Философия понимания парадоксов и противоречий: поиск метапозиций
От автора
В мире, где очевидности дробятся на бесконечные точки зрения, а истина тонет в многоголосии интерпретаций, парадокс перестаёт быть исключением – он становится правилом. Именно в этой новой реальности современному человеку необходима особая способность – метапозиция: внутреннее пространство наблюдателя, точка, откуда видны не только формы, но и тени, не только логика, но и её противоречия, не только речь, но и молчание между строк. В центре нашего внимания лежит концепция «метапозиции» – уникальной способности сознания, позволяющей двум виртуальным ученым-философам (Каракулов, Токтошев) отстраниться от непосредственного восприятия и понимания тех афоризмов, которые на первый взгляд кажутся нелогичными или взаимоисключающими, но на самом деле содержат глубочайшую истину о сложности мира.
Цель этого труда – показать, что парадоксы и противоречия в некоторых общеизвестных афоризмах не являются ошибочными и неприемлемыми с позиции здравого смысла, а, напротив, служат мощным двигателем развития, источником самопознания и основой для формирования у людей гибкого, адаптивного мышления. Мы приглашаем читателя в путешествие по миру парадоксов и противоречий, заложенных в некоторые афоризмы, пословицы, поговорки, чтобы через их философское осмысление обрести более полное и мудрое понимание человеческой природы, природы истины и вызовов современного мира. Эта книга – не просто виртуальный диалог-переписка двух ученых-философов о парадоксальных и противоречивых афоризмов, пословиц и поговорок, а это философская лаборатория, где экспериментируют сознания, закалённые опытом науки, страдания, бытия. Два персонажа, Каракулов и Токтошев, – это не только образные фигуры учёных и философов преклонного возраста, вынужденных искать формы жизни в онлайне, но и архетипические фигуры мышления, исследующего пределы смысла.
Пространство их электронных писем – это не переписка в бытовом понимании, а это совместный акт интерпретации, борьба за смысл в условиях смысловой неустойчивости, размышление в стиле Сократа, но уже без агоры, а с клавиатурой. Их онлайн-письма – это философская попытка преодолеть моральные тупики, антропологические катастрофы, этические дилеммы и исторические травмы средствами логики, духа, памяти и критического воображения. Особенность этой работы заключается в том, что она не предлагает простых ответов. Напротив, она утверждает, что понимание спорных, по сути, афоризмов, пословиц и поговорок, возможно только через надситуативное мышление. Афоризмы и пословицы, как вербальные кристаллы народного опыта, вбирают в себя противоречивость самой жизни: мудрость, рожденную страданием, и боль, замаскированную под поучение. Противоречия, от которых современное мышление привыкло отмахиваться, здесь становятся не изъяном, а источником прозрения.
Парадокс оказывается формой истины, доступной только тому, кто вышел за пределы однозначности. Именно в этом – главная философская ставка книги. Ведь метапозиция – это не просто взгляд со стороны, но также и способ быть честным с собой, способность одновременно держать в сознании несовместимые смыслы, не разрушая их, а усиливая тяготением их напряжения. Автор предлагает не просто прочесть книгу, а вступить в соразмышление. В этом аспекте, работа адресована тем, кто не боится интеллектуальной неустойчивости, кто готов встретиться с парадоксом не как с логической ошибкой, а как с вызовом духу. Ведь именно в со-размышлении рождается свобода мышления – в пространстве между очевидностью и абсурдом, между афоризмом и молчанием, между болью и метасознанием.
Исходным для автора является мысль о том, что всем нужно понимание «на каждую умную загогулину одного философа есть не менее умная загогулина второго философа, противоположная по смыслу, о чем будет судить уже третий философ со своей, не менее умной загогулиной». Важно соблюдать баланс, а не искать единственно правильный путь на все времена. Чем хороша онлайн-переписка? Она предполагает свободу, разнотемье, многожанровость, стилистическую подвижность, конкретность адресации. По сути, речь идет о микромедели литературы с философским тоном.
Введение
Когда-то письма, запечатанные в конверт были единственными ниточками, которые связывали людей. Теперь же, люди, в том числе творческие – ученые, писатели, поэты, философы продолжают общаться в электронном формате. Если раньше по сохраненным письмам все же была возможность открыть неожиданные стороны деятельности переписывающихся между собой творческих людей, то сейчас изъять и опубликовать электронные письма можно либо путем несанкционированного взлома E-mail, либо когда они сами (авторы) решаются на публикацию подборки электронных переписок следуя принципу: «А что если перед нами встанет истина…?». Ф.Петрарка писал: «В делах спорных суждения различны, но истина всегда одна»,
Безусловно, переписка видных ученых и философов часто является бесценным источником информации об их мыслях, идеях, развитии теорий и даже личных взаимоотношениях. К примеру, переписка Ибн Сино (Авиценна) и Аль-Ибн Бируни. Эти два великих средневековых ученых обменивались письмами, в которых обсуждали вопросы мироздания, физики и философии. Их дискуссии часто носили полемический характер, где Ибн Сино отстаивал позиции Аристотеля, а аль-Бируни – Демокрита. Эта переписка демонстрирует глубокие научные и философские дебаты того времени. В моих книгах «Клон дервиша» (Ашимов И.А., 2014) и «Воскрешенное имя» (Ашимов И.А., 2023) есть главный персонаж – дервиш Хиссо Хошм, который многие годы скитался по странам Средней Азии и Ближнего Востока, доставляя книги и письма этих великих личностей, став, таким образом, свидетелем их исторической жизни, труда и переписок.
История также помнит переписку философа Вольтера и императрицы Екатериной II, в которых затрагивались широкий круг тем, включая политику, философию, искусство и общественные реформы. У.Хэзлитт писал: «Перестав быть спорной, мысль перестаёт быть интересной». Однако, в переписках с целью поиска и детализации истина, наоборот, становилась сверхинтересной, вот в чем, как мне кажется, заключается значимость со-размышления великих личностей. В указанном аспекте, к числу примечательных можно отнести переписки ученого-физика А.Эйнштейна с ученым-философом Э.Б.Гуткинди, переписка писателей И.Бунина и А.Чехова, переписка ученого-лингвиста Р.Якобсона и ученого-антрополога К.Леви-Стросса. Их письма, охватывающие несколько десятилетий, отражают развитие их идей и взаимное влияние на становление структуралистского подхода в гуманитарных науках. Эти примеры показывают, что переписка ученых и философов служила не только средством общения, но и платформой для развития идей, обмена знаниями, а иногда и для ожесточенных дебатов, которые формировали ход интеллектуальной истории. В целом, переписка между собой великих людей составляла в мире особый разряд эпистолярного жанра. Они часто становились ценными источниками информации о жизни, взглядах, позициях великих умов. По опубликованным перепискам ученого А.Эйнштейна и писателя М.Марича, двух философов Ж.-Ж.Руссо и Д.Дидро, писателя В.Шаламова и поэта Б.Пастернака, писателя А.Белого и поэтаа А.Блока, писателя Ч.Т.Айтматова и поэта М.Шаханова, ученых-этнографов П.Н.Савицкого и ученого-этнографа Л.Н.Гумилева, шло образование и воспитание целых поколений творческих людей. Более того, эти переписки, запечатленные в архивных фондах еще долго могут влиять на идейный потенциал последующих поколений.
