Мир и Я
Предисловие
Что заставило меня собирать знания, прежде чем сесть за стол переговоров со своими потомками? Вернее, кто? Высшие силы, управляющие космическими стихиями. Они вели меня по жизни, контролировали все мои шаги и помогали искать нужную информацию необходимую мне для работы, которую следовало выуживать из тонн прочитанных книг, выбирать, запоминать, сортировать, обрабатывать и хранить.
Что подтолкнуло меня взяться за книгу?
Стихи, от которых я сходил с ума, и порывался расстаться с жизнью!
Несколько лет я находился под гнётом высших сил и взалкал (взмолился, просил пощады) и стих «Фастомогония» отрезвил меня, развеял помутневшее сознание. Я понял своё предназначение: вразумить людей и построить Божье царство на Земле.
Но как выполнить сию невыполнимую работу?
Всевышний мне ответил: «А ты докажи людям, что умнее всех, и они, будут слушаться тебя!» Поняв его, я вывел просто правило: через время и расстояния, словом, управлять всем Миром.
Вот так, оказалось, всё легко и просто!
«Вначале было слово. Оно шло от Бога. И слово было Бог». Слово, как и Мир – вечно! Оно будет служить людям бесконечно! Всегда!
Да, меня не будет, Я, моя душа, улетит в другой Мир, наводить порядок там, но останутся мои письмена, вот по ним то, люди на Земле будут жить и Божий Мир творить.
Как работал над книгой.
Я и решил создать книгу, равной которой в этом Мире не было и не будет! Пройдут столетия, и люди, осознают кто здесь жил и всё, что он в своих книгах изложил – Истина!
Тогда, они начнут жить по законам, написанным в ней, вот и наступит Божье царство на Земле. Трудная. Архисложная задача, даже для Бога! Но он не один! На помощь ему, целая армия светлых душ идёт, и они помогут мне, столкнуть вниз дьявола! Книга далась мне нелегко, труднее, чем стихи. Если их строчил я автоматом, под напором высших сил, не контролируя себя (свою голову), то здесь вынужден включать мозги!
Мой «компьютер» гудел день и ночь, из хаоса всех знаний, хранимых в голове, требовалось выуживать по каждой теме нужные, и строить их по порядку, не упуская сути! Кропотливая работа, но без пота, хотя и он был, когда пыл сходил, или на подъёме духовных сил.
Книга выстраданная! Она измотала меня умственно и физически! Я работал над ней так же, как и люди, выполняющие нелюбимый ими рутинный, повседневный труд: обыденно, скучно, без горящих глаз и вдохновения – как свою обязанность!
Для этой работы, я построил в уединении, своими руками – дом, и бросив всё, зимовал в нём. Шесть зим, живя аскетом, я над книгой, без сна и отдыха, корпел, отказывал себе во всём, жил на 12 евро в месяц.
Все зимы, в течение которых над книгой работал, боролся с холодным, голодным / одиночеством и дьяволом! Шесть зим писал книгу, шесть зим приводил рукописи в порядок: уточнял, поправлял, дополнял слова и фразы менял, строил предложения так, чтобы было всё складно и понятно. Непростая работа!
Кто сможет из Вас, сто раз за ночь вставать и царапать свои мысли на клочках бумаги, а в пять утра, садиться за стол и работать до 14 часов дня?
Фактически, все годы, в течение которых создавалась книга, я спал урывками!
Для сравнения, еврейский Бог Иисус Христос, находился 40 дней в «пустыне» (жил без людей, в уединении), и взалкал (взмолился), а я прожил отшельником 12 зим и не отчаялся. Жить отшельником нелегко! Поверьте мне, нет ничего хуже одиночества! Второе сравнение: они свой букварь (Библию), писали полтора тысячелетия, а здесь человек накатал за шесть зим энциклопедию!
На клочках бумаги,
Напишу такое, жуть!
Полон я отваги,
Я могу весь Мир перевернуть.
Мне не надо рычага и палки,
Ручку мне и карандаш.
А людишки до того уж жалки,
Я возьму их всех на абордаж.
Они «умные» такие, иль дурные?
Всё едино, рядом ведь живём.
Хоть средь них, есть тоже боевые,
В битве с ними,
Мы мечи схлестнём.
И посмотрим, кто кого погубит?
Правда чья?
На чьей же стороне?
Виноватых всех мой меч порубит,
Как врагов рубили в старине.
Я поэт!
И Мир мне стал подвластен.
Я философ!
Знаю, что к чему.
До чего же шар Земной прекрасен,
А людей на нём я не пойму.
Для чего на Землю пришли люди,
Разнести в клочки?
Иль погубить её?
Шар земной не очень они любят.
Человек он ведь, зверьё, хамьё!
Первая зима оказалась самой трудной для меня, температура в доме опускалась до нуля, руки мёрзли, ноги тоже от холода дрожали, самого трясло, паста в ручке застывала, в животе урчало, а требовалось перекинуть на листы, в стройные ряды, то, что «накопал» за ночь. Прижавшись дрожащей спиной к щиту печки, согревая руками авторучку, строил фразы и, не выдержав холода, вылезал из-за стола, от озноба прыгал, как козёл, стуча зубами, дрыгая руками и ногами, а потом кружил вокруг голландки как обезьянка, разогрев кровь, опускал зад на табурет.
За печкой я оборудовал рабочее местечко, поставил на войлок обеденный стол (60 х 80), низ его обил фанерой (чтобы по ногам не дуло), а сверху бросил скатерть для тепла, вот такие, брат, дела! Маловато, тесновато, суть не в этом, главное работа, ребята!
Когда холод и голод, совсем донимали, терпеть было невмоготу, позволял себе выпить чашечку суррогатного кофе, заваривая его кипятком из китайского термоса, а если слишком голодным был, то с четвертушкой печеньки глотал. Если и это не помогало, на улицу греться выбегал, вокруг дома и времянки круги нарезал.
В моём, открытом всем ветрам, недостроенном доме гулял ветер, он выдувал
тепло в щелястые рамы, окно, стекло, оно улетучивалось сквозь потолок, стены и пол.
Врать не буду – сквозило отовсюду, и первые зимы приходилось спать одетым, под ватным одеялом, в положении эмбриона, до полночи согревая руки, ноги. Промучившись всю ночь, в 4 утра надо было вставать и браться за работу.
Для порядка, сделав зарядку, заправив постель и немного перекусив, в 5 утра садился за стол, мучиться, страдать над каждым словом, каждой фразой, дрожать, в прямом и переносном смыслах. Но вначале, после умывания, напяливал на себя вторые
спортивные штаны и свитер, а ноги в шерстяных носках пихал в чуни (вставки от резиновых сапог). Всё тряпьё на мне, старое, ветхое, латаное, новых вещей я не любил, с ранних лет в обносках ходил. Можно было одеться потеплее, ватные штаны, валенки и куртку, но в таком облачении, не втиснешь своё тело в узкое пространство, между группкой и столом (52 см), да и писать неудобно: стол маловат.
Поневоле приходилось мёрзнуть, как осенний лист дрожать. Как оказалось, я понял сразу: и холод, и голод стали моими лучшими помощниками в работе.
Не выдержав натиска холода, я вылезал из-за стола погреться, выпить глоток кофе и покружить по комнате, а черепушка продолжала работать в нужном направлении, и частенько получалось, что я писал не то и не так – ошибался! Приходилось по-другому строить фразы, излагать свои мысли на бумаге.
