Машенька ищет Медведя
У всех проблем одно начало – сидела женщина, скучала.
1. Маша.
– Вот смотри какой хорошенький, – тычет пальцем в экран моя подруга Анжелка.
– Да ну… Какой-то он стремный.
– А если по-другому посмотреть, – Анжелка наклоняет голову и прикрывает один глаз рукой не занятой бокалом вина.
– Да тут как ни посмотри – одно и то же. Стремный! – кладу руку на компьютерную мышь и клацаю кнопкой.
Наверное, это была не самая лучшая идея – искать спутника жизни на сайте знакомств. Можно нарваться на афериста, маньяка или женатого. Интернет просто пестрит такими историями, и что мы делаем с подругой? Ищем приключений на мою задницу!
Подруга пришла полчаса назад с небольшим пакетом, который вручила мне со словами:
–Я тебе набор принесла.
–Какой набор, – не совсем понимая, что подруга имеет в виду, я заглянула в пакет и увидела несколько свертков
–Для привлечения мужика в дом, – ответила Анжела разуваясь и выхватывая пакет из моих рук. Поставив его на стол в кухне, она принялась доставать свертки.
–Я смотрю, ты занялась устройством моей личной жизни, – качая головой, я развернула свертки. – Носки, трусы… противогаз забыла.
– Тапки домашние, – не слушая мой недовольный тон, подруга продолжает перечислять, – сорок пятого размера. Пена для бритья, лосьон после бритья, бритвенный станок.
– И зачем мне все это?
–Как же! Я же сказала: для привлечения мужика в дом.
–Нужно объявление вывесить: Имеются красные трусы и тапки сорок пятого размера. Обращаться в квартиру 44. Авось прибежит.
–Вот тут-то ты его и поймаешь, – тыкнула в мою сторону пальцем Анжелка.
Я лишь негромко вздохнула и спрятала свертки в шкаф. После мы открыли бутылку вина, чтобы отметить мой развод, и Анжелка сказала, что найти мужчину в интернете не такая уж плохая идея.
– Стой, стой, клацни назад, – вопит Анжелка во все горло.
– Да не ори ты так, – прикрываю одно ухо рукой. – Не в лесу. – И послушно перелистываю страницу назад.
– Ничего такой, – зачарованно говорит моя подруга.
– Ага, – вторю ей, сглатывая слюну. – Только молодой какой-то. Написано тридцать восемь лет, а на фотографии ему лет двадцать. Да и фотка плохого качества, будто отсканирована напечатанная.
– Слушай, если он в двадцать был таким красавчиком, я боюсь представить, какой он секси сейчас.
– Я тебе расскажу: пивное пузико, залысина на полголовы, толстые щуплые ручонки и бегающий оценивающий взгляд. Стопроцентно маменькин сынок.
– Маш, тебе не угодишь. Тот лысый, тот стремный…
– А тот женат! – перебиваю подругу.
– Ну подумаешь, не успел кольцо снять перед тем, как фотографироваться для сайта знакомств. Женатые мужчины знаешь какие занятые?
– Знаю, – горько вздыхаю я.
– Маш, ну не переживай ты так, – Анжелка успокаивающе гладит меня по спине. – Ну подумаешь, муж изменил, ну с кем не бывает.
– Да видимо со многими это бывает.
– Ну и пусть валит к своей…
– Длинноногой, стройной и молодой, – уныло подхватываю я.
– Ну а что мешает тебе похудеть? – задает сакраментальный вопрос подруга, потягивая из бокала.
– Сидячий образ жизни. Ты сама знаешь, как это – работать учителем. Сидишь в классе, ведешь урок, потом таскаешь тяжелые сумки с тетрадями домой на проверку, и дома все то же самое. Разогнуться некогда.
– Можно записаться в фитнес-клуб, – осторожно намекает подруга.
– Мне некогда ходить по клубам!
– А чем тебе еще дома заниматься? Муж ушел, детьми ты не обременена, тетради проверила и бегом на беговую дорожку.
– А молодость мне кто вернет? – со слезами на глазах себе под нос тихонько скулю я. Так горько сознавать, что десять лет потратила не на того человека. И ведь ничего не предвещало беды – дома всегда чисто, муж вкусно накормленный, сексуально ублаженный. Да, из-за разных графиков работы нечасто удается сходить куда-то вдвоем приятно провести вечер. Но ведь многие же пары так живут?
«И те же самые пары разводятся по причине измен» – шепчет мне мой внутренний голос. Ну что ему не хватало? Ведь, если посмотреть, то не такая я уж и толстая. Все такая же упругая грудь, стройные ноги, без признаков целлюлита (спасибо бесчисленным скрабам для тела, украшающим полшкафчика ванной!), талия есть, по бокам ничего не висит… Да, десять лет супружества спустя я стала покупать одежду на два размера больше, чем до свадьбы, но ведь это не повод считать себя толстой? Может и правда записаться в фитнес-клуб, подтянуть фигуру, чтоб не расплылась к сорока годам? С чем черт не шутит!
– Маш, – перебивает мои мысли подруга, видя, что я сейчас совсем расклеюсь, – а зачем тебе тот, кто только молодых перебирает? Мужики ведь тоже не молодеют. А без должного ухода заботливой женской рукой совсем запускают себя и становятся теми самыми «с пивным пузиком, с залысинами и с багющим оценивающим взглядом», – цитирует меня подруга. – Тебе нужен постоянный спутник жизни, который ценит истинную женскую красоту, добрый покладистый характер, хозяйственность. Тот, с кем можно встретить старость.
– Я еще молодая встречать старость.
– Воооот! – Желка поднимает указательный палец вверх. – И не слишком старого – тебе еще детей рожать.
– А если он не захочет детей?
– Захочет, – вошла в пьяный раж подруга. – Давай посмотрим, кто это у нас такой? – Анжелка вперилась взглядом в экран. – Михаил… Тридцать восемь лет… Сойдет… Рост 186 см… – Желка прищурившись смотрит на меня. – Каблуки обуешь.
– Зачем?
– Чтоб с табуреткой за ним не ходить.
– А табуретка зачем?
– Чтоб шея при поцелуях не затекала. Так дальше… Вдовец… Тоже ничего… Владелец автомойки… Значит при бабках! Дети… Ага! Дочь, 15 лет. То, что надо! – уверенно восклицает подруга. – Ты как раз старшеклассников обучаешь, значит и к дочери подход найдешь. Давай пиши ему, – толкает клавиатуру ко мне.
– А что писать? – растерялась я.
– Одинокая Машенька ищет Медведя…
2. Лиза
У всех проблем одно начало – сидела женщина, скучала (продолжение).
– А может не надо было писать, что у него есть дочь? – неуверенно тянет моя подруга Ритка.
– Надо! Пусть знает, на что подписывается! – уверенно стучу по клавиатуре.
– Ты же не будешь ей пакостить? – подозрительно прищуривается Ирка.
– Я не для того ищу себе мачеху, чтобы она сбежала в ужасе от моего отца. Мне скоро в другой город на учебу уезжать, а он как тут один останется? Кто за ним присмотрит? Ему нужна заботливая женская рука.
– Можно соседку попросить…
– Ту, у которой муж и трое вечно визжащих детей? Или ту, которая перетаскала к себе половину мужиков этого города? – хмыкаю я. – Остались тут бабульки одни. Нет, мне нужна добрая, заботливая, хозяйственная… Желательно младше отца, чтоб малыша могла родить. Ему же нужно чем-то заниматься в мое отсутствие, но не сильно молодую, чтоб мозги в голове присутствовали.
– А как ты определишь наличие мозга по фотографии? – повезло мне, блин, с подругами! Бабушкины валенки в кладовке и то мудрее.
– Погадаю по фотографии онлайн, – огрызаюсь я.
– Лиза, – постучав и не дожидаясь ответа, отец входит в комнату.
– Пап! А если бы я переодевалась? – кричу я, успев захлопнуть крышку ноутбука. Если отец узнает, чем я занимаюсь – орать будет так, что штукатурка с потолка посыплется.
