Багаж загробных откровений
Слепцы, числом их было пять,
В Бомбей явились изучать
Индийского слона.
Исследовав слоновий бок,
Один сказал, что слон высок
И прочен, как стена.
Другой по хоботу слона
Провел рукой своей
И заявил, что слон – одна
Из безопасных змей.
Ощупал третий два клыка,
И утверждает он:
– На два отточенных штыка
Похож индийский слон!
Слепец четвертый, почесав
Колено у слона,
Установил, что слон шершав,
Как старая сосна.
А пятый, подойдя к слону
Со стороны хвоста,
Определил, что слон в длину
Не больше чем глиста.
Возникли распри у слепцов
И длились целый год.
Потом слепцы в конце концов
Пустили руки в ход.
А так как пятый был силен,
– Он всем зажал уста.
И состоит отныне слон
Из одного хвоста!
(Джон Годфри Сакс в переводе С.Я. Маршака)
1 Предисловие
В жизни практически всем приходится часто сталкиваться, что их суждения разделяют далеко не все другие люди. Каждой из дискутирующих сторон, кажется, что ее умозаключения прозрачны и очевидны. В социологии подобные факты получили название эффект Даннинга-Крюгера1. Однако межличностные отношения это только аверс монеты, которой расплачиваются за социальные конфликты. Реверс этой монеты значительно трагичней. Зачастую мы категорично судим о вещах, полагая, что располагаем о них исключительно достоверной информацией. При этом упускается из вида тот не очевидный факт, что информация, которой мы располагаем хоть и достоверна, но далеко неполна. Курт Гедель сформулировал это обстоятельство в форме теоремы. Его утверждение можно банально перефразировать в следующем виде – Любое суждение либо неполно, либо противоречиво.
Чтобы не ощущать неприятные последствия своих скороспелых сужений и поступков, следует постоянно сомневаться в полноте исходных данных на основании, которых мы делаем выводы. Но конечно во всем надо знать меру, не стоит доводить свои сомнения до шизофренической крайности.
Иллюстрацией этого тезиса может служить предложенная ниже вашему вниманию история. Резюме вышесказанного – Каждый делает свои умозаключения исходя из доступного ему ракурса событий.
2 Ракурс морга
Вячеслав Семенович Глумов санитар морга, среди друзей именуемый просто Славиком, обернулся на скрип двери и с откровенным безразличием уставился на посетителя. Вошедший был шатен среднего роста. Что называется, человек без особых примет. Возраст его тоже был довольно неопределенный. Проще говоря, он выглядел как человек уже достигший определенных карьерных высот, но еще полный сил для покорения жизненных вершин. Предваряя обычно задаваемые вопросы, Славик быстро затараторил:
– Не переживайте. Все сделаем по высшему разряду. Оставляйте одежду усопшего. За косметические услуги оплата согласно прейскуранту. От чаевых не отказываемся. Фамилия вашего покойника?
Незнакомец смущенно улыбнулся и отрешенно махнул рукой:
– Нет, я по другому вопросу. В смысле, у меня нет здесь покойника.
Славик взгромоздился на стол, свесив ноги, пыхнул сигаретой и с прищуром посмотрел на посетителя:
– Понятно. Не предстал еще перед Господом. Пришли на будущее поинтересоваться, что здесь да как? Так прейскурант в коридоре под стеклышком висит. Не приметили?
Незнакомец мотнул головой и прислонился к притолоке:
– Нет, прейскурант я видел. У меня к вам деловое предложение.
Славик с ехидством посмотрел на гостя:
– Как покойников счастливее сделать?
Визитер непринужденно улыбнулся:
– Ну, можно и так сказать. Предлагаю свои услугу по визуализации последнюю воли и желаний умерших.
Славик метнул окурок в помятое ведро и привычно соскочил со стола на пол:
– Это не к нам. Это к батюшке. Вторая дверь по коридору.
Он иронично хмыкнул:
– Или к нотариусу. Но это уже не здесь, а совсем в другом месте.
Незнакомец замотал головой и взмахнул руками:
– Нет именно к вам, молодые люди. Именно к вам. Хорошо.
Он оборонительно предупредительно выставил перед собой ладони:
– Возможно, я не точно выразился. Поставим вопрос иначе. Предлагаю неплохо заработать. Желаете?
Славик снова пристроился на стол и скрестил руки на груди:
– А вот с этого момента поподробней.
Незнакомец прикрыл за собой дверь и смущенно поинтересовался:
– Позвольте присесть?
Славик толкнул ногой к посетителю стул:
– Садись. В ногах правды нет.
Стул противно заскрипел ножками по полу. Незнакомец уселся и положил одну ногу на другую:
– Суть моего предложения такова. Я размещаю здесь у вас свою аппаратуру, которая визуально отображает последние мысли покойника. Этот фильм я предоставляю вам, вы его демонстрируете близким покойного. И дело в шляпе. Ручаюсь, они пожелают эту запись приобрести. Естественно недаром.
Славик уперся взглядом в незнакомца. В голове его суетливо пронеслось:
– Надуть хочет. Точно мошенник. А по виду не скажешь. Точно надуть хочет. Не пойму только, каким образом.
Озвучил свои сомнения Славик так:
– Слушай, мил человек. Предположим все, как ты говоришь. Кто деньги будет с клиентов получать? Ты или мы?
– Ну, тут есть небольшая загвоздка.
Славик обреченно хмыкнул:
– Ну, я так и думал. Сказки венского леса.
Гость оживился:
– Нет, вы послушайте. Вы ведь не хотите, чтобы вся выручка ушла в налоги? И чтобы не пришили незаконное предпринимательство? Поэтому деньги будем получать по разработанной мной схеме.
Славик кивнул:
– Хорошо. Пусть будет по-твоему. Как делить будем?
Гость скорбно поджал губы:
– Всем поровну. Идет?
Славик искоса с подозрением посмотрел на гостя:
– А с чего такая щедрость. А мы-то здесь вроде сбоку-припёку?
– Помещение ваше, значит, вы здесь командуете. Ну и чтобы все по-честному было.
Недоверчивость стояла в глазах Славика. Незнакомец кивнул и отвел взгляд в сторону:
– Не верите. Понимаю. Хорошо. Давайте иначе. Я просто размещаю здесь аппаратуру. Сколько вы хотите за ее размещение?
На лице Славика обозначилось растерянность, он наморщил лоб:
– Это, смотря какую аппаратуру. Может ты террорист, мил человек. Притащишь сюда бомбу. А нам потом отвечать.
Гость уставился на Славика наивным взглядом:
– Помилуйте. Нет, ну какая бомба? Какая бомба? О чем вы говорите? Компактная научная электроника.
Славик нахально ухмыльнулся:
– На бутылку дашь и можешь тащить сюда свою электронику.
Незнакомец полез за кошельком и извлек пятитысячную купюру. Прижал деньги рукой к столу. Замялся. Виновато улыбнулся Славику и поднялся со стула:
– Если не возражаете, я сейчас сам сгоняю за пузырем и обмоем это дело. Чтобы не откладывать в долгий ящик. Идет?
Он метнулся к двери.
Напарник Славика Андрей скорбно констатировал:
– Сообразил чувак, что с пяти косарей сдача ему не обломится. Сейчас притаранит, какую нибудь дешевую палёнку, чтобы сильно не тратиться.
Славик философски буркнул:
– Посмотрим.
Вернулся незнакомец очень быстро. Во всяком случае, за это время до магазина было дойти не реально. В руках он нес пластиковый пакет. Он крутил головой, прикидывая, где можно разгрузить пакет, почесал затылок и поинтересовался:
– Здесь разместимся или как? Вроде здесь как-то не комильфо.
