Жизненный цикл Евро-атлантической цивилизации

1.1. Западная цивилизация в мировом сообществе

Планетарный социум, мировое человеческое сообщество предстаёт, как множество расовых, этнических и территориальных сообществ людей, множество стран и государств, сформировавшихся в результате длительного исторического процесса развития. В настоящее время преобладает политико-экономический подход к исследованию структуры мирового сообщества, типов и форм организации общественной жизнедеятельности. В соответствии, с которым в современную историческую эпоху основной формой общественной жизнедеятельности, основным структурным звеном и субъектом мирового сообщества выступают социально-культурные политико-экономические образования – страны мира, или национальные государства, занимающие некоторую территорию, и населённые некими сообществами людей, образующими нации.

Одной из обобщающих форм восприятия социальной реальности выступает система политического устройства мира. Зримо эта система доступна нашему восприятию в такой абстрактной форме как политическая карта Мира. Политическая карта отображает деление мира на государства, владения и территории, т.е. политическое устройство мирового сообщества, которое находится в непрерывном движении и развитии. Процесс формирования политического устройства длится несколько столетий, начиная с появления первых государств. Политическая карта даёт нам представление о строении планетарного социума в определённый период времени с точки зрения географического, этнического, экономического и политического подходов. Она содержит характеристику планетарного сообщества, как совокупности национальных государств, занимающих некоторое географическое пространство, отмежёванное государственной границей. Каждый из множества политических социумов современного мира характеризуются единством следующих ключевых аспектов: нация (народ), страна (территория), государство (система политического и экономического устройства), национальная экономика (народнохозяйственный комплекс).

Для восприятия планетарной социальной реальности, как множества культурно-исторических типов и конкретно-исторических цивилизаций, нужен иной угол зрения, иные теоретико-методологические основы в сравнении с политико-экономическим подходом. Границы, разделяющие конкретно-исторические цивилизации, по большей части не совпадают с государственными границами. Ареалы расселения рас и этносов, и пролегающие между ними границы, так же не всегда помогают вычленить то или иное цивилизованное сообщество, обнаружить занимаемое им географическое и культурно-историческое пространство.

Цивилизация – это исторически определённый путь развития, путь социально-культурной, экономической и политической динамики. Цивилизация – это исторически определённый тип общества, тип социально-культурного, экономического и политического устройства общественного организма, складывающийся на определённой ступени социального развития. Цивилизация – это коллективная индивидуальность.

Цивилизационная динамика – это исторический циклический процесс количественных и качественных закономерных изменений (трансформаций) общественного организма. Это поток, с одной стороны, взаимосвязанных и взаимообусловленных событий и явлений общественной жизнедеятельности, а с другой стороны, случайных, спонтанных явлений. Это процесс, который характеризуется единством порядка и хаоса, единством закономерности и случайности.

Согласно парадигме культурно-исторической динамики основным структурным звеном мирового человеческого сообщества, в прошлом и настоящем, выступает конкретно-историческая цивилизация. Мировое сообщество образует совокупность конкретно-исторических цивилизаций, которые или сосуществуют, или сменяют одна другую в ходе мирового исторического процесса. Социальный космос цивилизационной исторической эпохи – всё мировое человеческое сообщество состоит из множества социальных галактик – конкретно-исторических цивилизаций, каждая из которых имеет свой исторический путь от момента зарождения, через подъём к вершинам развития, зрелость, а затем упадок, разрушение и уход с исторической сцены. Конкретно-исторические цивилизации представляют собой особые миры – социально-культурные галактики, которые бесконечно отличаются друг от друга. Но в то же время процесс их жизнедеятельности основан на единых фундаментальных принципах, и общих закономерностях. Ритм их жизни подчинён единому ритму процесса цивилизационной динамики. Конкретно-исторические цивилизации представляют собой социально-культурные политические и экономические организмы, которые характеризуются такими общими элементами, как язык, религия, традиции, институты, Церковь, государство, капитал. Для них характерна коллективная и индивидуальная самоидентификация людей на всём протяжении исторического пути.

Любая цивилизация существует в биосфере и воздействует на неё, а также отражает и изменяет взаимоотношения человека и природной среды. Каждая цивилизация имеет характерную для неё техносферу, включающую энергетический базис, систему техники и технологий. Цивилизация имеет экономическую систему, основу которой составляет цикл воспроизводства хозяйственных ценностей. Воспроизводственный цикл включает процессы финансирования, инвестирования, производства, распределения, обмена, логистики и потребления. У любой цивилизации есть социосфера, состоящая из взаимосвязанных социальных институтов; инфосфера – каналы коммуникации, через которые осуществляется обмен информацией. И любая цивилизация имеет властную сферу. Вдобавок каждая цивилизация определённым образом связана с внешним миром. Эти связи носят характер эксплуатации или симбиоза, агрессии или пацифизма. И у каждой цивилизации есть собственная сверхидеология – культурно обусловленная система взглядов, структурирующая отношение к реальности и узаконивающая определённый способ существования цивилизации3.

«Мировая история раскрывает перед взором нашим целый ряд эпох и цивилизаций, живших каждая своей собственной жизнью, своими собственными целями, своими собственными стремлениями и силами. Порой эти отдельные миры бесконечно отличались друг от друга, но как бы различны они ни были, каждый мир имел свою собственную красоту, управлялся ритмом своей собственной гармонии. Живя в своём собственном мире, человек, народ или раса, доходили, наконец, до конца, дочитывали раскрытую перед ними страницу Вечности. Построенный ими мир делался столь близким им, они с ним так сживались, так проникались его веянием, что, в конце концов, они становились нераздельными; задачи и цели переставали быть целями; будучи достигнуты, они превращались в самое существо искателей, они поглощали созданный ими самими же мир, а он в них растворялся. Не стало мира, не стало и цели, а потому наставал миг, когда Волей Высшей Силы дочитанная страница перевёртывалась, открывалось новое поле, новый мир, новые цели»4.

Символом этого устраиваемого человеком относительного мира служит башня (Вавилонская башня): «По мере постройки её, человек постепенно возвышается, но настаёт миг, когда последний камень обретает своё место и Волей Высшего Судии эта башня обращается во прах. Человек падает, но скоро убеждается он, что в этом падении он лишь все укрепил в себе самом, не потерял ничего. И вот, собравшись с силой, он начинает строить новую башню, начинается новая эра его долгой жизни»5.