И так я мучился до самого обеда, до тех пор, пока голова мутнела, а мозг отказывался работать, он тупел и дубел.
Что необходимо для жизни в одиночестве?
Вода, еда и тепло, а ещё работа до седьмого пота, чтобы жить было нескучно, а то от безделья с ума можно сойти. Воды я тратил пять литров в сутки, хотя колодец был под боком, с детства экономить воду привык, и жить впроголодь, на сухарях. Так сложилась моя жизнь, спасибо отцу за это, он держал нас в чёрном теле. С голодом бороться можно, а вот с холодом сложнее, кроме всего прочего, надо поддерживать чистоту тела, соблюдать гигиену. А как? Топить два помещения, баню и дом – накладно, трудно и палить дрова неразумно, да и времени потратишь много, целый день уйдёт на это занятие. Поэтому только раз в месяц я протапливал баню: прогревался, мылся, стирался – теплом наслаждался, о лете мечтал.
Наступало оно, и дел было невпроворот: работа, сад-огород, дом утеплять – комфортные условия создавать, доводить его до ума, так сказать, а когда закончил всё, и делать было нечего – живи и радуйся. Он сгорел. Первые десять месяцев своего отшельничества я прожил на пять тысяч, а подготавливаясь ко второму, вы мне не поверите! Семь дней всего работал, собирал бруснику с клюквой и продавал. Таким yj образом, я заработал 18 тысяч, 12 тысяч заплатил налоги, а шести мне хватило прожить ещё год. «Господи! Как человеку для жизни мало надо! – подумал я тогда с досадой! – Выходит дело, он целый год работает зря!» И дал себе, слово, все годы, в течение которых буду трудиться над книгой, сколько бы денег я ни имел, буду жить на 6 тысяч в год!
Двенадцать лет, я не нарушил обед, сдержал слово.
Мистика! За шесть зим, я набросал книгу, а шесть зим доводил её до ума. И того двенадцать лет! Все эти годы (хотя и остальные тоже), я изнурял себя, физически и умственно, пощады не давал. Мой вес, при росте 175, около 60 кг «плясал». За эти зимы я в валенках дошёл до Владивостока (и что удивительно, они не износились, а сгорели, а так J бы на обратный путь хватило), а возвратился оттуда на лыжах! Преодолевал ежедневно от восьми до тридцати километров. Так что, друзья, в моём творчествам отшельничестве лично для меня ничего примечательного не было! Дни текли, как вода, серо, обыденно, блекло – неинтересно и вспомнить нечего.
Да, были, случались эпизоды, которые запомнились навсегда. Первый из них, как уехал из Москвы в «неизвестность», в Пашково, за 160 км от дома. В снежную зиму откопал старый «Москвич», три часа ехал до деревни, четыре часа по глубокому снегу продвигался к дому с фанерной лопатой, сделанной накануне отъезда. Это было второго декабря 2004 года.
Второй эпизод. Вторая зима, начало её, была бесснежной, а дорога скользкой и наоборот: 4 часа полз до деревни на лысой резине и, при заезде на территорию дачи, мой «Москвич», соскользнув вниз, на воротине (её брусе) повис. Вылезу через правую дверь, машина поднимется, сяду за руль, опустится. Ничего не мог сделать. Долго мучился, хоть плач. Буксовал, буксовал, лёд долбил, песок подсыпал, резина скользит, юзит, дым валит, а машина на месте стоит. Так и пришлось воротину пилить.
Третий эпизод. Работая над солнечной системой, решил создать её макет, в масштабе на полу. Яблоко – солнце, планеты – крупы, юпитер – горошина, оказался в самом углу. Чтобы всё обозреть, я встал на табурет, и почесал затылок; шести метров не хватило для всей модели! Вышел на улицу, и невидимки, Плутон с Хароном, оказались за 40 метров от яблока, у изгороди. Да-а-а! Ну и дела! И мой дом стал солнцем, а две песчинки, Плутон с Хароном, за 40 километров, под Талдомом!
И магнетизм рассыпался в пух и прах прямо на моих глазах!
Четвёртый эпизод. Делая макет солнечной системы (её работу и устройство), я скрутил трубку с терморегулятором (солнцем) от холодильника, в спиральную пружину, получился улиткин домик (улитка).
Пятый эпизод. Почему именно так расположились планеты в солнечной систему ответил (объяснение в тексте найдёте).
Шестой эпизод. Царство пернатых. Возвращаясь с прогулки через перелесок, встретил на тропинке прыгающую сороку: «Это я! Это я! Первоптица Геоцин!» – стрекотала она. Я с ней спорить не стал, а вывел определение: «Тот умнее, чей род древнее». И не важно чей, птичий иль человечий.
Седьмой эпизод. Древо жизни долго искал: мучился, нервничал, страдал, когда по лесу петлял, не мог подходящего найти.
«Должно быть три ствола, – рассуждал я. – Растительный, животный и духовный».
В конце концов допёр. Осенило меня: Само древо является растительным Миром, животный – её суки, а ствол ведёт к духовному, и, срезав берёзовую ветку, прибил её в изголовке, она и стала моим древом жизни.
Восьмой эпизод. За один день бегло по книгам, освежив в памяти все религии этого Мира, схватился за голову: «О Боже! Как я разберусь во всём этом?!» А сел за стол, всё пошло как по нотам.
Девятый эпизод. Религию за три недели столкнул в овраг, а над русскими князьями бился два месяца!
Запутался совсем! Отчаялся. Хотел забросить. Отступить. Тему пропустить. Не излагать!
Но я парень упрямый, не было труда, с которым бы я не справился. Неужто и в этой головоломке не разберусь?!
Думал я, голову теребя. И разобрался! Решил историю Руси бегло повторить. И тут осенило меня! Стал рассматривать тему, с позиции национальности главных действующих лиц, и всё встало на свои места!
Десятый эпизод. Следующая загвоздка. Всех участников тех лет, вошедших в историю, нет смысла разбирать, слишком долго, и напутано, придётся объяснять. О тех временах, много, излишне подробно, и без меня написано! Решил выделить основных, влиявших на ход её развития.
Вот, пожалуй, и всё по работе, но запомнились моменты, такие как: встреча с лосем, нос к носу; кабаном; лисой; тетеревами, ночующими в снегу и на токовище; с браконьерами, как сам попал в капкан; ловил руками карасей и прочие мои наблюдения за животным миром, которые запомнились очень. Трясогузки, дятлы, кукушонок, змеи и ежи, ласточки и стрижи, волчата – сеголетки, куропатки, белки, куницы, хорьки, мышь – песчанка …
За эти годы, я полностью слился с природой, жил по биологическим часам и научился определять погоду. В основном, в моём творчестве и отшельничестве, радостных дней не было, всё обыденно: серо, блекло, грустно, скучно, одиноко – не интересно. Порой, я говорил сам с собой, и песни до одури орал! За эти 12 зим, вагон дров сжёг. Ножовкой, сделанной из двуручной пилы, деревья валил и на горбу носил, на чурбаки пилил, колол, сушил и складывал под навес, хорошо, что рядом был лес. Из него и валежник тягал, все закоулки им забивал, всё шло в дело, что горело. Изба мала, но, чтобы её обогреть, дров требовалась тьма! Одна зима особенно была жестокой, мороз всю зиму трещал, с середины ноября до 20 апреля не отпускал, держал температуру от -20 до -41, и приходилось два раза в сутки топить. А когда за -35, целый день дрова в печь пихать, но толку мало, тепло улетало, его, как и не бывало! Температура выше +15 не поднималась. Всё равно писал, мёрз, мучился, страдал, светлых тёплых дней ждал и, когда день равнялся с ночью, встречал свой Новый год. Накануне наводил порядок в доме: пыль гонял, полы мыл, чистил, скоблил, подчищал в рукописях «хвосты», старался очередную тему закончить и стол освободить.
