Альянс-5

Глава 1

Выход из криогенного сна оказался тяжелым. Всего за несколько мгновений до того, как сознание вернулось в реальность, произошло видение. Оно стало не просто игрой воображения, а настоящим воспоминанием. События, из-за которых Виктор Яров оказался в тюрьме, выскочили перед ним, словно напоминание, указывающее на причину многих лет, проведенных в состоянии сна.

Криогенные сны, в которых прибывают космонавты и заключенные, сильно отличаются. Космические странники наслаждаются виртуальными симуляторам, в которых они проводят годы путешествий на берегу океана или на заснеженных горных вершинах. Каждый такой перелет, словно награда за проделанную работу: пока тело находится в неподвижном состоянии, разум путешествует по виртуальной реальности.

Но сон заключенного – чистый кошмар. В нем только темнота и бесконечная гнетущая безысходность. Осознанность самого себя в этом месте заставляет жалеть о содеянном. Старая практика камер и решеток, кажется настоящим даром по сравнение с одиночеством сознания. В этом сне отсутствуют даже собственные мысли. Бескрайняя пустота и молчание. Мысленный диалог, как и собственная жизнь под запретом. Поэтому когда вспыхнули отрывки воспоминаний, наполненные криками и шумом рвущихся бомб, Виктор понял, его срок подошел к концу.

По закону он должен был провести в состоянии сна семьдесят лет. К моменту пробуждения суд решает, кем станет в обществе бывший заключенный. Его лишат всех привилегий, которыми мог довольствоваться военный до того момента, как был вынесен приговор.

Именно это обстоятельство отдавалось болью понимания, насколько теперь ничтожной станет жизнь. Быть в составе военного подразделения звездного десанта, самая элитная и почетная должность. Для мужчины рожденному на Земле в самом бедном регионе, пробиться в элитный военный отряд – пик карьеры. Годы тренировок, лишения, разорванные сухожилия, высадки в горячих точках галактики, сражения с формами жизни, один только вид которых может привести неподготовленного человека в ужас, все это оказалось перечеркнутым.

Кровавый след.

Виктор, стиснул зубы. За годы, проведенные в виртуальной тюрьме, память не избавилась от воспоминаний. Он не знал, что больше вызывает в нем сожаление, погибшие люди у которых не оказалось ни единого шанса на перерождение или потеря возможности искупить свою вину.

Став обычным гражданином доживающим остатки лет, он никогда не сможет получить шанс оправдать свой поступок. Кровавый след так и будет тянуться за ним, ведь тот, кто побывал в криогенной тюрьме, лишался права на клонирование. А значит, через несколько лет его ждала самая настоящая смерть.

Он открыл глаза. Крики и взрывы исчезли. Яркие отрывки боевых действий растворились в белом свечении искусственного света.

– С пробуждением, капитан Виктор Яров, – произнес голос.

Привстав в криогенной капсуле, он огляделся. Окружающее помещение не похоже на тюрьму. Много света, белые стены, отделанные матовым материалом, соседствовали с хромированными металлическими вставками. Виктор ощутил привычную для его тела моторику. Он провел ладонью по волосам. Затем ощупал кожу лица. Это его тело и оно не было старым. Неужели ему дали клонированное тело?

– Сколько времени я провел в криогенной тюрьме?

– Семнадцать лет из отведенного трибуналом срока, – ответил голос.

Семнадцать лет. Всего семнадцать лет из семидесяти! Виктор ощутил в груди вспыхнувший огонь. Новость взбодрила его. В вынесенном приговоре произошли изменения, позволившие сознанию раньше срока, вырваться из заточения.

Он поднялся из капсулы. Приятно вновь ощутить собственное тело. Напряжение в мышцах, холод пола на голых ступнях. Виктор втянул ноздрями чистый воздух, закрыл на мгновение глаза. Чтобы для него не уготовило командование, ради возвращения в реальность он готов на любые испытания.

– Какова цель моего возвращения?

– Для капитан Виктора Ярова есть сообщение, – ответил голос принадлежавший бортовому компьютеру. В том, что мужчина находился именно в космическом корабле, сомнений не было. Виктор мог с легкостью определить это. Навыки не просто вернулись, они обострились. Адреналиновое возбуждение, вызванное внезапным пробуждением, способствовало моментальному ориентированию.

Рядом с криогенной капсулой лежала аккуратно сложенная одежда. Комбинезон серого цвета с черными полосками пришелся впору. Мягкая ткань приятно облегала кожу, не сковывая движений. Застегнув молнию на груди, Виктор внимательно осмотрел помещение. Здесь находилось еще шесть капсул, но они пустовали. Виктор – единственный пассажир космического корабля.

Выйдя в просторный, хорошо освещенный коридор, он прикинул модификацию корабля. Это было военное судно. Конфигурация из числа кораблей Штурм. Небольшие, быстроходные, созданные для транспортировки элитных отрядов десантников.

Элитный отряд.

Эти слова приятным теплом отпечатались в его грудной клетке. Без сомнений, он вновь был в деле. Возвращение Виктора на борту военного корабля, вызывало радость, но нужно взять себя в руки. Необходимо помнить, в первую очередь он военный преступник. Именно так окрестил Виктора трибунал и вряд ли с него сняли это клеймо. Если его вернули на службу, то для определенной цели и надеяться на легкую работу не стоит.

Он проследовал вдоль мигающих указательных огней на капитанский мостик.

– Назовите свое полное имя и должность для идентификации личности, – попросил голос.

– Капитан   подразделения космического десанта Вихрь Виктор Яров. Позывной …

– Идентификация личности произведена. Добро пожаловать капитан Яров на борт корабля Штурм девять. Для вас есть сообщение от командования.

Виктор опустился на одно из семи кресел, окружавших небольшой овальный стол. Свет на капитанском мостике потускнел, и в центре стола возникла голограмма. Суровый взгляд полковника Вантеда оглядел Виктора.

– С возвращением, капитан, – произнес полковник.

– Я не ожидал услышать, как вы произносите мое звание, – ответил Виктор.

– Произошедшее на планете Гарпия с вашей дивизией является примером самого некомпетентного командования. Ошибка, которая стоила нам многого.

Виктор на мгновение опустил взгляд. Воспоминания не отпускали ни на миг. Находясь семнадцать лет назад перед лицом трибунала, капитан Яров ощущал пустоту и отчаянье, но говорить в собственную защиту он не мог по этическим соображениям. Оправдываться и пытаться спасти свою шкуру после допущенной ошибки, это равносильно слабости, недопустимой для командира звездного десанта. Тем более что каждый находящийся в зале суда знал, чем именно было вызвано принятие такого решения. Синева зрачков еще не разошлась полностью и этого было достаточно для понимания причины допущенной ошибки. Наркотик никогда не был хорошим помощником.

Полковник Вантед тем временем продолжал:

– Ваше возвращение и сохранение должности всего лишь формальность. Вы никогда не вернетесь на службу, примите это как факт. На миссию которую мы для вас выбрали, были еще претенденты, но ваши навыки и заслуги прошлого, сделали вас кандидатом номер один. Мы не закрываем глаза на преступление, но даем шанс. По завершении миссии вам вернут гражданство и право на клонирование. Вы закончите свой срок в криогенной тюрьме, после чего станете гражданином Земли.

– Ради этого стоит рискнуть, – прошептал Виктор, сжимая кулаки. Право на клонирование, это в его положении просто подарок. Как только закончится тюремное заключение, он сможет обновить свое тело и что тогда? Жизнь без звездного десанта, самая обыденная и серая. Но это лучше, чем умереть от старости в вонючем хосписе.