– Закрываться надо, – бухтит отец. – А у вас пижамная вечеринка? – окидывает взглядом моих подруг, которые расположились на кровати, скрестив ноги.
– Ага. Типа того.
– Лиза, ты же знаешь правила… – начинает отец эти вечные нотации.
– Никакого алкоголя, сигарет, наркотиков и парней, – восклицаю, перебивая отца. – У нас только газировка, чипсы и молодой Орландо Блум по телеку.
– Вы ужинали?
– Да, пап. Мы пиццу заказали.
– Хорошо, вздыхает отец. – Я поехал на работу, там очередное ЧП. Без меня не разберутся. Скоро буду.
– Хорошо, пап. Пока. Люблю.
– И я тебя, солнышко, – отец подходит ко мне, наклоняется и целует в лоб. – До свидания, – обращается к моим подругам.
– Спокойной ночи, – тянут нестройный хор Ирка и Ритка.
– Ты сказала ему, что его Марьванна вызывает? – осторожно интересуется Ирка, когда за папой захлопывается входная дверь квартиры.
– Нет еще. Удачного случая не представилось.
– Лиза, он ведь завтра должен в школу прийти. А если не придет, то тебя на педсовет вызовут и поставят вопрос о твоем исключении.
– Похлопаю глазками как обычно, может прокатит, – отмахиваюсь я.
– А если не прокатит?
– Тогда меня будет отчитывать Марьванна, и мои уши не пострадают от ора отца.
– А почему ты мать похоронила? – заглядывая в уже открытый ноутбук Ирка задаёт вопрос, на который я привыкла отводить глаза и безразлично пожимать плечами.
– А где эта кукушка? В Германии с новым мужем и ребенком, а о первенце даже не спрашивает, – скулы сводит от безразличной улыбки.
– А почему ты написала, что твой отец владелец автомойки? – теперь Ритка лезет в ноут и решает сменить болезненную для меня тему.
– А что мне нужно было писать? Что он майор полиции? – стучу указательным пальцем по лбу, намекая, что моя подруга совсем ку-ку. – Ты понимаешь, какой шум поднимется?
– А с поступлением что будешь делать? – Ирка не унимается.
– Разберусь как-нибудь, – отмахиваюсь от подруг. – Сейчас есть дело поважнее. О! Новое сообщение! «Одинокая Машенька ищет Медведя».
– Покажи, кто там, – подруги прилипают к экрану. – И все? Даже фотки нормальной нет – лица не видно. Вдруг она страшная?
– Некрасивых женщин не бывает, – мудро изрекаю я. – Бывает мало косметики.
3. Машенька
На следующий день.
– Ну че, как там твой Медведь? – наваливаясь пышной грудью на стол учительской пытает меня подруга. Вчера Анжелка тихо ушла на том моменте, когда я, увлеченная беседой с Михаилом рассказывала о себе. Так вкратце. Школа – дом, увлечения.
– Он не мой.
– Не говорит, что ли? Не беда. Главное, чтобы язык был в рабочем состоянии. А так представь: дома тишина, никто не выносит мозг по поводу немытой посуды… Красота.
– Не мой, в смысле мне не принадлежит, – останавливаю разошедшуюся Анжелку.
– Ааа. Ну это пока. Так Медведь, или не Медведь?
– Ну что ты прицепилась с этим медведем? Он милый, добрый, симпатичный. Воспитывает дочь. Мама ребенка уехала давно. Он справляется как может.
– А ты и рада помочь…
– Мне не трудно. Тем более ты сама сказала, у меня опыт общения с подростками.
– Ну и о чем вы договорились? – поигрывая бровями выдает Анжелка. – Интимными фотками обменялись?
– Ты что! Мы просто договорились встретиться сегодня. Пойдешь со мной? – с надеждой в голосе поднимаю взгляд на нее.
– Куда? – любуясь маникюром выдает Анжелка.
– В клуб «Фараон».
– Ммм. Дорогое местечко.
– Пожалуйста, – сложив руки под грудью в молитвенном жесте умоляю подругу. – Мне одной страшно. А вдруг он маньяк?
– Маньяк? Да еще и сексуальный. Точно Медведь. А если у вас общения не выйдет, то хоть оторвешься.
– Как это?
– Из скорлупы своей вылезай. Ты красивая, сексуальная, свободная! Зачем еще девушки ходят на свидание?
– Чтобы узнать предполагаемого партнера получше, – тоном заучки как по учебнику выдаю я.
– А как же страсть?
– А что с ней?
– Искорки, феерверки… – Анжелка щелкает пальцами перед моим носом.
– Не понимаю, о чем ты, – убираю ее руки и раскладываю необходимые предметы для проведения урока. Через несколько минут прозвенит звонок. Журнал, методичка, футляр для очков, пенал с ручками…
– Знаешь, что, подруга? Если ты не увидишь в нем мужа номер два, а внешне он тебе понравится, то хоть в койку его затащи.
– Зачем?
– Растрясти тебя надо.
– Не надо меня трясти, – пугаюсь я, поправляя прическу.
– Надо-надо. Да так, чтоб кровать сломалась. Чтоб не было стыдно за бесцельно прожитые годы, – смеется Анжелка.
– У тебя давно не было что ли? – приподнимаю брови, строго глядя на нее. – Иначе зачем эти разговоры вокруг да около?
– А у тебя будто бурная личная жизнь. Завязывай с монашеским образом, раскрепощайся. С этим у тебя беда. Может поэтому Вадик загулял? Пресный суп надоел, а там хоть борщ повеселей.
– Следи за собой! – восклицаю я, собирая бумаги со стола и поднимаясь на ноги. – Глядишь и замуж позовут, – изрекаю я уже у двери учительской, громко хлопая ею.
Сказанное Анжелкой обидно скребет грудную клетку изнутри. Я не ханжа, готова к экспериментам.
Но в чужих кроватях искать любовь не собираюсь!
***
Я не люблю конфликтных ситуаций, поэтому через два урока решаю помириться с единственной в своей жизни подругой. Она ведь не желает мне зла, а подстегнуть хочет. Анжела во многом права, только моя гордость не позволяет мне это признать.
Я серая бледная мышь, и моему мужу со мной стало скучно. Огонька захотелось.
Гашу боль обиды на мужа и иду в магазин за шоколадкой и пачкой фруктового чая.
-Давай, давай мириться, – голосом Маши из мультика кладу на стол подруги купленные в магазине вкусняшки.
Анжелка поднимает голову, и по ее взгляду я вижу, что она раскаивается за свои грубые слова.
-Машк, прости меня, – бросается подруга с объятиями. – Я не знаю, что на меня нашло. Вадим мудак и козел, а ты самая лучшая.
-Грхм, – в дверях кабинета появляется завуч нашей школы Виталина Андреевна Полоцкая.
Двадцатишестилетняя жгучая блондинка вызывающей внешности появилась в нашей школе два года назад на замену ушедшей в декрет учительницы химии. Через год молодая амбициозная карьеристка убедила нашего директора Ярослава Семёновича, что место ушедшей на пенсию завуча должно достаться ей. С тех проявилась и ее заносчивость.
-Вы в школе вообще-то, – разрезает повисшую в кабинете тишину ее хриплый низкий голос. – Свои шуры-муры оставьте за стенами этого заведения. В приличном обществе это не приветствуется.
-Что не приветствуется? – отлипает от меня Анжела и становится в позу. Ноги на ширине плеч, кулаки упёрлись в стройные бока подруги. В глазах воинственный блеск.
-Воронцова, я теперь понимаю почему вас муж бросил, – режет по живому новую жертву эта стерва, – лесбийская натура проявляется не сразу, но вы бы предупредили мужчину сразу, чтобы не питал надежд, глядишь, не оказались бы в таком положении.
-Я теперь Смирнова, – захлебываюсь воздухом от обиды и ярости.