Между тем, при нынешней избыточной волне информатизации, электронные переписки ученых тонут в океане облачной информации. Более того, боясь взлома электронной почты ученые уже научились на всякий случай аккуратно «чистить» свои электронные почты и разве можно тут говорить об архивах переписок нынешних великих личностей? К сожалению, даже утвердилась тенденция закрытости научных коллективов и ученых. К примеру, от иностранцев, часто на работе требуют дать «подписку о неразглашении» и если, скажем, учёный обменивается мнениями со своими коллегами за рубежом по принципу «одна голова хорошо, а две лучше», то его могут даже привлечь к ответственности. Такова реальность сегодняшнего дня. Между тем, для людей, увлечённых наукой, творчеством, искусством, литературой такая тенденция убийственна, ибо, эти сферы деятельности должны быть не только ответственными, но и открытыми. Лишь в этом случае можно говорить о доказательных результатах той или иной деятельности.
С другой стороны, в настоящее время социологи и психологи опасаются, что онлайн-коммуникация между учеными, философами, писателями и поэтами в скором времени полностью заменит традиционное их взаимообщение, когда люди практически перестанут выходить из дома, предпочитая онлайн-взаимоотношения через e-mail. Если Дж.Холл приводит доказательства того, что социальные сети не смогут стать полноценной заменой живого общения людей, тогда как М.Керни и Чонг Синг считают, что социальное перемещение в виртуальное пространство приведет к оптимизации взаимообщения людей, став гораздо удобной и безграничной платформой.
Действительно, на интернет-пространствах и на страницах электронной почты людям оставаться на связи стало проще, а реагировать на новые уведомления – быстрее. Здесь нет преград и не действует регламентация реакционного типа «Ученый без права переписки». Как известно, недавно в России отменен Приказ, ограничивающий контакты ученых с зарубежными коллегами. «Подобные нелепые и невыполнимые приказы не улучшат безопасность нашей страны, а приведут только к росту ее изоляции от развитых стран и к дискредитации власти, затруднив решение задачи попадания в число самых передовых в науке», – говорилось в открытом письме РАН. Между тем, для улучшения общественного фона для развития науки, научно-познавательного процесса, как нам кажется, нужно использовать переписку ученых, как технологию высвечивания метапозиции по многим, особенно спорным вопросам науки, познания, мировоззрения, культуры.
Электронная и почтовая переписка имеют ряд существенных отличий, которые определяют их особенности и сферы применения. В чем заключаются основные особенности онлайн-переписки? Во-первых, скорость доставки, что, пожалуй, главное отличие. Тексты доставляются практически мгновенно, независимо от расстояния. Во-вторых, удобство и доступность, ибо, отправить или получить электронное письмо можно с любого устройства, подключенного к интернету (компьютер, смартфон, планшет), в режиме 24/7. В-третьих, облегченная работа с вложениями, ибо, электронные письма легко позволяют прикреплять файлы любого формата и объема (книги, изображения), что значительно расширяет возможности обмена информацией. В-четвертых, поиск и хранение. Тексты письма хранятся на серверах и в облаке, не занимая физического пространства, и могут быть доступны с любого устройства. Электронная почта позволяет отправлять тексты одновременно большому количеству адресатов. Под текстом настоящей книги – переписка через e-mail двух персонажей (Каракулов, Токтошев), ученых-философов, переписка которых касается философской интерпретации парадоксальных и противоречивых высказываний известных ученых, философов, мудрецов. Что вынудило их, некогда довольно тесно общавшихся между собой ученых, выбрать теперь онлайн-переписку? «Старость – не радость», – говорится в народе. Возраст берет свое, у одного из них проблема с позвоночником, которая не дает возможность покидать свою лежанку и кресло, у другого – проблемы ног, также не позволяющие долго ходить. Вот-так, они нашли утешение в виртуальном общений и реализации своих исследовательских замыслов через e-mail. Для них интернет стал своеобразной дискуссионной платформой для обмена мнениями, идеями, мыслями, суждениями, касавшиеся, главным образом, вопросов гуманологии. В настоящей книге попытался осветить их виртуальные диалоги, касающиеся парадоксальных и противоречивых, а потому до сих пор спорных, по сути, поговорок, пословиц, афоризмов известных личностей. Речь идет о формировании для обеих общей метапозиции в отношении сути подобных высказываний, «анализ-синтез» философского их потенциала.
Вообще, в своей деятельности мы использовали три исследовательских метода – анализ, синтез, комментарии. Причем, анализ и синтез в кантовском их понимании: «анализ – как прояснения» и «синтез – как расширения знания». Что касается комментарий, то это метод интерпретации, позволяющий нам выйти за границы комментируемого, то есть обеспечивающий реальную невозможность пересечения этих границ. Согласно наивной трактовки: анализ – это суждение, предикат которого либо дублирует, либо проясняет содержание субъекта, а синтез – это суждение, предикат которого увеличивает, расширяет содержание субъекта, тогда как комментарии – это обеспечение повторяемости смысла суждения. Согласно критической трактовке: анализ – это реальное разложение целого на части, разрушающее отношения между ними, а синтез – это реальное восстановление этих отношений. Соответственно, мысленный анализ есть мысленное разложение целого на части, а мысленный синтез – мысленное восстановление отношений между ними. Без таких технологий разве можно разобраться в таких парадоксальных высказываний, как У Ф.Ницще: «Кто сражается с чудовищами, тому следует остерегаться, чтобы самому при этом не стать чудовищем.» А ведь лишь при глубоком размышлении можно понять, что речь идет о предостережении от того, что борьба с негативными явлениями может привести к усвоению их черт. Или другое высказывание автора: «Познавший самого себя – собственный палач». Можно понять, что познание себя необходимо для личностного роста и развития, но не так-то просто понять, что самоанализ может привести к болезненным открытиям о себе, которые могут причинять страдания. К такой же категории сложности можно отнести аристотелевский афоримзм: «Мы работаем, чтобы иметь свободное время, и воюем, чтобы жить мирно».
С точки зрения обобщенной теории анализа и синтеза: предмет анализа – это части целого, а предмет синтеза – те отношения между ними, которые образуют структуру целого. Следовательно, «часть целого» – это «носитель отношения», а «отношение между частями целого» – это «отношение вообще». Но различив эти две процедуры, мы оказываемся перед новыми вопросами: как они связаны с акцентами проблем? Каковы позиции автора в понимании и разрешении проблем? Вот тут и возникает необходимость в комментировании, как одного из методов научной верификации: во-первых, согласование характеристик выделенных частей, а также согласование обобщений их в единое целое, а, во-вторых, позиционирование освещаемых проблем, а также позиционирование хода авторской мысли.
«Метапозиция» – это позиция «над» чем-либо, что считается позицией. Неоднозначность термина заключается в том, что первая часть – «мета», имеет значения «вслед», «за», «после», «через», «над», «выход за пределы чего-либо». Вторая часть слова «позиция», свидетельствует о некоторой зависимости (от предмета, контекста, аспекта). Метапозиция в философии – это способность философствующего обратить внимание на свой философский акт и осмыслить его, а вот в теории креативности – это не только способность рассматривать реальность с иной точки зрения, но и возможность увидеть, что множественные точки зрения существуют. Таким образом, занимать метапозицию – равно заниматься возможным. Такое понятие особенно важно при таком контексте, как трудная жизненная ситуация.
По словарю С.И.Ожегова, «комментарий» имеет два значения: во-первых, объяснение, толкование к какому-нибудь тексту, а, во-вторых, рассуждения, пояснения и критические замечания о чем-нибудь. По сути, комментарий – это перевод произведения с языка автора на тот язык, который комментатор считает релевантным для своей аудитории. В целях выравнивания фоновых знаний (автора и адресата), автором комментариев могут быть и сами авторы произведений. Основные намерения комментария, как оценочно-императивного жанра, направлены на выражение своего мнения, своего отношения, своих оценок. Многие афоризмы загадочны и необъяснимы, как только пытаешься ее разгадать и объяснить. Поначалу люди влюбляются в загадочную неизвестность, а после комментарий, проясняющие суть афоризма, разочаровываются в ее банальности и простоте.
