Сонный воин 3

Глава 1

Дверь с грохотом распахнулась, и в гостиную стремительно ворвался Александр Демидович Добровольский, мужчина в самом расцвете сил и могущества. Мастер и глава одной их ветвей Великого клана, пусть и младшей. Но под его рукой дела ветви шли всё лучше и лучше, и была немалая вероятность, что Добровольские поднимутся гораздо выше в клановой иерархии, пусть и не в этом поколении. Одно, два… время роли не играло. Кланы стоили свои планы на десятилетия вперёд, и тем важнее была забота о наследниках. Именно поэтому Александр Демидович бросил все дела и примчался домой, когда ему сообщили о болезни младшей дочери третьей жены.

Катерина росла здоровым и любознательным ребёнком, но, к сожалению, ей никак не удавалось пробудить внутреннюю силу, а без этого в среде аристократии она считалась бы инвалидом. Что, в свою очередь, повлияло бы на всю семью, да что там семью, всю младшую ветвь, сведя на нет все усилия главы. Конкуренты не упустят такого подарка и обязательно преподнесут информацию в нужным им свете, выставив Добровольского порченым. Личная сила была главным фетишем кланов, недаром же многие старики ещё придерживались традиции выбраковки. Три поколения неодарённых в семье, и она исключалась из реестра, выбрасывалась, словно сорняк с грядки. Жестоко, но только так можно было оставаться на плаву. И вот сейчас Александру Демидовичу говорят, что у младшей кризис, который может закончиться как прорывом и обретением силы, так и смертью. Поэтому глава и прибыл лично, ибо от исхода зависело будущее не только одной девочки, но и её матери с сестрой. Оставлять в семье порченые ветви Добровольский не собирался, как бы жестоко это ни звучало.

– Что там?! – вопрос был задан двум старшим жёнам, вскочившим при появлении мужа и главы. – Какие прогнозы?!

– Катерине стало плохо, мы вызвали Абрама Израилевича, – на правах первой жены начала Наталья Игоревна. – После осмотра он заявил, что дело в энергетике. Ядро девочки оказалось перенапряжено. Сейчас массажем и иглоукалыванием пытаются снять спазм, но пока ничего не получается.

– Проклятье! – Добровольский полоснул взглядом по застывшей в углу Анастасии, вцепившейся в платок с такой силой, что побелели костяшки. – Этого ещё не хватало! Как же не вовремя! Ладно, сам посмотрю, что там происходит.

– Александр! – кинулась было за ним вторая супруга, Арина Богдановна, не сумев сдержать волнения, но всё же взяла себя в руки, а глава рода распахнул двери в спальню дочери, и та, словно дожидаясь этого, стремительно понеслись вскачь.

– Берегись!!! – Абрам Израилевич, пожилой семейный врач, наблюдавший самого Александра Демидовича ещё ребёнком, вдруг метнулся от кровати, стараясь оказаться как можно дальше от изогнувшейся на ней девочки. – Осторожно!!!

А следом под визг Светланы Серафимовны, матери Анастасии и Катерины, её младшая дочь вдруг приподнялась над кроватью и шарахнула в разные стороны молниями. Если бы не реакция самого Александра Демидовича, и врача, и женщину, совсем забывшую про защиту и даже не накинувшую Доспех духа, просто зажарило бы до хрустящей корочки. Но глава не зря был Мастером и успел накрыть младшую дочь стихийным щитом, позволив безопасно выпустить накопленную энергию. Рукотворная гроза бушевала не меньше минуты, прежде чем девочка затихла и без сил рухнула на кровать. И стоило Добровольскому убрать защиту, к Катерине тут же кинулся доктор, ухватив её за запястье и начав проверять пульс и состояние организма.

– Что это было? – Александр Демидович в достаточной мере доверял семейному врачу, чтобы не мешать ему делать свою работу. – Это прорыв?!

– Это самое точное определение. – Доктор на секунду отпустил руку пациентки, но только для того, чтобы набрать в шприц лекарство и сделать укол. И пояснил для обеспокоенного отца: – Успокоительное. Катеньке нужно поспать. Давайте не будем ей мешать, хотя бельё хорошо бы поменять.

– Этим займутся. – Глава сделал жест рукой, и в комнату тут же ворвались горничные, принявшись максимально бережно обихаживать девочку, а взрослые Добровольские и врач вышли в гостиную, причём Светлане Серафимовне пришлось помогать. Она явно была в шоке и лишь после нюхательных солей немного пришла в себя, но всё ещё не была готова к диалогу, сидя на кресле, рядом с которым замерла Анастасия. – Так что случилось? Почему прорыв произошёл с такими спецэффектами?

– Если пружину сжать, распрямившись, она ударит, – пожал плечами старый доктор. – У Катеньки были проблемы с ядром. Оно не выпускало энергию, накапливая её внутри. В какой-то момент это могло стать настоящей проблемой, девочка бы сожгла сама себя, но произошёл прорыв, тут вы подобрали очень правильный термин. И случилось то, что мы только что видели. Высвободившаяся сила ударила во все стороны, не разбирая цели. Если бы не вы, Александр Демидович, боюсь, я бы больше не смог наблюдать вашу семью.

– Вы ещё меня переживёте, – отмахнулся Добровольский. – Скажите, чем это может грозить Катерине? В дальнейшем будут какие-нибудь проблемы?

– Конечно, понаблюдать за ней стоит, – кивнул Абрам Израилевич. – Ядро пока ещё не стабилизировалось, но в течении суток должно прийти в норму. Что до будущего, то проблем быть не должно. Подобные случаи поздней инициации довольно подробно описаны в научной литературе и былинах. Самый известный из них – Илья из села Карачарова. Он совершил прорыв в тридцать три года и сразу получил ранг Виртуоза. Это, конечно, во многом легенда, но логическое обоснование у неё есть. Действительно, те одарённые, что проходили такую взрывную инициацию, или прорыв, если вам угодно, обычно добивались достаточно значительных высот в развитии. Так что поздравляю, Александр Демидович, вам достался настоящий бриллиант.

– Но, если отложенная инициация даёт настолько положительный эффект, почему её не используют? – вмешалась в разговор первая супруга. – Нам вы о подобном даже не говорили!

– И не сказал бы, – пожал плечами пожилой доктор, ничуть не испугавшись мелькнувших в голосе женщины ноток угрозы. – Не буду скрывать, подобные исследования велись, но все учёные сошлись в одном – это слишком опасная и непредсказуемая процедура. Если снять блокировку слишком рано – не будет никакой пользы, если чуть задержать – инициируемый просто сгорит. Причём никто не даст гарантии, что, если угадать время с точностью до секунды, процесс пройдёт удачно. Вполне возможен и негативный, и даже летальный исход. Да и сам по себе блок нужен особый. Подавители Ломоносова-Кюри не подходят, они блокируют только внешние проявления, но внутри тела энергия никак не сдерживается. В общем, слишком сложно с непредсказуемыми результатами, чтобы хотя бы попытаться. Поэтому врачи и наставники молчат, чтобы не давать и тени надежды.

– Нужно усерднее тренироваться, а не мечтать о несбыточном! – отрезал Александр Демидович. – Благодарю за то, что сразу откликнулись, Абрам Израилевич. Вы всегда желанный гость в нашем доме.

– Это моя работа, – с достоинством поклонился врач. – И, с вашего позволения, я вернусь к пациентке. Сейчас ей ничего не угрожает, но всё же лучше присмотреть. И ещё, Светлане Серафимовне тоже не мешало бы отдохнуть. Всё же потрясение было слишком велико.