-А вы по опыту знаете о лесбийских наклонностях? – медленно надвигается Анжелка на Виталину. – Мы с Машей подруги, а вы и этим похвастаться не можете. Одинокая старая дева!
–Виталина Андреевна, а вы в кабинет свой шли? Вот и проходите. Мимо, – хватаю подругу за локоть, готовую броситься в атаку, как в кабинет забегает мой ученик Володин, невольно толкая завуча вперед.
-МарьВанна! Анжелика Владимировна! – верещит он на весь кабинет. – Там Медведеву снова бьют!
Как по команде мы с Анжелкой бросаемся на выручку бедной девушки, забывая напрочь про завуча.
Разняв дерущихся кошек, мы заводим их в учительскую.
-МарьВанна, я не виновата! – Тычет пальцем в Медведеву ее соперница. Юбка Лизы разорвана по шву, лацкан блузки висит на груди. Под глазом наливается синяк. Видок другой пострадавшей тоже оставляет желать лучшего. – Она первая начала.
-Молчать! – появляется из своего кабинета завуч Виталина. – Ты, – указывает пальцем на ябедницу, – приведи себя в порядок и на урок шагом марш! – Девушка, понурив голову, выходит за дверь. – А ты, Медведева…
-Что я сразу? Если что-то случается, так виновата сразу Медведева! – прорывается на истерику девушка.
-А кто зачинщик всех твоих бед? – наклоняет голову набок Виталина и прищуривается.
-Я не виновата ни в чем! Она сама на меня набросилась.
-Значит ты ее спровоцировала! – не унимается завуч.
-Давайте все обсудим спокойно! – встаю на защиту девушки я. Уверена на сто процентов, что как раз Лизу спровоцировали и она ответила. И именно ее как обычно дерзкий ответ и привел к драке. Девушка никому не позволяет дать себя в обиду.
-На педсовете обсудим, – сияют убийственным блеском глаза Виталина. – Ты когда сдаш деньги на ремонт школы?
-Когда эти самые деньги будут идти на ремонт школы, а не вашего кабинета!
-Ты что себе позволяешь? – взрывается Виталина.
-Позволяю напомнить вам, что мой отец майор полиции, и в его компетенции посадить вас в тюрьму за вымогательство и растрату государственных денег.
-Вооон!!! – крик завуча оглушает.
-А вы идите нахрен! – ничуть не встревоженная, а скорее рассерженная Лиза пулей вылетает из кабинета.
4. Михаил
Дождь льет как из ведра, разбиваясь мелкими каплями об лобовое стекло. Погода дрянь!
Чем еще заняться майору полиции пятничным вечером в ненастную погоду? Правильно – ловить особо опасных преступниц. А все почему? Потому что сыночек высокопоставленной особы стал жертвой симпатичной клофелинщицы. Проснулся наутро – а в доме ничего ценного не осталось. И вот удивительно – на камерах, которыми напичкан весь дом, ни разу не всплыло лицо подозреваемой. Со слов облапошенного сыночка мы знаем, что она молода, привлекательна. А вот черты лица в памяти молодого ловеласа не осталось. По камерам видно, что это стройная блондинка. На этом все.
Начальство песочило меня вдоль и поперек, когда выяснилось, что это не единичный случай. А результатов по делу расследования – ноль целых, ноль десятых. Знаем, что орудует эта девушка в клубе «Джаз», возле которого и припаркована моя машина, откуда я веду операцию по внедрению нашего сотрудника.
– Тополь, тополь, я сосна. Как слышно? Прием? – ржет Митя в наушнике.
– Сейчас так соснешь, что на всю жизнь запомнится. – Отвечаю в наушник шутнику. – Свети смазливой мордахой, дорогими часами и выискивай потенциальную преступницу.
– Ох, шеф, тут такие потенциальные… – Тянет Митя. – Можно я после операции… того?..
– Кого того? – не въезжаю я.
– Ну это… – мнется шутник. – Организм молодой, требовательный.
– Ох ты ж. Митя! Если ты мне найдешь эту девку, я тебя в отпуск отправлю. Оплачиваемый! Работай давай!
– Есть шеф! Только тут это…
– Что еще? – взрываюсь я. Нелегкое это дело сидеть в вагончике микроавтобуса. С моим ростом ноги вытянуть некуда, а сидеть, скрючившись – эти самые ноги затекают. Размяться негде. Кошмар какой-то!
– Тут дочь ваша… – хрипит Митяй в наушник.
– Что? – подскакиваю с места и больно ударившись головой об потолок нервно вскрикиваю. Только Лизки тут не хватало!
– Елизавета Михайловна с подружками, – развеивает мои сомнения Митя.
Мою Лизку знает каждая собака в отделе. Дочь часто приходит «навестить отца, который сгорает заживо на работе (на вот подкормлю тебя вкусненьким пирогом)».
Пироги у нее получаются что надо, а вот с мозгами беда. Нет, она умненькая. Лучшая в учебе, спорте. Только с поведением крах полный. С тех пор как умерла ее бабка год назад, Лиза совсем слетела с катушек. Звонки на работу из школы с просьбой прийти сыпятся как из рога изобилия. Ну не могу я пока! Начальство дрючит и подкидывает новую работу.
Вхожу в клуб, на секунду зажмурившись от громкой музыки, басов и танцующего света.
Митя проходит мимо меня, стреляя глазами в нужном направлении. Проследив за его взглядом, утыкаюсь в мою Лизоньку. Вот же она – красавица моя. В коротком серебристом платье, фейс разукрашен как у клоуна, сияет как новогодняя елочка. И подружки, ее одноклассницы тут же. Сидят потягивают коктейли, вечело щебечут и обсуждают кого-то. Лиза наталкивается взглядом на мой хмурый вид и маска веселости вмиг слетает с ее лица. Ставит оранжевый коктейль на столик и вытягивается, как струна. Побледнела даже кажется. Подруги, уловив ее телодвижения оборачиваются и следуют примеру моей дочери. Неспеша подхожу к ним.
– Папа, я все обьясню, – кричит дочь.
– Обьяснишь. Дома, – не могу перекричать громкую музыку, но мне это и не требуется. Дочь понимает все без слов и достает телефон, вызывая такси в приложении. Оплачиваю их счет, хорошо, хоть коктейли безалкогольные. Ну достанется от меня секьюрити за то, что не проверяют паспорта, прежде чем впустить в клуб!
Терпеливо жду, пока девочки гуськом пройдут в гардеробную, помогаю одеться и провожаю до такси.
– Чтоб отзвонились мне все, как дома будете.
– Пап, ты же знаешь, что все будет пучком! – лопочет дочь.
– С тобой дома отдельно поговорим.
– Домашний арест? – смиренно спрашивает Лизка.
– До конца жизни, радость моя, – обещаю, захлопывая дверь автомобиля. Внутренне ржу с испуганного взгляда дочери. Она знает, что, если я ору, то это можно спокойно переждать, виновато хлопая глазками. Но если я спокоен, как удав, или не дай Бог шучу, то все. Хана ёжику.
– Шеф, тут это… – хрипит в наушнике голос моего помощника.
– Что еще? – срываюсь на крик.
– Митька нажрался и зажимается с какой-то рыжулей.
– И что?
– Она под возраст потенциальной преступницы не подходит. Дамочке лет тридцать, а клофелинщице по словам Егорова, – 22.
– Бл*ть! – В сердцах бросаю я и снова иду в клуб.
5. Михаил
Тупая боль в затылке затмевает чувство злости на своих долбоящеров сотрудников, один из которых, не будем его называть (это раздолбай Митя!) действительно ужрался в зюзю и отбыл с рыжей девицей в неизвестном направлении. Связь отключил. Операция, судя по всему, завершена. Устало зажимаю переносицу пальцами и даю отбой пацанам. Завтра продолжим.
Как приятно вытянуть ноги в своей огромной машине. Многие ржут, мол, чем больше машина у мужчины, тем меньше его …
В защиту владельцев Ренж Роверов скажу: не в миникупере же ездить с моим ростом. А там у меня все в порядке. Никто не жаловался.
