Полисдрак Дрангинс и его друзья
Судьба за его плечом
– Кого там несет, – как-то по-стариковски прокряхтела Селинка, услышав стук в дверь.
Взгляд за забранное слюдой окошко, явно показывал, что в такую погоду никто добровольно на улицу не выйдет. Как бы плохо не было видно через слюду, но то, что там творилось, было ясно и без пристального вглядывания.
Метель, по-хозяйски захватившая всё пространство за стенами избушки, конкурентов на своем пути не терпела, загоняя всех, кто пытался с ней соревноваться за крепкие стены. А уж если кто осмеливался с ней потягаться, что ж, того проверяла на крепость всеми своими завихрениями.
Стук, больше похожий на поскрёбывания повторился. Селинка накинула старенькую шаль, вышла в сени, откинула засов и потянула дверь на себя. Радуясь, что она открывается внутрь. После такого снегопада её было бы не открыть наружу.
Не успела она откинуть засов, как тот, кто стучался в неё, помог ей.
Всем весом навалившись на дверь. А потом просто упав ей под ноги.
Через пару минут девушка уже не так радовалась тому, что дверь так легко открылась.
Перетащить тяжелое, отказывающееся ей помогать тело в горницу, стоило ей немалых усилий.
Она кое-как втянула нежданного гостя в уютное тепло. Подтянула к печке. Поднять его на лавку или кровать силенок у неё точно бы не хватило.
Схватила подушку. Подумала, придвинула поближе топор. Жила она одна, уже второй год, и топор, как ей подумалось, сейчас не помешает. Если вдруг, что.
Гость даже не заметил подсунутой под голову подушки.
Селинка кое-как расстегнула дрожащими от всего сразу пальцами задубевшие петли на тулупе.
Отметив про себя, что тулупом она называет одеяние гостя, только потому, что не знает, как называется такое богатое одеяние. Даже по пуговицам было видно, гость не простой.
Вытащить руки из рукавов у неё не получилось. Девушка, надеясь, что гость не успел поморозить ни рук, ни ног, обложила его теплыми камнями, до того уложенными вокруг печки, и принялась ждать.
Гость открыл глаза не скоро. Открыв, потаращился вокруг себя ничего не понимая, спросил:
– Где я?
– У меня, – лаконично ответила гостеприимная по неволе хозяйка, и пользуясь тем, что гость чуточку пришел в себя, почти силой заставила его с её помощью стянуть верхнюю теплую одежду.
С помощью того, что всегда помогало народу сделать нечто очень, очень трудное, дотащила на своем тоненьком плечике до постели.
Гость с трудом переставлял ноги. Но подгоняемый крепкими…гмм, ну, вы понимаете, таки дошел.
И Селинке не было стыдно! Вот ни капельки!
Во- первых, как бы она его ещё заставила переместиться?!
Во- вторых, спать на полу вреднее, чем получить напутствие такого содержания.
– Уф…– облегченно выдохнула девушка, сгружая уже почти опять засыпающее тело на постель.
– Хрррр…, -ответил ей гость, оказавшись на мягкой и теплой постели.
Селинке показалось, что она услышала ответ, когда голова гостя ещё даже не коснулась подушки.
А сама она и на печке поспит!
Печка была знатной. Её дед, строивший этот домик, постарался. Печь занимала большую часть домика. И при желании на ней могла выспаться не маленькая такая семья.
Но сейчас в домике жила одна Селинка. Чума,…чума её побери, прибрала всех, кого смогла. Как она обошла девушку, никто не смог бы ответить.
В их деревеньке вообще осталось много пустых домов. Чуме было всё равно, кем перекусывать. Дети, старики, люди в полном соку или молодые, только начинающие взрослую жизнь… Она не разбиралась. Пока не насытилась.
И только несколько домиков ещё светили слюдяными окошками вечерами. Люди пытались возобновить жизнь в деревеньке. Уходить с насиженного места, а куда? Кто их, где ждёт?!
Селинка поворочалась с боку на бок, стараясь, не разреветься от воспоминаний. Был жив отец, и ей не пришлось бы самой открывать двери, и всё остальное.
Но…дело молодое, и сон сморил хозяйку, не спрашивая её согласия.
Утро началось с гляделок.
Гость лежал на постели, простой, крестьянской, но мягкой и чистой. Мама Селинки в молодости поработала в барском доме, и умела, и подушки и перины набивать. И одеяла ткать.
Эти умения, и многое другое она передала и дочери. Это и спасло девушку в первые месяцы одинокой жизни.
Подушки хотели иметь все!
А она, наученная бабушкой, сняла все наперники, сожгла их, а перья прожарила в жарко протопленной бане.
А потом сшила всё заново. Благо запасов ткани в их доме на тот момент было достаточно. Мать была знатной мастерицей.
Гость, видимо успев, разглядеть небогатое, но чистенькое и уютное пространство избушки, сейчас внимательно всматривался в склонившееся с печки, сонное лицо хозяйки.
– Спасибо, добрая душа, что впустила вчера, – хриплым со сна голосом проговорил он.
– Да, уж, впустила, – смущенно ответила девушка, – ты сам ввалился.
– Сам?
– Ну, да, – она почему-то перестала бояться, и попыталась задвинуть подальше, лежавший под боком топор.
Топор не пожелал убираться с глаз долой, и нахально заявил о себе, громким стуком об пол.
Брови гостя поползли вверх.
– Это для меня было приготовлено? – сдавленно спросил он.
– А ты чего хотел? Вваливается, не пойми кто, падает под ноги в сенцах, что тебе ещё в голову бы стукнуло, после того, как ты ей стукнулся об пол?!
Видимо, воображением гость не был обижен, потому что через секундочку хохотали оба.
– А как ты здесь оказался? – залюбопытствовала хозяйка, когда они оба сделали первые необходимые дела с утра, и перекусили, чем Бог послал.
Бог послал оладушки с медово морошковым вареньем. Пасека у Селинки осталась от отца. Морошка уродилась прошлым летом богато.
Муки она наменяла на мед достаточно. Для неё одной, даже с избытком.
– Не помню…– наморщил лоб гость, – помню, что собирался ехать по поручению государя в соседнее царство, …помню, как собирался,…помню часть дороги, … а вот что потом…как стерто!
Гость ещё сильнее нахмурил лоб. Через несколько минут полного молчания, его лицо просветлело. Чтобы вновь налиться темной злостью.
– Вспомнил! На нас напали! Охрану перебили сразу. Кучера тоже. Меня…как видишь, не добили. Или я такой живучий оказался.
Гость пощупал затылок. Ночью Селинке было не до того. А сам он вырубился на корню.
На затылке налилась здоровая шишка. Если не с кулак, то с половину точно.
– Но почему они меня не пристрелили? Остальных-то не пожалели…
Гость, представившийся Агнием, недоуменно сунул руку за пазуху. И вытащил оттуда расплющенную, маленькую коробочку.
В коробочке недвусмысленно торчал болт от арбалета.
Молодые люди уставились друг на друга.
– Сочли готовым…– протянул Агний, – видать по маковке для уверенности дали…
– Да, знать, Хранитель у тебя знатный, – растерянно согласилась девушка, а потом спохватилась, – кто ж тебя так не любит?! А они сюда не придут?
– Сюда навряд ли, – ты ж видала, какая вчера пурга бушевала. Все следы замело. Я и сам не понимаю, как до тебя добрался.
В двери постучались.
Молодые люди переглянулись, Селинка молниеносным движением рванула застывшего гостя, и впихнула его под кровать. Тот даже вякнуть не успел.
Она таким же быстрым движением натянула пониже одеяло. Как будто то просто спустилось.
