Наследие старинного Рода Айранса
Часть 1
Глава 1. Грейси Айранс
– Ааа-ааа! – раздался приглушённый крик в сумеречной утренней Тишине. Этот голос будто взбудоражил пространство комнаты. Всё ещё продолжая всхлипывать после странного ночного кошмара, пробуждалось прелестное создание.
Оставаясь лежать на своей огромной кровати, утопая в нежных атласных шёлках, молодая девушка припоминала картины сновидения. В голове у неё ещё гудело, будто какой-то своей частью её Сознание по-прежнему находилось в том неприятном Сне – в неком тёмном и бескрайном месте. А приближающийся рёв паровоза, который был по-настоящему грохочущим, остался где-то там, по ту сторону реальности…
– Уф… – послышался её томный вздох. Приходя в себя, девушка шёпотом произнесла: – Это всего лишь Сон…
Однако навязчивые обрывки из сновидения то и дело всплывали в её памяти. В голове непроизвольно прокручивались краткие моменты сюжетных картин, в основном то, что ей приходилось всё время от кого-то куда-то убегать. И хоть тело её не слушалось, она всё же бежала и бежала в сторону просвета в конце какого-то туннеля…
Вытерев холодный пот со лба, молодая особа привстала и осмотрелась. В комнате никого не было…
Грейси – так звали нашу героиню – шустро поднялась с кровати и зажгла стоящую на комоде свечу. Тусклый, чуть желтоватый Свет постепенно разлился по всей комнате. Всё, что находилось в ней, медленно оживало, оставляя за собой причудливые тени. Мебель и вещи обрели естественные очертания, но выглядели загадочно и таинственно.
Грейси посмотрела на картину, висевшую на стене. Картина была старинная, видимо, осталась от родовитых предков. Самоуверенный молодой человек, скачущий на белой прекрасной лошади, как обычно, куда-то спешил. Казалось, всадник пристально наблюдал за Грейси. Ощущая на себе взгляд далёкого предка, девушка всегда смущалась.
Джордж Айранс, отец Грейси, был представителем старинного знатного рода Айранса. Однажды, будучи уже в зрелом возрасте, он полюбил прекрасную женщину, которая ответила ему взаимностью, и они поженились. Однако Счастье их было недолгим. После рождения малышки молодая жена вскоре скончалась. И после этого вдовец Джордж так и не женился, всецело посвятив свою Жизнь дочери.
Вот так уже восемнадцать лет лорд Джордж Айранс воспитывал Грейси. Он долго искал для неё самых уважаемых в округе гувернанток, чтобы дать ей достойное и благородное воспитание. И однажды остановил свой выбор на Лидии. К ней-то и привязалась его дочь.
От родовитых предков в наследство Джорджу перешли обширные земельные угодья и старинный величественный особняк. Вот уже несколько сотен лет эти живописные места передавались из поколения в поколение.
Настенные часы тихо скрипнули, и Грейси взглянула на них. Маленькая стрелка стояла около шести. Девушка посмотрела в окно и обрадовалась: уже забрезжил Рассвет.
– С минуты на минуту взойдёт Солнце, – воскликнула она, – а значит, Жизнь продолжается! И страшный Сон уйдёт, как ночь…
– Правда же, мой дорогой Мигель? – обратилась Грейси к всаднику.
Изображение на картине по-прежнему не сводило с неё своих пристальных глаз. Грейси даже показалось, что он улыбнулся ей в ответ.
Улыбнувшись ему и уже чуть взбодрившись, она подошла к окну и раздвинула плотные портьеры из бархатной изумрудно-зелёной ткани. В этот предрассветный час Небо, пробуждаясь с тёмной ночи, наполнялось прекрасным розовато-серым оттенком.
На горизонте вырисовывались очертания гор. Они контрастно граничили с небесным пространством. Горы будто тоже просыпались после ночной спячки, меняя свою окраску, постепенно переходя от розового в пурпурные тона. А тёмно-зелёные заросли кустарников, растущие на берегу небольшого озера, будто кружились в хороводе в ожидании первых лучей восходящего Солнца.
Можно сказать, что имение находилось в удачном месте. Холмистые земли окружали владения Айранс с трёх сторон. Но порывистый морской ветер с холодного моря, которое простиралось на южной стороне этих земель, порой изредка посещал эту местность.
Самое ближайшее имение находилось в двух милях от них. Жизнь бурно развивалась, и таких старинных и родовитых семей в окрестностях было не так уж много. Люди обустраивались в провинции, и городская суета становилась привычной для их жителей.
Изредка Джордж Айранс выезжал в провинциальный городок для решения разного рода вопросов как бытового, так и финансового характера. Иногда он брал Грейси с собой. Ей нравилось наблюдать за Жизнью, значительно отличавшейся от привычного им ритма.
Небольшой и уютный провинциальный городок казался пёстрым и ярким. Постоянная суета напоминала о том, что город жил. По узким улочкам городка степенно прогуливались местные дамы. Посещая магазины, они не упускали возможности поделиться последними событиями недели. То и дело слышались эмоциональные восклицания. Разглашалось буквально всё, начиная от того, что кто-то что-то купил, кто-то сделал предложение знатной Каролине или ещё кому-то. А заканчивалось обычно чем-то трагическим – как кто-то упал с лестницы и очутился на месяц прикованным к постели или другие новости в этом же духе. Всё, что происходило в городке и его окрестностях, распространялось с удивительной быстротой. Грейси нравилось наблюдать за этой Жизнью со стороны, никак не вмешиваясь в их суету.
Как ни странно, девушку обычно ничего не прельщало в небольших магазинчиках. Всё необходимое для Жизни у неё было. А всяким украшениям, различного рода безделушкам или же дорогим тканям – всему этому особого значения она никогда не придавала.
Единственное, чем она дорожила, – это колечком с красным рубином. Совсем недавно, в день её совершеннолетия, отец преподнёс ей его в подарок. Он протянул дочери маленькую серебряную шкатулку со словами:
– Это кольцо носила твоя мама, теперь оно будет принадлежать тебе… Береги его. По цвету рубина ты сможешь определить, как тебе поступить…
Вспоминая слова отца, Грейси стояла у окна и любовалась прекрасным пейзажем. Тут в комнату заглянули первые солнечные лучи, и девушка посмотрела на своё колечко. От яркого солнечного Света рубин засветился ало-красным пламенем. Грейси прижала его к груди и вздохнула.
За окном всё пробуждалось. Вся Природа, птицы, люди… казалось, всё наполнялось Жизнью после долгой и тёмной ночи. Солнечный Свет волшебным образом озарял всё вокруг.
Вдруг в дверь комнаты кто-то тихонько постучал. Девушка обернулась.
– Кто там? – спросила она.
– Ты уже проснулась?
В комнату вошла женщина средних лет, чуть полноватая, невысокого роста и приятной внешности.
– Проходи, дорогая Лидия! Я уже встала, и мне нужно тебе кое-что рассказать…
И Грейси, взволнованно жестикулируя руками, поделилась с няней событиями своего сновидения.
– Можешь ли ты пояснить мне значение этого Сна, Лидия? – закончив свой рассказ, девушка с Надеждой смотрела на няню. – Почему-то меня не покидает жуткое ощущение после него. Что же означает всё это?
Мудрая женщина во многом разбиралась, не только в людях. Лидия не отрицала существование нематериального Мира.
– Сон – это состояние человека на грани с другим Миром, – пояснила она.
Иногда, пытаясь разобраться в сновидениях, Добрая женщина старалась дать девушке дельный совет:
– Не переживай, моя девочка. Видимо, в твоей Жизни начинаются перемены, ведь впереди у тебя взрослая Жизнь. Возможно, тебя ожидают неожиданности… – Лидия погладила свою воспитанницу и продолжила: – Думаю, всё будет хорошо. Ведь ты понимаешь, что многое зависит от твоих верных шагов, твоего восприятия Жизни, правильных решений, Добрых дел. По всей вероятности, туннель означает какой-то отрезок твоей Жизни, который будет определять твою дальнейшую Судьбу. Ты должна набраться терпения, учиться слушать своё Сердце, чтобы не наделать глупостей в Жизни. И тогда будет просвет в этом туннеле.