– Я знал, что вы согласитесь с нашим решением, – проговорил полковник. – Запомните капитан, у вас нет шансов вернуться в строй. Но есть возможность частично искупить свою вину.

– Полковник Вантед,  – обратился Виктор к своему собеседнику, – я могу узнать, чем закончилась миссия Валькирия?

– Миссия была успешно завершена. Планету Гарпия зачистили полностью. Уже пятнадцать лет она состоит у нас на балансе. Но вашей заслуги, капитан, в этом нет.

Виктор тяжело перевел взгляд в сторону. Шесть месяцев он бороздил красную пустыню Гарпии со своими людьми. Вся планета стала их главным врагом. Он видел, как гибнут десантники, Виктор мог назвать по имени каждого из них. Он никогда не был в стороне, всегда на передовой. А теперь командование вычеркнуло его из истории.

От осознания этого становилось по-настоящему горько.

В какой-то момент Виктору захотелось вновь вернуться в криогенную капсулу. Вновь погрузиться в забытье черной пустоты. Где он больше никогда не услышит обвинений в свою сторону.

Кровавый след.

Перед мысленным взором появились красные следы на песке. Протекторы подошв оставляли узоры, пропитывающие собой песок. Следы уходили в сторону пустыни, где по ее поверхности разбросаны тела. Звездные десантники. Элита Земли. И каждый из них мертв.

– Что дальше, капитан – шептал охрипший, сорванный от криков боли голос рядового Эрика. – Что дальше, капитан?

– В чем заключается моя миссия? – спросил Виктор, посмотрев в мерцающие глаза голограммы.

– Вам необходимо высадиться на корабль Альянс пять, – ответил полковник.

Виктор слегка вздрогнул от услышанного. Он знал о планах военных перевести на Альянсе гарпийцев как можно дальше от Солнечной системы. Эта огромная космическая субмарина, размером с Луну, могла вместить в себя население целой планеты.

Отправление корабля в открытый космос предзнаменовало окончание войны. Как только люди провозгласили себя хозяевами Гарпии, оставшихся в живых коренных жителей погрузили на борт и отправили на край галактики. Там их высадят на планете, которая станет их новым домом. Для людей она не представляет никакого интереса в отличие от родного дома гарпийцев.

Полковник Вантед уже в начале их разговора упомянул о том, что война окончилась пятнадцать лет назад, значит, Альянс-5, должен находиться сейчас на огромном расстоянии от Земли.

– Моя миссия связана с жителями Гарпии? – в голосе Виктора прозвучало удивление.

– Совершенно верно, капитан, – ответил полковник, – несмотря на ваш проступок, мы решили, что вы один из не многих кто знает гарпийцев достаточно хорошо. Ваши знания пригодятся вам на Альянсе.

– На корабле произошла внештатная ситуация? – спросил Виктор.

Его вернули из криогенной тюрьмы, в которую он попал, сражаясь с жителями воинственной планеты. И совершенно логично было сделать так, чтобы Виктор больше никогда ни оказался даже близко к боевым действиям. Но, его возвращение, полностью противоречило подобному утверждению. За одним исключением – необходим специалист в данном вопросе, который к тому же не состоит на балансе военных. Виктора теперь можно назвать наемником, жизнь которого для космического десанта не стоит ничего. Его смерть никак не отразится на авторитете военных, а знания помогут внести ясность в том, что произошло на борту корабля.

Перспектива становилась более чем ясной. Капитана Виктора Ярова отправляют на верную смерть. Командованию нужно провести разведку и если Виктор выживет, он получит амнистию и право жить.

Рискнуть жизнью, ради жизни. Что может быть более заманчивым для человека, которому грозит смерть?

– С этого момента вы получаете статус консультанта отряда, с которым прибудете на борт корабля Альянс пять. Ваша задача – провести разведку и установить статус находящихся на борту гарпийцев.

– Установить статус? – удивился Виктор, – но ведь они все должны спать в криогенных капсулах до конца полета.

– Все необходимые инструкции вы получите позже, – ответила голограмма, – желаю удачи капитан. Надеюсь, в этот раз ваша миссия окончится успехом.

Виртуальный образ полковника Вантеда растворился. Капитанский мостик вновь осветил свет и Виктор, откинувшись на спинку кресла, скрестил руки на груди. Он погрузился в длительное размышление. От всей этой операции веяло самым настоящим провалом. Его собственная ошибка ничто, по сравнению с произошедшим на борту Альянса. Теперь становилось понятно, почему именно его решили отправить на корабль забитый вражеской формой жизни. Он, капитан   Виктор Яров, возможно, единственный из солдат знавший врага достаточно хорошо и при этом оставшийся за пределами истории межпланетной войны. Его имени нет в хрестоматии боевых действий. После военного трибунала он исчез с лица вселенной, став тем уникальным военным специалистом, которого можно будет отправить в самое пекло, не опасаясь потерять в лице Виктора героя войны. Специалист и изгой. Вот теперь его статус перед лицом командования.

Виктор улыбнулся, глядя в сторону смотрового окна, за которым простиралась непроглядная космическая темнота. Несмотря на всю смертельную опасность, он собирался вернуться на Землю. Хотя вероятность того, что в случае успеха его не выпустят дальше изолятора, оставалась, ведь неизвестно какие именно тайны ему придется узнать на Альянсе.

Глава 2

Военный космический корабль Штурм, был оснащен всем необходимым для перелетов средней дальности. Его вместимость не позволяла перебрасывать большие группы военных и серьезное вооружение. Скорее этот корабль предназначался для быстрого реагирования специальных подразделений. Он обладал системой Фантом, гиперзвуковой скоростью и высокой маневренностью. Все эти три фактора делали Штурм незаменимым при необходимости провести диверсию или для высадки малой группы под самым носом врага.

Но помимо своих военных характеристик, корабль снабжался электроникой на ровне с прочими военными кораблями. При необходимости можно было связаться даже с Землей, но Виктор подозревал, что именно с этого борта сигналы будут ограничены. Зато в базе данных он нашел все об операции Валькирия и о продолжении войны на планете Гарпия.

С того момента как капитана Ярова взяли под стражу, все события, происходящие в мировом космосе, оказались для него закрыты. Семнадцать лет, проведенных в тюрьме, стерли из его жизни.

– История окончания войны с Гарпией, – произнес Виктор.

Перед ним включился монитор и появились документальные кадры, которые показывались каждому, кто вводил в поисковике подобный запрос. Официальная версия войны не была сильно уведена от реальности. Победа землян над очередной расой, всего лишь один из шагов по бесконечному космосу. И даже в этой истории наряду с победами, вполне естественно показывать и неудачи. Словно намек на то, что в жизни не все дается легко. Что даже великая империя землян, может ошибаться. Но главное заключается в умении учиться на своих ошибках.

На экране появился знакомый ландшафт планеты Гарпия. Виктор скользнул взглядом по открывшейся панораме, снятой с высоты птичьего полета. На Гарпии, как и на Земле, существовали растения и водоемы, наполненные разнообразными существами, начиная от простейших и заканчивая гарпийцами – высшей формой жизни.

Первое впечатление, которое сложилось у землян касательно гарпийцев оказалось весьма поверхностным. Изначально высокие, худощавые существа с фиолетовой кожей, покрытой крошечными шипами и наростами, показались людям обычными туземцами. Они не носили одежды, изъяснялись друг с другом при помощи примитивных звуков и жестов, а оружия у них отсутствовало вовсе, поскольку гарпийцы вели мирный образ жизни. Единственное, что закаляло их – сама планета. Местами Гарпия являла собой настолько суровые места, что местным формам жизни приходилось приспосабливаться, наращивая панцири, отращивая шипы, выделяя яды или попросту обучаясь быстрому бегу.