Затем ещё быстрее выставила посреди комнаты метлы и бадейку.
И пошла, открывать двери. Но сначала узнать, кого принесло с утра пораньше.
И что мне с тобой делать?!
– Селинка, выручай, подружка, – торопливым почему-то шепотом, взмолилась соседка, она выглядела настолько усталой и измученной, что видимо, уже в полный голос и говорить не могла, – малой застудился, всю ночь сегодня горел и метался, у тебя остались те травки, что ты мне давала как-то?
Селинка, ничего не спрашивая, бросилась к пузатому комоду, и быстро набрала в мешочек нужный сбор.
Соседка, торопливо поблагодарив, не задерживаясь, кинулась отпаивать мальца.
Селинка, закрыв за ней двери, облегченно выдохнула, на секунду привалившись спиной к дверям. Холод, пронизавший уличную дверь, толкнул её в тепло натопленную горницу.
Она подскочила к постели, наклонилась, чтобы сказать гостю, что можно вылезать, да так и плюхнулась на пол от смеха.
Гость, уютно подложив ладошку под щечку, сладко спал. Даже слегка посапывал во сне. Видать, здорово его ночное приключение вымотало.
– Вставай! – аккуратно потрясла гостя девушка, – вставай, простынешь! Ложись на кровать, коли уж в сон тянет.
– Да, нет, – зевая, ответил, сначала ничего не понимающий гость, – я не хочу спать!
– Оно и видно, – мягко проворчала хозяйка, глядя как через минуту, гость засопел носом на постели.
Проспал он до обеда. Проснулся бодрым, и почти пришедшим в себя.
После обеда, убрав со стола, Селинка присела на табуретку, и, глядя на довольного почти постояльца, как-то жалобно протянула:
– И что мне теперь с тобой делать?! Как я понимаю, ехать пока не сможешь?
Агний нахмурился, подумал, потом ответил:
– Ты знаешь, я думаю, что мне сейчас нельзя светиться в открытую. Очень уж всё это, что вчера случилось, похоже на спланированное действие. Позволь мне у тебя дней несколько пересидеть. Ты не волнуйся! Я заплачу!
Он подскочил к висящей на гвозде богатой шубе, сунул руку, куда-то внутрь, и вытащил целый мешочек монет.
– Видишь? Я вполне платежеспособен! Не успели, видать, всего обыскать. Торопились, думаю! Что ещё раз подтверждает, что это было спланировано!
– Я тебе что, хозяйка постоялого двора?! – даже обиделась Селинка, – живи уже! Картошка есть, меда хватает. Постель не пролежишь, поди!
– Только, чур, теперь я на печке буду спать! – торопливо уточнил Агний, радуясь, что его не гонят за дверь, – а кто приходил-то? – вдруг залюбопытствовал он.
– Да соседка, за травками для дитенка, пробрало его морозом, прихворнул.
– Так ты что, ведьма? – хохотнул Агний, – иль знахарка?
– Да, ну! Какая там ведьма, знахарка…– грустно протянула Селинка, – бабушка моя чуток травы знала, ну, и меня научила. Правда, тогда это им не помогло….
Девушка отвернулась, стараясь скрыть слезы, неуклонно набегавшие на глаза, стоило всё вспомнить. Агний тактично промолчал.
Через пяток деньков Селинка постучала в двери единственной хаты, где осталась лошадь.
– Дядька Спятан, – обратилась она к бородатому хозяину хаты, – ты мне лошадку свою с телегой на дней несколько? Ты не боись! Я заплачу! У меня денежка от меда и одеял осталась ещё.
– Далеко ль собралась, красавица, – добродушно прогудел хозяин, выставляя кружку на стол для гостьи. Уйти, не попив чаю, и не поболтав было никак не возможно!
– Да, вот чую, медку у меня излишек, – начала излагать заранее продуманную версию Селинка, – хочу свезти в город, продать, пока не засахарился.
– Хорошее дело! – одобрил дядька, – дам, чего ж не дать! Ты животную уважаешь. Да и с Голубкой моей дружишь! А про плату потом поговорим, когда с барышом вернешься!
На следующий день из деревеньки, на лесную дорогу выкатились сани. Судя по большому валу, прикрытому сеном и тулупами, меду у Селинки и правда, осталось много.
– Далеко отъехали, – высунув нос из сена, приглушенно спросил Агний.
Селинка расхохоталась. Он очень потешно смотрелся в сене, со слегка покрасневшим носом.
– Ах, ты так…– коварно проскрипел Агний, молниеносно выбрасывая руку из саней.
Зачерпнув снега с мимо пролетающих ветвей елок, он кинулся снежком в девушку.
– Ты что?! – взвыла она, утирая снежные потеки со щек.
Но хулигана уже не было видно. И только слегка шевелящееся сено, говорило, что никуда он из саней не делся!
До города доехали поздно вечером. Тут уж Агнию пришлось вылезать из своего уютного, хоть и слегка колючего гнездышка.
Они, оставив сани на постоялом дворе, осторожно задворками пробрались к особняку Агния. Он тоже давно жил один, родители не захотели жить в городе, и переселились на постоянное место жительства в загородное поместье. Но Агний всё равно сторожился.
Он, попросив Селинку недолго подождать его, прокрался к дверям той, кому мог доверять безоговорочно. К спальне своей няни.
Что? А! Да. Двери особняка, конечно же, были давно закрыты на ночь. Но могло ли это остановить их хозяина, знавшего все ходы выходы?
Няня уже готовилась ко сну. Она открыла двери на аккуратный стук, и чуть не перебудила весь дом почти вырвавшимся криком.
Агний, ожидавший этого, успел закрыть ей рот ладонью, и втолкнуть в спальню.
– Да как же это…да мы уже и не чаяли…– ревела горючими от радости слезами старая нянюшка, ощупывая своего любимца.
Любимец был во плоти. И сгорал от любопытства!
Вполне, как вы понимаете, законного.
Важный господин с серьезной проверкой, очень хитрый план
Нянюшка немного успокоилась, вытерла глаза, и побежала к дворецкому. Тот тоже был предан молодому хозяину и его родителям до последнего вставного зуба, любил Агния, и уж точно был бы готов встать за него грудью.
Агний рассказал, что его ждут во дворе, в санях, и скоро и он, и Селинка, дружно работая ложками, поглощали поздний, и от того, возможно, ещё более вкусный ужин.
Нянюшка и дворецкий стояли рядом, готовые услужить, и умильно поглядывали на проголодавшуюся парочку. И с особой нежностью на Селинку, чью роль в его спасении Агний преподал со всей пышностью.
Когда молодежь наелась, настало время поговорить.
– Нянюшка, – начал Агний, – и ты, Вернест, вы все мои шалости в детстве раскусывали на раз, два. Да и приятелей моих, – Агний усмехнулся, няня с дворецким переглянулись с широкими улыбками, – попробуйте вспомнить, кто из визитеров, пытавшихся узнать в эти дни, что со мной и где я, были неискренни. Вы же наверняка, это чувствовали!
Няня и дворецкий переглянулись, нахмурили лбы. Задумались. А потом выдали несколько имен.
Но тут дело было такое, что названные стояли очень высоко. И откровенно говоря, вообще было непонятно, с чего они пропавшим Агнием вдруг заинтересовались.
А другая сторона сложности, была в том, что самому парню было бы до них не докопаться!
– Как бы мне незаметно утром во дворец проникнуть, …чтоб к самому королю попасть…– задумался Агний.
– Знаешь, что, милый, – погладила его по голове, как в детстве нянюшка, – идите-ка вы спать. Утро вечера всегда мудренее!