Завожу машину и подъезжаю ко входу клуба, торможу на светофоре. Краем глаза замечаю невысокого роста девушку в пальто. Подслеповато щурясь и сверяя номер моей машины с написанным в телефоне, девушка подходит к моей машине, открывает дверь, присаживается на переднее сиденье и облегченно выдыхает.
– Добровольского 8, пожалуйста.
От такой наглости я знатно офигеваю. Кажется, меня приняли за таксиста. Ну как можно перепутать огромный черный внедорожник с серебристым Хюндаем, на которых зачастую работают таксисты?
Сделав глубокий вдох, медленно выдыхаю. Добровольского, так Добровольского. Все же лучше, чем ехать в таком состоянии домой. Мне несложно подвезти симпатичную девушку домой, тем более что в моем доме созревает угроза того, что дочкина жопка вспомнит, что такое батин ремень.
Ввожу в телефоне адрес и слушаю приятный голос навигатора.
Мигает зеленый цвет светофора, жму на газ, машина трогается. Пробок в это время суток на дороге нет, но я все равно не спешу, стараюсь растянуть удовольствие от поездки. Наслаждаюсь приятным цветочным запахом, исходящим от девушки. А она ничего такая… глазами кошусь на нее. Длинные волнистые каштановые волосы, маленький курносый носик, большие глаза, обрамленные длинными пушистыми ресницами. И хлопает она ими часто-часто. Чего же ты испугалась, маленькая? Не съем я тебя.
На худых коленках, которые не в состоянии прикрыть короткое черное платье, пристроилась маленькая бежевая сумочка, в которую эта маленькая милая леди вцепилась до побелевших костяшек пальцев одной рукой. Другой она судорожно что-то набирает в телефоне.
– Да чтоб тебя, Анжелка! – восклицает девушка.
– Вам чем-то помочь? – скорее из любопытства интересуюсь.
– Подруга свалила, оставив меня одну.
Знакомая песня. Я сегодня тоже таким же образом лишился главного звена операции.
– Может с парнем ушла?
– В том-то и дело, что да!
– А в чем проблема?
– А вдруг он маньяк?
– Маньяки не орудуют в клубе и там, где большое скопление людей в принципе.
– А где они орудуют? – девушка переводит недоумевающий взгляд на меня. Губы у нее такие… чувственные, накрашены ярко-красной помадой. Интересно, какие они на вкус? Что-то не в ту степь понесло тебя, товарищ майор. С трудом отлепляю взгляд от ее губ на дорогу.
– В основном в парках, темных подъездах, переулках.
– А вы в этом разбираетесь? – нет, ее губы, как магнит для моих глаз. Невозможно оторваться.
– Я разбираюсь в их поимке.
– Интересное нынче хобби у таксистов, – девушка задумчиво смотрит на дорогу. Сжалась, словно заяц перед ружьем двустволки.
Подавляю смешок. Еще рано указывать ей на ее ошибку.
Телефон девушки звонит.
– Да?.. Кто ждет?.. Я уже еду, – растерянно в трубку. – Как куда? Домой! Девушка, я сижу в такси, не знаю, куда там ваш автомобиль приехал и кого ждет. Выясняйте. Всего доброго. – Отбивает звонок и с подозрением косится на меня.
– А что плохого в маньяках? – увожу девушку от размышлений о том, каким образом получилась путаница с машинами. Она и так натянута, как струна, еще выскочит с перепугу из машины. На трассе никого, кроме нас нет, но не хочется, чтобы она ушиблась. Двери не блокирую по той же причине. Мне еще истерики не хватало.
– Ну как? Они же это… Насилуют…
– А если жертве это нравится?
– Может кому-то и нравится, но мне точно нет!
Ух ты ж какой цветочек нежный нам попался! Нам ухаживания, цветы и серенады под балконом подавай.
Телефон девушки снова взрывается звонкой трелью.
– Алло! Вадик! Что тебе надо? Да не твое дело, где я! Вали к своей ненаглядной! Пусть борщом тебя кормит! … Обыкновенным! – снова отбивает звонок. Устало прикрывает глаза и падает головой на подголовник. Вытягивает стройные ножки вперед.
Ну как тут не залюбоваться такой аппетитной картинкой? Вот я и любуюсь краем глаза.
– Что вам мужикам не хватает? – устало произносит девушка. Скорее разговаривает сама с собой. – Борщи, супы, белье, стирают для вас, готовят, ублажают… А вы все… – хлюпает носом.
– Муж изменил?
– У меня это на лбу написано?
– А может хрен с ним? Мужчин мало что ли?
– Мне подруга тоже самое говорит, – смеется сквозь слезы.
– Могу тоже самое сказать о женщинах. Дом – полная чаша. Ребенок – маленькое чудо, денег вдоволь, квартира удобная. И все есть, ан-нет. Чего-то не хватает. Нужно свалить, бросив все.
– Жена ушла?
– Ушла… – вздыхаю горько. Боль уже не ощущается так остро. Горечь и обида за дочку разъедает горло каждый раз, когда Лизка пренебрежительно отзывается о матери. – Бросила не только меня, но и дочь.
– Как это? – девушка подскакивает на сиденье. – Как можно бросить своего ребенка?
– Наверное устала от детских истерик, – боль немного отпускает. Как хорошо, когда есть с кем разделить свое горе. А вот Лизке больше не с кем.
– И она не обьявлялась?
– Обьявлялась. Полгода назад. О дочке даже не вспомнила.
– Как же вы справляетесь?
– Раньше свекровь помогала. Но она умерла год назад. Да и дочка уже выросла. Выпускной класс.
– Какой кошмар! – восклицает девушка.
– Приехали!
– Сколько я вам должна? – лезет в сумочку.
– Нисколько! – настало время развеять иллюзию ее безопасности.
– В смысле?
– А я не таксист! – тоном волка из «Красной Шапочки» шутливо рычу и поворачиваюсь к ней. Но реакция девушки сбивает с меня шутливый настрой.
– Я что, снова перепутала? – грустненько так смотрит на телефон, зажатый в руке.
– С вами это часто случается? – опешил я.
– Я просто без очков сегодня, а линзы порвались. У вас номер 686?
– Нет, 868.
– Вот блин… Простите. Давайте я вам заплачу.
– Не нужно. Номер оставь, – глазами показываю на телефон.
– Зачем?
– На свидание тебя пригласить хочу.
– Хватит с меня свиданий! – восклицает девушка огорченно и выходит из машины.
Ну что опять не так-то?!
6. Михаил
Закрыв за собой входную дверь, разуваюсь и бросаю связку ключей на тумбочку.
В кухне горит свет. Направляюсь туда.
Мое чадо, переодевшись в домашнюю пижамку и смыв косметику, с виноватым видом сидит за кухонным столом, свесив одну ногу со стула, а другую поставив на сиденье коленом вверх и положив на него подбородок. Греет руки кружкой чая.
– Пап, не ругайся пожалуйста, – виноватым голосом лопочет дочь.
Присаживаюсь за противоположной стороной стола. Развалившись на стуле и вытянув вперед ноги, молча смотрю в глаза дочери.
Мы играем в эту игру уже много лет. Дочь давно раскусила все правила ведения допроса, и теперь только подыгрывает.
Правильно подыгрывает, я бы сказал. Нижняя губка прикушена, взгляд из-под ресниц глубокий, виноватый.
– Пап, мы там по делу были.
– По какому? – стараюсь выровнять дыхание и не сорваться на крик.
– Я хочу мачеху.
– Кого? – вскакиваю со стула, падаю ладонями на стол.
– Ну я уеду скоро на учебу, а ты один тут останешься, – испуганно лопочет дочь.
– И что с того?
– Ну там… Варить борщи тебе надо, вещи стирать.
– С этим отлично справится мультиварка и стиралка. Лизка, ты совсем ополоумела?
– Папочка, ну ты у меня такой молодец, а одинокий, как волк. – Дочка встает со стула, обходит стол и прижимается к моему боку, обнимает меня руками за туловище. Выпрямляюсь и приобнимаю дочь.