В современном мире существуют конкретно-исторические цивилизации: Евро-атлантическая, Евроазиатская (Россия), Дальневосточная (Конфуцианская); Индийская (Южно-азиатская); Исламская.

В книге «История цивилизации в Европе», Франсуа Гизо – государственный человек и писатель Франции, утверждает, что существование Европейской цивилизации есть исторический факт. «Я говорю о европейской цивилизации: несомненно, что такая цивилизация существует, т. е. что в цивилизации различных европейских государств обнаруживается некоторое единство; что, несмотря на большие различия во времени и в самом ходе, она обусловливается фактами почти однородными, находится в связи с одними и теми же основными началами и стремится к одним и тем же результатам. Итак, европейская цивилизация существует; исследование её и составляет предмет наших лекций»6.

Цивилизация есть факт, подобный всякому другому, факт, который наравне со всяким другим может сделаться предметом изучения, описания, рассказа. Многие не без основания утверждают, что при изучении истории следует ограничиться фактами и только фактами. Это весьма справедливо; но число и разнообразие фактов гораздо больше, чем может показаться с первого взгляда. В числе разнообразных фактов целесообразно выделить ключевые, системообразующие факты, вокруг которых можно объединить все разнообразные исторические факты.

«В цивилизации заключаются два главных факта, она существует при двух условиях и характеризуется двумя признаками: развитием общественной деятельности и развитием деятельности личной, – прогрессом общества и прогрессом человека. Повсюду, где внешняя жизнь человека становится более широкою, где она оживляется, улучшается, где духовная природа его проявляется во всем блеске и величии, – повсюду на основании этих признаков, и часто даже несмотря на значительное несовершенство общественного быта, человеческий род провозглашает цивилизацию и превозносит её»7.

Если мы обратимся к всемирной истории, то получим тот же самый ответ. Мы найдём, что развитие внутренней природы человека служило вместе с тем на пользу обществу, и наоборот, всякое значительное развитие общественного быта – на пользу человека. Конечно, всегда преобладает одно развитие над другим, проявляется с большим блеском и сообщает прогрессу свой особый характер8.

Западно-христианская цивилизация, на первых этапах своего становления и развития охватывала страны Европы, но постепенно она, в процессе глобализации, приобрела значение мировой цивилизации, и в настоящее время Евро-атлантическая цивилизация распространилась по всем миру. Евро-атлантическая цивилизация простирается далеко за пределы Европы, но не по суше, а через Атлантику. Она объединяет христианские страны не только Европы, но и Южной и Северной Америки, а также охватывает Австралию и Новую Зеландию, и ряд анклавов в Азии и Африке. При этом специфический характер латиноамериканской цивилизации, отличающий её от католической и протестантской Европы, не имеет конфессиональных оснований и коренится в интенсивном воздействии на неё уничтоженных местных культур: ацтеков, майя, инков. Что же касается Северной Америки, то в её формирование внесло свой вклад протестантское диссидентство, маргинальное на родине североамериканской культуры – в Западной Европе. Фактически, уничтоженная колонистами культура североамериканских индейцев, оставили своё наследие, главным образом, на географической карте Америки с её Оклахомой и Миссисипи, и ещё – в прославленном искусстве пионеров дикого запада снимать скальпы.

Совершенно иначе развивалась цивилизация современной Европы. Оставляя в стороне все подробности, вглядитесь в неё, припомните всё, что вы знаете о ней, – она тотчас же явится перед вами многообразною, запутанною, бурною; в ней одновременно существуют все формы, все начала общественной организации: духовная и светская власть, элементы теократический, монархический, аристократический, демократический; все классы, все состояния общества смешаны и перепутаны; всюду представляются бесконечно разнообразные степени свободы, богатства, влияния. И все эти силы находятся в состоянии постоянной борьбы, причём ни одна из них не получает решительного преобладания над прочими, не овладевает безусловно обществом9.

Западная цивилизация есть в основном сплав интеллектуальных конструктов, созданных чтобы служить интересам их авторов. Это продукт сложнейшей игры ума, бесчисленных экскурсов в поисках самоопределения, изощрённой культурной пропаганды. Сторонники идеи Западной цивилизации могут давать ей практически любое определение, которое только сочтут подходящим. Её эластичная география может основываться на распространении религий, на потребностях как либерализма, так и империализма, на неравномерности модернизации, на определяющем значении мировых войн и русской революции, на эгоцентрических представлениях французских philosophes, прусских историков, английских и американских государственных деятелей и публицистов, которые все имели свои собственные причины пренебрегать Востоком или презирать его10.

В менталитете человека Евро-атлантической цивилизации доминирует догма о превосходстве Запада над всеми прочими странами и народами мира во всех сферах и отношениях.

«Классификация рас по цвету была дополнена понятием безусловной расовой иерархии, в соответствии с которой люди с белой кожей европейского происхождения занимали высшую позицию. Это началось с работы Виктора Курте (1813–1867), хотя особенно влиятельное изложение этой теории было сделано в труде «О неравенстве человеческих рас» (1855) Жозефа-Артюра графа де Гобино (1816–1882). «История показывает, – писал он, – что любая цивилизация исходит от белой расы и что общество может достичь величия и вершин интеллекта лишь постольку, поскольку оно хранит кровь той благородной расы, от которой пошло»11.

Успехи человека западной цивилизации в продуцировании различного рода «кунштюков», «гаджетов» и «лайфхаков», породили в его сознании ложное представление, о, безусловно, лидирующей позиции Западной цивилизации в мировом сообществе.

Твой жребий – Бремя Белых!

Как в изгнанье, пошли

Своих сыновей на службу

Темным сынам земли;

На каторжную работу –

Нету её лютей, –

Править тупой толпою

То дьяволов, то детей.

(Редьярд Киплинг. Бремя Белых)

Следствием заблуждения о безусловном превосходстве человека Западной цивилизации над полу-дьяволами – полу-детьми, явилось ложное представление о том, что у хитроумного человека Запада есть право назидать и поучать всех прочих, якобы «отсталых» и «неразумных» аборигенов Востока и Юга, принуждать их к «правильной» свободе и демократии, в том числе силой оружия. Но, поскольку народы колонизируемых Западом стран не всегда желали добровольно (за стеклянные бусы) принять его «просветительную» миссию, Запад исполнял свою миссию крестом, мечом, огнём и подкупом. В результате стремление человека Запада назидать и поучать вылилось в его агрессивное отношение ко всем другим странам и народам мира. Миссия Запада деградировала, обернувшись колониальными захватами стран, и их порабощением и ограблением. Западная цивилизация несла в другие страны мира и их народам войну, насилие, бедствия и разрушение.