Затаив дыхание, Грейси слушала свою няню, стараясь не пропустить ни слова. Казалось, время на какой-то миг остановилось…
Тут Лидия улыбнулась и продолжила:
– Грейси, дорогая, ну зачем ты так волнуешься? Ну-ка, приводи себя в порядок, твоя любимица Византия уже ждёт тебя на прогулку.
Воодушевлённая девушка выглянула в окно. Конюх Макс уже почистил её любимую лошадку и ждал Грейси у ворот конюшни.
– Да… Мистер Джордж приказал подготовить к полудню карету, ему необходимо отъехать по делам в город, – продолжила Лидия.
– Может быть, он и меня возьмёт? – воскликнула Грейси и поторопилась приводить себя в порядок.
– Да… чуть не забыла, Мистер Айранс хотел сегодня с тобой поговорить, так что прогулку не затягивай, сразу после завтрака зайдёшь к отцу… Что-то он сегодня был взволнован… – задумчиво добавила Лидия, выходя из комнаты.
Грейси выбежала на улицу и умело отвязала свою белую красавицу Византию. Ласково похлопав её по спине, девушка поставила левую ногу в стремя, затем, сделав подскок, умело села верхом на лошадь.
Будучи ещё ребёнком, Грейси часто любовалась картиной, где всадником был их далёкий предок Мигель. И вот теперь уже она сама скачет на белой породистой лошади, которую назвала Византией.
Вскоре её густые светло-русые с пепельным отливом волосы развевались на встречном ветру… И ничто больше не волновало Грейси. Казалось, Природа и она были единым целым. Девушка ощущала себя хозяйкой целого Мира, принадлежавшего только ей одной.
Лошадь уверенно скакала по знакомой дороге. И вот, сменив темп, они привычно свернули к зарослям кустарника, которые росли на берегу маленького озера. В тёплое время года Грейси почти каждое утро купалась в нём.
Ловко спрыгнув с лошади, она подошла к озеру. Вода была прозрачной и прохладной. Сняв верхнюю одежду, девушка, не раздумывая, вошла и окунулась в воду. Но плавать, как обычно, не стала: поторопилась вернуться в дом до завтрака.
На зелёные луга прекраснейших земель пастухи выгоняли стада овец. Разведением овец занимались далёкие предки Айранс. И Джордж по сей день имел огромное количество голов.
Грейси нравились эти безобидные животные. Девушка помахала своей маленькой, но уверенной ладошкой молодым пастухам, пожелав им Доброго и удачного дня.
Все работники лорда Айранса уважали хозяина и его дочь. И в присутствии молодой хозяйки всячески старались привлечь её внимание. Грейси была с ними всегда приветлива и относилась ко всем Доброжелательно.
Умение держать себя наравне со всеми, исходящее от неё спокойствие и уверенность – всё это говорило о благородстве её Души.
Доверив свою любимицу конюху Максу, Грейси поспешила переодеться. Её начали тревожить слова Лидии о том, что отец был чем-то обеспокоен.
«Что же он хочет мне сказать? Может быть, он болен?» – взволновалась девушка.
За завтраком Джордж не произнёс ни слова. Закончив трапезу, он промокнул губы салфеткой и попросил Грейси подняться к нему в библиотеку.
Не торопясь, она допила свой сок и, поблагодарив прислугу и Лидию, поднялась к отцу.
– Девочка моя, Грейси, – Джордж заметно волновался, – ты у меня стала уже совсем взрослой. Многие из наших знакомых начали интересоваться тобой, хотят увидеть тебя в светском обществе. Ты же знаешь, я не любитель светских встреч, но сегодня я должен дать ответ нашему старому другу семьи – примем ли мы его приглашение на юбилейную дату его рождения. Я всё время считал тебя ещё маленькой девочкой. Но, судя по тому, что меня приглашают с тобой, начинаю понимать, что ты уже не ребёнок. И тебе пора выходить в Свет, познакомиться со знатными людьми Донеголских земель. В полдень я поеду в город и должен сообщить Эрну о нашем решении. Что ты скажешь мне, Грейси?
Девушка в раздумье водила пальцем по трюмо, глядя на своё отражение, словно впервые. В голове мысли путались. Недолго думая, она пришла к выводу, что когда-то нужно появиться в обществе, и решительно сказала:
– Да, отец, я согласна. Только, пожалуйста, возьми меня сегодня с собой в город.
«Это будет моя, возможно, последняя прогулка, когда ещё никто не будет узнавать меня на улицах городка. Это значит, я ещё смогу услышать много интересных новостей недели, будучи незамеченной», – размечталась Грейси.
Джордж Айранс с отцовской нежностью обнял свою дочь, не возражая её прихоти.
Глава 2. Предсказание
Чёрная карета, запряжённая великолепной тройкой породистых лошадей, остановилась на небольшой вымощенной булыжником площади. Это была центральная часть провинциального городка. Здесь проходили весёлые ярмарки, и здесь же выносили приговор человеческим Судьбам.
Джордж Айранс помог выйти дочери из кареты. Он попросил её далеко не отходить, а сам направился к знаменитому дому, который значительно отличался от окружающих площадь зданий своей неприступностью. Огромные мощные двери, высокие арочные окна, два огромных атланта, держащие балкон второго этажа, – всё это свидетельствовало о знатном хозяине дома.
Грейси недолго постояла, наблюдая, как отец постучал большим металлическим кольцом о дверь, которую тотчас же открыли. Когда он скрылся, войдя в дом, девушка перевела своё внимание на окружающих людей, которые прогуливались по площади.
В центре площади стояла покрытая тентом повозка, принадлежавшая труппе бродячих артистов. Они зарабатывали себе на Жизнь, выступая на улицах и показывая различные трюки.
Дамы в длинных роскошных платьях, прогуливающиеся по площади, считали ниже своего достоинства останавливаться и смотреть на выступления этих бродяг. Грейси же, напротив, с любопытством, не торопясь, стала приближаться к центральной части площади, где выступали ярко разряженные артисты.
Зрелище было интересным. Мужчина маленького роста выдохнул огромный язык огненного пламени, затем два маленьких лилипута умело поднесли ему три горящих факела, которыми он начал уверенно жонглировать…
Тут незнакомый голос привлёк внимание Грейси. Несомненно, обращались к ней:
– Вы здесь раньше не были… Удивительно, что такая молодая девушка гуляет одна…
Рядом с Грейси стояла старая женщина-цыганка в одежде из разноцветных тканей. На шее у неё висели костяные бусы, голову обрамляла тканая повязка из дорогого отреза. Она пристально смотрела на девушку, словно пыталась прочитать её внутренний Мир.
Грейси растерялась, не зная, что ответить этой женщине, и собралась было отойти, но цыганка завораживающим голосом начала удивлять её:
– Ты росла без матери, но Богом не обижена… Осталась бы мать жива, ты была бы очень больна. Но Судьба так распорядилась, а не иначе…
Грейси удивлённо посмотрела на старую цыганку и спросила:
– Кто вы? Зачем вы всё это мне говорите?
– Я старая женщина, прожила долгую Жизнь, многое повидала на своём веку. Не могу не предостеречь тебя от превратностей твоей Судьбы. Мне ничего от тебя не нужно, хотя, предсказывая людям Судьбу, я зарабатываю себе на хлеб, – не скрывала цыганка. – А ты передо мной вся как на ладони… Твоё прошлое, настоящее и даже выбор будущего. Но если ты не желаешь знать, то я умываю руки.
Грейси внимательно выслушала старую цыганку и, решив, что ничего плохого в этом нет, спросила:
– Могу ли я узнать, что вы хотите мне сказать?