– Медведь. – Недовольно скорее для вида ворчу.
– Чо? – из-под мышки высовывается Лизка, хлопает на меня удивленный сонный взгляд. Все, гроза миновала, можно расслабиться и не бояться.
– Ну я же Медведев.
– Аааа, – смеется дочь, а в моей груди разливается тепло. Моя дочь. Гордость моя и первые седые волосы от ее проделок. Но такая умница. Правда, остался нерешенным еще один вопрос. Обнимаю ее, присаживаясь на кухонный стул и усаживая ее, как маленькую на колени.
– И вы ничего умнее не придумали, чем поискать мне женщину в клубе, куда несовершеннолетних не должны пускать в принципе.
– Ну это не совсем так… – Лизка убирает прядь волос, упавшую на лицо, заводит ее за ухо. Глазками стреляет куда-то в сторону. – Я зарегистрировала тебя на сайте знакомств.
– Че?
– Папочка, не злись! – Лизка прижимается своей щекой к моей, пытаясь погасить взрыв.
– Лизка. Ты с ума сошла?
– Я твою фотку не выставляла. И данные поменяла. А в клуб мы ее с девчонками пригласили только для того, чтоб посмотреть на нее и потом вас познакомить, если она нам понравится.
– То есть вы смотрите, а мне смириться с вашим выбором?
– Ну мы симпатичную присматриваем…
– Так… – улыбаюсь в сторону.
– Чтоб хозяйственная, умная. Готовить умела, – перечисляет дочь.
– Ясно. – Дочь у меня одна и мозги ей вправлять это моя родительская обязанность. – Чтоб самодеятельностью больше не занималась. Поняла? – смотрю ей в глаза. – Можно на кого угодно нарваться. Маньяков в городе полно, – вспоминаю пугливую девушку, которую подвозил домой, – а я не всегда могу быть рядом, чтобы тебя защитить.
– Ты не злишься?
– Логин и пароль мне на стол, удаляй сайт из компьютера и спать иди.
– Ты обещаешь задуматься над этим, пап?
– Я разберусь.
7. Машенька
Меня будит пронизывающий звук дрели, будто сверлит прямо в висок. Пытаюсь открыть глаза, и у меня это получается после нескольких минут попыток. Это не мой мозг звенит, а всего лишь сосед делает ремонт. В субботу! Беру телефон с тумбочки. В восемь утра! Он там с ума сошел что-ли? Подрываюсь на кровати с намерением пойти прочистить мозг соседу и со стоном падаю на подушку обратно. Перед глазами все плывет, на корень языка давит тошнота. Вот это гульнула вчера!
Анжелка напилась коктейлей и повисла на каком-то слащавом хлыще, который таким же мутным взглядом поедал мою подругу, лапал за задницу, а она притворно убирала его руку и хихикала ему на ухо. "Машуль, прости, – невинно хлопала она глазками. – У меня тут матримониальный вопрос… Жизни и смерти". Я только махнула рукой, мол иди. Ну что я ещё могла ответить? Мой ухажёр не пришел, оставил короткое сообщение на сайте: "Сегодня не смогу. Прости. Занят". И чтобы не куковать в том клубе в одиночестве, я вызвала такси и поехала домой.
Дальше как в тумане.
Проверяю входящие и самое главное – исходящие на телефоне и с удивлением обнаруживаю, что звонил мой бывший муж. В память судорожно пробивается мирное покачивание автомобиля, уютное кожаное сиденье, уличные фонари вдоль дороги… Разговор о маньяках…
Я же всего три коктейля выпила, почему меня так развезло?
Снова беру телефон в руки, решая вопрос с бывшим мужем отодвинуть до лучших времён. Пока не прийду в себя и не обрету душевное спокойствие.
Пока набираю Анжелку и слушаю длинные гудки в трубке, аккуратно, стараясь не растрясти подташнивающий желудок, встаю с постели и направляюсь в кухню. Гудки в трубке прекращаются, сигнализируя о том, что абонент не слышит или попросту забил на волнения и тревоги подруги.
Упорно нажимаю вызов снова, беру стакан с полки и наливаю в него воду из кулера.
Живительная прохлада вливается в горло, наполняет взбаламученный желудок, убирая тошноту. Эх, как хорошо.
Хорошо было в юности пить разведённый спирт в общаге и запивать самогоном, а потом танцевать всю ночь напролет до тех пор, пока "батарейки не сядут". А потом заботливая подруга укладывает тебя в свою кровать, а сама идёт ночевать к своему парню. А наутро нужно в институт на пары…
А сейчас от мысли о трёх коктейлях раскалывается голова.
С пятой попытки абонент наконец-то решает ответить на звонок.
–Алло, – раздается в трубке недовольное кряхтение.
–Ты живая?
–Местами.
–Это как?
–У меня все болит. Даже то, что не должно болеть в принципе.
–Давай без подробностей!
–Хорошо, – в трубке что-то шебуршит, слышу скрип. – Ушел засранец.
–Кто?
–Митя!
–Это тот, с кем ты вчера ушла, оставив меня в одиночестве? – голос мой звенит от возмущения. Я между прочим волновалась.
–О!Прикинь, записку оставил, – игнорируя мои претензии восклицает Анжелка. – "Ты лучшая!" И номер телефона. Вот наглец.
–Почему наглец?
–Он реально думает, что я ему позвоню?
–А почему бы и нет?
–Машк, аллё! Мне 32, а ему 26. Старовата я для отношений.
–Для секса не старовата, а для отношений старовата.
–Ты не понимаешь. Это другое.
–Ты мне вчера говорила про матримониальный планы.
–Это он мне на уши напел, – снова отмахивается подруга.
–А ты бы задумалась.
–Я задумаюсь, – произносит Анжелка в трубку таким тоном, что я понимаю – ни черта она меня не послушает. – Как там твой Медведь? – переводит тему.
–Он не пришел. Написал, что занят. Зря ты меня втянула в эту авантюру, – краем глаза улавливаю маленький рыжий пушистый комок, который подойдя к своей пустой миске и не обнаружив там завтрак, начинает тереться об мои ноги.
–Мне надоели твои стенания по Вадиму. Он мудак и козел.А ты умница и красавица. Подумаешь к другой ушел. Пусть катится, – в сотый раз, словно мантру, повторяет мне подруга.
–Мне обидно, – чешу малыша за ушком и насыпаю ему корм в миску. Малыш радостной припрыжкой кидается к миске.
–Мань, да ну хрен с ним. Чё ты зацикливаешься на этом мудаке? Мужиков полно, – эту песню я тоже слышала от нее не раз.
– Меня даже виртуальный прокатил, – неуверенно возражаю я.
–Ну на нем же тоже свет клином не сошёлся. Продолжай в том же духе, найдешь ещё своего принца.
–Я подумаю, – говорю таким же тоном, как и Анжелка недавно. Ни черта я не подумаю. На пьяную голову я поддалась на уговоры Анжелки, которая утверждала, что клин клином вышибают, и мне срочно необходимо найти мужчину, чтобы поднять самооценку. В ходе размышлений и переписок с Михаилом я решила а почему бы и нет. Но видимо не судьба. Куковать мне до конца моих дней в одиночестве. Хотя нет, не в одиночестве. У меня теперь кот есть. А знакомств мне больше не нужно. Я больше не готова к такого рода экспериментам.
8. Машенька
Стараясь избегать бывшего мужа я не учла одного – он знает,где я живу, ведь я так и не переехала из нашей квартиры после развода.
Выхожу из душа, надев короткий лиловый халат и замотав голову полотенцем. После контрастного душа мне немного полегчало. С неудовольствием рассматриваю себя в зеркальную дверь шкафа-купе, стоящего в коридоре. Лицо землистого цвета, под глазами синяки. М-да. Красавица. И халат еще этот дурацкий. Я его купила четыре месяца назад, чтобы порадовать Вадима, но он “обрадовал” меня своими собранными чемоданами и заявлением на развод. Ну и пошел он…
Гордо вскидываю подбородок и направляюсь в кухню, как слышу какую-то возню за дверью квартиры. Тело мгновенно холодеет, и я застываю как вкопанная. Сердце бьётся испуганной птичкой. В полицию позвонить? А если замок взломают раньше, чем они приедут? Медленно пячусь назад, схватив себя за горло. Что мне делать?