На наш взгляд, существенной особенностью комментариев является их полемичность, так как автор комментария апеллирует к мнению читателя. В нашей книге, комментируя высказывания друг друга, стороны не только реагируют на предмет суждения, с которым они не всегда согласны, но и выявляют логические нестыковки в них, а с другой стороны, восстанавливают справедливость в цитировании. Нужно отметить, что монологи построены не просто на анализе-синтезе, но и с учетом мнения комментирующего ученого по поводу прочитанного, это грамотные его логико-философские рассуждения о затрагиваемых вопросах, его замечания и размышления по существу мыслей, идей и концепций. По комментарию можно сделать вывод о том, как нужно понимать: во-первых, саму проблему и сущность той или иной истины; во-вторых, траекторию авторской мысли по ходу его суждения; в-третьих, механизмы и прогнозную линию формирования метапозиции.
Нужно отметить, что логико-философский анализ и комментарий – это всегда концептуальные, по сути. Так или иначе важно понимание того, что мало просто логически проанализировать и прокомментировать новые знания, категории и понятия, что нужно написать размышления об их смысле и прогнозных последствиях, которую еще нужно правильно донести читателям, чтобы они поняли их суть. Нужно изложить и то, в каких фразах и деталях текста прослеживаются авторские мысли, что пытается подчеркнуть автор, рассматривая эту проблему, к каким умозаключением он подводит своего читателя. Безусловно, при написании логико-философского комментария нужно опираться на контекст, связывать свои формулировки с авторской позицией, отразить ход мыслей и позицию автора и приводить примеры из текста, возможно цитирование.
Хайдеггер М. (2003) считает, что логико-философский комментарий («разъяснение», «толкованием») – это диалог философского мышления (разъясняющий) и научного творчества (неясного). Ведь не всегда текст теории признается самодостаточным для ориентации смысла. В этом плане, для философского комментария характерно оперирование с текстом научной теории как с единым понятием, что позволяет отказаться от пословной интерпретации. Важно понимание того, что философ дешифрует невольно закодированный авторский текст, моделируя категории и понятия именем феномена, опознаваемой как философская мысль. То есть задача философа – это конструкция сущности теории как объекта мысли. Это дает возможность философу в ходе дальнейшего текста пользоваться: во-первых, семантическим комплексом «парадоксальное, противоречивое, спорное»; во-вторых, идейной базой и стратегией лежащих в основе формирования той или иной метапозиции в отношении восприятия парадоксальных, противоречивых, спорных высказываний.
Логико-философский комментарий, как и любой философский текст, инкорпорируя научный текст, стремится избавиться от роли метатекста. Авторы маркируют новые категории и понятия кавычками, однако в процессе логико-философского комментария происходит постепенное «раскавычивание» их. Так как логико-философский комментарий не ставит задачей полное декодирование научного текста и создает параллельный, равноположенный текст, философам необязательно выходить за рамки отдельного феномена или категории и обращаться к научному творчеству ученого в целом.
Итак, переписка между выдающимися учеными и философами является бесценным источником для понимания их мыслей, идей, развития теорий и личных отношений. Исторически, это происходило через запечатанные письма, которые были единственным способом связи между людьми. Сегодня же, практически вся переписка осуществляется в электронном формате по онлайн-почте. Эта электронная переписка содержит множество ума, мудрости, чувств и эмоций. Переписка служила для великих исторических личностей платформой для развития идей и обмена знаниями, а также для ожесточенных дебатов, формирующих интеллектуальную историю. Переписка великих людей стала особым эпистолярным жанром, служащим ценным источником информации о их жизни, взглядах и позициях.
Наши персонажи – Каракулов и Токтошев перебрались в интернет. Почему? Совсем не для того чтобы с пеной у рта отстаивать некую эфемерную «общую позицию», а для того, чтобы выразить свою «метапозицию» по отношению к спорным высказываниям, пословицам и поговоркам, в том числе принадлежащих самобытному кыргызскому народу. В условиях, когда в нашем народе идет идентификационный процесс, трудно кому-либо из нас растолковать, что надо меняться согласно современности, а не ударятся в архаику, в прошлое, которого сейчас нет, что нужно творить, мечтать, действовать по-новому, идти в ногу с новым веком. То есть перестать жить грёзами тысячелетней давности. Метапозиция этих персонажей – это точка в пространстве, позиция «над», то есть безусловный взгляд одного, а также позиция другого, как результат работы их сознания. По сути, речь идет о мыслительных конфликтах и поиска через них нового решения. Прежде всего, метапозиция – это позиция, выводящая человека за пределы привычного обращения с трудными жизненными ситуациями, то есть определенное состояние сознания, позволяющее выйти за пределы привычного функционирования сознания и перейти на другой его уровень. Они убеждают нас в том, что тот самый новый уровень сознания даст возможность человеку выбирать способ реагирования и поведения в трудной жизненной ситуации.
Примечательно, что недавно республиканское телевидение начал программу «Кыргыз-таануу» (Изучение кыргызов). В одной из телепередач собрали ведущих ученых из среды философов, историков, этнографов. Однако, диалог сразу же скатился в русло «Мы – кыргызы – лучшие потому что это – мы – кыргызы». Заговорили об этнофилософии кыргызов, которая оказывается опередила по времени даже греческую и европейскую философию. Участники грешили высказываясь о том, что наши кыргызские мудрецы чуть ли оперировали такими же философскими понятиями и категориями, как у Сократа, Платона, Аристотеля. Человек со стороны, наслышавшийся этих слов невольно задастся вопросом – где же все это? Ответа не будет. Да. Кыргызы всегда были духовно богатыми, но если под философией понимать онтологический уровень мышления, то, разумеется, его не было у кыргызов не только в древности, но и до недавнего времени.
Этнофилософия кыргызов – это поклонение Тенгри, тесная взаимосвязь с природой. В этом контексте это даже не протофилософия, основанная на логике. Это нужно было осмыслить и понять, а затем всячески впитывать классическую философию, литературу, искусство, чтобы обогатить свою этнофилософию «примечательными узорами» настоящей философии. Но нет же, кыргызы, будучи довольно архаичным народом в прошлом, даже сегодня показывают себя в свете еще более архаичного – полушаманизм. Теперь для него протомодерн – это мусульманство. Практически каждый участник того самого круглого стола философов, историков и этнографов, так или иначе проявляли себя приверженцами ислама. Разумеется в их суждениях был в той или иной степени онтический уровень – в мифах, в жизни, в ритуалистике, в самом Бытии, которое в онтическом еще не падает в оптику сущего, следовательно не рождает того, что принято понимать под философией.
Естественно, существуют разные взгляды на факт наличия смысла в момент выбора стратегии поведения и в действиях человека в общем. Согласно одному взгляду – смысл есть априори, его просто нужно найти (Франкл В.), когда как согласно другому взгляду – не все формы обращения с тяжелыми жизненными ситуациями изначально осмыслены (В.А.Петровский). Нашим рассуждениям в рамках данной работы максимально близка позиция, в которой априорная осмысленность ставится под сомнение. Более того, мы разовьем эту мысль и кроме спорности наличия смысла в выборе истины и стратегии поведения, также обратим внимание на неоднозначность самого выбора как истины, так и поведения, поступка.
