих под закатанные до локтей рукава.

– С одним из доноров произошел инцидент. Незапланированный, – голос его прозвучал сдержанно. – По всем признакам – удушение, при этом в непосредственный контакт с ней кроме вас никто не вступал, так?

– Так, – негромко подтвердил Теуш. Он успел уже сесть, принял из рук Сайгена чашку чая, обхватил пальцами горячий фарфор. – Я не палач и не убийца, ничего похожего проделывать не стал бы, нет смысла, нет потребности. Я никому не смогу это передать.

– Знаю. Затем у тебя случается приступ. Сердечная боль, которая вышибает тебя из сознания. И из воздуха появляется некто. Непонятный человек или кто он там. По доброте душевной делится своей кровью с одним из эмпатов, ничего не просит взамен, после чего этот брат милосердия растворяется в воздухе вместе с огромным черным мотоциклом. Так?

Зоя опустила голову. В зале повисла тишина. Каждый повторял про себя слова Амана – озвученные, они нарисовали набросок полнейшей ерунды. Данте сжал руки в карманах.

– Аман, – сказал он, нарушив молчание. – Что насчет теней? Мы никогда их не рассматривали как врагов, они никогда не вмешивались в наши дела.

– Мы никогда не пересекаемся, – напрягся Сайген и невольно повысил голос. – Их мир не здесь.

Зоя вскинула глаза на мастера, который развернулся, положил подбородок на кожу кресла и смотрел на огонь. Ничего не ответил, просто молчал. И уже это молчание становилось тяжелым, гнетущим. Теуш опустил кружку на колени, не решаясь сделать глоток, как очутился на похоронах. Боль, изводившая его последние несколько часов, прошла без следа, без лекарств, словно и не было ее. Теперь голову заполнили иные мысли.

Тени существовали в том забвении, куда соскальзывали свихнувшиеся эмпаты. Что они делали там друг с другом – никто из живущих не знал, ушедшие за грань уже не возвращались. Но никогда тени не трогали живых, не пересекали черту, проходящую между двумя мирами. И вообще было неизвестно, способны ли они ее переступить. Теуш краем глаза глянул на Зою, которая видела своими глазами неизвестно кого, еще и получила его часть. Есть ли у теней кровь, он даже не догадывался, они представлялись ему неким сгустком тумана, не имеющим физического носителя. Судя по кривившейся губе Сайгена и взглядам, которые он бросал на Данте, слишком раздраженным, эрос разделял его мнение и не верил, что отражение может иметь тело, вполне реальное, из которого можно что-то добыть. Кровь, например.

Громкий стук во входную дверь вырвал эмпатов из размышлений. Они переглянулись. Стрелка на часах едва достигла семи, а те, кто знал, что клуб открыт круглосуточно, пользовались другим входом.

Ощущение тревоги усилилось, Зоя придвинулась ближе к Сайгену. Аман отошел от камина и направился к парадной двери, каждый шаг свой отпечатывая на темном дереве пола.

Кого он не ожидал увидеть в такую рань, так это полицию. За порогом стояли два сотрудника в форме, которые помахали своими удостоверениями. За секунду осмотрели человека с головы до ног, и вернулись к его лицу. Аман почти наяву ощутил, как они пытаются просканировать его голову. Один постарше, второму на вид было до тридцати, лица их сохраняли одинаковое бесстрастное выражение.

– Антон Бражич? – спросил старший. Аман кивком подтвердил, что им является. Тогда следователь извлек из своей сумки смятую салфетку с логотипом Химеры. – Эта вещь взята из вашего заведения?

Желтые глаза Амана опустились на квадратик ткани, чуть прищурились. Губы молодого поджались, его внимание переключилось на зал за спиной хозяина, где заметил движение.

– Из моего, – ровно ответил Аман, пытаясь сообразить, кому понадобилось таскать салфетки из клуба. И что одна из них делает в сумке следователя. Что сам следователь делает в его клубе. В неведении продержали его недолго.