Натыкаюсь на закрытую дверь в спальню, и медленно закрадываюсь в комнату. Выхватив из шкафа домашние штаны и футболку, быстро переодеваюсь и выхожу в коридор. Возня за дверью не прекратилась.
Пульс зашкаливает, отдаваясь эхом в ушах. Медленно подхожу к двери и задаю самый глупый вопрос в моей жизни:
–Кто там? – голос охрипший, дрожащий.
–Машк, ты че замки сменила? – раздается за дверью раздраженный голос бывшего мужа.
С облегчением выдыхаю и открываю замок.
–Ты че купалась? – потеснив меня у двери, бывший муж разувается и вразвалочку проходит в кухню, оценивающе осматривая ее, как свои владения.
–Да, душ принимала. – Моя рука взлетает к волосам, стараясь пригладить мокрые пряди.
– А я звоню-звоню. Думал что-то случилось. – Вадим присаживается на стуле и похлопывает по соседнему. – Садись, че встала как не родная. Разговор есть.
Я присаживаюсь рядом и с трепетом рассматриваю его, впитывая образ некогда любимого мужчины. Взгляд скользит по каштановым волосам. Длинная челка больше не спадает на широкий лоб, а зачесана высоко назад. Густые брови нависают над ярко-голубыми глазами. Мимические морщинки убегающие от уголков глаз не портят его нисколечко. Тонкие губы приветливо растянуты в широкой улыбке. Все такой же красавец. И улыбается так же обаятельно, приветливо. А пахнет по-другому. Что-то терпкое, густое. Я всегда покупала свежий аромат, который ему так идет.
Сердце сжимается, словно по нему полоснули острым ножом.
Я не могу больше любоваться им каждый день. Готовить кофе, ждать с работы, когда он задерживается. Теперь понятно, где он постоянно задерживался в последнее время перед разводом. Эта мысль отрезвляет.
–Зачем ты пришел, Вадим? – выпрямляю спину и скрещиваю руки под грудью.
– Я что не могу зайти в гости к бывшей жене? – прищуривается Вадим.
– Нет. Ты можешь пойти к своей… – ищу синоним слова, крутящегося на кончике языка, но цензурного не нахожу.
– О! Ты кота завела? – отвлекаюсь на секунду, взглядом выхватывая пушистый рыжий комочек, который взъерошил шерсть и недовольным взглядом буравит моего бывшего. Пытаюсь подавить улыбку, кривлю губы и выравниваю дыхание. Пельмеш не любит чужих.
– Зачем ты пришел, Вадим? – повторяю свой вопрос.
– Моя девушка беременна, – сверлит меня внимательным взглядом муж.
– Поздравляю. – Спазм перехватывает горло и я встаю со стула, чтобы плеснуть себе водички в стакан, стоящий на полке.
– Мы живем в коммуналке, а это сама понимаешь неподходящие условия для ребенка, – чувствую спиной внимательный взгляд Вадима.
– А я тут при чем? – небольшой глоток воды заставляет утихнуть спазм в горле и ко мне снова возвращается голос. Ставлю стакан в мойку, разворачиваюсь и наваливаюсь поясницей на столешницу, опираясь руками по бокам.
– А при том, Машенька, что я хочу поделить наше с тобой имущество.
Внутри меня все холодеет. Не ожидала.
–Какое имущество? Квартиру купил мне отец за два года до нашего брака, – обвожу рукой комнату.
– А ремонт, как ты помнишь, оплачивал я. У меня даже чеки сохранились.
– Какой ты предприимчивый, – хмыкаю я. – Уже тогда все спланировал?
– Маш, ты взрослая женщина, и должна понимать, что люди часто расходятся, а жить где-то надо, – вкрадчивым тоном произносит Вадим. – О тебе папа подумал, а обо мне думать некому.
–Вот пусть о тебе твоя… – я наконец подбираю нужное слово, – … девушка думает.
– Маша, давай не будем доводить дело до суда, – Вадим встает со стула и медленно приближается ко мне, давя своей аурой и заставляя вжиматься в стол. – Эту двушку можно продать. Квартира просторная, уютная. – Он прижимается пахом к моему животу, а рукой нежно проводит по волосам. – А деньги поделим поровну.
– А мне где жить? – веду головой в сторону, стараясь убрать его руку.
– Купишь однушку в другом районе. Я так и быть возьму свою часть деньгами.
– Ну ты и сволочь! – отталкиваю его от себя. Вадим, размахивая руками, делает два больших шага назад и падает на стул. Маленький пушистик, испугавшись громкого звука, тихонько пищит и убегает прочь из комнаты.
Возмущение топит меня, а обида придает силы к сопротивлению. Как я прожила десять лет (!) с этим…
Ох!
Замечаю, что взгляд Вадима изменился. Режет меня стальным блеском глаз. Острым. Холодным. Приветливая маска простодушного дурачка слетела, и я словно вижу его впервые. Этого мужчину я не знаю. Не узнаю. И эта трансформация меня пугает.
Обхватываю себя руками, словно пытаясь защититься. Вадим тем временем расслабляется, наваливается спиной на спинку стула. На его губы снова ползет приветливая улыбка, только глаза все-равно холодны, как лед.
–Маш, ну зачем тебе такая большая квартира? Или надеешься сюда нового мужа привести? Ммм? – ловит мой взгляд и не отпускает. – Детишек нарожать? А сможешь ли?
–Прекрати, – прерывая зрительный контакт, тихим шепотом выдыхаю в сторону.
– Неблагодарная ты, Маш. Я тебя из такой грязи вытащил. Любил всем сердцем несмотря на этот… эпизод, – по живому режет бывший муж обидными словами.
– Уходи, пожалуйста.
–Ты даже ребенка моего не смогла выносить.
– Прекрати! – закрываю лицо руками, с удивлением замечая, что ладоням мокро.
–А моя девушка сможет. И родит. А ребенку нужны условия, Маш, – наседает Вадим.
Нарастающий гул в ушах мгновенно прекращается щелчком. Вот и основная цель его визита. Убираю руки от лица и смотрю на него. Стараюсь вложить в свой взгляд всю свою ненависть.
–Вот и катись к своей беременной, – руками опираюсь на столешницу, иначе чувствую, что упаду. Обида и боль бурлят во мне гремучим коктейлем, комок слез разъедает горло. – Я устала тебе доказывать, что я ни в чем не виновата!
– Ты не захотела еще раз попробовать.
–Мы пробовали! – Срываюсь я. – Два года пробовали! А ты!.. Заделал… какой-то…– Рыдания душат, не позволяя выразить свои чувства. – Вали к ней! – делаю взмах рукой в сторону двери. – Убирайся вон из моей квартиры! – срываюсь на крик. – Из моей жизни вали!
–Смелая такая стала? Ммм? – Вадим поднимается со стула и медленно приближается ко мне, словно тигр к своей добыче. Вжимаю голову в плечи, ожидая удара, но его нет. Красивые глаза Вадима сужаются в опасном прищуре. Он в ярости. – Я хотел по-хорошему, а ты как всегда…
Выставляю руки вперед, останавливая его приближение. Мне страшно. Действительно страшно. Он никогда не поднимал на меня руку, даже в пылу ссоры, но таким я его вижу впервые.
–По-хорошему уходи, иначе… – мой голос срывается. Я не знаю, какие привести аргументы. Что я, слабая и маленькая, могу ему сделать? Он выше и сильнее меня. Мощнее намного. Тем временем Вадим вжимается грудной клеткой в мою выставленную вперед руку, больно хватает за запястье, и эта боль срывает все мои тормоза. Пытаюсь вывернуть руку, но он вцепился крепко. Бью его ногой в колено и вырываюсь из захвата. Вадим сгибается пополам.