Так или иначе первый круглый стол получился неадекватным, так как в большинстве своем участники высказывались о величии кыргызского народа, его мудрости, стойкости, историчности. Историки и этнографы не могли обойтись утверждения о том, что в историческом плане киргизы – самый древний народ, под его могуществом которого в свое время был чуть ли не половина Азии, что Атилла, Чингисхан и даже некоторые китайские императоры являются предками кыргызов. Но, что не отнять за свою долгую историческую судьбу кыргызский народ накопил огромный опыт выживания предков и их жизненную мудрость. У нас создалось впечатление, что сохраняется неоднозначность в подобных толкованиях. Причем, в том смысле, что участники круглого стола как деятельные субъекты, находясь в осознанном состоянии, не могут в полной мере быть уверен, что выбрали правильный путь философского комментария нашего прошлого, настоящего и будущего.
Кыргызские пословицы как короткие выразительные фразы, содержащие эту мудрость веков, передают ценные уроки и наставления, ставшее народным наследием. Они учат нас смотреть на мир и жизнь с умением и мудростью, которые приходят с опытом и временем. Среди них есть парадоксальные и противоречивые, суть которых до сих пор остается загадочной. В.И.Даль писал: «…пословицы не сочиняются, а вынуждаются силою обстоятельств, как крик или возглас, невольно сорвавшейся с души. Это целые изречения, сбитые в один ком, в одно междометье». Но при прочтении и осмыслении любой читатель убедится в том, что противоречия в них сохраняются – какая часть пословиц и поговорок более понятная и правдивая, а какая – непонятной, загадочной и не соответствующей здравому смыслу. Очевидно, что линейное рассмотрение этих пословиц и поговорок приводит их в тупик – есть личностный смысл, который может противоречить жизненному (здравому) смыслу и наоборот. Поэтому, для разрешения данного противоречия между этими смыслами необходимо вводить новое измерение – метапозицию.
Приступая к философской интерпретации парадоксальных и противоречивых выражений (афоризмы, пословицы, поговорки) мы понимаем, что «на каждую умную загогулину одного философа есть не менее умная загогулина второго философа, противоположная по смыслу», о чем будет судить третий философ со своей, не менее умной загогулиной. Вновь напоминаем о том, что электронная переписка предрасполагает к разнотемье, многожанровости, стилистической подвижности, конкретностью адресации. Безусловно, такое письмо представляет запасы тематической и стилевой свободы, а их публикация в виде сборника сохраняют на будущее. Всеми этими возможностями мы и попытались воспользоваться.
Мы применили такой подход к тому, как можно было бы искать такие афоризмы, и какие критерии могли бы быть использованы: во-первых, поиск афоризмов, выражающих противоположные идеи, когда, к примеру, один афоризм говорит о важности коллективизма, а другой – о значимости индивидуальности; во-вторых, афоризмы с двойным смыслом, которые на первый взгляд кажутся простыми, но при более глубоком осмыслении открывают неожиданные или противоположные толкования; в-третьих, афоризмы, противоречащие общепринятой логике, когда высказывания, которые на первый взгляд кажутся бессмысленными или абсурдными, но при этом несут глубокий смысл; в-четвертых, афоризмы, отражающие амбивалентность человеческой природы или бытия. К примеру, о том, как добро может порождать зло, или как слабость может обернуться силой.
В указанном аспекте, позиция «над ситуацией» – это возможность для внутреннего наблюдателя особым образом взглянуть на ситуацию со стороны. С помощью такого «особого» взгляда можно максимально адекватно осмыслить сущность афоризма, а также попробовать разрешить на этой основе противоречие между личностным и жизненным смыслами. Процесс осмысления требует непредвзятого взгляда, схожего с оценкой ситуации экспертом. Но, экспертом в данном случае будет сам субъект, находящийся в метапозиции по отношению к ситуации. Итак, метапознание – это процесс более высокого уровня абстракции по отношению к процессу познания. При этом метапознание разделяется на: метакогнитивное знание – понимание о знаниях и мышлении (например, знание о том, что раньше знал, но забыл); метакогнитивный опыт – чувственные переживания о том, что мы знаем (например, ощущение, что слово находится «на кончике языка»). Мы в своей книге сделали так, что все эти моменты подвластны нашим персонажам, которые выступают в качестве исследователей, интеграторов, экспертов, аналитиков в одном лице. В их письмах-монологах мы намеренно опустили приветствия, реплики, сконцентрировав внимание лишь на содержания.
Метапозиция по своей сути не является функциональным состоянием, то есть субъект, находящийся в метапозиции не может совершать каких-то действий. Кроме этого, в метапозиции субъект не испытывает никаких эмоций, но может оценить их. Из вышесказанного получаем два свойств метапозиции – бездейственность и безэмоциональность.С точки зрения оценки дистанций между Я и Объектом, а также расстояния между точкой взгляда и ситуацией, можно выделить еще два свойства метапозиции – самодистанцирование (Франкл В.) и надситуативность (Петровский В.А.). С точки зрения уровней абстракции всё, что происходит в метапозиции – это более высокий уровень по сравнению с самой ситуацией, с самим объектом. Итак, на наш взгляд, метапознание позволяет создавать на метауровне динамическую модель объектного уровня. Метауровень не только располагает информацией о том, что происходит на объектном уровне, но также, с помощью имеющейся модели, имеет возможность изменять состояние нижнего уровня – этот механизм и есть контроль.
Глава I.
Метапозиция в отношении афоризмов, выражающих противоположные идеи (на примерах кыргызкого фольклера)
Токтошев – ученый, писатель и философ открыл свою e-mail Поступило письмо от друга, соратнику по цеху хирургии, науки, философии – профессора Каракулова. Это послание было для него не просто откровением, а неким призывом к со-творчеству в поисках и установления определенной метапозиции в отношении парадоксальных и противоречивых суждений ученых, мудрецов, философов, заключенных в пословицах, поговорках, афоризмах.
Каракулов: Недавно Алия Суранова – наша кыргызская журналистка опубликовала примечательную статью о том, что кыргызы являются уникальным народом, живущим в удивительной Стране Противоречий. Действительно, в менталитете нынешних кыргызов есть множество парадоксов и противоречий. Недавно пролистал книжку «Кыргызские пословицы и поговорки» из коллекции известного филолога – академика К.К.Юдахина (2008). В них отражены все категории высказываний: во-первых, выражающие противоположные идеи; во-вторых, с двойным смыслом; в-третьих, противоречащие общепринятой логике; в-четвертых, отражающие амбивалентность человеческой природы или бытия. Безусловно, они возникли в трудных жизненных ситуациях. На сегодня они требуют не только философского анализа, интерпретации, но и в силу своей противоречивости и спорности, формирования определенной философской метапозиции.
Иначе говоря, для того, чтобы найти новое, более пластичное объяснение сути пословицы, поговорки, афоризмов, необходимо выйти за рамки сложившихся понятий. Люди спорят, дискутируют, пытаются осмыслить, найти объяснения парадоксам и противоречиям, содержащими в них. Между тем, они не могут применить над ситуативный подход, то есть «расширить или выйти за границы» смысла. В указанном аспекте, как мне кажется, есть смысл сформировать свою метапозицию в отношении их. При этом нужно исходить из того, что в трудной жизненной ситуации имеет место прямая зависимость от способности к «самодистанцированию», о чем писал В.Франкл. При этом нужно помнить, что индивиды с низким уровнем самодистанцирования выбирают традиционное прямое восприятие, когда как индивиды с высоким уровнем самодистанцирования находит более пластичный способ осмысления.
В этом случае, на мой взгляд, метапозиция, как особое состояние сознания, позволяет выйти за пределы привычного функционирования и перейти на другой его уровень, на котором человек способен осуществить переоценку происходящего, выбрав иной способ обращения с трудной жизненной ситуацией. В такой ситуации имеет значение формулирование метапозиции по отношению к той или иной парадоксальной и противоречивой пословице, поговорке, афоризма.