– Танья Матеуш, – старший следователь шагнул еще ближе, Аман вопросительно нагнул голову. – Обнаружен ее труп в сауне на Ровежской. При ней была эта салфетка, поэтому мы здесь. – Светлые глаза изучили реакцию на принесенную новость, быстрое моргание и потрясение, которое Аман не стал скрывать. Это следователя, по всей видимости, удовлетворило, потому что уже более вежливо он предложил дать показания, дабы не быть вызванным повесткой в отделение.

Аман подвинулся с прохода, предлагая сотрудникам пройти внутрь. Его отяжелевший взгляд остановился на Теуше и Зое. В мозгу быстро прокручивал варианты того, что можно было рассказать полиции. Но с какого бы угла не заходил, вывод напрашивался только один.

– Она приходила накануне вечером, посидела, выпила немного. Потом ушла. Как оказалось, в сауну, Эйна и Тимас с ней там опять встретились.

Прозрачные светло-зеленые глаза молодого сотрудника полиции тут же оглядели присутствующих молодых людей. Аман поманил к себе застывших Зою и Теуша, которые прислушивались к разговору и негласный посыл рассказать о встрече в сауне поняли.

– После сауны вернулись в клуб? – уточнил старший следователь. Огляделся в поисках стула, не нашел ничего кроме высоких барных, забрался на один из них и достал лист бумаги с ручкой. – Начните со вчерашнего вечера. Тимас, верно?

– Верно, – ответил Теуш, стараясь не паниковать под взглядом следователя. Тамис мертва. Она была в сауне, в то время как они были уверены, что она вернулась домой. Она осталась с тремя женщинами, которых должна была усыпить.

Второй следователь указал Зое на стул рядом с собой. Аман понятным только для Сайгена и Данте жестом показал им сидеть тихо, сам поставил на стойку две кружки.

– Чай? Кофе?

– Черный, два, – ответил старший, на миг оторвавшись от письма. – Она часто посещала ночной клуб? – При этом он осмотрелся уже более внимательно, охватив взглядом всю обстановку, и камин на месте танцпола, и кресла перед ним, а также отсутствие столиков, где посетители могли бы сесть и выпить. – Интересный клуб у вас, больше похож на ресторан.

– У нас тихое место, – подтвердил Аман, налил кофе в кружки и подвинул к следователям. – Не все люди хотят плясать, некоторые ценят такую атмосферу. Та девушка, Танья, заходила иногда выпить кофе.

– Вы знаете всех своих клиентов? – тут же спросил молодой. Шейд Алертиш, так было указано в его удостоверении. Следственный комитет. Серьезный молодой человек. Аман ответил как есть, не стал юлить:

– Клиентура у нас в основном постоянная, поэтому да, почти всех я знаю, в лицо так точно.

Эта информация зафиксирована была также, следователь развернулся к Зое. На ее лице уловил разбитость, неверие, но цепкий взгляд следователя быстро привел ее в чувство. Она размотала и вновь закрутила волосы на затылке. Нервные и беспорядочные жесты, выдающие неустойчивость и потрясение. Дальше пальцы ее сжались на коленях. Сильно, так, что напряглись даже плечи.

– Вы так волнуетесь, – начал говорить молодой следователь, – потому что хорошо ее знали? Подруга?

Зоя перевела дыхание.

– Иногда общались. – Они были как семья, братья и сестры. Конечно, она хорошо знала Тамис. Прозрачные глаза следователя выводили ее из шаткого равновесия. Чувствовала на себе взгляд Амана. – Нет, подругой я ее назвать не могу. Знакомая. И в сауне мы встретились случайно, мы даже не знали, что она туда собиралась.

– Вы что там делали?

Теуш дернул головой в сторону Зои, услышав вопрос.

– Ее пригласили на вечеринку, а я не отпустил свою девушку одну, – как между прочим заметил.

Старший следователь раздраженно глянул на него.

– Тимас Авицкий, показания вы даете мне, не нужно отвечать на чужие вопросы.

– Понял, – Теуш успел сообщить Зое о характере их отношений, больше ему и не нужно было встревать в чужой разговор. Холодные зеленые глаза остановились на нем, невольно покрылся мурашками, стоило только подумать, что следователь разгадал его ход.