Селинка, не удержавшись, широко зевнула, и сразу же смущенно прикрыла рот ладошкой.
– Вот, видишь, девушка согласна! – ухмыльнулся дворецкий.
– Да я вовсе и не хочу спать, – запротестовала Селинка.
– Оно и видно, – улыбнулась нянюшка, давая знак идти за ней.
В эту ночь Агний спал не в своих покоях.
А вот утром из его особняка выехали незаметные сани. В санях сидел господин средних лет. С бородкой, бакенбардами и солидным брюшком.
Король всегда прогуливался по утрам в своем саду, в любое время. Снег ли, дождь ли, жара, не важно! Часовая прогулка состоится в любую погоду!
Когда на него из-за кустов выскочил солидный господин, стража мгновенно ощетинилась штыками.
– Зяблик прозябает без бизе! – быстро, быстро крикнул господин.
Король застыл на месте, дал отмашку страже, чтоб те отошли подальше, и впился взглядом в глаза господина.
Потом ухмыльнулся, и, невиданное дело!!! Повернул во дворец.
Впервые за много, много лет прогулка была прервана раньше времени. Стражники очень удивились! Но верные присяге, промолчали.
– И как это ты додумался ваш с принцем старый пароль использовать? – рассмеялся король, крепко обнимая, Агния за закрытыми дверьми кабинета, – и как в парк пробрался?! Там же такая ограда!
– Хи! – не удержался Агний, – вы думаете, как мы с принцем сбегали на ярмарку? Но секрет не выдам! Вдруг ещё пригодится.
– Как ты выжил? – посерьезнел король, – мне доложили, что от тебя и твоего сопровождения косточек не осталось.
– Ох, как же парней жалко…– горько вздохнул Агний, – а я просто чудом.
И он всё рассказал. В подробностях. И о том, что нянюшка с дворецким надумали, тоже.
После долгого молчания, король принял решение:
– Дело понятное, что ниточки ведут глубоко куда-то. А учитывая, что тот проект договора, что ты вез соседу, в перспективе дал бы нашим государствам долгий мир, и помог бы впоследствии наладить отношения и с другими государями, то становится совершенно ясно, что покушение на тебя только тонкая ниточка. Дело тут явно серьезней…
Король опять задумался.
– А знаешь, что, дружок, – после долгой паузы твердо сказал он, – побудь-ка ты ещё какое-то время в нетях. Родителей твоих я извещу. С няни и дворецкого возьми клятву неразглашения.
– Да они и так…– начал было Агний.
– Возьми клятву! – припечатал король, и продолжил свою мысль, – а ты, под новой личиной, эта, кстати, тебе к лицу, – правитель хохотнул, – отправляйся инспектировать градоправителей. И старост прихвати.
В той местности, где на тебя напали, и где тебя спасли.
А заодно осторожно выясняй все сплетни! Все! Не знаешь, где и когда поклевка будет!
Агний согласился.
Из дворца важный господин не вышел.
Вышла пышная дама. Среднего сословия. Она громко благодарила главного повара, за то, что тот так высоко оценил её продукцию.
Главный повар, страдавший в тот день насморком, головной болью и прочими около луковыми симптомами, чихать хотел на все благодарности.
А остальные просто не обратили на это внимания.
Пышная дама почему-то вошла в особняк Агния через задний ход.
Утром из дворца выехал закрытый богатый возок.
А откуда-то с простого постоялого двора, выехали простые сани.
Из-за чего наваленного кучей в санях, можно было подумать, что торговля девушке сидящей на облучке, не удалась. И что она везет обратно бочки с медом.
Правда, на отдаленном от столицы постоялом дворе, куда Селинка заехала перекусить, и где, совершенно случайно оказался тот самый богатый возок, что выехал из дворца, сани Селинки внезапно опустели. Но как это произошло, в темноте уже накрывшей и дорогу, и постоялый двор, никто не заметил.
Новые обстоятельства
Король, отправивший вестника родителям Агния, был весьма и весьма удивлен, когда ему доложили, что они просят срочной аудиенции.
Он подумал, что родители Агния начнут выспрашивать подробности, и лихорадочно соображал, как бы что сказать, чтобы и секрет не раскрыть, и их не слишком напугать.
Но когда родители Агния вошли, то отец первым делом попросил закрыть поплотнее двери, и велеть секретарю, их не беспокоить до конца аудиенции.
– Ваше Величество, – начал отец Агния, статный мужчина средних лет, – я правильно понимаю, что с нашим сыном, что-то случилось, но сейчас всё в порядке.
Король только кивнул.
– Тогда пора и нам рассказать о наших происшествиях, – он взглянул на супругу, та соглашаясь, кивнула, – мы хотели сделать вам в некотором роде сюрприз. Но, похоже, сюрприз готовят нам.
Несколько месяцев назад в наших владениях было найдено очень богатое месторождение, очень редкого и дорогого металла.
Мы хотели сначала построить шахту, привезти оборудование, – отец Агния, лорд Свайлс, поморщился, – а потом уже доложить вам обо всём.
Король хотел задать вопрос, но лорд Свайлс кивком попросил подождать с расспросами.
– Когда буквально через пару недель после этого открытия, на беседку, где мы с женой очень любим, сидеть вечерами и пить чай, обрушился крепкий платан, мы подумали, что это случайность.
Случайностью было то, что нас там в тот момент не было. Мы задержались…– отец Агния смущенно улыбнулся, его жена зарделась, – и всё случилось, когда нас там не было.
Прошел спокойный месяц, мы уже и забыли, решив, что дерево просто подгнило. Хотя садовник утверждал, что дерево ещё молодое и крепкое.
Но тут случилось новое происшествие.
Совершенно случайно на кухню ворвалась собака, сбежала с псарни, и, учуяв вкусный запах, успела слизнуть жаркое, что уже стояло на подносе. Его собирались подавать нам.
Через минуту собака билась в судорогах, изо рта у неё шла пена, – жена лорда, судорожно вздохнула, вспоминая всё это, – собаку удалось спасти.
Король слушал рассказ, мрачнея на глазах. Тот минерал, что нашли во владеньях лорда и леди очень высоко ценился в их мире.
– Врач взял анализы остатков пищи. Там был яд. На людей он действует медленней. Мы, скорее всего, просто уснули бы во сне.
– Собака теперь живет в особняке, и спит на шелковых подушка, – улыбнулась леди.
– А на днях, – продолжил лорд, – мы собирались отправиться в поездку. Как вы знаете, мы живем в горном крае. Так вот, кучер, умеющий прекрасно управлять нашими лошадьми, и вообще, крепкий малый, внезапно слег, простите, ваше величество, с сильным расстройством стула.
Жена категорически отказалась ехать с его помощником. Молодым и чего уж там, субтильным парнем.
А теперь ещё и сыном что-то. Вы не писали, что именно, только что с ним всё в порядке.
Но не укладывается ли то, что с ним случилось в общую картину?
Лорд замолчал. Они с леди спокойно, выжидательно смотрели на монарха.
Король встал из-за стола. Сделал несколько кругов по кабинету. Принял какое-то решение. Сел обратно в кресло.
– Вы же понимаете, что ни ваш рассказ, ни то, что я вам расскажу, не должно выйти за пределы этих стен?
– Не волнуйтесь, ваше величество, – ответил за обоих лорд, – мы и своим людям приказали молчать. Но вот в чем ещё дело. За повариху я ручаюсь головой. Это точно не она! Она служит нам уже почти тридцать лет, пришла совсем молодой девушкой. И предана до глубины души. Остальных работников тоже проверяли. Но ведь, кто-то же подсыпал яд! Мы пробовали по-тихому расследовать. Но никто, ничего не знает. Не видел. Не понимает!