– Ты можешь мне верить, можешь не верить, – цыганка начала говорить так, будто читала. – Около тебя по Жизни есть женщина, она оберегает тебя от всякого рода неприятностей. У неё большая Сила против зла. Но вскоре случится несчастье, и твой отец может быть непредсказуемо жесток по отношению к ней. В любом случае не теряй с ней связи, она твоя Духовная мать… Вижу, перед тобой молодой джентльмен, богатый, красивый… Но брак с ним принесёт тебе страдания. Устоишь перед его настойчивостью, вопреки всем его желаниям, то Судьба твоя… да, линия Судьбы, – продолжала она, – выправится и займёт более благоприятное положение. Твой характер ещё не весь раскрылся, в скором будущем ты обнаружишь неожиданные в себе доселе качества, черты, поведение. Предстоит борьба с самой собой. Помни мои слова. Удачи тебе.
С этими словами цыганка внезапно удалилась, не дав Грейси опомниться.
Как в тумане, девушка побрела, отрешённая от происходящей вокруг суеты, никого не замечая вокруг себя. Она пыталась осмыслить всё сказанное цыганкой. Поворот событий этого дня ошеломил молодую девушку. И , приблизившись к карете, она попросила кучера открыть дверцу. Устроившись удобнее в салоне, девушка стала ожидать появления своего отца, размышляя над неожиданным изречением старой цыганки.
Джордж Айранс не заставил себя долго ждать. Вскоре он появился в хорошем расположении Духа и сообщил Грейси, что принял приглашение, и назавтра они снова приедут к Эрну в гости. Приглашённых около сорока человек. Все самые знатные люди городка и окрестностей… Он ещё что-то говорил про подарок, но Грейси была в мыслях так далека от него: задумалась о странных переменах дня.
Уже спускались сумерки, когда карета Джорджа остановилась около родного особняка. Грейси не терпелось поскорее увидеть Лидию, чтобы поделиться с ней событиями, произошедшими в городке.
Услышав шум подъезжающей кареты, Лидия вышла навстречу прибывшим хозяевам. Девушка бросилась к ней:
– Я должна рассказать тебе… Это очень важно!
– Девочка моя, не сейчас. Твой отец будет не очень доволен, если ужин будет накрыт с опозданием…
– Ну, Лидия, пожалуйста, пойдём со мной, – старалась уговорить её Грейси.
– Всё после ужина, – строго произнесла женщина. – Наберись терпения, Грейси.
Понимая, что уговаривать бесполезно, Грейси пошла переодеваться.
За ужином говорил в основном Джордж Айранс о предстоящем юбилее друга, о лорде Эрне Эсквайре, о его семье, об утончённом вкусе друга, великом ценителе Искусства.
– Я надеюсь, ему понравится наш подарок? – спросил он, обращаясь к Грейси, которая всё ещё не могла избавиться от огромного желания поделиться новостью прошедшего дня со своей няней.
Голос отца вернул её к реальности. Она, извиняясь, переспросила:
– Вы что-то сказали, отец?
Лорд же никак не заметил отсутствующий вид дочери, он повторил:
– Я говорю, как ты думаешь, Эрну понравится наш подарок? Он любитель Искусства. Ничто не может его так взволновать, как холст, исписанный маслом, – величайшее полотно прошлого века. Я приобрёл его у одной старой женщины, она хранила этот портрет всю свою Жизнь как память об отце, который и написал его. К счастью, эта женщина пришла к выводу, что Искусством должны любоваться люди.
– Странно, но я ничего не знаю об этом, – Грейси была заинтересована. – Покажи, пожалуйста, что это за подарок?
– Терпение – это величайший дар, – проговорил Джордж. – После ужина поднимемся в библиотеку. Мне самому ещё раз хочется взглянуть на этот необычный портрет. Он хранит в себе Тайны, нам неведомые, Жизнь далёкого прошлого… Когда-то люди также жили, встречались, Любили… Но всему этому приходит конец… – вздохнул он. – Но не всё исчезает бесследно. Дела рук человеческих навсегда остаются в памяти людской. Хорошее не забывается, – Джордж встал и, подойдя к мебели, находящейся в столовой комнате, продолжил: – Всё, что создано человеком с Любовью, Добром, ещё долго живёт в этом Мире, в Сердцах людских. Даже если мы не знаем, кто это сотворил? – он показал рукой на окружающие предметы. – От таких вещей, предметов исходит Тепло, Тепло Души мастера, творца, художника… Вот это мы и чувствуем, когда любуемся творением рук и Души… – заметив, что Грейси уже поужинала, он продолжил: – Что-то я разговорился. Пожалуй, нужно подняться, и вы сами познакомитесь с холстом…
Холстом, который взволновал даже его, хотя Джордж никогда не считал себя заурядным ценителем художественного Искусства.
Библиотека была светлой и просторной. Здесь хранились книги, которым лорд посвящал свои вечера. Когда Джордж предложил взору Грейси и Лидии портрет, наступило недолгое молчание…
Девушка первая выразила своё изумление:
– Какая она Красивая! Интересно, кто это?
Лидия подтвердила:
– Да, женщина редкой Красоты…
Джордж радостно воскликнул:
– Я знал, что вам тоже понравится! Вот завтра мы обрадуем Эрна! Лидия, будь добра, заверни это полотно самым надлежащим образом, чтобы наш подарок и снаружи, и изнутри был безупречно восхитительным.
Грейси стояла и любовалась своим отцом. В нём она находила все черты характера, необходимые мужчине. Он был мужественным и Добрым, строгим и внимательным… Лишь изредка в его глазах тускнел огонёк, когда он предавался воспоминаниям о прошлом. Горечь утраты любимой женщины навсегда осталась в его Сердце. Но он Любил доставлять Радость близким и дорогим людям. И его лицо светилось от Счастья, когда Грейси с восторгом смотрела на него.
Проснувшись ранним утром, Грейси предавалась воспоминаниям о событиях, произошедших за последние два дня. Странный Сон, поездка в город, цыганка, портрет и разговор с Лидией после ужина…
Добрая и внимательная женщина весь вечер провела с ней, пытаясь помочь разобраться в этой непростой и запутанной Жизни, понять смысл сказанного цыганкой.
«Девочка моя, – говорила она, – ты знаешь, Жизнь непредсказуема. Бывают взлёты и падения, Радость и печаль, Любовь и боль. Всё это переживает почти каждый человек. Ты тоже не застрахована от испытаний, которые преподнесёт тебе Жизнь. Поверь, ты окружена людьми, которые тебя Любят, и весь Мир кажется тебе безоблачным. Но, к сожалению, это не так. Возможно, тебе придётся узнать других людей, узнать Мир, где царит ложь и зло. Ты Красивая, богатая девушка, а там, где Красота и деньги, возможны интриги, желание завладеть всем. На это способен далеко не порядочный человек. Алчность – порок, который затмевает Сердца людей, и они готовы на всё ради денег для осуществления своих целей. Но у тебя есть Сердце – верный твой помощник. Когда рядом с тобой не будет любящего тебя отца или меня, то Сердце никогда не обманет и всегда подскажет, как поступить. Нужно лишь научиться слышать его…»
Грейси лежала и пыталась вспомнить всё, что говорила ей Лидия. Для неё это было так важно, потому что сегодня день, когда она переступит порог, где на неё будут обращены все взоры светского общества. Нужно будет устоять и принять новый, доселе незнакомый для неё Мир, даже если он будет жестоким.
«Я буду молиться за тебя, моя девочка. Надеюсь, твоё Сердце никогда не очерствеет. Будь всегда такой, какая ты есть, и Бог тебе поможет», – убеждала её Лидия…
Грейси была благодарна Лидии за поддержку, которая была так необходима молодой девушке в Жизни. Она долго прокручивала в памяти весь разговор, понимая, что Жизнь действительно очень серьёзная штука. За окном занимался Рассвет. Начинался день. Новый день…
До обеда время пролетело незаметно, так как все были охвачены мыслями о предстоящем вечере. Сборы были особенными. Грейси хотелось выглядеть лучше обычного, и Лидия помогла ей убрать великолепные волосы в причёску. Девушка с новой причёской почувствовала себя совсем иначе. Что-то придавало ей уверенности в себе; изящная и грациозная, она закружилась в танце перед зеркалом. Настроение было превосходным.
Джордж зашёл полюбоваться дочерью и сообщил, что карета готова, пора отправляться в дорогу. Лидия обняла Грейси и пожелала им удачного вечера. Женщина долго махала вслед удаляющейся карете, в которой находились дорогие её Сердцу хозяева.