– Вы в отношениях? – уточнил Шейд у Зои. Она подтвердила, он сделал пометку в своих записях. – Пара в сауне, что ж… Что было дальше?

– Подружке невесты стало плохо, – Зоя пришла в ужас от того, что даже не выяснила имя этой женщины у самой невесты. – Подавилась, а Тимас ей помог. Я перенервничала, и мы ушли. Они остались в сауне с Таньей. Нас видела администратор. А Лота Милич может подтвердить, что та девушка была жива. Что с ней случилось?

– Остановка сердца, – сухо ответил следователь. Зоя сдвинула брови, машинально глянула на спину Теуша, пострадавшего таким же образом. Только без смертельного исхода. Напрягла память, но не смогла вспомнить, чтобы Тамис упоминала о болезни или о посещениях врачей.

– Так это не убийство? – спросила, немного разжав сведенные пальцы. Следователь неопределенно качнул головой, его черные волосы полностью скрыли его лицо, когда склонился над столом. Зоя, напротив, совершенно не почувствовала облегчения при известии о еще одном сердечном приступе, случившимся с двумя эмпатами в одном месте в одно время.

Закончив с Зоей и Теушем, следователи переключились на Сайгена и Данте, повторивших ровно то же, что и предыдущие свидетели. Аман подал в особняк сигнал, чтобы закрыли дверь в клуб, пока следователи не сделали перепись всех эмпатов, не спящих по утрам. Особенно убийц, им появляться здесь в данный момент вообще не следует.

Ближе к обеду следователи покинули клуб. Аман проводил их, закрыл дверь.

– Как вы могли ее там оставить? – тихо спросил он у эмпатов. Полиция ушла, и они вчетвером попросту оцепенели на одном из диванов. Теуш опустил глаза вниз.

– Сауна уже закрыта была, – глухо проговорил, не отрывая взгляда от своих ботинок. – Мы ручку подергали. На звонок не ответила, мы решили, что она ушла. Аман, – в отчаянии вскинул голову, прижался затылком к высокой спинке. Такой мягкой, что голова утонула в диване. Он резко выпрямился. – Ты же знаешь Тамис – когда она перед кем отчитывалась? Всегда делает, что хочет, и плевала на остальных.

Аман устало провел руками по своим отливающим бронзой волосам, потом по лицу, похожему на ужасную застывшую маску.

– Разошлись все. Сейчас же. Мне нужно подумать. Никакой работы, кроме той, на которой вы устроены официально, я проверю. Кто будет обнаружен на запросах – вылетит из клуба к чертовой матери прямиком в забвение.

4.

– Ты опоздала, – сообщил Зое Атари, перед этим глянув на часы на запястье, – почти на половину рабочего дня. Руст в бешенстве.

Руст, администратор ресторана, уж выцепил опоздавшую официантку в толпе и выражение его лица обещало ей, по меньшей мере, смену сверхурочно. Возможно, вахту у мойки в перерывах. Зоя, прикусив язык, готовый вывалить на Атари безрадостные вести, побрела переодеваться. Он пошел за ней. В раздевалке закрыл дверь и прислонился к ней спиной.

– Что? – спросил серьезно, без своих обычных заигрываний.

– Тамис, – убито проговорила Зоя. – Отвернись.

– Отвернулся, – Атари закрыл глаза. – Что с ней? Съела весь ужин на… Сколько вас там было? Шестерых? И теперь в больнице ее откачивают?

Зоя вздохнула так, что Атари невольно опять открыл глаза. Она стояла перед своим шкафом, смотрела куда-то вглубь него, сквозь него.

– Она умерла. Приходили следователи утром в клуб. Сказали, остановка сердца.

Атари склонил голову. Ему потребовалось больше времени, чтобы понять смысл произнесенных слов.

– Ты это сейчас серьезно?

Зоя протянула руку, достала вешалку с формой, зацепила крючок за верх дверцы. Разгладила белую блузку. Атари следил за каждым ее движением, ожидая, что эрос повернется, рассмеется.