Так, например, в болотистых джунглях, гарпийцы отрастили себе костные наросты, идущие от поясницы до затылка, чтобы смягчить неожиданные нападения со спины. К тому же местные представители вершины пищевой цепочки обзавелись весьма причудливыми жабрами, позволявшими фильтровать густо заросшую растительностью болотную воду.

Те, кто обитал в горных районах, обладали длинными и цепкими пальцами. Они способны подниматься по отвесным каменным стенам с невероятной быстротой и скоростью. А те, кто обосновались в пустынях, походили на оживших мумий, их кожа, сама поглощала пот, выделяемый порами. Это давало возможность вообще никогда не прибегать к необходимости пить воду, из-за чего их гортани и рты претерпели самые большие изменения, делая лица похожими на костные маски с тоненькими прорезями глаз.

Не удивительно, что у ученых планета Гарпия пробудила сильное любопытство. А корпорации тут же провели все необходимые геологические разведки, найдя для себя столько ресурсов, что Гарпия в их глазах превратилась в настоящую сокровищницу. Еще никогда человечество в колонизации космоса не находила такой богатой планеты. Даже Земля со своими ресурсами казалась всего лишь горсткой полезных ископаемых.

Виктор отвел в сторону взгляд, вспоминая тот день, когда впервые услышал о новой планете. В то время он уже служил в звании капитана космического десанта, и полет на Гарпию был его не первым серьезным заданием. Земляне считали гарпийцев формой жизни не превосходящей человека, поэтому командировка казалась Виктору отличным приключением.

Они высадились на равнине, разбив лагерь для пятисот десантников. Три космических корабля с техникой, стали их защитой от внешней среды. Коптеры и бронемашины тут же приступили к разведке, при необходимости зачищая территории. В течение трех месяцев десантники обеспечивали место и охрану для ученых. Лесные массивы уничтожались за считанные дни. Гектары территорий брались под контроль каждый день до тех пор, пока не был достигнут необходимый результат. Вышки наблюдения вырастали по периметру территории.

Десантники быстро поняли, что на Гарпии нечего опасаться. Если не удаляться слишком сильно в джунгли, разгуливая в полном одиночестве и не кормить местных животных с руки, то в целом опасаться нечего. Любые нападки со стороны даже крупных хищников пресекались выстрелами из оружия. Вскоре на базе пехотинцев появился собственный зоопарк, где размещались все формы жизни, которые только удавалось притащить из джунглей или с равнин.

А еще на Гарпии росло огромное количество растений. Это были деревья, травы, кустарники и цветы самых причудливых и ничем несхожих с Земными растениями форм. Некоторые из них ядовитые и даже хищные, другие вызвали легкую чесотку, большинство не представляли никакой опасности. Но были и такие, которые вызывали наркотические состояние. Как и откуда об их эффектах узнали пехотинцы, было не известно, но довольно скоро некоторые из солдат обнаруживались в состоянии полного отключения от реальности, а когда несколько человек и вовсе умерли в страшных судорогах, командование ввело ожесточающие правила. После этого употребление местных растений каралось тяжелым наказанием, что поспособствовало возвращению дисциплины.

А затем, произошло первое знакомство с гарпийцами. Эти существа казались безобидными, хотя являлись очень выносливыми. Но самое главное заключалось в их невероятной способности к адаптации и самообучению. Не стоит даже говорить о том, что гарпийцы встали на защиту своего дома, когда десантники выжигали напалмами лесные массивы. Первые стычки оказались быстротечными и не в пользу местных жителей. Но вскоре, гарпийцы переняли у землян не только ведение боя, но и создание самого оружия. Через считанные недели впервые в бою погибла группа десантников, как утверждали выжившие, гарпийцы открыли по ним огонь из примитивного, но действенного оружия.

Дальше больше. Их оружие совершенствовалось. Средства защиты становились более надежней. А сами хозяева планеты превращались в могучих воинов. Их потери с каждым разом сокращались, а удары оборачивались для землян ощутимыми разрушениями. Уже через три месяца к военной базе стянулись целые полчища гарпийцев. Разведка докладывала о колониях, идущих с далеких земель, с целью поддержать своих собратьев. В итоге к тому моменту, когда на Гарпию должны были прилететь ученые, на планете разжигалась настоящая война. И вместо корабля с учеными прибыл целый легион звездного десанта во главе с полковником Вороновым.

Теперь, спустя семнадцать лет, Гарпия выглядела совершенно иначе. На ней стало меньше лесных массивов и водоемов. Люди смогли существенно изменить ее внешний вид.

– Как закончилась война и что стало с высшей формой жизни планеты? – спросил Виктор, ощутив в груди сильный укол.

Он наблюдал не просто за завоеванием, а за уничтожением целой расы. В целом, планету сохранили в ее первозданном виде, не истребили простейшие формы жизни. На реках построили плотины, в наиболее подходящих регионах вырыли огромные шахты. Воздвигли несколько городов и сотни населенных пунктов. В итоге люди освоились на Гарпии, сделав ее новым оплотом цивилизации.

Гордость Земли, добытая непомерным трудом в кровопролитных сражениях.

– В 2425 году по земному летоисчислению, после провала первой фазы операции Валькирия, командование предприняло новую попытку.

Вот пришло время и для его позорной страницы, подумал Виктор. Никто не станет говорить в пособии по истории о реальных причинах провала операции. Такие вещи лучше предать забвению, оставив на поверхности лишь факт произошедшего.

Голос в динамике тем временем продолжал:

– Операция Валькирия 2.0 стала самым масштабным военным наступлением за всю историю. Операция увенчалась разгромом вражеской армии и пленением более полутора миллионов представителей Гарпии. По окончанию войны было вынесено решение, полностью очистить планету от представителей враждебного вида. Их не подвергли полному уничтожению, а сослали на далекую планету Астерия, что находится на другом краю галактики Млечный путь.

На мониторе показалась картина красивой планеты, вращающейся в открытом космосе, и на этом историческая страница окончилась.

Виктор откинулся в кресле, задумавшись над увиденным. Все слишком легко и гладко. Военная машина пропаганды работает без сбоя. Любой, кто посмотрит это видео, тут же убедится в мощи и лояльности землян. С одной стороны, это бесстрашные и непобедимые воины, с другой, благосклонные к побежденным правители. Гарпийцы остались живы как вид и уже этим можно было гордиться.

Но Виктор не испытывал чувства гордости. Он знал, почти с самого начала с того момента, как люди впервые основали военное поселение на Гарпии, все пошло не так. И теперь, даже вывели из криогенного сна главного виновника провала первой фазы операции Валькирия.

– К кораблю приближается шаттл Марс. До стыковки пятнадцать минут.

Виктор повернулся в кресле к смотровому окну. На относительно небольшом расстоянии от корабля Штурм, приближалась мерцающая бликами точка.

– Вот и первые гости, – проговорил капитан   Яров.

Первая фаза подготовки к заданию началась.

Глава 3

Ее звали Мэри. Лейтенант Мэри Майкович. Высокая, стройная, в хорошей спортивной форме. Она появилась в шлюзовом отсеке и сразу же поразила Ярова своей идеальной выправкой. На вид женщине не более тридцати лет. Короткая стрижка, большие светлые глаза. Белая кожа выдавала происхождение землянина.