В этот день, с утра, протапливал баню, мылся, стригся, брился, стирался – приводил себя в порядок. Чтобы скрасить свою жизнь, накануне украшал жилище ветками ели и сосны, а вечером, накрывал праздничный стол. В вазу ставил четыре вида растений, а всего двенадцать, символизирующих весну, лето, осень и зиму.
Каждое растение, на моё усмотрение, соответствовало своему месяцу: папоротник, брусника, камыш, рябина, полынь, ель, сосна, можжевельник, берёза, ольха, калина, рябина, дуб, клён. С листочками – осень, голые ветви – зиму, с почками – весну, а самые красивые, яркие, зелёные – лето. Каждое растение должно отображать движение этого Мира, его развитие – муторная работа, собрать, подобрать и составить букет икебаны. Так же и с посудой было нелегко, все предметы быта должны отображать вселенную: галактики, светила, планеты, кометы, а ваза в центре – саму вселенную! Вокруг неё посуда. Так же и с угощениями мудрил, всю зиму берёг, чего было мало, что любил:
пряники, печенье, конфеты, вафли, сушки, баранки, готовил салат, к мёду пёк оладьи или блины, жарил картошку, варил яйца (если они были).
И так, на столе должно быть (не считая вазы с «цветами») 12 блюд и не более 12
яств.
Протопив заранее печь, в сумерках, застелив чистой (белой) скатертью стол, ставил снедь, а когда совсем темнело, зажигал свечи и ставил их по углам стола. Без четверти восемь (20:00), бегом из избы на простор. По ходу движения Солнца 12 кругов ходить
босиком.
Каждый круг обозначал месяц, первый круг – зима, зябко, холодно ногам, к
середине ходьбы – июль, тепло и под конец, сбавив прыть, снова становилось прохладно – осень. Пробегая мимо окошка, любовался бликом мерцающих свечей в стёклах. Красиво. Романтично. Поэтично!
Заманчивые ночные окна, излучающие разный цвет, всегда притягивали мои взгляд, за ним и скрывается тайна живущих людей, которую сей миг хотелось узнать. Каждый раз, проходя или пробегая (в зависимости от погоды), мимо окна, загадывал желание (их 12, на каждый месяц), и конечно, о них я забывал, но, на душе становилось теплее, а жизнь милее, веселее!
Завали небо снегом избушку.
Белым, белым, до самых окон.
Убаюкай зиму – старушку.
Чтобы снился ей сладкий сон.
Чтоб спала злющая баба.
До весны, до самой весны.
Чтобы ветер ей пел серенады.
А мороз не стучал в мою дверь!
В первое, после долгой зимы лето, меня никто не напрягал работой, а потом, мои родные, по самые ноздри нагрузили. Десять лет подряд, с темна и до темна, я позволял им эксплуатировать себя.
У меня «плохая» черта характера, а может быть и нет? Как на Ваш взгляд? Дайте ответ. Первое моё правило гласит: в ущерб себе, помогать всем, даже своим врагам, в помощи не отказывать!
А здесь родные просят. Ну как им не помочь? Хотя знал, что пустяками занимаются и как отблагодарят? Подлостью и пакостью. Они их больше всех людей мне в жизни причиняли. Но я на них не обижался. Они же люди, а не Боги. Но есть и второе правило: жертвовать большим ради меньшего!
И я жертвовал собой, своими планами, талантами, желаниями, работой основной, которая значительнее их глупых затей. Находился у них в подчинении, фактически в рабах. Откажи – обидятся. Осудят. Возненавидят. Зло затаят. Для Вас покажется мой поступок странным? Но это не так! А как, на моём месте поступили бы Вы? Как? А Богу иначе нельзя!
Он создал законы и обязан выполнять основных четыре правила жизни!
Очерёдность их такова!
Первое. Жертвовать большим, значительным, ради меньшего, пустяшного, зряшного.
То есть поступиться своими планами, делами, идеями, жизнью ради спасения глупых, невинных людей, их пустяковых затей. Что не каждый сможет так поступить.
Второе. Помогать всем, даже своим врагам, в трудных ситуациях подставлять
плечо. Тоже нелегко.
Третье. Только тот человек, кто делает добро людям бескорыстно! Трудно, но
выполнимо.
Четвёртое, основное правило. Вы ешьте то, что Вам нравится, а я буду есть то, что
от Вас останется!
То есть, питаться Вашими объедками! Доедать за свиньями! Это свиньи, толкая друг друга, суют свои рыла в корыто. А людям – то не пристало! Им делать так не следует!
С этими правилами я иду по жизни с 18 лет, и что удивительно, начал с последнего пункту, а пришёл к первому!
В шесть зим собрал в кучу материал, разбросал его по темам – сплёл канву, и шесть зим потратил на то, чтобы привести рукописи в порядок – соткать полотно!
Три зимы ушло на создание первой книги, две зимы – работал над второй, третью и четвертую книги осилил за одну! Остальное время года, трудился, как все безумные люди в этом Мире, с темна и до темна, работал у дураков в помощниках! Каково? Жить на свете нелегко!
Без преувеличения, я всю жизнь находился у глупых людей в подчинении! Это Бог дал мне терпения!
Во время выполнения любых работ, чем бы я ни занимался, не забывал о главном деле своей жизни – о книге! Постоянно в голове ворошил свои знания, по всем темам, записывал на клочках бумаги: поправки, дополнения, уточнения, вставки, изменения. Весь материал, всю книгу помнил наизусть, и начинал свои записки со слов, там, где, чтобы легче было искать, писал два – три слова из текста: включить, проверить, дополнить, уточнить, исправить, изменить, переписать заново, и прочие, прочие замечания и недочёты, всё то, что считал нужным. А как же вы хотели? По-другому никак нельзя! Специфика работы такова!
Книгу писать, тем более научный труд создавать, это Вам не дрова колоть!
Колоть дрова я любил. Ставишь чурбак, стукаешь его так, чтобы он не развалился никак, наносишь второй удар поперёк первого, потом третий между них, и четвёртый, завершающий, ударяешь так, чтобы чурбак, развалился на поленья, (как на пол пьяный дурак)!
Это и есть мастерство. Чем больше поленьев, тем больше оно. У меня, больше 12 не получалось. А у Вас?
Попробуйте мой метод колки дров.
Убрав последние полешки под навес, зашёл в избушку, истопил буржуйку, а ночью прихватило спину, да так, что не мог с топчана встать, еле сползал по нужде. Пять дней не выходил из времянки, хорошо, что вода была для питья и ведро для сливания мочи, хоть караул кричи, но кругом ни души.