– Да, конечно, – покосился на жену глава. – За это не беспокойтесь. Анастасия, отведи мать в её комнату.

– Хорошо, отец. – Девушка послушно подхватила маму под руку, помогая подняться. – Мама, пойдём. Тебе нужно отдохнуть.

– Катя. – Светлана Серафимовна ещё не пришла в себя и плохо понимала, где находится. – Мне нужно к Катеньке. Ей плохо. Я должна быть с дочкой.

– Да, да, мы обязательно пойдём к Кате, как только ты немного отдохнёшь. – Слабость матери резала Анастасию как ножом. Позже им всем этот эпизод обязательно припомнят, но всё же девушка не позволила ни единой ноте раздражения прорваться в голосе. Маму она нежно любила, хоть и признавала, что та была совершенно не приспособлена к клановым интригам. – Идём, мама, идём со мной. Я тебе помогу.

Светлана Серафимовна, всё ещё находясь под влиянием шока и лекарств, данных ей семейным доктором, послушно поднялась и направилась туда, куда её вела дочь. Последние месяцы измотали молодую женщину. Младшая дочь уже миновала период пробуждения и с каждым днём надежды на инициацию становилось всё меньше. И вместе с этим падал авторитет Светланы в семье. Дошло до того, что муж принялся всерьёз обдумывать предложение Бжостовских о браке Анастасии с Казимиром, наследником рода.

Раньше подобное было невозможно представить. И дело не в том, что Бжостовские не были им ровней, по части родовитости поляки могли дать фору многим, но именно из-за этого они имели непомерный, даже по мнению других аристократов, гонор. Из-за этого с ними мало кто хотел сотрудничать, но всё же деньги есть деньги, а их у шляхтичей хватало. Кстати, происхождение данных богатств было ещё одной причиной, по которой с Бжостовскими не хотели иметь дел. Уж слишком странным казалось появление капитала, когда у рода нет ни крупных предприятий, ни месторождений, ни успешных торговых компаний, а деньги откуда-то берутся.

Это заставляло подозревать поляков в связях с криминалом, и в не покровительстве уличных банд, чем занимались практически все, а в участии в по-настоящему опасных вещах. Торговля оружием, наркотиками, похищение людей, особенно одарённых детей, на которых всегда был спрос. За руку шляхтичей никто не ловил, но слухи ходили. И в свете этого брак наследника был под большим вопросом. Но тут у Добровольских образовалась наследница, которой не жалко было пожертвовать, и Бжостовские сделали крайне щедрое предложение, заставившее даже главу клана задуматься. Девчонка, по сути, никакой ценности из себя не представляла. Мать её была из мелкого свободного рода, едва сводящего концы с концами. Если бы она и сестра показали какие-то особые способности, тогда ещё можно было бы подумать, а раз младшая до сих пор не пробудилась, имело смысл обменять гнилое семя на деньги. И сейчас всё резко поменялось, заставив главу рода серьёзно задуматься. И не его одного.

Анастасия довела засыпающую под воздействием лекарств мать до её спальни и сдала на руки горничным, тут же принявшимся суетиться вокруг хозяйки. А сама девушка, с трудом сдерживая торжествующую улыбку, шмыгнула на кухню. После школы она даже не успела поесть, настолько спешила обрадовать сестру. А затем дико перепугалась, когда Катю начало корёжить. В тот момент она прокляла Моргунова самыми страшными словами, которые только могла придумать, мысленно пообещав себе, что уничтожит его семью, если с сестрой хоть что-то случится. Но чудо! Зелье сработало, и теперь Катюша не просто стала одарённой, а сразу прорвалась на ранг Воина с отличными перспективами на будущее. Это кардинально меняло расклад в семье, в том числе для самой Насти. Но, кроме облегчения от того, что всё так удачно сложилось, девушка ощутила жуткий голод и собиралась заморить червячка, схомячив такой вредный для фигуры, но вкусный бутерброд. Сегодня было можно.

Анастасия заканчивала стоить многоярусный сандвич, когда звонкий хлопок пощёчины заставил её замереть, словно мышь под веником. Рукоприкладство в их семье было не принято, бить слуг считалось моветоном и уделом нуворишей, недостойных звания истинных аристократов, поэтому девушка не сомневалась, что это конфликт кого-то из семьи, и тихонько, на цыпочках подкралась поближе к двери, чтобы услышать, что там происходит. Интуиция во весь голос визжала, что это точно связано с пробуждением Катерины, и девушка не ошиблась. Более того, ей пришлось зажать рот, чтобы не выдать себя случайным звуком, ведь там было что послушать.

– Я всегда знала, что ты дура. – Голос первой жены сочился презрением и надменностью. – И не строй из себя святую невинность. Последнему идиоту понятно, что с Катей это твоя работа. Ну и чего ты добилась? Довольна?

– А если знала, почему не помешала?! – Змеиное шипение Варвары Анджеевны, второй супруги отца Насти, было сложно спутать с чем-то другим. – Сдала бы меня мужу. Или испугалась?!

– Тебя? – Насмешку в голосе Натальи Игоревны можно было взвесить. – Не льсти себе! Ты, конечно, родом из сильного клана, даже из правящей ветви, но они выкинули тебя, как только появилась возможность. Иначе почему ты лишь вторая? Нет, мне просто было плевать. Пока не трогаете моих сыновей, хоть сожрите друг друга. Но сейчас всё поменялось, и случилось это из-за тебя! И в целом мне плевать, на позициях Саши и Алексея как наследников это никак не отразится, всё же Катя ещё слишком мала, к тому же девочка.

– Так чего ты так переполошилась? – Вторая супруга тоже могла в ехидство. – А! Это потому, что теперь Александр ни за что не отпустит её из рода! И если девка действительно станет хотя бы Гроссмейстером, то…

– То ничего не будет, пусть даже она будет Виртуозом, – надменно оборвала её Наталья Игоревна. – Катя девочка, это накладывает свой отпечаток. Вот её дети вполне смогут побороться за лидерство, но до этого момента ещё нужно дожить. И я предупреждаю тебя, сучка, если с девочкой что-то случится, я лично удавлю тебя. И ты, жалкий Воин, ничего мне, Ветерану, не сделаешь. А начнёшь ерепениться, расскажу мужу о твоих проделках. Как думаешь, что он с тобой сделает?

– Ты не посмеешь! – А вот уверенности в голосе Варвары особой не было. Наталья была права, когда ткнула её носом в скоропалительное замужество не на лучших условиях. Собственно, она и в это дерьмо с Катериной влезла только потому, что её дети не показывали даже уровня Насти, не говоря уже о старших наследниках. И, подставив Серафиму, Варвара планировала улучшить свои позиции, но получилось всё совсем наоборот.

– А ты проверь. – В голосе первой супруги не чувствовалось ни малейшего сомнения. – Давай, попробуй. Рискни своей жизнью. Ты, сучка, забыла одну очень важную вещь. Нельзя трогать своих, особенно детей! Мы можем как угодно относиться друг к другу, спорить за старшинство, интриговать. Это нормально. Без этого случится застой, и нас обойдут другие, более наглые и пробивные. Но если ты поднимаешь руку на ребёнка в своей семье – это означает лишь одно: вскоре её не будет. Тебе повезло. Крупно повезло, что Катя выжила. Но это твой последний шанс. Ещё одна ошибка – и тебя просто не станет. Уяснила?