Она протянула руку в знак приветствия и, приняв рукопожатие, Виктор подумал, ее ли это тело. Для клона оно в идеальной форме и могло стоить больших средств. Капитан Яров не помнил, чтобы военным давали настолько совершенные тела.

– Рада знакомству капитан, – сказала Мэри приятным голосом, одарив мужчину строгим взглядом.

– Вы не похожи на военного, – ответил Виктор.

– Я куратор предстоящей операции. Моя задача следить за тем, чтобы все проходило в рамках предписанного командованием приказа.

Виктор усмехнулся. Конечно же, его не могли оставить без присмотра.

– По всей видимости, вы хороший специалист в своем деле, – в голосе Виктора не было сарказма.

– Лучший, – ответила она не без гордости, но в ее тоне отсутствовало пренебрежение к коллеге. – Это чрезвычайно серьезная миссия. Именно поэтому вы здесь капитан Яров. Так хорошо гарпийцев из живых не знает никто кроме вас.

В правой руке Мэри сжимала небольшой чемоданчик – переносной контейнер для чипов.

– Вы не с пустыми руками, – обратил внимание Яров.

– Это наша команда. Теперь помогите мне с клонами.

– Для начала я хотел бы познакомиться с нашим отрядом.

Она улыбнулась в ответ, приветствуя профессионализм Виктора.

– Тогда проводите меня на капитанский мостик.

Виктор жестом пригласил Мэри на Штурм и она быстрой походкой направилась в нужном направлении. Было видно, на подобном судне Майкович приходилось бывать не впервые.

Они сели в кресла по разные стороны овального стола и Мэри положив чемоданчик в центр, открыла его. Внутри лежало пять чипов памяти. В каждом из них находилось сознание бойца. В их профессионализме и в знании предстоящего дела сомневаться не приходилось. Но Яров хотел перед тем, как вернуть прожженных воинов к жизни узнать, с кем ему предстоит иметь дело.

– Вы сохраните им первоначальный внешний вид? – спросил Виктор.

– Это элитные воины. Их внешности не меняются. Хотя каждый не раз бывал и в других телах.

– Они будут подчиняться только вам?

– Это условия командования, – Мэри вывела проекцию в центр стола, – лично вы здесь в качестве консультанта. Все решения и приказы буду отдавать я.

Быть под командованием непрофессионального военного в деле, которое возможно потребует решительных действий. Это решение показалось Ярову смелым. Хотя он не знал историю Мэри Майкович. Возможно, в теле красивой женщины скрывается суровый боец, закаленный в горячих точках. Во всяком случае ему приходилось на это только надеяться.

Виктор не имел ничего против командования женщиной. Гендерные предрассудки для него чужды. В первую очередь он привык смотреть на послужной список и развитые качества.

– Начнем, – предложил Виктор.

На проекции появился высокий мужчина лет сорока. Широкоплечий, с волевым подбородком, узким разрезом глаз и наголо выбритым черепом.

– Сержант Роберт Рон, – произнесла Мэри, – прошел обе фазы в сражении за Гарпию. Наемник. Специалист взрывотехник разбирается во всех видах оружия. Десять лет назад заключил договор с командованием на бессрочную службу.

Виктор слегка поерзал на своем месте. Роберт был на Гарпии с первого года колонизации. Значит, он не понаслышке знает о всех фазах сражений. Мэри заметила нервозность со стороны капитана, но сделала вид, что не предала этому значения.

Виктор пробежал взглядом по тексту, высветившемуся под проекцией.

– Здесь указанно, что сержант обладает вспыльчивым характером.

– Для вас это будет проблема? – осведомилась Мэри, посмотрев на Ярова.

– Лишь отчасти. В своем подразделении я всегда следил за строгой дисциплиной. Не хочу неожиданных сюрпризов со стороны личного состава. Что если Роберт Рон решит отомстить гарпийцам, скажем за своих погибших товарищей.

Лейтенант Майкович скрестила руки на груди и откинувшись на спинку кресла, одарила капитана испытывающим взглядом.

– Хочу довести до вашего сведения, капитан   Яров, – начала она спокойным и вкрадчивым тоном, – каждого бойца на это задание я подбирала сама исходя из личных качеств и послужного списка. Да, этот человек участвовал в открытых сражениях против гарпийцев. Но он профессионал и за ним нет ни единого проступка. Если вы ставите под сомнение его профессионализм, значит, ставите под сомнение мой опыт. Из чего следует, что вы ставите под сомнение действие командования.

– Так, стоп, – Виктор выставил вперед ладони, – не нужно на меня давить лейтенант. Я всего лишь хочу знать, с кем мне предстоит идти на корабль, в котором находится полтора миллиона представителей форм жизни, у которых мы, земляне, аннексировали целую планету.

– Вы имеете полное право изложить в рапорте свои опасения и отправить их командованию. Я даже не обижусь на это, поскольку на вашем месте, возможно, поступила бы именно так.

Виктор усмехнулся. Он не в том положении, чтобы высказывать свои недовольства. Мэри знала это и поэтому могла апеллировать подобными терминологиями бодуче уверенной, что Виктор даже не станет делать попыток связаться с командованием. Она в очень выигрышном положении. Не стоит портить с лейтенантом Майкович отношения в самом начале знакомства.

– Вашего слова, мне будет достаточно, – ответил он уверенным тоном, – ведь это ваша операция.

– Все верно, – на ее лице промелькнула легкая улыбка победителя, – продолжим?

Виктор жестом предложил вернуться к работе.

Проекция сменилась. Теперь перед ними появился высокий, худощавый мужчина со смуглым цветом кожи. Черные волосы, карие глаза, широкие скулы. За выразительным взглядом прослеживался интеллект. Он не был похож на бойца, который идет тараном на врагов.

– Игорь Вернов. В отряде числится как специалист компьютерных технологий. Он в точности знаком с системой корабля, на который нам предстоит высадиться. В прошлом снайпер. При этом стрелок, виртуозный от природы. Дисциплинированный и молчаливый.

Мэри одарила голограмму положительным взглядом. Было видно, этот воин симпатизировал лейтенанту.

– Вопросы?

Виктор развел руками. Послужной список такого солдата устраивал его полностью.

– Номер три. Вероника Рей. Азиатка. Мастер боевых искусств. Участвовала во второй фазе Валькирия. Состояла в элитном отряде разведки. Была удостоена медали. Посмертно.

Проекция невысокой, раскосой женщины привлекла внимание капитана. Хорошо сложена, хотя казалась хрупкой для мастера боевых искусств. Длинные, черные волосы. Привлекательные черты лица.

– Как она погибла?

– Почти в конце войны отряд вывел основные силы десантников в самое сердце врага. По большей части, именно благодаря этому сражению и была выиграна война. Но гарпийцы обнаружили группу разведчиков и нанесли по ним сокрушительный удар. В теле Вероники насчитывалось пять прожженных на сквозь ран и ни одна из них не могла привести к моментальной гибели. Девушка умирала медленно в течение четверти часа.

– Командование вернуло ее, – констатировал Виктор.

– Да. Такие солдаты нужны нам. Вероника будет на службе еще тридцать лет, после чего по собственному желанию сможет уйти в заслуженное увольнение или продлит контракт.

Лицо четвертого солдата показалось Виктору слишком уж сомнительным. Хотя он не был склонен судить по внешности, но при этом хорошо разбирался в людях. Такой человек всегда себе на уме. Даже когда он в точности исполняет приказы, то неизменно оставляет за собой право на обдумывание предстоящих действий. Слегка бордовый цвет кожи выдавал в нем марсианское происхождение.

Догадки Виктора оказались верными.