Глава 3. Юбилей Эрна Эсквайра
Глашатай, встречая гостей, объявлял громко и чётко:
– Лорд Джордж Айранс и его дочь Грейси Айранс.
Всё внимание присутствующих в зале было сразу же обращено на молодую особу. Джордж вёл дочь за руку и по мере находившихся рядом приглашённых гостей подходил для знакомства.
– Разрешите представить, моя дочь Грейси, – обратился он к солидной знатной паре.
Грейси протянула руку, как и подобает молодой особе, графу Генриху Вентальских и поклонилась его супруге Маргарет.
Следующей была Изабель Шимански. Вдова, женщина в расцвете сил. Она была очень расположена к Джорджу, на что сразу обратила своё внимание Грейси.
Пока Джордж обменивался любезностями с Изабель, Грейси внимательно разглядела эту привлекательную особу. Воспитание и изысканные манеры – всё это воплощала в себе Изабель Шимански.
«Странно, что отец так и не женился, ведь она, похоже, очень расположена к нему», – рассуждала Грейси.
Тут к ним громким грудным голосом обратился виновник торжества:
– Ну, дорогой мой друг, я очень рад, что вы приняли моё приглашение.
Джордж, извинившись перед Изабель, по-дружески обнял Эрна и представил ему Грейси.
– О, Боже! Как быстро время прошло! – воскликнул Эрн, глядя на Грейси. – Да… Дочь у тебя – настоящее сокровище!
Грейси смущённо подала руку мистеру Эрну Эсквайру.
А Джордж протянул ему красивый свёрток со словами:
– Надеюсь, мы доставим тебе истинное удовольствие этим подарком.
Слуга, стоящий рядом, поставил подарок на специально отведённое место до определённого часа.
Тут Эрн извинился и поспешил встречать следующего гостя, которого объявил глашатай:
– Граф Николь де Парнесси.
Тем временем Джордж Айранс подвёл Грейси к двум, стоящим неподалёку, женщинам и представил их дочери:
– Графиня Ионесса де Пардье и мисс Кетлин О’Жозе.
Женщины кивком головы поприветствовали Грейси.
Ионесса де Пардье выглядела постарше. Грейси предположила, что ей около сорока лет. А Кетлин, в отличие от своей подруги, была моложе и привлекательнее. У неё были большие выразительные глаза, которые притягивали и очаровывали, белоснежное лицо, тонкие изящной формы губы и прямой нос. Черты лица гармонировали с роскошными чёрными локонами, обрамлявшими её лицо.
Ионесса же, напротив, была блондинкой с грубыми чертами лица, а неприятная улыбка портила и без того не очень привлекательную внешность.
Грейси чувствовала на себе их пристальный, изучающий взгляд, который совсем не располагал её к их общению. Когда отец извинился перед ними и повёл Грейси дальше, она вздохнула с облегчением.
Следующий новый знакомый был более дружелюбен, и Грейси, мило улыбаясь, представилась ему.
Человек, который предстал перед её взором, был племянником Эрна. Чарльз Вентальских, сын четы, с которыми Грейси познакомилась по прибытии. Молодой человек сразу проявил интерес к девушке, и непринуждённая беседа скрасила её пребывание в этом доме. Грейси уже начала уставать от такого количества новых людей, и этот милый джентльмен развеял её усталость.
Джордж решил оставить молодых людей беседовать наедине. Предупредив Чарльза, что доверяет ему дочь, он направился к Изабель, которая прохаживалась по холлу в ожидании торжественной части.
Джордж давно не видел Изабель. Ему показалось, что с возрастом она стала ещё более женственной и обаятельной. Изабель казалась уверенной и непринуждённой в общении, но это не помогло ей скрыть свои чувства к нему. В её глазах блестел огонёк, который Джордж не мог не заметить. Но разговор между ними был чисто светский. Воспитание и возраст повлияли на манеру общения. Они говорили о друзьях, знакомых, обходя тему личной Жизни, наиболее интересующую обоих.
Вскоре прозвучал гонг, и лорд Эрн Эсквайр обратился к гостям:
– Я благодарен вам всем, леди и джентльмены, что вы сегодня в этот замечательный день почтили меня своим вниманием. Мне бы хотелось начать юбилейный бал с торжественной части.
Гости поддержали виновника торжества своими аплодисментами. Началось вручение подарков. Чтобы не утомлять гостей, церемония вручения была ускорена: слуга поднимал любой из подарков, а хозяин подарка подходил к Эрну, вручая его из рук в руки, будь то предмет Искусства, ювелирное изделие или украшение. Если что-то было более достойное всеобщего внимания, Эрн просил прислугу продемонстрировать данную вещь по залу.
Когда дошла очередь до свёртка, известного нам, вышел Джордж и обратился к другу и всем присутствующим в зале со словами:
– Мой дорогой друг, Эрн! Я долго искал, чем можно было бы удивить и порадовать тебя, и, надеюсь, что этот портрет тебе понравится.
Он развернул полотно, и взору Эрна предстал портрет Красивой женщины. Однако Эрн замер. Он чуть побледнел и, не отрывая свой взгляд от портрета, молчал, будто внимательно изучал его…
В холле все томились в ожидании, что же там такого особенного, почему лорд Эрн долго и удивлённо разглядывает полотно. Шёпот пронёсся по всему залу, и вопросы без ответа волновали присутствующих гостей.
Джордж стоял рядом с Эрном и не мог не заметить резкую перемену настроения друга. На какое-то мгновение ему даже показалось, что тот побледнел. Спохватившись и взяв себя в руки, Эрн, ни слова не говоря, свернул полотно и дал знак рукой продолжить церемонию.
Айранс был крайне удивлён поведением друга, но, соблюдая приличия, решил узнать причину странного отношения Эрна к подарку при более удобном случае.
Как впрочем, и некоторые из гостей, в особенности Ионесса де Пардье, была очень заинтригована, что изображено на полотне. Её любимое хобби – узнавать всё самое интересное в числе первых и не пропустить самого главного, что происходит в городке.
Джордж же, всё ещё недоумевая, подошёл к Грейси и Чарльзу. Молодой человек на протяжении всей, казалось бы, непринуждённой беседы непрерывно смотрел на дочь Джорджа своими большими серо-голубыми глазами.
Но он был не единственный, кто любовался молодостью и Красотой девушки. В зале находился ещё один человек, внимание которого было также посвящено Грейси. Он находился в окружении двух знакомых нам дам – Кетлин и Ионессы. Кетлин быстро обнаружила причину отрешённости в разговоре своего собеседника и бросала на Грейси взгляды, полные ревности.
Однако Грейси беззаботно беседовала с Чарльзом, ничего не подозревая. Подошедший к ним Джордж выразил своё огорчение, что всё получилось совсем не так, как хотелось ему, но причину столь внезапной перемены с Эрном он всё равно узнает после окончания торжественной части.
– Не беспокойтесь, отец, – произнесла Грейси, – возможно, есть какая-то причина столь странного поведения мистера Эсквайра, и он не хочет посвящать всех в свои Тайны. Не думаю, что подарок ему не понравился.
– М-да, всё это очень странно, – сказал Джордж Айранс, – я даже и предположить не мог, что всё так обернётся. Вместо Радости одно разочарование… – бормотал он, совершенно не вникая в происходящую вокруг него торжественную церемонию.
Вскоре лорд Эрн Эсквайр выразил всем свою признательность и подал знак оркестру играть музыку.
Бал начинался. Держался Эрн великолепно. Один только Джордж, зная его лучше всех, заметил, какого труда стоило Эрну ничем не выдавать своё волнение.
Заиграла медленная музыка, и все гости заняли определённые места в парах. Первый танец Джордж решил отвести, хотя беспокойство за друга не покидало его.
В паре с ним была Изабель. Она улыбалась своей очаровательной улыбкой, на время завладев вниманием Джорджа. Его внимание также было сосредоточено на танце. Танцевать он не очень Любил, но в паре рядом с Изабель его настроение поднялось.