Славик посмотрел на свои часы и направился в подсобку и буркнул на ходу:
– Дуй за мной. Там нам никто не помешает. Подождет покойничек. Ему теперь спешить некуда. Успеем еще его привести в порядок. Андрюха задвинь покойника морозильную камеру.
Из пакета незнакомец извлек бутылку виски, мясную нарезку, пресервы и фрукты.
Славик одобрительно проворчал:
– А ты я смотрю мужик серьезный.
Взял в руки бутылку и стал ее рассматривать:
– Виски чтоли?
Гость кивнул:
– Они самые. Думаю подойдет.
Славик удовлетворенно хмыкнул:
– А то! Мы-то обычно водочкой пробавляемся и килькой в томатном соусе.
В подсобку влетел Андрей:
– Не опоздал?
Гость встал со своего стула с граненым стаканом в руке:
– Разрешите представиться. Константин Эдуардович Валежников. Надеюсь, наше сотрудничество будет плодотворным и взаимовыгодным. А по этому поводу позвольте выплатить вам начальное вознаграждение.
Жестом фокусника он извлек из кармана и положил по очереди перед Славиком и Андреем по пятитысячной купюре.
Те оторопело воззрились на деньги, поспешно опрокинули содержимое своих стаканов в рот и воровато попрятали купюры в карманы. Смущенные хозяева стыдливо отводили глаза, тосты их были коротки и незатейливы:
– Ну, будем. Чтобы все было пучком.
Но после третье стопки они пришли в себя. Из подсобки все трое вышли здорово навеселе, оставив на столе недопитую бутылку, недоеденные закуски и характерный запах застолья. Андрюха фамильярно хлопнул нового знакомого по плечу:
– Ну, ты Костян молок. Такой нам праздник устроил.
Славик его наставительно одернул:
– Не Костян, а Константин Эдуардович. Ты Андрюха эти свои дворовые замашки брось.
Константин смущенно посмотрел на Славика и потер рукой нос:
– Ну, вы пока покойником занимайтесь, а я пока за аппаратурой метнусь.
Новые друзья провожали его до двери восхищенными взглядами.
Работа по бальзамированию и гримированию покойника прошла вполне успешно. Славик, всматриваясь в лицо покойника слегка замутненным взглядом, подвел итог:
– Порядок. Мастерство не пропьешь.
В этот момент и появился Константин:
– Не помешаю?
Славик гостеприимно развел руки в стороны:
– Заходи, будь как дома.
Пока Константин размещал аппаратуру рядом с гробом, Славик с Андреем сосредоточенно наблюдали за его работой. Наконец Константин вытер пот со лба и уселся на стул. Пощелкал ручным пультом. Его аппаратура ожила и замигала светодиодами. Он откинулся на спинку стула, и устало прохрипел:
– Понеслось говно по трубам. Теперь можно и еще выпить.
На сей раз потребляли алкоголь молча. Пульт в кармане Константина пискнул. Он на него мельком взглянул и встал:
– Готово! Пошли смотреть фильм.
Для просмотра результатов эксперимента Константин, сидевший на стуле, использовал ноутбук, размещенный у него на коленях. Славик с Андреем созерцали экран, стоя за его спиной. Зрелище, разворачивающееся на экране, было сумбурным, но захватывающим. Хаотично появляющиеся картинки, напоминали фотографии начинающего фотографа любителя. В фокусе оказывались лишь отдельные лица и предметы. Остальные детали были размыты и смазаны. Сюжеты фрагментов были представлены событиями раннего детства, школьных лет, и взрослой жизни. Они беспорядочно и бессистемно перемежались между собой. Тем не менее, ассоциативная связь между ними улавливалась.
Андрей обескуражено выдохнул:
– А где тут покойник? Я что-то его не вижу.
Ему с издевкой ответил Славик:
– А ты самого себя сейчас видишь?
– А причем здесь я-то? Это же фильм про покойника, а не про меня.
– Ну, ты тормоз Андрюха. Это фильм не про покойника, а про его жизнь, как он сам ее видел.
Андрей потерянно протянул:
– А-а-а. Теперь дошло.
В перебранку встрял Константин:
– Да, дилемма. Я как-то сразу не сообразил, что такое выйдет.
Он сморщил нос и без уверенности озвучил свои размышления:
– Ну, ничего смонтируем кое-какие фрагменты. Для начала выявим близких покойника на нашем видео.
Константин застучал по клавиатуре ноутбука. На экране появились программные скрипты. Вскоре Андрей со Славиком потеряли интерес к происходящему. Сначала они удалились в подсобку, но вскоре из нее вышли. Славик смущенно пробурчал:
– Ну, это. Мы, наверное, пойдем. И это. Покойника надо в морозильную камеру убрать.
Константин встрепенулся:
– Да, да, да. Извините, я увлекся. Все сворачиваюсь.
Он с надеждой посмотрел на Славика:
– А можно я тут останусь в подсобке? Не хочется прерываться.
Славик без признаков радости вздохнул:
– Ну, оставайся если так надо.
3 Ракурс компании
На следующее утро Константин с порога озадачил своих новых товарищей очередным заданием. К ним он вышел из подсобки, в которой его оставили с вечера. Выглядел он утомленным, но полным энтузиазма. Темные круги под глазами, бледное лицо, пересохшие губы. Он посмотрел на Славика и голосом, не терпящим возражений, заявил:
– Значит так. Когда придут за покойником необходимо вручить записки тем, кто изображен на этих рисунках.
Константин протянул Славику тонкую стопку стандартных листов и такую же по толщине стопку узких записок.
Славик осуждающе посмотрел нового приятеля и вздохнул:
– Ни тебе Здрасти, ни тебе привет.
Константин поморщился:
– Извини, закрутился. Здравствуй Славик. Здравствуй Андрей. Ну, так что?
Славик взял листы в руки и стал их неторопливо рассматривать. Спустя минуту он вздохнул и напускным безразличием посмотрел на Константина:
– Плохо ты себе представляешь траурные традиции Константин Эдуардович. Близких покойника всячески пытаются уберечь от лишних волнений и потрясений. Поэтому организационной стороной похорон занимаются, как правило, посторонние люди. Никто из близких покойника сюда не придет. Предлагаешь нам самим пойти туда, где прощаются с покойником?
Славик отрицательно помотал головой:
– Не-е-е. Это нам без надобности. Светиться на чужой территории это не по понятиям. За это можно и неслабо огрести. У нас тут свои правила. Извини.
Он протянул листы Константину:
– Так что, Константин Эдуардович, давай-ка ты сам.
4 Ракурс Константина
Константин сумрачно окинул взглядом Славика и скрылся в подсобке.
Усаживаясь за стол, он тихо бурчал:
– Сам так сам. Жаль. Придется немного засветиться перед близкими покойника. Координаты их все у меня есть. А тебя Славик я попробую иначе заинтересовать.
Он открыл свой ноутбук и постучал по клавиатуре. Откинулся на спинку стула, азартно приговаривая:
– Клюй рыбка большая и маленькая.
Ожидать ему пришлось недолго. Ноутбук коротко пискнул, сообщая, что по мейлу пришло сообщение. Его Константин прочитал вслух:
– Откуда у вас это видео?
Он усмехнулся и стал набирать на клавиатуре, тихо приговаривая:
– Очевидно, что в подлинности представленного вам фрагмента видеоматериалов вы не сомневаетесь. Можете им использоваться по своему усмотрению. Полная версия ролика может быть предоставлена на платной основе.
Следующее пришедшее сообщение было коротким:
– Сколько?
Константин почесал пальцем переносицу:
– Сколько? А черт его знает сколько? Вас господа похороны и так втянули в расходы. А я не мироед.
Он отстучал на клавиатуре ответ:
– А сколько не жалко.
Ответ последовал незамедлительно:
– Могу заплатить семнадцать тысяч.
