Отчаянный разум. Тень памяти

Пролог

Глава 1

Как бабочка, сердце иглой К памяти пригвозждено.

Федерико Гарсиа Лорка

Вызов поступил около четверти пятого утра. Не привыкший к внезапным подъёмам, Алекс с трудом открыл глаза. Он быстро натянул джинсы и толстовку и выбежал в холодную дождливую ночь, захлопнув за собой дверь своего деревянного домика.

Дрожащий от сырости, пронизывающей его до костей, лейтенант Гордов сел за руль своей «Лады Ларгус», которую ему любезно предоставил полицейский участок три года назад.

Такой неожиданный вызов привёл его в замешательство. За последние пять лет жизни в Белозёрске он сталкивался лишь с несколькими несчастными случаями: ДТП, утоплением в озере и падением строителя. Но убийство…

Для этого города подобное событие казалось совершенно невероятным, поэтому, когда Алекс отъезжал от дома, он представлял, как влепит сержанту, зря поднявшему его ни свет ни заря. Он не верил, что судьба решилась преподнести ему сюрприз в виде настоящего дела.

Фары выхватывали из светлеющего утреннего тумана клочки мокрой дороги. Шоссе сворачивало вправо после нескольких километров густого леса, рассечённого дорожным полотном. Алекс подъехал к мигалкам, которые включил патрульный. Потирая лоб, сержант Коновалов опирался на капот служебного автомобиля и нервно курил, а перед ним раскинулось заброшенное поле, усыпанное иссушенными солнцем сорняками. На противоположной стороне дороги располагался пустырь, меньший по размеру, с остатками леса, обнесённый проволочным забором с затёртой табличкой.

Алекс попытался осмотреться: сквозь рассеивающийся туман детали не слишком бросались в глаза, поэтому он поспешил к сержанту, чья непокрытая голова уже изрядно промокла. Взгляд сержанта говорил о том, что новость вовсе не ошибка и уж точно не шутка. Было ясно – этот парень впервые увидел труп.

– Где? – спросил Алекс, стараясь укрыться от мелкого дождя под капюшоном.

Сержант попытался пошевелить губами, но парню явно было проще указать на место преступления, чем заставить непослушный язык заговорить. Уставившись в направлении обрыва под обочиной, куда показал парень, Алекс увидел мокрую серость. Чтобы разглядеть хоть что-то в дождливой синеве, ему пришлось спуститься вниз и погрузить кроссовки в грязь. От неприятного чавканья под ногами Алекс поморщился, присел на корточки и смахнул воду с лица. Надев пару медицинских перчаток, он стал внимательно изучать яму, укрытую тенью.

Девушка, на вид около двадцати лет, лежала лицом вверх в искривлённой позе, словно её пытались несколько раз сложить пополам, но, не добившись успеха, небрежно бросили на землю. Волосы, когда-то белые, теперь напоминали спутанный комок грязного меха. Тонкое платье сохранилось, если не считать огромных пятен земли, пропитавших голубую ткань. Более чистая кофта, надетая сверху, была расстёгнута, но все пуговицы оставались на месте, когда Алекс провёл по ним пальцами. Он посмотрел на лицо и тело: раскрытые пустые глаза, устремлённые в никуда, а кожа на подбородке и щеке была покрыта кровоподтёками. Жуткие синяки облепили её шею. Серые ноги, даже под слоем грязной воды, выдавали царапины и ссадины.

Алекс с трудом подавил приступ тошноты и, поднявшись на ноги, окинул взглядом широкое светлеющее поле. О холоде и дрожи он почти забыл, так как увиденное наполнило его жаром до самых пяток. Пустырь вокруг места преступления затих, как и дорога, тянущаяся вдоль леса у параллельной обочины. Вокруг не было ни души, словно сама смерть провела по шоссе своей косой.

– Чёрт. Дождь все следы смоет, – спохватился лейтенант, нащупывая в кармане телефон. Вынув смартфон, Алекс приготовился делать снимки.

– Я уже немного пощёлкал.

Повернувшись на голос за спиной, Алекс немного удивился, почти забыв о присутствии глубоко тронутого сержанта. Но стоит отдать парню должное – он смог взять себя в руки и включить голову.

– Я сразу решил, что дождь, скорее всего, будет лить долго, поэтому сфотографировал всё, что смог.

Алекс одарил парнишку растерянным взглядом и, преодолев секундное замешательство, вернул телефон в карман.

– Никого не заметил? – спросил Алекс, прочистив горло.

– Нет. Ни машин, ни людей. В это время тут и кошка не пробежит.

– Время запомнил?

– Время???

– Когда ты её обнаружил, – пояснил лейтенант.

– Ну, я… вроде как…

Алекс тяжело вздохнул и опёрся руками на колени.

– Это ведь самое главное…

– У нас есть фотографии. Я почти сразу начал их делать. Там указано время.

Алекс посмотрел на парнишку как на нашкодившего ребёнка и откинул мокрые волосы с лица.

– Чувствуешь запах? – спросил он.

Сержант поднял нос вверх и начал жадно вдыхать воздух.

– Пахнет… цветами.

– Да… цветами… – повторил лейтенант, внимательно изучая богатство зарослей.

– Там много полевых цветов. Дождь их промочил, вот они и… пахнут, – предположил Коновалов.

Алекс снова посмотрел на парня, который втянул подбородок, затем поднялся на обочину и, подойдя ближе, похлопал Коновалова по плечу.

– Неплохо, сержант.

Через полчаса на место прибыла группа криминалистов. Алекс, покуривая возле машины, с интересом наблюдал за суетой людей в белых комбинезонах. Затушив окурок об асфальт, он подошёл к главному криминалисту. В аккуратных движениях Вадима угадывалось облегчение от возможности выбраться из почти пустующей прозекторской.

– Что удалось обнаружить?

Алекс наклонился над обрывом, опираясь на выступающую ногу. Вадим поднял нахмуренное лицо. Первые морщины осветились серо-голубым утренним светом. Криминалист склонился над телом, держа в пальцах пинцет, и жестом подозвал Алекса. Тот недовольно вздохнул, подавив нежелание снова возиться в грязи, и шагнул за обочину.

– У девушки что-то зажато в руке.

– Что именно?

– Посмотри в правой ладони.

Алекс скользнул по мокрой земле и траве, спустился к телу и разжал холодные пальцы.

– Что это такое? – Алекс поднял на свет небольшой белый свёрток и покрутил его. – Чайный пакетик?

– Похоже на то… – протянул Вадим. – Только меньше и с дополнительным швом.

– Его что, прошили?

– Пока точно сказать не могу. Укажу это в отчёте.

– Понял. А что с телом?

Переключив внимание на жертву, Вадим отбросил с лица выражение предвкушения плодотворной работы и с сожалением опустил голову.

– Бедняжку сильно избили. Использовали не только кулаки. Видишь те ссадины на ногах и плечах? – Алекс кивал, не отводя глаз от тела. – Что-то ребристое, как угловатая палка. Следов изнасилования нет, но я точно подтвержу это в лаборатории.

– Понятно… А когда она умерла?

Сжав губы, Вадим покачал головой.

– Только примерно могу сказать.

– Хоть так… – попросил Алекс. – Нужно по горячим следам опросить местных. Мне нужен хотя бы какой-то временной промежуток.

– С восьми вечера до полуночи.

– Уверен?

Вадим укоризненно посмотрел на лейтенанта.

– Думаешь, я тут зря время трачу? – В ответ Алекс поднял руки в жесте капитуляции. – Тело ещё совсем мягкое. Она точно умерла меньше суток назад. Больше сказать не могу.

Задумавшись, Алекс забыл о пакетике, зажатом в пальцах, но придя в себя, заметил на них что-то белое, напоминающее пепел. В носу снова резко запахло цветами.

– Это тоже возьми. Мне нужно знать, что это такое.

Алекс передал пакетик Вадиму и направился прямо в заросшее поле. Вокруг места преступления собралось больше людей, и теперь это напоминало скопление туристов.

Алекс сделал несколько кругов по пушистым зарослям, смял несколько цветков и принюхался к пальцам, но почувствовал только горький запах травы.

– Эй! Сюда! – он щёлкнул пальцами над головой, и несколько голов в фуражках обернулись к нему, затем начали приближаться по протоптанной дорожке. – Нарвите как можно больше растений. – Он указал на сорняки и полевые цветы под ногами. – Хочу знать, что здесь растёт.

***

После чашки кофе в участке Алекса пробрал озноб. Всё, что не проявилось на пустыре, обрушилось на него удушающе холодной волной.

Он закутывался в одеяло, но промокшая одежда прилипала к телу, вызывая неприятную дрожь.

Голос шефа за тонкой стеной становился всё громче с каждым новым телефонным звонком, и заходить туда хотелось всё меньше.

Однако протокол требовал, чтобы оперуполномоченный доложил о результатах осмотра места преступления. Когда Аркадий Борисович наконец пригласил его в кабинет, Алекс допил остатки остывшего напитка и, сбросив одеяло, поспешил по коридору, поморщившись от прохладного воздуха на коже.

– Гордов! – рявкнул начальник. – Заходи, садись.

Аркадий Борисович был на нервах. Это выдавали его резкие движения и сжимающиеся ноздри. Мужчина среднего роста, не слишком широкий в плечах, всегда сохранял сосредоточенное и уверенное выражение лица. Несмотря на солидный опыт работы и возраст, седина не коснулась его тёмных, местами поредевших волос с залысинами у висков и на макушке.

– Доброе утро.

– Доброе для кого? – ещё более басистым голосом спросил шеф, бросив раздражённый взгляд на Алекса. – Докладывай, что нашёл!

Алекс сжал кулаки в карманах, стараясь справиться с дрожью, вызванной промокшей толстовкой.

– Девушка, около двадцати лет… Найдена мёртвой неподалёку от выезда из города. Жестоко избита… Личность пока не установлена. Мы пытаемся…

– Пытаться не надо! – Аркадий Борисович внезапно взорвался. Его голос эхом разнёсся по участку. – Надо работать! – Начальник глубоко вдохнул и прикрыл глаза, словно стараясь обуздать внутренний пожар. – Как такое вообще могло произойти?!

– Не знаю…

Шеф выдохнул, потёр виски и, немного успокоившись, посмотрел на лейтенанта.

– Что думаешь?

– Я?!

– Конечно! Ты же всё там осматривал. Сержанта я уже опросил – слова связать не может.

Ещё бы! Под таким напором!

Алекс в одно мгновение обдумывал всё и сразу: детали преступления, дождь, траву, бедную девушку, жестоко избитую кем-то, причину её смерти. Его мысли крутились с такой скоростью, что перед глазами мелькали мушки, и он совершенно не знал, стоит ли делиться с начальником своими догадками, пока нет доказательств. Не хотелось бы получить выговор, подвергнуться унижениям или потерять это дело. И почему-то последнее пугало парня больше всего, хотя в его провинциальную жизнь убийство совершенно не вписывается.

– В руке девушки мы обнаружили пакет с порошком. – Начальник внезапно поднял взгляд. На мгновение его зрачки сузились, а затем потемнели. – Думаю, это наркотики. Возможно…

– Что ты несёшь, Гордов? – прорычал Борисович. – Ты что, у нас теперь специалист по веществам? Лучше расскажи мне про убийство.

– Докладываю все обстоятельства, – продолжил Алекс. – Думаю, в крови у жертвы тоже что-то найдётся.

– Мне твои выдумки не нужны, понял?!

Мужчина ударил по столу, а затем сгрёб в охапку растрёпанные волосы.

– Сами подумайте, из-за пакетика с мукой не убивают. А вот ради пары граммов амфетамина…

– Что ты… – мужчина запнулся, прижимая кулак к губам. Казалось, само это слово вызывало у него приступ паники. – Ладно… Подождём результатов экспертизы… – теперь его голос звучал отстранённо и даже утомлённо. – А ты пока тщательно выясни всё об этой девочке и… Если надо, опроси весь город, но найди этого ублюдка.

Глава 2

Тихая гавань

Остра твоя, конечно, шутка,

Но мне прискорбно видеть в ней

Не счастье твоего рассудка,

А счастье памяти твоей.

Денис Давыдов

Летний ливень уступил место ярким солнечным лучам и пению суетливых птиц, хлопотавших под окном. Проект по строительству дома на купленном участке требовал скорого завершения, и, сидя над чертежами, Кирилл даже не заметил, как подкрался вечер.

Чтобы дать глазам отдохнуть от экрана ноутбука, он посмотрел в окно и потянул ноющую спину. Несмотря на усталость, в душе было тепло. Ему нравилось сидеть за столом у окна, наблюдая за изменчивой погодой и разноцветными закатами, с нетерпением ожидая возвращения Алины с очередного дежурства. Глубокое ощущение скорого вечера, когда они наконец поужинают вместе, а затем укроются под тёплым одеялом, согревало его.

Постепенно привыкая к размеренной жизни, Кирилл всё чаще замечал, что забывает о болезни. Конечно, он больше никогда не рискнёт своей светлой верой в союз с Алиной и не усомнится в его прочности. Эта забывчивость теперь означала полное освобождение и гармонию с собственным телом. Кажется, после долгого противостояния они наконец смогли прийти к согласию, и почти ничто не вызывает у него паники. Почти…

Кирилл узнал её шаги ещё на подходе к голубому деревянному забору и по характерному стуку калитки. От этих знакомых и приятных звуков на его губах неизменно появлялась улыбка, а в груди разливалась волна нетерпения поскорее заключить родное тело в объятия.

– Привет. – Она всегда вливалась в его объятия, как мёд. Словно только для них и была создана. – Скучал? – спросила девушка с загадочной улыбкой.

– Ещё бы… – прошептал Кирилл, прижимая жену к себе и целуя чуть ниже уха. – Как прошла смена?

– Отлично, – весело ответила Алина, спеша к забытому на полу пакету с продуктами. – Сегодня долго работала с одной девушкой. У нее психологическая травма после несчастного случая. Доктор Крылов попросил меня лично заняться ею.

Алина начала выкладывать мясо и зелень на стол, а помидоры и перец сложила в миску и поставила под проточную воду.

– Как твой проект?

– Здорово, – ответил Кирилл, опираясь на дверной косяк и не отводя улыбчивого взгляда от любимой. – Давай я тебе помогу.

– А как же работа? Разве Ваня не будет ругать тебя? Он же постоянно тебя подгоняет. – На лице девушки мелькнула тень раздражения и беспокойства. – Не хочу, чтобы он снова давил на тебя.

– Для ужина с любимой женой у меня всегда найдётся время. – Кирилл оттолкнулся от стены и, подойдя к Алине, обнял её, мягко поглаживая шею своей щетиной.

– Значит, сегодня ты весь мой? – спросила девушка, опираясь головой на его крепкое плечо.