Вместо ответа раздалось цоканье каблуков удаляющейся Варвары. Её походку Анастасия узнала бы где угодно, но сегодня перестук звучал как-то нервно, дёргано, словно обладательница туфель хотела как можно быстрее оказаться подальше отсюда, но при этом старалась не сорваться на бег и сохранить достоинство. Оно и понятно, после такой отповеди только и остаётся, что держать хорошую мину при плохой игре. А в том, что её игра была очень плохой, девушка была полностью уверена, расклад поменялся, и даже если Наталья Игоревна не стала союзницей, то как минимум перестала быть врагом.

– Всё слышала? – А вот этот вопрос застал Анастасию врасплох, отчего она смогла лишь молча кивнуть. Впрочем, первой супруге, почти беззвучно появившейся на кухне, этого было достаточно. – Хорошо. Скажу прямо, мне на тебя плевать. Но даже будущий Гроссмейстер – это серьёзно и значительно повышает статус нашего рода в клане. А значит, у моих детей будет больше возможностей, и Бжостовские в качестве сватов никак не вписываются в эту картину. Насколько я знаю, ты тоже не в восторге. Поэтому предлагаю союз. Я помогу тебе избавиться от ненужного сватовства. Ты же будешь знать своё место и поддержишь моих сыновей.

– Почему вы предлагаете это мне, а не матери? – Анастасия сумела справиться с голосом, чтобы он звучал ровно. – По статусу она должна решать такие вещи.

– Твоя мать слаба, – слегка поморщилась Наталья Игоревна. – С ней договариваться бесполезно. Она никогда не пойдёт против воли Александра, пусть даже это будет означать её конец. Ты же меня очень удивила. Не отрицай, я знаю, что это ты помогла сестре пробудиться. Как именно – понятия не имею, но это явно было что-то особое. Варвара постаралась испортить Кате жизнь, и убрать это просто так было невозможно. И по всему выходит, что ты не просто умеешь думать, но и можешь бороться за своё счастье. Это хорошо, семья должна быть сильной. Поэтому я и говорю с тобой. Так понятно?

– Вполне. – Настя ощущала внутреннюю дрожь, но никак этого не проявила. – Я согласна. Тем более у меня никогда не было мысли бороться за главенство в очереди наследования.

– Прекрасно, – с довольной улыбкой кинула первая супруга. – Приятного аппетита. И дружеский совет. Не теряй контакты тех, кто тебе помог с Катериной. В мире что-то происходит. Возможно, нам ещё не раз придётся к ним обратиться. И будет лучше всего привязать таких людей к нашему роду. У нас найдётся, чем им заплатить. Надеюсь, ты это понимаешь.

Глава 2

– Значит, у меня всего неделя. – Тим сидел в любимом ротанговом кресле, глядя на фиолетовые джунгли, и пытался не нервничать. – За-ши-бись! Нет, к этому времени надо обязательно сварить зелье пробуждения для Ирки. Вдвоём будет легче отбиться, если что. Да, Птах?

Казуар на секунду оторвался от странного жука, которого выколупывал из очень твёрдой хитиновой оболочки, и, поняв, что хозяин просто играется, вернулся к своему занятию. Тим же ответа и не ждал. Ему было о чём подумать после сегодняшних приключений в школе. Хорошо ещё, что всё удачно закончилось, хотя это смотря для кого. Бжостовский, например, нажил себе врага в лице Гагина. Успокоившись, Павел понял, что его просто использовали, и это ему очень не понравилось. Причём настолько, что он не стал на месте предъявлять претензии Казимиру, но обиду затаил всерьёз.

Ещё из хорошего было то, что Гагин оплатил срочный вызов лекаря, поставившего Тима на ноги. Да и в целом оказался довольно приятным в общении парнем, хоть и немного помешанным на драках. В итоге ребята договорились провести ещё один бой, на этот раз без сюрпризов и без подавителей. Секундантами решено было взять Александра Сергеевича и одного из Ветеранов рода Гагина. В принципе, этого должно быть достаточно, чтобы ребята не убили друг друга, но Павел так же пообещал привлечь за свой счёт лекаря, на всякий случай. Единственное, что бой решили провести через две недели, чтобы не рисковать проведением фестиваля, но это были ничего не значащие мелочи.

Куда сложнее оказалось уговорить физрука не подавать прямо сейчас информацию о том, что Тим стал одарённым, да не просто, а в ранге Воина. Это был сюрприз уровня информационной бомбы, пусть даже местного значения. Одарённых в мире было не то чтобы много, скорее, наоборот, но и за каждым Учеником никто бегать не собирался. Но вот Воин в таком возрасте – это уже серьёзно. И ладно бы Тимофей был клановым или принадлежал к Слугам какого-то рода, но за спиной у юноши не было солидной поддержки, что делало его лакомым куском в глазах рекрутёров наёмных отрядов и дружин аристо из тех, что были помоложе и не стеснялись брать к себе людей со стороны.

Ну и про бандитов забывать не следовало. Не тех травоядных уличных хулиганов, которые даже деньги у мелких лавочников не умели вымогать. Те платили им, скорее, по привычке и из-за существующих традиций, а настоящих, которые заправляли всей теневой жизнью города. Азартные игры, проституция, наркотики, оружие, нелегальное ростовщичество, всё это требовалось защищать и развивать. А значит, нужны были бойцы, причём одарённые, и чем выше рангом, тем лучше. Для них не связанный ни с кем пацан был подарком небес. Хотя присутствие рядом Анастасии и могло послужить некоторым прикрытием, но, опять же, официально Тим в её свиту не входил и Слугой рода не являлся. Значит, имелся простор для манёвров.

Хотя вот кого меньше всего Тим опасался, так это именно представителей организованной преступности. Даже при поддержке аристо они играли на поле государства, а империя и император, в частности, довольно ревниво относились к попытке кошмарить своих граждан. Не сказать, что это им всегда прям удавалось, но именно в этом случае Тим был уверен, что полиция вмешается. Семья твёрдого среднего класса, одарённый ребёнок, тут к гадалке ходить не надо, чтобы предсказать реакцию государственных структур. Другой вопрос, что после этого тут же начнётся агитация, пойти служить в те или иные силовые подразделения, но это частности, и в целом варианты там имелись.

А вот кто действительно напрягал Тима, даже сильнее Добровольских, могущих записать его в свой актив, так это родители. И дело даже не в том, что рассказала сестра, в какие-то страшные семейные тайны Тимофей попросту не верил. Хоть и вспомнил, что почему-то не смог сразу получить «Оценкой» девичью фамилию матери, да и в целом ничего о её родне не знал. Но, даже если она бывшая аристо, исторгнутая из рода, это мало что меняло. Ещё будучи затюканным ботаном, Тим часто мечтал, чтобы внезапно для всех оказался клановым. Мол, мама потерялась в детстве, а сейчас её нашли, и все они вжух! И стали аристократами! Но, к сожалению, это так не работало.

Начиная с того, что клановые дети просто так не пропадали, а если уж случилась оказия, то прошерстили бы всё от и до, но нашли свою кровь. На этом и держалась кланово-родовая структура. Один за всех и все за одного. Но всё же вариант вылететь из аристо имелся, и назывался он отсечением. Как от дерева заботливый хозяин отсекал усохшую ветвь, так и кланы выкидывали не способных пройти пробуждение. Не сразу, лишь третье поколение подряд не могущих стать одарёнными, но подобная практика существовала до сих пор и даже имела юридическую форму. И вот по ней исторгнутые или отсечённые не становились полностью свободными, чего, видимо, и боялись родители. Клан мог вернуть в род их или их детей, если для этого появится основание, но работало это далеко не всегда.