Константин отрешенно пробурчал:
– Понятно. Судя по не круглому числу, последнее готов заплатить. Не будем наживаться на горе ближнего. Мы не жлобы.
Он отстучал на клавиатуре ноутбука:
– Достаточно будет пятнадцати. Переводите по телефону. По получении высылаю весь ролик.
Сделка по продаже ролика прошла успешно.
Вслед за ней состоялись еще две аналогичные сделки.
Константин ждал. Наконец он подвел итог:
– Остальных, похоже, предложение не заинтересовал. Ну и ладно. Три из пяти неплохой результат.
Он захлопнул ноутбук и встал со стула и буркнул:
– А теперь вторая часть марлезонского балета.
Константин открыл дверь подсобки и известил:
– Так орлы мои сизокрылые, диктуйте номера своих телефонов и названия банков, в которых получаете зарплату.
Славик и Андрей растерянно уставились на Константина. Первым из ступора вышел Славик:
– Зачем?
– Денежку получать пора.
Константин поторопил удивленных друзей:
– Цыгель, цыгель, ай лю-лю.
5 Ракурс жизненных оборотов.
Записав телефоны Константин удалился. Славик потер задумчиво рукой лоб. И тут у него пискнул телефон. Он прочитал пришедшее извещение растерянно шарить взглядом по стене размышляя:
– Двадцать семь тысяч. Не слабо. Интересно, а подоходный налог с них сдерут? Да плевать, если так дело пойдет, то жить можно.
. От размышлений его оторвал Андрей:
– Тебе сколько обломилось?
Славик не сразу сообразил, чем интересуется его коллега и переспросил:
– Что?
– Сколько Эдуардыч тебе заплатил, спрашиваю?
– А тебе?
– Я первый спросил. Мне пятнадцать тонн отвалил.
– Мне столько же.
Славик прищурился:
– Слушай, интересно, а сколько он себе оставил?
Андрей флегматично отозвался:
– Да какая тебе разница. Радуйся, что и нам что-то обломилось. Он это все придумал, ему и рулить.
– А я думаю, Эдуардыча стоит прощупать на предмет честной дележки. Покойника-то мы с тобой ему обеспечили.
Андрей настроен был прагматичней:
– Славик ты не зарывайся, бога не гневи. Курочка по зернышку, а большим куском можно и подавиться. Таких, как мы с тобой, пруд пруди. Он мужик ушлый, ему только свистнуть, и будет кто-то другой вместо нас жизни радоваться.
Славик упрямо мотнул головой:
– А я все-таки спрошу.
В это время Константин стоял прильнув ухом к двери подсобки. Заслышав шаги по бетонному полу, он быстро на цыпочках перебежал к столу. На стук в дверь энергично отозвался:
– Да, да. Входите.
В проеме двери Славик остановился и смущенно заговорил:
– Эдуардыч, ты это, извини. Мы тут повыпедривались слегка. Отказались тебе помогать с родственниками покойника. Позволь загладить вину. Дай возможность искупить делом.
Константин привстал со стула и примирительно взмахнул рукой:
– Ладно, ладно. Все! Забыто. Слушай Вячеслав, ты меня обяжешь, если возьмешь на себя часть организационных забот. Особенно финансы. Буду очень признателен.
В глазах Славика мелькнул азартный огонек:
– Да я с радостью. Ты только расскажи что, да как. А я уж постараюсь. Вот ты даже не выходил из подсобки, а дело сделал. Это как?
Константин надул щеки и резко выдохнул воздух:
– Не выходить-то я не выходил, а вот намаялся как ломовая лошадь. Так что помощник мне точно не обходим. Сегодня, я смотрю, у вас покойник не предвидится. А я устал дальше некуда. Отдохнуть надо. Поспать чуток.
– Так в чем проблема? Ты где живешь-то?
– Да я не местный. Где у вас тут гостиница?
Славик удивленно вытаращил глаза:
– На фига тебе этот клоповник. Подожди момент, сейчас я тебе квартирку организую.
Славик достал из кармана мобильник и вышел из подсобки. Через дверь до Константина доносились обрывки его телефонных переговоров. Вскоре он снова предстал перед Константином. Весь сияющий и с порога объявил:
– Порядок. Квартирка однокомнатная. Чистенькая, холодильник, телевизор. Десять тысяч в месяц. Потянешь?
Константин покорно кивнул:
– Потяну, конечно.
– Ну, тогда рванули. Сейчас такси вызову.
Константин умоляюще посмотрел на Славика:
– Можно я аппаратуру в подсобке оставлю? Чтобы не таскать туда-сюда.
– Не вопрос. Оставляй, конечно.
В течение следующей пары дней Константин обучал Славика всяким интернетовским штучкам и премудростям. Он вкрадчиво ему объяснял:
– Первым делом, общаешься с клиентами исключительно через ВПН. Нам огласка без надобности. Счет для оплаты. Счет скрыть не удастся. Но это ничего. Он на подставное лицо. Если счет арестуют, то всего лишь один раз. Спишем эту потерю на накладные расходы. Деньги с этого счета регулярно переводим на твой криптокошелек. А с него ты уже раздаешь криптовалюту на наши с Андреем кошельки. И все. Дальше нас уже не отследить. Потери на колебании курса криптовалюты это тоже в накладные расходы. На себя я беру всю работ с информацией о покойников. Предоставляю тебе результаты их воспоминаний и координаты тех, кому эти воспоминания интересны. Понятно?
Славик козырнул на американский манер, поднеся руку к виску:
– Так точно сэр.
6 Конфликт ракурсов.
Какое-то время все шло как по маслу. Участники подпольного концерна пребывали в восторге от успехов. Но у неожиданностей есть дурацкая привычка подстерегать расслабившихся путников за углом с пыльным мешком. Первая неожиданность произошла спустя пару недель после появления Константина в морге. Славик по обыкновению зашел в подсобку за порцией результатов необходимых для выкачивания денег из окружения очередного покойника. Константин явно был не в духе. Сидел с отрешенным лицом и взлохмаченными волосами. Поначалу Славик не придал этому обстоятельству особого значения и сходу весело поинтересовался:
– Все готово? Можно скачать на флешку?
Константин потерянно отозвался:
– Нет. Не выявил заинтересованных лиц в воспоминаниях покойника.
Славик наклонил голову набок и недоверчиво переспросил:
– Что совсем ни одного?
Константин сокрушенно покачал головой:
– Ни одного.
Славик ехидно усмехнулся:
– Выходит занятный был покойничек. А по нему и не скажешь. Заказ на его бальзамирование и грим пришел от серьезной организации. И чек к заказу прилагается не слабый.
Константин оживился и в глазах его сверкнул интерес:
– Что за организация?
Славик покопался в карманах и извлек сложенный вчетверо жесткий лист официального бланка. Расправил его на столе перед Константином и лукаво заглянул ему в лицо:
– Что на это скажешь?
Константин сфотографировал содержимое бланка на смартфон и хмуро пробурчал:
– А что тут говорить? В этом и есть ответ на твой вопрос. В наличии дружный коллектив, и полное отсутствие заинтересованных персоналий.
Славик задорно выпалил:
– Чудак-человек! Так коллектив-то ведь всегда заплатит больше, чем отдельные люди. Только клич брось.
Константин сумрачно взглянул на Славика:
– А вот коллективу лучше не знать о наших возможностях. Знаешь чем занимался покойник?
Славик удивленно выдохнул:
– Ну и чем?
– Да примерно тем же что и я. Ну не совсем тем же, но очень близким. Так что мы со своим бизнесом очень даже заинтригуем потенциальных конкурентов. А мне лично это совсем не светит.
Славик непокорно мотнул головой:
– Хорошо, хорошо. Понял. Но ведь родственники у покойного были?