Кирилл довольно улыбнулся, утопая в синих глазах, и усадил жену на стол. От одного простого действия и взгляда по телу разлилось тёплое томление. Каждая клетка взорвалась от желания ощутить его полностью: его тепло, запах, мягкость кожи и твёрдость напряжённого тела. Алина невольно развела ноги, когда руки парня нежно и уверенно прижали её к горячей груди. Тонкое платье заманчиво скрывало изгибы бёдер, и, не в силах сдерживаться, Кирилл запустил под него ладонь. Их губы неразрывно соединялись в жадном поцелуе. Оба горели от желания. Кирилл дрожал, накручивая на пальцы мягкую ткань трусиков, а в животе девушки рос комок, от которого хотелось поскорее избавиться. Тонкое нижнее бельё упало на паркет. Кирилл нежно прижался губами к её груди. Вместе с выдохом у девушки вырвался тихий стон. Он вошёл в неё сладко и плавно, как карамель вливается в ванильный пудинг. Они нежно любили друг друга на кухонном столе, и в этом сладком мгновении все очертания реальности стирались.

Даже когда жена с восторженным выражением называла Кирилла лучшим любовником и смотрела на него глазами, полными наслаждения, на задворках его сознания всегда мерцала маленькая птичка, нашёптывающая, что он никогда не сможет отдаваться ей полностью. Из всех людей на земле эта замечательная женщина умудрилась влюбиться в не самого сильного мужчину – так всё ещё говорил его разум. Болезнь подавлялась лекарствами и почти не причиняла неудобств, но без минусов не обходилось: слабость и рассеянность иногда подкрадывались из ниоткуда; либидо постоянно снижалось, а ведь он так сильно хотел сделать её счастливой – во всех возможных смыслах. С каждым его отказом из-за работы или слабости он всё меньше верил, что у него это получается.

– Здорово… – расслабленно произнесла Алина, зарываясь в одеяло.

– Можно попросить у тебя честный ответ на один вопрос? – вдруг спросил муж, и Алина заглянула в его карие глаза.

– Да, милый.

– Ты счастлива со мной?

– Конечно… Почему ты спрашиваешь? – Алина придвинулась к нему и нежно погладила его по щеке, направляя взгляд на себя. – Перестань думать, что это не так.

– Я не дурак, понимаю, как мало у нас секса. И это не всегда из-за работы. Я… – Кирилл замялся и отвёл взгляд, – ничего не могу с собой поделать.

Алина приподнялась, села и прикрылась одеялом.

– Я не думаю, что у нас есть какие-то проблемы.

– Ты молодая и красивая женщина. Я знаю, чего ты хочешь.

– Перестань! Не делай из меня сумасшедшую, которая не может себя контролировать. К тому же, я слишком занята на работе, чтобы об этом думать. – Кирилл всё равно смотрел на неё с недоверием. Алина так хотела убедить мужа, что случайно затронула запретную в их отношениях тему. – Ты знаешь, что меня беспокоит больше и чего я на самом деле хочу.

Кирилл вскочил так резко, что перед глазами замелькали тёмные пятна.

– Я начну готовить ужин.

Прежде чем Алина успела вернуть его к разговору, он уже натянул штаны и, схватив футболку, умчался на кухню. Когда она присоединилась к нему, Кирилл нарезал сладкий перец с обнажённым торсом, а волосы топорщились в разные стороны, но даже так он выглядел очаровательно. Ему удавалось быть таким в любом состоянии.

– Ты… забыл одеться, – сказала Алина с грустью в голосе.

Она всегда обижалась, когда он отказывался обсуждать самую тревожную тему. Почему ей так сильно этого хотелось, он так и не понял. Ведь они и так жили прекрасно. Зачем им кто-то ещё?

– Неужели… – начала Алина уже не с обидой, а с разочарованием, – ты даже не допускаешь мысли поговорить о детях?

Кирилл перестал нарезать зелень и резко опустил нож.

– Зачем говорить, если их никогда не будет?

Он посмотрел на жену с таким болезненным выражением, что её сердце сжалось, исчезла всякая надежда на нормальную семью.

– Значит… ты уже всё решил… – протянула Алина почти шёпотом.

– Прости… – ответил Кирилл с такой виной в голосе, что она не смогла продолжить разговор.

Чувства Алины дали сбой, что случается крайне редко, но мысль о том, что у неё никогда не будет маленькой копии этого невероятно красивого мужчины, разрывала её на части. Одна часть понимала, как тяжело будет ему – да и ей самой тоже – если подтвердится самый большой страх. А другая часть безумно хотела убаюкивать маленькое, беззащитное существо с такими же яркими карими глазами или с ослепительно белой шевелюрой.

Слёзы напрашивались наружу, но она никогда не позволяла себе показывать уныние Кириллу, ведь на него это влияло в сто раз сильнее. Она должна заботиться о его здоровье, как никогда раньше. Но кто позаботится о ней?

С каждым годом этот вопрос мучил её всё чаще.

Алина вышла во двор, вдохнула свежий вечерний воздух и уселась на качели. Закат оставил на горизонте тонкую ярко-красную линию, а двор наполнился тенями от садовых светильников. Слёзы стекали по её щекам, а в памяти снова и снова звучали убийственные слова: «Я так решил».

Почему всё так?

Алина недолго плакала. Услышав шуршание автомобильных шин и звук мотора, она посмотрела в сторону подъездной дороги, и сердце немного поднялось со дна. Девушка тщательно вытерла лицо рукавом и открыла калитку.

Увидеть Алекса сейчас было как глоток свежего воздуха в изнуряющую жару. Парень улыбнулся, переступая границу двора и держа в руках большой белый пакет.

– Как жизнь молодая? – спросил он, обнимая Алину свободной рукой. Она обняла его за шею и чмокнула в щёку, от чего его кожа мгновенно покрылась горячими мурашками.

– Привет, Алекс. Почему так долго не приезжал? – спросила Алина, и её голос слегка дрогнул. Вместо того чтобы провести гостя в дом, она вернулась на всё ещё покачивающиеся качели.

– Что-то случилось? – спросил Алекс, оставив пакет на пороге и усевшись рядом. Деревянная перекладина, подвешенная на канатах, заскрипела под его весом. – Поссорились?

Алина молча покачала головой, опустив её, а потом глубоко вдохнула тёплый летний воздух.

– Всё хорошо…

– Я пиво привёз. Хочешь?

Алина кивнула. Парень достал из пакета две бутылки и открыл их с помощью брелока на ключах.

– Как дела на работе? – спросила Алина, потянувшись, чтобы чокнуться бутылкой о бутылку парня. – Много бумажной работы? Кстати, у нас в больнице вчера умер дедушка. Я думала, тебя вызовут. Алёна сказала, что родственники не оказывали должного ухода и не отправили его в больницу, когда это было нужно. Она планировала сообщить вам.

– У меня появилось немного другое дело.

– Более важное, чем доведение до смерти? – с интересом спросила девушка, сделав глоток из стеклянной бутылки. – Что за случай?

– Ты же знаешь, я не могу рассказать, – ответил Алекс, плотно сжав губы. Он подумал, что, возможно, ему вообще не удастся сообщить подруге такую невероятную новость.

– Лучше расскажи, почему сидишь тут одна, пока блондин готовит ужин, – усмехнулся парень, заглянув в окно, где Кирилл суетился у плиты. – Чего он натворил?

– Да всё хорошо на самом деле, – девушка ненадолго замолчала. Алекс терпеливо ждал. – Может, это я капризная и требую от него слишком многого?

– Извини, но я не понимаю, о чём ты.

Девушка вздохнула, размышляя, стоит ли открыться другу. С другой стороны, больше у неё никого нет. Он всегда рядом и всегда – сколько она помнит их жизнь здесь – её понимал.

– Он боится говорить о детях.

Алекс округлил глаза и сделал глоток из бутылки.

– Это… очень щепетильная тема… – протянул парень. – Боится, что ребёнок будет таким же, как он? – Алина кивнула, бросив на друга удивлённый взгляд. – Его можно понять…

– Я знаю… но я к этому готова, понимаешь? А он… нет…

– Нельзя его в этом винить… – Алекс опустил голову и сжал бутылку так, что пальцы побелели. Всё внутри хотело сказать ей, что он может дать ей всё, чего она так желает. Всё, что угодно. Если бы только она полюбила другого друга… Но он должен был поддержать их обоих.

– Может… вам стоит поговорить с врачами? Пройти обследование… пусть они скажут, какие есть шансы. Хочешь, я попробую его уговорить?

– Он уверен, что есть только один вариант: ребёнок унаследует его болезнь. Честно говоря, скорее всего так и будет. Но… я уверена, что мы справимся.

– Дай ему немного времени, ладно? Он всегда так – убеждает себя в чём-то, а потом внезапно всё в его голове переворачивается.

– Не знаю… не ждать же нам до старости?

Алекс понимающе посмотрел в глаза девушке, но слова внезапно исчезли с его языка. Он слишком боялся сказать что-то лишнее – то, что рвётся из его груди и становится всё больше и сильнее.

– Эй! – голос блондина отвлёк его от синих глаз Алины. Кирилл выглядел слишком забавно в клетчатом фартуке, чтобы можно было сдержать смех, и Алекс начал хихикать, прыснув губами. – Может, зайдёшь поздороваться? Или будешь и дальше флиртовать с моей женой?

Моя жена.

Два простых слова прервали веселье. Алина встала с качелей и медленно пошла за блондином. Алекс занёс пакет с угощениями и пивом и уселся на диван, ожидая, пока друг закончит тушить что-то, что аппетитно пахло на весь дом. От аромата мяса и специй его желудок мучительно скрутило, и Алекс попытался вспомнить, когда в последний раз ел. Кажется, это было вчера вечером – перед тем как поступил вызов. Припоминая весь сегодняшний день, парень поморщился.

– Кир, слушай. Ты ведь часто общаешься со строителями?

– Да, когда проверяю, как идёт стройка и сверяю с чертежами, – ответил Кирилл, расставляя тарелки на столе. – И, если возникают трудности в плане, выезжаю на место.

– А где сейчас строится твой шеф?

– На крайней улице, недалеко от озера. И ещё два проекта в центре. А почему спрашиваешь?

– Не знаешь, на каком участке используют деревянные бруски? – Алекс с интересом оперся на колени.

– На всех. Только на том, что у озера, как раз возводят крышу. Лежни и стойки уже установили. Теперь будут крепить стропила.

– Понятно… – задумчиво произнёс Алекс.

Строительство ведётся у озера… Довольно далеко от места, где нашли тело, но туда вполне можно добраться через поля. Если её тащили, то царапины на ногах это подтверждают.

– …это тебе? Эй! – голос Кирилла словно вынырнул из глубины. – Я спрашиваю, зачем это тебе?

– Да так… Появилось одно дело. Нужно кое-что проверить.

– Ух ты! У нашего опера появилось настоящее дело… – с улыбкой произнёс Кирилл, когда все трое уселись за стол. Алина положила парням порции пюре и тушёного мяса. – Опять шестиклассник украл музыкальную колонку?

Алекс с усмешкой покачал головой и, сжав губы, выдохнул, стараясь скрыть то, что было написано на его лице.

– Что-то серьёзное? – настороженно спросила Алина.

– Он не скажет, – ответил за друга Кирилл. – Ему нельзя.

Алекс скосил уголок губ, говоря глазами "спасибо" другу.

– Не скажу. Но на самом деле всё очень серьёзно. – Алина и Кирилл переглянулись. – Поэтому мне нужен образец досок, из которых делают крышу. Если бы ты мне помог… – попросил Алекс друга.

– Можем съездить туда с утра. Я тебе всё покажу.

Глава 3

Богатства в мире нет бесценней, чем разум сильный с правой целью.

Гарри Поттер и дары смерти

Джоан Роулинг

Новый день в отделе проходил в тихой суете. Сквозь порывы ветра за окнами доносился шорох бумажек и шипение рации на посту. Все осознавали: последние события принесли в город настоящий хаос. На некогда спокойные улицы спустился ужас, а в дома прокрался страх.

Алекс ждал разговора с начальником, нервно постукивая пальцем по скреплённым листам отчёта из лаборатории.

Младший лейтенант и следователь Артём Осипов, с которым Алекс сблизился за последние два года, уже отвечал на вопросы начальника за дверью. Тихий голубоглазый блондин, живущий с женой и сыном и выплачивающий ипотеку, всегда удивлял Алекса – несмотря на жизненные обстоятельства, парень явно работал на совесть, а не только ради стабильного заработка. Возможно, поэтому он единственный, с кем старший лейтенант Гордов нашёл общий язык.

– Твоя очередь, – сказал Артём, выходя из кабинета. Он наклонился над столом, за которым сидел Алекс, и перешёл на шёпот: – Лучше его не зли. Старик и так в бешенстве.

Поднявшись на ноги, Алекс аккуратно задвинул стул и без стука вошёл в кабинет. Его встретила тишина светлой комнаты, нарушаемая лишь тиканьем часов. Лейтенант держал в руках несколько листов с неутешительными цифрами, но, заметив начальника, склонённого над таким же отчётом, опустил их чуть ниже кармана джинсов.

– Садись, – произнёс майор Архипов, потирая подбородок.

– Если позволите, я просто присяду, – ответил Алекс, отодвигая стул.

Аркадий Борисович нервно втянул воздух.

– Всё ещё шутишь? Надеюсь, это потому, что ты ещё не читал отчёт.

– Да нет, прочёл. – Алекс небрежно бросил листы перед собой. Глаза майора и лейтенанта встретились. – У жертвы в руках нашли наркотик.

Начальник откинулся от стола и с тревогой выдохнул. В полицейском участке хвалить было не принято, зато нагоняи раздавались направо и налево. Но Алексу похвала была не нужна. Ему хотелось лишь услышать: «Веди это дело, Алекс. Ты заслужил». Но нет… Начальник обожал поднимать планку ещё выше, чтобы ты ненароком не возомнил себя великим детективом.

– Девушка умерла вечером, – начал майор. – Я хочу, чтобы вы прочесали всё. – Тон начальника был пропитан злостью, усиливающейся с каждым новым словом. – Узнайте о ней как можно больше, а лучше всю её жизнь мне перескажите. Где и с кем общалась… Кто, и главное, за что… – голос майора надломился, и, немного помолчав, он сказал совсем тихо: – её убил.

– Будет сделано, – вяло ответил Алекс, как будто без указаний не понимал, в какой ворох информации ему придётся окунуться. – Я думаю, девушку убили из-за наркотиков.

Аркадий Борисович саркастически усмехнулся.

– Алекс… – начал он, подавляя раздражение, – я потому тебя и вызвал сегодня. Пойми, мне не нужны твои нелепые догадки…

– Нелепые? Всё же очевидно…

– Значит, ты во всём уже разобрался… – протянул майор. – Я не намерен слушать всю эту чушь. Молоденькая девочка из нашего города занялась продажей наркотиков? Это твоя версия? У нас в городе нет наркотиков. А твоя задача – найти убийцу.

– Но кто-то всё же привёз наркотики в наш город. И мы должны выяснить, кто это сделал, – начал заводиться лейтенант.

– Ты должен найти убийцу, – сказал майор с нотками успокоения в голосе. – Я хочу, чтобы тебя не отвлекали лишние мысли. Ты нашёл её, и теперь на тебе лежит большая ответственность. – Алекс немного расслабился и пару раз кивнул. – Твоё прошлое… – начальник опустил глаза и откинулся на спинку стула, – может ли оно повлиять на это дело? – добавил он.