Причин, почему кланы не пользовались процедурой возврата, могло быть масса. Начиная от недостаточной силы пробудившихся детей, заканчивая избытком членов клана. Такое тоже случалось. К тому же аристократы с большим вниманием подходили к воспитанию подрастающего поколения. И признать своим неуча было опасно для самого рода. А ну как он по своему незнанию оскорбит кого или ещё чего учудит? Кто отвечать будет? Правильно, весь клан. Поэтому Тим с большим сомнением относился к страхам сестры и родителей, но и развенчивать их не спешил. Он не знал истории матери, ни целиком, ни в частностях. Вполне возможно, там было что-то эдакое, что заставляло её волноваться. А может, и ничего не было, и он всё себе надумал, этот вариант юноша тоже вполне допускал. Поэтому готовился открыть всё через неделю, а параллельно решил поискать возможность проконсультироваться у знающего юриста. Хуже уж точно не будет.

– Ладно! – Тим решительно допил компот, самолично сваренный из сине-фиолетовых фруктов, напоминающих одновременно яблоки и апельсины, и, стукнув стаканом по столу, поднялся на ноги. – Неделя у нас ещё есть! Поэтому сегодня идём на Туманные тропы!

Птах, словно поняв, о чём речь, встрепенулся, опасливо поглядывая на хозяина. Прошлый поход едва не закончился гибелью отважного казуара, и пусть это ничуть не изменило его боевого духа, но заставило стать немного осторожнее. Хотя, в принципе, Птаху понравилось. Да и странные фиолетовые жуки и капибары оказались довольно вкусными. Поэтому он был согласен, о чём и заявил своим жутковатым курлыканьем.

Подготовка много времени не заняла, разве что на этот раз Тим взял куда больше разных зелий. После первого рейда на Туманные тропы он осознал, что зельеварение его козырь, который парень по собственной глупости не использовал. Ладно зелье «Бодрости», его Тимофей таскал уже постоянно. Но почему не взять то же лечебное зелье, что помогло Змее и остальным больным из её района? Что, он не мог подцепить какую-нибудь местную заразу? Да запросто!

В итоге в качестве подготовки Тим несколько часов провёл за алхимическим столом. А потом ещё почти час пытался грамотно всё разложить, чтобы самые необходимые зелья были под рукой. Та же «Бодрость» или кровоостанавливающее, такое тоже нашлось в рецептах, и юноша корил себя за то, что раньше не разобрался с ними. Отдельно в прочную коробочку легли яды самого разнообразного применения. Как показала практика, они были способны очень на многое, так что Тимофей не собирался отказываться от такого оружия.

По оружию и амуниции никаких изменений не произошло. Тим не был настолько опытным, чтобы тасовать броню и палки-ковырялки, подбирая лучшие на текущий момент. Да и что его ждёт на Туманных тропах, тоже было большим вопросом. Не таскать же с собой вагон разного барахла? Конечно, в этом вопросе могла серьёзно помочь Мистическая оружейная Магуса, но тратить драгоценные токены, забивая её обычными предметами, Тимофей категорически не собирался. Вот попадётся что-нибудь стоящее, тогда да. А так пока на плечи привычную бригантину, за спину щит, на голову бацинет с бармицей, но без забрала, на бок шестопёр, на другой боевой нож типа сакса, за голенище засапожный нож, на руки боевые перчатки, и Тим к походу готов.

Разве что на этот раз в сидор отправился запас хорошо прожаренного мяса капибар, фрукты и вода. Да, Тим не выдержал и попробовал на вкус зверюшек, обитающих в джунглях. Оказалось, весьма неплохо, хоть и необычно на вкус. Слишком сладко, но в целом съедобно, особенно с приправами. Но в походе не стоит привередничать, да и запить было чем, парень нашёл и пометил несколько родников с чистейшей водой, которой и наполнил пару фляг. И теперь был готов к длительному путешествию, главное, чтобы в реале оно уложилось всё в ту же ночь. С этим пока было совсем непонятно, но Тим рассчитывал и этот вопрос по ходу рейда прояснить.

– Ну что, Птах, готов? – Остановившись перед воротами, Тим в последний раз осмотрелся, попрыгал и, подозвав казуара, толкнул створку. – Открыть путь на Туманные тропы!

За время отсутствия Тима обстановка в межмирье не изменилась. Тут по-прежнему клубился серый туман, скрадывая очертания предметов, под ногами стелилась тонкая тропка, уходящая куда-то в серый сумрак, но кое-что стало другим. Точнее, сам Тим изменился, и теперь он действительно видел путь. Дорожка подсвечивалась боевым интерфейсом, а на карте можно было разглядеть тонкую ниточку пройденного пути. Да, она работала! Как и мини-карта, правда, от последней толку было немного, радиус покрытия был минимальным, да и вокруг не имелось ничего, что могло бы там отобразиться, но сам факт правильной работы навыка привёл Тима в абсолютный восторг. Всё получилось так, как он задумывал, отчего настроение скакнуло вверх, а идти стало легко и приятно.

Правда, через несколько часов эйфория испарилась, оставив после себя сладкий привкус победы, но на окружении это никак не сказалось. Вокруг по-прежнему стелился серый туман, иногда встречались перекрёстки троп, на которые Тим не спешил сворачивать, и больше ничего не менялось. Спустя три часа по таймеру парень остановился перекусить мясом и фруктами, покормил Птаха, запил всё водой из фляги и двинулся дальше. И почти сразу же замер, ошарашенный тревожным сигналом Системы.

На мини-карте неподалёку от Тима мигала огромная красная точка, а реале притихший парень видел, как в густом тумане что-то движется. Нечто гигантское перемещалось, наплевав на любые тропы и, судя по всему, это нечто было смертельно опасно. Единственным правильным решением было затаиться, замереть, прикинуться мёртвым, и даже неугомонный Птах проникся, застыв без движения и, кажется, даже перестав дышать. Сам Тимофей тоже словно закаменел, чувствуя, как на него накатывают волны ужаса и безумия. Организм кричал ему, что надо бежать, удирать, оказаться как можно дальше от этого монстра, но парень не двинулся с места и, даже когда буквально в нескольких метрах через тропу рухнуло громадное щупальце с пастью на конце, не пошевелился, но скорее, потому что у него отнялись руки и ноги. Судя по размерам, одно это щупальце могло сожрать Тима целиком.

Каким может быть сам монстр, Тим даже не задумывался. Не зря говорят, любопытство сгубило кошку, и быть той самой кошкой парню никак не хотелось. Поэтому он сидел, как мышь под веником, даже когда чудовище удалилось и Система затихла. И лишь через полчаса после этого посмел пошевелиться. Но не стал рассусоливать, а рванул вперёд, словно за ним черти гнались, едва-едва придерживаясь тропинки и бездумно сворачивая на перекрёстках, лишь бы оказаться как можно дальше от грёбаного монстра. А пришёл в себя, лишь когда осознал, что стоит на такой же плите, что была во дворе его донжона.