Король понимающе кивнул, и рассказал, что случилось с их сыном. И где он теперь.
– С вами немного проще, – завершил он беседу, – под предлогом разработки нового месторождения я отправлю с вами своих лучших сыщиков и охрану. Не волнуйтесь, они умеют маскироваться.
На том и остановились.
О нахождении редкого месторождения было объявлено громко. Все ахали и восторгались. И скоро супруги уехали в своё поместье. Вместе с солидной группой новых работников.
Селинка, вернувшись, домой, отвела первым делом лошадку с санями соседу, поблагодарила, рассчиталась. И сказала, что медок-то у неё ещё остался, не весь на продажу отвезла. Пусть пришлет сынишку. Она поделится.
И потянулись зимние дни. Иногда кто-нибудь из деревенских выбирался в город. И привозил оттуда такие новости, что все только за голову хватались, рассуждая, чем же всё закончится.
То одного главу, то второго мэра снимали с должности. И отбирали имущество. Без жалости. Шерстили все управы! Все! И по деревням уже поехали.
Староста той деревеньки, где жила Селинка только посмеивался. Ему бояться было нечего. На диво честный попался дядька. Во многом благодаря ему деревенским удалось выжить в первую, голодную зиму после мора. Он всех собрал весной. И шатающихся, еле стоящих на ногах, погнал сажать поля. И от налогов в тот год сумел отбить народ. Своего старосту деревенские любили и уважали. Может, потому и не разъезжались по другим местам, после поветрия, что очень уж тут люди подобрались, один к одному. Плечом к плечу.
Селинка часто выходила за околицу, и глядела на снежные поля.
Но там никого не было. Не неслись сани. Не скакали всадники.
О них как будто забыли.
И о ней.
Переезд и интересный факт
Зима почти подходила к концу. Новостей, кроме тех, что изредка привозили из города, не было никаких. Всё текло своим, привычным путём.
Но как-то раз почти уже на исходе зимы, когда солнышко уже начинает слегка греть, но снега ещё хватает, к Селинке прибежал парнишка, сын старосты.
– Селинка, батька просит тебя прийти и меду своего принести, – выпалил он.
– Зачем? – немного удивилась девушка, староста у неё мёд брал, вроде не должны были ещё съесть.
– К нам тот проверяющий из города приехал, ну, слыхала небось, – девушка кивнула, – так вот, он откуда-то про твой мед узнал, – парнишка уважительно посмотрел на Селинку, – вроде его приятель угостил, и сказал у кого купил, так вот он и попросил бочоночек небольшой ему продать.
Ох, как заколотилось сердце Селинки! Уж, она-то знала, кто это такой! Но сделала вид, что всё как надо. Спокойно собралась. Вручила бочонок с медом парню. Тот погрузил его на небольшие санки. И они вместе дотопали до дома старосты.
– Вот, – прогудел староста, представляя девушку, – это и есть наша пасечница. Селинка, это проверяющий из города.
Селинка ответила, что ей очень приятно, и лестно, что о её меде так далеко знают.
Проверяющий солидно поздоровался, и выдал такое, что девушка слегка оторопела.
– Я вас вот еще, почему позвал, – глядя в упор на Селинку, как будто хотел, что-то сверх слов ей сказать, говорил Агний, узнать которого можно было только по глазам, – есть у меня пасека, да никак пасечник не справляется. Вы не согласитесь поехать, наладить дело? Как справитесь, сразу сможете вернуться.
А сам прямо глаза командует, не отказывайся, мол!
Староста загудел:
– Соглашайся, Селинка! И денежку заработаешь, и мир хоть чуток поглядишь! А за дом не волнуйся! Присмотрим! И пчел весной выставим! Они у тебя послушные, справимся! А там и ты вернешься.
Селинка понимала, что дело-то совсем не в пасеке. А как спросишь? Но раз Агний пошел на такое дело, значит, всё серьезно. Да и вернуться она сможет, когда захочет. Так ведь?
И девушка решилась:
– А сколько платить будете? – сделала она вид, что торгуется.
– А это мы на месте решим, так вы согласны?
– Ладно, уж! – махнула рукой Селинка, съезжу, помогу вам!
– Вот и славно! Только вы собирайтесь недолго, мне скоро выезжать надо.
Девушка побежала домой, договорившись со старостой, что дом будут топить, а продукты он раздаст народу, чтоб не спорились, значит.
Приезжий господин даже денежку старосте дал. Хоть тот и отказывался. Но господин сказал, за труды. А староста подумал, да и взял. Сгодятся!
Селинка только и успела, что собрать вещички, как в дому подкатили сани проверяющего.
Староста вышел из саней вместе с сыном. Они помогли Селинке погрузиться. Помахали ей руками. И сани повезли Селинку в неизвестность.
– Ну, здравствуй по-настоящему!
Агний по-медвежьи схватил девушку в охапки, обнимая. Потом сам себя смутился, извинился, отпустил.
– Как ты тут? Нормально тогда добралась? Всё ли хорошо было?
– Все нормально! – слегка надулась девушка.
– Ты что? Сердишься, что долго не приезжал? Да я и сам подумать не мог, что у вас тут так всё запущено! В управах жулики на жулике сидят, – Агний чуть за голову не схватился, – да у моего отца в его владениях такого бы никогда не допустили! А тут…
– Да больно надо! – ещё больше надулась девушка, – твои дела! А вот зачем ты меня из дома вытянул? Да ещё так? Другого не смог придумать?
– Не смог! Я и про этот-то еле сообразил! Тут вот какое дело. Те, кто на меня напал, похоже не поверили в моё исчезновение. Разговор случайно подслушал в таверне. Меня аж прокололо! А что если они додумаются, и найдут, кто мне помог? Ты в опасности тогда!
Селинка призадумалась. Такая вероятность, хоть и небольшая, а была.
– Вот я и решил, что надо тебя к моим родителям отвезти. Ты не бойся, они хорошие!
Селинка потеряла дар речи. И они долго, долго ехали молча.
А во владениях родителей Агния вовсю шла разработка шахты. И, конечно же, расследование. Но если первое двигалось очень активно и продуктивно, то второе буксовало на месте. Подозреваемых не было! Сыщики, на самом деле очень опытные, рыли землю носом. Но всё тщетно.
Им удалось выяснить только один интересный факт, да и тот у отца Агния.
Один из них спросил лорда, а кому достанется всё его имущество, если, ну…вы сами понимаете.
Лорд долго думал. И ответил, что у его жены родни нет, вообще. Она круглая сирота. Сын ещё не женат.
А вот у него родственник имелся. Один. Остальные уже все ушли.
Но и этот имеющийся родич, условно имеется. Он когда-то очень, очень давно решил поискать счастья за границей. И уехал. Что с ним там сталось, лорд не знает. Они больше никогда не виделись.
Потом лорд подумал ещё немного.
Ну…и король…корона, точнее, невесело усмехнулся он. Но король бы придумал, что-то более простое и изящное.
Эт что. Согласился сыщик. И вместе с товарищами продолжил розыски. Всё усложнялось ещё тем, что они не хотели огласки. Потому следы искали очень, очень осторожно.
Настойка правды
– Хозяин, – по-свойски, ему позволялось, просунул голову в приоткрытую дверь кабинета дворецкий, – к вам посетители. Говорят, по очень важному делу. Примите?
Лорд мимолетно окинул мысленно своё расписание. Важного впереди ничего не было.
– Проси! – махнул он рукой.
Двое, молодая девушка и солидный, важный мужчина вошли в кабинет.
Но посетитель, прежде чем изложить своё дело, попросил позвать леди. Мол, это очень важно.