Алекс снова напрягся и сжал кулаки под столом.

Вот уж не ожидал, что Борисович заведёт этот разговор.

– Моя прошлая жизнь… – вздохнул Алекс, – никак не повлияет на меня. Даю вам слово.

– Надеюсь… – протянул мужчина. – Я не зря взял тебя на службу без диплома. Я увидел твой талант и трудолюбие, так что не подведи меня. Иначе… – он запнулся, но через пару секунд решил закончить фразу, – вышвырну ко всем чертям.

– Есть, товарищ майор.

Это всё, что Алекс смог произнести в данной ситуации, хотя у него на языке вертелось множество возражений.

Главное, что его не отстранили – это уже маленькая победа.

Начальник, оторвав взгляд от окна, внезапно обернулся, заметив намерение парня уйти.

– Я тебя ещё не отпускал.

Алекс замер, а майор нажал кнопку на селекторе.

– Аня, пригласи нашего гостя.

Несколько минут Алекс пребывал в оцепенении, но вскоре в комнату вошла девушка. Строгие брюки и пиджак поверх тонкой синей рубашки подчёркивали её уверенную походку. Взгляд рубиновых глаз мелькнул на Алексе и быстро переместился к Аркадию Борисовичу. Она подошла ближе к столу и пожала руку мужчине.

– Это капитан Герасимова, – объявил начальник. – Она приехала из столицы, чтобы помочь с нашей проблемой. Лика Романовна будет руководить этим делом. – Алекс не сразу осознал, что продолжает смотреть на новую сотрудницу. Капитан? Из столицы? Вот это да! – Ты должен во всём слушаться её. Ясно?

– В чем… собственно… причина такой шумихи? – начал Алекс, явно возмущённый полным недоверием. – Ну, убили девушку. В стране сотни убийств каждый день, и как-то справляются без столичных дамочек.

Майор неловко закашлялся, посматривая на девушку беглыми глазами. Лика опустила взгляд, слегка сжав губы.

– Ты… что себе… позволяешь? – пробубнил майор. – Совсем страх потерял? Имей уважение.

– С этим делом я вполне справлюсь без сомнительных помощниц.

– Ах ты… – майор округлил глаза, тяжело дыша и краснея от гнева и стыда. – Как тебе не стыдно? Заткнись и иди работай, выполняя приказы, иначе… уволю.

Ухмыльнувшись, Алекс посмотрел на девушку, которая продолжала изучать пол, и, протянув руку, открыл дверь.

– Куда направился? – рявкнул начальник. – Даже не поприветствовал!

Алекс остановился в дверях и медленно обернулся.

– Выполняю приказ – иду работать.

Майор моментально позеленел, стараясь подобрать подходящие слова, но к тому времени, как он выплюнул «щенок», Алекс уже закрыл за собой дверь кабинета.

Кирилл позвонил Алексу после обеда и сообщил, что вместе с бригадой строителей осматривает объекты. Он сказал, что будет ждать его через час в доме у озера. Когда Алекс подъехал к строящемуся дому, его друг стоял у деревянной конструкции и делал записи в длинную тетрадь.

– Привет, Архитектор! – Выйдя из машины, Алекс начал внимательно осматривать окружающую территорию. Озеро было видно только вдали, за небольшой рощей из берёз и сосен. В тёмной воде отражались деревья с противоположного берега. Под ногами было много песка и опилок, свидетельствующих о масштабном строительстве. По соседству находилось ещё несколько недостроенных домов подобной формы. В некоторых из них уже жили люди, поэтому в окнах горел свет.

– Выбирай, – сказал Кирилл, глядя на лейтенанта сверху вниз, когда тот присел, чтобы прощупать почву. – Не знаю, какие доски тебе нужны.

Внутри каркаса дома были разбросаны деревянные бруски. Кирилл внимательно следил за действиями друга, пока тот не перекинул десяток таких досок.

– Так вот какая она… работа полицейского… – произнес блондин с легкой улыбкой на лице, и Алекс, прищурившись, посмотрел на друга.

– Заметь, ты тоже сейчас здесь, архитектор.

– Вообще-то инженер. Архитектор – это немного другое. И я не копаюсь в мокрых щепках.

– Умничать вздумал? Зато моя работа помогает людям.

– Успокойся. На самом деле это здорово, – улыбнулся Кирилл. – Я горжусь тобой.

– Замолчи…

– Приятно осознавать, что это я стал причиной.

– Чего? – Алекс обернулся к блондину, перестав разглядывать доски.

– Если бы не спас тебя тогда… мир бы не увидел такого замечательного полицейского…

Кирилл засиял ободряющей улыбкой и рассмеялся, когда глаза Алекса распахнулись от удивления.

– Вот же засранец… – Алекс нарочно бросил кусок щепки мимо парня, который всё равно попытался увернуться.

Блондин подошёл ближе и начал разглядывать кучу деревяшек, собранную Алексом.

– Такой же доской убили ту девушку? – прошептал Кирилл, наклоняясь к уху Алекса. Тот резко обернулся, встретившись с жёлто-карими глазами собеседника.

– Откуда ты знаешь?! – холодок пробежал по позвоночнику лейтенанта.

Блондин выпрямился, и друг поднялся на ноги, наблюдая за его растерянным взглядом.

– Сосед сегодня утром сказал, что у его коллеги убили дочь.

– Чёрт… – пробормотал Алекс. Ещё один повод для выговора от майора. – Алина в курсе?

– Мы как раз гуляли, когда встретили Бориса Антоновича. Слушай, скажи честно… Алине нужно быть осторожнее?

– Нет… нет, что ты… Я бы обязательно сказал. – Алекс старался сделать голос как можно более убедительным. – Вам нечего бояться, обещаю. – Кирилл кивнул. – Как у вас дела в целом?

– Всё замечательно, – отмахнулся Кирилл.

– Когда я заезжал, Алина казалась расстроенной.

Блондин напрягся и провёл рукой по волосам.

– Она что-то говорила?

– Рассказала, что в её отделении умер один дедушка. А ещё ей нравится лечить детей. Сказала, что хочет маленького блондинчика.

Кирилл потемнел лицом и уставился в пол.

– Понятно…

– Думаю, вам стоит серьёзно обсудить эту тему, – сказал Алекс, хотя сердце у него сжималось от напряжения.

– Что с тобой?

– Не знаю, как ей объяснить, что у нас не получится завести ребёнка…

Алекс вздохнул и оглядел пустую улицу. Грудь сдавленно ныла от назойливых, совсем не дружеских мыслей, которые тут же вызывали чувство вины.

– Эй! Ну чего ты расклеился? – Алекс мягко похлопал друга по плечу. – Ты же всегда действуешь решительно. Ты ведь не можешь быть на сто процентов уверен, что ребёнок будет болен.

– Подумай, Алекс, и скажи: сколько раз в жизни что-то плохое обходило меня стороной?

Блондин казался подавленным. Это читалось в его глазах, хотя на лице оставалось привычное спокойное выражение.

– Вы справитесь, я уверен, – проговорил Алекс, сам мечтая о том же, но в итоге его мозг рисовал перевёрнутую картину семьи, где по двору бегает тёмноволосый синеглазый малыш.

– Нет… – выдохнул Кирилл. – Я не боюсь семейных обязательств, но видеть, как страдает мой ребёнок… и, не дай бог, чтобы Алина пережила то, что она испытала со мной… – Кирилл громко сглотнул, – ни за что…

– Понимаю… – пробормотал Алекс. – Но Алина не перестанет этого хотеть. Давай подумаем, что с этим можно сделать…

– Я… в состоянии… подумать о своей жене, – Кирилл внезапно собрался и встал на ноги. – А у тебя и так много дел.

Опять это его «Моя жена». Как будто он мог забыть, что Алина принадлежит другу.

Алекс молча достал из кармана пакет для улик и завернул в него одну из досок.

– Спасибо, – сказал Алекс, спускаясь с возвышенности, на которой строился дом.

– И тебе, – ответил Кирилл, шагая следом. За что – Алекс так и не удосужился спросить. Но что-то подсказывало, что делать этого не стоит.

– Я отвезу тебя домой.

– Нет… у тебя полно дел. Я пройдусь.

– Уверен? – настороженно спросил Алекс.

– Уверен.

Глава 4

Людей можно спасать от смерти, но нельзя спасти от жизни.

Сериал Волчонок (Teen Woolf)

Собрание в кабинете майора всегда начиналось с долгого кашля Аркадия Борисовича, которым он, видимо, пытался настроиться на беседу. Новоиспечённая наставница устроилась напротив Алекса и всё то время, пока начальник «настраивался» на собрание, разглядывала небольшую стопку бумажек перед собой. Как назло, у лейтенанта не оказалось документов, за которыми можно было бы спрятать непослушные глаза, непрерывно устремлённые на аккуратно одетую женщину.

Коновалов и Осипов также присутствовали по просьбе майора, который хотел услышать все данные из первых уст.

Прочистив горло и выпив солидное количество воды, Аркадий Борисович наконец-то начал издавать невнятные звуки. Алекса одновременно удивляло и забавляло его странное поведение. Влияние новенькой красавицы в отделе? От этой мысли лейтенант расплылся в улыбке. Бедняга… Майор, наверное, уже и забыл, когда в последний раз общался с девушками. Без сомнения, все мужчины в кабинете напряглись, но только начальник, казалось, выдавал себя, как школьник, пытаясь скрыть бегающий взгляд и неловкость. Подчиненные с нетерпением ждали его речи, и лишь капитан Герасимова, казалось, ничего не подозревая, продолжала изучать отчёты.

– Итак, – начал майор заметно громче, чем намеревался, – о докладе по телу найденной девушки… Что у нас там…? – спросил Аркадий Борисович, хотя только что оторвал взгляд от лабораторной папки. Наблюдать за ним становилось всё интереснее.

– Признаки насильственной смерти очевидны, – начала Лика Романовна с усталым вздохом, – без сексуального мотива, избита и убита ударом тупым предметом по затылку. На пальцах, а также в руке был найден пакетик с амфетамином, – сказала она, имитируя чтение, но Алекс заметил её застывшие зелёные глаза. Было ясно, что она уже наизусть знала отчёт до начала собрания, но не спешила выставлять свой ум напоказ. Интересно…

– Что скажешь, Алекс? – спросил начальник, и парню пришлось оторвать взгляд от Лики.

– Мы провели экспертизу найденного мной бруска на стройке, неподалеку от места преступления. Этот тип дерева совпадает с занозами на теле жертвы, – Алекс выпустил из пальцев лист отчёта и продолжил. – Это позволяет предположить, что убийца как-то связан со стройкой.

– Отлично… – заключил майор, снова прочистив горло.

– Ммм… – вырвалось у Лики, когда она подняла взгляд, будто не отчёт о вскрытии читала, а пробовала на вкус капучино. Все присутствующие тут же посмотрели на неё. – Подобных досок на месте преступления не нашли. Возможно, это совсем другая стройка. Поставщик дерева для всех объектов может быть один и тот же. Мы не можем с уверенностью сказать, что девушку убили именно этим бруском. Вот если бы на нём были следы крови…

Если бы кожа Алекса не была такой светлой, он бы наверняка побледнел. Эта бесстрашная только что одним предложением разрушила все его версии произошедшего.

– Согласен… – протянул начальник, – есть пробелы. И наша задача как раз их устранить. Очень точно подмечено, Лика Романовна.

Алекс едва не закатил глаза, но поймал пристальный взгляд Лики, надеясь, что она заметит гнев. Но Лика на его, казалось, явную угрозу лишь слабо улыбнулась, растянув припухлые розовые губы. Лейтенант резко перевёл взгляд на начальника.

– Значит так! – Аркадий Борисович снова сделал глоток воды из стакана. – Алекс, первым делом повторно опроси всех соседей, возьми столько людей, сколько нужно, и обойди прилегающие улицы. Ищите зацепки, ясно? Надеюсь, вы с Ликой Романовной сработаетесь и найдёте негодяя.

– Если позволите, я помогу лейтенанту. Мне тоже нужны люди. Вместе мы быстрее опросим жителей, а потом я хотела бы поговорить с работниками стройки. Мне кажется, мы найдём там что-то интересное.

Алекс нахмурился, взглянув на Лику. Ему начинало казаться, что она умеет читать мысли. На стройку он вообще-то собирался заехать один. В груди завязывался комок. Незваная наставница раздражала своим спокойствием и нестандартным ходом мыслей. К тому же, она сама отклонила версию с доской… Или что-то затеяла?

Ничего не поделаешь… Парень сжал кулак и промолчал. Придётся смириться с надзором девчонки. Отстранение ему сейчас нужно меньше всего. Ради дела Алекс готов терпеть любые насмешки. Ведь молоденькая девушка будет навсегда покоиться в земле, мать, возможно, никогда не перестанет лить слёзы, а тот ублюдок, посеявший этот ужас, продолжает разгуливать на свободе. Немного подумав, Алекс понял, что это злит его гораздо больше любых перипетий в отделе, ведь в конечном счёте Алисе уже всё равно, кто именно приведёт следствие к правде, но лейтенант Гордов продолжал верить, что каждый из нас имеет право на справедливость.

После собрания все плавно переместились в рабочий кабинет оперативников. На широкой доске были размещены фотографии убитой девушки и брусков, найденных Алексом. От скудного количества улик лейтенант разочарованно сжал губы, присев на край стола с чашкой горячего кофе. Лика стояла в стороне, опираясь на дверной косяк, и слушала майора, который теперь излагал свои мысли у доски с уликами.

– Первая наша локация – стройка у озера. Параллельно нужно опросить всех в радиусе двух километров от дома жертвы. Всё понятно? – сотрудники, собравшиеся в комнате, внимательно слушали начальника, и Алекс заметил серьёзность на их лицах. Обычно любое другое дело в этом отделе сопровождалось перешёптыванием и смешками, но сегодня офицеры смотрели прямо на него, что даже самому майору показалось странным, и Борисович постоянно запинался, долго подбирая слова. Их настрой немного согревал душу. Чувствовалось неравнодушие, хоть и было предчувствие, что оно мало чем поможет. – И главное! Все новости лично ко мне в кабинет, – заключил майор и прикрепил к доске фото того самого дома у озера, где он встречался с Кириллом. Рука машинально сжала горячую кружку. Пальцы побелели, и, почувствовав жар, Алекс пролил каплю на пол, слишком поспешно перехватив кофе второй рукой.

Алекс прикусил губу, вспомнив о друге, и почувствовал на себе чей-то взгляд. Он огляделся и столкнулся глазами с Ликой, которая, не стесняясь, пристально смотрела на него. Лейтенант оставил недопитый кофе на столе и вышел в коридор.

Проходя мимо поста, Алекс встретил запыхавшегося Артёма, который шёл с папкой в руках.

– Что с кровью, ничего не известно?

– Я только что из лаборатории, – вздохнул коллега. – Эксперт сказал, что с нашим оборудованием он ничего не обещает. Что-то в этом роде…

– Ясно… – Алекс с шумом выдохнул. – Тогда зайду к нему. А ты послушай Борисовича. Он сегодня в ударе.

– Ладно… удачи.