– Ни черта ты не понял Славик. Ты что не заметил, что твоего покойника выпотрошили трансплантологи? А разрешение на это дали как раз родственники и совсем не из бескорыстного альтруизма, а за приличные денежки. Так что делай выводы. Дальше объяснять?
Славик сник и опустил голову. Константин хмуро продолжил:
– Я понимаю, вам с Андрюхой уже не слабо перепало с этого покойника.
Он с умоляющими нотками в голосе продолжил:
– Не жадничай Славик, Себе дороже выйдет.
Константин неуклюже поднялся со стула:
– Меня некоторое время не будет. Я тебе оставил подробную инструкцию, как управляться с аппаратурой. Думаю, справишься. Вернусь, доведу результаты твоей работы до коммерчески пригодного состояния.
Он подвинул Славику несколько листов бумаги соединенных между собой канцелярской скрепкой.
Славик вздохнул, взял инструкцию и вышел из подсобки.
Когда Константин усталой походкой покинул секционный зал морга, Андрей с состраданием в голосе выдохнул:
– Совсем замаялся бедолага. Еле ноги волочит. Отоспаться ему надо как следует.
Славик хмуро возразил, глядя на дверь:
– Да нет. Не отсыпаться он пошел. Думаю, он на этом покойничке нарыл что-то более доходное, чем наше теперешнее дело. А может и устроил он всю эту эпопею с нами, чтобы выйти на эту перспективу.
– С чего ты взял?
– Понимаешь, Андрюха, я заметил, что для него этот заработок, так мелочевка. И не особо этот заработок его интересуют. Он со всего этого получает меньше, чем каждый из нас. Заметь, знает об этом, и не петюкает. Значит, есть у него какой-то другой интерес. И, похоже, он этот интерес обнаружил как раз в нашем покойничке.
– С чего ты взял?
– А он сам только что мне в подсобке признался.
– И что это за интерес?
Славик резко дернулся:
– Много будешь знать – скоро состаришься. Работай давай. Закачай раствор в покойника.
7 Ракурс Валежникова.
Константин придя на съемную квартиру рухнул на кровать, заложил руки за голову и уперся взглядом в потолок:
– Почему об этом Ценципере мы до сих пор ничего не слышали? Он явно не пытался скрывать свои исследования. А публикации в научных изданиях отсутствуют. Не смог пробиться через редколлегию? Бывает. Но в венчурную-то компанию он пробился. Скорее всего, специализировался не на теоретической физике, а каких-нибудь прикладных проектах. Выходит от него ожидали одних результатов, а он вылез совершенно с другими. Вот уж воистину неисповедимы пути Господни. Ладно. Хрен с ней с этой неувязкой. Не в ней сейчас дело. Непосредственно перед своей смертью он активно контактировал с каким-то Бобом Планкетом. А вот этот персонаж может существенно осложнить дело. Планкет точно не физик. Интересовали его совершенно иные реалии. Управлять сознанием глобального социума. Амбициозное желание. Желание не технаря, а гуманитария, а если уж точнее, то политика, или на крайний случай политтехнолога. А вот, судя по их беседам с Ценципером, Планкету ничего не обломилось. Из опасения за судьбы человечества Ценципер часть своих записей связанных с переносом сознания уничтожил. А вот записи размышлений о сущности материи, как комбинации аттракторов над неким абстрактным свойством пространства оставил очень подробные. Жаждал чувак всемирного признания. Банальное тщеславие. Ну что ж ничто человеческое нам не чуждо. Итак. Абстрактное свойство пространства, обладающее количественной мерой. Ну, если не мерой в полном математическом смысле, то количественными атрибутами образующими алгебраическую группу. Не совсем понятно аддитивной это группа должна быть или мультипликативной. Не важно. Главное то, что Ценципер ввел в этой группе предикат частичного порядка. Очень это построение напоминает определение энтропии. Основная концепции его гипотезы это дискретность времени совершения количественных изменений этого абстрактного свойства. Что в свою очередь и вызвало появление кванта фазового пространства для множества аттракторов в этом самом абстрактном свойстве. Гениальность простоты. Кажется, я поплыл. Точно сейчас усну. Надо еще попасть на похороны этого Ценципера. Интересно посмотреть, кто придет его провожать в последний путь.
Засыпая он пробормотал сонным голосом:
– Собственно мне нужна только эта ручная ворона Карлуша.
8 Ракурс похорон
К удивлению Константина, на похороны Ценципера пришло довольно много людей. По тому, как люди здесь держались, однозначно угадывался их статус по отношению к покойному. Жена и дочь демонстрировали скорбь не скрывая слез. С опущенными головами стояли немногочисленные друзья семьи. Коллеги по работе вели себя дежурно сдержанно.
Кроме непосредственных коллег присутствовало и все руководство венчурного фонда во главе с двумя основными мажоритариями, известными Константину по посмертному видео. Эти выделялись от остальных явно обозначенными на лицах важностью и собственной значимостью. А вот вороной на похоронах даже не пахло. Константин пошарил глазами по веткам ближайших деревьев:
– Хорошо замаскировалась, Ясное дело, что с панегиками ворона сюда не полезет. Да ей никто и не даст тут выступить. Необходимо что-то предпринять, другой возможности уже не представится.
Константина потянуло на авантюру. Когда все запланированные траурные речи были произнесены, он поднял руку:
– Позвольте мне?
Он подошел к краю могилы и скорбным голосом начал:
– Мы с Лёней, извините, с Леонидом Владимировичем были знакомы с института. Вместе ходили в походы.
От внимания Константина не ускользнуло, как главный акционер Северский венчурного фонда чуть отклонил голову в сторону и тихо буркнул:
– Выясните кто это такой.
Начальник службы безопасности стоящий за его спиной послушно кивнул:
– Не волнуйтесь, Альберт Николаевич, все выясним.
В голове Константина пронеслось:
– Главное не зарываться. Попридержать коней, и не борзеть. Интерес ко мне у них уже пробудился и этого достаточно.
Вслух он продолжил
– Леонид учился на курс раньше меня. Но уже во время учебы подавал большие надежды как физик теоретик. Его статья в институтском сборнике по физике элементарных частиц стала настоящим фурором. Не все студенты с первого раза сдают экзамены по теоретической физике. А тут такое. Не скрою, товарищем он был отличным. В походах с ним рядом, чувствовали себя как за каменной стеной. Извините, что я сбивчиво говорю, но его смерть такая неожиданность. После распределения нас с ним жизнь развела. Узнал, что Лёня умер совершенно случайно.
Константин сделал вид, что смахивает слезу и огорченно поморщился:
– Пусть земля ему будет пухом.
Естественно Константину удалось без труда увязаться и на поминки. Здесь он предусмотрительно решил больше не выделяться, а прикинутся скромнягой и тихо наблюдать. Это ему вполне удалось. За столом он разместился почти напротив тех, кто его интересовал, но с таким расчетом, чтобы откровенно не мозолить им глаза. А интересовали его три человека – Игорь Михайлович Белов, Альберт Николаевич Северский и пресловутый Боб Планкет.
Планкет, почему-то на похоронах отсутствовал, как и на поминках. И это вызывало естественное недоумение Константина. Северский был ему интересен, лишь постольку, поскольку являлся официальным владельцем научного наследия Ценципера. Но для Константина, исходя из того, что он узнал из посмертного видео Ценципера, дальнейшая судьба наследия не представляла интереса. Коммерческое использование результатов исследований его не особенно огорчало, а скорее радовало. Северский наверняка постарается сохранить в тайне теоретическую часть исследований. А это означало, что конкурентов у Константина на его собственном поприще не прибавится.