– Корон. Младший сержант. Рожден на Марсе и нес службу на этой планете, пока не поступил добровольцем в звездный десант. Принимал участие во второй фазе Валькирии. Его отряд принял на себя самый сокрушительный бой. Во время взрыва тело Корона было сильно повреждено. Он лишился обеих ног и части правой руки. Но санитары доставили солдата в госпиталь живым.

– Почему он в отряде? – спросил Виктор, просматривая послужной список. На первый взгляд, никаких ярких подвигов за этим солдатом не было. Его участь такая же, как и у сотен тысяч других: тяжелое ранение, восстановление тела за счет командования, списание со службы из-за психологической травмы.

– Мало кто из выживших, после того как их тела разорвало на части, мог вернуться обратно в строй. Память пережитой боли, крепко отпечатывается в подсознании. Мы можем поменять тело, но не можем поменять воспоминания. Страх вновь ощутить себя растерзанным куском мяса, зачастую сковывает даже самых лучших из солдат. Поэтому командование оставляет им право оставить службу после восстановления.

– А Корон, предпочел вернуться, – закончил за Мэри Виктор.

– Вы правы, капитан. И это редкий случай мужества. После того как тело Корона восстановили, психологи не обнаружили никаких отклонений. Мало того, этот человек практически невосприимчив к боли. Он способен перенести даже сложные переломы и повреждения органов.

– Вероника Рей относится к этому же число солдат?

– Да.

– Именно такие и нужный звездному десанту, – усмехнулся Виктор. Идя в настоящую мясорубку, даже зная о том, что их могут вернуть к жизни, солдаты испытывают непреодолимый страх. И только те из них для кого страх легко подавляемое чувство, способны дойти до конца. Им отращивают оторванные конечности и снова в бой, заживляют рваные раны и в бой, вновь выращивают поврежденные органы и снова за оружие. Командование может только мечтать об армии, состоящей из таких железных людей.

– Поэтому он с нами, – закончила резюмировать Мэри.

Последний боец оказался обладателем славянской внешности, со средним телосложением. Длинные волосы не сочетались с внешним видом предписанным уставом десантников.

– Сержант Макс Броневой, лучший в своем подразделении. Он не воевал на Гарпии и никогда не встречался с представителями этой планеты. Но был в другой горячей точке. На планете Гаргона.

– Что? – удивился Виктор, глядя на проекцию. – Вы серьезно? Сколько же ему лет?

– Двести семьдесят два года со дня биологического рождения. Это самый настоящий ветеран. Специалист воздушного боя. Авиатор. Способен управлять любым видом космического транспорта. В сражении за Гаргону получил несколько медалей мужества и стал легендой звездного десанта. Принял присягу пожизненного служения командованию.

– Этот парень нравится мне больше всех, – сказал Виктор.

В целом Яров остался доволен подобравшейся командой. Головорезами их нельзя было назвать, но что-то подсказывало капитану, что с дисциплиной у некоторых из отряда будут проблемы. В целом, все они наемники. И пускай даже находясь на службе, они имели больше прав на собственное мнение, чем рядовые десантники. Своего рода лучшие, но в то же время прошедшие сквозь огонь из-за чего осознали себя личностями. А таких уже не берут в обычные ряды солдат, беспрекословно выполняющих приказы.

Виктор взглянул на чипы памяти, заметив среди них еще один. Белого цвета, а значит, принадлежал корпорации Веер Эпох, создававшей биологическое оружие.

– А это что? Секретное оружие?

– Это наш резервный боец. К нему мы вернемся позже.

Лейтенант отключила проекцию, поднявшись со своего места.

– Знакомство с личным составом считаю законченным, – произнесла она, закрывая чемоданчик, – теперь перейдем к фазе клонирования.

Виктор проводил Мэри до двери. Теперь ему предстояло набраться терпения. Новый отряд, в который он должен будет вступить, вряд ли встретит его с распростертыми объятиями, после того как бойцы узнают, кто именно станет их консультантом в предстоящей операции.

Глава 4

За то время, пока они знакомились с бойцами, автоматизированная система обслуживания погрузила с шаттла Марс, на корабль Штурм, пять криогенных капсул в каждой из которых в густом гелии находилось тело. Абсолютно идентичные. Отсутствовали половые признаки, волосяной покров, морщины и мышцы. Зачастую этих клонов называли заготовками для человека. На самом деле они таковыми и являлись. Процесс преображения происходил за четверть часа, с момента, как в каждую из капсул помещали чип памяти. Мэри воткнула каждый из пяти чипов в соответствующий разъем и карты памяти вошли в затылочную часть клонов.

Криогенные капсулы засветились бирюзовыми огоньками, освещая легким свечением бесцветный гелий.

Виктор стоял возле стены, наблюдая за происходящим в то время, как Мэри ходила между капсулами, проверяя исправность работы. Она проделывала это уже не первый раз, по ее движениям и легкости действия можно было понять – Мэри часто перевозит личный состав таким образом. Виктор ловил себя на том, что порой не может оторвать от лейтенанта взгляд. Что-то было в ней притягательное, сильно отличающееся от обычного человека. Она не солдат, во всяком случае не в той мере, по которой было принято определять закаленного в боях бойца. В ней присутствовала дисциплина, беспрекословное выполнение приказов. Мэри получала удовольствие от своей работы, но все же в ней оставалась простота, которая присуща гражданскому человеку.

Он отвел взгляд. Подавлять в себе чувства привязанности и эйфории было для капитана не впервой. Мужчины склонны придумывать себе фантазии, касающиеся наиболее понравившихся предстателей противоположного пола. А это сильно мешает, особенно в условиях военных операций. Влюбленность, то чувство, которое подавлялось в рядах космических десантников синтетическим препаратами. Своего рода психологическая кастрация и Виктор знал, каково смотреть на красивую женщину, не испытывая к ней ни одной базовой потребности. В армии все равны, а любовь заставляет противоречить приказам.

Каждый из тех, кто надевал военную одежду, превращался в солдата и должен был забыть о всех заложенных природой инстинктах. Этому помогали уколы, которыми прокалывали каждого принявшего присягу. Но Виктор Яров провел семнадцать лет в криогенной тюрьме, и сейчас его кровь чиста. От этого чувства вспыхивали в нем всякий раз, когда мысленно он отвлекался от дела. И это касалось не только Мэри. Постепенно капитан осознавал всю тяжесть произошедшего на Гарпии. Он вспоминал лица погибающих солдат, не получивших приказ открыть огонь. Он сострадал каждому из них, но причины, заставившие поступить именно так, словно оправдание проносились в голове. Только он один знал, почему в тот день первая фаза операции Валькирия должна была провалиться.

– Процесс регенерации на последней фазе, – оповестил бортовой компьютер.

Криогенные капсулы сменились на бордовое свечение и в них начали происходить изменения.

Виктор подошел ближе к одной из них. Тело клона, начало видоизменяться. Появлялись рельефы мышц и первичные половые признаки. Вскоре он понял, что смотрит на Веронику Рей. Ее тело приобретало округлость в районе груди и бедер, лицо становилось миловидным, полностью исчезали грубые черты клона. Волосы плавно росли, расплываясь в густой жиже гелия. Появились брови, ресницы, набухли губы. Изменился разрез глаз.

Виктор склонился над ее лицом, внимательно вглядываясь в каждую деталь. Проступили даже мимические морщинки возле раскосых глаз. А затем, на него уставился пронзительный взгляд темно-синих зрачков.

– С прибытием, – произнес Виктор, и в тот же момент Мэри одернула его. Она буквально оттолкнула капитана в сторону.