Как обычно, к прозекторской вёл усиливающийся холод. Узкий сырой коридор сразу напоминал, что в конце его не будет жизни. Здесь оказываются те, кому не повезло больше других. Те, кто встретил свой мрачный финал, и кого вскоре препарируют. Те, кто хотел бы жить дальше, но просто свернул не туда…

– Здравствуй! – лейтенант Гордов тихо отодвинул пластиковую ширму на входе и заглянул в тёмную холодную комнату, где тени от круглой лампы плясали на стенах. За железным столом сидел задумчивый Вадим, скрестив руки на груди. – О чём так сильно задумался? Поделишься?

Вадим открыл глаза и медленно поднял голову.

– Думаю, как совершить невозможное… в этом храме смерти. – Вадим устало развел руки в стороны.

– Фу, как грубо. – Алекс подошел к столу, где под простыней лежало тело. – Может, это их убежище. – Взгляд Вадима остановился на Алексе. – Что, всё настолько плохо?

Вадим выдохнул. Алекс знал, как Вадим не любил объяснять каждому, что лаборатория не творит чудес, как в американских сериалах, где герои в следующей серии находят убийцу по одному нечёткому отпечатку. Это жизнь… и всем в этом участке придётся из кожи вон лезть, чтобы добыть хотя бы одну улику.

– Что-то я ещё могу, понятно? – сказал криминалист, вставая со стула и подходя к телу. – Но это не будет так быстро, как ты думаешь.

– Честно говоря, я вообще пока ничего не думаю. Голова раскалывается от потока информации.

– Вижу, Борисович вас не щадит… – хрипло усмехнулся Вадим. – Немного завидно, что у него проснулось рвение к великим делам.

– Не вини себя, ты всё-таки работаешь с трупами.

– Раньше его не особо волновали дела города.

– Это точно. Поэтому дела закрывались за недостатком улик…

– Но не твои… – заметил Вадим, на что Алекс машинально усмехнулся.

– Умоляю, дай мне хоть немного надежды… – произнёс лейтенант и кивнул в сторону застывшего тела.

По сжатым губам криминалиста Алекс понял, что надежды ему не видать, как своих локтей.

– Единственный способ обнаружить наркотические вещества в этом теле – сделать анализ по амилазе крови, и я даю лишь пять процентов вероятности, что мы что-нибудь найдём. Так что, прости, мой дорогой друг, тебе придётся работать по старинке.

– Мы с тобой удачливы. Будем верить, что пять процентов – это половина победы.

– Угу… – саркастически отозвался криминалист. – Эти пять процентов превращаются в два, потому что у нас нет нужного оборудования.

Алекс открыл рот, но тут же его закрыл.

– И как ты собираешься это провернуть?

– Проверну, – уверенно ответил эксперт. – Отправлю образцы в Москву. Чем быстрее мы это сделаем, тем лучше, иначе наши шансы растают вместе с этой бедняжкой.

– Так чего ты ждёшь?

– Всё ещё жду одобрения начальства, умник.

– Отправляй прямо сейчас, а Борисовича и остальных я возьму на себя.

Вадим лишь тихо фыркнул в ответ.

– Хочешь получить по шапке? Или без погон остаться? Товарищ майор вон как себе повышение выбивает, а ты чем хуже?

– Да плевать… – ответил Алекс и положил ладонь на плечо мужчины. – Очень тебя прошу, отправь образцы. Ты же знаешь, вся эта бумажная волокита будет длиться вечно, а ублюдка мы можем уже никогда не найти.

Вадим тихо проворчал себе под нос и отвернулся, полон сомнений.

– Алекс, Алекс… Это не первое твоё и не последнее дело. Ты способен на многое, если будешь придерживаться правил. Ты сможешь помочь многим людям, а не только одной погибшей девушке.

– Погибшей? – почти закричал Алекс, отчего Вадим бросил на него суровый взгляд. Мужчина терпеть не мог громких звуков в своей прозекторской, но, несмотря на возмущение Алекса, промолчал. – Вот кто она для тебя? Хорошо… – продолжал Алекс уже гораздо тише. – Думаешь, мы ничего не можем изменить? Да, эта девушка скоро станет прахом, и жители забудут об этом ужасном дне. По сути, это мало кого волнует. Люди продолжают жить своей жизнью. Но… Это не может просто так закончиться, не может…

Глаза коллег встретились, и Алекс долго с надеждой ждал реакции на свои слова.

– Я понимаю тебя, но и ты пойми, что одной ошибкой ты разрушишь всё. К тебе уже приставили капитана, а если перестанешь исполнять приказы…

– Я же сказал, что со всем разберусь, – Алекс придвинулся ближе к мужчине, опираясь на край стола. – И с этой московской штучкой тоже. Но и ты мне помоги. Обещаю, тебе ничего не грозит. Скажу, что это я тебя заставил.

– Прекрати! Не начинай этот детский сад. Я в состоянии отвечать за свои поступки.

– Я успокоюсь только тогда, когда увижу морду этого козла за решеткой. Не могу объяснить, но что-то словно тянет меня в это дело, понимаешь?

– Ох, Алекс… Ты начинаешь меня пугать.

– Я чувствую, что… Должен это сделать. Кроме нас больше некому.

– В этом ты прав. Борисович будет выдавать всё за обычное нападение или кражу.

– Но мы-то знаем, что всё обстоит иначе… – продолжал убеждать лейтенант. – Этот порошок на её пальцах не мог появиться из ниоткуда, верно?

– Верно… – вздохнул Вадим, устало прикрывая глаза. – Чувствую, ты подведёшь нас обоих к краю…

– Я найду этого мерзавца, чего бы мне это ни стоило. – Алекс раздражённо сунул руки в карманы. – Вопрос в том, хочешь ли ты тоже наблюдать его арест, зная, что приложил к этому все усилия.

Вадим улыбнулся и хлопнул Алекса по плечу.

– У меня тоже есть на это ответ.

Глава 5

Покинул я поля и нивы; они туманом облеклись. Душа, смири свои порывы! Мечта невинная, проснись! Утихла дикая тревога, и не бушует в жилах кровь: в душе воскресла вера в бога, воскресла к ближнему любовь.

Иоганн Вольфганг Фон Гёте

«Фауст»

Вадим пообещал позже сообщить ответ и непременно выполнить свою часть работы. Весь день лейтенант блуждал по коридорам и кабинетам, снова просматривал записи с камер наблюдения, чтобы потянуть время и незаметно ускользнуть из отдела к Кириллу и Алине. Нужно было предупредить друга о пристальном внимании полиции к дому.

И всё благодаря ему…

Уходя вечером с участка, Алекс до последнего надеялся не попасться на глаза «капитанше», но она поймала его прямо у выхода.

– Лейтенант! – Алекс остановился. Хорошо, что девушка не видела его лица, полного разочарования, со спины. Он медленно обернулся. – Александр Гордов, вы меня избегаете?

– Что вы, товарищ капитан, как я могу? – проговорил парень, с трудом сдерживая раздражение. Давненько его Александром не называли…

– Утром я ждала, что вы проявите инициативу и подойдёте, чтобы вместе поехать на задание. Потом искала вас по всему отделу, но к вечеру поняла, что вы играете со мной в прятки. Очень некрасиво с вашей стороны. – Лика сделала два уверенных шага к лейтенанту. – Но я уже привыкла к такому отношению в полиции со стороны мужчин. Так что давайте быстрее пройдём этот момент демонстративного неуважения и начнём работать. Потому что мне всё равно, как вы ко мне относитесь. Я здесь, чтобы выполнять свою работу, и никто мне не помешает.

Ого! Она всегда так много говорит?

– Вы ошибаетесь, я к вам никак не отношусь. Я вас не знаю. И независимо от ваших мыслей, я иду работать.

Алекс развернулся и направился к машине, что вызвало у девушки ещё большее недовольство.

– Мы должны работать вместе, – заявила Лика, следуя за лейтенантом.

– С чего вы это взяли? – усмехнулся он.

– Хотя бы потому, что Аркадий Борисович…

– Аркадий Борисович искренне верит, что это обычное убийство, – Алекс остановился и обернулся полубоком. – Вы тоже так считаете, Лика Романовна?

– Пока не знаю, – честно ответила девушка, на что Алекс вздохнул. – Но хочу это выяснить, и мне бы очень хотелось рассчитывать на вашу помощь.

Лейтенант пытался уловить в изумрудных глазах девушки намёк на её намерения или подвох, но там была лишь непроницаемая профессиональная серьёзность.

– Хорошо… Всё равно нам придётся работать вместе. Но какие у вас мысли по поводу дела? У каждого своя версия. У майора одна, у меня другая…

– Вы не узнаете моих версий, если будете убегать, как мальчишка. Вы ведь это делаете, потому что тоже хотите скрыть свои догадки, не так ли?

Чёрт! – нахмурился Алекс. – Она что, из ФСБ перевелась?

– Как можно работать, если каждый будет расследовать в одиночку? – продолжала Лика. – Лучше объединить усилия, разве нет?

Молча засунув руки в карманы куртки, Алекс посмотрел в сторону горизонта, где виднелись верхушки деревьев. Перед его глазами всплыла недавняя сцена леса и пустыря, где одиноко лежала остывшая и брошенная девушка. В чём-то капитан Герасимова права – отдел тяжких преступлений должен работать, как хорошо отлаженный механизм, иначе преступность вырастет до невообразимых масштабов. Ослушаться капитана он всё равно не может, даже если это привлекательная женщина.

– И что вы предлагаете, товарищ капитан?

– Мы отправляемся на стройку, – сообщила Лика, найдя нужные адреса в своём блокноте. – А по дороге навестим нескольких соседей, которых я нашла сегодня днём.

– Каких соседей?

– Соседей жертвы. Я решила опросить тех, кто был дома на момент её смерти.

– И как это нам поможет? Ведь девушку убили не дома.

Они подошли к машине Алекса. Лика взялась за ручку пассажирской двери, словно он был её личным водителем. Алекс нарочно слишком долго искал ключи в кармане, медленно нащупывая нужную кнопку, наблюдая за полным спокойствием напарницы. Как только замки на дверях щёлкнули, Лика сразу села внутрь и пристегнула ремень. Осторожно вдохнув свежий вечерний воздух и приподняв брови, лейтенант сел за руль.

– Люди могли бы заметить, если кто-то забирал девочку из дома или приезжал накануне.

– Это понятно. Не нужно думать, что я дурак, – немного обиженно сказал Алекс. – Но почему вы, Лика Романовна, решили, что они нам всё расскажут? Тем более правду. Если это дело, в чём я уверен, связано с наркотиками, они ни слова правды не проронят. К тому же всех жильцов улицы уже опрашивали.

– Они обязаны.

Алекс тихо рассмеялся.

– Мне ли вам объяснять, что не каждый понимает свои обязанности. А чтобы их выполнять, нужно сначала понять…

– Лейтенант… – Лика нахмурилась и повернулась к парню с ещё большей решимостью. – Вы всегда находите отговорки ради безделья? А притворяетесь, что вам не всё равно… – Алекс с трудом сохранял молчание, вспоминая картину изувеченного тела на пустыре. – Для начала нужно выслушать их, а потом уже делать выводы. – Лика немного помолчала, наблюдая, как Алекс крепко сжимает руль. – Если вы хотите найти убийцу и разобраться в деле, вы должны меня слушать, лейтенант. Я вам не враг.

Алекс не стал отвечать на её разглагольствования, но в мыслях, безусловно, послал её к чёрту вместе с сомнительными доводами. Молодой человек завёл двигатель, резко переключил рычаг коробки передач и рванул вперёд.

До первого адреса они добрались примерно через десять минут. Всё это время Лика рассказывала о жильцах: муж и жена Потаповы давно обитают в этом доме. Их сын несколько лет назад уехал учиться в Москву. Дома он бывает редко, но, когда приезжает, подрабатывает на стройке и покупает родителям дорогие вещи – например, новый холодильник или запчасти для отцовской машины.

– Всё это вы узнали, сидя в отделе? – поинтересовался Алекс. Ему всё больше казалось, что капитан Герасимова могла бы работать в разведке.

– Весь день изучала информацию об опрошенных жителях. Вы бы тоже многое успели, если бы не избегали меня, как прокажённую.

Капитан Герасимова произнесла это так, словно читала сценарий. Ни малейшего намёка на обиду. Лишь твёрдые факты.

– И что вы теперь собираетесь у них спрашивать? Какие вопросы планируете задавать? Затрагивать тему сына нельзя, иначе они испугаются и побегут писать жалобу. Да и вообще… Он что, подозреваемый?

– Лейтенант Гордов, когда расследование только начинается, подозреваемыми могут быть все. Даже мы с вами. Машина остановилась у ухоженного дома, украшенного клумбами. В окне справа зажёгся свет. Лика нажала на кнопку звонка, и дверь тут же распахнулась. На пороге появилась пожилая женщина с удивлёнными глазами. – Здравствуйте! Капитан Герасимова, – представилась девушка, показывая хозяйке своё удостоверение. – Мы приехали поговорить об одном происшествии. Глаза женщины были поистине широко раскрыты от удивления.

Алекс быстро пересёк двор и остановился рядом с напарницей. К хозяйке присоединился её муж, с такими же перепуганными глазами, но чуть более сдержанный.

– С Олегом что-то случилось? Наш сын… с ним всё в порядке?

Лика застыла на пороге, словно окаменев, даже не пытаясь хоть что-то ответить.

– С Олегом всё в полном порядке, – вставил Алекс. – Он всё ещё учится в своём институте. Мы пришли поговорить о другом.

Женщина громко выдохнула, приложив руку к груди и посмотрев на мужа. Но больше всего Алекса поразил взгляд Лики, которая не дрогнула, несмотря на то что до чёртиков напугала хозяев. Она просто стояла и изучала их эмоции, как маньячка.

– Мы хотим поговорить об убийстве девушки, – сказал Алекс. Хозяйка, прикрыв рот рукой, отошла в сторону. – Вы позволите пройти? – Алекс остановил напарницу, которая уже собиралась войти без разрешения, и только после кивка женщины и одобрительного жеста мужчины он опустил руку.

Лика беззастенчиво рассматривала мебель, картины на стенах, фотографии на полках и заглядывала в комнаты.

– Но… я не понимаю, что мы можем сказать. Мы ничего не знаем, – растерянно проговорила женщина.

– Это их работа, – сказал мужчина, ободряюще сжав плечо жены. Он встал позади неё, словно телохранитель, когда она уселась на диван. – Приходить ко всем подряд…

– Просто ответьте на несколько вопросов, хорошо? – попросил Алекс, присев перед ними. Лика почти незаметно передвигалась по комнате, изучая фотографии их сына.

– Вы знали убитую девушку?

– Нет… Мы узнали об убийстве только тогда, когда в тот вечер к нам пришли полицейские, – спокойно ответил хозяин. – Можно задать вопрос?

– Да, конечно…

– Сколько раз вы собираетесь приходить? Пока наши ответы не изменятся? Вы ведь задаёте те же самые вопросы, что и ваши коллеги в форме.