– Она в морге. Поэтому я и опоздала. Теуш не придет, отмажь его как-нибудь.

Атари прошелся к низкой лавке, сел, собираясь с силами, пытаясь упорядочить мысли в голове. Колени так удачно оказались на уровне подбородка, что осталось только положить на них голову.

– С ним что? – глухо спросил.

– Аман отправил его в больницу к кардиологу. Мастер сказал, чтобы никаких запросов.

Сообщение появилось во всех чатах, но без объяснений причины, Атари его тоже получил и принял к сведению. Думал выяснить вечером, после работы.

– Вы вляпались куда-то на том девичнике? Тамис… Ты же несерьезно?? Ты ее видела?

Зоя понуро продолжала гладить блузку, находя успокоение в этих монотонных бесцельных движениях.

– Вечером Аман все расскажет. Нет, я ее не видела, потому что мне стало плохо, Теуш меня увел. На стоянке потерял сознание, – о незнакомце не стала говорить. Сейчас они могут только строить предположения, информации о нем нет. Кто он, что он может, его способности – неизвестная величина. Небесные глаза палача блеснули из-под упавших на лицо волос. Он прошелся ладонями от колен до щиколоток, хлопнул себя по ногам.

– Ладно, – сказал, хмурясь все больше. – Ладно. Если не хочешь говорить, я в состоянии не ныть и подождать до вечера.

Атари оставил ее, чтобы сменила свою одежду на строгую форму официанта. Когда Зоя вышла в зал, он уже говорил что-то Русту. Администратор Тафеке и один из многочисленной родни парня, тот внимательно слушал, при этом глаза его скользили по залу. Кивнул, тогда Зоя поняла, что выговор Теушу не грозит. Она подошла к стойке, Руст и ей не стал ничего говорить по поводу опоздания. Кратко сообщил, что столики у окна в ее ведении сегодня.

Видимо, это и стало наказанием, обычно их занимали женщины, которые пытались кого-то зацепить с улицы, при этом невозможно напивались. И не всегда у них были деньги расплатиться, они надеялись на будущих спонсоров, а разбираться с этим приходилось официанту. Хотя бы с тем, чтобы они не сбежали, не оставив контактов.

– Ну ей-богу, – пробормотала она, оглядывая оконный ряд. На стойку барменом была поставлена чашка кофе.

– Пятый столик, – сообщил он.

С дежурной улыбкой Зоя взяла поднос. Изобразить хорошее настроение удалось с трудом, видеть людей не хотелось, тем более говорить с ними. Атари вернулся на кухню к своим кастрюлям, ему проще, может помолчать.

– Ваш кофе, – с дружелюбием она перестаралась, видимо. Клиент даже поднял на нее глаза. И прищурился. Прозрачная зелень под низкими бровями. Ресницы опустились, снова поднялись. – О, это вы?

– Эйна Збигнев, – протянул Шейд Алертиш, складывая руки на столе, перед поставленной перед ним чашкой. Зоя сжала края подноса. Не женщина, конечно, и не пьяный, но неприятностей способен доставить поболе. Оглядел ее форму. – Работаете здесь? Ах да, точно, работаете.

Зоя изобразила для него улыбку, гадая, случайно ли он тут оказался. Следователь тут же прочитал все опасения в ее глазах, не обратив ни малейшего внимания на мимику, и тогда большим пальцем указал в окно, где через дорогу виднелось отделение полиции.

Он просто зашел выпить кофе без задних мыслей. Зоя перестала искать другие причины, к тому же он и не собирался ни о чем спрашивать. Оставила его наедине с чашкой, украдкой глянула на часы, но время все еще было обеденное. Окончание рабочего дня представилось недосягаемой далью.

Вечером, замученная и почти не чувствуя ног под собой, рухнула в раздевалке на низкую лавку. Мимоходом покивала всем, кто с ней прощался. Заглянул Атари.

– Готова? – сам видел, что нет. – Быстрее шевелись, едем в клуб.