Неподалёку от них была Грейси. Девушка впервые танцевала в таком замечательном зале. Ей казалось всё настолько прекрасным, что даже не хотелось, чтобы танец кончался…
Меняясь парой в танце, рядом с Грейси глаза в глаза оказался незнакомый ей мужчина, который, улучив момент, осыпал её вопросами:
– Могу ли я узнать, кто вы, Прекрасная незнакомка?
Грейси не торопилась с ответом, внимательно разглядывая своего партнёра.
Это был брюнет. Его ухоженное лицо говорило о многом. Но самодовольный вид насторожил Грейси. Карие глаза, правильные черты лица, казалось, должны притягивать внимание. Но что-то в нём было такое, что настораживало девушку. Она пыталась понять, но он прервал её размышления:
– Хорошо, Прекрасная незнакомка, перед вами граф Николь де Парнесси. Вам знакомо это имя?
– Нет, – робко ответила Грейси, не заметив, что поддержала беседу.
Радуясь, что девушка заговорила с ним, Николь спросил:
– Вы здесь одна?
Грейси доверчиво ответила:
– Со мной мой отец, лорд Джордж Айранс.
Узнав всё, что было ему нужно, Николь улыбнулся, и ровный ряд красивых белых зубов украсил его лицо.
Пары опять поменялись, и Грейси обрадовалась, что Чарльз снова занял место с ней в паре.
Когда закончилась музыка первого танца, Джордж извинился перед Изабель и поспешно пошёл искать Эрна, который так же воспользовался моментом и удалился в одну из комнат на первом этаже.
Это была комната для гостей. Здесь Эрн находился один. Он развернул полотно и воскликнул:
– О, Боже! Этого не может быть! Какое сходство!
Его перебил Джордж, который только что вошёл в комнату:
– Что случилось, Эрн? В первый раз вижу тебя в таком состоянии. Уж столько лет тебя знаю, но причину твоего беспокойства понять не могу.
Эрн повернулся к Джорджу и спросил:
– Где ты взял этот портрет?
– У одной старой женщины, – ответил Джордж.
– Ты мне должен сказать, где она живёт, или я потеряю покой…
– Да что случилось?
– Я тебе всё расскажу, но не сегодня. Это слишком затронуло мои воспоминания. Но этого просто не может быть!
Эрн хотел знать всё до мельчайших подробностей о хозяйке портрета.
Джордж пояснил:
– Его продала мне старая женщина, которая много лет хранила этот портрет как память о своём отце, художнике. Он и написал этот портрет. Женщина очень бедна, и нужда заставила её лишиться самого дорогого. Одно утешило её, что Искусством будут любоваться люди. И вот ещё что, похоже, её отец очень Любил женщину, которая изображена на портрете. Но, к сожалению, их уже нет в живых.
– Но это никак не подходит по времени, а она так похожа! – Эрн задумался. – Ты должен меня отвести к этой женщине, только моя супруга ничего не должна об этом знать.
Супруга Эрна была странной женщиной. Она редко появлялась в обществе, предпочитая одиночество. Даже в такой день Бейти Эсквайр, сославшись на недомогание, предоставила Эрну возможность самому встречать гостей. Что-то было между ними не так, но никто не знал их Тайны. Даже Джордж никогда не вмешивался в личную Жизнь друга, считая, что Эрн поделится с ним, если посчитает нужным. У супругов Эсквайров никогда не было детей, хотя совместная Жизнь близилась к двадцатипятилетию.
Джордж пообещал Эрну, что на днях заедет за ним. На этом они закончили своё пребывание в комнате для гостей, где Эрн прибрал полотно подальше от глаз людских.
В холле играла тихая музыка. Слуги разносили на серебряных подносах прозрачные фужеры с вином и различные закуски. Грейси стояла рядом с Чарльзом и, обратив внимание, что среди присутствующих нет мистера Эрна, искала взглядом своего отца. Чарльз, заметив обеспокоенный вид девушки, выразил своё мнение, что мистер Айранс и мистер Эсквайр, возможно, предпочли удалиться. Грейси была тронута вниманием молодого человека и призналась:
– Я вам очень благодарна за вашу поддержку. Вы весь вечер уделяете мне своё внимание. Возможно, вам хотелось бы и с другими гостями пообщаться, а я занимаю ваше время.
Чарльз растерялся:
– Что вы! Я очень рад, что мне выпала честь быть достойным вашего внимания. Но мы могли бы познакомиться с моими друзьями. Вы не возражаете, если я представлю вам их?
Грейси уже немного устала, но, мило улыбаясь, дала своё согласие. Чарльз располагал её к себе, и она положилась на него полностью. Они подошли к молодой супружеской паре.
– Мистер Кларк О’Брайн и его супруга Каролина.
Грейси показалось, что она когда-то уже слышала это имя. Молодые люди вызвали у Грейси симпатию.
Высокий голубоглазый шатен и маленькая, ладно сложенная Каролина с милыми чертами лица. У неё были Красивые зелёные глаза, чуть вздёрнутый носик, обворожительная улыбка – всё это дополняли каштановые локоны, украшенные диадемой, которая прикрывала открытый лоб девушки.
Грейси почувствовала с их стороны искренний интерес к себе. Когда Чарльз рассказал им о её происхождении, Каролина первая обратилась к ней:
– Как вам здесь нравится? Вы, наверное, в первый раз в таком обществе?
Грейси, не скрывая ничего, доверилась собеседнице. Между ними завязался разговор, а мужчины извинились и отошли, предоставив девушкам возможность поближе познакомиться.
У Грейси никогда не было близких подруг, за исключением Лидии. В Каролине было что-то необычное, что притягивало Грейси. И ей захотелось о многом поделиться. В собеседнице она почувствовала что-то очень близкое её Духу.
Каролина родилась в знатной семье и осталась сиротой в возрасте семнадцати лет от роду. Её родителей во время путешествия ограбили, и тела были найдены в горах. Каролина мужественно приняла это известие от единственного оставшегося в живых кучера. В одночасье лишившись своих попечителей, Каролина очутилась одна в Мире зависти и жестокости. Но по воле Божьей на её пути встречается юноша, который и явился её спасителем от лицемерных женихов, стремящихся завладеть состоянием богатой наследницы.
Поведав Грейси свою историю, девушки почувствовали много общего в Судьбах. Грейси была очень растрогана. Неожиданно в разговор вмешался Джордж Айранс, который подошёл к девушкам:
– Я вижу, моя дочь уже освоилась? – он улыбнулся.
– Да, отец, познакомьтесь, это миссис Каролина О’Брайн.
– Очень приятно, миссис О’Брайн. Я знал вашего отца и надеюсь, вы с моей дочерью подружитесь.
Тут к ним присоединились Чарльз и Кларк.
– Мистер Джордж Айранс, позвольте представить вам моего друга мистера Кларка О’Брайн, – сказал Чарльз, он был в отличном настроении.
После традиционного знакомства Кларк сообщил:
– Мне бы хотелось пригласить всех вас на торжественный ужин. Мы с Каролиной поженились полгода назад, хотели бы отметить это событие. И будем рады принять вас у себя в нашем небольшом имении.
Грейси была в восторге! Но тут она заметила взгляд, который смотрел на неё завораживающе и ревностно. Это был Николь де Парнесси. Рядом с ним стояла Кетлин О’Жозе и что-то мило шептала ему.
Но Николь весь вечер ощущал присутствие Грейси. Даже если бы он закрыл глаза, её образ будоражил его Сознание.
Грейси была страшно напугана: «Что хочет этот человек? Рядом с ним стоит женщина, вряд ли ей это понравится».
Девушка даже не могла себе представить, что Кетлин тем временем решилась пойти на шаг, неожиданный для неё самой. Когда Кетлин поняла, что Николь уделяет Грейси чересчур откровенное внимание, она решила использовать это в своих целях.
– Я вижу, тебе понравилась эта девушка, – шептала Кетлин.
Не получив ответа от Николя, она пустила в ход свою задумку:
– А почему бы тебе не постараться привлечь её внимание? Ты у нас Красивый, интересный, твоё благородное положение откроет дорогу к её Сердцу. Если тебе удастся узаконить ваши отношения, твоё состояние может увеличиться… Ты меня слышишь, дорогой Николь?