На шестой день, опираясь на швабру, шатаясь вышел на Божий свет и обомлел, кругом белым бело, а меня от холода трясло. Через пару дней, оклемавшись, перебрался в основной дом и, конечно, заболел, редькой с мёдом вылечил и спину, и выгнал простуду. Я сам себя лечил, все недуги, чистил раны, вправлял суставы, дёргал без анестезии (водки) зубы.
Я в этом Мире всё делал своими руками, работал много, а жил скромно, отказывал себе во многом, кроме умственного труда и физического, в них я себе пощады не давал, трудился из последних сил, до отупения и умопомрачения! Помогал всем подряд, знакомым и не знакомым, и мне не стыдно было людям в глаза смотреть, не отрывая взгляд. Хотя, чтобы я не сделал для себя или других за редким исключением был недоволен своей работой.
Всю жизнь не чурался любого физического труда, даже самого грязного, тяжёлого, противного, непосильного и часто обходился без помощников!
А Вы как думали? Что Боги на небесах живут, и все им прислуживают? Ни фига подобного! Они находятся в самом низу, как все люди вкалывают, да всем прислуживают.
Как второй, еврейский бог Авраам, преклонив голову перед Моисеем, ходил на цырлах.
«…и, последние будут первыми» – сказал Бог. Их души первыми попадут в царствие небесное! – Когда зазнаетесь, не забывайте об этом!
Ну, конечно, Богам труднее всех на свете жить, на наших плечах судьба всего Мира весит.
При этом, нелегко находиться в самом низу и не возмущаться, не роптать, а Божий Мир создавать! Трудно жить с человечеством, опережая их в своём развитии на тысячелетия!
Нелегко, в своём отечестве быть пророком, а Богом тем более! Все тебя не понимают, пинают, унижают, оскорбляют, рот затыкают – слушать не хотят!
Так как, умный среди дураков, тоже дурак, ибо его не понимают и за дурака считают!
Люди, большинство их, – существа неразумные, умом обделённые, им трудно (невозможно), что-либо объяснить. Их мозг слабо развит, а душа отсталая, самая простая (примитивная) – животная, она находится на первой стадии развития! Так что, бейся не бейся, доказать истину таким неандертальцам – не-воз-мож-но! Они животные в человеческом обличье.
§1
Этот параграф пишу для тех бумагомарателей-очковтирателей, которые за столом сидят круглый год и считают себя писателями!
Философом может быть только тот, кто на собственной шкуре испытал все тяготы этой жизни, пережил пот, грязь, кровь, голод, холод, лишения и унижения, адский труд до изнеможения, смерти в глаза смотрел не раз, и при этом остался с большой буквы, Человеком.
А писатель, сродни философу, он хотя бы половину тягот, что написал выше, испытать обязан!
На самом деле, было гораздо сложнее и труднее, чем я изложил. В начале пути, казалось мне, живи не тужи да книгу пиши, но мелочи замучили!
Раз 100 в колодец нырял, раз 50 на электрический столб взлетал, а о доме и говорить нечего, всего его, как женщину, с головы до пят исцеловал. Не было местечка, где не касались его мои пальцы, и не я его, а он меня – изнасиловал! Сколько потребовалось мне приложить усилий, чтобы довести его до ума?
Одному Богу известно, то есть мне, мой дом не велик, а лежать не велит. Работы с ним невпроворот! Первый этаж: зал, кухня, печка, душ, в коридоре вход в подвал (люк), лестница на второй этаж, а под ней туалет. На втором: кабинет, спальня, выход на балкон, тамбур с обзорной площадкой и лестница на чердак. Площадь без подвала 67 метров, а с ним – девяносто, и от фундамента и до конька крыши всё пришлось переделывать и поправлять. Так что не сидел без дела!
Многие люди не заморачиваются, войдут в «дом» (сарай) и живут в нём до тех пор, пока не превратят в свинарник, а потом ноют, что у них плохие жизненные условия!
Фундамент откопал (он воду в подвал пропускал), замазал щели между блоков, и сделал глиняный замок, отмостку и дренаж – для отвода с крыши вод, под террасой, с лицевой стороны, углубил ленточный. Цоколь, чтобы был красивым дом, плоским шифером облицевал, зашпаклевал и покрасил в белый цвет. Первый этаж, старую вагонку отодрал, паклю подбил, пенопластом обшил и новой вагонкой ощелевал, на втором этаже сделал бутерброд: два слоя минеральной ваты и два слоя вагонки (старой и новой), все окна в доме, включая террасу и дверь на балконе, на пластиковые поменял. Конёк тоже пришлось отдирать и под него рейки подкладывать, так как гофрированного железа до конца крыши не хватало, внахлёст был мал, и в щели ветер снег на чердак задувал. В самое пекло четыре часа на коньке просидел, так что зад и ноги онемели, а голова котлом гудела, насилу сполз, повезло, что не упал – делец.
Дополнительно утеплил в подвале стены и потолок, на пол положил плитку, и оборудовал его: установил станцию, провёл из колодца в дом воду, повесил бойлер (обогреватель), с торца печки соорудил душ, но для этого пришлось стену отодвинуть в коридор. Раз пять переделывал отопление, каждый раз его усовершенствуя и наконец довёл до ума. В обогревательный бак (он находился в духовке), врезал тэн с тепло- регулятором, для циркуляции тосола по системе установил насос, под каждым окном и на северной стене повесил батареи.
Для отвода грязных вод, под фундаментом, в разные стороны к отстойным ямам проложил трубы. От душа и мойки ближе к дому вода чище, она проходила очистку,
установленную мной в подвале, а от туалета и стиралки дальше – там септик и яма глубже. Не всё так просто. Конечно, пришлось ковыряться и матом ругаться. Далее, облагородил окна, приладил новые подоконники, откосы и обналичку.
Сделал третьи рамы, которые устанавливал на зиму, снаружи отливы и козырёчки.
В коридоре переделал лестницу на второй этаж, поднял площадку, а под ней установил туалет. Отодрав доски, основательно утеплил скос крыши, потолок первого и второго с чердака, над балконом сделал крышу, новый пол, установил шест с антенной, везде провёл свет. Совсем «заблудился» в перечислении выполненных мною в доме работ. Вы думаете «Пентюх! Почему сразу не делал как надо?» Отвечу. При постройке его, ни материала, ни денег, ни времени – не хва-та-ло!
Материала негде было купить, его просто не было! Заработанные потом и кровью деньги пропадали, и инфляция сжирала! Естественно, приходилось работать на двух, трёх работах и времени не хватало! Власть, в нашем государстве всегда ставила в такие условия народ, что не разевай рот!
И купить невозможно, и накопить денег – тоже, пропадут! В итоге работаешь бесплатно!
За мою сознательную жизнь свершилось три смены режима, и при каждом правителе, то отпускали вожжи, то закручивали гайки. Перекрывали кислород, ни вдохнуть, ни пёрнуть, только успевай поворачивайся. Особенно обидно честным и справедливым (законопослушным), зарабатываешь деньги, копишь на что-либо, отказывая себе во многом, и как серпом по одному месту – дефолт, инфляция, эмиссия!
Четыре раза деньги превращались в бумагу, обесценивались и менялись – пропадали даром! Десять лет копили с женой на квартиру, а её нельзя было купить! Мы этого не знали. А потом – переворот, смена власти, инфляция, и денег хватило только на покупку четырёх книжных шкафов. И на том спасибо! Как вам не дурно? Мне да! И снова засучивай рукава.