Только та не светилась узорами голубого цвета и не имела на карте подписи «Телепорт». Правда, следующие несколько секунд Тим тупо таращился на это чудо, не понимая, что происходит, и лишь потом до него дошло. Игровые аналогии продолжались, и сейчас перед ним лежала точка быстрого перемещения в нужную локацию. Это означало, что можно не тратить несколько часов на нудное и, как показала практика, весьма опасное перемещение, а из домена прыгнуть прямо сюда. Правда, вставал вопрос, а не может ли кто-то чужой так же попасть к нему в домен, но разбираться с этим парень решил по возвращении.

Сейчас же он взбодрился, готовый двигаться дальше, и с новыми силами отправился в путь. Ведь если есть телепорт, значит, кто-то должен им пользоваться. Да и тропа под ногами стала напоминать не лесную стёжку, едва проглядывающую из травы, а торную просёлочную дорогу, по которой частенько ходят путники. И, по логике, это могло означать только одно – где-то рядом находится целый мир, где владеют секретом путешествий по Туманным тропам.

Стараясь никуда не сворачивать, Тим двигался по дороге, при этом сбавив скорость и внимательно вглядываясь в туман. По той же логике, там, где ходят люди, ну, или другие разумные существа, вполне можно было напороться на неприятности. Пусть не на гигантского монстра, но получить кусок стали в живот тоже приятного мало, а эффект тот же. Смерть. Хотя кто знает, может, оказаться в желудке твари, спокойно бродящей в тумане межмирья, куда хуже обычной гибели, но проверять Тим не хотел категорически. Поэтому берёгся, осторожничал, но так никого и не встретил вплоть до самого тумановорота, означавшего врата в реальный мир.

Раздумывал Тим недолго, правда, перед тем как вступить в новый и неизведанный для него мир перекусил и покормил Птаха. Кто знает, что за ситуация будет на месте, может, сразу придётся сражаться или бежать. Лучше быть готовым ко всему. Так что активировал врата юноша, держа в руках чакрамы и приготовившись к бою. Но обошлось. Вокруг полянки, где они с казуаром появились, никого не было.

Да и в целом место было ничем не примечательное, то, что здесь имеется что-то потустороннее, выдавал разве что ведьмин круг из грибов. Причём мухоморов, Тим узнал их с первого взгляда, да и «Оценка» подтвердила. И указала на наличие в грибах маны. Видать, из-за соседства с вратами они напитались и стали довольно ценными ингредиентами. Так что Тим немного затарился, попутно выиграв спор с Птахом, что их есть нельзя. Ещё ему казуара-берсерка здесь не хватало. Тот и так был без башки, а нажрётся мухоморов, где его ловить?

Следующий час Тимофей провёл, разглядывая природу нового мира, и пришёл к выводу, что в целом она мало отличается от земной. Да, здесь были незнакомые виды деревьев и трав, но гораздо больше было родных берёз, осин и разных клёнов. Это, кстати, парень определил мгновенно, поскольку здесь царила золотая осень, самое начало, когда ещё довольно тепло, но деревья уже сменили наряд с зелёного на пёстрое разноцветье красок. Выглядело это потрясающе, особенно учитывая, что лес был чистым, без коряг и бурелома, светлым и красивым. Так и хотелось бродить по нему с фотоаппаратом, а лучше с подругой, гоняться за ней, кидаться листвой и всячески наслаждаться осенью, как советуют в модных пабликах.

Тим даже был готов на фотосессию в стиле гламур, ну, вот эту, которую обязательно выкладывают модные девчонки. С кленовыми листьями, в кленовых листьях, возле листьев и всё такое. Правда, Лиса бы на такое никогда не пошла, скорее, подняла бы его на смех. А вот Маша… Тимофей задумался. У него впереди было свидание именно с этой девочкой, да и время года подходящее. Может, действительно стоит вытащить её в парк… размышления парня были грубо прерваны, когда за очередным куском скалы, торчащим из земли, обнаружилась волчья стая, загнавшая на дерево двух неосторожных путников.

Волки посмотрели на Тимофея, Тим посмотрел на волков. Потом посмотрел на Птаха. Казуар тоже поглядел сначала на хозяина, потом на волков, потом снова на хозяина. А после все вдруг пришли в движение, кинувшись кто куда. Волки на Тима, Тим на скалу, а Птах, как самый отмороженный, на вожака волков, седого самца размером с лошадь, уровень опасности которого равнялся девяти единицам. Впрочем, даже если бы казуар это знал, ему было бы пофиг. Он натерпелся ужаса по дороге и сейчас хотел расквитаться за всё. И плевать, что волки ни в чём не были виноваты, нечего бродить там, где ходит сердитый птиц!

Глава 3

– Птах, назад!!! – Тим притормозил, пытаясь остановить безумного казуара, но было уже поздно. Лесные волки с третьим рангом опасности оказались шустрыми, первые уже добежали до несущегося им навстречу петуха-переростка и даже попытались его схватить, за что тут же поплатились: один вспоротым брюхом, другой пробитой прочным клювом головой. – Да чтоб тебя!!!

Делать нечего, нужно было выручать товарища, а к Птаху Тим относился как к другу. Слишком много им довелось вместе пройти. Поэтому парень с матерным выдохом метнул чакрамы в набегающую на казуара стаю, а сам, наложив на себя Доспехи мага, рванул дальше к скале. Расстояния от неё до разгорающейся схватки было достаточно для использования метательного оружия, а учитывая частичное самонаведение чакрамов, и вовсе не приходилось думать о промахах. Да и волков хватало, навскидку Тим насчитал штук тридцать крупных особей. По такой толпе ещё поди промахнись. Ну и напоследок, чтобы помочь Птаху отбиться, юноша задействовал «Жуткий вой».

Вот тут удивились все. И волки, на которых он практически не подействовал, и Тим, не ожидавший отсутствия эффекта, и седой вожак, который до этого считал, что подобные действия – это лишь его прерогатива. Он, кстати, почти сразу же попытался восстановить статус-кво, завыв, но и на Тима его навык никак не повлиял. А Птаху изначально было пофиг, он даже на секунду не замедлился, вспарывая бок очередному серому хищнику. Двое других, уже собиравшихся вцепиться наглой птице в лапы, отлетели, поражённые ударами чакрамов с вложенным заклинанием. Кулак ветра, как всегда, сработал идеально, но вот с остальным возникли проблемы.

Не зря «Оценка» дала волкам третий уровень опасности, соответствующий рангу Ученика в родном мире Тима. Пусть у них не имелось каких-то особых черт, но звери реально были матёрыми. И крепкими. Поэтому если прямое попадание ещё наносило серьёзный урон, то рикошеты уже не слишком-то и вредили, лишь надрезая шкуру, что практически не сказывалось на общем состоянии хищников. Они по-прежнему рвались вперёд, в надежде закусить наглым петухом-переростком и его хозяином. И ситуация складывалась весьма угрожающая. Пока ещё Птах оставался целым, но, если на него навалится вся стая… Тиму чуть не поплохело от осознания того, что он не сможет отбить пернатого друга.

– Назад!!! Птах, назад, это приказ!!! – Сам юноша довольно быстро заскочил на ближайший камень и оттуда уже принялся орать на казуара. – Уходи оттуда, мать твоя курица, тридцать три раза её через колено и в суп!!! Я кому сказал?!! Клянусь, если сдохнешь, я тебя заново призывать не буду! Я лучше собаку какую возьму, они, может, не такие боевые, но хоть мозги в голове есть!!!