– Я понимаю… – кивнул Алекс, – мы вас побеспокоили, и, возможно, нам придётся прийти ещё не раз. Это зависит от того, как будет развиваться следствие. Поэтому прошу вас, расскажите всё, что знаете и что видели, чтобы вас больше никто не тревожил. Как только вы ответите на все вопросы честно, обещаю – мы больше не придём.

Оба понимающе кивнули.

– Итак… Девушку вы не знали… А может быть, знали её мать? Их дом в конце улицы – с белым забором и ржавой крышей.

– Мы не знакомы, но я часто видела эту женщину в библиотеке. Знаю только, что она работает в каком-то офисе в центре.

– Хорошо…

Алекс начал записывать слова, сказанные хозяйкой.

– Вы сказали, что не знали её. Откуда тогда у вас такая информация? – вмешалась Лика. Алекс одарил напарницу суровым взглядом.

– Я… Уже не помню… – растерялась женщина. Алекс молчал. Ему не хотелось давить на старушку, хотя он и понимал, что хозяева явно что-то недоговаривают.

– Простите, это что, допрос? – вмешался мужчина. – Она же сказала, что не знает.

– Тогда я вам подскажу, – ответила Лика и показала хозяевам фото их сына вместе с Алисой и ещё одним парнем. Разница в возрасте между ним и этой парочкой была заметна. – Ваш сын был знаком с Алисой?

Честно говоря, Алекс был немного ошарашен. Пробыв в чужом доме меньше пятнадцати минут, капитан Герасимова смогла найти значимую зацепку. Ему хотелось её остановить, но лейтенант понимал, что она действует правильно, пусть и несколько резко.

– Наш сын ничего не знает об Алисе, – теперь мужчина повысил голос. – Уходите!

– Если вы не хотите говорить правду, нам придётся вызвать вашего сына в участок, – настаивала капитан.

– Вот ещё! – рыкнул хозяин прямо ей в лицо, а Лика лишь немного прищурила глаза. – У вас нет на это права!

– Есть, и ещё как, – не менее спокойным тоном ответила девушка.

– Постойте! – Алекс встал между ними, подняв ладонь. – Никто не подозревает вашего сына. И никто не собирается насильно его допрашивать. – Он выхватил фотографию из рук Лики. – Вы знаете этого парня?

– Кажется, они с Олегом дружили… – ответила женщина.

– Молчи! – приказал ей муж. – Мы не знаем, что натворил этот парень. Они всё повесят на нашего сына.

– Спокойно! – сказал Алекс. – Мы ни на кого ничего не вешаем. Я обещаю, вашему сыну ничего не угрожает. Просто скажите, кто этот парень? Он может что-то знать об убитой девушке, вот и всё. Нам просто нужно с ним поговорить.

Мужчина сумел совладать с гневом и выдохнуть.

– Я не знаю, кто этот парень, – ответил он. Его жена от всего происходящего, кажется, уже разучилась говорить. – Сын уже взрослый и давно не посвящает нас в свои дела. Однажды он просто поставил у кровати эту фотографию. Тут полно снимков его одноклассников и друзей. Вы их всех будете проверять?

– Если потребуется, будем, – резко заявила Лика, и Алекс с трудом подавил в себе желание заткнуть ей чем-нибудь рот.

– Когда вернётся Олег? – мягко спросил Алекс. Мужчина, кажется, наладил с ним слабый контакт, потому что отвечал только ему и даже расслабившись присел на диван.

– Обещал приехать в конце недели.

Алекс достал из кармана визитку и протянул мужчине.

– Пожалуйста, попросите его позвонить нам. Или пусть придёт в участок и найдёт меня. Прошу вас, это очень важно.

– Я вас понял, лейтенант.

Когда они вышли во двор, на улице уже стемнело. Фонари отбрасывали тени на розы, гнущиеся от ветра.

– И что это было? – первой спросила Лика.

– Да, у меня такой же вопрос. – У машины девушка снова ждала, когда откроются двери, но Алекс не спешил доставать ключи. – Вы всегда так допрашиваете людей?

– А вы всегда так заботитесь о всех? – возразила капитан.

– Это называется простым уважением. Если расположить к себе человека, он сам всё охотно расскажет.

– Да вы, лейтенант, кажется, совсем не знаете людей. Как вас приняли в органы с таким мягким характером? Сейчас эти люди, возможно, покрывают преступление своего сына, а вы дали им шанс помочь ему скрыться.

– Вы решили, что этот парень преступник только на основании одной фотографии? Замечательно… Удивляюсь, как вам удалось стать капитаном с такими поверхностными суждениями. Если каждый второй в городе преступник, то нам скоро придёт конец, и наша работа потеряет всякий смысл.

– Успокойтесь, лейтенант! Я не утверждала, что их сын причастен к убийству. Под давлением и страхом люди охотнее говорят правду. Разве вас этому не учили в академии?

– Меня учили, что каждый человек заслуживает уважения, так же как и эти люди. Вы не имели права на них давить.

– А разве Алиса не имеет права на справедливость?

Алекс замолчал. В его стальных глазах отражались уличные фонари и глубокая печаль. Лика действительно умела заткнуть рот, но, произнеся последнюю фразу, с сожалением опустила голову.

– Александр… Если мы будем жалеть каждого свидетеля, ваш отдел рискует утонуть в нераскрытых делах, а убийца продолжит разгуливать на свободе. Может, он ещё кого-нибудь убьёт, и не один раз… Нужно действовать решительно и надавить на жителей, пока они напуганы.

– Чтобы все перестали нам доверять? Если это произойдёт, полиция больше никогда не получит помощи от жителей. Тогда отдел точно можно будет закрыть. Если, конечно, вы не собираетесь установить камеры над каждым домом и на каждом дереве. Согласен – в этом случае свидетели нам не понадобятся. Я не позволю выбивать информацию из жителей моего города, понятно?

– Ясно… – коротко ответила Лика, чем ещё больше удивила парня. Казалось, ни одно слово из его яростной речи не дошло до её ушей. Она стояла перед ним неподвижно. В растерянности он не знал, что ещё сказать. Капитан Герасимова также молчала несколько долгих минут. На удивление, благодаря полной тишине, нарушаемой лишь слабым ветром, лейтенант смог успокоиться. – У нас мало времени. Утром нужно ехать на стройку. Люди ложатся спать, и если вы не хотите разбудить остальных жителей, предлагаю поторопиться.

Отведя взгляд от девушки, лейтенант нашёл в кармане ключи и отключил сигнализацию.

Глава 6

Покинул я поля и нивы; Они туманом облеклись,

Душа, смири свои порывы! Мечта невинная, проснись!

Утихла дикая тревога, И не бушует в жилах кровь:

В душе воскресла вера в бога,

Воскресла к ближнему любовь.

Йоганн Вольфганг фон Гёте

Фауст

За вечер они успели опросить ещё двоих соседей Алисы: эффектную мать-одиночку с двумя детьми семи и восьми лет и шестидесятипятилетнего охранника базы отдыха у озера.

Анна, женщина с пышными формами, без стеснения флиртовала с Алексом, лишь затягивая разговор. Она утверждала, что несколько раз видела Алису с матерью на рынке, но в конце концов напарники поняли, что у неё нет никакого представления о внешности убитой. Когда Алекс показал Анне фотографию, она неискренне извинилась, оправдываясь тем, что перепутала её с другой соседкой, и добавила, что больше обращает внимание на мужчин, чем на женщин.

Старик же был не слишком приветлив, но после десяти минут расспросов всё же рассказал, что видел Алису около леса с молодым парнем её возраста. Взглянув на фото Олега, старик отрицательно покачал головой, нахмурив брови.

– Нет… Тот был совсем молодым. Похож на школьника, да и очень худощавый. Поведение пары и их разговор мужчина, конечно, не услышал. – Они прошли мимо, когда я выбрасывал мусор. Больше ничего не видел.

– Вы уверены, что это именно та девушка, которую вы видели? – переспросил Алекс. Было немного странно, что в этот раз Лика позволила ему вести разговор в одиночку.

– Я запомнил её по этим волосам, – он указал на две розовые пряди среди белых волос на фотографии Алисы. – Глупые детишки так стараются привлечь к себе внимание, – заметил старик, и Алекс с Ликой оставили его в покое. К позднему вечеру стало совсем холодно. Фары разрезали темноту на угольно-чёрном асфальте, лишённом света фонарей – освещения на дорогах было мало, а в некоторых местах лампы давно были разбиты. Алекс молча вёл машину к участку, слишком усталый от первого дня расследования, не представляя, что ждёт его впереди. Усталость наваливалась не от работы, а больше от разочарования и пустоты; от неизвестности и бессилия; оттого, что целый день не принёс ничего существенного.

Капитан Герасимова сидела на пассажирском сидении с совершенно спокойным видом и в десятый раз перелистывала материалы дела.

– Думаете, от трения там появится что-то новое? – усмехнулся Алекс. Лика раздражённо захлопнула папку и уставилась в окно на мелькающие деревья. – Мы обязательно найдём зацепки. Завтра с самого утра отвезу вас на место преступления, а потом изучим все маршруты Алисы.

– Нам придётся изучить всю её жизнь… – задумчиво ответила Лика.

– Изучим. А к тому времени как раз приедет Олег и расскажет, откуда он знал Алису и кто этот парень на фото.

– Если расскажет. Лейтенант, вы правда думаете, что он добровольно станет нам помогать?

– Если не захочет… Я его заставлю.

– А как же ваша упорная защита жителей? – с улыбкой нахмурилась Лика. – Кто недавно говорил, что нельзя ни на кого давить?

– Я помню, что говорил, но если парень будет скрывать от нас информацию… Ему придётся заслужить моё доверие.

Девушка усмехнулась, глядя на мелькающие мимо домики с зажжёнными окнами.

– Ты сказал, что не дашь в обиду жителей своего города… – вспомнила Лика, и Алекс посмотрел на неё с интересом. – Так привык к нему? Ведь ты приехал сюда всего несколько лет назад…

– Верно. Пять лет назад, если быть точным.

Алекс внимательно посмотрел в глаза напарнице, стараясь как можно дольше не отводить взгляд на дорогу, и как только он это сделал, Лика снова заговорила.

– Почему… Ты остался здесь… Если не секрет? – добавила капитан. Лейтенант крепче сжал руль и прочистил горло, тщательно обдумывая ответ.

– Здесь тихо и спокойно… Захотелось тишины, знаете ли…

– Значит, ты переехал сразу после учёбы? Не каждый новичок захочет жить и работать в такой глуши. Молодёжь, наоборот, стремится подняться по карьерной лестнице и обосноваться в процветающем месте…

– А вы, Лика Романовна, всех судите по устаревшим стереотипам? Поверьте, не все хотят испытать прелести большого города… – ответил Алекс, не сумев полностью скрыть горечь в голосе. – Мне было достаточно…

– Достаточно чего?

– Всего, – ответил Алекс, припарковав машину на стоянке родного отдела и заглушив двигатель. – Вас отвезти домой?

После нескольких секунд тишины лейтенант посмотрел на ночную парковку и одинокий светильник над входом в отдел.

– Нет, спасибо. Мне нужно забрать вещи в кабинете. А вы отправляйтесь. Завтра предстоит долгий день.

– Как и послезавтра… – протянул Алекс.

– Спокойной ночи, лейтенант.

Когда капитан Герасимова, хлопнув дверью, направилась к участку, мысли Алекса переключились на желание поскорее поговорить с Кириллом. Если отдел начнёт проверять работников стройки, приезжий парень с нестабильной психикой может вызвать немало подозрений. Алекс завёл двигатель и поехал по тёмной улице, на которой знал каждый камушек, и которая будто просила его раскрыть страшную тайну, случившуюся с Алисой. Впервые за пять лет он ощутил значительную ответственность за людей, которые никогда не подозревали, что их мирную жизнь нарушит жестокое убийство. Тягучее чувство в груди мешало свободно вдохнуть и словно истощало желание наблюдать за успокоением скорбящей матери. Хотя, вероятно, ей уже никогда не суждено обрести покой…

За утренней чашкой кофе лейтенант безуспешно пытался проснуться, в сотый раз перечитывая досье жертвы. Тем временем капитан Герасимова уже успела отправить Диму и Ваню на поиск информации с городского вокзала. Сама она изучала имена и фамилии преподавателей и одногруппников Алисы.

– Нашли парня с фотографии? – спросил Алекс, встав у нее за спиной.

– Его нет среди студентов, – устало ответила девушка. – Значит, он не учился в том же техникуме. Вопрос в том, откуда они друг друга знают… Возможно, наше связующее звено – Олег?

– Не знаю… Будь он близким другом, родители не отзывались бы о нём так грубо. Олег давно не школьник, вряд ли посвящает их во все детали. Но лично я не стал бы фотографироваться с малознакомым человеком.

Лика подняла голову и посмотрела на Алекса снизу вверх.

– Надо поскорее с ним поговорить. Пока мы медлим, от нас ускользает важная информация.

– Я обещал его родителям, что дождусь, когда он сам явится. Осталось ещё… – лейтенант взглянул на наручные часы. – Двадцать восемь часов.

– Мне нужно объяснять тебе, что эти часы значат вечность в расследовании? – Лика встала с кресла и села на край стола. – За это время можно сделать что угодно: скрыть улики, сбежать, спрятаться…

Алекс подошёл к ней на шаг ближе.

– Или прийти в участок и решить проблемы, сняв с себя подозрения. Так поступают невиновные. Вот мы и проверим.

– Лейтенант, наша задача не проверять каждого на вшивость, а собирать доказательства и находить общий язык со свидетелями и подозреваемыми. Сейчас мы теряем драгоценное время.

– Прямо сейчас мы изучаем профиль жертвы. Разве мне вам объяснять, что это и есть основа любого расследования, а не бесплодные подозрения каждого встречного?

Алекс начал повышать голос, а Лика стала слишком быстро раздражаться. Она глубоко вдохнула и оглянулась на сотрудников, снующих за открытой дверью.

– Мне интересно… Почему ты так переживаешь за этого парня? – Алекс нахмурил брови. – Кажется, ты готов упустить важную зацепку, лишь бы не допрашивать его.

– Если мы начнём допрос сейчас, то потеряем все возможные зацепки, – Алекс старался говорить тише, хотя голос отчаянно рвался наружу. – Потому что вспугнём Олега, и тогда он никогда ничего не расскажет. Сейчас мы должны быть для него друзьями, а не врагами. Понимаете, капитан?

– Большей глупости в жизни не слышала, лейтенант Гордов, – бросила Лика, выходя из комнаты. Алекс ударил стул, который с грохотом проскользил по полу, и глубоко вдохнул, стараясь успокоить стук в висках.

Всё ещё движимый раздражением, он направился в морг.

– Как дела? – спросил он с порога, ворвавшись в прозекторскую. Вадим заметно напрягся, но возражать не стал, лишь слегка дёрнул губами.

– Вижу, работа с новой напарницей внесла разнообразие в твою жизнь…

– Как же она меня раздражает!

Вадим оторвался от микроскопа и посмотрел на коллегу с беспокойными серыми глазами.

– Не нервничай. Успокойся и просто занимайся своей работой.

– Как тут успокоиться? Она как ветер в лицо – постоянно сбивает с курса. Ничего не хочет слушать.