В наибольшей степени его интересовал Белов хозяин серой вороны Карлуши. Птица в результате трагического стечения обстоятельств являлась единственным естественным носителем сознания Ценципера. И это представляло немалый интерес. Но до Карлуши можно добраться только через Белова. Белов сидел рядом с Северским. Переговаривались между собой они негромко. Но кое-что из их разговора до Константина долетало. Во всяком случае, одну фразу Северский озвучил довольно громко:
– Планкет конечно редкий мерзавец, но складывается впечатление, что относительно вашей птицы он был прав. В нее действительно было перенесено сознание Ценципера. А вы от нас всячески скрывали и утаивали этот факт.
Константин внутренне ухмыльнулся:
– А вот все и стало на свои места. Выходит Планкета они турнули из компании, поэтому он здесь и не присутствует. Еще один плюс в мою копилку. Хотя как знать. Неизвестно, что этот Планкет предпримет после изгнания из венчурного фонда. Если только его не похоронили еще прежде Ценципера.
Дальше до слуха Константина донесся возмущенный возглас Белова:
– Чушь! Бред! Нам-то с вами достоверно известно, что технология Ценципера позволяла совершить такое переселение, без каких либо трагических последствий.
Белов понизил тон, и дальнейшее расслышать не представлялось возможным. Да и соседка Константина по столу решила взять над ним опеку и покровительственно защебетала: – Позвольте за вами поухаживать. Я вижу, до блинов с кутьей вы стесняетесь тянуться. Я вам передам.
Она стала накладывать в тарелку Константина еду наставительно приговаривая:
– Это поминальная традиция, блины с медом. Чтобы усопшему на том свете не было горько. Кутью тоже покушайте непременно. Это обязательно. Хотя бы попробуйте, чтобы не огорчать усопшего. Вы ведь с ним были дружны, как я слышала на кладбище.
Константин согласно кивнул:
– Да он для меня был настоящим другом.
И тут же стал смущенно отнекиваться:
– Спасибо. Все, все хватит. Мне столько за всю жизнь не съесть.
Но соседка с энтузиазмом продолжила:
– Съедите, съедите. Мужчина должен есть обильно, особенно под выпивку. Как скушаете, я вам еще и пироги передам. Вы с чем любите? С рыбой или с капустой?
Константин ошалело таращил глаза, не зная как сдержать добродетельные порывы соседки, а она не унималась:
– Там еще с грибами есть пирожки.
Он взмолился:
– Давайте я потом определюсь. Я пока не соображу, чего мне хочется.
Наконец соседка утихомирилась:
– Да, да. Конечно. Я понимаю. Такое горе, Такое горе.
У Константина снова повторно появилась возможность навострить уши. К этому моменту разговор Белова и Северского перешел в дружескую беседу и стал чуть громче. Северский добродушно пробасил:
– Убедили. Успокойтесь. Ничто вашей птице не угрожает. А вы Игорь Михайлович в очередной раз подтвердили свое реноме профессионального аналитика. Мои аплодисменты.
Повеселевший Белов радостно отозвался:
– Кстати, Альберт Николаевич, вы насколько мне известно увлекаетесь шахматами. Так вот мой Карлуша может стать вашим партнером.
Северский с любопытством взглянул на Белова:
– А что, это довольно экстравагантно играть с птицей в шахматы. Такое точно произведет фурор среди моих знакомых.
Он повернул голову к своему соседу по другую руку:
– Как думаешь Саша?
Тот недовольно проскрипел:
– Произведет, произведет. Вечно тебя тянет на дешевую экзотику.
Константин пережевывая блин мысленно отметил:
– Оказывается этот Карлуша еще и в шахматы играть мастак. Учтем.
9 Ракурс возвращения с поминок
К дому, где Константин снимал квартиру, он отправился пешком. Приплеся он к нему часа через два и плюхнулся на лавочку перед подъездом. Добираться таким долгим образом он решил вполне осознанно. Еще на поминках он заметил, что к его пиджаку прикрепили GPS-трекер. Нужно было установить будут его пасти агенты вживую или ограничатся только электроникой. Применив несколько незатейливых ухищрений убедился, что филеров к нему не приставили. Теперь настало время составить конкретный план выхода на Карлушу. В голове был сумбур из обрывков мыслей. Лейтмотивом в них звучало:
– Как? Где? Когда?
В этом хаосе разрозненных обрывков мыслей неожиданно сформировалась одна вполне отчетливая:
– Партия в шахматы. Партия в шахматы.
Константин с облегчением выдохнул:
– Конечно, партия в шахматы с Северским. Отличный ход в поисках Карлуши.
Из-под подсознания непроизвольно выскочило:
– Партия в шахматы с Карлушей. Сейчас. Немедленно.
Константин от неожиданности ошарашено разинул рот. А по лавочке, где он сидел уже важно вышагивала серая ворона. Константин встряхнул головой пытаясь отогнать наваждение. Птица хрипло заговорила:
– Ладно, ладно. Оставим потуги ментального общения на следующий раз. Ты я вижу в этом деле еще дилетант. Так ты утверждаешь, что мы с тобой дружили в институте, и даже в походы вместе ходили?
Константин согнал с лица растерянность и натужно выдохнул:
– А что мне оставалось делать? Я надеялся вживую поговорить с Ценципером.
– Тебя Планкет подослал?
– Нет. Я с Планкетом незнаком. Уж коли мы перешли на ты. Давай отложим пустые расспросы. Я просто тебе продемонстрирую один фильм. И сразу все станет на свои места. Зайдешь ко мне домой? Я в этом доме снимаю квартиру.
Птица шустро отскочила на край лавочки:
– Э нет! Дешевый трюк любезный. С детства хорошо помню. Вороне как-то бог послал кусочек сыра.
Константин покорно кивнул:
– Хорошо. Понял. Жди здесь, я схожу за ноутбуком и вернусь.
Он встал и направился в подъезд. Карлуша тут же взлетел на ближайшее дерево.
10 Ракурс необычного контакта.
Ожидание птицы длилось недолго. Константин вернулся с ноутбуком под мышкой, поискал газами птицу и вполголоса проговорил:
– Только не здесь. Предлагаю обойтись без случайных свидетелей. Веди куда считаешь нужным. Я нездешний в окрестностях разбираюсь плохо.
Карлуша перелетал с одного дерева на другое показывая направление движения, Константин следовал за ним. Дорога заняла немного времени. Место выбранное Карлушей действительно оказалось максимально для него безопасно. В ближайшем сквере он вспорхнул на стол доминошников и как бы между делом поинтересовался:
– Кстати ты в курсе, что тебя пасут?
– В курсе. Еще на поминках заметил, что мне GPS трекер прицепили. А вот людей для слежки ко мне не приставили. Это я тщательно проверил. Собственно именно на это я и рассчитывал, когда полез с прощальной речью на кладбище. Надеялся таким образом с тобой наладить контакт. А чтобы не вызвать подозрений, необходимо было чтобы твои на меня вышли, а не я на них. Карлуша иронично прохрипел:
– Меня-то ты уже нашел, а эти, поверь мне, тебя просто так не отпустят. У них бульдожья хватка.
Константин беспечно фыркнул:
– Ну, подумаешь, найдут. И что дальше? Предложат поработать в их венчурном фонде? Так я и приложу все усилия, чтобы они ко мне потеряли интерес. Случайный знакомый. Ни уха ни рыла в том что им надо.
Карлуша бесцеремонно его оборвал:
– Хорош базланить. Давай показывай чего там у тебя есть.
Константин развернул на столе ноутбук, вставил в него флешку. и тут же услышал новый приказ птицы:
– Отвали от стола к тому дереву, что у тебя за спиной, и не суетись бестолку. Дальше я сам разберусь что к чему.