На протяжении XVIII, XIX и начала XX века Западная Европа позиционировалась как столица мира, и как безусловный экономический, политический, военно-стратегический и научный лидер мирового сообщества. Европейский политический класс всячески пропагандировал модель Европоцентричного мироустройства, в котором европейские страны – образец для подражания всех других стран и народов. Агрессивная внешняя политика европейских политических элит привела к тому, что по Европе прокатились две самые кровопролитные и разрушительные мировые войны. В ХХ веке Европа оказалась обескровленной и политически в полном подчинении у США. Подрыв авторитета Западно-Европейских стран, утрата ими политического и военно-стратегического суверенитета, привели к выдвижению на лидирующие позиции США.

Теперь уже США – «град на холме», заявляет о своей миссии мирового гегемона. В коллективном американском менталитете укоренилось представление о том, что США привилегированное общество – страна, помещённая на Землю, будто историей или провидением, чтобы вести мир к более просвещённому, лучшему будущему. Политический класс этой страны всячески пропагандирует представление о том, что американцы родились в состоянии «первородной добродетели». Однако миссионерские устремления США так же базируются на высокомерии, демонстрации собственного превосходства и насилии.

Запад – единственная из цивилизаций, которая оказала огромный просветительный и временами разрушающий эффект на все остальные цивилизации. Следовательно, взаимоотношения между властью и культурой Запада и властью и культурами других цивилизаций – вот наиболее всеобъемлющая характеристика мира цивилизаций. По мере того, как относительное влияние других цивилизаций возрастает, утрачивается привлекательность западной культуры и не-западные жители всё больше, доверяют своим исконным культурам и всё больше преданы им. В результате этого основной проблемой взаимоотношений между Западом и остальными стало несоответствие между стремлением Запада – особенно Соединённых Штатов – насаждать универсальную западную культуру и всё снижающейся способностью делать это12.

Вера в то, что представители не-западных обществ должны принять западные ценности, институты и культуру, аморальна, если принять во внимание, что необходимо для достижения такой цели. Почти универсальный охват мира европейской мощью в конце XIX века и глобальное превосходство США в конце ХХ привели к тому, что многие элементы западной цивилизации распространились по всей Земле. Европейского глобализма, однако, больше не существует. Американская гегемония отступает – хотя бы потому, что отпала необходимость защищать США от советской военной угрозы времён «холодной войны». Запад очевидным образом богаче и сильнее, чем Восток и Юг. Однако всякий согласится с тем, что преступления Запада в XX и XXI веке подорвали моральное основание его претензий на превосходство и лидерство в мировом сообществе.

1.2. Культурно-историческое наследие

Западно-христианская цивилизация возникает не на пустом месте. В течение многих веков, предшествовавших становлению собственно Европейской цивилизации, история европейского континента обнаруживает поразительное богатство культурного и цивилизационного опыта, который оказывал непосредственное влияние на формирующуюся Евро-атлантическую цивилизацию. Утончённая интеллектуальная греко-римская античная культура, институты полисной демократии, богатый язык, способы мышления, художественное наследие и философская мысль эллинского мира, университетское образование Византии, культура Ближнего Востока (иудейская традиция), варварские культуры (кельты, германцы, славяне и др.) внесли свой вклад в формирование культурной жизни Евро-атлантической цивилизации.

Западноевропейская гражданственность и образованность имели общее происхождение в Западной Римской империи, в христианстве и в германском быту, на этой основе сформировались своеобразные формы феодализма и католицизма, которые легли в основу быта западной Европы, её социальной и культурной истории. Они составили основу жизни общественной – государственной, правовой и хозяйственной. Также составили основу духовной культуры – морали и всего мировоззрения.

Наследие Римской империи, её рациональное правосознание, государственная идея «общего блага», идея правопорядка, частной собственности и достоинства свободного человека вошли в нормативный фонд европейского правосознания и гражданственности Европейской цивилизации. Римские города, водопроводы и дороги даже после гибели Римской империи оставались важными элементами европейской инфраструктуры, несмотря на разруху во всех областях хозяйственной жизни в период раннего Средневековья.

Латынь стала основой формирующихся в Средние века романских языков, и оказала влияние на другие языки европейских народов. Она остаётся источником международной, общественно-политической и научной терминологии и по сей день. С III в. н. э. латынь, пришедшая на смену греческому языку, была (а отчасти и поныне остаётся) основным литургическим языком Католической Церкви. До XIX века латынь являлась основным языком европейского научного сообщества. Этот рациональный, разработанный и выразительный язык – тоже прямой наследник римского мира.

Опыт развития навигационного искусства, дальних и каботажных плаваний, культурного освоения заливов и побережий, по всей береговой линии Средиземного моря финикийских колонистов был перенят их потомками и сопредельными народами, проживавшими на Европейском континенте. Финикийским изобретением являются виноградарство и виноделие, которые были усвоены греками и римлянами и, в свою очередь, через античное наследие восприняты жителями средневековой Европы.

На становление европейского менталитета оказали воздействие и традиции германских общин: военная демократия, особый акцент на частные и групповые права свободных людей, подотчётность власти сообществу свободных людей, поощрение осознанного риска и авантюрности малых групп и их военных предводителей. Германская община и система «военной демократии» в значительной мере поспособствовали становлению феодальных отношений в Европе.

Важнейшей основой складывания европейской цивилизационной общности стало христианство – его миропонимание, нравственность, право, обычаи, этика (мораль). Принятие христианства оказало влияние на характер социокультурного развития западных народов. Христианство в значительной мере определило неповторимость европейской цивилизации, её отличия от цивилизаций других континентов.

Христианская Церковь с её централизацией, жёсткой иерархией и богатством укрепляла и освещала общественный порядок, создала единую идеологию. Для институциональных, интеллектуальных и духовных основ Католической Церкви была характерна «синтезность». Христианская Церковь усвоила римскую идею трансэтнической и экстерриториальной священной империи, общинно-приходской принцип религиозной организации, а также элементы греко-римской философской культуры, повлиявшие на церковных мыслителей и деятелей.