– Что вы делаете? – с недоумением произнесла женщина, сверля Виктора строгим взглядом.

– Я хочу поприветствовать представителя личного состава, – слегка улыбнувшись ответил Яров, но взгляд Мэри заставил его стереть с лица дурацкую улыбку.

– Разве вы не знаете, что в первые минуты регенерации, сознание человека абсолютно чистое? На данном этапе они даже не осознают самих себя.

Он рассеяно, посмотрел на капсулу.

Это совершенно вылетело из его головы. Вживаясь в новое тело, сознание человека абсолютно девственное, пустое. И первое, что увидит проснувшийся, навсегда останется в памяти.

– Прошу прощения лейтенант, – ответил Виктор, – видимо, я слишком долго провел в отключке. Криогенная тюрьма способствует развитию кратковременных провалов в памяти.

– Я знаю, – более снисходительно ответила Мэри, – поэтому постарайтесь не проявлять своих чувств раньше, чем обдумаете каждое действие.

В помещении послышался шипящий звук открывающихся капсул. Стеклянные крышки поднялись верх, и тела людей начали выныривать из гелия.

– Ох, еб твою же мать! – прорычал мужской, гортанный голос. Огромное, мускулистое тело поднялось над капсулой, покрытое густой слизью. Роберт Рон шумно высморкал из ноздрей остатки гелия, озираясь по сторонам. – Мы дома девочки и мальчики.

Он расплылся в улыбке, в которой не было ни намека на дружелюбность.

Вслед за Робертом появился Игорь Вернов, он стер с лица ладонями гелий, после чего потянулся и произнес.

– Где мой кофе?

– Я думала, ты мне его принесешь, – голос Вероники оказался легким и мелодичным. Она с легкостью перемахнула через край капсулу и предстала перед всеми в обнаженном виде. По всей видимости, гендерные различия девушку совершенно не смущали, она на носочках пересекла помещение и, взяв полотенце, уткнулась в него лицом.

Корон и Макс Броневой, после пробуждения были немногословными. Они просто разминали мышцы.

Тела каждого из бойцов находилось в отличной форме. Пик совершенства на которое только могла быть способна природа, зафиксировали в картах памяти и каждый раз, пробуждаясь, бойцы получали здоровое, готовое к любым испытаниям тела.

Сам Виктор никогда не испытывал ничего подобного. За семнадцать лет в тюрьме его тело постарело, обрело новые морщины, стало тяжелей. В какой-то момент ему стало неловко рядом с этими людьми, среди которых даже Макс Броневой в свои двести семьдесят два года выглядел как молодой, подтянутый мужчина.

– Приветствую вас, на корабле Штурм. Меня зовут лейтенант Мэри Майкович. Я ваш куратор, командир и представитель командования, нанявшего каждого из вас на эту работу.

– Здравия желаю, лейтенант, – произнес Макс Броневой. Его примеру последовали все остальные, приветствуя лейтенанта.

– Это капитан Виктор Яров, – Мэри указала на мужчину, стоявшего у нее за спиной, – он будет нашим консультантом по вопросу коммуникаций с гарпийцами. К тому же он лучший военный эксперт в этом вопросе.

– Привет, капитан, – произнесла Вероника, проплывая мимо. Она уже скрыла под полотенцем свое тело, направляясь в душ.

– Эксперт? – с усмешкой произнес Роберт Рон. Он скрестил руки на груди, изучающим взглядом осматривая Виктора.

Только сейчас Яров увидел на этом мощном теле шрамы, оставленные от стрелкового оружия. По всей видимости, их присутствие после клонирования было условия самого Рона. Следы боевых заслуг как память пережитых сражений.

– Я был на планете Гарпия с самого первого дня колонизации, – ответил Виктор. – Первые контакты с представителями местных обитателей и первые сражения прошли при моем участии.

– А что случилось с остальными, экспертами? – продолжал Рон.

– Большинство из них погибло во время провала Валькирии.

Как только Виктор произнес эти слова, все четверо бойцов, кроме Вероники, которая уже скрылась за дверьми в душ, подняли левую руку вверх и громко сказали:

– Вечная память воинам космоса!

Виктор свел брови. Он не знал ничего о традиции приветствовать погибших товарищей подобным образом. Скорее всего, она зародилась уже после того, как его поместили в криогенную тюрьму.

– Полчаса на то, чтобы привести себя в порядок, – скомандовала Мэри. – Жду всех на капитанском мостике. Ваши личные вещи находятся в казарме.

Сделав жест Виктору, она направилась за дверь.

– Эй, капитан? – окликнул Виктора Рон.

Яров повернулся, заметив, что все бойцы не сводят с него взгляд.

– Почему тебя вернули к жизни после гибели на Гарпии?

Виктор медленным взглядом окинул их. Теперь он понимал, они чувствуют какой-то подвох. Совсем скоро им придется узнать, кто он на самом деле и какую роль сыграл в операции Валькирия. На на данный момент он не хотел мутить воду.

– Я не умирал, – ответил Виктор спокойным голосом, после чего последовал следом за лейтенантом Мэри Майкович.

Глава 5

– Что дальше капитан? Что дальше?

И если бы среди всех изобретений человечества нашлось хотя бы одно, способное поменять прошлое, Виктор Яров воспользовался бы им незамедлительно. Он бы вернулся в тот день, на несколько часов раньше до того, как в его руки попал фиолетовый цветок. Тогда он не познал его силы, и вся жизнь Виктора поменялась. Вернуться на Землю героем, стать в один ряд с лучшими бойцами звездного десанта, обеспечить себе жизнь о которой можно только мечтать. Подобное стало бы реальностью. Но тогда, Виктор не познал бы той тайны, которая окутала его сознание. Тайна, открывшая глаза на совершенно новый мир. Мир в который они ворвались со своим оружием и со своими законами. Мир, о существовании которого не подозревал ни один из воинов прошедших обе стадии Валькирии. Каждый из них умирал с полной уверенностью того, что сражается за правое дело. Именно так говорили в прессе на всех планетах, где обитали люди. Новости о колонизации Гарпии разлетались по всем космическим кораблям. Солдатам соболезновали и верили в их стойкость. А затем настало время тотального истребления, которое закончилось победой людей. Очередной победой тех, для кого независимость и демократия собственного вида превыше всех остальных форм жизни.

– Что дальше капитан ? Что дальше?

И снова кровавый след в его глазах. Он видел его отчетливо всякий раз, когда погружается в темноту.

– Капитан Яров, – женский голос выдернул Виктора из забвения. На несколько минут он отключился от реальности. Сознание провалилось в легкую дремоту, где незамедлительно принялось вырисовывать образы наиболее ярких воспоминаний.

Мэри Майкович стояла в дверном проеме каюты, глядя на мужчину.

– Вы будете присутствовать на собрании команды?

Виктор, ощущая усталость, поднялся с кресла, в котором задремал. Он вернулся из криогенного сна несколько часов назад, и тело нуждалось в отдыхе. Мышцам нужно время для восстановления, хотя нейрохимические препараты могли ускорить этот процесс, но Виктор не считал необходимым без нужды пичкать себя стимуляторами.

– Я буду через пять минут, только приведу себя в порядок.

Мэри ушла, и дверь с легким шипением закрылась. Поднявшись на ноги, он прошел в ванную. Крошечная комната с раковиной и душевой кабиной. Здесь было зеркало, пара полок для белья и средств гигиены. Все они пустовали. Включив холодную воду, он посмотрел на свое отражение. За семнадцать лет, проведенных в полном отключении лицо постарело. Мышцы поддерживались в тонусе для избежания атрофии после пробуждения, но потеряли более четверти своей массы.