При СССР на всё был дефицит, особенно в последние годы, при Горбачёве: еду, одежду, мебель, электробытовые товары – всё нужное, можно только по блату достать и с переплатой. Чтобы детей обуть, одеть, накормить, все выходные в «Детском мире» и других магазинах в очередях простоишь.
Давка ужасная! Как в войну за хлебом! Кишки из горла лезли. Все люди потные, как звери очумелые, к прилавкам продираясь, ругались и дрались. Надо думать! Со всего Союза, за каждой мелочью ехали в Москву. Ни одна свадьба не справлялась без поездки туда. Разве это нормально? Так что-нибудь приобрести детям, жене, себе и для дома, как собака, высунув язык, бегаешь по Москве.
На площади Гагарина, в подвальном помещении жилого дома, длиною 300 метров, находился магазин – «1000 мелочей», и ничего в нём нужного не найдёшь, ассортимент прост. Так вот сейчас, в провинциальном городке, в каком-нибудь закутке, товаров больше, чем было в нём. Откуда что взялось? Мешал «железный занавес».
От зимы и до зимы на всё одни запреты, даже в дефиците пиво и сигареты! Производилось всего много, но куда девалось? В другие страны отправлялось, преимущественно в отсталые! Такой была внешняя и внутренняя политика, партии и правительства. Чтобы Мир без войны завоевать, подчинить себе, надо свой народ держать в узде, а другим помогать. Что ни правитель, то дундук, и окружение ему под стать: ни дать, ни взять! Почему так?
Люди, наглые и недалёкого ума, лезут во власть, и, как правило, они управляют государствами!
Если правители не могут между собой договориться, так кто они? Конечно, дундуки! Всегда можно без войны все конфликты утрясти, найти компромисс, к консенсусу прийти. Так говорил Горбачёв, а сам Союз развалил.
В нашей стране, СССР, при каждом правителе шло шараханье, от крайности до крайности, пока её не потеряли совсем. Ну ладно, оставлю дебаты на потом и вернусь к теме: Как? В каких условиях, создавалась книга.
Из дома, на земельный участок перемещусь, его хозяйственные постройки, но задержусь в террасе, облагорожу её, и с западной стороны дома, под навесом, построю вторую, лучше первой, золотистого цвета, так, на всякий случай – зону отдыха в лучах заката.
Построек тоже не мало и работ с ними хватало. И заметьте, дети, все постройки возводил, от начала до конца, в том числе и дом, ручными инструментами! Не было электричества. При всём при этом, доски в основном, кроме половых и вагонки, были не обрезными и не фугованными. Так что приходилось их тесать и строгать, даже брус изготовлять, из леса на «Москвиче» трелевать и обтёсывать.
А моим любимым инструментом был топор! Им можно делать всё, даже бриться, и ничего, как и со мной, с Вами не случится! К примеру, в гараже настелил пол, сделал потолок, верстак и полки и покрасил с двух сторон, можно тоже «топором». За сим колодец облагородил, его утеплил и сделал домик над ним. Обшил вагонкой времянку, с торца её построил открытую веранду, как обеденную зону и кухню, перед ней посадил виноград, сбоку навес, за ней пристройку для дров и хозяйственного инвентаря. В бане, с лицевой стороны, так как пропорции не соблюдены, три раза перекрывал скат крыши и три раза перекладывал печку, меня не удовлетворяло, как она пыхтела. Затем поверх первого настелил второй пол и потолок, вагонкой обил, сделал парилку (её не было), провёл воду и, бросив напорный бак на чердак; – установил стиралку. С торца бани соорудил летний душ, а со второго, где дверь пристройку для дров и всего другого, что необходимо для бани. Дополнительно, вторым слоем, размешав глину с опилками, утеплил потолок. Обил пенопластом, затем досками, второй туалет, сделав его зимним, протянул к нему свет, поставил обогреватель, чтобы он включался из дома. Это сделал до того, когда в доме не было основного. Под одной крышей построил сарай с летним гаражом, две компостные ямы, две теплички соорудил и остеклил с лицевой стороны, три раза полностью забор менял, каждый раз улучшая его и возвышая, со 140 см до 170 см.
Все постройки после их возведения требовали постоянного ухода, доделки и перестройки. А ещё сад, огород, кусты, цветники на шее висели. Чтобы разработанную
почву не забивала дернина, пришлось всю её оградить, вкопав в землю выбросной шланг от центробежного насоса на глубину 25 см и общей длиною 400 метров! Нелёгкая работа, выполняя её, я пролил много пота.
Практически и фактически, с темна и до темна, от зари и до зари крутился, как белка в колесе, без электроинструментов мастерил.
Строгал, пилил, тесал, колол, полол, сеял, сажал, поливал, траву косил, за садом следил: опиливал яблони, сухую кору, и мох сдирал, мазал варом и белил, овощи выращивал, грибы и ягоды собирал – всё в дело производил: сушил, солил, мариновал, квасил, мочил, варил, стерилизовал и закручивал, ещё дорогу поправлял, машину ремонтировал и людям помогать успевал. При этом, в свободные от основной работы, выходные дни. И всё в одни руки! Летом жена помогала, но и нагружала: цветами, кустами, огородом-хороводом и прочими делами. У неё другие интересы, и они с моими не совпадали никогда! В этом и беда. Ей на мои дела было наплевать! И когда мне книгу писать?
Больше всех она мне мешала её создавать!
Фома неверующая! Она никогда в мои таланты не верила и была недовольна, если я творчеством занимался! Для неё все люди талантливее меня.
Кто бы ни был у нас в гостях, удивившись моим картинкам, висевшим на стенах, не поверив, что я их написал, просили другие показать, она, не покажет, не похвалит, а унизит, оскорбит, сделав кислую мину, губы подожмёт, крутнёт хвостом и уйдёт. Чужих мужей по пустякам хвалила, а своего унижала, не ценила, и приходилось мне тайком работать.
«Умная жена, мужа возвысит, глупая – унизит, а у зануды, муж станет философом, или сопьётся».
Вот я и стал мыслителем. Какова на Ваш взгляд моя жена? Умная, глупая или нудная?
Не угадали! Гордая и тщеславная! Как так, рядом с ней оказался человек превосходящий её во всём.
Мою жену, чего бы я ни сделал, ничем не удивишь, всегда показывает «шиш». Искусство ей по барабану, как бы ни творил я рьяно.
Как много от женщин значит,
Но многое им и дано,
При виде их сердце скачет,
Но жить одному суждено!
Равнодушие к моему творчеству родных и близких меня просто убивало! А порой шокировало, из колеи и выбивало! Они всегда чем-то были недовольны!
Никто в этом Мире не эксплуатировал отца своего, как младший сын меня!
Никто в этом Мире так не оскорблял меня, как старший сын!
Никто так не унижал меня, как жена!
А вы говорите семья! Где она? Фикция одна! Её не было! А я жил для них!
А будь ты, хоть царь, хоть Бог,
Всё равно для них ты плох.
Для кого? Спросите вы?
Для жены, конечно, и детей.
Я жену и детей ни в чем не виню! Они находились, как большинство, в этом Мире людей, в лапах у дьявола! Но разве это им докажешь? Когда они считают себя умнее Бога!
Так в повседневных хлопотах, пролетали весна, лето и осень. Только зимой относительный покой.