В радиопередачах для побеждённой Германии в 1945 году поэт Т. С. Элиот развивал мысль, что Европейская цивилизация находится в смертельной опасности из-за постоянного ослабления христианского ядра. Именно общая христианская традиция сделала Европу тем, что она есть. Христианство с собой принесло те ценности, которые получили дальнейшее развитие в европейской культуре. В христианстве развилось европейское искусство; в христианстве – до недавнего времени – коренились правовые системы Европы. Именно на основе христианства развивалась и утверждала свою значимость европейская философия. Отдельный европеец может не верить в истинность христианской религиозной веры; и всё же то, что он говорит, производит, делает всё – это имеет корни и обретает смысл в христианском наследии. Да и сегодня – пусть не столь явно, но от этого не менее властно – христианское мировоззрение всё ещё воздействует на культурную атмосферу Запада – по сути, пронизывая её, – даже если на первый взгляд она и представляется совершенно мирской.

1.3. Западно-христианская цивилизация

Европа – это часть света, которая, однако, не является, одновременно, и континентом, отличаясь этим от Африки или Австралии. Полуостров Европа – это не отдельный самостоятельный массив суши. При площади примерно в 10 млн. км² она составляет менее четверти территории Азии, треть Африки, половину каждой из Америк. Современные географы считают Европу, как Индию, субконтинентом.

Часть света – понятие из области географии, но, применительно к Европе и Азии, географический фактор, сам по себе, не служит основанием для их разграничения, потому что Европа – это только большой полуостров на западе Евразийского материка. Европу и Азию различают не по географическим параметрам. Их различают исходя из истории народов их населяющих, а точнее, ввиду принадлежности их к разным цивилизациям. Представление о Европе как географической единице всегда конкурировало с понятием Европы как культурно-исторического сообщества. Особое значение обычно придают основополагающей роли христианства, которая не исчезла даже после того, как Европейская цивилизация перестала называться Западно-христианской цивилизацией.

Топоним «Европа» имеет не Европейское, но азиатское, финикийское происхождение. Так мореплаватели-финикийцы называли закат, или тьму, – «эреб», в противоположность восходу и свету – «асу», то есть «Азия». Иными словами, этимологически – «Европа» значит «запад», что вполне согласуется с расхожими представлениями об этой части света. Заимствованное греками, – это слово было личным именем дочери финикийского царя Агенора. В Метаморфозах римского поэта Овидия она выступает в образе невинной принцессы, которую соблазнил «Отец богов». Зевс в образе белоснежного быка обольстил её, когда она прогуливалась с подругами по берегу в родной Финикии. Зевс в образе быка унёс её на Крит, где у неё родились Радаманф, Сарпедон и Минос, ставший царём этого острова. В загробном мире, Аиде, он стал мудрым судьёй. Крит не только в пространстве мифа, но и в реальной истории явился очагом Европейской цивилизации. Рационализируя миф, Геродот считал, что дочь финикийского царя по имени Европа – похитили критские купцы.

На рубеже второго и третьего тысячелетия до Р. Х. в Европе, приблизительно в тех же регионах, что и ныне, локализуются малые расы, на которые подразделяется большая европеоидная раса. В Британии, Скандинавии, на побережье Ла-Манша, Северного моря и Балтики, как это было и тогда, обитают северные европеоиды, отличительными чертами которых являются высокий рост, светлая окраска волос, глаз и кожи, и долихоцефалия (длинноголовость), ранее преобладавшая, а ныне, несколько, потеснённая. По берегам Средиземного моря, в особенности, в Испании, Италии, на юге Франции и в Греции, в Причерноморье, но также, на западе Франции сохранилась со времён неолита до наших дней южная долихоцефальная раса, отличающаяся от северной, c тёмной окраской волос и глаз, смуглой кожей, а также, невысоким ростом. В оставшейся части Европы, образующей клин, сужающийся на западе и расширяющийся на востоке, ныне преобладает умеренно брахицефальная (короткоголовая) или мезоцефальная (среднегодовая) раса. Во времена доисторические, эта раса локализовалась, приблизительно, там же, но ареал её распространения был не столь обширным – со временем, ею были потеснены, как северные, так и южные долихоцефалы. В свою очередь, брахицефальная европейская раса подразделяется на два характерных вида: альпийский и динарский, названный так по наименованию гор на западе Балкан, где, как и в древности, так и ныне распространён этот анатомический и физиогномический тип.

Культурное ядро Западной цивилизации географически может быть очерчено следующим образом – это Германия, Франция, страны Бенилюкса, Австрия, Швейцария, северная и центральная Италия, испанская Каталония, Чехия и Словения. При этом разделение этого региона на католическую и протестантскую его части, проходящее, приблизительно, по Римскому лимесу, хотя и имеет вполне реальную основу, но всё же, вторично, в сравнении с культурными границами, отделяющими этот регион, в целом, от Великобритании, или Испании, и даже от южной Италии.

Западную цивилизацию нельзя искать в каком-либо одном европейском государстве, её история не может быть изучена на основании истории какой-либо одной страны. При всём единстве, она бесконечно нюансирует; она никогда не развивалась вполне в одном каком-нибудь государстве. Элементы истории Западной цивилизации следует искать и во Франции, и в Англии, и в Германии, и в Италии, и Испании, при этом, рассматриваемых не по отдельности, а в их взаимосвязи в едином цивилизационном процессе.

Культурный дуализм Греции и Рима переходит в политический дуализм восточной и западной империй, и это распадение завершается церковным разделением XI века. Единство религиозное и цивилизационное нарушается: Запад и Восток обособляются один от другого, и чем дальше, тем больше.

Христианский Запад существенно разошёлся с Христианским Востоком в эпоху папства и феодализма, крестовых походов и схоластики, то есть во втором тысячелетии от Рождества Христова. Но процесс разделения начался раньше: на Востоке – при императоре Ираклии, радикально пересмотревшем политику своих предшественников, стремившихся удержать или восстановить единство и целостность Римской империи.

Западная, романо-германская Европа объединяется под духовной властью римского первосвященника, и превращается в настоящую церковную монархию, и обособляется в особый мир средневековой «священной Римской империи» с феодальными формами. Она готовится перейти в новую историческую эпоху, как одно целое, с общими всем её народам историческими традициями и жизненными задачами.