Неизвестно, что подействовало, упоминание куриной матери или обещание заменить казуара собакой, но Птах наконец-то сообразил, что врагов слишком много и пора валить. А раз хозяин зовёт, можно сделать это красиво, под благовидным предлогом, и, развернувшись, бросился бежать, по пути огрев по морде ещё одного хищника, желающего вцепиться ему в лапу. Похожий на серп коготь большого пальца вспорол шкуру волка, только чудом не перерезав ему глотку, но из ряда бойцов тот явно выпал. Больше никто не успел покуситься на шуструю птицу, сразу втопившую по максимуму и всего за несколько секунд добежав до Тим, где стремительно взбежала по камням, устроившись даже выше хозяина.

– Ну всё, собаки страшные, хана вам! – убедившись, что его помощник в безопасности, Тим рванул с пояса склянку с самым летучим ядом, швырнув её прямо в стаю. – Жрите, твари!!!

Яд вырвался из разбитой колбы плотным зелёным облаком, накрыв сразу несколько зверей. Те словно наткнулись на стену, вдруг прекратив погоню, и принялись со скулением тереть морды. Этот яд был куда слабей того, которым Тим убил обезьянопарда, но той дозы хватило бы и высшему демону. Сейчас же и доза, и действие были куда меньше, но даже так волкам явно пришёл карачун, причём довольно жестокий. Остальные звери рванули от облака, подсознательно ощущая его опасность, но Тим недрогнувшей рукой порывами ветра заставил отраву разнестись по лесу.

– Врёшь, не уйдёшь! – Пусть подобное было неспортивно и кто-то мог бы его осудить, но Тимофей предпочитал эффективность эффектности, а яды были его самым сильным оружием. – Хрен я вас отпущу! Э!!! Ты чего делаешь, падла?!!

Возмущение юноши было понятным, он мнил яд эдаким абсолютным оружием, wunderwaffe, способным справиться с любой проблемой, но видя, как на земле корчатся пять волков из его стаи, а летучее облако догоняет остальных, заставляя и их скулить от нестерпимой боли в глазах и носу, в дело вступил седой вожак. Буквально одним рывком он оказался возле смертельно опасной тучки и дохнул на неё белым паром. И казавшееся ещё миг назад непобедимым тайное оружие Тима выпало на землю пусть и смертельно опасной, но уже совсем не летучей росой. А вожак, оскалившись, уставился на парня, в шоке взирающего на столь бесславную кончину его wunderwaffe.

– Вот ты реально собака страшная! – Тим оскалился, глядя прямо в глаза «Морозному Волку (7). Вожак стаи. Аспект – лёд» и сжимая в кулаках чакрамы. – Ну, давай потанцуем! Только ты и я!

Вожак рыкнул так, что оставшиеся листья посыпались с деревьев, но Тим с удивлением понял, что волк принял его вызов. Один на один, клыки и когти против стали и магия против магии. Морозный волк был гораздо умнее обычных животных и многое повидал, поэтому в очередной раз собирался показать свою силу не только перед своей стаей, но и перед двуногими лысыми уродами, с которыми у него шла перманентная борьба за власть над лесом. И этот новый двуногий со своим петухом-переростком, пусть и убил его волков, но выглядел достойным честной схватки. А то, что использовал яд, так в природе каждый защищается как может. И вожак сам не раз уступал дорогу выглядевшим слабыми, но на самом деле смертельно опасным змеям. Такова жизнь.

Волки рассыпались, давая место вожаку, но противники не успели даже сблизиться, когда с чистого вроде бы неба прямо в стаю ударила молния. А затем ещё одна и ещё. А следом из леса показались всадники на странных животных, похожих скорее на оленей, чем на лошадей, ну как минимум рога у них имелись. И они во весь опор неслись к стае хищников, потрясая оружием и посылая в сторону серых разбойников огненные шары, ледяные сосульки и прочие заклинания. Морозный вожак мигом смекнул, что дело пахнет керосином, и воем приказал своей банде отступать, полоснув напоследок по Тиму взглядом, словно желая запомнить его получше. А затем снова взвыл, но на этот раз в его вое чувствовалась сила, и действительно, между ним и преследователями выросла ледяная стена, задержавшая погоню, а волки под предводительством вожака мигом скрылись в кустах, во всю мощь работая лапищами.

И лишь Тим остался на месте, глядя то на удиравших волков, то на пришельцев, снимающих с дерева двух детей, о которых парень уже успел забыть. Ну и, конечно, всадники не оставили его без внимания, да и сложно было не заметить человека, стоящего посреди кучи волчьих трупов. Как минимум дюжина хвостатых пала от когтей и клюва Птаха и яда Тима, и это был весьма достойный результат, отчего незнакомцы сразу прониклись к юноше уважением.

Ледяную стену снесли довольно быстро, впрочем, рассмотрев вооружение всадников, Тим этому не удивился. У них имелись и луки, и арбалеты, и сабли с копьями, но куда больше было разных жезлов, стреляющих теми же огненными шарами. Именно ими и расплавили лёд, щедро заливая всё огнём. Правда, потом спрятали артефакты в специальные чехлы и к юноше подъезжали уже без оружия в руках. А метрах в десяти и вовсе спешились, показав пустые ладони. Тимофей в ответ тоже отозвал чакрамы, заставив пришельцев удивиться. Но не сильно, видимо, что-то подобное они уже встречали, так что на живых и подвижных лицах было, скорее, уважение к довольно молодому парню, имеющему подобное вооружение.

А вот сам Тим с трудом удерживал челюсть, чтобы та не отдавила ногу, ведь его визави щеголяли мохнатыми ушами, торчащими над головами, отчего их шлемы имели крайне забавный вид, и пушистыми хвостами, судя по всему, участвующими в общении, поскольку у кого-то они мотались из стороны в сторону, выдавая нетерпение хозяина, а у кого-то торчали вверх, распушившись до невозможности, и эти… ну, пусть будут люди, пока Тимофей не знал их самоназвания, вели себя крайне осторожно, пусть и убрав оружие, но не спуская глаз с непонятного юноши и его боевой птицы. Они успели оценить тела волков со вспоротым брюхом и пробитой головой и хоть смутно, но представляли, на что способен Птах.

– Мняула, дам Модус матыр да! – Напротив Тимофея остановился один из всадников, подняв руку, а затем приложив её к сердцу. – Мдарнв, данет, лкоыпрр, нарпов!

– Не понимаю. – Тим покачал головой. – Простите, но я не знаю ваш язык.

Ушастые переглянулись. Несколько стоящих ближе других покачали головами, после чего старший медленно залез в поясную суму и, вынув круглый амулет на цепочке, протянул его Тиму, жестом продемонстрировав, что тот надо надеть на шею. И хоть мама учила его никогда ничего не брать у незнакомцев, Тимофей шагнул вперёд и сделал, как просят. А всё потому что «Оценка» выдала свой вердикт, ему протягивали «Языковой амулет». О чём-то таком он читал и рулбуках «Башен и виверн», и даже описание совпадало.

Медный круглый кулон, украшенный серебром, на котором выгравирована раскрытая книга. Якобы способен дать понимание любого разговорного языка. Отказываться от такого подарка судьбы Тим не собирался, пусть даже за него потом потребуют плату. Как говорят представители одного народа – будет день и будет пища. Пока же гораздо важнее было объясниться с местными, чтобы ненароком не поубивать друг друга и не нарушить какую-нибудь важную местную заповедь, что сделает его кровным врагом.

– Кхм, кхм, приветствую. – Тим вдруг смутился, не зная, что сказать. – Добрый… вечер, наверное.