– Это неудивительно, вы ведь из разных отделов, с разным опытом работы… Вам нужно привыкнуть друг к другу и попытаться объединить усилия.

– Да она упрямая, как бронепоезд!

– Ничего не поделаешь, она выше тебя по званию.

– Не пойму, ты меня сейчас успокаиваешь или ещё больше злишь?

– Спокойнее, Алекс. Я хочу сказать, что у тебя нет выбора. Придётся прислушиваться и подчиняться.

Алекс сжал зубы и склонился над столом.

– И что, пустить всё дело под откос? Этого я допустить не могу.

– Лика Романовна не последний человек в полиции, – рассуждал Вадим спокойно. Иногда Алексу казалось, что его колоссальный опыт и блестящий ум просто чахнут в этом сыром морге, ведь он мог бы стать отличным следователем. – Не просто так она стала капитаном в таком молодом возрасте, и на такие дела не отправляют бездарностей. – Вадим перевёл полный интереса взгляд на лейтенанта. – Тебе нужно успокоиться.

– Я спокоен, – заявил Алекс, выпрямив спину и сжав кулаки в карманах.

– Только дураки кричат о своих знаниях и планах на весь мир. Понимаю, очень трудно сдержаться, но ты должен взять себя в руки. Если, конечно, действительно хочешь найти убийцу.

– Да, я… хочу увидеть его лицо, когда этот гад поймёт, что проведёт остаток жизни в тюрьме, – прорычал Алекс.

– Тогда тебе придётся работать вдвойне, – пояснил Вадим. – Это очень непросто, и всё зависит только от тебя. Ты готов к этому?

– О, ещё как! – ответил Алекс, расправив плечи, на что Вадим усмехнулся. Этот мужчина редко улыбался, но в последнее время лейтенант замечал это всё чаще в его присутствии. Возможно, именно поэтому Алекс часто заходил в морг, чтобы услышать пару ободряющих слов. – Готов протереть асфальт мордой этого выродка!

– Ты ведь не глуп. Не позволяй эмоциям затмить разумные мысли, тогда ты его поймаешь. – Вадим вздохнул и достал из стола папку с документами. – Слушай капитана, но не забывай и о своих мыслях. Глядишь, когда-нибудь эти две дорожки сойдутся…

Немного успокоившись, Алекс набрал воздуха и, надув щёки, выпустил в холодную комнату облако пара.

– Держи. – сказал Вадим, бросив на стол бумаги. – Отчёт по пакетику, в котором был порошок.

– Ух ты! – Алекс схватил файл и принялся читать мелкий шрифт. Вадим молча смотрел на него, ожидая неизменного вопроса. – И что это значит?

Вадим улыбнулся.

– Это действительно был чайный пакетик, но не обычный, а более плотный – сшитый из ткани.

Лейтенант нахмурился, а затем удивлённо округлил глаза.

– Кто-то сшил чайный пакетик?

– Могу сказать одно – это кропотливая работа. Вероятнее всего…

– Это сделали специально, – завершил Алекс. – И, возможно, где-то уже налажено целое производство…

Вадим молча кивал, скрестив руки на груди. Алекс тяжело сглотнул, вспоминая свой болезненный опыт с «чаем». Вспышка жара пробежала по его телу, когда в подсознании вспыхнули образы стробоскопов клуба и громкая музыка, смешанная со сладким запахом сценического дыма. Как хорошо, что это давно осталось в прошлом. Алекс зажмурился и потёр глаза большим и указательным пальцами.

– У меня для тебя ещё кое-что, – сказал Вадим. – Посмотри на последней странице.

На этот раз лейтенант попытался сам разобраться в написанном.

– «Козлобородник», «горец почечуйный», «галинсога», «лебеда». Что это такое?

Вадим цокнул языком.

– Ты же сам просил провести анализ растений с места убийства.

– Точно… – Алекс сел на стул с улыбкой. – Так быстро?

– Ну, это ведь не ДНК-анализ и не показатель амилазы в крови трупа… Кстати… – Вадим придвинулся к нему. – Я отправил кровь Алисы в Москву.

– Правда? – Алекс хлопнул коллегу по плечу, его лицо просветлело. – Молодец.

– Скоро мы узнаем, что текло по её венам…

Алекс снова стал грустным. Вадим с сочувствием наблюдал за его реакцией.

– Скажи, среди этих растений есть фиалка? – Алекс потряс бумагами перед собой.

– Кажется, нет. Там всё написано, зачем спрашиваешь?

– Спасибо. Я всё изучу.

Услышав шаги за дверью, Алекс вскочил и, прикрыв дверь, встал за косяком. Несколько голосов пронеслись в сторону лаборатории. Вадим нахмурился и, подойдя к парню, одарил его осуждающим взглядом.

– Собираешься прятаться от неё? Что за детский сад?

– Мне просто надо отлучиться ненадолго. Не хочу, чтобы капитан Герасимова увязалась за мной.

Алекс открыл дверь и, высунув голову, осмотрел обе стороны длинного коридора.

– Ещё раз спасибо. Увидимся, – сказал он напоследок и вышел из прозекторской, закрыв за собой дверь и передёрнувшись от холода.

Выходя из здания на свежий утренний воздух, уже слегка прогретый солнцем, Алекс практически столкнулся с Ликой. Девушка раздавала указания подчинённым и перебирала бумаги на столе, не обратив внимания, когда парень промчался мимо кабинета. Слава богу, не придётся придумывать отговорки.

Перед домом Кирилла и Алины травяная живность начинала свою трель в зарослях леса, а вдали, примерно в километре, шумели двигатели автомобилей. Переступив через ворота, Алекс огляделся: вокруг царила тишина, нарушаемая только посадками пионов и роз, колышущихся на ветру. Он пару раз постучал в дверь и, не услышав ответа, вошел внутрь.

– Кир! Ты дома?

Алекс прошел по мягкому ковру в прихожей и пересек комнату с серым велюровым диваном и компьютерным столом. В кухне тоже никого не было, только из спальни доносился слабый шорох.

Алина стояла спиной к приоткрытой двери и медленно вытаскивала из шкафа футболки и рубашки.

– Ты дома? – тихо спросил он, чтобы не напугать. – Удивительно.

Девушка обернулась, и её густой хвост цвета тёмного шоколада слегка качнулся.

– Алекс! – радостно улыбнулась Алина, и в её глазах засияла такая искренняя теплота, что у парня кровь в венах мгновенно закипела. – Наконец-то! Ты с этой своей работой совсем про нас забыл.

– Конечно, нет, – ответил парень, сглотнув комок в пересохшем горле. – У тебя выходной?

– Доктор Крылов мной доволен, поэтому старается лишний раз не вызывать. Да и срочных пациентов пока нет. Наблюдаю только своих, – ответила девушка, бросив оставшиеся вещи на кровать. – Догадываюсь, что ты пришёл не ко мне.

Алекс пригладил волосы на затылке. Обстановка вокруг заставляла тайные, подавленные мысли всплывать на поверхность сознания. Он пытался отвести взгляд от её милого лица с пухлыми розовыми губами, но она, как всегда, сделала неосторожный выпад в его сторону.

– Чтобы впредь заходил чаще! – наказала Алина, приблизившись настолько, что Алекс почувствовал аромат её шампуня, и нежно обхватила его лицо ладонями. – Понял?

На мгновение сердце Алекса замерло. Её небесно-синие глаза были ближе, чем кружащие в голове мысли. Всё вокруг как будто поплыло, пока Алина аккуратно поправляла прядь его волос своими тонкими пальцами.

– Пойдём скорее. Я тебе расскажу кое-что, – сказала она, подтолкнув его в кухню и усадив за стол. – Ты голодный?

Включив чайник, она принялась доставать еду из холодильника.

– Спасибо, Аль. Я не хочу.

– Ты похудел, – почти перебила его девушка. – И глаза красные… Алекс, нужно спать хотя бы шесть часов в сутки. Полагаю, с твоей работой больше и не получится. Сейчас… тебе, наверное, тяжело… – произнесла Алина с грустью.

– Это моя работа. Всё в порядке, не волнуйся, – сказал Алекс, хотя по глазам девушки было видно, что его слова не принесли ей никакого облегчения. Забота Алины всегда ставила его в тупик. Иногда ему казалось, что где-то в глубине её сердца есть маленький уголок, отведённый для него. И ему было сложно напоминать себе о тех обстоятельствах, которые стоят между ними. – Я буду стараться беречь себя, обещаю.

Вместо ответа Алина лишь глубоко вздохнула. Переключатель на чайнике щёлкнул, и она повернулась, чтобы налить кипяток в чашки. В этот момент Алекс уже начинал чувствовать, что пора уходить.

– Так… Где Кир? Мне нужно с ним поговорить.

– Уехал на объект. У них какие-то расхождения в смете, – ответила она. Алекс кивнул. – Он скоро вернётся.

– У вас всё хорошо? – спросил Алекс, сам не зная, действительно ли его интересует семейная жизнь друзей. Но он быстро понял, что совсем не хочет слышать ответ.

Алина грустно кивнула.

– Да… О детях мы больше не говорили…

Алекс сжал губы, не зная, что сказать. Он почувствовал облегчение, когда Алина решила сменить тему.

– Я вот что хотела рассказать. Помнишь, я начинала писать книгу? Ещё тогда… В Нижнем.

– Конечно, помню, – Алекс посмотрел девушке прямо в глаза. Он был уверен, что в этот момент в памяти Али вспыхивали такие же воспоминания, как и у него.

– Так вот, я поделилась несколькими страницами на семинаре, и доктор Крылов заинтересовался. Сказал, что поможет опубликовать книгу на сайте и даже договорится с издательством.

– Ух ты. И ничего взамен не попросил? – с опаской поинтересовался он.

– Ты и правда прирождённый полицейский. Надеюсь, не собираешься преследовать моего начальника? – засмеялась Алина. На её пронзительный смех невозможно было не ответить. – Он попросил только упомянуть в книге, что я работаю в его больнице. Наша клиника – это всё, о чём он думает днями и ночами. Он хочет привлечь больше пациентов. Всё больше людей не доверяет нашим врачам и едет в столицу, а мы стремимся к тому, чтобы люди везде могли найти достойную помощь.

– Я тоже пытаюсь заслужить доверие людей… Но пока не очень-то получается.

– Ты обязательно найдёшь его, – уверенно сказала Алина. Алекс поднял вопросительный взгляд. Она смотрела на него с такой глубокой верой и восхищением, что было трудно подавить желание отшвырнуть этот стол и прижаться к ней всем телом. В какой-то момент они оба осознали, насколько долгим был их зрительный контакт, и в комнате повисла тяжёлая неловкость. – Не представляю, кто мог такое натворить… – добавила Алина, опустив взгляд.

Алекс заставил себя отвернуться. – Мы со всем справляемся. С новым напарником мне теперь всё нипочем… – саркастично заметил он.

– Новый напарник? Такой же молодой и энергичный, как ты? Или тебе достался старик со странностями?

– Скорее… Молодая и энергичная – со странностями.

– Женщина? – удивилась Алина. – Ничего себе. Она красивая?

Алекс фыркнул. Алина ещё больше сбила его с толку, чем минуту назад. Почему-то рядом с ней было особенно неловко говорить о женщинах.

– Какая разница? Она моя коллега и практически начальник. Я вообще не обращал внимания на её внешность.

Алина рассмеялась так, что Алекс почувствовал, как его уши начинают краснеть, а к щекам приливает тепло. Не дай бог, она заметит румянец на его бледном лице, тогда он точно сорвётся и убежит, как школьник.

– Перестань, Алекс. Мужчины всегда обращают внимание на внешность. Меня не проведёшь, я ведь психотерапевт, помнишь? Просто думаю, может, тебе стоит обратить внимание на неё? А то всё один да один.

– Мне нравится моя жизнь. Нравится быть одному и проводить время с вами. Больше мне пока никто не нужен.

Алина внезапно нахмурилась.

– Ты не должен оставаться в одиночестве. Мы с Кириллом не можем заменить того человека, с которым ты захочешь разделить свою жизнь. Тебе нужна женщина.

– Аль, я… – Алекс даже сам не знал, что хотел сказать. Возможно, он уже был готов выпустить наружу бушующий внутри него огонь. Но в этот момент входная дверь неожиданно открылась.

В комнату вошёл Кирилл.

– Привет, чем занимаетесь? – У Алекса сразу закружилась голова. Он хотел резко встать, но через мгновение осознал, что его охваченное жаром тело может упасть в обморок. Что это? Чувство вины?

– Как продвигается расследование? – Кирилл подошёл сзади и дружески похлопал друга по плечу. Алина подошла к мужу, и он обнял её, поцеловав в губы. Алекс не выдержал, резко вскочил с места и вышел в коридор.

– Подожду тебя на улице. Надо поговорить, – бросил он, быстро надевая кроссовки.

Кирилл не заставил его ждать. Он вышел следом, накинув ветровку.

– Что с тобой? Выбежал, будто тебя змея укусила. – Блондин подошёл к приятелю, который сидел на лавочке. – Что-то случилось?

– Стало душно, – ответил Алекс, не глядя другу в глаза. Кирилл присел рядом, немного озадаченный его поведением.

– Я имел в виду то, зачем ты приехал.

Алекс поднял глаза, которые бегали из стороны в сторону.

– Насчёт расследования. Мы проверяем сотрудников стройки, так что будь осторожен.

– Осторожен? – нахмурился блондин.

– К тебе могут прийти за показаниями. Либо мы с капитаном, либо другая группа следователей. Просто говори всё как есть, ладно?

– Да мне и незачем что-то скрывать.

– Знаю, просто… отвечай на вопросы и не добавляй ничего от себя, договорились?

– Как скажешь.

– Наша новая капитан подозревает, что есть связь со стройкой. Может потребовать документы по проектам.

– Понял. Если что, у меня всё готово.

– Хорошо. – Алекс встал, сжав плечо друга.

– Опять уходишь? Даже не поел ничего. Алина волнуется.

– Я должен вернуться в участок. Поедим в другой раз.

– Сначала пообещай, что придёшь.

– Приду. Как только хоть что-то станет ясно. Не могу сидеть сложа руки, пока этот урод бродит по улицам.

Кирилл только кивнул в ответ, понимающим взглядом посмотрев на друга. От этого в груди ещё сильнее защемило.

Почему всё именно так? Почему Кирилл такой чистый, неравнодушный человек, всегда стремится помочь с чужими проблемами и переживаниями? Почему он его самый близкий друг? А Алекс – всего лишь жалкий завистник… Почему? Почему это должна быть именно она?

Глава 7

Не доверяйте снам – утро настает всегда.

Дэнни Шейнман

Квантовая теория любви

Когда к вечеру Алекс вернулся в участок, Олег уже час как сидел в допросной. Об этом лейтенант узнал только после того, как спокойно выпил стакан кофе, с трудом удерживающий от злости, когда ноги сами несли его по коридорам. Ворвавшись в кабинет, где собралась почти вся команда и где Лика выступала главным зачинщиком, разъясняя план допроса, Алекс тут же поймал её взгляд.