1.4. Евро-атлантическая цивилизация

Процесс глобализации Западно-христианской цивилизации – расширение, рост и трансформация в Евро-атлантическую цивилизацию. Начало было положено, так называемыми, великими географическими открытиями: Колумб (1492), Васко-да-Гама (1498), Магеллан (1519–1522). За какие-то полвека были покорены все океаны мира, и европейцы, за жизнь одного поколения, подчинили себе наиболее развитые районы Америки.

Превосходство Европы на морях было результатом сознательного сочетания науки и практики. Опыт такого научно-практического подхода из торговых городов Италии распространился по всей Европе. Начало было положено колонизационной политикой Португалии и Испании, которые недолго почивали на лаврах, вскоре Голландия, Франция и Англия стали теснить их на океанических торговых путях.

Европа – понятие сравнительно новое. Оно постепенно, в ходе сложного процесса развития идей с XIV по XIX век, вытеснило более старое понятие Христианский мир. Решающими стали десятилетия на рубеже 1700 года, последовавшие за бушевавшими на протяжении жизни нескольких поколений религиозными войнами. Мировая история получила новую размерность. Древнейшие общественные устои стали меняться, когда берега Европы, Азии и Америки превратились в арену всё более значительных социальных процессов и новшеств. Болезни, золото, серебро и некоторые полезные сельскохозяйственные культуры первыми потекли по новым трансокеанским каналам сообщения. Их ввоз имел важные и далеко идущие последствия для Азии, Европы и Америки.

В Евро-атлантическую цивилизацию входят государственные образования и народы, в которых доминирующее положение занимает либо католицизм, либо протестантизм, либо православие, либо ислам. Все входящие в неё народы: французы, немцы, англичане, итальянцы, испанцы, поляки, чехи – вырабатывали на протяжении тысячелетий свои специфические формы культуры, со своим своеобразным содержательным наполнением. При этом все они являются звеньями единой культурно-исторической общности, консолидированной сходными представлениями о жизненных ценностях и благах, социальных институтах, и их роли в организации общественной жизни людей.

Поскольку Европа никогда политически не объединялась, разнообразие, очевидно, было самой постоянной её особенностью. Разнообразие можно обнаружить в самых разных реакциях на каждое затронувшее всех событие. Неиссякаемо также разнообразие национальных государств и культур в рамках Европейской цивилизации. Есть разнообразие и в ритме взлётов и кризисов. Гиза был далеко не единственным, кто считал разнообразие главной чертой Европы, но он провозгласил это первым.

Политическое разнообразие и нестабильность Западной Европы приводили к хроническим войнам, но это не препятствовало быстрому культурному и экономическому росту. И действительно, если бы средневековая Европа была приведена к политическому миру и согласию либо сильным и успешным императором, либо победившим папством, трудно представить, чтобы импульсивный характер развития европейской цивилизации не стал бы чахнуть и не иссяк в любой из этих институциональных конфигураций. Хронические войны, являвшиеся результатом политического многообразия, долго были весьма болезненной, но мощной и притом основной движущей силой жизнеспособности Запада.

Беспрестанное соперничество между различными политическими силами питало социальную среду и вдохновляло нововведения, обещая особые выгоды любому новому способу приложения сил. И таким образом, выступало фактором развития.

Несмотря на бедность преобладающей массы населения, паразитизм основной части светских и духовных феодалов, частые войны, стихийные бедствия, пожары, западноевропейское общество в Средние века и Новое время в целом обеспечило известный рост массы и нормы накопления. Это создало основу для развёртывания индустриализации, сопровождавшейся освоением ряда собственных нововведений и применением технических и технологических изобретений других стран и народов, в том числе азиатских народов. Процессы индустриализации обеспечили рост свободных городов, региональной и межстрановой торговли, социально-институциональные преобразования.

Идея личной свободы человека, дающая ему право на инициативу, предприимчивость и получение выгоды, выступила одним из ключевых факторов консолидации Евро-атлантической цивилизации, как единого исторического, геополитического и социально-культурного сообщества.

Европейская цивилизация всегда рассматривалась как пространство свободы. Эти элементы свободы, возникшие ещё в античном мире, получили широкое распространение в Средние века. На протяжении XI–XVIII веков это слово употреблялось, как правило, не в единственном, а во множественном числе. Однако в таком контексте, опираясь на феодальные привилегии, эти свободы противоречили друг другу. Поэтому каждое сословие феодального общества пыталось расширить свои свободы за счёт свобод других сословий.

Понятие свободы, как абстрактное, формируется в ходе Возрождения и Реформации и получает широкое распространение после Великой французской революции, и становится ключевой идеологемой либерализма. Классический либерализм включал в себя политическую доктрину, в основе которой лежало укрепление законодательной и судебной власти в ущерб исполнительной. Экономическую доктрину, предполагающую развитие частной инициативы и ограничение вмешательства государства в частную жизнь граждан. И философское учение, в основе которого лежит уважение интересов другой личности.

В результате реформ и преобразований важнейших социально-политических институтов в странах Евро-атлантической цивилизации, усиления процессов интеграции, интернационализации, государственного и межгосударственного регулирования экономики, совершенствования конкурентного рыночного механизма значительно возросла мобильность товаров (продуктов и услуг), рабочей силы, капиталов, технологий и информации. Заметно повысились общие темпы экономического роста. Произошло существенное сближение относительных уровней развития производительных сил разных стран.

Европейская социальная модель. Официальное определение понятия «европейская социальная модель» зафиксированное в документах ЕС, и содержит следующие принципы. Благосостояние должно быть доступно каждому гражданину ЕС; экономическое благосостояние достигается единством действий европейских стран; дилемма «экономический прогресс и прогресс социальный» отсутствует; государство «всеобщего благоденствия» – это фактор развития производства, а не средство получения богатства и роскоши.

Эту модель можно охарактеризовать как круг разделяемых всеми ценностей (идей). К этим ценностям (идеям) относятся, например, такие: создание общества, основной заботой которого является обеспечение прав человека, включая экономические и социальные права. Создание общества, которое гарантирует всем гражданам возможность использования этих прав и участия в общественной жизни. Обеспечение всем гражданам высокого уровня социальной защиты и равного доступа к основным общественным услугам, гарантированным или предоставляемым государством, таким как образование и профессиональная подготовка, жилье и здравоохранение; признание культурного многообразия стран и отдельных регионов внутри страны; достижение высокого уровня занятости и качества рабочих мест при соблюдении прав работающих.