– Ах ты!.. – шипение вырывается из его горла.
Хватаю стул и заношу над плечом. Руки сводит от напряжения. Точно в тренажерный записаться надо – силы и выносливости у меня, как у воробушка.
Вадим разгибается, бросается ко мне, вцепляется в ножки стула и делает рывок на себя, разворачивая меня спиной к окну. Вцепившись в стул, как в спасательный круг, я не отдаю. Сделает еще один рывок и я огребу стулом по голове. Поэтому, на следующее движение Вадима разжимаю пальцы и бывший муж, потеряв точку опоры летит на пол. Стул с громкий звуком приземляется рядом. На лице Вадима написано недоумение, которое тут же сменяется злостью. Пячусь назад, пока не упираюсь попой в подоконник. Вадим поднимается с пола и надвигается на меня. Замерев, словно пойманный заяц, сжимаюсь в комок. Ну все. Мне конец. Мамочки!..
Громкий звонок и стук в дверь отвлекает Вадима, заставляя его замереть и обернуться. Уловив момент, я проскакиваю под его рукой и, спотыкаясь об стул, бросаюсь к двери. Вадим налетает на меня, навалившись грудью на мою спину, но отталкиваю его спиной, успевая щелкнуть замок и распахнуть дверь.
На пороге стоит потрепанная Анжелка с бутылкой шампанского.
–А вы тут чо это… – Недоуменно смотрит на стоящего позади меня бывшего мужа. Его горячее дыхание обжигает мою шею, поэтому спиной отталкиваю его назад.
–А мы тут в салочки играли, – задыхаюсь, словно пробежала стометровку. – Вадим уже уходит, – это Анжелке.
–Мы не договорили, – пытается возражать бывший муж.
–Своей залетной привет передавай, – хватаю куртку Вадима с крючка и припечатываю ему в грудь.
Надевая куртку и быстро обуваясь, Вадим боком выходит мимо оторопевшей Анжелки.
–Поогрызайся еще у меня, – скалится за ее спиной.
–Не у тебя! – восклицает Анжелка, быстренько придя в себя и захлопывая за ним дверь, не забыв закрыть ее на замок.
–Машка, что здесь произошло? – Анжелка вручает мне бутылку и разувается, снимает пальто и вешает на крючок в прихожей. На тот же, где висела куртка Вадима, замечаю с содроганием.
Вхожу в кухню и ставлю бутылку на стол, наклоняюсь, чтобы вернуть стул в прежнее положение. Ажелка входит следом.
От адреналина меня колотит так, что зубы стучат друг об друга. Обхватываю себя руками, стараясь сдержать тремор.
–Ооо, подруга, – улавливая мое состояние, Анжелка усаживает меня на стул, и склоняясь надо мной, внимательно всматривается в мое лицо. – Я сейчас, – шепчет она.
Смотрю прямо перед собой, пытаясь сфокусироваться на светло-бежевых обоях, которые пять лет назад так скрупулезно выбирала в магазине. Анжелка разлепляет мои руки и всовывает в них стакан.
Приятная прохлада пробирается сквозь стекло в дрожащие руки. Поднимаю голову и смотрю на Анжелку. Ее глаза расширены от ужаса, словно она паука увидела.
–Пей давай, – пальцами подталкивает стакан за донышко к моим губам. Делаю глоток, и меня прорывает. Слезы текут горячими ручьями по щекам, всхлипы душат горло.
– Ну ты чего, Мань? – Анжелка становится на колени возле моих ног и обнимает меня, успокаивающе гладит по влажным волосам. А я не могу остановится плакать. От истерики сотрясается грудная клетка, из которой вырывается горестный вой.
–Зашла, блин, похмелить тебя после вчерашнего, – приговаривает Анжелка, пока я рыдаю.
–Его девушка, – выплевываю ядом это слово, – беременна! – Кричу сквозь рыдания.
– Ну и хрен с ней! От тебя он что хотел?
–К-квартиру, – истерика прекратилась, оставляя после себя лишь легкие всхлипы.
– Нафига она ему? – удивляется подруга.
–Его ребенку нужны условия, – ошалело шепчу я. Только сейчас до меня доходит, какая же я никчемная. У Вадима уже есть любимая женщина, скоро будет ребенок. У него полноценная семья. А я одна! Одинокая и никому не нужная.
– А ты тут при чем? – Анжелка отстраняется от меня и присаживается на другой стул. – Сам заделал, пусть обеспечивает.
– Он не отстанет, – выдыхаю я. Не могу объяснить, но в его облике сегодня мелькнуло что-то такое… Упорство. Раньше меня это в нем восхищало, но я чувствую, что сейчас он пойдет на принцип, одолевая меня. Злость движет им. Направляет.
–Мань, мы ж его раскатаем в суде, – ободряюще произносит подруга. Мне бы ее уверенность.
–У него чеки есть.
–Какие чеки?
– За ремонт.
–Вот пусть и подотрется ими. Не переживай, Маш. Квартиру отвоюем.
–Как я могу воевать с невинным ребенком?
–Не ребенок с тобой воюет, а его мамаша.
–Какая мамаша?
–Которая подстрекает Вадима. Я его таким злым никогда не видела.
–Я тоже.
–А с виду таким милым был. Добрым. Всем помогал.
–Анжел, – умоляюще прошу. – Я хочу побыть одна.
–Машк, ты не в адеквате. Я боюсь за тебя, – отвечает подруга, вкрадчиво вглядываясь в мое лицо. Признаки шизофрении что-ли ищет?
–Анжел. Мне нужно подумать. Обо всем.
Подруга вздыхает, окидывает меня неуверенным взглядом. Твердо смотрю ей в глаза. Она лишь встаёт со стула, поджав губы, одевается в прихожей и уходит. Закрываю замок на двери и сползаю по ней на пол. Сил нет. Не осталось ни капельки. Я разбита.
9. Машенька
Звонок мобильного телефона выводит меня из сна, в котором я сидела привязанная к стулу, а надо мной склонился мой бывший муж. В ушах так и звенит его крик:"Отдай! Отдай! Отдай". А вокруг меня скачет кто-то, наворачивает круги, вселяя дикий ужас.
Открываю глаза и спросонья принимаю звонок.
–Машк, ты спишь? – истерично хлюпает голос подруги в телефоне.
–Да, – тяну недовольным тоном, прижимая руку ко лбу в надежде развеять морок сна. Приснится же такое!
–Машк, мне помощь нужна!
–Что опять случилось?
–Маш, я ему позвонила.
–Кому?
–Мите!
–Это тот, который тебя всю ночь "укатывал"?
–Машк, дело серьезное!
–Ладно, – сажусь на кровати, рассеянно хлопая глазами. Пытаюсь сфокусировать взгляд, и натыкаюсь взглядом на рыжика, мирно спящего в углу кровати. – Рассказывай.
–В общем, я ему позвонила. Он ответил, что занят.
–Может действительно занят? – знаю я свою подругу и особенность ее мышления – надумать то, чего нет в помине.
–Маш, он в клубе развлекался.
–Ааа, – сонно тяну и смотрю на часы, стоящие на тумбочке. Час ночи! Ну даёт Анжелка! – И что?
–Я приехала в тот клуб, где мы вчера были, помнишь? – голос Анжелки срывается на всхлипы.
–Помню. А он что? – рывком встаю с кровати и кидаюсь к шкафу, пытаясь найти наощупь одежду потеплее и поудобней.
–А он с другой телкой! Целуются!
–Вот козел! – восклицаю в сердцах. И ведь пел Анжелке про любовь, про свадьбу. Подруга, хоть и прикидывается крепким орешком, но в глубине души поверила ему. Такая уж она… Доверчивая. Надеется встретить принца на белом коне, который влюбится в нее с первого взгляда, сделает предложение и увезет в закат делать детей и жить долго и счастливо. Желательно богато.