Он водил спортивный Lexus ядовитого желтого цвета, его автомобиль был заметен на любой стоянке. В основном по толпе, собирающейся вокруг. Зоя, пробираясь между людьми, зареклась брать когда-либо подобные машины. Вспомнила исчезнувший черный мотоцикл. Который стоил наверняка не меньше, и зевак собрал бы столько же.

– Я бы хотела заехать в библиотеку, – сказала она уже в машине. Сидеть внутри все же было удобно, кресло идеальной формы поддержало уставшую спину. – Спросить кое-что у Пауля.

Старинное двухэтажное здание библиотеки находилось в самом центре города. Выстроенное несколько веков назад вокруг небольшой площади, где раньше была церквушка, от которой сейчас остались развалины, закрытые внутри здания. Высокие массивные колонны, врезанные прямо в стены, украшали письмена сверху, и граффити снизу, докуда достали руки малолетних художников. Узкие окна находились под самой крышей и больше походили на бойницы. По потемневшим от времени стенами плелся плющ, доросший пока только до середины этого памятника времени. Но выглядело лучше, чем потрескавшийся фасад, вследствие чего власти не заставляли его обдирать, хоть и цеплялся своими корнями за трещины в кладке стен и потихоньку разрушал их. Пауль, второй мастер, здесь же и жил.

Встретил гостей он не слишком приветливо.

– Время видели? – спросил, открыв дверь. В руке держал тарелку. – Ужинать будете?

Брат Амана внешне мало чем отличался от самого мастера, серебряные пряди разбавляли его отливающие бронзой волосы. Он открыл дверь шире, пропуская эмпатов внутрь.

Ужинать они отказались, остались стоять в начале огромного круглого зала. Пауль постоял немного с ними. Вместе с Атари подождал, пока Зоя озвучит то, что ей не давало, видимо, покоя, и привело так поздно в его обиталище.

– Дождь на улице? Вы просто ищете место пересидеть? – поторопил все же. Еда остывала.

– Ты много знаешь, – начала тогда Зоя. Атари неожиданно для себя занервничал, переступил с ноги на ногу. Пауль согласно хмыкнул. – Что такое тени?

Вся его расслабленность исчезла. Совсем как незнакомец на дороге, канула в невидимую дыру, рука Пауля дрогнула. Он всмотрелся в картофель в своей тарелке. Потом поставил посуду на полку, на пустое место между книгами.

– Ты же сейчас не про ту тень, что ты отбрасываешь сама? – взгляд, которым он одарил Зою, был ей хорошо знаком и означал, что она спросила не о том. – И с чего интерес внезапный?

– Они могут переходить сюда, к нам?

– Нет, – резкий ответ был однозначен. Зоя про себя повторила, что прогулки невозможны. Потом заглянула в суженные глаза.

– Как вообще тогда о них узнали? – вопрос сам сорвался с губ. И он был логичен. – Тени, они же не что-то вроде слепой веры в потусторонние силы, в ангелов и демонов, которые вроде как есть, но их никто не видел?

Атари перевел взгляд на библиотекаря и поднял брови. Все они слышали о тенях, ими стращали, чтобы эмпаты не вздумали вывалиться за грань сознательной жизни. И Зоя была права, никто их не видел. Не рисовали, не описывали; лишь слово, обозначающее нечто, с чем лучше не сталкиваться.

Пауль закатил глаза. Выглядело слишком наигранно, не поверил никто, даже он сам понял, что перестарался. Поэтому попросту начал их выпроваживать.

– Насколько мне известно, у вас собрание в клубе. В данный момент, пока вы играете в детективов. Детишки, вам пора домой.

– Но… – Зоя хотела возразить, что это важно. Что они столкнулись с чем-то, что как раз и не поддается объяснению. Выкрикнула: – Тамис умерла!

– Я знаю, – ровно ответил Пауль.

– Теуш свалился без сознания из-за сердца…

– Тоже сообщили. Но при чем здесь тени? – Пауль качнул головой. – Это как винить в своих бедах демонов, которые остановили сердца ваших товарищей. Просто поверь, – он развернул Зою и указал на дверь, – тени не могут находиться среди живых. Они нереальны, они – отражения.