Константин прислонился к дереву и стал наблюдать за птицей. Карлуша постучал клювом по клавишам ноутбука и погрузился в созерцание экрана. Просматривал видео Карлуша довольно эмоционально. Он, то припадал телом к столу, то взъерошивал перья, то застывал с широко разинутым клювом. Про себя Константин отметил:
– Похоже его зацепило. Значит будет о чем поговорить.
Наконец Карлуша стукнул клювов по клавиатуре ноутбука и скакнул по столу в направлении Константина и прохрипел:
– Интересное кинишко. Где надыбал такое?
Константин натужно выдохнул:
– Считал из мозга покойного Ценципера.
Карлуша закрутил головой и нахохлился:
– Это как? Что можно считать из мозга если он умер? В нем же все разрушилось! Памяти не осталось.
Константин криво усмехнулся:
– Смешно это слышать от человека, который клонировал структуру сознания. Это заскорузлым медикам позволительно так считать. Они думают, что если функционирование мозга нельзя восстановить спустя полчаса после прекращения кровообращения, то память разрушена. Но ты-то должен знать, что белки на которых реализована память в мозге не так-то просто разрушить. Белки очень устойчивые химические соединения, это любому биологу известно. Да и нативная структура белка попрочнее любой брони будет.
Карлуша встряхнул клювом:
– Я не биолог, и все эти физиологические заморочки не по мне. Я занимаюсь микроскопическими аттракторами. Можно сказать нано, пико и фемпто аттракторами и репеллерами.
Константин бесстрастно продолжил:
– Как вы могли понять из фильма, я знаком с вашей гипотезой и вашими исследованиями.
Он виновато скривил губы и сокрушенно поморщился :
– Должен признать мои методы стимуляции белковых процессов несравненно примитивнее и грубее продемонстрированных вами. Это как работы простого маляра по сравнению с работами Малевича. Но согласитесь, они тоже не лишены оригинальности. Я научился запускать и восстанавливать белковые процессы обеспечивающие функционирование биологической памяти. Все дело в том, что белки, если они не задействованы в химических процессах переходят в нативную структуру. Происходит это достаточно быстро, что и обеспечивает их целостность. Парадокс Левинталя. А вот вернуть им обратно химически активную структуру и заставить принять участие в процессах памяти вполне возможно.
Карлуша скакнул по столу и резко осадил Константина:
– Ладно, лирику в сторону! Я же ясно сказал, что органическая химия не мой конек. Чего ты от меня хочешь?
Константин печально улыбнулся:
– Ну для начала просто пообщаться с коллегой. А если получится объединить наши усилия.
Карлуша скосил на Константина глаз:
– Это каким таким образом ты собираешься объединить наши усилия? Я же птица если ты успел заметить, а не человек!
Константин смущенно кашлянул:
– Ну я конкретно пока не знаю. Но особых препятствий к сотрудничеству не вижу. Вы знаете.
В голосе Константина послышался энтузиазм:
– Мне бы хотелось создать пространственные капсулы для копий структур сознания. Эдакие гигантские пространственные структуры как комбинации аттракторов с разными квантами фазовых пространств. Что скажете?
Карлуша скосил другой глаз на Константина:
– Неожиданное предложение. Мне казалось, что я один такой чокнутый, который бредит квантованием фазовых пространств. Оказывается нет. Мне подумать надо. Забросил я эту тему, с тех пор как стал птицей. В случае чего я тебя найду. Пока.
Карлуша взлетел со стола и быстро исчез среди веток деревьев.
Константин скривил рот и пробормотал шепотом:
– Пока, пока. Опять ложные надежды. Ничего зато опять привычный режим работы. Фильм о Ценципере нашим отослал. Пусть тоже кумекают. Его технология несомненно значительно круче моей. Я сам тоже попробую его гетеродин фазовых пространств изготовить. Вроде ничего сложного. Но как гениально.
Константин взял в руки ноутбук и вздохнул:
– Осталось трекер куда-то пристроить. Постороннему человеку прилепить? Нет. Попробую не впутывать непричастных людей в свои передряги. Это для них может быть чревато. Насядут на невинного человека с дурацкими допросами, а ему отдуваться. Самое простое – оставить трекер в такси. Выглядит естественно и безобидно. Обронил пассажир. Обычное дело. Вот сейчас это и осуществим.
Он достал смартфон:
– Здравствуйте. Можно заказать такси?
11 Ракурс съемной квартиры.
Следующие за похоронами дни Константин чередовал рутину обработки посмертных видео с проработкой прибора Ценципера пригодной для его задач. Размышление о приборе осложнялись тем, что целостная постановка задачи не выкристаллизовывалась. Не вырисовывался практическая целесообразность использования прибора. То, что он спонтанно ляпнул Карлуше, при детальном рассмотрении теряло коммерческий смысл. Предлагать близким покойного капсулу с его сознанием было абсурдно по сравнению с предложением урной его праха. Скорее будоражил воображение появление новой научной парадигмы как таковой. Это и стало стимулом для творческих поползновений на новом поприще. Манили новые перспективы. Да и технические решения, на первый взгляд, казавшееся тривиальными, на деле оказалось далеко не таким простым. Гетеродин квантования фазовых пространств миниатюризации не поддавался. Загвоздка была в самой сущности абстрактного свойства физического пространства. Константину приходили советы от его научных коллег. И каждый раз расчетах обнаруживались катастрофические теоретические просчеты. Пару раз Константину все же удавалось дойти до конкретного технического решения. Но испытания конструкций заканчивались очередной неудачей. Константин скрипел зубами, тихо матерился, но не терял надежды. Осенило его совершенно неожиданно:
– А какого, собственно говоря, лешего мне нужна миниатюризация? Классический стереотип характерный для технического прогресса – спрятать прибор в кармане от чужих глаз. В карман нужно прятать комплектующие прибора, которые без чертежа ни за что не соберешь. Да и собранный из деталей прибор должен выглядеть так, чтобы его за прибор никто не примет. Сложности размещения прибора будут зависеть от геометрических особенностей места размещения. Ценципер по этому поводу не заморачивался. Реализовал два гетеродина фазовых пространств в обычных комнатах. Один работал на прием другой на передачу. Запудрил мозги своим заказчикам сказав что гетеродины это пульты размещенные на стене настроенные исключительно на конкретные пространственные координаты и в других местах работать не будут.
Константин весело усмехнулся:
– И это прокатило. Во всяком случае Планкет купился и подписал акты испытаний.
Константин поморщился:
– Но похоже Планкет купился не на долго. Иначе почему он затеял эту бучу, из-за которой его поперли из венчурного фонда. Собственно нетрудно догадаться. Передал чертежи ложных пультов конкурентам, которые у них, естественно, не заработали.
Константин встрепенулся:
– Реализовать рабочую версию гетеродина здесь на съемной квартире бессмысленно. Вообще-то пора менять базу на более удобную. Хозяйка эта вечно шастает с проверками. Многоквартирный дом место людное, я со своими беспокойными экспериментами точно вызову нездоровые ассоциации у жильцов. Пойдут жалобы в полицию.
Он поморщился:
– Надо подыскать что-то за городом. Где-нибудь в деревеньке на отшибе и чтобы сарай был какой-нибудь просторный. Что нам говорит интерне по этому поводу?
Константин развернул ноутбук, подвинул к себе листок бумаги, сделал на нем несколько пометок поглядывая на экран и тихо бормоча:
– Это подойдет, это тоже, и это до кучи.
Три дня он свободное от посещения морга время потратил на разъезды по окрестностям города. Удачным оказалось то, что его пребывание в морге ограничивалось исключительно ночным временем, день был полностью в его распоряжении. Предпочтение в своих поездках отдавал общественному транспорту, но пару раз воспользовался услугами такси.