Лорд пожал плечами, и попросил дворецкого передать супруге просьбу зайти к нему в кабинет.
Пока ждали хозяйку, гости сидели молча. Девушка, стараясь, чтобы это было не очень заметно, стреляла глазами по сторонам. Было ясно, что она впервые в таком помещении, и ей слегка неловко, и очень, очень любопытно. Солидный гость сидел, опустив глаза.
Хозяин кабинета тоже осторожно рассматривал гостей. Девушка была одета добротно, но не богато. Видно, что не из знати.
Мужчина…
В этот момент зашла хозяйка. Гость поднял на неё глаза.
– Агний!!! – она, всплеснув руками, кинулась на шею гостю.
Её муж, начал как-то неловко подниматься из-за стола, ничего не понимая.
Гость, поднял руку, и резким движением сорвал с себя парик и маску.
Лорд плюхнулся обратно в кресло.
– Как ты узнала его в этом обличье? – потрясенно спросил он у жены.
Та только махнула рукой. Эти мужчины!
В кабинет хозяина срочно доставили обед. Потом гостей разместили в особом крыле. Куда никому, кроме того самого очень доверенного дворецкого хода не было.
Ох, как отдыхал от надоевшей маски Агний! Кто бы только знал!
Селинку родители приняли очень хорошо. Особенно после того, как сын им рассказал о её роли в спасении его особы.
Селинка на благодарности только рукой махнула. Так бы каждый поступил! Но родители явно с ней не согласились.
Мама Агния к тому же слегка насмешливо улыбнулась, когда он представил Селинку, просто как девушку, помогшую ему спастись.
– Просто, значит? – со смешком протянула она себе под нос.
Гости передохнули. Потом Агний вновь нацепив ненавистную личину, уехал доводить дело с инспекцией до конца.
Селинка осталась в поместье. Она немного стеснялась родителей Агния, но на вопросы отвечала не таясь. Да и что ей было скрывать?
Через несколько дней она по обрывочным фразам поняла, что дело с расследованием, им с Агнием всё рассказали, топчется на одном месте.
Было понятно, что это кто-то живущий здесь же. Но кто?! Все проверены! Все работают не один год! КТО?!
Селинка думала полдня. Потом пошла к хозяину. Долго мялась. Но рассказала, что бабушка научила её варить настойку, выпив которую любой расскажет всю правду.
Хозяева, лорд, конечно же, позвал леди, переглянулись, и радостно согласились, узнав, что в остальном оно совершенно безобидно.
Хотели было предупредить особо доверенных лиц, кухарку и дворецкого. Но подумали, что будет подозрительно, если все будут пить «компотик», а они нет. Придумали, что просто отзовут их с поручениями. Чтоб те проговорились в сторонке.
А потом и вообще поняли, что без помощи кухарки не обойтись. Без боя она бы на свою кухню никого не пустила. Без особых причин. А где ещё сварить столько настойки, чтоб на всех хватило.
Наступил день икс.
Кухарка, оглядываясь как шпиён высшего левела, кралась на кухню. Её посвятили почти во всё. И она прониклась всем вот прямо вся!
За ней, след в след, как велено тихо шла Селинка.
Ах, какой необыкновенно вкусный чай подали в этот день к завтраку! Ах!
Кухарка сама просто не успевала отпить чайку, ухаживая за всеми. Да никто на это особого внимания и не обратил.
Первого пробрало кучера.
Он, рыдая, всхлипывая и утирая нос рукавом, признался, что как-то раз зажал коняшкам яблок! Вот зажал и всё!
Потом наступила очередь поварят. Они чуть ли не на колени повалились перед начальницей, признаваясь, что это они на троих приговорили ту банку абрикосового варенья, которая якобы разбилась.
Дворецкий, выпивший аж три чашки вкусного чая подряд, понесся каяться хозяину, что в прошлом году не дочистил серебряные ложки, и спрятал их в чулан. Потом вытащил, конечно, и дочистил. Но ведь, был, был грешок!
И понеслось. Каялись все! Кроме истопника, молча сидевшего в уголке.
Я самый, самый умный!
Все каялись, просили прощения друг у дружки, кто-то рвался покаяться хозяевам. Слов было почти не разобрать.
Внезапно из уголка, где сидел истопник, раздался громкий, слегка зловещий хохот.
Дядька, обычно довольно неприметный, кто будет примечать измазанного в саже по уши типа?! Внезапно поднялся, рванул себя за лохматые, сальные, тоже перепачканные сажей волосы, и, перекрывая общий гомон, сквозь гогот проорал:
– Вы! Смешные, маленькие глупцы! Накосячили тут по мелочи, и считаете, себя греховными прям грешниками! Вот я! Это да! Я, – к нему как-то незаметно подобрались парочка стражников, тех самых, – я все равно сделаю, что задумал! Да, это я отравил тогда блюдо для хозяев! Да! Это я подсыпал тебе зелья, чтоб ты чихал и кашлял!
Глаза истопника выпучились от ужаса. Он понимал, что он несет, но остановиться не мог! Никак! Очень уж чаёк был хорош.
Стражи мгновенно скрутили товарища, и потащили его в кабинет хозяина на допрос.
В кабинете тот продолжил свои пылкие речи:
– Что, дядюшка четвероюродный, не узнал меня?! Да, да! Я сын того самого твоего троюродного брата! Да, да! Он там разорился! Совсем! Я копейки собрал, чтобы приехать сюда. Хотел у тебя помощи попросить! Да узнал, что ты о моём папеньке не знаешь ничего! Ну, и решил, сначала устроиться, поработать у тебя!
А тут на тебя дерево чуть не свалилось! Кстати, садовника уволь! Корни-то у дерева медведки подгрызли, ха, ха! А он и не понял!
Лорд в каком-то священном ужасе смотрел на почти безумного мужика. А тот продолжал:
– Вот тогда я и подумал, а почему бы мне не убрать тебя с дороги? Тебя, женушку твою. А потом и до сыночка добрался бы! Ха, ха, ха!
– Агния тоже ты пытался убрать?! – прохрипел лорд.
– Что?! Нет, до него я ещё не добрался! Толку-то, ты-то ещё живой!
Сыщики и лорд мрачно переглянулись. Они надеялись, что за всем этим стоит кто-то один, а оно вон оно как повернулось.
Продолжающего выкрикивать угрозы бывшего истопника, как оказалось очень дальнего родича, надеявшегося получить наследство, увели туда, куда положено.
Лорд отправился докладывать королю. И так как того, кто покушался на лорда и леди поймали, то можно было Агния возвращать домой. Теперь ему дома будет безопасней.
Как лорд и леди благодарили Селинку, это просто сложно описать! Девушка смущалась, краснела, бледнела, сжимала ладошки. А на неё всё лились и лились потоки благодарности.
Когда вернулся Агний, он как оказалось, как раз уже закончил свою инспекционную деятельность, и думал, что делать дальше, когда получил послание от его величества, поток благодарностей утроился.
Да, тут всё было хорошо. Но кто напал на Агния?! Кому он сам помешал? Раз уж тут дело не в наследстве?
Сыщики были в полном тупике. И Селинка тут помочь ничем не могла.
Но следствие продолжало рыть землю.
А молодые люди пока просто наслаждались неожиданно возникшим свободным временем.
Они играли в разные настольные игры. Агний часто играл для Селинки на рояле.
Ездили кататься. Под охраной, конечно, но всё-таки.
И вообще, проводили очень много времени вместе. Настолько много, что леди не выдержала, и вызвала сына на разговор.
Пока просто живите
Всё семейство, включая и Селинку, она, конечно же, не была членом семьи, но, тем не менее, все и она тоже, получили срочное приглашение во дворец.