Запад отстаивает дух рациональности, который не нуждается в религиозном признании. Наука и право – вот реальный вклад Запада в мировое развитие. Создав современную науку и технику, а также светские формы жизни, базирующиеся на формально-правовых началах, он усмотрел в них единственно приемлемый для человечества способ его интеграции. Именно Запад поставил вопрос об общемировой динамике исторического процесса, имеющей своим итогом появление универсальной цивилизации.

По скорости прогрессивных изменений в экономике, политике и культуре с Западом не может сравниться ни одна другая цивилизация мира. Утверждение уважения к правам личности, веротерпимости, техницизм (замена религии технологией), капитализм (доминирование денежных отношений), демократия и социализм (совершенствование общественного управления) – вот главные достижения Западной цивилизации.

На протяжении пяти столетий, начиная с Реформации, происходит деградация, и искажение социально-культурной генетической программы Евроатлантической цивилизации. Изначально заложенные в эту программу христианские ценности упраздняются, все формы жизни, связанные с ними уничтожаются. Взамен внедряются представление о собственной исключительности, экспансия, стремление к доминированию в мире. Взамен свободы воли внедряется её карикатура: произвол, вседозволенность для США и некоторых стран Западной Европы, и при этом отсутствие свободы выбора для всех остальных стран и народов.

Извращённое самосознание европейских народов породило уродливого монстра нацизма/фашизма, с помощью которого они пытаются разрушить, либо сдержать все другие, иные, чужие цивилизации ради своего благополучия, безопасности и утверждения своей ведущей роли в мире. Вся эта экспансия, исключительность, агрессивность, претензии на мировое господство преподносится как миссия коллективного Запада в отношении всего мира. Эти устремления не могут быть удовлетворены, если опираться на нравственные ценности правду и истину. В основе идеологических концептов Евро-атлантической цивилизации лежит ложь, симулякр, фейк, провокация, двойные стандарты, пропаганда войны и насилия.

На экзистенциональном уровне Евро-атлантическая цивилизация, и прежде всего, её военно-политическое ядро – Западная Европа и США, стремится к экспансии во всех направлениях. Но особенно сильно эта экспансия устремляется на Восток, в сторону России. Западная цивилизация пытается обеспечить свою безопасность и богатство за счёт других стран Мира, и, в первую очередь, за счёт России. Запад рассматривает Россию в качестве источника дешёвых ресурсов, – донора своего развития. Запад, как минимум пытается сдерживать развитие России, а как максимум – разрушить и расчленить тело России на части, устранить её как геополитического игрока на международной арене, об этом недруги России говорят открыто.

2.1. Определение понятия жизненного цикла становления и развития цивилизованного общества

Постановка вопроса. О. Шпенглер задаётся вопросом: «Существует ли логика истории? Существует ли по ту сторону всего случайного и не поддающегося учёту в отдельных событиях некая, так сказать, метафизическая структура исторического человечества, принципиально независимая от повсеместно зримых, популярных, духовно-политических строений поверхностного плана? скорее сама вызывающая к жизни эту действительность более низкого ранга? Не предстают ли общие черты всемирной истории понимающему взору в некоем постоянно возобновляющемся гештальте, позволяющем делать выводы? И если да, – то где лежат границы подобных заключений? Возможно ли в самой жизни – ибо человеческая история есть совокупность огромных жизненных путей, для персонификации которых уже словоупотребление непроизвольно вводит мыслящие и действующие индивиды высшего порядка, как-то: «античность», «китайская культура» или «современная цивилизация», отыскать ступени, которые должны быть пройдены, и притом в порядке, не допускающем исключений? Имеют ли основополагающие для всего органического понятия «рождение», «смерть», «юность», «старость», «продолжительность жизни» и в этом круге некий строгий и никем ещё не вскрытый смысл? Короче, не лежат ли в основе всего исторического общие биографические праформы?»13.

Ещё раньше в конце XVIII столетия об этой проблеме размышлял и говорил И. Кант в своей работе «Идея всеобщей истории во всемирно-гражданском плане» (1784): «Какое бы точное понятие мы ни составили себе с метафизической точки зрения о свободе воли необходимо, однако, признать, что проявления воли, человеческие поступки, подобно всякому другому явлению природы определяются общими законами природы. История, занимающаяся изучением этих проявлений, как бы глубоко ни были скрыты их причины, позволяет думать, что если бы она рассматривала игру свободы человеческой воли в совокупности, то могла бы открыть её закономерный ход; и то, что представляется запутанным и не поддающимся правилу у отдельных людей, можно было бы признать по отношению ко всему роду человеческому как неизменно поступательное, хотя и медленное, развитие его первичных задатков»14.

И. Кант весьма скептически относится к наличию общего закона исторического процесса: «Так как люди в своих стремлениях действуют, в общем, не чисто инстинктивно, как животные, но и не как разумные граждане мира, по согласованному плану, то кажется, что и не может быть у них планомерной истории (так же как, скажем, у пчёл или бобров). Нельзя отделаться от некоторого неудовольствия, когда видишь их образ действий на великой мировой арене. Тогда находишь, что при всей мнимой мудрости, кое-где обнаруживающейся в частностях, в конечном счёте, всё в целом соткано из глупости, ребяческого тщеславия, а нередко и из ребяческой злобы и страсти к разрушению»15.

Иммануил Кант выражает надежду на то, что удастся найти путеводную нить истории: «И, в конце концов, не знаешь, какое себе составить понятие о нашем роде, столь убеждённом в своих преимуществах. Для философа здесь остаётся один выход: поскольку нельзя предполагать у людей и в совокупности их поступков какую-нибудь разумную собственную цель, нужно попытаться открыть в этом бессмысленном ходе человеческих дел цель природы, на основании которой у существ, действующих без собственного плана, всё же была бы возможна история согласно определённому плану природы. – Посмотрим, удастся ли нам найти путеводную нить для такой истории, и тогда предоставим природе произвести того человека, который был бы в состоянии её написать. Ведь породила же она Кеплера, подчинившего неожиданным образом эксцентрические орбиты планет определённым законам, и Ньютона, объяснившего эти законы общей естественной причиной»16.

Именно потому, что философы XVIII–XX столетий искали в истории цель природы, они не могли раскрыть её логику, алгоритм и механизм. Они искали смысл и назначение истории где угодно, только не там, где его следовало искать. В истории человечества заключён замысел Создателя, через неё реализуется воля Божия. Бог раскрывает свой замысел в Священном Писании, именно в нём раскрывается алгоритм и механизм исторического процесса.