– Что вы натворили?! – Алекс изо всех сил старался сдержать крик. Лика молча положила на стол документы и вывела лейтенанта в коридор, закрыв за собой дверь.

– А в чём проблема? Я выполняю свою работу, а вот где вас носило весь день…

– Вы просто взяли и привезли его сюда? – перебил Алекс. – Зачем??? – Лика прикрыла глаза, стараясь не повышать голос, что у лейтенанта уже почти не получалось. – Дайте мне с ним поговорить.

– Что? – Лика округлила и без того большие зелёные глаза. – Я не перестаю вам удивляться, лейтенант. Пропадали где-то с утра, а теперь думаете, что я отдам вам подозреваемого, да ещё и после того, как вы пытались его выгородить?

Брови Алекса сошлись на переносице, а глаза, полные разочарования, расширились.

– Вы совершили ошибку, – отрезал Алекс. Он обошёл девушку и, открыв дверь, обернулся. – Удачного допроса, – бросил напоследок и, войдя внутрь, так хлопнул дверью, что у Лики на пару секунд заложило уши.

Четыре часа капитан Герасимова задавала Олегу одни и те же вопросы, но подозреваемый упорно молчал. Тем временем дежурные сообщили, что родители парня рвутся в участок, чтобы увидеть сына, применяя к полиции все известные проклятия.

Сидя перед окном допросной и скрестив руки на груди, Алекс наблюдал за немного нервным, но внешне спокойным парнем, который явно не собирался ничего говорить, отлично зная, что у полиции времени в обрез. Он понимал, что его скоро придётся отпустить.

– Да сколько можно?! – возмущалась Лика Романовна, к удовлетворению Алекса. – Говори, откуда ты знаешь этих людей? – В сотый раз она поднесла к его глазам одно и то же фото, но он продолжал молчать, как рыба, лишь время от времени крепко сжимая кулак.

После ночи в комнате, размером с кладовку, Олег потерял терпение и начал невнятно отвечать.

– Я не знаю этих людей.

– Тогда почему фотографировался с ними? – нервно задала Лика вполне логичный вопрос, но было уже поздно: парень давно понял, что у полиции нет преимуществ.

– Не знаю… Наверное, сфотографировались на какой-то вечеринке. Я часто встречаю там разных людей…

От такой забавной выдумки Алекс даже рассмеялся, и вся команда посмотрела на него с недоумением.

После почти двадцати часов допроса, вымотанная и бледная Лика Романовна вошла в кабинет, оставив Олега в одиночестве. Алекс молча наблюдал за подозреваемым через стекло, пока девушка усаживалась рядом, и как только она выдохнула, плюхнувшись в стул, с деловитым видом взглянул на запястье.

– Ещё сутки, и Олег сможет отправиться домой. Вы ведь не собираетесь его больше задерживать?

Лика устало подняла взгляд, прекратив растирать виски.

– Успокойтесь, лейтенант. Он бы вам всё равно ничего не сказал. Умный, гад. Знает, что нет причин его задерживать. Вы всё ещё считаете его невинной овечкой?

– Да я никогда так не думал.

– А кто говорил мне, что его нельзя пугать и нужно быть с ним вежливыми? Где теперь ваша снисходительность?

– Сразу было ясно, что ему есть что сказать, но нужно уметь находить общий язык с людьми.

– Хм. Хотите сказать, что я этого не умею?

– По-моему, вы только что это доказали.

Вместо слов от такой явной наглости Лика лишь смогла раскрыть рот от удивления, но Алекс был слишком раздражён, чтобы это заметить. Он молча поднялся, поправляя на себе джинсовку.

– Куда это вы собрались? Допрос ещё не завершён.

Лейтенант, не сказав ни слова, взял со стола конверт и достал несколько бумаг.

– Вот, взгляните.

Лика пробежала глазами по списку фамилий на одном листе и именам с цифрами на другом.

– Что это? – уставший мозг девушки уже с трудом воспринимал записи.

Он вырвал бумаги из её рук и, взяв карандаш, начал обводить фамилии.

«Завьялов Олег», «Терентьева Алиса», «Евдокимов Станислав».

– Эти трое забронировали номер в доме отдыха за неделю до смерти Алисы.

Лика не смогла скрыть своего удивления. С широко раскрытыми глазами и приоткрытыми губами она выглядела одновременно забавно и немного мило.

– Ты нашёл того парня?

– После визита к старику я подумал, что молодая пара не просто так была возле базы отдыха. Вот и решил заглянуть в администрацию. – Лика прикрыла рот рукой и посмотрела на Олега. – Сотрудники базы отдыха «Сокол» также сообщили, что у них есть камеры хранения, и одна ячейка до сих пор числится за этой компанией. А для открытия замка необходим код.

– Чёрт… – выругалась капитан. – Ты хотел…

– Я хотел, чтобы Олег её открыл. Ждал его приезда, чтобы установить слежку, но теперь… Он даже близко к этой камере не подойдёт. И уж точно ничего не скажет.

– Значит, вся эта чушь про дружбу… – Лика, сама не замечая, повысила голос. Хорошо, что из кабинета в допросную не могло проникнуть ни единого слова. – Ты хоть понимаешь, что ввёл в заблуждение старшего по званию?

– А вы бы отказались от идеи привезти его сюда? Вам же людей допрашивать, как воды глотнуть. Скажи я всё, о чём думаю – вы бы ещё раньше его достали.

– Вот дурак. – Лика оперлась руками о стол, тяжело дыша от гнева. – Какой же замечательный напарник мне попался. Может, пожаловаться на вас, лейтенант? И больше никто не будет мешать нормально раскрывать дело.

– Вижу, как у вас «нормально» идут дела. Время уходит, а подозреваемый молчит. Чувствуете, как оно ускользает сквозь пальцы? Жалуйтесь кому угодно, но вы прекрасно знаете, что одним допросом тут не обойтись.

Алекс повернулся к двери, но Лика удержала его за рукав.

– Куда это ты собрался?

– Успокаивать родителей. Что-то мне подсказывает, что вы сейчас не в состоянии исправить свои промахи. – После этих слов Лику затрясло. Она так посмотрела на лейтенанта, что у того похолодело под лопатками. – Отдохните. – сухо бросил он, захлопнув дверь.

Пока поднимался по лестнице, почти собрался с духом, но глаза разгневанных родителей Олега вернули его в реальность, в которой он ощутил лишь сожаление и вину за случившееся.

– Вот он! – начал отец издалека. – Добренький полицейский… Верните мне сына, иначе я на вас всю областную прокуратуру натравлю!

– Где наш сын? – поддержала его жена.

– Прошу вас, успокойтесь, – начал Алекс, протягивая руку вперёд. Мужчина подошёл почти вплотную, и лейтенант вынужден был отшатнуться, но всё же выдержал суровый взгляд старика. – Мой сын ни в чём не виноват! – закричал мужчина, и его голос эхом разнёсся по всему участку.

– Олега скоро отпустят, – ответил Алекс, глядя прямо в лицо мужчины.

– Когда? – вмешалась женщина с плачущим голосом.

– По закону его должны отпустить менее чем через сутки. Не волнуйтесь, ваш сын в полном порядке. Это просто недоразумение.

– Недоразумение? – вспыхнул отец Олега. – Недоразумение – это ваша полиция. У вас не было никаких оснований арестовывать моего сына!

– Возможно, вы правы, – сказал Алекс усталым голосом. – Но если будете здесь кричать, появится повод задержать вас. – Алекс бросил взгляд в сторону дежурного поста. – Они это сделают, могу поспорить.

После этого мужчина нервно выругался, но заставил себя сесть.

– Вы нас обманули, лейтенант, – заявил старик уже более спокойно.

– Знаю… Ваша ненависть вполне оправдана, но иногда у полиции просто нет выбора…

Мужчина долго вглядывался в задумчивое лицо лейтенанта.

– Олег – наш единственный сын, – сказал мужчина с дрожью в голосе. – Он не мог ничего сделать… Я его знаю… Он не мог.

Лицо мужчины вдруг отразило весь страх и боль, которые невозможно стереть из родительского сердца.

– Я вам верю, – сказал Алекс, взглянув на плачущую мать. – Идите домой. Олег скоро вернётся.

– Нет… Мы останемся здесь.

– Как хотите. Только прошу вас, без лишнего шума.

Алекс покинул пару только после того, как мужчина одобрительно кивнул. Войдя в кабинет, он сел за компьютер. Пока Алекс искал адрес Стаса, Лика подошла сзади.

– Теперь следить за Стасом не получится, – сказала она.

– Конечно, – откликнулся лейтенант. – Будем надеяться, что после громкого ареста Олега он не успел скрыться.

Стас жил вместе с матерью в стареньком доме возле железной дороги. Их бедность была видна издалека: прогнивший забор и облупившаяся побелка сразу бросались в глаза. Лика и Алекс припарковали машину неподалеку, стараясь не привлекать внимания, и направились к калитке, за которой виднелся небольшой дворик. Алекс аккуратно перекинул руку через калитку и тихонько отодвинул засов, стараясь избежать скрипа. Он поднялся на крыльцо и постучал. Было позднее утро, и холодный воздух проникал под куртку, заставляя его дрожать, поэтому лейтенант постучал снова, на этот раз более настойчиво. Спустя несколько минут тишины и без каких-либо признаков движения внутри, они начали искать способ попасть в дом. Алекс, словно руководимый шестым чувством, повернул голову вправо и заметил медленно открывающуюся дверь сарая. Он жестом попросил Лику соблюдать тишину и осторожно пошел по сырой траве. Утренний туман почти рассеялся, но видимость ещё была ограниченной. Алекс осторожно и тихо ступал по мягкой земле, пока дверь продолжала открываться. Из-за створки показалась русая голова. Светлые глаза на мгновение блеснули в тёмном пространстве сарая, и худенький парнишка кинулся бежать. Алекс был готов к этому. Он рванулся с места, не обращая внимания на заборы и разросшиеся кусты соседской смородины. Они пробежали через несколько огородов и пересекли улицу с брусчаткой. Парень мчался через чужие клумбы и веранды, сбивая и разбивая цветочные горшки. Когда вдалеке, примерно в пятистах метрах, показалась чья-то машина, Алекс собрался с силами и приготовился к решающему рывку. Как только парнишка взобрался на капот и поскользнулся на его глянцевой поверхности, лейтенант ринулся вперед и сбил его с ног, при этом сам упав на пыльный асфальт. Парень с грохотом упал на землю. Пока он катался по земле и стонал от боли, Алекс поднялся и заглянул ему в лицо.

– Привет, Стас.

Спустя минуту подоспела Лика. Лёгкие горели, и Алекс, крепко удерживая Стаса и подавляя кашель, надел на него наручники.

Парня доставили в участок и усадили за стол в комнате для допросов. Следов побоев на нём не было, но он выглядел как отбитый кусок мяса: лохматый, поникший, в изрядно перепачканной одежде, а глаза словно залиты красным соусом. Вёл себя как одна большая нервная клетка: время от времени дёргался, как перепуганный зверёк, а оказавшись на стуле, затряс коленом так сильно, что Алекс через стену услышал звон наручников.

Дверь была приоткрыта. Шаги Лики Романовны раздались в коридоре, и Алекс выглянул из кабинета.

– Товарищ капитан! Можно на пару слов?

Лика посмотрела на дверь допросной и, немного подумав, последовала за лейтенантом.

– Что случилось?

– Я хочу присутствовать на допросе.

– Алекс, пожалуйста… Не до твоих выходок сейчас. У меня за стеной подозреваемый.

– Обещаю, я не скажу ни слова.

Голова шла кругом. Измученная сегодняшним днём, Лика не могла спорить, да и знала, что это бесполезно. Она молча вошла в допросную, не ответив ничего. Алекс и Лика сели за стол. Стас продолжал трясти коленом, уставившись в пол. Капитан протянула парню фотографию, которую вынула из папки.

– Стас, ты знаком с этими людьми?

Парень быстро взглянул на фото и отвернулся, снова опустив глаза.

– Ты знал Алису? – колено Стаса на мгновение замерло, а затем снова задрожало. Его дыхание участилось. – Мы расследуем обстоятельства её смерти. – Прикрыв глаза, подозреваемый прерывисто вздохнул, как будто его сейчас стошнит. Но он молчал. Алекс достал телефон и, подперев локоть другой рукой, уставился в экран. – Это ты убил Алису?

От этого вопроса парень так резко отшатнулся, что чуть не упал вместе со стулом, а затем склонил голову, словно собирался освободить желудок.

– Расскажи, что произошло, – продолжала Лика. – Она отвергла тебя? На фотографии ты обнимаешь Алису. Возможно, она сказала «нет», и ты рассердился? – Услышав это предположение, Стас медленно поднял голову и посмотрел на Лику так, словно готов был растерзать её на глазах у всех. – Что Алиса такого сделала, что ты убил её?

После этого вопроса нервы Стаса стали ощутимы, когда он с силой дёрнул наручники, чуть не сломав себе запястья, и громко, протяжно закричал. Затем он начал плакать, склонив голову, а потом биться о стол, словно абсолютно перестал чувствовать боль.

– Это я! Это я! – повторял парень, ударяясь лбом о железную поверхность. Лика и Алекс бросились к нему, чтобы остановить, но когда дежурные офицеры вбежали в комнату и схватили молодого человека под руки, он начал ещё сильнее вырываться и кричать. – Это я во всём виноват! Я во всём виноват! Я виноват!

Парня скрутили на полу, хотя, возможно, это было излишним, так как после нескольких выкриков его тело обмякло и, обессилев, упало, продолжая сотрясаться от рыданий.

– Он не убивал… – произнёс Алекс, уставившись на уже мирно сидящего подозреваемого, уткнувшегося лицом в стол.

– Откуда такая уверенность? – спросила Лика, тоже не отводя глаз от окна в допросную.

– Посмотрите на него… – Лейтенант уставился на Лику, словно всё происходящее до невозможности очевидно. – Он же сам сейчас умрёт только от одной мысли об этом. – Вздыхая, Алекс потёр лицо – всё-таки сутки без сна давали о себе знать. – Он худой и ростом почти такой же, как Алиса. Чтобы взять кусок дерева и забить человека, нужно как минимум четверо таких, как он.

– Ну знаешь, человек и на большее способен. Я видела многих, кто с виду не похож на преступника, а на самом деле… – Алекс обратил взгляд к девушке. Впервые стало интересно, над чем же она работала раньше. – Может… его накрыло сильное чувство вины, когда понял, что натворил?

Алекс усмехнулся и повернулся к Лике, качая головой.

– Тому, кто так убивает, это чувство незнакомо.

– И что теперь с ним делать?

Алекс посмотрел в окно.

– Разрешите мне поговорить с Олегом.

– Какой в этом смысл? Его выпустят через пару часов. Зачем ему сейчас говорить?

– У каждого есть причина молчать, как и причина говорить.

Лика нахмурила брови.

– О чём ты?

– У нас всё равно нет других вариантов. Позвольте мне попробовать.

– Просишь разрешения? – улыбнулась Лика. – Я думала, ты сам себе хозяин.

– Иногда бываю. Обещаю, что впредь обо всём буду докладывать.

– Ну раз так – разрешаю.