На четвертый день он сменил свое место пребывания. С собой он взял только сумку с ноутбуком, техническими причиндалами и электромонтажным инструментами. Присев на дорогу он тихо пробормотал:
– За квартиру уплачено за месяц вперед, шмотки мои пусть болтаются здесь. Славику и Андрюхе совсем не обязательно знать, что я съехал. Меньше дурацких вопросов будет. Ну все! Поехал.
12 Ракурс нового местообитания.
Оформление приглянувшегося деревенского дома прошло без затруднений. Казалось хозяин был просто счастлив избавиться от этой обузы. Хотя оставалось совсем неясным почему он сам не желает воспользоваться им как дачей. Отвечал он на этот вопрос уклончиво. Передвигаясь с автобусной остановки к дому, который он снял, Константин с любопытством присматривался к новым соседям. Почти сразу он с облегчением отметил, что менталитет и образ жизни сельских жителей в корне отличается от повадок обитателей городских джунглей. Если соседи по подъезду его в лучшем случае не замечали или безразлично что-то буркали на приветствие, то селяне, как правило громко здоровались первыми и живо интересовались его личностью. В первый же вечер к нему наведался говорливый старичок с расспросами:
– Здравствуй мил человек. Давай знакомиться. Я твой сосед слева по улице. Федором Тимофеевич меня кличут. Помнишь показывал тебе этот дом? Значит с Петькой ты сговорился. Он мне ничего не передавал?
Константин засуетился, достал из нагрудного кармана рубашки записку и протянул старикану:
– Извините. Чуть не забыл. Петр Петрович просил вам передать записку.
Константин смущенно протянул руку:
– Константин. Будем знакомы. Можно просто Костя.
Старикан с легким кивком головы пожал руку, не торопясь водрузил на нос очки и шевеля губами стал читать записку.
Сунув записку в карман, старикан доброжелательно улыбаясь поинтересовался:
– На долго к нам Константин Эдуардович?
Константин опешил. Он прекрасно помнил, что отчество свое он новому соседу не называл. Старикан его успокоил:
– Не удивляйся, мне Петька про тебя в записке отписал. Порядок должен быть во всем. А то неровен час, места тут у нас глухие, не смотри что от города недалеко. Всякое бывает. Обмоем твое прибытие, подробнее расскажу.
Старикан легонько хлопнул себя по груди и распахнул пиджачишко:
– У меня с собой есть.
Константин смущенно посмотрел на наручные часы:
– Давайте не сегодня Федор Тимофеевич.
– А чего так? Ты не сомневайся Эдуардыч, все чин-чинарем самогон-слеза.
Константин виновато улыбнулся:
– Да мне на работу надо. Ночная смена. Не волнуйтесь, я завтра вернусь, как положено проставлюсь.
– А чего мне волноваться-то с кем выпить найду, было-бы что выпить. Выходит ты работаешь, а я думал на время отпуска отдохнуть решил. Если работаешь, то посиделки мы с тобой еще устроим. Ну бывай. В чем надобность будет заходи. Чем смогу помогу.
Старичок развернулся и двинулся к калитке. Константин с сожалением поморщился:
– Похоже я зря надеялся на тишину и спокойствие.
Тем не менее, он в очередной раз ошибся. На следующий день Федор Тимофеевич его не навещал, хотя через забор прекрасно видел присутствие Константина. Константин наморщил лоб:
– Обиделся старикан. А контакт с соседями требуется поддерживать.
Константин подхватил с собой бутылку виски и закуски, которыми затарился утром в магазине и направился к соседу. Тот молча встретил его на крыльце своего дома выжидающим взглядом. Константин смущенно улыбнулся:
– Как и обещал иду проставляться. Примите? Или ко мне пойдем?
Старичок хитро улыбнулся:
– Заходи. У меня твое новоселье обмоем. Тебе еще обживаться на новом месте надо. А это я тебе скажу ритуал. Я тебе завтра котенка принесу. Запустим его в дом, он твоего домового успокоит, да и друг тебе будет. С ним не заскучаешь, заодно будет о ком заботиться.
Федор Тимофеевич распахнул дверь в дом:
– Проходи, проходи. Я сейчас Михалыча и Маргариту свистну. Знакомиться так знакомиться.
Пока Константин выставлял на стол свои скромные яства, Федор Тимофеевич прижимая рукой кнопочный мобильник к уху подхватил свободной рукой бутылку виски игриво зажурчал:
– Михалыч слышишь? Давай ко мне. Одна нога здесь другая там. Чего, чего. Заграничный самогон будем пробовать. Новый Петькин жилец угощает, предупреди всех по цепочке. Ну ты чего как маленький. Чего брать? Чего брать? Пусть прихватывают как обычно и быстро шуруют ко мне.
Старичок вернул бутылку обратно на стол:
– Вот сейчас со всеми и познакомишься. Заодно сравним у кого самогон лучше. Наш или ихний.
Константин понял, что посиделки продлятся дольше чем он предполагал и позвонил Славику:
– Вы там без меня сегодня управитесь?
Из телефонной трубки послышалось недовольное рычание:
– Управиться-то мы управимся, только Эдуардыч… ты в последнее время часто стал от дел отлынивать в нашем колхозе. Мы с Андрюхой вкалываем как проклятые не покладая рук, а ты где-то постоянно пропадаешь. Ты случаем новый себе калым не подыскал?
Константин недовольно поморщился:
– Не подыскал, успокойся. Ну оштрафуй меня за прогул, я не возражаю. Пришлешь мне результаты через интернет. Только через ВПН шли. Адрес я тебе сейчас скину.
Константин вошел на смартфоне в интернет и переслал адрес своей почты Славику. Выключил свой телефон и задумался:
– А какого собственно лешего я толкусь в морге? Все можно делать удаленно. Избаловал я своих помощников, теперь расхлебываю свой либерализм. Ничего придется им преподать урок лояльности. Пусть прочухают, кто в их колхозе председатель. Для начала устрою имитацию блокировки банковского счета. Пусть подергаются.
Посиделки прошли успешно. Но затянулись допоздна. Прийти к единому мнению чей самогон лучше не получилось. Главным самогонщиком оказался приятель Федора Тимофеевича Александр Михайлович. Не зря он его в первую очередь пригласил на посиделки. Когда гости хвалили его самогон на лице Михалыча расплывалась самодовольная улыбка. Когда же кто-то громогласно отдавал предпочтение виски, Михалыч хмурился, вздыхал и пытался неумело отстаивать достоинство своего самогона. Остальные соседи тоже оказались людьми доброжелательными. Выпитое развязало языки и сельчан потянуло на всякого рода россказни. Одна из таких деревенских баек очень впечатлил Константина. Начал его рассказывать Федор Тимофеевич. В его рассказ время от времени остальные гости вносили свои правки. Начал он свой рассказ с интригующего предисловия:
– Я вот тебе вчерась говорил, что места у нас тут не простые и опасные, хоть и близко от города и рейсовый автобус у нас имеет остановку. Все так да не так. Дело в том, что недалеко от нас погост есть. Старый погост, запущенный. Но случаи разные происходят. Ты вот человек научный может и объяснишь в чем тут соль.
Он азартно махнул рукой:
– И церковь разрушенная имеется. До конца-то ее большевики разрушить не смогли. Раньше люди хорошо строили. Надежно. Но образа заезжие комиссары и местные комсомольцы посбивали, а оклады серебряные с икон в казну забрали. Врать не буду, золотых окладов не было. Захудалый был погост. Только мне батя рассказывал во время коллективизации пять деревень со своих мест снялись и ушли неизвестно куда. В смысле люди ушли, а деревни пустые остались.
Его поправил женским голос:
– Да раскулачили их всех и в Сибирь сослали. Нашей-то деревне повезло, у нас одна голытьба жила. Это уже после войны дома здесь хорошие отстроили. Дали поблажку. Кому-то вести сельское хозяйство надо и с колхозом управляться. Вот и разрешили строевую древесину в лесу заготавливать.