– Здравствуй, странник! – снова поднял руку старший. – Я Модус, воевода города Маен, что в Срединном Лесу, из народа филинидов! Благодарю тебя за жизнь моих внуков! Мы давно воюем с волком Нигиром и его стаей, но раньше он никогда не показывался в этих краях. Если бы не ты, погибнуть могли бы не только мои внуки, но и многие другие, так что я от души предлагаю тебе руку дружбы!

– Судя по скорости, с которой вы оказались здесь, служба у вас поставлена отлично и больших жертв удалось бы избежать. – Тимофей действительно оценил и подготовку дружины Модуса, и скорость, с которой они действовали. – Но я с благодарностью принимаю ваше предложение. Для меня честь назвать другом прославленного воина из народа филинидов. Меня называют Тим, и я путешественник из народа людей мира Земли. А это Птах, мой спутник и питомец.

– Сердечно рад приветствовать вас на Тинарии! – Воевода расплылся в улыбке и снова хлопнул себя по груди. – Странствующие по Туманным тропам у нас редкие гости, но мы всегда рады тем, кто пришёл к нам с миром! И по возвращении закатим пир! А сейчас позволишь ли ты помочь собрать добычу? Стая Нигира потеряла больше дюжины матёрых волков, это дело тоже надо отметить, как и храбрость сразившего их воина!

– Да, конечно. – Если бы не предложение, Тим бросил бы добычу гнить, ведь даже на то, чтобы ободрать всех убитых, ушла бы уйма времени, да и тащить их в домен смысла не было. Выделывать шкуры он не умел, ничего магического, что можно было бы переработать, у них тоже не имелось, вот и получалось, что для самого парня это был лишний труд без награды. Но, если предлагают, тогда почему нет? – Только вон те, что с пеной у рта, погибли от яда. С ними нужно быть аккуратнее. У меня есть противоядие, но всё же. Да, и там, где зелёная роса, тоже не ходите. Это тоже яд, но Морозный волк сумел от него отбиться.

– Это был Варк, один из старейшин стаи, – понимающе кивнул Модус и махнул рукой своим бойцам. – Давайте шустрее! Надо вернуться в город до темноты! И аккуратнее, слышали про яд? Берите только шкуры! И не стойте, не позорьтесь перед нашим дорогим гостем!!!

Самого Тим отвели в сторону, чтобы не мешал, но вежливо, под предлогом знакомства со спасёнными. Теми самыми внуками, девчонкой лет четырнадцати с виду, которую звали Сигит, и Рогитом, пацанёнком лет десяти. Оба любопытные, с блестящими чёрными глазами и подвижными мохнатыми ушками, которые так и хотелось потрогать. Тимофей с трудом сдержал себя, чуть ли не силой заставляя руки оставаться на месте. А вот самим подросткам был интересен не только сам Тим, но и Птах. Таких птиц в этих местах не водилось, хотя Модус заметил, что в южных странах есть что-то похожее и куда крупнее. На них даже ездят, и многие воины предпочитают именно беговых птиц другим животным. Ибо и скорость те держат приличную, и при нужде могут сами себя защитить. Правда, он считал это дурью, ведь нет ничего лучше верхового оленя. Четыре ноги всяко выигрывают перед двумя, а острые рога даже крупного хищника заставят задуматься, стоит ли оно того.

Тиму было что на это ответить, и он рассказал про автотранспорт, для примера обозвав его самобеглой телегой. Как ни хорош был языковой амулет, но всё же если в языке не имелось подходящих терминов, он ничем помочь не мог. Собственно, Тим усомнился даже в самоназвании местной расы, потому что вспомнил, что филинидами назывались зверолюди в одной из игровых вселенных. Впрочем, если его понимали правильно, он был готов использовать и этот термин.

А вот насчёт транспорта оказалось, что здесь имеются локомобили, то бишь машины на паровом ходу, напоминающие маленькие паровозы, только с возможностью двигаться по обычным дорогам. Их делают и используют гномы, мастера на всякие механические штуки. Но поскольку локомобили слишком громоздкие, медленные и не особо проходимые, остальные относятся к ним с пренебрежением, на что Тим описал, какие авто у них в ходу. И тут же расстроил подростков, сообщив, что для создания такой машины требуется развитая промышленность, а главное, налаженная добыча топлива с последующей его переработкой.

Заодно Тимофей узнал, почему дети оказались в лесу без сопровождения взрослых. Оказалось эти двое банально сбежали собирать вкуснику, местную ягоду, слегка магическую и очень вкусную, что и дало ей название. Вообще, её успешно культивировали и во многих деревнях имелись целые сады с вкусникой, но Рогит поспорил с друзьями, что принесёт лукошко дикой ягоды, которая считалась куда лучше домашней. А сестра, не сумев отговорить упрямого и вредного пацана, отправилась с ним, чтобы помочь и защитить.

В целом, парочке путешественников ничего особого грозить было не должно, до города рукой подать, опасные звери тут давно не водились, а стая Нигира обитала гораздо севернее, но кто же знал, что именно сегодня Варк поведёт часть своры в рейд по землям филинидов. Их жертвами уже стали несколько крестьян, и, если бы не Тимофей, брат с сестрой тоже бы оказались в желудках хищников.

Но девчонка успела передать сигнал тревоги деду, а Тим удачно задержал волков, попутно перебив почти полтора десятка матёрых тварей, так что вряд ли Морозный волк решится продолжить рейд. Тем более по сёлам и деревням весь о хищниках уже передали, поэтому лёгкой добычи больше не предвиделось, и Варк увёл остатки стаи в логово, о чём и доложили вернувшиеся разведчики. Модус не полагался на авось, а предпочитал держать всё под контролем, чем заслужил уважение Тимофея, поэтому он без раздумий принял приглашение погостить в городе, где заодно можно было продать трофеи, ведь филиниды на добычу юноши не претендовали.

А также прикупить себе чего-нибудь. Маен был небольшим провинциальным городишкой, но имел представительства гильдий магов, артефакторов и алхимиков, чем очень заинтересовал Тима. Он очень хотел ознакомиться с товарами, особенно у алхимиков, ибо, оценив полезность разных зелий, Тим хотел развиваться и получать всё более сложные составы. А для этого нужно было учиться, и, вполне возможно, именно сегодня ему собиралась улыбнуться удача.

Глава 4

– А расскажи ещё, как у вас люди летают по небу!!! – Тим уже почти засыпал, когда голос Рогита вырвал его из объятий Морфея, а стоило открыть глаза, как прямо над ним, нос к носу, обнаружилась мордочка пацана. – Расскажи, расскажи, расскажи!!!

– Господи, пристрелите меня. – Тим со стоном отвернулся, не обращая внимания на пискнувшего пацана, который, впрочем, ничуть не обиделся, лишь устроился поудобнее. – За что мне всё это?!

Модус принял Тима как дорогого гостя, впрочем, так и было. Внуков суровый воевода любил трепетной любовью и прекрасно понимал, что не успел бы спасти их, если бы не Тимофей. Остальным филинидам понравилось, как жёстко, даже жестоко парень разобрался с волками, отчего они прониклись к нему уважением. Они быстро и аккуратно сняли шкуры с туш, попутно выдрав им клыки, ценившиеся как трофеи, причём никому и в голову не пришло утаить хоть один. Все признавали права юноши на добычу, что Тима весьма обрадовало, он особо и не рассчитывал что-то получить. Но Модус выкупил всё скопом, дав хорошую цену, если судить по лицам его людей. Теперь парню было с чем сходить в интересующие его лавки. Но нашлась и ложка дёгтя в этой бочке мёда, и звали её Рогит.