Как мы уже знаем, метапозиция – это свойство и функция сознания, но несмотря на это, она, в отличие от многих других процессов организма, может быть целенаправленно использована человеком. В чем же польза метапозиции и почему она вызывает интерес? Современный мир все больше становится сложной и противоречивой. Глобальные события, хаотично сменяя друг друга, не поддаются индивидуальному управлению, вызывая у людей ощущение беспомощности, потерю смыслов, мечтаний. Вся эта ситуация неопределенности ведет к хроническому стрессу, адаптироваться к которому человеческий организм еще не успел. Если раньше народные пословицы, поговорки служили неким ориентиром в жизни, то теперь они отошли на задний план. А между тем, этот жанр фольклора содержит в себе еще немалый потенциал истины, несмотря на то, что некоторые из них являются и провокационным, и парадоксальным, и противоречивым.
На мой взгляд, одной из таких кыргызских пословиц, противоречащих общепринятой логике, является «Атаңды өлтүргөңгө – энеңди алып бер», что при дословном переводе звучит так: «Убившему твоего отца – выдай замуж свою мать». Признаться, в молодости я долгое время не понимал противоречивую сущность этой поговорки. Как известно, мать для кыргызов – это самое почитаемая, незыблемая святость. Ведь недаром говорят «Беиш – эненин таманында» («Рай под ногами матери»). Кыргызы как никто из народов умеют ценить и воспевать эту святость матери.
С высоты своего опыта жизни и познания попытался провести философский анализ этого парадоксального высказывания. В настоящем призываю присоединится к моему размышлению. На мой взгляд, пословица «Убившему твоего отца, выдай замуж свою мать» – это крайне парадоксальное, шокирующее и на первый взгляд аморальное высказывание, которое бросает вызов нашим глубинным представлениям о справедливости, мести, прощении и родовых связях. Как мне кажется, её смысл лежит далеко за пределами буквального понимания и требует глубокого философского анализа, чтобы раскрыть её жестокую мудрость и прагматическую логику. Разбирая парадокс и его глубинный смысл понимал, что она возникла еще в давние времена, когда кыргызы строго придерживались родового строя.
Пословица не является призывом к одобрению убийства или попранию кровных уз. Её парадоксальность заключается в предложении действия, которое является полной противоположностью ожидаемой реакции (мести) и высшей степенью абсурда с точки зрения традиционной морали. Именно в этом шокирующем несоответствии кроется её скрытый смысл. Есть интересное выражение: Из тупика всегда есть один выход – надо просто развернуться и пойти в другую сторону». Мы так и поступим. Попробую растолковать этот феномен. Это возможно преодоление кровной мести, как прерывание цикла насилия. В обществах, где действуют законы кровной мести, убийство одного члена семьи ведет к ответному убийству, создавая бесконечный цикл насилия, разрушающий роды и племена. На наш взгляд, пословица предлагает радикальный, анти-интуитивный выход из этого цикла.
Обращаю внимание на то, что фраза «Выдать замуж мать» – это акт, который, казалось бы, уничтожает честь, но парадоксально разрывает спираль мести, которая может погубить всех. То есть во имя сохранения рода. Действительно, в патриархальных обществах, где выживание рода является высшей ценностью, продолжение линии и сохранение живых членов семьи может быть важнее индивидуальной мести. «Убивший отца» – теперь может стать «отчимом», и хотя это и ужасно, но создает основу для прекращения межродового конфликта и сохранения хотя бы части семьи. Мне интересно выслушать твое мнение.
Токтошев: Ты предлагаешь архисложную тему. Действительно, наш кыргызский народ прошел долгий исторический путь. Вспоминается пребывание группы наших студентов на стройотряде в сибирском городке Минусинске. В тамошнем краеведческом музее я увидел карту, где была обозначена огромная территория Сибири, проистекающая от Урала до Восточной Сибири. Та территория была землями Кыргызского каганата, на то время великодержавия. Меня это глубоко потрясло и видимо тогда у меня впервые появились глубокие патриотическая гордость за Великое прошлое моего кыргызского народа.
По Л.Н.Гумилеву, были у истории нашего народа взлеты и падения, но кыргызы смогли себя сохранить как уникальный этнос. Что касается парадоксального изречения «Убившему твоего отца – выдай замуж свою мать». Ты прав, во имя сохранения рода народы шли на такие поступки. Нам нужно метаосознанность этого явления. Что означит такое понятие? Это инструмент мониторинга пути к метапозиции. Можно сказать, что метаосознанность имеет как положительное влияние на ситуацию, так и отрицательное – она позволяет проводить мониторинг состояние объектного уровня, но при этом делает невозможным целенаправленное поведение. Однако, мы ограничены в использовании данного инструмента в ситуациях, когда необходимо осуществлять важные действия. В итоге получается, что для случаев, в которых длительная метапозиция может иметь негативное влияние на деятельность, существует возможность использования кратковременной метапозиции. Имеется в виде приемлемость такой метапозиции в различных исторических этапах и условиях бытия.
С философской точки зрения в афоризме речь идет о прагматизме выживания и мудрость безысходности. Как ты на это смотришь? Попробую высказать свое суждение о принятии неизбежного. Иногда жизнь ставит человека перед выбором между двумя ужасными исходами, когда нет «хорошего» решения. Смерть отца уже произошла, её не изменить. Месть может привести к ещё большим потерям. Пословица предлагает принять самый страшный сценарий и извлечь из него максимум выгоды для выживания, каким бы отвратительным это ни казалось. Возможно, такой шаг олицетворяет обеспечение безопасности.
В условиях, когда убийца имеет власть или силу, прямое противодействие может означать самоубийство для оставшихся членов семьи. «Выдать замуж мать» может быть способом обеспечить (пусть и ценой унижения) безопасность и выживание матери и детей. Это акт не прощения, а жестокого, вынужденного смирения перед лицом превосходящей силы. Сейчас я рассуждаю в контексте «Извлечь Свет из Тьмы». Согласен, хотя такой поступок не свет в чистом виде. Пословица символизирует попытку найти хоть какую-то опору в самой бездне трагедии. Это может быть способ предотвратить полное уничтожение, превратить врага в «родственника», чтобы выжить. Таково мое суждение.
Каракулов: Приятно осознавать, что мы с тобой мыслим в одном направлении. Такое направление я бы отметил, как «потеря и приобретение» или иначе как «амбивалентность ценностей». На мой взгляд, пословица действительно иллюстрирует конфликт между честью, достоинством, традиционной справедливостью и прагматизмом выживания. Что важнее: отомстить за смерть отца и, возможно, погибнуть самому, или пожертвовать честью, но сохранить жизнь и будущее рода? Между тем, это не призыв к отказу от морали, а демонстрация того, что в экстремальных условиях традиционные моральные категории могут быть пересмотрены ради выживания.
У меня возникают и такие мысли. Возможно, это скрытая ирония и горечь. Ведь, несмотря на прагматический смысл, в пословице скрыта глубочайшая горечь и цинизм. Она говорит о невыносимой жестокости мира, когда люди вынуждены идти на такие чудовищные компромиссы. Это не совет, который дается с лёгким сердцем, а скорее отражение трагедии и невозможности истинного правосудия в некоторых условиях.