Кетлин Любила этого бессердечного графа Николя де Парнесси, но он всерьёз не воспринимал их отношения. Испугавшись, что может потерять его, Кетлин решила пустить в ход весь свой ум. Она решила быть ему другом: «А там я своего не упущу!» – думала она.
Николь, слушая слова Кетлин, решил, что пора действовать, иначе вниманием молодой девушки могут завладеть другие, он бросил свой взгляд на Чарльза.
Тем временем Джордж Айранс, заметив неподалёку Изабель Шимански, извинился и поспешил к ней:
– Скоро бал закончится, – с грустью сказала Изабель.
Джордж не знал, как поступить, он хотел встретиться с ней наедине. Он чувствовал, что многое зависит от него, но Судьба дочери всегда волновала его больше, чем личная Жизнь. Изабель ему нравилась. Год назад она потеряла мужа. Он свободен, она свободна… Но он боялся сделать шаг первым.
– Да, – сказал он и повторил, – скоро бал закончится.
– У тебя дочь Красивая и уже совсем взрослая, – продолжила разговор Изабель.
– Да, взрослая дочь, – он понимал, что поддерживает разговор, а что-то важное может упустить, и решился: – Меня с дочерью пригласили на торжественный ужин, и я подумал, там все молодые, зачем я буду им мешать? Может быть, я провожу Грейси, а сам заеду за вами? Если вы не против, может быть, мы встретимся и прогуляемся?
Как хотела Изабель услышать от него хоть что-то, что способствовало бы сближению их отношений. Наконец-то!
– Я согласна, – улыбнулась она, и Джордж с облегчением вздохнул, расслабившись от внутреннего напряжения.
Заиграла музыка, и объявили танец. Чарльз хотел подойти к Грейси, но его опередил Николь:
– Разрешите пригласить вас на танец?
Грейси виновато посмотрела на Чарльза и ответила:
– Да, пожалуйста.
Чарльз понял, что интерес к мисс Айранс проявляет не только он. С Николем де Парнесси им приходилось встречаться и раньше, но близко они никогда не общались. Теперь Чарльз увидел в нём соперника, и кровь вскипела в его жилах, но он отлично справлялся со своими эмоциями, соблюдая приличия.
Грейси, танцуя в паре с графом, заметно волновалась. Она стала побаиваться этого человека. Его Красота притягивала девушку, но глаза выдавали его страсть, это и пугало её. С Чарльзом она чувствовала себя спокойно, с ним было легко в общении. А с графом Николем ей казалось, что она в клетке.
Николь вежливо обратился к ней:
– Так как же вас зовут, Прекрасная незнакомка? Вы меня заинтриговали.
– Меня зовут Грейси, – тихо произнесла девушка.
– Грейси… Прекрасное имя! Я весьма польщён, что вы составили мне пару.
Девушка робела в присутствии этого самоуверенного человека. Он своим взглядом, казалось, подчинял её своей воле. Воспитание влияло на манеры её поведения: она была со всеми приветлива, не умела отказывать людям в помощи; а теперь в ней боролись противоречивые чувства: что-то она делает не так?
Николь всё больше восхищался своей партнёршей: молодая, робкая, с выразительными глазами василькового цвета, высоко поднятый подбородок удлинял шею, открытое декольте, тонкая талия… Всё было новым и желанным для Николя. Ему очень редко в женщине нравилось всё. Отношениям с Кетлин он не придавал особого значения, она была для него игрушкой. Глубоких чувств он никогда ни к кому не испытывал. И теперь, глядя на Грейси, в его Сердце зарождалось что-то новое, доселе неведомое ему. И слова Кетлин также сыграли свою роль. Зная, что Грейси принадлежит к старинному роду Айранс, Николь позарился не только на Красоту. За всем этим стояло гораздо больше – выгодный брак.
Кетлин со стороны наблюдала за танцующей парой…
– Они неплохо смотрятся, – сказала Ионесса де Пардье.
Она не могла не заметить, что Николь оставил Кетлин без внимания.
– Да, дорогая Ионесса, они были бы превосходной парой, – ответила ей Кетлин.
Ионесса была удивлена! Она ожидала увидеть в глазах подруги ревность, но та была абсолютно спокойна и улыбалась загадочной улыбкой.
– Что-то я совсем не понимаю, что происходит? – терялась в догадках Ионесса. – Ты так спокойно смотришь, как твой обожаемый Николь танцует с другой?
– Не волнуйся, дорогая, – засмеялась Кетлин, увидев обескураженный вид подруги. – Я не буду терять времени понапрасну, и ты, – она наклонилась к ней поближе, – должна мне помочь в этом деле.
– Ничего не понимаю, – бормотала Ионесса.
Она была поражена! «Когда же я могла пропустить что-то важное, что произошло за столь короткий период времени?» – терялась в догадках любопытная женщина. Это было не в её характере – пропустить ход событий, ей всегда нужно было быть везде первой.
– Что ты задумала? – обратилась она к Кетлин.
– Пойдём, выйдем, подышим свежим воздухом, – заинтриговала её своим таинственным видом Кетлин.
И они вышли на террасу…
Вскоре смолкла музыка, танец закончился. Николь поблагодарил уставшую от напряжения Грейси и проводил её к отцу – Джорджу Айрансу.
Джордж тоже танцевал в паре с Изабель, и теперь они вместе направлялись к Чарльзу и Кларку. Джордж хотел познакомить Изабель с молодыми людьми.
К ним и подошёл Николь, сопровождая Грейси.
Граф обратился к отцу девушки:
– Разрешите представиться, граф Николь де Парнесси.
– Джордж Айранс, – слегка кивнул головой Джордж.
– У вас Прекрасная дочь, очень приятно было пообщаться с ней, – произнёс самоуверенный граф и, отвесив поклон, поспешил отойти.
А Грейси, в кругу новых друзей, почувствовала себя гораздо спокойнее. Чарльз убедился, что с девушкой всё в порядке, и они продолжили беседу.
Джордж извинился перед молодыми, сообщил, что, возможно, не сможет почтить их своим присутствием на торжественном ужине, посвящённом празднованию совместной Жизни молодых.
Чарльз забеспокоился:
– Как? Что случилось?
– Не беспокойтесь, молодой человек, – Джордж сразу определил истинную причину, взволновавшую Чарльза. – Грейси я вам доверяю и в назначенный день предоставлю её под вашу ответственность.
Чарльз, широко раскрыв глаза, улыбнулся, не скрывая своей Радости такому исходу дел:
– Можете на меня положиться, мистер Джордж Айранс, – ответил он.
Кларк и Каролина сообщили, что в субботу к пяти часам они будут ждать своих друзей.
Джордж отвёл Изабель в сторону и произнёс:
– К сожалению, будет уже поздно, когда я оставлю Грейси в доме О’Брайн, но я заеду за вами, вы не передумали?
Изабель очень хотелось, чтобы именно так всё и получилось:
– Нет, мистер Джордж Айранс, я буду ждать вас. А сейчас я, пожалуй, покину вас. Уже очень поздно, мне пора домой.
– Я вас провожу.
Джордж предупредил Грейси, что он проводит Изабель до кареты, и они мило попрощались.
Все события, которые произошли за вечер, утомили Грейси. Она впервые так долго находилась в людском обществе. На неё смотрели незнакомые люди, и это смущало девушку.
Чарльз загрустил, предчувствуя час расставания. Он выразил Грейси свою признательность за проведённый вечер в её обществе. Единственное, что омрачало его настроение, – это был Николь де Парнесси. Чарльз уже ревновал Грейси, хотя она ничем не была ему обязана.
– Мы очень рады будем вас видеть в субботу, – сказала ей Каролина.
– Мисс Айранс, я тоже буду ждать вас, – обратился к ней Чарльз.
– Я обязательно приеду, очень приятно было познакомиться с вами.
Грейси была полна самых нежных чувств благодарности. К ним подошёл Джордж и поддержал Грейси:
– Искренне благодарен вам за то, что вы составили компанию моей дочери. К сожалению, нам пора в дорогу, всего вам Доброго!