Они подумали, что разговор пойдёт о пойманном недонаследнике.
Но король решил поговорить о другом.
Дождавшись, когда все расселись, он внимательно осмотрел собравшихся, задержавшись взглядом на Селинке чуть, чуть дольше, чем на остальных.
Потом солидно так, по-королевски начал:
– Я рад, что злоумышленника поймали. Жаль, что не удалось сразу разобраться и с покушением на тебя, Агний, но тут похоже, дело совсем в другой плоскости.
Все насторожили ушки.
– Я попрошу вас соблюдать особую секретность! Этот разговор не должен выйти за пределы моего кабинета. Пока, во всяком случае. И скорее всего, не будь Агний тут замешан, вы бы вообще этого не узнали.
Король побарабанил пальцами по столу.
– Ты же помнишь, зачем ты ехал в соседнее государство? – посмотрел король на Агния.
Тот просто кивнул.
– Так, вот, тот проект договора, который ты вёз на рассмотрение брату моему по государственной работе, должен был привести наши страны к долгому, мирному, очень долгому и совершенно мирному сосуществованию и сотрудничеству.
Но как теперь понятно, это кому-то очень и очень не нравится.
И разбираться в этом надо моей службе. Дело очень серьезно. Мы с соседним правителем всё обговорили по внутренней связи, сверхсекретно, договорились, что проект будет пока дорабатываться тайно, пока наши совместные усилия не вытащат тех, кто так упорно желает нам помешать.
Но повторюсь, это совсем не тот уровень, где можно вмешиваться кому-то со стороны.
Поэтому я и собрал вас, чтобы на уровне приказа заявить вам.
Живите пока спокойно, не пытаясь разобраться. Когда найдем концы, вас известим обязательно.
Теперь о вас, юная леди.
Король внимательно посмотрел на Селинку.
Да, она благодаря маме Агния, выглядела так, как будто росла под присмотром гувернанток и учителей. И даже уже манеры начали меняться в лучшую сторону.
Она хотела было возразить, что не леди, ни разу. Но осеклась под внимательным взглядом правителя.
У неё даже мороз пробежался между лопаток.
– Что касается вас. Я считаю, что те способности, что вы получили от рождения, надо развивать. Вы же сами понимаете, что тех знаний, что смогла вложить в вас ваша бабушка, совершенно не достаточно?
Селинка медленно, как будто под водой, кивнула. Вдруг всё вокруг заострилось и замедлилось. Она всей кожей почувствовала, что сейчас её судьба резко изменится. Впрочем, в очередной раз за то короткое время, когда Агний упал к её ногам на пол её домика.
– Я считаю, и, надеюсь, вы все со мной согласитесь, что тебе, юная леди, нужно учиться.
Король взял паузу. Селинка глотала воздух, как будто ей его резко стало не хватать.
– Я тоже с этим согласна! – вступила мама Агния, – мы сами и не додумались до такого просто решения. Но и знаний, чтобы такое сварить, ни у кого из нас не было.
Отец Агния только покивал головой.
Агний опустил глаза. Он понимал, что это очень и очень правильно, но…
– Подумаешь, три года! – внезапно выпалил он Селинке, как будто она с ним спорила, – они пролетят, и не заметишь! А вот у тебя будет твердая профессия в руках!
Король отпустил семейство, вместе с Селинкой, чтобы она могла всё толком обдумать. А вот Агния попросил остаться.
Сказав, что для него есть специальное поручение.
Шпиона поймали!
Агний, напустив на себя ужас какую таинственность, отбыл по поручению его величества.
Селинка, тяжело вздохнув, начала собираться в Академию.
Папа задумчиво ходил из угла в угол в своём кабинете.
И только мама была непостижимо, на уровне будды, погрузившегося в ту самую ванну, безмятежна.
У короля выдалось на редкость спокойное утро. Как ни странно, никто не прискакал с докладом о драке фрейлин за новый парик. Казначей не нудил о том, что неплохо бы ввести новый налог на грязь на улицах. А то непорядок, понимаете, пользуются грязью бесплатно! А она может, целебная!
И даже, вот вы представляете?! Даже её величество не потребовала сопровождать её на шопинг по забугорным маркетам!
Это же просто счастье какое-то!
Его величество с наслаждением, смакуя каждый глоток, пил своё любимое какао. С плюшками. Он с таким удовольствием прихлебывал его, прижмуриваясь, что диагноз был совершенно точен. Король в раю!
– Ваше величество, – какавную идиллию прервал металлический, как все его доспехи, голос начальника стражи, – мы тут шпиона поймали. Вы приказывали сразу докладывать!
– Ваше величество, – почти оттолкнул начальника садовник, – этот ихий шпиён мне кусты терновника пощипал! Компенсацию с него!
– Ваше величество…
Король страдальчески нахмурился. Допил последний глоток какао. С надеждой заглянул в чашку, мечтая об ещё одном.
Дно чашки издевательски ему подмигнуло.
«Здравствуй, новый день! Хорошо, хоть допить дали!» Подумал король, и пошел за начальником стражи.
Шпион сидел на столе. Да, да. Посади его на стул, и никто б не заметил.
С очень, очень гордым видом партизана, решившего стоять до конца!
– Так, так, какая птичка и без охраны! Говоришь, терновник любишь, да?
Птичка, не ожидавшая такого начала, поперхнулась собственной гордостью.
– А знаешь, что? – мигнул король начальнику охраны, – что мы на неё или него, паспорт-то не показал, будем время тратить? Отправь его в любимую комнату её величества. От её величества потом отобьюсь! Пусть птичка насладится любимой обстановкой.
Вечером плакали трое. Как минимум. Нет, наверное, больше. Но будем считать кактусы как единый вид. Ладно? А то колоться, пересчитывая, не очень хочется.
Плакали общипанные кактусы. Те самые, которые мы считаем единым видом.
Стрижка под новобранца не понравилась ни одному представителю!
Плакала птичка. Пытаясь выковырять лапкой колючки из клюва. И всей себя. И стараясь дощипать оставшихся неохваченных.
Плакала королева. Очень!!! Это были её любимые кактусы!
И надо было поплакать погорше. Чтоб не только курорт с новой парюрой, но ещё того самого мопсика выплакать.
Один король был доволен. Подумаешь, оплата за кактусы!
Зато после завываний королевы шпион попросился на допрос. Сам. Или сама.
То, что не смог сделать начальник охраны, терновник, все кактусы и вопли садовника под окном, сделала её величество.
Она была очень даже продвинутой в плане выплакать всё, что угодно.
Шпионка кололась, как лед под ледорубом! Легко. Ярко. С искрами.
Вечером король и министр обороны имели на руках все явки, пароли, связи и связочки заговора. Имевшего целью поссорить двух королей.
Копии отправили тому, с кем надеялись заключить договор.
Так, благодаря королевской смекалке и умению королевы вымывать своё, был раскрыт заговор. Найдены те, кто напал на Агния.
И мир таки подписали!
Птичку отправили на перевоспитание.
Теперь плакали ёжики, на которых она училась модным стрижкам и прическам.
Всех фигурантов заговора, в обоих королевствах, отправили в те места, где очень хорошо можно помолиться. Вечером. После того, как повалишь сколько то кубов леса.
Селинка, очень волнуясь, поднималась по ступенькам Академии. Нет, за знания она не переживала. Её всё это время так натаскивали, что всё от зубов отлетало.
Но,… а кто не волновался перед экзаменами, а? Кто, я спрашиваю?
Она так стиснула зубы, и так старательно старалась не глазеть по сторонам, чтоб знания не растерять, что не заметила преграду на пути.