Сочетание любопытства ребёнка с непосредственностью котёнка дало невероятно гремучий эффект, и пацан буквально ни секунды не мог усидеть на месте. Собственно, именно он и уволок сестру так глубоко в лес, та просто не смогла остановить сорванца. Ему было интересно буквально всё, каждая мелочь, а уж пройти мимо круглоухого пришельца из другого мира и его боевой птицы было буквально выше сил Рогита, отчего Тим подвергся жесточайшей атаке в его жизни. Мелкий филинид буквально не давал парню прохода, постоянно крутясь вокруг и заваливая миллионами вопросов.

И, естественно, его любопытство едва не привело к трагедии. Никто не понял, как он умудрился вырвать хвостовое перо у Птаха, но, если бы Тима рядом не оказалось, взбешённый боевой казуар точно прибил бы хулигана. Тимофей едва успел поймать птицу в охапку, уговаривая не убивать засранца, а сам виновник происшествия отскочил под защиту деда, с восторгом разглядывая свою добычу. И ведь угроза неминуемой порки от воеводы его совсем не пугала, а в том, что она будет, Тимофей ни секунды не сомневался, уж очень злым выглядел Модус, которого внук капитально подставил. После такого оскорбления вполне могла разразиться смертельная битва, и пусть у одного Тима против двух десятков всадников шансов было немного, Модус своими глазами видел скорчившихся в смертельной агонии волков, отравленных ядом пришельца, и не хотел проверять, насколько он сам и его люди устойчивы к отраве.

Пришлось извиняться, и хорошо ещё, что у Тима не было ни капли спеси и парень прекрасно понимал, что за выходкой стоит лишь детское любопытство, а не попытка навредить. Что не помешало ему принять виру за обиду, правда, сократив её вдвое. За остальное Тим попросил выступить посредником между ним и гильдиями и не прогадал, судя по уважительным взглядам воинов. Сам же юноша руководствовался только одним соображением: с чужаков всегда дерут втридорога. Каким бы он ни был дорогим гостем воеводы, для местных торговцев Тимофей прежде всего добыча, которую нужно обобрать как липку. А вот сам Модус другое дело. Обманешь его, потом замучаешься считать убытки. У дружинников вдруг может найтись какое-то срочное дело вместо сопровождения каравана или ещё чего. Мало ли, фантазия у воеводы богатая, а жизнь штука опасная. Короче, лучше чутка придержать жадность и сохранить хорошие отношения.

До города добрались уже в сумерках. Тим появился на Тинарии уже ближе к вечеру, пока повоевал с волками, пока собрали добычу, времени прошло достаточно. Да и ехать оказалось не так просто, особенно учитывая, что в седле Тимофей никогда не сидел, но за счёт своей ловкости сумел удержаться позади одного из воинов. Но, естественно, скакать во весь опор уже не получалось и отряд двигался чуть ли не шагом. Благо ещё город оказался недалеко, всё же ребёнок и подросток просто физически не могли уйти на большое расстояние.

Возвращение дружины произвело фурор… ну, в пересчёте на провинциальный городишко в пару-тройку тысяч жителей. Причём главным объектом интереса стал не Тим, а Птах. Оно и понятно, люди в городе встречались, пусть основное население и составляли филиниды, а вот непонятная нелетающая птица с густым, блестящим оперением, ярко-синей головой, красной шеей, похожим на шлем хохолком, толстыми лапами, увенчанными острыми когтями, и острым клювом привлекала внимание любого, кто её видел. Вскоре за кавалькадой всадников Модуса шла целая толпа, отчего Птах, раньше не видавший такого количества людей, заметно нервничал. Тиму пришлось спрыгивать с верхового оленя и идти рядом с казуаром, чтобы тот не бросился, а то его нервы и так были расшатаны знакомством с Рогитом, а тут куча народу, причём между ног у взрослых снуют мелкие филиниды, ничуть не уступающие внуку воеводы в стремлении познать мир.

К счастью, поместье воеводы оказалось неподалёку и отряд успел нырнуть за ворота раньше, чем вездесущие пацаны сумели добраться до Птаха, отчего все вздохнули с облегчением, даже сам казуар. Хотя, наверно, особенно казуар. Во взгляде Птаха чувствовалась паника и желание убивать, а ведь он и раньше покладистым характером не отличался, и лишь присутствие Тима удерживало безумную птицу от кровопролития. К чести хозяина дома, воевода сразу вник в проблему и выделил для Птаха закрытое стойло в конюшне, а также приставил к нему охрану, чтобы отпугнуть любопытных, и лишь тогда перенервничавшая птица смогла отдохнуть.

Тима тоже проводили в комнату, где он мог привести себя в порядок перед ужином. Как понимал парень, прежде всего чтобы дать возможность этот самый ужин приготовить, ведь никто не ждал гостей, а значит, и на стол собирались подавать обычные, ежедневные блюда. Модус же не хотел ударить перед ним в грязь лицом, он и так слишком задолжал юноше. Жизнь внуков, причём Рогита даже дважды, ибо ни у кого не имелось сомнений в том, что разозлённый Птах прикончил бы сорванца. И в какой-то мере был бы прав. Другое дело, что на этом все переговоры бы закончились и началась бойня, из которой далеко не факт, что местные вышли бы победителями. Поэтому воеводе требовалось время ещё и через задницу вправить внуку мозги, раз словами до него достучаться не получилось. А что рука у главы семейства тяжёлая, Тим услышал ещё до того, как за ним закрылась дверь комнаты, Рогит начал платить за свою глупость.

Естественно, что никакой запасной одежды Тим с собой не брал, но проблемой это не являлось. В Магазине быстро нашёлся приличный костюм за небольшие деньги. Приличный – это не тройка с отутюженными стрелками. По дороге Тимофей внимательно наблюдал за местными, да и в городе глазел по сторонам и пришёл к выводу, что здесь царит эдакое пасторальное магическое средневековье, как в «Драконах и вивернах». То есть с одной стороны никакого технического развития сложнее кузнечных мехов и водяного колеса, с другой – всё чисто, аккуратно, на голову никто ночные горшки не выплёскивает, да и каких-то нелепых нарядов типа панталон с гульфиками тоже нет. Всё просто и пристойно, вот и Тим купил себе нечто подобное. Рубаху навыпуск в древнеславянском стиле, штаны, тут обошёлся джинсами, всё равно в других ничего не понимал, сапоги яловые, скрипящие при ходьбе, и куртку, хотя, скорее, наверное, кафтан. Такой длиннополый, окладистый, как на картинках про средние века. Вышло неплохо и даже в какой-то степени официально. Особенно когда парень подвесил на пояс нож и кошель с мелочами, карманов у кафтана не оказалось.

На взгляд Тима, ужин выдался весьма странным, учитывая, что он буквально недавно вернулся от бабушки. Так вот, если отрешиться от старомодной обстановки, магических светильников в виде банок, наполненных болотными огоньками, мохнатых ушей и хвостов, всё остальное было, будто парень вернулся в деревню. Похожие блюда, пусть и с местным колоритом, разговоры, шутки, даже жена воеводы, Сагда, решившая, что Тимофей слишком худой и его обязательно надо как следует накормить, и поэтому подкладывавшая гостю новые и новые вкусн