Появление нового народа на арене мира есть начало становления в предстоянии новых устремлений и сочетаний вибраций вселенской пластичности. Когда этот процесс естественно заканчивается или народ утрачивает связь со своей пластической первоосновой, то наступает его увядание и смерть. Юность, молодость, зрелость, старость и дряхлость народов и определяются соотношением их актуальных творчески-выразительных способностей к проходящему в глубине их природы пластическому потоку жизни17.

Исследователи культурно-исторических типов и цивилизаций Дж. Вико, Н.Я. Данилевский, О. Шпенглер, Питирим Сорокин и А. Тойнби указывали на то, что все цивилизации проходят один и тот же органический цикл: они рождаются, развиваются, и, в конечном счёте, распадаются и гибнут. На основании изучения современного состояния цивилизации у разных народов, а также её предшествовавшего развития, насколько можно его проследить, делаются попытки установить некую последовательность культурных, политических и экономических состояний, или ступеней цивилизации. Эти ступени сменяются большею частью в одной и той же последовательности, и их можно считать более или менее типическими, и они определяют филогенез – исторический процесс становления и развития исторически определённой цивилизации.

Все сущее, отмечал Н.Я. Данилевский, развивается по единому закону – закону зарождения, расцвета и увядания. Каждая более или менее целостная система любого уровня сложности есть замкнутый мир, живущий и умирающий в меру отпущенных ему внутренних сил и возможностей. В результате исчерпания внутреннего потенциала восходящее развитие формы сменяется нисходящей динамикой, и она деградирует. Подобный процесс и приводит, по мнению Н.Я. Данилевского, к вымиранию определённых видов растений и животных. По аналогии с природой, в которой каждому виду, из всего их многообразия, отведены своё место, и роль во времени и пространстве, структурируются и развиваются общественные организмы. Историю можно считать процессом, в ходе которого существует множество самобытных, эквивалентных по своей ценности больших и малых культур, которые или сосуществуют одна наряду с другими, либо, чередуясь, сменяют одна другую.

Дж. Вико говорит о том, что история развивается качественно, и настоящее человеческого общества отличается от прошлого, как жёлудь отличается от дуба, как ребёнок отличается от взрослого. Но в то же время – это движение обладает единообразным постоянством во всех многочисленных обычаях наций, т.е. исторический процесс имеет характер круговорота. Эту идею Дж. Вико развивает в своей концепции «возвращения вещей человеческих». В своём поступательном движении мир наций достигает апогея, затем постепенно приходит в упадок и умирает, чтобы начать своё движение с самого начала.

В соответствии с характером движения Дж. Вико выделяет три века истории – век богов, век героев и век людей – периодически повторяющихся эпох (стадий) человеческого развития. Трём векам – божественному, героическому и человеческому – соответствуют три вида нравов, три вида правления, три вида права, три вида суда, три вида языков и т.п. Например, веку богов соответствуют нравы окрашенные благочестием и религией, героические нравы – гневливые и щепетильные, человеческие – услужливые, руководимые чувством гражданского долга. Первое право было божественным – люди думали, что всем и всеми управляет Бог, второе право было – героическим – это право силы, не сдержанной религией, человеческое право продиктовано развитым человеческим умом. Каждая эпоха в учении Дж. Вико обладает индивидуальным характером, и целостностью – все её части и формы взаимосвязаны и взаимообусловлены18. Каждый цикл, по мнению Дж. Вико, заканчивается общим кризисом и распадом данного общества. Смена эпох осуществляется в силу общественных переворотов, борьбы между отцами семейств и домочадцами – в патриархальной общине, позднее – борьбы феодалов и простолюдинов.

В различной по своей направленности и отраслевой принадлежности литературе обсуждается проблема существования длительных исторических периодов продолжительностью примерно 2000–3000 лет. За периоды такой длительности многие исторические цивилизации проходили свой жизненный путь от рождения до смерти, и уходили с исторической сцены. Например, Древняя Египетская цивилизация прошла два относительно завершённых, периода такой продолжительности.

Цивилизованное общество представляет собой целостный исторически развивающийся организм, становление и развитие которого происходит в соответствии с определёнными закономерностями. Импульсы цивилизационной динамики распространяются волнообразно, циклически, приводя к возникновению одних и умиранию других цивилизаций, перемещению центра активности из одного региона мира в другой. Мировая история раскрывает перед нашим взором целый ряд эпох и цивилизаций, живших каждая своей собственной жизнью, своими собственными целями и устремлениями. Эти цивилизации представляют собой особые миры – социально-культурные галактики, которые бесконечно отличаются друг от друга. Каждая из цивилизаций прошлого и настоящего имеет свой особый жизненный путь, свои стремления и достижения, особую неповторимую красоту, управляется ритмом своей собственной гармонии. Живя в своём собственном мире, человек, этнос или нация доходили, наконец, до конца, дочитывали раскрытую перед ними страницу Вечности. Построенный мир делался столь близким им, они с ним так сживались, так проникались его веянием и настроениями, что, в конце концов, они становились нераздельными. Цели переставали быть целями, будучи достигнуты, они превращались в самое существо искателей. Созданный мир растворялся в его творцах, они поглощали его. Не стало мира, не стало и цели, а потому наставал миг, когда дочитанная страница перевёртывалась, и открывалось новое поле для созидательной деятельности. Взамен прежних – появлялись новые цели, создавались новые миры. Символом этого устраиваемого человеком рукотворного мира служит Вавилонская башня – по мере её постройки, человек постепенно возвышается, но настаёт миг, когда последний камень обретает своё место и Волей Высшего Судии эта башня разрушается и обращается в прах. Человек падает, но скоро убеждается, что он в этом падении лишь всё укрепил в себе самом, и не потерял ничего. И вот, собравшись с силой, он начинает строить новую башню, начинается новая эра его долгой жизни19.

Циклично-генетическая динамика в области социальных и политических отношении, в развитии государства и права насчитывает более пяти тысяч лет. Она не могла появиться раньше, чем возникли сами объекты цикличной динамики: социальное расслоение людей, политические отношения между большими их группами, органы государственной власти, формирующие и поддерживающие нормы права, объявляющие и ведущие войны. Однако именно этот вид циклов стал первым объектом изучения при формировании науки об обществе. В «Государстве» Платона описана цикличная динамика политических отношений и смены форм власти. Аристотель изучил формы известных ему государственных образований (полисов) и сделал вывод о цикличности в смене форм власти (понимая, правда, под циклом скорее замкнутый круг, чем спираль).