Когда лейтенант вошёл в комнату, Олег тут же бросил на него удивлённый взгляд. Конечно… Он уже мечтал поскорее отправиться домой, но Алекс не был готов так просто отпустить его.

– Привет, Олег! – лейтенант уселся за стол, доставая из кармана телефон. – Поговорим?

Прежде чем ответить, парень сделал скучающий вид.

– Я же сказал – ничего не знаю.

– Понятно… – Алекс понимающе кивнул. – Я просто подумал, вдруг ты что-то вспомнил и захотел нам помочь…

– Он что, ему денег должен? – не выдержал майор, стоя по другую сторону окна. Лика, стоявшая рядом, глубоко вздохнула, почти пожалев о своём решении. – Что это за допрос?!

– Нет, ничего такого… – сказал подозреваемый.

– Хорошо. Раз ты не хочешь говорить, придётся мне поболтать. Тебе ведь всё равно ещё полтора часа тут сидеть, а потом тебя отпустят. Кстати, твои родители ждут внизу. Я немного их успокоил. Знаешь, твой отец уверен, что ты не мог сделать ничего плохого. Так хочется ему верить… – Олег старался сидеть прямо и не показывать волнения, но по его напряжённым скулам и горящему взгляду было видно, как он напрягся.

Алекс подался вперёд. – Как думаешь, каково будет им, если выяснится, что ты причастен к ужасному преступлению?

В тёмных глазах Олега мелькнула искра вины, но он быстро собрался и вернул себе самообладание.

– Я ничего не знаю, – усмехнулся парень. – Они, типа, прислали доброго полицейского? Если я не виноват и у вас нет улик, это не поможет.

Алекс слегка усмехнулся.

– Лично я себя добрым не считаю.

– А какой ты тогда, крутой?

– Нет… – ответил Алекс. – Крутая была передо мной, – после этих слов Олег подавленно засмеялся. – Просто у неё не было того, что есть у меня.

Алекс взял в руки телефон и медленно разблокировал экран.

– Снова будете показывать дурацкие фото?

– Нет, кое-что получше. Видео.

Алекс нажал на кнопку «Плей» и повернул экран к собеседнику. В пустом помещении крики Стаса звучали особенно громко. Все присутствующие едва не отпрянули от стекла, когда Олег с громким звоном наручников вскочил с места, перевернув стул. Его глаза полыхали гневом и беспомощностью, и лейтенант впервые ощутил гордость за свою интуицию.

– Почему так испугался? Радоваться должен. Мы нашли убийцу, и он даже признался, так что можешь передать своим родителям – всё в порядке. Пусть спят спокойно. – Олег задышал прерывисто, не в силах найти слова, а лейтенант спокойно поднялся на ноги. – Сейчас позову патрульных, чтобы сняли наручники. Внизу тебе отдадут твои вещи. Ты свободен, – сообщил он, задвигая стул.

– Что он себе позволяет??? – возмутился Аркадий Борисович, а Лика с напряжением оперлась о стол. – Он пошёл заявить, что его отпустят? Они что, давние знакомые?

– Стас тут ни при чём, – тихо сказал Олег.

– Что? – переспросил Алекс, делая вид, что собирался уйти.

– Стас никого не убивал. Пожалуйста, отпустите его!

– Так… значит, вспомнил парня?

Глаза Олега метались в отчаянии.

– Я всё расскажу, только… пожалуйста, отпустите Стаса.

Алекс вернулся к столу и взялся за спинку стула.

– Это зависит от того, что именно ты расскажешь.

Глава 8

Не жалей умерших. Жалей живых, и в особенности тех, кто живёт без любви.

Джоан Роулинг

Гарри Поттер и Дары Смерти

– Кто убил девушку?

– Не знаю! – ответил Олег, взглянув на Алекса с раздражением и ноткой мольбы в глазах. – Я не знаю, кто это сделал. Но у меня есть догадки, почему.

– И почему?

По выражению его лица было видно, как сильно он не хотел раскрывать правду.

– Кажется, она связалась с нехорошими людьми.

– Что за люди?

– Я не знаю. Знаю только, что она продавала их продукцию. Кажется, это был какой-то интернет-магазин. Был только один человек, который однажды объяснил ей условия работы, а потом исчез.

– Скажи, а что вы оставили в камере хранения?

Олег поднял испуганные глаза и быстро заморгал, пытаясь скрыть растерянность.

– Какую камеру?

– Я знаю, что ты занял ячейку в доме отдыха. Ты ведь можешь её открыть?

– Послушайте, я всё расскажу, – голос Олега задрожал. Он нервно потёр лицо. – Только пообещайте отпустить Стаса.

Алекс нахмурился.

– Я не могу давать такие обещания. Но сделаю всё возможное. Если он действительно невиновен, его сразу отпустят домой. Почему ты так за него переживаешь?

– Он… – фыркнул Олег, – просто глупый парень, который влюбился. Я не знаю, что конкретно произошло у них с этой девушкой, но он был готов ради неё даже на смерть пойти. Совсем обезумел.

– А ты…

– А я обещал его брату присматривать за ним, – в глазах Олега появился печальный отблеск. – Мы с Андреем вместе учились и служили в армии, да и всё детство бок о бок провели. Когда он уезжал в столицу, я пообещал помогать его семье. Потом Стас и Алиса начали встречаться. Они хотели уехать куда-то, поэтому Стас брался за любую работу, какую только мог найти, чтобы накопить денег. Но… он был слишком беден.

– Алиса передумала ехать с ним?

– Да нет же… – возразил Олег, – как раз наоборот. Она тоже старалась заработать. Даже хотела устроиться официанткой в ночной бар, тайно от него, потому что видела, как ему трудно. Однажды она пришла ко мне и попросила спрятать коробку с чаем.

Алекс поднял глаза на собеседника, и по спине пробежали мурашки.

– Что ещё за чай?

– Я не знаю. Она сказала, что устроилась курьером в интернет-магазин и должна была доставить товар. Заказчик должен был передать ей деньги, и половина из них предназначалась ей. Но на месте доставки никого не было. Там оказался просто пустой заброшенный дом. Она испугалась и приехала ко мне. Согласно правилам сайта, за несвоевременную доставку и порчу товара предусматривался штраф, поэтому она боялась, что что-то случится с товаром. Она хотела его вернуть, но на её сообщения никто не отвечал. И человек, который её консультировал, тоже оказался недоступен.

– Хочешь сказать, что Стас ничего об этом не знал? – усмехнулся Алекс. – Тогда почему он пытался убежать от меня?

– На следующий день мы встретились с Алисой, чтобы спрятать коробку в доме отдыха. Я снял там номер на сутки, но нас заметил Стас. В общем, он занервничал и приревновал. Пришлось всё ему рассказать. Алиса подозревала, что с этой коробкой что-то не так.

– Вы её открывали?

– Нет. Просто оставили в камере хранения. Решили, что сразу отдадим, если кто-то объявится. Но никто не позвонил и не написал.

– Ты знаешь, что это был за сайт? – спросил Алекс, вырывая листок из ежедневника и протягивая его Олегу вместе с ручкой.

– Она не сказала. Тогда я не придал этому значения, думал, что на сайте просто ошиблись. Не понимал, почему она так переживает, пока не узнал о её смерти. Самое страшное было смотреть на Стаса…

Олег выдохнул с облегчением и выпрямил спину, словно сбросил с плеч мешок цемента.

– У тебя пароль от ячейки?

Олег кивнул и написал на листке цифры. Алекс тут же взял запись и постарался запомнить, несколько раз прочитав её.

– Лейтенант, – позвал парень, и Алекс поднял на него взгляд. – Это я спрятал коробку, и отвечаю за неё тоже я.

Их глаза на несколько секунд встретились в молчаливой схватке.

– Уверен?

– Уверен, – ответил Олег, с тревогой взглянув на наручники, сжимающие его запястья.

После успешного допроса Алекс отправился в комнату отдыха и попросил сержанта Коновалова сходить в ближайший магазин за свежими булочками. Утренняя прохлада проникала в приоткрытое окно, где синева растворялась в солнечном свете. Лика оперлась на небольшой столик, пока Алекс ждал, когда кофеварка наполнится крепким напитком.

– Это было впечатляюще. Сегодня ты всех удивил.

Алекс протёр сонные глаза.

– Ничего особенного. Я просто делаю свою работу. Вот поймаю убийцу – тогда будет повод для восхищения.

– Вот в чём дело, – улыбнулась девушка. – Любишь, когда тобой восхищаются?

– А что такого? Кто не хочет славы? Да и повышение не помешало бы.

– У тебя, оказывается, грандиозные планы… Есть талант. Но если не будешь слушать старших по званию, они тебе не помогут.

Не успела Лика закончить фразу, как в комнату, распахнув дверь, вошёл Коновалов с бумажным пакетом в руке, а за ним и весь отдел: опера, следователи, секретари начали скандировать и громко аплодировать. От удивления Алекс чуть не выронил стакан.

– Молодец!

– Респект!

Алекс растерянно взглянул на Лику, которая пыталась спрятать яркую улыбку, но аплодисментов не поддержала.

– Что это за цирк? – возмутился Алекс, не показывая ни капли смущения. – Идите работать, хватит бездельничать.

– Ну всё! Работайте! – приказала капитан. – У нас ещё много дел.

Когда все разошлись, взяв с собой по чашке кофе, Лика сбросила с лица задумчивость.

– Кажется, тебя тут уважают.

– Не понимаю, за что…

– Как ты догадался, что Олег защищает парнишку?

– Только дурак станет молчать, когда его обвиняют в убийстве. Или тот, кто не хочет подставить близкого. Сначала подумал, что он боится за родителей, но, когда я говорил про них, он не подал виду, хоть и нервничал. Тогда понял, что дело в троице с фото. Тем более, что остались только двое. – Алекс хрипло вдохнул. – А по правде говоря, я просто перебирал варианты.

– Ты уверен, что Олег говорит правду?

– Проверим. У нас есть код от камеры.

– Как думаешь, что там?

Алекс задержал взгляд на стакане с кофе, сжимая его дрожащими пальцами.

– Боюсь, что там вовсе не чай, – произнёс он тихо, словно опасаясь, что его мысли могут стать реальностью. – Надо ещё раз поговорить со Стасом. Он должен знать об Алисе больше.

Парнишка лежал, положив голову на стол и подложив под неё руки. Он не шелохнулся, когда лейтенант поставил перед ним кофе и пакет с булочкой.

– Эй! – Алекс сел напротив и пару раз ткнул пальцем в неподвижную руку. – Я принёс поесть.

Парень медленно поднял голову. Его глаза стали ещё краснее, взгляд расфокусировался, и он протёр их грязным рукавом толстовки.

– Можно мне простой воды?

Алекс жестом указал на окно, за которым команда привычно наблюдала за происходящим.

– Сейчас принесут, – сказал лейтенант, прочистив горло и сцепив руки в замок. – Расскажешь, что случилось?

На лице парня мгновенно появилась гримаса горя и боли. Он вдохнул так глубоко, что его кожа стала ещё более бледной.

– И в чём ты там виноват?

В комнату вошёл патрульный со стаканом воды, и Стас буквально выхватил его из рук полицейского. Выпив всю воду, поставил стакан дрожащими, поцарапанными руками.

– Постой! – лейтенант остановил дежурного и указал на руки задержанного. – Сними-ка.

Патрульный недоумённо взглянул на Алекса, но всё равно медленно отстегнул наручники. Стас болезненно поморщился от прикосновений к красным полосам на запястьях.

Как только патрульный ушёл, парень поднял глаза.

– Её… правда убили? – в мутном взгляде Стаса читалась отчаянная надежда, словно он ждал, что сейчас развеют его кошмар последних дней. Алекс кивнул, глядя прямо в его пасмурные серо-голубые глаза.

– Она… мечтала уехать со мной в столицу… и поступить в институт. – Подбородок парня задрожал, а глаза увлажнились. – Она ездила сдавать экзамены, пока я пытался заработать денег на переезд. Я обещал ей, что всё будет хорошо…

– Она что-нибудь говорила о своей работе?

– Молчала. Знала, что я не позволю ей работать за копейки. Но… ей оставался один экзамен. Времени было мало. – Стас вытер рукавом слезу. – Если бы я зарабатывал больше, ей не пришлось бы искать деньги.

– Значит, про сайт ты ничего не знаешь?

Стас покачал головой.

– Я узнал о нём от Олега. Дурак, думал о ней плохо. С ума сошёл, когда увидел её с тем мужиком в баре.

– С каким мужиком? – нахмурился Алекс.

– Это было пару месяцев назад, когда она хотела работать официанткой. Какой-то мужик подвозил её домой. Она сказала, что это владелец бара и что они уже договорились о её первой смене. Но я сразу запретил ей туда устраиваться, и она пообещала, что не станет.

– Как назывался бар, помнишь?

– Эмм… недалеко от рынка, в конце центральной улицы. Великан… вели… «Виллиан». Да, так он назывался.

Алекс сделал запись в тетради.

– Тот владелец бара. Как он выглядел?

– Честно сказать, я не особо его разглядел. Тогда я был очень взволнован. Помню только, что он был высокий и крепкий.

– Понятно… А Алису ты в тот день видел? – Стас поднял вопросительный взгляд. – В день, когда она умерла. – уточнил лейтенант.

Парень задумался, затем нервно вздрогнул и покачал головой. Алекс выдохнул, внимательно разглядывая дрожащие, потрескавшиеся губы Стаса.

– Стас, понимаешь, если ты расскажешь всё как есть, мы быстрее найдём убийцу. Ты ведь этого хочешь?

– Я всё уже рассказал. В тот день мы не виделись, только созванивались.

– А ты знал про пустой дом? Неужели Алиса пошла туда одна и ничего тебе не сказала?

– Я же говорю, что узнал обо всём только в доме отдыха.

– Ну ладно… скоро откроем камеру хранения… – Стас заметно напрягся. – Олег дал нам код. Только вот не пойму, почему Алиса так боялась, если кто-то перепутал адрес?

– Я не знаю…

– Послушай, Стас! Твою девушку убили. – Алекс сглотнул, мысленно готовясь стать безжалостным. Не хотелось опускаться до такого, но работа требовала решительных действий. Если сейчас он позволит парню скрыть даже малейшую деталь, всё расследование может легко рухнуть. – Кто-то взял огромную доску и забил её до смерти. – Стас чуть не захлебнулся вдохом, подняв мокрые глаза, и затряс губами. – Он бил её, пока она не утратила способность кричать. А когда перестала двигаться, разбил ей череп. – Парень скривился и, согнувшись пополам, издал сдавленный вопль. Он начал горько плакать. – По-моему, сейчас не время выбирать правду, которая удобнее. – продолжал Алекс.

Через несколько минут Стас, немного успокоившись, ухватился за стол, словно опасаясь потерять сознание.

– Да, мы вместе ездили в тот дом, – сообщил он, с трудом сдерживая слёзы. – Мы искали заказчика, но нашли много коробок с таким же чаем, как и в той, что была у Алисы. Но там… были не чайные листья, а таблетки.

– Вы их открыли? – удивлённо спросил Алекс, и Стас кивнул.