– Да, что ж вы, девушка не смотрите, куда несетесь? – раздался насмешливый, и очень, очень знакомый голос.
Оторопев, Селинка подняла глаза.
Перед ней стоял Агний в форме сотрудника академии.
Задание его величества
Агний только улыбнулся девушке, пообещал, что они будут часто видеться, и растворился в бесконечных коридорах академии.
Селинка, мало что понимая, постояла, потом тряхнула головой, опомнилась и поскакала на экзамен.
Перед аудиторией стояла, волнуясь, шепотом переговариваясь, толпа студентов.
Только несколько человек стояли в сторонке, с таким выражением на лицах, как будто они не поступающие, а уже давно дипломники.
Но Селинке было не до них. Паника, ненадолго отступившая из-за неожиданной встречи, вновь накрыла её с головой.
– Ещё одна деревенщина! – вдруг донесся до неё язвительный голос со стороны той самой уверенной группки, – и где их только выискивают?! Я, что, должна буду учиться вместе с такими?!
– И не говори! – поддержал ленивый мужской ломающийся басок, – можно подумать, они хоть на что-то способны!
– Надеюсь, их срежут на первом же экзамене! – поддержал третий.
Селинка от такого хора чуть сама не сбежала. Но потом собралась…сначала, очень пожалела, что заплела с утра косу, как привыкла. А потом…
Потом её вызвали, и всё ушло. Были только билет, строгие преподаватели, и её четкие ответы.
Та группка даже в столовой отличалась от остальных. Они так брезгливо смотрели на подносы, которые надо было нести самим, что …ох, короче!
Их комментарии здорово подрубали уверенность девушки.
Но шел экзамен за экзаменом. Она не вылетала.
И вот наконец-то последний сдан!
Никто из студентов в этот день не спешил домой. Все ждали, когда вывесят списки поступивших.
Толпа, ринувшаяся к стенду, где засветились фамилии теперь уже абитуриентов, грозила смять и растоптать.
Селинка решила, что несколько минут погоды не сделают, и решила подождать в сторонке.
– ЧТО?! Моей фамилии нет в списке?! – послышались те самые голоса, хором причем, которые так не хотели учиться с деревенскими, – это ошибка! Я к ректору! Только домой позвоню!
Четыре человека, все из тех самых, очень, очень уверенных в себе, рванули по коридору.
Селинке стало до жути интересно, и она последовала за ними.
– Вам за что наши родители запла….– хором начали, снеся почему – то совершенно растерянного секретаря, и рывком отрыв дверь в кабинет ректора, завопила группка, чтобы осечься на полуслове.
Ректор сидел абсолютно потерянный в своем кресле. По его лицу было видно, что он очень хочет оказаться где угодно, только не здесь.
Перед столом с каменным лицом, но всё же слегка довольный, стоял Агний. На его плече сидела та самая птичка. Только теперь не в колючках. Зато очень, очень, очень довольная собой.
– Где этот обманщик?! Где этот…
Дверь стукнула последнего из не сложившихся студентов по тому самому месту, по какому и положено.
И вслед за влетевшим отпрыском в кабинет, мимо совершенно упавшего духом под свой собственный стол секретаря, влетели родители. Те самые.
По лицу ректора стало совершенно понятно, что вспоминает он сейчас не молитвы. Нет. А как раз то, что так часто пишут на заборах.
И то, что мы здесь произносить никакого права не умеем.
По праву хорошо воспитанных дамов и господов!
Скандалы и угрозы благородных семейств
Селинка, как вы уже догадались, поступила. И с увлечением принялась а учёбу.
Но даже очень плотный график не мешал ей довольно часто слышать отголоски бурь, сотрясающих то, то, то другое благородное семейство.
После того, как ректора вывели из кабинета, начали происходить странные события.
Сразу в несколько городских приютов поступили довольно крупные пожертвования. Под грифом: даритель пожелал остаться неизвестным.
Красивый особняк в центре города, ранее принадлежавший известному в высоких кругах господину, ладно, думаю, и сами догадаетесь, но открою секрет, ректору, внезапно был подарен приюту для детей, оставшихся без родителей.
Сказать, что управительница приюта была в экстазе, восторге и прочем полетном состоянии, ничего не сказать!
Дети, привлеченные к наведению порядка, скорее наводили очень веселый беспорядок, размещаясь во многочисленных покоях.
Но на этом дело не закончилось.
Вы же помните этих, которые никак не хотели учиться с деревенскими?
Так их желание исполнилось.
Результаты их экзаменов были таковы, что их отправили снова учиться в средние учебные заведения!
А их родителям четко дали понять, что, если они опять станут платить за отметки своих великовозрастных оболт…ну, вы понимаете, то для их деток есть очень тепленькие местечки.
В холодных местах.
Например, на крайне северной границе срочно требуются уборщики стойл для оленей. Мест много. Ваши детки будут там приняты с руками, ногами и лопатами.
Так что, да. С деревенскими они не попали учиться. Знаний не хватило.
А вот в высшем и среднем, богатом, но без титулов обществе, поползли дрожащие шепотки.
Мол, появился очень скупой по эмоции инспектор. Проверяет все дипломы, всех выпускников академии за последние пятнадцать лет.
И ничем его не проймешь! Ничем! Пытались!
Отпрыски девичьего пола кокетливо хлопали ресничками на светских раутах, и сами нарывались на свидания.
Мужского звали перекинуться в картишки, сходить на скачки. И тому подобное.
Инспектор ото всего отбрыкивался. Дел у него понимаете ли, очень много.
Надо очередного градо или провинцио правителя снимать с должности. И глубоко плю…ну…короче, до лампочки шикарный диплом, висящий на самом видном месте очень красивого кабинета.
Многие слетели с теплых местечек. Не все! Были и среди этой среды те, кто шел за знаниями, не полагаясь на родительские капиталы. Да и родители в таких семьях, скорее выдали бы розг дитятку, чем денежку на лапку.
Тут очень помогал ректор. Вот, прямо со всем старанием и душевными порывами.
Он оказался человеком ответственным и во многом педантичным.
Все «подарочки» он вносил в специальный реестр. Дотошно и аккуратно. Так что, хоть в этом обошлось без долгих разборок.
Что только не пытались сделать благородные семейства!
Каретой сбить Агния не вышло. Реакция у него хорошая.
Взятку подсунуть…ну…что? Вы забыли подушечку в штанишки засунуть? Так кто ж вам виноват в вашей рассеянности?!
А так да, ступеньки у меня высокие. Все сосчитали?
Один раз на него чуть пса не спустили. Но вот ведь досада!
Птиц, тот самый, бывший шпион, Шипик, почуял собаку издалека. А вот откуда он взял здоровенного кота, объяснившего злобно рычащему псу, что он себя ведет очень нехорошо, и вообще, шрамы на морде украшают собаков, Шипик так и не признался.
Ой! Я ж не рассказала!
Ёжики подали слезную просьбу лично королю, на второй день исправления в их обществе Шипика.
Приложенные к просьбе фотографии ёжиков под Колобков, заставили короля с королевой икать от смеха.
И когда Шипика принесли пред ясны очи правителя, птичка, увидев грозные брови, поклялась, что больше никогда, ни за что! И вообще, она слишком полезна, чтобы использовать её в качестве парикмахера для ёжиков! Дайте задание посерьезней. Она сумеет! Она оправдает! Она всякая такая очень, очень продвинутая в шпиёнстве! И готова, служить за горсть орешков! Только можно не колючих? Ну, пожалуйста!!!
Король подумал, подумал, и решил, что такое сокровище очень даже может сгодиться.