О цикличности, как всеобщем законе жизни, и составляющем его основу принципе смены-чередования, Екклесиаст говорит так: «Слова Екклесиаста, сына Давидова, царя в Иерусалиме. Суета сует, сказал Екклесиаст, суета сует, – всё суета! Что пользы человеку от всех трудов его, которыми трудится он под солнцем? Род проходит, и род приходит, а земля пребывает во веки. Восходит солнце, и заходит солнце, и спешит к месту своему, где оно восходит. Идёт ветер к югу, и переходит к северу, кружится, кружится на ходу своём, и возвращается ветер на круги свои. Все реки текут в море, но море не переполняется: к тому месту, откуда реки текут, они возвращаются, чтобы опять течь. Все вещи – в труде: не может человек пересказать всего; не насытится око зрением, не наполнится ухо слушанием. Что было, то и будет; и что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под солнцем. Бывает нечто, о чем говорят: "смотри, вот это новое"; но это было уже в веках, бывших прежде нас. Нет памяти о прежнем; да и о том, что будет, не останется памяти у тех, которые будут после». (Еккл 1:1–11).

Ядро каждого вида цикличности образует некая социально-культурная генетическая программа (наследственный инвариант), которая актуализируется в форме традиций, и которая действует, пока существует определённый вид циклической динамики и порождающие его факторы и явления. Генетическая форма связи раскрывает внутренний механизм, пружины цикличной динамики, взаимодействие наследственности и изменчивости в ритме цикличного развития. Генетическая передача наследственного инварианта и его изменчивость выступает закономерностью циклической динамики. Цикличность является способом раскрытия генетической наследственной программы, через различные фазы цикла развёртывается наследственный инвариант.

Социогенетика – наименее разработанная часть циклично-генетической парадигмы (хотя в последние годы появился цикл работ А.И. Субетто по этой проблеме). Предметом социогенетики являются закономерности и механизмы наследственности, изменчивости и отбора в обществе как целостной системе и в его подсистемах на разных этапах исторического развития. Без наследственного механизма общество не могло бы воспроизводиться, сохраняя и развивая свою сущность и адаптируясь к меняющейся внешней среде, органически сочетаясь с механизмами наследственной изменчивости и отбора.

Жизненный цикл становления и развития цивилизованного общества – процесс закономерных изменений его состояний с определённой последовательностью в течение определённого периода времени. Жизненный цикл представляет собой период жизнедеятельности исторически определённого общества – филогенез конкретно-исторической цивилизации. Жизненный цикл характеризуется единством алгоритма и механизма становления и развития цивилизованного общества. Алгоритм определяет последовательность стадий и фаз, которые необходимо должна пройти цивилизация в процессе своего исторического развития. Механизм определяет, какие движущие силы, инструменты и факторы обеспечивают осуществление цивилизационного процесса, стимулируют цивилизационную динамику.

Жизненный цикл охватывает жизненный путь конкретно-исторической цивилизации от зарождения до гибели, – это интервал исторического времени продолжительностью примерно 2000–3000 лет. Он представляет собой целостный период, завершённый этап развития человеческих обществ, и создавших их этносов, от момента зарождения до их упадка, разрушения и гибели. В течение этого периода происходит рождение конкретно-исторической цивилизации, прохождение ею жизненного пути через становление, развитие, достижение неких вершин, и, в конечном счёте, упадка, за которым может следовать либо гибель цивилизации, либо её трансформация и вхождение на новый виток социальной динамики – наступление нового жизненного цикла.

2.2. Библия – носитель социально-культурной генетической программы цивилизованного общества

Библия – Книга Книг. Ключевым звеном, и носителем наследственной культурно-генетической программы христианских цивилизаций – Евро-атлантической и Евроазиатской – России, выступает Библия в единстве Ветхого и Нового Завета. Библия – (греч. книги), сборник Священных книг христианства, включающий в себя основной канон иудаизма Танах – Пятикнижие Моисея, иудейские писания, и собственно христианские писания – четыре Евангелия. Согласно имеющимся данным, древнейшие тексты Библии написаны в XIII веке до н.э., формирование же библейского канона (то есть отбор наиболее авторитетных писаний) происходило с IV в. до н.э. по IV в. н.э. и было в общих чертах завершено на Лаодикийском соборе (364 год). Структурирование Библии происходило также постепенно. В XIII веке тексты книг были разбиты на главы, а в XVI веке тексты глав подразделили на отдельные стихи, что позволило окончательно ликвидировать мелкие разночтения. Наиболее полный библейский канон, принятый у католиков и православных, содержит 77 книг, традиционно подразделяемых на Ветхий и Новый Завет. Первый содержит вероучение и историю иудаизма. Второй повествует о жизни и учении Иисуса Христа, в него входят: четыре Евангелия, Деяния святых Апостолов, Послания Апостолов и Откровение святого Иоанна Богослова.

Библия имеет многоплановую, многогранную ценность. Библию можно назвать учебником истории всех времён и народов. Бог открылся боговдохновенным пророкам не только и не столько в законах природы, сколько в событиях и законах человеческой истории. Именно в ней действует Божественный Промысел, в ней открывается Его воля. История есть необратимый поток, устремлённый к высшей Цели. С самого начала Ветхий Завет, и Новый Завет обращены к Грядущему. Библия воспринимает историю как путь, как становление и постепенное свершение Домостроительства Божия. Библия – это учебник истории Древней еврейской цивилизации, истории создания цивилизационного проекта народом израилевым. Но – это не только и не столько учебник истории еврейского народа – это учебник Всемирной истории, вобравший опыт и знания многих времён и народов. Библия сохраняет и передаёт от поколения к поколению знания и опыт созидания различных цивилизационных проектов. В ней не всегда явно, а чаще иносказательно, метафорически представлены принципы, закономерности, алгоритмы и механизмы цивилизационной – социально-культурной, политической и экономической динамики.

Поэма о сотворении Мира. На первые главы Книги Бытия нельзя смотреть, как на мифологический текст – ведь для периода ею создания мифологические тексты были уже не характерны. Вместе с тем, едва ли можно смотреть на них и как на древнейший вариант естественной истории – время для таких произведений ещё не наступило. Чаще всего о начале мира авторы этой эпохи рассказывали �