Федор Тимофеевич перебил женщину:
– Ты Наталья ерунду-то не мели. Пять деревень подчистую раскулачили. Эк ты загнула.
Женщина запальчиво возразила:
– А что? Ты думаешь тебе одному батя про житье бытье рассказывал? Мне тоже довелось кое-что слышать. Только правду-то говорить опасались. Загреметь можно было на Колыму за такие разговоры.
Федор Тимофеевич примирительно буркнул:
– Ладно, ладно. До правды теперь уже не докопаешься. Не в этом суть куда народ сгинул. Только ведь в чем беда-то. За могилами предков ухаживать стало некому. Ну наливай! Помяним покойничков, чтобы им на том свете легче дышалось.
Выпили и наступило тягостное молчание. Константин подначивал рассказчиков, что докопаться до сути:
– Так в чем суть-то проблемы.
Печально вздохнув в разговор вступил Михалыч:
– А дело в том паря, что души не упокоенные до сих пор здесь бродят. Кучкуются-то они обычно около той церкви на погосте. Но, не дадут мне соврать, бывает что и к нам деревню забредают. Мы то уже привычные, а может это они к нам пообвыклись. Не знаю. Но не шалят, и вреда нам не творят. А вот вновь приезжими людьми к нам они страсть как интересуются. Поэтому Тимофеич и завел этот разговор. Чтобы тебя предупредить на всякий стало быть случай. Так что ночью лучше дома сидеть и по деревне не шастать.
Константин покрутил в руке пустой стакан и полюбопытствовал:
– И в чем выражается этот их интерес? Загрызть могут? Или защекотать до смерти?
Михалыч нахмурился:
– Ты это парень, сильно не шуткуй. Тут и до тебя многие приезжие по началу хихикали и ходили гоголем. Мол все это бабкины сказки. А как до дела дошло и их лично коснулось, быстро лыжи от сюда навострили. Одного весельчака даже в дурдом увезли. Так-то вот.
Константин мотнул головой:
– Да нет. Вы не подумайте. Я не ехидничаю. Просто хочется более конкретно знать чего ожидать, чего опасаться.
Соседи оживились и стали наперебой повествовать о нравах призрачных гостей с погоста. Константин всех слушал внимательно. Но картину мистических посещений это не прояснило.
Пошатываясь он направился спать про себя тихо бормоча:
– Если не врут, то я удачно сюда попал. Не скучно будет. Но это если не врут.
Спал он без задних ног. Так что если его кто и посещал, то он этого не заметил. Проснулся Константин без признаков похмелья и про себя отметил:
– А самогон у Михалыча добротный.
Весь день он обживался. Расставил свой скудный скарб в комнате. Осмотрел сарай и положительно его оценил в качестве будущих мастерских. Тут и появился Федор Тимофеевич и хитро подмигнул распахивая полу пиджака:
– Опохмелиться не желаешь?
Из внутреннего кармана пиджака выглядывала чекушка заткнутая бумажной пробкой.
Константин отрицательно мотнул головой:
– Не-е-е. Не требуется.
Старичок отнесся к его отказу с пониманием:
– И правильно. Утро надо начинать трезвым.
Константин вздохнул:
– А вот от кофейку бы не отказался.
Тимофеич помрачнел:
– Такого добра не держим. Мы народ простой. Может где растворимый и завалялся. Затаривались им сельмаге, когда он в моде был. Теперь ни сельмага, ни кофе растворимого. А из города не потащишь. В город часто не поездишь, поэтому затариваемся только самым необходимым. Теперь на тебя одного надежда. Ты-то молодой, не то что мы старичье. На работу станешь кататься, глядишь прихватишь и нам что по пути.
– Да не вопрос. Список готовьте. Все что надо привезу.
Старичок хитровато прищурился:
– Так уж все? Может и девок сюда привезешь для разврату.
Константин удивленно вытаращился на Тимофеича. Тот подошел к нему вплотную задрал голову вверх, весело посмотрел в лицо и похлопал по плечу:
– Да пошутил я, пошутил.
Он повернулся к Константину спиной и со скорбью в голосе сообщил:
– Хотя хочется этой городской жизни попробовать. Всю жизнь, можно сказать, мечтал. А вот до седин дожил, так и не сподобился. Константин печально посмотрел ему в спину:
– Еще кроме тебя желающие есть окунутся в городской развлечения?
Старичок сокрушенно вздохнул и почесал рукой голову:
– Да кто-же его знает? Кто таким мечтами делится-то будет? Засмеют.
Тимофеич повернулся к Константину. На лицо старичка легла печаль:
– Мне-то уже все равно. Пусть смеются.
Константин сжал губы и выдавил:
– А ты узнай Федор Тимофеевич. Я все устрою.
Старичок недоверчиво мотнул головой:
– Да брось ты ерунду молоть. На это средства нужны. Я бы давно сам выбрался если бы пенсия позволяла.
Он скуксился и наморщил губы:
– А пенсия-то пшик. Ее только на жратву и хватает. Если бы не подсобное хозяйство вообще дело швах было-бы.
Константин взял старичка за плечи:
– Я угощаю. За все плачу. С пропиской я немного оплошал, хочу исправиться. Так что иди созывай компанию.
Старичок недоверчиво уставился на нового соседа
– Шутишь!
Константин покачал головой:
– Нет не шучу. Вполне серьезно. Давай дуй за друзьями. Серьезно не обману.
В дверях Федор Тимофеевич обернулся:
– А баб наших приглашать али как? Неудобно вроде. Вчера все вместе гужевались.
– Всех зови.
13 Ракурс прописки.
Константин прикидывал где разместить верстак и рабочий стол, как сделать электропроводку, когда в дверь сарая просунулась голова Федора Тимофеевича:
– Эдуардыч, эта…
Константин обернулся на голос. Федор Тимофеевич выглядел слегка растерянным:
– Ну я народ собрал. Только они не верят, что ты их в ресторан поведешь. Ты бы вышел, поговорил с народом.
Константин выйдя из сарая прикрыл рукой глаза от яркого солнца и понял, что с виду рядовое мероприятие посещения ресторана превращается в непростую проблему. Перед ним стояли люди, с которыми он не далее как вчера вечером сидел за одним столом, пил самогон и дружески беседовал. А вот с их дресс-кодом ни в один приличный ресторан их не пустят. Пустят их разве только дешевую забегаловку для городских маргиналов. Константин мысленно чертыхнулся и нахмурился. Среди встретивших его соседей раздался женский голос:
– Ну я же говорила, Тимофеич как обычно пургу гонит. Расходимся.
И Константин явственно ощутил, что принародно падает лицом в грязь. Он поднял руку поспешно выкрикнул:
– Спокойно граждане. Не расходимся. Ничего вам Федор Тимофеевич не соврал. Все в силе. Только…
Константин сделал паузу и за него продолжил Михалыч:
– только надо немного подождать. Поднакопить деньжат.
Константин начал краснеть от едкого скепсиса Михалыча. Желваки на его щеках заходили и он продолжил:
– Нет, с деньжатами у меня все в порядке. Просто нужно стол забронировать в ресторане. Вы же не хотите, чтобы вас рассадили за разными столами с посторонними людьми. Нам нужен банкет на всю компанию. Я правильно мыслю?
Недоверие в глазах пришедших стало таять. Константин смотрел на них и сердце его сжалось от жалости:
– Наивные как дети. Господи, неужели я посмею обмануть их ожидания? Да никогда! Каких бы это не стоило денег. Деньги – мусор, и его надо изредка выметать, чтобы жизнь была чище.
Он поднял руку над головой:
– Последний вопрос. Ни у кого не возникнет неотложных дел чтобы отказаться от посещения ресторана, скажем завтра?
Собравшиеся молча переглянулись �