Вот так у Агния и появилась пернатая сотрудница.
Все попытки сбить с толку эту колоритную парочку, проваливались на подлете.
Агний, начавший вновь часто появляться дома, рассказывал об этом со смехом.
Тем временем свет трясло и потряхивало.
Селинка шла домой с занятий. В этот день она изрядно задержалась, и добиралась уже в потемках.
Пешком. Прогуляться ей захотелось, после целого дня сидения в аудиториях.
Её кто-то сильно толкнул в подворотню, прижал к стене, и зашипел:
– Попалась, птичка! Может, теперь он станет сговорчивей?
Селинка слегка задохнулась, так сильно её прижали.
Ей хотели скрутить руки. И даже начали.
Они не учли одного. Девушку из деревни!
Да, топора у Селинки с собой не было. О чём она мимолетно пожалела. Потом начал жалеть напавший.
Резко скрючившийся, хватающий ртом воздух, а руками за …там…внизу…в общем, вам по пояс будет. Что не точные координаты? Там где фаберже! Вот!
– Ах ты…я тебя…
Полная деморализация от таких несрастух, с помощью кулачков и сапожков Селинки, уложила неудачливого похитителя ей под ножки.
Влетевший в подворотню Агний, застыл на месте, озирая любимую девушку, с занесенной ногой, выкрикивающей:
– Будешь знать, как девушек пугать и одежду им об стену пачкать!
Шипик, влетевший чуть раньше Агния, отвесил клюв, и почти шепотом прострекотал:
– Хозяин, а может, ты ещё подумаешь?
Повышенная полосатость
Потекли относительно спокойные дни.
Агний занимался своими расследованиями. По его намекам было понятно, что корона решила такого полезного и неподкупного повысить, и сделать главным инспектором.
Шипик активно ему помогал. Его способности к разведке очень даже пригодились.
И полагаю, что он не единожды доводил тех, за кем его отправляли следить до нервотрясения, показываясь в самый неподходящий момент. Конечно, если это было согласовано с начальством.
Начальство Шипик беззаветно обожал! И готов был за него куда угодно, кроме супа.
Агний отвечал птичке полной взаимностью, и обеспечивал кормом, удобной постелькой и прочими радостями жизни.
Единственное место, куда Шипика не брали никогда, это на прогулки с Селинкой. Но птичка относилась к этому с полным пониманием, употребляя свободное врем на обсуждение с лордом текущей политической обстановки. Или с леди новые фасоны платьев.
Шипик только слезно попросил ему больше авангардную моду не показывать. Мама как-то раз решила его посвятить в это знание, так он три ночи не спал, и икал при виде занавесок и абажуров.
Каждую свободную от работы минутку Агний старался проводить с Селинкой. Если, конечно, она была свободна от занятий в это время.
Ох, как Селинка собиралась на эти прогулки! Каждая раз как на королевский бал! Без пышного, в пол, платья, всё- таки в таком по улицам бродить как-то не очень. Но всё остальное…на высшем уровне!
В тот день она освободилась раньше обычного, и радостно поскакала наводить красоту.
Первым делом занялась прической. Точнее, волосами.
Она сварила новый, шикарный бальзам, по секретному рецепту, и уже предвкушала, как изумится Агний, увидев её с новой прической.
Агний пришел домой, пообедал. И с удивлением узнал, что Селинка к обеду не спускалась.
Он подождал. Но девушка не спустилась и к полднику.
Тогда Агний забеспокоился, и послал горничную спросить, в чём дело.
Та вернулась быстро, и с очень встревоженным лицом.
– Молодая госпожа не открывает дверь! – начала отчитываться она, потом помедлила и добавила, – мне кажется, она там плачет!
Агний рванул к комнате Селинки.
– Селинка, что случилось?! Ты почему не выходишь? – взволнованно спросил он через дверь.
Ответом была тишина. Потом прозвучал ответ, как будто говорящая или всерьез заболела насморком, или на самом деле долго плакала. Утром она была здорова…
– Открой дверь, Селинка! – совсем всполошился парень, – или я её вынесу!
Мощный удар кулака на самом деле мог бы вынести дверь, может быть, вместе с коробкой, если бы она сама не распахнулась.
Агний чуть не упал, настолько сильно размахнулся. Удержался на ногах, почти вбежав в комнату.
И застыл посередине.
Селинка, отпрыгнув в сторону, когда откинула щеколду, пряталась за креслом.
Оттуда неслась новая волна начинающейся истерики.
Агний осторожно обошел кресло. И чуть не вылетел из комнаты в коридор. Чтоб не расхохотаться. Рассмейся он, долго бы пришлось мириться с Селинкой.
За креслом сидело совершенно пушистое сокровище. Очень, очень пушистое.
Волосы буквально обнимали девушку со всех сторон, окружая наподобие эдакого шалашика.
И как будто этого было мало!
Шалашик был полосатым.
Полоска рыжая, полоска золотая, полоска ярко коричневая.
Селинка подняла глаза на Агния, и пока он не выдал себя смехом, то быстро, быстро проговорил:
– Ты, что?! Из-за этого плакала и голодала?! Очень мило кстати! А что случилось?
– Я сварила зелье, называется повышенная волосатость….ууууу….мне рецепт по большому секрету дали, ууууу… – она уже ревела в тридцать три ручья, – как я завтра на занятия пойду….ууууу
– Мда, – глубокомысленно протянул Агний, – задумывалась волосатость, получилась полосатость. Прости, прости!!! – гневный взгляд полосатого пушистика с распухшим носом разбил остатки самообладания Агния, – я знаю, кто тебе сможет помочь! Потерпи часок!
И вылетел из комнаты.
Продержался Агний примерно метров сто, отбега от дома. И только потом удивленные прохожие, начали обходить по широкой дуге, согнувшегося в дугу, хохочущего парня.
Всё закономерно
– Да, девушка, – насмешливо протянул приведенный Агнием мастер травник, – вы зачем двойную дозу тигроголова бабахнули в отвар?!
Селинка всхлипнула:
– Мне хотелось стать красивой. Очень.
– Эх! Молодость, молодость! – мягко улыбнулся мастер, посматривая за дверь, где ожидал его Агний.
Травник быстро смешал какие-то ингредиенты, принесенные с собой в объёмистом рюкзачке. Нанес их Селинке на волосы. И велел посидеть так примерно, полчасика, удалился.
На последок сказав:
– А вашему учителю я намекну, что неплохо бы вас заставить пересдать некоторые зачеты!
Селинка только прикусила нижнюю губу. Заслуженно, чего уж там.
Через полчаса девушка понеслась смывать смесь.
Каково же было её счастье, когда она увидела, что её родной цвет вернулся, излишняя пушистость ушла, и волосы стали вновь выглядеть вполне пристойно.
Всё это время Агний ждал её, чтобы пойти на прогулку.
Он не выдержал, и, ведя подругу по набережной, спросил:
– И зачем ты это сделала?
Селинка вскинула на него несчастные глаза, сейчас, когда волосы были уже в порядке, мысль о грядущей пересдаче казалась более …неприятной, как минимум.
– Я так хотела тебе понравиться…
Агний поперхнулся воздухом. Отдышался. Схватил её за плечи, и, глядя в глаза, сказал:
– Тебе не надо для этого что-то делать! Для меня ты самая прекрасная! И знаешь, что? Давай не будем ждать, пока ты доучишься!
Он вытащил из кармана коробочку, плотно поселившуюся там уже порядочно как времени, и без пафоса спросил:
– Ты выйдешь за меня замуж? Потому что, я себя без тебя не представляю! И очень, очень тебя люблю!
Свадьбу сыграли через три месяца.
Всю Селинки