Виктор снял футболку, оглядев свое тело. Ребра проступали из-под кожи. Ключица и плечи заострились, начиная принимать формы более подходящие для высушенного старика. Новые морщины и дряхлость проявились на лице и шее. Виктор выглядел старше своих лет. Возможно, оставшись вне тюрьмы, при помощи тренировок и здорового образа жизни, он смог бы сохранить более свежий вид. Но повезло еще, что не пришлось провести в тюрьме весь срок, иначе на выходе пришлось знакомиться с глубоким стариком.

Он повернулся правой стороной к зеркалу, поднял руку, глядя на ребра. На коже красовался шрам, полученный на Гарпии. Виктор провел по нему кончиками пальцев, ощутив рельеф. В памяти вспыхнула жгучая боль, словно кто-то клеймил его тело. Виктор вспомнил это чувство слегка поморщившись. Как сильно порой боль отпечатывается в памяти. Она навсегда остается в подсознании в нужный момент, подключая те рецепторы, которые пострадали во время нанесения травмы.

Виктор надел футболку, охладил ледяной водой лицо и вышел из каюты.

Со стороны капитанского мостика доносились голоса собравшихся, и как только он появился все обратили на капитана внимание.

Вероника Рей в этот момент разговаривала с Игорем Верновым и лишь мельком удостоила Виктора взглядом. Но Яров заметил, как в этот момент уголки ее губ затронула легкая улыбка.

Роберт Рон, вальяжно восседал на стуле, всей своей массой демонстрируя собственное превосходство над остальными. Встретиться с этим великаном в рукопашном бою – верная смерть. Все же масса мышц Роя в первую очередь ударная сила, ради которой приходится жертвовать скоростью и маневренностью тела.

Корон пил кофе, с наслаждением закрывая лаза после каждого глотка. Марсианин словно не замечал присутствующих и только когда вошел Виктор, легким жестом поприветствовал его.

Макс Броневой и Мэри Майкович сидели во главе стола и, по всей видимости, Макс уже пытался выудить хоть какую-то информацию о предстоящем деле.

– Наконец-то все в сборе, – сказала Мэри.

Виктор опустился на единственный свободный стул оказавшись между Короном и Вероникой. Рон сидел напротив него. Броневой и Майкович справа. Вернов слева.

В помещении стоял едкий запах молодых, разгоряченных тел. Феромоны и нейрохимические препараты прямо сейчас занимались последней стадией конструирования клонов. Температура тел на полтора градуса выше нормы, из-за чего даже обильный душ не смог сбить запах пота. В подобном состоянии команда продержится еще сутки. А после продолжительного сна их уже невозможно будет отличить от людей.

– Я собрала вас здесь не просто так, – начала Мэри, оглядывая присутствующих, – вы лучшие в своем роде. За каждым из вас подвиги, в которых раскрылись мужество и доблесть. Кто-то из вас перенес смерть. Кому-то это пришлось испытать не один раз.

Мэри кинула взгляд в сторону Игоря Вернова. Но мужчина совершенно с непроницаемым лицом, продолжал слушать слова лейтенанта.

– Теперь пришло время послужить новой цели, – Мэри провела рукой перед собой, в тот же момент в помещении слегка потемнело, и над столом появилась проекция планеты Гарпия. – Говорить о том, что это за планета нет никакого смысла. Каждый из вас знает сколько сил понадобилось людям для ее колонизации. И этот результат был достигнут. Мы смогли освоить новые территории, не уничтожив те формы жизни, которые противостояли нам.

Вместо планеты появился гарпиец. Он был похож на насекомое, стоявшее на двух ногах. По анатомии с человеком его связывала, пожалуй, только прямая осанка и наличие общих свойств со скелетом. Было видно строение ребер, плеч, бедер, шеи, но на этом сходства заканчивались. Кожа и кожные покровы напоминали рептилию и туго обтягивали скелет. На теле виднелись многочисленные отростки, являющиеся вспомогательными конечностями. Под нижней челюстью еще пара подобных отростков с острыми, костными шипами на концах. Вместо носа, длинные носовые пазухи в виде вертикальной щели, проходящей почти через все лицо.

Виктор знал, что у некоторых особей бывает по две и даже по три пары рук. Но у представленного напоказ гарпийца только две невероятно длинные руки с шипами на локтевых сгибах.

Роберт Рон в этот момент заскрипел зубами, сверля проекцию взглядом. В его лице Виктор увидел ярость и ненависть. Остальные смотрели на представителя иной расы более снисходительно.

– Мы оставили их в живых, – продолжила Мэри, – более миллиона гарпийцев.

– Почему вы это сделали? – спросил Виктор и вся команда перевела на него взгляды. – Первоначальной и единственной задачей миссии Валькирия, было уничтожение всех гарпийцев. Для подобного решения существовала весомая причина.

– Командование, вместе с представителями корпораций Земли, решили, что не имеют право полностью уничтожать какой-либо из видов живых существ, – ответила Майкович, – эти существа имеют полное право на существование, для этого их отправили на планету Астерия. Она необитаема, подходит для гарпийцев и на ней практически нет ресурсов. Только те, что необходимы для выживания.

– Их не стали уничтожать, но обрекли на голод и возможное вымирание естественным образом. Так?

Лицо Мэри стало строгим и испепеляющий взгляд уставился на Виктора. Ей не нравилось, что Яров вновь начинает разводить полемику да еще и на виду у всей команды. Но он хотел знать, почему было принято столь опасное решение.

– Со стороны гуманности они были правы, но ведь гарпийцы не те существа, которые просто так отступят, – продолжал Виктор.

– За планетой Астерия должны были создать контроль с воздуха, – ответила Мэри без злобы или раздражения в голосе. Стало видно, эта информация касается всех присутствующих. – При помощи дронов, мы могли вести контроль за рождаемостью и смертностью, держа колонию под контролем, при этом избегая прямого контакта. Таким образом, спустя несколько поколений в памяти гарпийцев стерся бы след переселения и уже новые представители воспринимали Астерию, как своей единственны дом.

– Почему вы говорите об этом так, словно этого еще не произошло? – спросила Вероника. – Ведь Альянс улетел по направлению к Иринеи семнадцать лет назад. Он должен был уже достигнуть своей цели и первые поселения…

Вероника замолчала, ощущая, как в помещении повисла тишина.

– Да потому что корабль не добрался до назначенной точки, – проговорил Виктор, скрестив руки на груди.

– Что?

– Как это?

Вопросы посыпались со всех сторон, но Мэри жестом попросила тишины.

– Это главная причина по которой мы тут собрались, – произнесла она, меняя проекцию на изображение космического корабля под названием

Глава 5

Даже в миниатюре он выглядел настоящим исполином. Такого огромного корабля людям еще никогда не приходилось строить. В него можно было вместить население целой планеты, со всеми их вещами, машинами, военной техникой, оборудованием для предприятий и другими космическими, грузовыми и военными кораблями. Альянс-5, предназначен для полетов колонистов. С его помощью люди перемещались по вселенной, заселяя новые планеты. Существовало еще четыре Альянса два из которых на данный момент двигались к своей цели сквозь вселенную, расширяя кругозор человечества до невообразимых расстояний. Они несли на своем борту новые поколения колонистов. А вот Альянс-5, оборудовали специально для переселения гарпийцев, разместив в нем полтора миллиона криогенных капсул и целый персонал роботов, которые должны были по прилету на Астерию, помочь гарпийцам освоиться в новом доме. Затем Альянс-5, вернулся бы на орбиту Земли для переоборудования под новую миссию.