Всё бегом, бегом рысью,
А хотелось бы мне высью,
Когда надо полететь,
И что надо поглядеть…
Так бегом, на ходу, черкнёшь, пару-тройку слов и фраз – для книг и словарей, что создавал зимой.
Круглый год собирал слова и словосочетания, пословицы и поговорки, которых в словарях не было, и у меня таковых оказалось много.
В поисках правильных толкований слов я лазил в словари и, не найдя в них чётких объяснений как дополнение, брал в руки хвалёный словарь Даля. Здесь что меня задело, что какой-то «датчанин», не зная русского языка, объяснял значение слов его носителям! При этом, путано, непонятно, порой в объяснении слов доходил до абсурда, перечисляя близкородственные, приводил к другим, имеющим совсем иное значение!
Поэтому я решил создать свой словарь, чтобы в нём, коротко и ясно, каждому слову дано объяснение!
Чтобы человек в поисках его значений, не рыскал по словарям, с буквы В на букву С: высмолить – см. смолить, высморкаться – см. сморкать, высовываться – см. высунуть, с буквы П на букву Б: побренчать – см. бренчать, пробрехать – см. брехать, пробудить – см. будить. И т.д. С приставками и без них. Неужели составителям словарей нельзя сразу дать ответ? Ну ладно, думал я, не создал словарь, зато увеличу свой словарный запас, сделаю речь, разнообразнее, интереснее, живее – что пригодится мне всегда.
Попутно, работая над книгой, занимался лингвистикой, докапывался до происхождения слов и фраз, их зарождения, объяснял значение.
Суть в том, что словари составляли люди, мало знающие жизнь, её глубину, не выполнявшее физического труда, всесторонне не развитые, а значит, малосведущие в происхождении слов, корни которых уходили глубоко в землю, в древности – к первобытному человеку.
Фактически зверю, а они, так же, как и звери, начинали свою речь, с рычания, ворчания, мычания.
И первые слово, возникшее на свете этом, было «ма-ма»! Его и сейчас произносят, разных млечных животных дети. Работая над словами, над их происхождением, я пришёл к такому мнению, что человеческая речь (слова), их образование, началось с русского языка.
Разбирая фонетику – звуковой состав языка, обнаружил, что он оттолкнулся от русского, а остальные языки, производные от его корня, а позже, к нему (корню), добавились приставки и окончания.
Во многих языках сего Мира, есть русский корень – стержень слова, а если его нет, то речь, ломаная, корявая, не стройная, не гладкая – как наша напевная. Третий аргумент, осознанная человеческая речь началась с матерных слов, а их больше всего в русском языке.
Так как, маленькие дети, начинающие только лепетать, хватают и запоминают бранные слова быстрее, чем другие! Слово «мат» пошло от слова «мать» – это один корень (звук). Мать и матерный, произошли от одного корня! Что вылилось в бранные слова: матерный (произнесённые матерью бранные слова, ругательства), и матерщинник (человек, повторяющий её слова, говорящий матерными словами).
Слово «мат» – неприличная брань, следует поставить на первое место в словарях, оно имеют первое значение, с него началось человеческая речь!
Повторюсь. Собирая слова и выражения, пословицы и поговорки, подумал так: если не создам словари, то увеличу свой словарный запас, что поможет мне в работе. Не получилось. Сгорели! Как и весь мой кропотливый 40-летний труд, кроме главной книги и части стихотворений превратились в дым. Сам на себя удивляюсь, как я всё делать успевал? Открывая книгу, не верю, что её написал. А к стихам, так как, книгу написал, что обратно к ним вернусь вообще прикасаться боюсь второй раз не
спасусь.
§2
В детстве был непоседливым, бойким, беспокойным ребёнком, больше всех маме хлопот создавал, но и больше всех помогал. Я без неё никуда, и она без меня, только кликнет, я уже рядом стою, каждое слово ловлю и опрометью выполнять её поручение бегу. «Митька! Не торопись! Голову расшибёшь!» – кричала она вдогонку.
«И когда ты Митька, свой тощий зад прищемишь? – говорила мама. – Знать у тебя в заднице шило торчит? Сядь, обезьян! Минутку не посидишь»! С детства, рано вставать привык. Подойдёт бывало мама будить, а я спал чутко и, услышав шорох её шагов, просыпаюсь, она только наклонится надо мной, я отвечу ей, что не сплю, и тут же встаю.
Ни разу в жизни будильник не заводил, у меня его не было! Каким бы утомлённым и во сколько бы ни лёг спать, в любое время, (когда надо), мог встать. В грудной клетке чувствовал мирный ход часов планеты этой. Где бы и с кем бы я ни жил, любители поспать, зная об этом, не надеясь на будильник, просили меня их растолкать.
Так и на даче-кляче, вскочишь чуть свет, а ляжешь, когда все намеченные дела переделаешь, да ещё добавишь, а ночью, новые планируешь, да кумекаешь как лучше их делать. Лежишь на топчане, утра ждёшь, чтоб скорей приступить к работе, смотришь в окно, когда оно развиднеется, а на потолке квадрат проявится (две фанерные дверцы жёлтого цвета), значит пора вставать.
Я всё в этом Мире делал своими руками, любые работы: отливы, откосы, подоконники, обналичку, окна, двери, табуреты, столы, лестницы, ступени, балясины, перила, умел: пилить, колоть, строгать, чесать, стеклить, рихтовать, варить, шпаклевать, кирпичи класть, колодца копать, картины писать, стихи слагать… всего не перечислишь! Я не шучу, мне любое дело по плечу, от самого простого – примитивного, до самого сложного – интеллектуального. Построить дом, из любого материала, от начала до конца, полностью готового к комфортному проживанию, отремонтировать квартиру полностью, от штукатурки стен и заливки полов, с заменой сантехники и так далее вплоть до установки мебели, отремонтировать машину, полностью, с ремонтом и переборкой, всех узлов и механизмов, и кузова, вплоть до покраски. Была бы рама или каркас, и документы да запчасти. Всё это я делал, чем всех удивлял, поэтому и пишу, не грешу, но мою жену, чтобы я не сделал, невозможно было её удивить. Обидно. Досадно, ну ладно. Авось не накладно.
Строил дом так: достанешь какой-либо материал, привезёшь и сразу его на место закрепишь, нарушая последовательность выполнения строительных работ. Так не было, на первом и втором этажах полов, а пришлось, положив на потолочный брус, несколько досок, обивать вагонкой потолок второго. Здесь мне помогал младший сын, мы вдвоём, боясь оступиться и упасть в подвал, с трудом загоняли шпунты в пазы. Промучившись с ним пару дней, боясь за сына и себя, я решил на второй этаж, постоянную лестницу смастерить, а то бегать по приставным неудобно и опасно. Ночью, всё хорошенько продумал, до 8 утра, когда сын спал подготовил материал: из необрезных досок и байдачины сделал струны и бруски, балясины, перила и доски на площадку. Все детали отстругал рубанком, в 12 дня начал собирать, а в 6 вечера уже 6eraл по ней.
Вот так надо работать! Покрасил и уехал. Пусть сохнет. Чуть позже из Москвы на багажнике «Москвича» на первый этаж шестиметровые доски привёз.