Джордж взял Грейси за руку и продолжил:
– Нам надо попрощаться с Эрном.
Они нашли хозяина в столовой. Проведение и организация вечера – всё было под контролем Эрна. Ему приходилось то и дело звать слуг, чтобы они вовремя вносили питьё, закуски. Он следил за музыкантами, чтобы музыка звучала по мере необходимости. Эрн за вечер вымотался, его Силы были уже на исходе.
Увидев Джорджа, Эрн обрадовался, так как волновавший его весь вечер вопрос остался нерешённым:
– Ну что, когда мы поедем к той женщине, хозяйке портрета?
Джордж уже совсем забыл об этом:
– Да-да… я постараюсь в четверг заехать за тобой, тебя устроит?
Эрн на минуту задумался, просчитывая свои планы, и ответил:
– Пожалуй, устроит во второй половине дня. Я буду ждать тебя.
Они обнялись на прощание, Эрн поцеловал руку Грейси, и гости покинули этот замечательный дом.
Выходя на крыльцо, Грейси заметила знакомых нам людей: это были Николь, Кетлин и Ионесса де Пардье. Николь послал Грейси воздушный поцелуй, а Кетлин и Ионесса отвесили поклон кивком головы.
Джордж помог дочери подняться в салон кареты, и на этом они покинули площадь, вымощенную крупным булыжником.
Вернулись домой отец и дочь уже поздно. Лидия уже спала, Грейси не стала беспокоить няню. Она сама валилась с ног от усталости. Распустив свои волосы, Грейси готовилась ко сну. В отражении стоящего на трюмо трельяжа на неё смотрела другая Грейси. Девушка была не в состоянии разобраться сама в своих новых чувствах и решила, что завтра будет новый день. Она отдохнёт и сможет сделать какие-то выводы. Грейси подошла к столику, погасила керосиновую лампу и, пожелав Мигелю спокойной ночи, легла на свою кровать и вскоре заснула крепким сном.
Глава 4. Тайна старого холста
Наступило утро, началась новая неделя. До субботы предстояло прожить целых пять дней. Грейси торопила время и докучала Лидии своими вопросами:
– Как ты думаешь, Лидия, я понравилась Чарльзу?
Девушка постаралась не упустить ни единой детали, рассказывая своей няне про тот замечательный вечер в гостях у мистера Эрна Эсквайра. Оставаясь наедине с Лидией, Грейси могла щебетать без умолку.
– Ты знаешь, – призналась девушка, – граф Николь де Парнесси очень Красивый мужчина, но мне показалось, что у него есть женщина. И тогда мне совсем непонятно, почему он так смотрел на меня?
– Ну, если пригласил на танец, должно быть, ты ему понравилась, – ответила ей Лидия.
– Но что-то здесь не так, – сомневалась Грейси.
– Не ломай свою головушку, – успокаивала её мудрая женщина. – Время всё расставит на свои места.
Но Грейси не могла уже жить прежней спокойной Жизнью. Её волновало будущее, что всё могло измениться. Она пыталась разобраться в своих чувствах к Чарльзу и приходила к выводу, что Чарльз – хороший молодой человек. Но девушке хотелось большого чувства – Любви.
– Скажи, Лидия, а какая она – Любовь?
– Девочка моя, это чувство не просто так объяснить, – задумалась Лидия. – Человек существует уже тысячи лет, и благодаря Любви между мужчиной и женщиной продолжается род человеческий. Каждый по-своему понимает Любовь. Вот поэтому тебе нужно научиться слушать своё Сердце, разумом это не понять. Но если ты будешь сомневаться в своих чувствах, – продолжила Лидия, – то никогда не предпринимай серьёзных шагов. Любовь делает человека сильным, одухотворённым… Любящий готов идти на всё ради любимого человека. Вот здесь и может помочь разум: определить, что во благо, что во вред. Но ты сама в себе должна разобраться, никто тебе не сможет подсказать, где твоя Любовь.
Грейси была нетерпелива:
– Ну и как мне дальше жить? А вдруг Чарльз меня полюбит, а я буду ждать, что мне Сердце подскажет? А если оно молчит?
– Значит, наберись терпения и не обещай ничего. Не торопи события.
Женщина дала понять, что разговор окончен.
Грейси начала ходить по комнате, ей хотелось обо всём забыть и не мучиться от нагнетавших её мыслей.
Прошло три дня, и наступил четверг.
За завтраком Джордж Айранс сообщил, что после обеда он поедет к Эрну, а затем к старой женщине, хозяйке портрета.
Грейси умоляющим голосом обратилась к отцу:
– А можно я поеду с вами? Пожалуйста! Моё пребывание в доме начинает меня угнетать. Я постараюсь не мешать вам.
Джордж растерялся. Он не планировал ехать с дочерью, но её жалобный голос подействовал на него:
– Ну что ж, собирайся, поедем вместе. Дорогой будет веселее, – утешил он себя.
Вне себя от Радости, девушка подбежала к отцу и поцеловала его в щёку. Довольная, сияющая, она поторопилась привести себя в порядок.
Время в пути прошло незаметно. Эрн был уже собран и, услышав шум подъезжающей кареты, вышел из дома. Кучер помог Эрну открыть дверцу в салон, где мистера Эсквайра ожидали Джордж и Грейси. После короткого приветствия Эрн устроился поудобнее напротив них, и карета снова отправилась в нужном направлении. Эрн немного волновался, и присутствие Грейси помогло ему держать себя в руках.
Вскоре карета подъехала к узкой улочке на окраине городка, где путникам пришлось выйти и пройтись пешком.
Это был бедный квартал. На дороге валялся мусор, стёкла некоторых окон были разбиты – всё говорило об иной Жизни, незнакомой Грейси.
Джордж постучал в одну из незаметных дверей.
Спустя некоторое время раздался голос:
– Кто там?
– Простите, – сказал Джордж, – я недавно купил у вас портрет.
– У меня больше нет никаких портретов, уходите, – продолжил тот же голос.
– Мне необходимо поговорить с вами, – уговаривал Джордж.
– О чём? – хозяйка явно не желала открывать дверь.
Джордж вежливо спросил:
– Женщина на портрете, кто она?
– Зачем вам это?
– Мой друг утверждает, что знает эту женщину.
Любопытство побороло страх, и раздался скрежет открывающегося засова. Дверь открылась. Хозяйка убедилась, что перед ней стоят хорошо одетые мужчины и девушка, и сделала жест рукой, приглашая войти.
Комната была маленькая и бедно обставленная. Стол, скамья, кровать, зеркало – пожалуй, самое основное, что находилось там.
«Удивительно, – подумала Грейси, – как она так живёт?»
Женщина спросила:
– Вы сказали, что кто-то знает эту женщину? Нет, – она, отрицая, покачала своей маленькой головкой, – этого даже не может быть. Эта женщина давно умерла.
– Извините, – спросил Эрн, – вы не могли бы рассказать подробнее о её Судьбе?
– Не знаю, поможет ли это вам? Ну, слушайте, – ей хотелось выговориться: общения явно не хватало.
Она начала рассказ со своей биографии:
– Моя мать умерла от страшной болезни, когда я была маленькой. Отец ничего мастерить не умел, работу найти было сложно. Он подбирал уголь, менял его, этим мы и кормились. Всю работу по дому очень скоро я взяла на себя. Отец в свободное время стал рисовать карандашом, позднее он попробовал продавать свои рисунки на площади. Однажды у него купила рисунок женщина, она была из другого сословия, не пара моему отцу. Но, наверное, он ей приглянулся, потому что она стала частенько прогуливаться там, где он торговал.
Как-то раз отец осмелился и попросил её оказать ему услугу. Это было так романтично! – мечтательно произнесла женщина. – Он признался ей, что хочет написать её портрет. К моему удивлению, она согласилась и стала приходить к нам раз в неделю позировать ему. Отец хорошо потрудился. Первый портрет она приобрела у него, хорошо заплатив. А себе отец написал копию, которую вы у меня купили, – закончила свой рассказ женщина.