– Спустя три года после отправки Альянса, корабль исчез со всех радаров, – продолжила Майкович, – ни один из зондов так и не смог найти его. Но была обнаружена аномалия, которая по мнению ученых могла повлиять на перемещение корабля.

– Черная дыра? – спросил Игорь Вернов.

– Телепортация, – поправил Макс Броневой, – в космосе существует множество аномалий, которые мы до сих пор не способны изучить. Они появляются и исчезают. Процент попадания в подобный телепорт равен одной миллионной процента.

– И именно в этот процент попал Альянс? – на лице Вероники отражалось не только удивление, но и легкое недоверие. Поверить в подобное так сразу не мог никто из присутствующих.

– И что теперь? – спросил Виктор, – мы должны его найти?

– Семь месяцев назад, спустя почти тринадцать лет, после своего исчезновения, Альянс был обнаружен в солнечной системе Нептун, – продолжила Майкович, выводя проекцию вернувшегося корабля. Его изображение зависло на фоне планеты полностью покрытой водой.

– Это довольно далеко от Астерии, – заметил Вернов.

– Но недалеко от нашего места нахождения, – добавил Корон. По всей видимости, марсианин очень хорошо разбирался в космическом пространстве.

– Через два земных дня мы подлетим к Альянсу, – продолжила Майкович, внимательно выслушав экипаж, – затем высадимся на него и должны будем проверить состояние корабля и всех, кто на нем находится.

– Вы хотите, чтобы семь человек, добровольно вступили на борт корабля на котором находится полтора миллиона существ, у которых мы отобрали планету? – Виктор буквально был ошарашен поставленной задачей.

– А что-то не так, капитан? – спросил Роберт Рон, впервые за все время разговора подав голос.

Мужчина сверлил Виктора недоброжелательным взглядом.

– Нам не о чем беспокоиться, ведь все гарпийцы находятся в криогенном сне, – улыбнулась Вероника, хотя в ее взгляде читалось волнение.

Но Виктор не обратил на реплику девушки внимания, его взгляд был прикован к фигуре Роберта. На мгновение их взгляды встретились.

– И хочу понять, что вас так волнует? – продолжал здоровяк, раскинувшись на стуле. Его расслабленный вид, всего лишь ширма. На самом деле Рон был почти на взводе. Такие солдаты, как он просто не мыслят себя без дозы адреналина. Любой конфликт, пусть даже словесный, это норма.

– Тринадцать лет, Альянс находился без присмотра. За это время на его борту могло случиться все, что угодна. – ответил Виктор. – Высаживаться без предварительной разведки на корабль – настоящее самоубийство.

Уверенность элитных солдат была ему знакома не понаслышке, но иногда, именно эта уверенность могла сыграть роковою шутку.

– А что насчет роботов? – спросил Игорь Вернов, обращаясь к лейтенанту Майкович, – разве вы их не посылали на разведку?

– По каким-то причинам, отправленные на Альянс андроиды, потеряли с нами связь. Мы отправляли две группы и каждая из них до сих пор не ответила. У нас есть версия – система безопасности корабля блокирует любой сигнал исходящий или проходящий на Альянс. Такое может быть, если на корабле сработала система безопасности.

– Чем это могло быть вызвано? – продолжал Вернов.

– Внештатной аварией. Возможно, во время гиперпрыжка, системы дали сбой. Бортовой компьютер перезагрузился и установил протокол безопасности.

– А вы не думаете, что во время перемещения через аномалию и после перезагрузки бортовых систем, криогенные капсулы могли отключиться? – спросил Виктор, переведя взгляд на Майкович.

– Вполне вероятно, – добавил Вернов.

– Мы конечно же учитывали и эту возможность, – терпеливо продолжила Майкович, – но перезагрузка систем занимает всего четверть секунды. За это время, даже если и было отключение камер, то после перезагрузки, компьютер подключил их вновь.

– Мы должны провести разведку, перед тем как высаживаться на Альянс, – добавил Виктор и не успел ни кто произнести ни слова, как Рон, прорычал:

– Где вы служили капитан Яров?

Все вначале посмотрели на здоровяка, но затем перевели взгляды на Виктора. Мужчина ощутил легкий укол. Вот этот момент, когда он должен открыть перед всеми свое лицо. Но мало кому придется по душе, продолжать миссию, зная, что в команде находится человек, признанный предателем.

– Подразделение космического десанта Сокол семнадцать, – сухо ответил Виктор и тут же Вероника вздохнула, глядя на мужчину.

– Ого, – проговорил Броневой и в его взгляде промелькнуло уважение, – вас осталось не более десятка, от пятисот человек.

– Четырнадцать человек, если быть точным, – добавил Виктор, не сводя взгляда с Рона.

– И девяносто процентов из погибших получили повреждение мозговых полушарий несовместимые с возможностью перерождения, – добавил Макс Броневой.

– Какую вы занимали там должность капитан   Яров? – продолжал допрос Рон, но в разговор вмешалась Мэри Майкович.

– К чему эти вопросы? – она строго посмотрела на здоровяка, но тот даже не удосужил женщину своим взглядом.

– Четырнадцать человек выжили, – продолжал Рон, – еще полторы сотни смогли вернуться к жизни благодаря клонированию тел. Каждый из них знает историю этой войны лучше, чем собственную биографию. Каждый из них знает, что гарпийцев отправили на Астерию. Каждый из них знает, как приветствовать погибших товарищей, поскольку эта традиция появилась в день окончания второй фазы Валькирии. И только один человек, побывавший там, не может знать всего этого. Тот, кого после первого провала Валькирии навсегда закрыли в криогенной тюрьме.

– Не навсегда, а на семнадцать земных лет, – поправил Рона Виктор, сам не понимая зачем произнес эти слова. Но они стали словно красной тряпкой для быка. В то же мгновение Рон вскочил со своего стула. Нейрохимия, преобладавшая в его крови, на несколько секунд сделала тело здоровяка подвижным и безупречно ловким. Виктор только успел подняться со стула, делая это очень медленно для сложившейся ситуации и уже через секунду, Рон, перемахнув через стол, вжал Виктора в стену.

Огромный локоть прижал шею капитана к стене, давя на нее всей массой. Их лица оказались на расстоянии друг друга в нескольких сантиметрах. Виктор чувствовал дыхание Рона, тяжелое, горячее, смешенное с запахом нечищенных зубов и съеденного несколько минут назад куска синтетического стейка.

– На нашем корабле предатель, – прорычал Рон, – среди погибших были мои друзья.

– И мои тоже, – прохрипел Виктор, ощущая, как кадык буквально вдавливается в горло.

– Отпусти его, приказываю! – выкрикнула лейтенант Майкович, но ее голос потерялся в суете, воцарившейся в помещении.

Все остальные, повскакивали со своих мест, устремившись к Рону. Виктор заметил чьи-то руки на плечах здоровяка, тщетно пытавшиеся оттащить Рона в сторону. Но боль в ломающейся шее заставила глаза прослезиться, и картинка поплыла. Виктор только отсчитывал секунды до того момента, когда его кадык сломается и проткнет гортань.

– Я убью тебя, – рычал Роберт Рон, – разорву на части, крыса!

– Отставить! Это приказ!

Голос Майкович уже доносился из темноты и вдруг хватка действительно ослабла. Через мгновение Виктор ощутил, как его кадык вернулся на место, заставляя кашель сотрясать тело. И среди капитанского мостика на мгновение воцарившейся тишины, до его