Прыгаю на одной ноге, зажав ухо телефоном. Узкая штанина джинсов никак не надевается, время идёт, я психую. Зная Анжелку, стараюсь побыстрее собраться, ведь она снова встряла в какую-то з…
–Они уехали. Вместе. – Всхлипы прекращаются, а я так и замираю с телефоном, прижатым к уху, стоящая на одной ноге. Падаю попой на кровать. Рыжик, подскочив на одеяле, с диким визгом улепетывает в сторону кухни. Можно подумать, это не кот, а маленький поросенок, которого режут разделочным ножом.
–Анжел, ты где сейчас? – по телу проползает холодок нехорошего предчувствия и волнения за подругу.
–У них. Под окнами. – Обречённо шепчет Анжелка.
–Адрес мне скажи и стой, жди меня. Я скоро.
–Хорошо, Машк, – снова всхлип.
– Ничего не делай! Просто стой! – кричу в трубку, – я скоро.
–Спасибо, – снова шепот.
***
Так быстро я никогда не одевалась. Наконец застегнув на себе джинсы, вызываю такси, засовываю телефон в карман, хватаю ветровку с крючка в прихожей, обуваю кроссовки и пулей вылетаю из квартиры, не забыв закрыть дверь на замок.
Дорога в Суворовский кажется мне вечностью. Район новый, ещё недостроенный, но судя по отзывам в интернете, условия для проживания там аховские. Новые многоэтажки с качественным ремонтом, школа и детский сад уже работают. Магазин, судя по всему, круглосуточный, мелькает в окне автомобиля, когда такси проезжает мимо и паркуется через два дома.
Сентябрьская луна освещает темный уютный двор. Клумбы с ещё не завядшими цветами, три машины, припаркованных на специальной стоянке, а не на прохожей части, как в моем дворе. Может просто потому что жильцов меньше и машин соответственно?
Сунув деньги таксисту, быстро выбираюсь из машины и щуря глаза в темноте, пытаюсь найти подругу. Время уже очень позднее, в окнах не горит свет, все давно спят, фонари отключили час назад. Только моя несчастная подруга, пригорюнившись, одиноко сидит на лавочке возле подъезда.
–Анжел, – аккуратно тормошу ее за плечо. Подруга поднимает на меня заплаканные глаза, а у меня в груди все обрывается. Больно за нее. Анжелка бросается мне на шею, тело ее сотрясается от рыданий. Глажу ее по голове, успокаивая. – Ну зачем ты сюда приехала?
–Я думала у нас все серьезно… Он мне такие вещи говорил… Мне никто такого не говорил… И двоих детей… Обещал…
–И домик у моря, – подхватываю я. Старая песня.
–Квартира в центре, – отрывается Анжелка от моего плеча.
–Она тебе нужна?
–Я любви хочу-у-у-у, – снова воет подруга.
Прижимаю ее голову к своему плечу.
–Может ну его? Считай это одноразовой акцией.
–Машк, а как же я? – шепчет подруга и снова поднимает голову, смотрит на меня. – Я не могу так.
–Как так?
–Лапши навешал и свалил в закат! Зачем тогда номер оставил? – истеричный тон подруги эхом отскакивает от домов.
–Тише ты! – шикаю на нее. – Всех соседей разбудишь.
– Я сейчас всех перебужу, – уверенный настрой подруги лишает меня попыток возражать. Ее слезы пересыхают как по мановению волшебной палочки. Анжелка отстраняется от меня и твёрдо топает в сторону подъездной двери.
–Ты куда? – Бросаюсь за ней следом.
–Щас устрою этой сладкой парочке! – набирает код на домофоне.
– Откуда ты номер квартиры знаешь? – удивлённо спрашиваю.
–Да? – В динамике домофона раздается сонный недовольный голос.
–Помогите, пожалуйста, – жалобным тоном ноет подруга, – я ключи от дома забыла, мама будет ругать, откройте, пожалуйста. – голос как у малолетки, но этот номер прокатывает и спикер гудит звуком открывающегося замка. Анжелика с тихим вскриком хватается за ручку двери. – Спасибо большое.
–Больше не гуляй так поздно, – шаркает недовольный голос в домофоне и отключается.
Анжелка забегает в подъезд и нажимает кнопку вызова лифта.
–Ты хоть знаешь в какой они квартире? – шепчу я.
– Примерно. – Анжела смотрит вперёд расфокусированным взглядом. Скулы ее заострились, челюсти плотно сжаты. – Я видела в каком окне загорелся свет через три минуты после того, как они вошли в подъезд, -наконец отмирает подруга.
Двери лифта расходятся, мы заходим внутрь и Анжела нажимает кнопку с номером "9".
–А если ты ошиблась?
–Надеюсь что нет.
Лифт медленно везёт нас вверх, а я молюсь всем богам, чтобы Анжелка успокоилась и не натворила дел. Я здесь для того, чтобы поддержать морально и уберечь ее от беды. Она расстроена, я понимаю. Но так же я прекрасно знаю, на что подруга способна в период отчаяния. По сути она хочет вломиться в чужую квартиру и устроить дебош. Ее уныние быстро сменилось боевым настроем, глаза так и блещут в поисках расправы и кары за обиду. Но ведь ни та девушка, ни Митя ни в чем не виноваты. Один навешал лапши на уши, "отлюбил" по обоюдному согласию, и свалил в закат, чтобы найти новую "любимую". И сейчас эту сладкую парочку ждут большие неприятности в виде дракона по имени Анжела. Ох, что будет!
Двери лифта открываются и мы выходим на лестничную площадку. Тут чистенько, уютно, даже пальма в горшке стоит в углу коридора.
Анжелка нажимает кнопку дверного звонка и за ней раздается звонкая трель.
10. Машенька
Трель звонка прекращается оглушающей тишиной. Анжелика не унимается и снова жмёт на кнопку. Затем, не в силах справиться с эмоциями, с яростью стучит в дверь кулаками.
–Че надо? – раздается из-за двери приглушенный немного испуганный женский голос.
–Вы меня топите! – восклицает Анжелка.
–Вы на время смотрели? Идите спать.
–Да как я пойду, миленькая? Вы ж мне всю кухню залили! Я сейчас управляющему позвоню. Квартира новая, свежий ремонт, обои сама выбирала. Думала соседи нормальные. Вы мне все испортили! – актерскому таланту моей подруги можно позавидовать, и я невольно восхищаюсь ей. Можно подумать, что она не школьный учитель, а известная актриса Московского театра.
–Валите отсюда, женщина, – женский голос за дверью сквозит усталостью.
–Я те щас свалю! – возмущается подруга и колотит в дверь двумя кулаками. – Открывай давай, или я в полицию позвоню.
–Не надо никуда звонить, сейчас открою.
Услышав щелчок замка, Анжелка хватается за ручку двери и рывком распахивает ее, врывается в квартиру и отпихивает девушку с такой силой, что та летит в сторону и глухо ударяется об стену. Я успеваю заметить лишь то, что она хрупкая блондинка.
–Ты чё творишь, дибилка? – вопит она, уже сидя на полу и схватившись за голову.
–Я ещё не начинала! Где Митя?
–Какой Митя?
Не слушая воплей девушки, Анжела с громким топаньем направляется по коридору вглубь квартиры.
Девушка тут же вскакивает с пола и берет свои сапоги на тонком каблуке. Она вся наряжена и кажется встревожена, пытается засунуть ногу в сапог.
–Митя, Митенька- раздается встревоженный крик в глубине квартиры. -Ты чё с ним сделала, тварь?
Почуяв неладное, я хватаю девушку за руку, не позволяя ей уйти из квартиры. Девушка пытается вывернуть локоть из моего захвата, но я, приложив все усилия, держу крепко. Через секунду Анжелка появляется перед нами и хватает испуганную девушку за волосы, вырывая ее из моего хвата. Разжимаю руки и вжимаюсь в стену в прихожей, зажмурив глаза. С детства боюсь драк, всегда стараюсь уладить спор мирн