Конечно, чтобы 0,8 куба досок умудриться довести, надо багажник усилить, и суметь их закрепить! Это Вам не фунт изюма съесть! В начале строительства, постройки времянки, я из двух багажников собрал один и весь материал на нём перевозил, мне не впервой одному трудные работы выполнять! Так, за две недели отпуска, в ноябре, перед зимой, второй, каркасный этаж, снаружи, полностью обделал. Коробки повязал, навесил балконную дверь, вставил окна, их остеклил, вагонкой обил, пинотексом покрыл и довольный собой, уехал домой. Здесь замечу, строил дом без лесов и страховки, держась «зубами за воздух», балансируя на шатких досках и лесенках под самой крышей, в любую секунду мог упасть.
Первый этаж обивал так: кидал две доски на багажник «Москвича» – вот и готовые леса, а второй, сквозь проёмы в стене выпускал бруски, прибивал на них широкую доску, а на неё, если не доставал до крыши, ставил короткую лесенку, у Работал, как эквилибрист в цирке, даже без страховки на семиметровой высоте, крыл крышу и прибивал конёк, крепил печную трубу, антенну, зашивал фронтон, а потом всё красил и удивляюсь, что не упал.
Поэтому в моем лексиконе нет слова «не умею» – это отговорка ленивых, чтобы не делать, а есть слово «не хочу»! Первый раз сделал плохо, кое-как, на косяк, второй – получше, третий ещё лучше, глядишь, и научишься, если постараешься.
Ленивого не заставишь, глупого не научишь, а трудолюбивого и умного не надо заставлять, он сам всему научится! Проще пареной репы готовое изделие купить и приладить, ума много не надо, а вот самому изготовить- надо голову иметь и трудиться уметь!
Не зря люди говорят: «Терпение и труд, все перетрут!» моё правило трёх «Т», работает всегда: трудолюбие, терпение и талант. Имея первые два качества, можно стать классным специалистом (мастером), а с третьим – виртуозом (творцом).
От безделья, с трудолюбием, всему можно научиться, главное – не лениться! Поэтому от любых работ я не отлынивал никогда! Чем больше их выполняешь, тем больше знаешь! Тот человек умнее, кто больше руками делать умеет! У кого больше профессий! По себе знаю. Все дела в этом Мире я делал попутно с основными. Какие? Любые. Даже книгу писал украдкой, близкие мешали, от работы отвлекали, говорили, что занимаюсь пустяками. Пойдёшь за грибами – возвращаешься с дровами, траву косишь – ограду поправишь, столб новый вкопаешь, кусты окорнаешь – деревья опилишь, огород копаешь – сорняки, камешки убираешь, проволочников давишь, яблони обрезаешь. Бельё стираю, попутно в доме приберусь, полы мою, брюки подошью, одежду починю, пуговицы пришью, отремонтирую обувь, заштопаю носки, отремонтирую часы, есть готовлю – слова и фразы подбираю, стихи слагаю. Гвоздь надо забить или планку прибить, полку повешу, табурет сколочу, кровать, шкаф, тумбочку починю. Так по кругу и ходишь, между прочим, делаешь всё легко и просто, можно сказать, играючи, и не знаешь, какие дела главные, а какие второстепенные – все нужны. Больше всего я в жизни любил перекапывать огород, там работа видна и свободна для дум голова! А ещё мне нравилось в сумерках после основной работы, уделять 30-40 минут обществу. Брал в руки лопату и шёл подправлять разбитую дорогу, сбивал колдобины, засыпал ямки, ровнял бугорки, делал подсыпку, в особо топкие места возил на тачке камни и щебень, а утром, когда все спали, любовался своей работой и устранял огрехи. Перечислять все дела, от «А», до «Я» нет необходимости, кто в деревне родился, жил и трудился, не ленился, тот знает, как нелегко хозяйство в порядке содержать, таким объяснять не надо.
Иные мужики и ночью при Луне косили траву, так и я трудился до темна, а то и при Луне во дворе, да до тех пор, пока видели глаза, они у меня ночью как у совы, а днём как у орла. Замечал то, что другие не видели, чем своей зоркостью всех удивлял.
В летние дни, находясь на даче, вставал с петухами, а ложился, когда выпь на болоте заревёт. Так глаза и подсадил, а ещё их подпалил, когда ночью возвращался в Москву. Фары от встречных машин их как электросваркой нажигали, что к ним прикоснуться было нельзя, они болели, слезились и гноились, что и примочки не помогали, приходилось закапывать капли. Моя цель была такой: любой ценой построить дом, чтобы вдали от людей шедевры творить, а получится или нет, как знать? Теряя здоровье, несмотря на преграды, я упорно шёл к своей мечте.
Всегда, теряя одно, мы приобретаем другое, порой более значительное, так что при неудачах, не огорчайтесь, идите вперёд, как лом, напролом! Памятуя о том, что плата за жизнь – смерть!
Так что все Ваши потери, по сравнению с жизнью, сущие пустяки. Детские шалости!
Так вот, жирный бегемот! Ты за свою жизнь столько не переделаешь, сколько я за один год!
«У Митьки в руках все горит!» – хвалила меня мама, и она была права. Я старался содержать и содержал, всё своё хозяйство, как в доме, так и во дворе в идеальном состоянии, так, чтобы глазу не за что было зацепиться!
Если это так, значит хозяин с хозяйкой люди трудолюбивые. Участок 23 сотки, а деревьев и кустарников разных видов 186: клён, дуб, берёза, липа, ель, сосна, черемуха, сирень, ива, рябина, калина, ирга, боярышник, яблони, груши, слива, вишня, жасмин, можжевельник, туи, жимолость, смородина, крыжовник, виноград, барбарис, снежнеягодник, акация жёлтая, бересклет, пузырь плотника, ежевика с малиной, розарий и четыре цветника, забота для Митьки дурака!
Вот такой, мой сад-огород, с ним работ невпроворот.
Руки! Руки! Везде нужны руки. Мои маленькие руки, столько за жизнь наворочали от скуки, что на 10 мужиков хватит и их детям останется!
Объём дел велик, а если спорт присовокупить, да умственную работу прибавить – всё небо можно закрыть!
Извините меня за откровенность, здесь каждое слово не моё, оно исходило от Бога, а ему противоречить нельзя даже мне!
О дне текущем, и хлебе насущном.
Если я не напишу, как жил на свете этом, то кто узнает обо мне? Я же, не Иисус Христос, и за мной не ходят толпы учеников! За моей спиной ни одного соратника нет.
Не надо ныть! Мне всё равно в каких условиях жить! Что есть, что пить, в чём ходить, лишь бы живу быть, да свой труд завершить, да в другой мир уйти, там порядок навести. Надо чтобы дух, (душа) управляла телом, а не тело душой (голова и живот)!
Так вот, надо думать не о бренном теле, а о бессмертной душе!
Мало ли, чего попросит Ваше тело? Если все его прихоти исполнять, своё тело ублажать, то будешь находиться в зависимости у дьявола, в рабах у него! Превратишься в стадное животное, без воли и своего мнения! Что и требуется дьяволу!
Животным легко управлять, они за еду и прочие соблазны могут убить собрата, как Каин убил Авеля! Это звери с ума сходят без «еды», а человек сам обязан контролировать свои желания!
Этим люди и отличаются от животных!
Не надо идти у своего тела на поводу, служить дьяволу, а надо слушать свою душу – служить Богу!