Многие горькие в своей основе и выражения были бы слишком мягкими по сравнению с той внутренней болью, которую несёт в себе смысл этой кыргызской пословицы. Есть тому примеры и сегодня. Скажем, у коренных жителей северной Сибири есть необычная традиция – уступать жену на ночь своему гостью из далека. Или же другой пример. В Тибете практикуется многомужество. Все эти примеры нам кажутся шокирующими и морально не оправданными. Однако, в необычайно суровых и трудных жизненных ситуациях, в которых пребывают эти народы, такая мораль считается оправданной, ибо, направлена на выживание людей, продление этноса.
В указанном контексте, считаю целесообразным искать некие философские параллели к такой горечи судьбы народа. Высказывание перекликается с идеями Ф.Ницше о переоценке всех ценностей. В условиях, когда старые моральные рамки ведут к уничтожению, возникают новые, жестокие, но функциональные «ценности», ориентированные на выживание. А ведь тогда, возможно, у кыргызского народа не было возможностей иначе решить дилемму «уничтожить врага / успокоить врага». Так или иначе речь идет о внутренней политике, направленной на сохранение народа как этноса.
На мой взгляд, реализм в международных отношениях диктовал такое решение. Согласись, что подобная логика часто применяется в реалистической теории международных отношений, где государства действуют не по моральным принципам, а исходя из интересов национальной безопасности и выживания, заключая альянсы с бывшими врагами ради прагматической выгоды. То есть даже в нынешних условиях сохраняются повод для принятия таких политических, по сути, решений во имя сохранения мира и стабильности.
Такова, на мой взгляд, суть трагедии и неизбежности. Здесь требуется парадоксальное мышление в рамках философской концепции диалектических противоречий. Здесь противопоставляется формально-логическому закону запрета противоречия, который гласит: «нельзя судить прямолинейно и говорить о таких жизненных парадоксах «правильно» или «неправильно». Диалектическое противоречие в этом афоризме – не утверждение и отрицание, а взаимодействие противоположностей во имя разрешения еще одной трудной жизненной ситуации.
Действительно, пословица отражает трагическое мировоззрение, где жизнь человека полна неразрешимых дилемм, и где «меньшее зло» может быть единственным доступным выбором. Естественно, можно было прямо противопоставить зло против зла, но бывают обстоятельства, которые вынуждает искать приемлемое решение. К примеру, как это иронично советовала Фаина Раневская «Если человек тебе сделал зло – ты дай ему конфетку, он тебе зло – ты ему конфетку… И так до тех пор, пока у этой твари не разовьется сахарный диабет».
Итак, наша метапозиция в отношении парадоксальной кыргызской пословицы «Убившему твоего отца, выдай замуж свою мать» схожа. Она подчеркивает, что это не призыв к аморальности, а жестокий урок выживания в условиях безысходности и бесконечной кровной вражды. Её глубинный смысл заключается в радикальном прагматизме, направленном на прекращение цикла насилия и сохранение рода любой ценой, даже ценой невыносимого унижения и попрания общепринятых моральных норм.
Она призывает задуматься: во-первых, об ограничениях традиционной морали в экстремальных условиях; во-вторых, о цене выживания, которая может быть невообразимо высока; в-третьих, истинной трагедии, когда люди вынуждены делать невыносимый выбор, чтобы избежать полного уничтожения. Так или иначе эта пословица – горькое свидетельство того, как в определенных исторических и социальных контекстах мудрость может проявляться в самых шокирующих и парадоксальных формах, обнажая подлинные, но скрытые стратегии выживания.
Вообще, нужно отметить, что парадоксальные афоризмы – это высказывания, которые на первый взгляд кажутся противоречивыми, но при более глубоком осмыслении открывают важные истины или новые точки зрения. Они часто используют сопоставление противоположностей или неожиданные связи между понятиями для создания эффекта удивления и заставляют задуматься. Парадоксальные и глубоко противоречивые мысли, как например рассмотренный нами афоризм «Убившему твоего отца, выдай замуж свою мать», часто затрагивают вопросы существования, жизненных обстоятельств, времени, менталитета, морали и свободы воли. Они показывают, что реальность может быть сложнее, чем кажется на первый взгляд, и что логика может приводить к неожиданным и даже пугающим выводам.
Вновь возвращаюсь к примеру о Тибете, где практикует многомужество. Мужьями одной женщины становятся несколько мужчин, как правило, родные братья. Образование таких семей обусловлено тяжелой жизненной ситуацией и является способом выживания.
Токтошев: Спасибо за философское обобщение о нашей с тобой метапозиции в отношении пословицы «Убившему твоего отца – выдай замуж свою мать». Позиция говорит о том, что и в трагических концах есть свое величие. Они заставляют задуматься оставшихся в живых. В философии метапозиция – это взгляд на что-либо (явление, систему, процесс) с позиции, выходящей за пределы непосредственно рассматриваемого объекта. Это означает способность человека осознавать свою позицию и ограниченность восприятия, а также учитывать другие возможные точки зрения.
Важно то, что метапозиция позволяет критически оценивать собственные суждения и понимать контекст, в котором они формируются. В философии, метапозиция связана: во-первых, с саморефлексией – способностью размышлять о собственном мышлении; во-вторых, с критическим мышлением – способностью оценивать информацию и аргументы; в-третьих, пониманием различных перспектив – способностью учитывать разные точки зрения на одну и ту же проблему. Таким образом, метапозиция в философии – это не просто взгляд «сверху», а осознанная позиция, которая позволяет лучше понимать мир и себя в нем, а также эффективно взаимодействовать с ним.
Согласен с убеждением, что парадоксы, обусловленные тяжелой жизненной ситуацией не имеют простого решения и часто служат толчком для более глубокого осмысления мира и нашего места в нем. Я привел бы такой каламбур: «Чтобы понять парадокс нужно мыслить парадоксально». В чем суть такого мышления? Парадоксальное мышление – процесс мыслительной деятельности, в ходе которой сопоставляются взаимоисключающие суждения, и появляются новые знания. Иными словами, совмещение несовместимого способствует созданию нестандартных идей. Это тип мышления отвергает аксиому, согласно которой верным может быть только одно решение, и необходимо постоянно выбирать между «черным» и «белым».
Я бы хотел обсудить другую, но не менее парадоксальную кыргызскую поговорку «Досуңдун ашын – касыңдай же», что в буквальном переводе значит «Ешь угощение друга как враг». На мой первый взгляд, пословица советует быть осторожным и внимательным даже в дружеском общении. Попытаюсь привести философский комментарий поговорки: «Ешь угощение друга как враг». По сути, она является парадоксальным, провокационным и в то же время глубоко мудрым высказыванием, которое выходит за рамки буквального смысла и затрагивает фундаментальные аспекты этикета, честности, взаимоотношений, аскезы и осознанности. Она не призывает к враждебности или неблагодарности, а скорее предлагает модель поведения, призванную сохранить достоинство, избежать зависимости и укрепить истинные связи.
Есть такая мудрость, высказанная Эльчином Сафарли: «Мы многое усложняем. То, к чему можно отнестись проще, мы разбираем на части, подкрепляем опасениями, пропитываем эмоциями, а потом носимся с этим грузом, ищем, куда бы его сбросить или на кого взвалить». На первый взгляд, пословица кажется противоречивой, ведь «друг» подразумевает доверие и радушие, а «враг», наоборот, подозрительность и отчуждение. Именно в этом напряжении кроется её философская глубина. На память в первую очередь приходит скромность и умеренность. Речь идет о контроле над желаниями. «Есть как враг» означает не набрасываться на еду, не проявлять жадность, не объедаться. Враг, возможно, будет есть осторожно, чтобы не показать свою слабость или не попасть в ловушку. Это призыв к умеренности и самоконтролю, даже когда предоставлено изобилие.