– Но что с ней дальше было? – не терпелось знать Эрну.
– Ну что я вам могу сказать? О покойных не стоит говорить, может, это сокровенные Тайны?
Эрн был настойчив:
– Вы что-то недоговариваете?
– Зачем вам Тайны прошлого?
Пришлось Эрну рассказать истинную причину своего посещения:
– Поймите меня правильно, – признался Эрн, – женщина, изображённая на портрете, как две капли воды похожа на ту, которую много лет назад встретил и полюбил я. Мы хотели пожениться, но мои родители были против этого брака. Они считали, что нашли для меня более достойную пару, к несчастью для нас обоих, – вздохнул он и продолжил: – Свои первые чувства, встречи до сих пор свежи в моей памяти, мне не безразлично, куда уехала моя любимая Орланда. Возможно, она тоже несчастна!
– Как вы сказали?
Похоже, женщина начала что-то понимать:
– Бог мой! Да, да, конечно, у этой женщины родилась дочь, которую назвали… как вы там… да, Орланда, – выговорила она. – Мой отец очень тепло отзывался об этой девочке. Сдаётся мне, вы её и имеете в виду.
– Но что дальше, где она? – не терпелось знать всё до мелочей Эрну.
– Уж столько лет прошло! Отец ушёл из Жизни двадцать с лишним лет назад. Знаю только, что он сильно Любил её. А она с родителями куда-то уехала, когда её дочь была ещё совсем маленькой. Отец говорил что-то, но всё разве упомнишь…
Эрн был очень напряжён:
– Пожалуйста, постарайтесь вспомнить, я вас щедро отблагодарю.
– Да мне ничего и не нужно, если только похоронили бы, как время моё придёт, и доживала бы спокойно свой век, – тихо проговорила она.
– Я всё для вас сделаю, – Эрн почти умолял бедную женщину припомнить события давних лет.
– Куда же они уехали? – мучительно напрягала память она. – Где-то в окрестностях, вроде, купили дом. Да, да, – осенило её, – может, вам фамилия что-то скажет? – она решила приоткрыть завесу Тайны. – О’Брайн – это фамилия моего отца, вероятно, та девочка, что родилась, была дочерью моего отца, а значит, мне сводной сестрой… – она призадумалась. – Да… которую я никогда не видела. Когда родители той женщины узнали, что их дочь ждёт внебрачного ребёнка, они поспешили сменить место жительства.
– Но Орланда носила другую фамилию, – растерянно произнёс Эрн.
– Постойте, – в разговор вмешался Джордж, – совсем недавно я слышал эту фамилию! – воскликнул он. – Это Кларк О’Брайн!
– Да, – подтвердила Грейси, – он носит именно эту фамилию.
– Мы ведь совсем ничего не знаем про Жизнь Кларка. Где его встретила Каролина? Кто он? Кто его родители? – Эрн был очень взбудоражен.
Он понял, что больше от этой женщины он ничего не узнает, поблагодарив за помощь, оставил ей мешочек с деньгами и пообещал обеспечить хороший уход за ней. После чего гости покинули эту комнату.
По дороге домой Джордж рассказал Эрну, что в субботу они приглашены на ужин к чете О’Брайн. И есть вероятность помочь Эрну распутать цепочку событий прошлых лет. Эрну ничего не оставалось, как согласиться и принять помощь друга. Он сказал, что с нетерпением будет ждать от них весточку о матери Кларка О’Брайн.
Кто она? Её ли он Любил в далёкой юности? Пока это оставалось для него загадкой.
Вскоре карета остановилась на площади напротив знакомого нам дома, Эрн попрощался и вышел, а Джордж и Грейси продолжили свой путь, находясь под впечатлением новых, полных неожиданностей событий уходящего дня.
Глава 5. Догадки Бейти Эсквайр
После отъезда Эрна миссис Бейти не находила себе места. Её не покидало внутреннее беспокойство. Раньше она никогда не проявляла интерес к делам супруга, но его странное поведение после юбилейного вечера привлекло внимание Бейти.
Всю свою семейную Жизнь миссис Бейти Эсквайр жила с ощущением, что тень прошлого стоит между ними. Но она проявляла терпение и никогда не заводила разговор на эту тему. До неё доходили лишь слухи, что Эрн хотел жениться на другой женщине. Бейти не считала себя Красавицей и понимала, что завоевать Любовь супруга ей будет сложно.
На первых порах семейной Жизни Бейти всячески старалась угодить мужу, но получалось только хуже. Она начала раздражать его своим присутствием. И Бейти решила ждать лучших времён, когда её супруг соизволит проявить к ней внимание. Однако проходили дни, недели, год за годом, а отношения между ними не становились прочнее. Напротив, они всё дальше отдалялись друг от друга.
Однажды ночью Бейти не спалось, и она спустилась в столовую в поисках снотворного. Возвращаясь обратно, она проходила мимо спальной комнаты Эрна. Ей показалось, что он с кем-то разговаривает. Осторожно приоткрыв дверь спальни, Бейти прислушалась и поняла, что он спит и бормочет что-то во сне. Она собралась было уйти, но услышала фразу, которая на всю оставшуюся Жизнь отняла у неё Надежду на её семейное Счастье. Эрн произнёс: «Орланда, где ты, Любовь моя…» И это было последней каплей. Все её Надежды рухнули… С той поры Бейти перестала принимать участие во всех семейных мероприятиях, отошла от всех дел. Отношения между ними стали холодными. Супруги стали совсем чужими.
Тут в дверь её комнаты постучали:
– Миссис Эсквайр, вас спрашивает графиня де Пардье.
– Передайте ей, я сейчас спущусь.
Графиня Ионесса де Пардье ожидала в холле, удобно расположившись на маленьком диване. Она загадочно улыбалась своей улыбкой, которая не придавала ей очарования.
Ионесса не могла сидеть в бездействии и, узнав, что Эрн отсутствует, решила нанести визит его супруге.
– Зачем пожаловали? – тон Бейти не выражал особой любезности.
– О, миссис Бейти Эсквайр, – вскочила графиня, – извините, что нарушила ваш покой. Намедни я оставила в вашем доме пелерину и сегодня только вспомнила. Вы не могли бы мне её вернуть?
Любопытство Ионессы было слишком велико. Холст, который свернул Эрн, не предоставив всеобщему вниманию, стал приманкой для графини. Нарочито оставив пелерину в доме Эсквайра, Ионесса выжидала удобный случай вернуться.
– Хорошо, – ответила ей Бейти, – спрошу прислугу, где ваша драгоценная пелерина, – съязвила она и направилась в комнату для прислуги.
Оттуда быстро вернулась со словами:
– Всё, что оставляют наши посетители, находится в комнате для гостей. Пройдёмте со мной, – обратилась она к графине.
Ионессу так и подмывало перейти на деликатную тему:
– Миссис Бейти Эсквайр, вы тоже были восхищены произведением Искусства на холсте?
Бейти всегда старалась сохранить репутацию благополучной семьи, и она поддержала разговор:
– Да, Прекрасная вещь.
– Мистер Эсквайр тоже был восхищён изображением на холсте, но, к сожалению, он решил оставить всех гостей теряться в догадках. Что заставило его свернуть холст, не показав никому? – притворилась расстроенной Ионесса. – Я очень Люблю Искусство, и мне хотелось бы взглянуть на него. Вы уже решили, куда вы повесите этот холст?
Бейти заинтересовалась: «О чём это она говорит?»
Они вошли в комнату для гостей.
– К сожалению, мы ещё не продумали место для холста, да и рама ещё не готова, – вышла из неловкого положения Бейти.
Ионесса искала глазами по комнате. Тогда, в тот вечер, она заметила, что мистер Эсквайр и мистер Айранс выходили из неё. И она надеялась, что Тайная вещь где-то рядом. Бейти направилась к двери, но Ионессе хотелось выиграть время:
– Миссис Эсквайр, я немного разбираюсь в живописи, – приврала она, – и подозреваю, что мистеру Эсквайру было что скрывать.
Бейти удивлённо посмотрела на графиню, та продолжила:
– В