Чтобы дух преобладал над телом, не находился у него в постоянной зависимости, надо ставить себя в жёсткие рамки. Иметь силу воли, отказываться от соблазна моих врагов двух: сатаны с дьяволом!
Что не просто, но выполнимо.
Раз в месяц, в любую погоду, сунув деньги в карман и закинув на плечи рюкзак, я отправлялся в магазин за провиантом. Их два, и оба находились за 7 км от дома, один за широкой рекой, шагать к нему по снежной целине, второй – в соседнем селе, к нему идти по дороге. Я выбирал первый – он трудней, но интересней, но, если лёд был звонким, приходилось идти во второй.
В магазинах, я покупал стандартный набор продуктов: немного круп, четыре буханки и четыре булки, полкило сушек или баранок, 400 г сливочного масла, пол – литра растительного, 1 кг сахарного песка, 1 кг муки, 200 г леденцов, у 100-грамовую банку дешёвого кофе – вот и весь провиант.
Довольный, до соплей, бросив в рот леденец, счастливый, возвращался домой, последние годы на лыжах.
Так поступал первые шесть зим, а потом приспособился, закупал всё необходимое осенью и жил на сухарях. А вы думаете, что Бог на земле шиковал?
Ни фига подобного! Объедки за людьми доедал и всем угождал!
Это пишу для тех, кто иногда постится и собой гордится, что сбросил вес.
Я всю жизнь пощусь и не хвалюсь, а мой вес всегда около 63 кг. Картина будет не
полной, если я не скажу, то, что имел сад и огород, овощей и яблок мог есть вдоволь, поэтому, как я выше заметил, и урчало в животе. Фруктами и овощами желудок не насытишь, а расстроишь.
Я не сгущаю краски, а разбавляю их, на самом деле было намного сложнее и труднее. Всех мучений, при создании книг не передашь словами, не хочу Вас грузить речами, описывать подробно свою жизнь.
Подумайте: «Хвалится дед. Себе цену набивает. Страдальца изображает. Свои лишения преувеличивает»! Знаю, людям в заточениях, жилось труднее, чем мне в одиночестве, но находясь в них, подобный труд не создашь, и потом: они пребывали там по чужой воле, а я по своей, мучил себя ради людей, светлого будущего их детей.
Теперь обращаюсь к Вам, умные головы, если в моих книгах, не указаны конкретные лица (их имена, фамилии и отчества), значит, нет и оскорблений! И потом, Вы тысячелетиями не смогли на простые вопросы ответить, а я о сложных без утайки рассказал. И на Ваше содержание тратятся колоссальные средства из бюджета, а я, в отличие от Вас, занимался научным трудом в свободное от основных работ время. Делал открытие без всяких приборов, с помощью мыслей, и, чтобы обнародовать их, издать книгу, не лезу в долги, а трачу деньги свои и снова себя во всём ущемляю. Так что высказывать в Ваш адрес нетактичные выражение «оскорблять» – имею право!
Немного о себе.
Родился в глухомани. Жил в холоде, голоде, нищете и сумасшедшем «доме» (развалюхе). С ранних лет познал нужду и привык к физическому труду.
Спасибо моему ленивому отцу, благодаря ему, я всё делал своими руками.
Спасибо моей маме, она дала мне жизнь, и у неё я много чему научился и с пути не сбился.
Спасибо моему дяде, он служил мне примером, бескорыстно помогать людям.
Спасибо службе на северном флоте, там я познал все тяготы жизни.
Спасибо вторично отцу, не дав мне ничего, он дал мне больше всех. Привил любовь к художественному слову!
Спасибо людям, с кем не случалось идти по жизни, и порой дружить.
Спасибо, всем, всем, всем! Хорошим людям и плохим, добрым и злым, завистливым и простым, порядочным и подлым, честным и ленивым, храбрым и трусливым, ленивым и трудолюбивым – у всех я учился жизни. Они ковали из меня человека и Бога.
Спасибо всем тем, с кем мне было по пути к вечности идти.
Особое почтение моим турецким друзьям. Не буду называть их имён. Не позволяет Коран.
А также хохлам, таджикам, узбекам, казахам, киргизам, армянам, грузинам, у чеченцам, аварцам…
Всем людям в этом Мире, независимо от их национальности, с кем мне случалось встречаться и дружить, они сформировали моё сознание, влияли на моё мировоззрение! Благодаря им я стал таким неординарным.
А вообще-то, я таким родился, значит в меня Божий дух вселился!
Я на людей зла не держу. Камень за пазухой не ношу. Прощаю все их прогрешения: несправедливо причинённые мне оскорбления и унижения! И Вы простите все мои грехи, если я в чем-то был неправ. Не по злобе их делал, а по доброте, от всего чистого сердца.
Пять реальных смертей, которое я пережил.
Первая, самая невинная (в детстве, на лугу).
Вторая, самая страшная (в юности, в море).
Третья, самая нелепая (взрослым. на платформе).
Четвёртая, самая благородная (в зрелости, в лесу).
Пятая, самая ужасная (в старости при пожаре).
Но была и шестая, она первая, но самая главная, в животе у мамы! Когда в половодье, за две недели до родов, её в логу обложили волки, и она, спасая себя и свой плод (меня), всю ночь простояла по колено в ледяной воде.
Так что поставьте памятник на Земле ей, а не мне! Она спасла для Вас Бога! В этом её заслуга! Благодаря маме я здесь жил и тянул жилы из последних сил, чтобы спасти старый Мир и построить Новый!
Стихотворение «Фастасмагония» побудило меня написать эту книгу, вот оно:
После последней фразы я остолбенел. Меня как током прошибло! Такого душевного потрясения я в жизни не испытывал! Если не Я, то кто? Кто?! Кто кроме меня людям даст ума?!
Стихи постепенно отпустили меня. Они отошли на второй план, а главной, первоочередной моей задачей стала обязанность написать книгу, Мир изменить, людей вразумить, поднять их уровень культурного развития. Ни как иначе.
Очень плохо! Никуда не годно! Когда наверху людской пирамиды находятся дегенераты. Незаконно пришедшие к власти моральные уроды, умственно-отсталые идиоты, полу-человеки и их приспешники! Выскочки из грязи в князи, они возомнили себя богами, что хотят, то и творят, реализуют свои бредовые идеи по переустройству Мира, сгоняют людей в города, строят небоскрёбы, запускают в «космос» ракеты, взрывают атомные бомбы, а самое главное – развязывают войны! А я не хочу идти на войну, мои дети и внуки тоже не хотят, чтобы их убивали, но их насильно гонят. И это они называют «свободой»? Свобода – это право выбора, а не насилие! Навязывание людям своих убеждений, реализация бредовых идей за счёт жизни невинных людей, не считаясь с их желаниями.
И дело здесь не в правителях, а в людях, которые безропотно подчиняются узурпаторам. Я в шоке! Ужас, что творится в вашем Мире! Как такое может быть?
Всё просто. Служат люди не Богу, а дьяволу! Вот причина безумия правителей и безмолвия населения. Пора этому беспределу на Земле положить конец, указать людям прямой путь их развития, ведущий к мировому порядку МААТ, привести человечество к справедливому обществу, где нет ни богатых, ни бедных.
В том я уверен, убеждён, иначе бы не сел за стол. Вместе с вами, мои дорогие по(читатели), если вы дове