– Отражения чего? – напряженно спросил Атари, которому совершенно не нравился тон Пауля. И его стремление избежать ответа.

– Эмпатов. Тени рождаются в момент, когда разрывается связь с реальным миром, и умирают вместе со своим носителем, они привязаны. Нет у них возможности выбраться сюда и косить всех подряд, тем более эроса и гурмана одним способом!

Зоя дала мастеру вытолкать себя за дверь. Пауль так и не ответил, откуда взята информация о том, что эти отражения вообще существуют, что это не вымысел. И была уверена, что он сейчас же сообщит брату о двух любопытных носах, которые сунулись в библиотеку.

– Что думаешь? – спросила она у Атари.

– Что ему есть что скрывать, – ответил палач. Его хрипловатый голос прозвучал странно в тишине салона, заставив Зою покрыться мурашками. Атари завел двигатель. – Поехали в клуб. Похоже, мастеру есть что сказать, раз собирает всех.

В клубе было шумно, собрались все, кто читал чаты. Все пять кресел у камина были заняты, чего Зоя никогда не видела. Один, ну два – в большем количестве убийцы не собирались. Против воли замедлилась и пригляделась к ним, проходя мимо. Сайген поднял руку, подзывая ее. Атари пробирался к своим, ему уже отодвинули стул у бара. Аман поставил еще один кофе на сверкающую поверхность. Пробежался глазами по каждому человеку в зале, отыскал Теуша, после чего его плечи чуть расслабились.

– Тихо! – крикнул, со стуком опустил обе руки на стойку. – А ну замолчали все! – В считанные секунды в клубе установилась тишина, стал слышен лишь треск огромных поленьев в камине. Аман остался стоять за стойкой, как за трибуной. – Как все уже знают, Тамис нас покинула. Я немного пошевелил врача, он подтвердил остановку сердца. При вскрытии обнаружен прокол при полной целостности верхних кожных покровов, костей и окружающей мышечной ткани, – тяжелый взгляд мастера остановился на Теуше. – Его будто вынули, разрезали и поместили обратно. Как провернули только трюк, непонятно. Эксперт в неслабом ступоре, я, честно говоря, тоже. Теуш, что у тебя?

Осторожные отдельные переговоры не нарушили основное молчание. Гурманы хмурились, Зоя приблизилась к Фрею, обычно разговорчивому и дружелюбному. Но сейчас он не хотел говорить.

– Я понимаю, – только и сказал гурман, когда почувствовал на своем плече руку. – Это могло случиться с каждым. Вы ни при чем, Тамис… – Он запнулся, прочистил горло. Данте что-то прошипел себе под нос, отворачиваясь. – Она всегда была себе на уме…

Тамис была законченной эгоисткой, но она была одной из них, и только этим заслуживала заботу. Зоя не могла простить себе, что они с Теушем просто подергали ручку сауны и ушли восвояси, оставив ее там. Если были б настойчивей, возможно, ночь бы закончилась иначе. Пока пыталась сдержаться и не начать оправдываться, Аман снова прикрикнул, привлекая внимание.

– Теуш прошел сегодня чертову кучу процедур, на которых его сердце рассмотрели со всех сторон, заглянули в каждый клапан, вену, желудочек и еще во все те шутки, из чего оно там состоит. И обнаружился шрам. Размера такого же, как и у Тамис. – Сделал паузу. Эмпатам не понадобилось много времени, чтобы связать вместе два случая. Даже убийцы повернули головы в сторону бара и выбрались из глубоких спинок своих кресел, чтобы лучше видеть мастера. Аману пришлось прорываться сквозь нарастающий шум. – На минуту можете все рты позакрывать??

Теуш вернулся к дивану, и Зоя протянула руку, прося показать ей бумагу из больницы. Все косилась на пятерых у камина, но выражение их лиц было скрыто.

– Если мы начнем подозревать своих, – тихо проговорил Сайген, заметив ее опасение, – то Альянса, считай, больше нет.