Второй смысл, как мне кажется, заключается в избегании потворства. Если друг угощает, есть риск потерять меру из вежливости или от расслабленности. Пословица напоминает о необходимости сохранять ясность ума и не поддаваться телесным желаниям, даже в приятной обстановке. Это форма аскезы в контексте гостеприимства. Естественно, немаловажным является сохранение независимости и достоинства. Что значит не впасть в зависимость? Принимая угощение, особенно обильное, человек может почувствовать себя обязанным. Если есть «как враг», то есть с определённой отстранённостью и без чрезмерного увлечения, это помогает избежать чувства долга или зависимости от друга. Это способ сохранить свою автономию и достоинство, не становясь обременением.
С другой стороны, возможно речь идет о проверке искренности. «Враг» не будет полностью доверять угощению, он будет бдителен. Это символизирует необходимость сохранять определённую внутреннюю дистанцию и осознанность, даже в дружеских отношениях. Это не недоверие к другу, а скорее требование к себе не терять бдительности и не расслабляться полностью, чтобы не быть наивным.
Само по себе идея о совмещении таких парадоксов лежит в основе «янусианского мышления» – это восприятие противоположных, исключающих друг друга образов или представлений. В трудных жизненных ситуациях человек иногда ведет себя парадоксальным образом, превращаясь в какой-то мере в человека, склонного вполне осознано воспринимать взаимоисключающие цели, часто не замечая этой парадоксальности своего сознания и поведения.
Каракулов: Вообще, что такое парадоксы мира? Парадоксом называются два несовместимых и противоположных утверждения, имеющие убедительные аргументы каждый в свою сторону. Наиболее ярко выраженной формой парадокса является антиномия – рассуждение, которое доказывает равносильность утверждений, одно из которых представляет собой явное отрицание другого. Давай рассуждать вместе именно в рамках такого подхода. Так и хочется выразить еще одной загадочной и противоречивой поговоркой «Ты был прав, но все же нет». Если человек ест угощение друга «как враг» (то есть сдержанно, не злоупотребляя щедростью), это демонстрирует уважение к другу и к его ресурсам. Это показывает, что дружба ценится выше сиюминутного удовлетворения.
С другой стороны, поведение «как враг» в данном контексте парадоксально подразумевает честность. Враг не будет притворяться или лицемерно восхвалять. Он будет есть то, что нужно, и не более того. Это метафора для искренности в отношениях, где нет места лести или притворству ради выгоды. Истинная дружба не требует «показательной» еды. Так или иначе речь идет об универсальной мудрости даже в кажущемся противоречии. Во-первых, пословица учит, что даже в самых комфортных и доверительных ситуациях необходимо сохранять осознанность, самоконтроль и чувство меры. Расслабленность и чрезмерность могут подорвать как физическое здоровье, так и качество отношений, а, во-вторых, это напоминание о том, что мудрость часто проявляется в парадоксах и требует отхода от поверхностных суждений.
Можно привести следующие философские параллели. К примеру, стоицизм с идеями о самоконтроле, умеренности и независимости от внешних обстоятельств и телесных удовольствий. Стоик стремится не быть рабом своих желаний, даже если они легкодоступны. Буддизм пропагандирует непривязанность к материальным благам и удовольствиям. Чрезмерное потворство желаниям ведет к страданию. Индуизм пропагандирует аскезу и дисциплину питания. В этом аспекте, пословица содержит элемент аскетической дисциплины, которая учит управлять собой даже в условиях соблазна. Наконец, идеал скромности в культуре. Во многих кочевых и традиционных культурах, несмотря на развитое гостеприимство, ценилась скромность и сдержанность гостя, чтобы не показаться жадным или назойливым.
Токтошев: Сделать обобщение не так-то просто. Есть такое выражение: «Человек с одними часами точно знает, который сейчас час. Человек, у которого двое часов, никогда не бывает до конца уверен». Тем не менее, попробую сделать резюме. Итак, кыргызская пословица «Ешь угощение друга как враг» – это глубокий этический и прагматический наказ, замаскированный под парадокс. Она не призывает к вражде или недоверию в дружбе, а является призывом к высочайшей степени самоконтроля, умеренности и осознанности даже в самых располагающих к расслаблению ситуациях.
На мой взгляд, её философский смысл заключается в следующем: во-первых, сохранение внутреннего достоинства и независимости, то есть не поддаваться искушению чрезмерности, чтобы не стать рабом удовольствия или должником; во-вторых, укрепление истинной дружбы, то есть демонстрация уважения и отсутствия эксплуатации, что является основой для прочных и честных отношений; в-третьих, мудрость умеренности, то есть принятие и понимание того, что избыток, даже хорошего, может привести к негативным последствиям.
Метапозиция заключается в том, что эта поговорка учит нас, что истинное искусство жизни заключается в способности быть «над» ситуацией, сохраняя внутренний стержень и мудрость, даже когда внешние обстоятельства или человеческая щедрость располагают к потере контроля. Это урок о том, как жить с достоинством, не теряя себя ни в изобилии, ни в нужде.
В указанном аспекте, как мне представляется, метапозиция – это техника, направленная на развитие гибкости мышления и поиск нестандартных решений через смену перспективы. В процессе ее использования человек как бы отходит от своей привычной точки зрения и начинает рассматривать проблему или ситуацию с иной, более объективной и отстранённой позиции. Однако, в отличие от так называемых парадоксальных психотехник (синектика), метапозиция не стремится разрушить шаблоны напрямую. Она предлагает лишь изменить угол зрения, сменить ракурс, что помогает увидеть проблему в новом свете и найти более оригинальные подходы.
Каракулов: Согласен с твоим умозаключением. Так или иначе метапозиция позволяет человеку занять условную «площадку наблюдателя», с которой можно осмыслить ситуацию с большей ясностью и нейтральностью. Это похоже на взгляд на себя и свои мысли «со стороны», без вовлечённости в эмоциональные реакции или привычные убеждения.
Еще в юности услышал от отца такое жизненное, но парадоксальное и противоречивое назидание: «Лучше быть побитым, но с гордо поднятой головой идти по столбовой дороге у всех на виду, чем кого-либо побить и скрываться от людских глаз (от наказания) в оврагах и лесах». Признаться, я долгое время не понимал в чем заключается суть такого назидания. В молодом бескомпромиссном возрасте мне казалось, что быть побитым – это не что иное, как быть оскорбленным и униженным, а потому в моем сознании возникали вопросы: почему побитый, но гордо поднятой головой?
Ведь была пословица с обратным смыслом: «Урган киши – дөң менен – урдурган (осол болгон) киши жол менен», что в переводе означает «Побивший человек идет холмом, а побитый и униженный – дорогой». Есть кыргызская пословица «Жакшынын көөнүн калтырганча – жамандан муш же», что в переводе означает «Лучше быть побитым дурным, чем обидеть хорошего» или «Лучше быть побитым, чем побить кого-либо».
Эти афоризмы, хотя и схожи по форме, имеют различные и глубокие философские оттенки, затрагивая вопросы этики, моральной ответственности, ценности ненасилия, отношения к злу и человеческой природы. Они предлагают парадоксальную, на первый взгляд, идею о предпочтительности страдания над причинением вреда. Есть выражение «Ты продолжишь встречать одного и того же человека в разных людях, пока не усвоишь урок». То же самое при осмыслении этого афоризма. Большинство людей не приемлют такой поступок, а зря.
Афоризм «Лучше быть побитым, чем побить кого-либо» – является более универсальным и фундаментальным в своей этической позиции, утверждающим, прежде всего, прямое выражение принципа ненасилия, который является центральным во многих мировых религиях и философских учениях (христианство – «подставь другую щеку», буддизм, джайнизм, толстовство, философия Ганди). Он утверждает, что причинение физического вреда или насилия (даже в ответ) является большим злом, чем получение его. С другой стороны, речь идет о моральном превосходстве. Тот, кто выбирает быть побитым, а не бить, демонстрирует моральное превосходство. Он отказывается участвовать в цикле насилия, возвышаясь над агрессором. Это не пассивность, а активный моральный выбор.
Немаловажным доводом является сохранение души и совести, ибо, причинение вреда другому человеку может оставить неизгладимый след на совести, привести к чувству вины, разрушить внутреннюю гармонию. Получение же вреда, хотя и болезненно физически, сохраняет чистоту души и моральный облик. «Побитый» физически, но «непобежденный» духовно. На мой взгляд, можно говорить и даже об этическом максимуме и идеале. На наш взгляд, этот афоризм, выражающий этический максимум, к которому трудно стремиться в повседневной жизни, но который является идеалом. В мире, где насилие часто кажется единственным ответом, такой принцип предлагает радикально иную стратегию.
Согласно, психологической науки, противоположности имеют симметричную структуру в том смысле, что они перевернуты, но равны. «Объединяя противоположности одновременно, можно вовлечь концепции, обладающие четкой симметрией. Поскольку между противоположностями всегда происходит взаимодействие, это динамическая симметрия». Так рассуждает Элла Мирон-Спектор.
Токтошев: Продолжаю твою мысль в следующем контексте. Почему бы не рассматривать этот афоризм как разрыв цепи зла. Ведь отказываясь отвечать злом на зло, человек потенциально разрывает цепь эскалации насилия. Его страдание может стать «последней точкой» в конфликте, а не началом нового витка. С другой стороны, речь, безусловно, касается принципа уважения к другому. Как мне кажется, в основе этого афоризма лежит глубокое уважение к жизни и телесной неприкосновенности другого человека, даже если этот другой является агрессором. Моральная ценность другой жизни ставится выше собственного физического благополучия в данной ситуации.
В сложных жизненных ситуациях люди зачастую сталкиваются с парадоксальными ситуациями, где сложно сразу определить, что правильно, а что – нет. Еще тяжелее становится, когда они понимают, что оба мнения разумны и осознаны. В такие моменты полезно подключать «парадоксальное мышление», чтобы объективно оценить противоречия и найти идеальное решение. Но в чем заключается суть парадоксального мышления?
На мой взгляд, такое мышление – это процесс мыслительной деятельности, в ходе которой по принципу «из спора рождается истина», вначале сопоставляются взаимоисключающие суждения, а потом вырабатывается нечто среднее, компромиссное. Вот мы с тобой спорим об одном и том же афоризме с различных позиций лишь с одной целью – установить некую метапозицию в отношении их, то есть, иными словами, совместить несовместимое, что, разумеется, будет способствовать созданию нестандартных идей.
Я бы хотел остановится на афоризме «Лучше быть побитым, чем обидеть хорошего». На мой взгляд, этот афоризм добавляет к универсальному принципу ненасилия важный моральный нюанс, фокусируясь на ценности и качестве объекта действия. Если сделать акцент на качестве «жертвы». Введение понятия «хорошего» человека делает этот афоризм более специфичным. Теперь речь идет не просто о любом «кого-либо», а о ком-то, кто обладает позитивными моральными качествами. Это усиливает моральный императив.
С другой стороны, защита Невинных / Добродетельных. Здесь акцент смещается на защиту добродетели или невинности. Если есть выбор между страданием самому и причинением вреда тому, кто «хорош» (невиновен, добродетелен, не заслуживает зла), то предпочтение отдается собственному страданию. Это схоже с принципом «первородства» добродетели.
Каракулов: Согласен с тобой. Наблюдение за очевидными противоречиями позволяет нам разрушать собственные установки и привычные взгляды и находить неожиданные и совершенно новые способы взглянуть на проблему. Возможно, эта концепция покажется людям не очень логичной, однако она, в нашем случае подкреплена анализом философских корней и контекстов высказывания. Так мы постепенно приходим к пониманию того, что при использовании парадоксального мышления качество философской интерпретации парадоксов становится более менее логичной и обоснованной. При этом нужно учесть и феномен этического выбора и сознательности человека.
Согласись, что афоризм подчеркивает, прежде всего, сознательность выбора. «Обидеть» здесь может означать не только физический вред, но и моральный, эмоциональный ущерб, несправедливость, предательство. Нанести такой вред «хорошему» человеку воспринимается как особо тяжкий проступок. С другой стороны, речь, безусловно, коснется сохранения доверия и справедливости. Обидеть «хорошего» – значит подорвать его веру в справедливость, в человечность, причинить ему незаслуженное страдание. Предпочтение собственного страдания здесь является актом сохранения морального порядка и подтверждения ценности добродетели.
Немаловажным является контекст стыда и совести. Ведь сделать зло «хорошему» человеку несет в себе гораздо больший груз стыда и вины. Внутреннее чувство раскаяния от причинения вреда невинному или добродетельному может быть мучительнее, чем физическая боль от побоев. Афоризм отражает эту психологическую тяжесть.
Итак, в чем заключается наша с тобой метапозиция в отношении указанных афоризмов? Прежде всего, философский синтез показывает, что оба афоризма, будучи, возможно, не всегда применимыми в абсолютном смысле в реальной жизни (например, в случае самообороны или защиты близких), выражают высокие этические идеалы. На первом месте приоритет моральной чистоты. Оба ставят сохранение моральной чистоты и целостности собственной души выше физического благополучия. Они утверждают, что есть нечто более ценное, чем отсутствие боли или телесная неприкосновенность.
Акцентируется момент осуждения причинения вреда. Они оба являются сильным осуждением акта причинения вреда другому существу, будь то любой человек или особенно «хороший» человек. С другой стороны, акцентируется идеал ненасильственной жизни вообще. В своей основе эти афоризмы формируют идеал жизни, основанной на принципах ненасилия и глубокого уважения к другому, даже если это требует личной жертвы.
В конечном итоге, эти высказывания являются этическими максимумами, которые призывают к самоограничению и ответственности за свои действия, подчеркивая, что истинная сила и мудрость могут заключаться в способности перенести боль самому, чтобы не причинять её другим, особенно тем, кто не заслуживает страдания. Они заставляют нас задуматься о природе зла, о нашей роли в его распространении или прекращении, и о том, что для некоторых людей моральный долг и чистота совести ценятся выше личной безопасности.
Вновь возвращаясь к сути метапозиции, хочу отметить, что часто она используется в психотерапии, коучинге и творческих процессах, когда важно увидеть проблему под новым углом: во-первых, освободиться от ограничений привычного мышления; во-вторых, найти нестандартные решения; в-третьих, улучшить способность к самоанализу и рефлексии; в-четвертых, увидеть новые связи, смыслы и возможности. Применение метапозиции в самостоятельной работе может быть полезным для анализа сложных ситуаций, поиска новых идей или переосмысления привычных подходов.
Токтошев: Имея определенный опыт использования принципов метапозиции, мы советовали бы читателям осмыслить и применять метапозиционное мышление именно при осмыслении парадоксальных и противоречивых высказываний, в том числе услышанных от выдающихся личностей, а также отраженных в менталитете нашего общества. Предлагаю рассмотреть с такой позиции очередную, по своему парадоксальную и противоречивую кыргызскую поговорку «Ийри отуруп – түз кеңешели», что в переводе означает «Пусть сядем мы криво, но будем говорить прямо). Это не то, что говорится в другой поговорке: «Түз сүйлө, түз бас», то есть «говори прямо, ходи прямо».