Он был прав. Зоя перевела взгляд на Амана, выглядевшего сильно раздраженным: ему и слово не давали вставить. В результате он забрался на свою драгоценную стойку, пачкая ее уличной грязью с ботинок. И только когда стал выше всех, еще и взял микрофон, по которому принялся стучать пальцами, головы стали поворачиваться к нему.

– Там был человек, – бросил он в толпу. – У сауны. Некто со скрытым лицом, как маскируются убийцы. Связан ли он с произошедшим – я не знаю…

Его перебили. Из кресла поднялся один из убийц, вышел из полукруга, встал перед собранием. Даже его руки были в перчатках, ни сантиметра обнаженной кожи не было видно. Он провел рукой по своему лицу, поколебав дымку, которая как живая, вновь обняла его голову.

– Что бы вы все, – широким взмахом обвел зал, – не подумали сейчас, мы не фокусники. И добраться до внутренностей, не потревожив внешности, нам не под силу.

Голос был не похож на тот, что она слышала. Зоя выступила вперед.

– Кто еще может носить такую маску?

– Все могут, – спокойно отозвался убийца. – Только вам она не нужна, вы ее не используете.

– Тени, – прошептала Зоя больше для себя и переглянулась с Атари, сидевшим так далеко, что он даже не разобрал движение ее губ, а лишь поднял бровь в вопросе. Повысила голос: – То, что ты носишь на лице – тень?

– Зоя! – заревел Аман, расслышав. Острый взгляд Атари метнулся от Зои к убийце, который медленно кивнул. И тогда она допустила, что эта каста обладает большими знаниями, чем остальные три.

– Ты можешь научить?

Мастер покрылся пятнами гнева, Зоя умолкла, продолжая вглядываться в лицо стоявшего перед ней эмпата. И придумывать, как они могут встретиться без Амана. Хотя бы перекинуться парой слов без его постоянного контроля, потому что теперь он глаз не спустит с нее. В клубе так точно, а за его пределами убийц она не отыщет. Еще и Пауль наверняка успел донести.

Аман нетерпеливо хлопнул в ладони.

– Если будет контакт с тем неизвестным человеком со стоянки – сразу сообщать мне! Я связался с мастерами Жианёва и Мелешки. Один похожий случай был в Бегрансе три недели назад. Завтра я еду туда. Клуб будет закрыт, все сидят по домам. Это ясно?

Соседние города. Зоя машинально кивнула вместе со всеми.

5.

Тамис. Танья Матеуш. Они брали себе другие имена, под которым их знали в клубе. А вот имена, данные при рождении, иногда были и неизвестны.

Зоя неотрывно смотрела на посеревшую кожу, закрытые глаза, восковую маску. Лишь рыжие волосы отчетливо различались в серых лохмотьях тумана, накрывшего кладбище. Все остальное, как и сами люди, размывались.

– Идем, – Теуш обнял ее за плечи и раскрыл над собой зонт. – Необязательно оставаться до конца. Я отвезу тебя домой.

Зоя все оглядывалась и каждый раз вздрагивала, сначала при гулком стуке комьев земли о крышку гроба, а потом мысленно представляя себе этот звук в каждом своем шаге.

– Он тебя пощадил, – оцепенело проговорила. То, что Теуш и Тамис стали жертвой одного человека ли, существа – сомнений не было. Сам эрос пожал плечами.

– Может, его спугнул тот тип, что тебя подобрал. А может, это он и был, просто ты его отвлекла. Может… – мысли не имели законченности, все это были лишь предположения. – Я не знаю. Он начал, судя по оставленной метке. Но я все еще жив. И вот думаю теперь, вернется ли он?

Их догнал Атари, пошел рядом, морщась каждый раз, как ботинки утопали в размокшей глине.

– Подвезти?

Позволял им испачкать его салон. Теуш оценил, но он мог вытереть подошву и в своей машине. Зоя изнемогала от желания вымыть руки, ноги, обувь. Не тащить на себе мертвую пыль, которая, казалось, плавала даже в воздухе и покрыла ее с головы до ног. Завидев лужу за невысокой оградкой, принялась ожесточенно отмывать в ней кроссовки.

Теуш и Атари ждали, в какой-то