Принять учись

Цикл «Омегаверс»

Книга 2.

Принять учись.

Глава 1

Лето в Новосибирске в этом году стояло странно жаркое – для Сибири почти вызывающе. В июне градусник держался у тридцати +, воздух звенел, асфальт плавился. Город жил нараспашку: кому – сталинский ампир, кому – парки с набережной, кому – прохладные залы и барные стойки.

Дима Волков сидел там, где было спокойнее всего, – в собственном баре «The Pack». Место не на самой проходной улице, зато «для своих»: кто знал, тот находил, кто находил – возвращался. Работали почти круглосуточно. С виду – лофтовый бар, но воздух здесь держал форму, как мускул.

Старый кирпич теплоподстанции, высокие потолки, большие окна. Шероховатость стены под пальцами, пятна света, металл и дерево; серый, чёрный, тёпло-коричневый – спокойный пульс пространства. На втором уровне, за столиком с обзором на весь зал, обычно сидели он и его ребята. Стая.

Дверь качнулась, впуская жар и смех. Вошёл высокий парень с длинными волосами, собранными в гульку, и аккуратной бородой. Загорелый, светлоглазый, улыбался так, будто жизнь и правда ему нравилась. От него тянуло свободой и чем-то животным – чистой энергией.

Евгений Кулаков. Ближайший друг с детства, по сути – брат. Правая рука Волкова и тот, кому он доверял спину.

Жека поднялся на второй этаж и рухнул на диван рядом.

– Дай угадаю, милая девчушка намекнула, что готова к близкому знакомству? – Дима лениво скосил взгляд и протянул ладонь. Ладони хлопнули в знакомом ритме.

– Конечно, – беззастенчиво отозвался Жека. – Мне сложно отказать, – и самодовольно улыбнулся.

– Ой, ну да, – Дима закатил глаза.

– Завидуй молча. Скоро Сонечка будет стонать в моих объятиях, – он подмигнул, Дима лишь поморщился.

– Тебе не надоело? – спросил он, глядя в пустоту над перилами.

– Вопрос: почему это надоело тебе? – Жека уже давно заметил, как тот срезал все «похождения». Для альфы – тем более для вожака – пауза затянулась.

– Ац… – Дима скривился. – Отвечаешь вопросом на вопрос.

– Мне интересно, почему ты забил на свидания?

Он молчал. Не потому что не знал, скорее – потому что не хотел говорить. В последнее время дышал иначе – тише, тяжелее.

– То-то и оно, – Жека подтолкнул. – Строишь из себя непрошибаемого, заталкиваешь чувства подальше. А оно всё равно шевелится.

С вожаком так говорить – удовольствие ниже среднего, но он – ещё и лучший друг. Значит, его работа – озвучивать то, от чего Дима отворачивался. Жека махнул бармену: принести что-нибудь погорячее.

– Расслабься уже и перестань перегреваться насчёт Пары, – добавил он.

Дима поморщился так, будто слова задели нерв.

– В отношениях у нас пока везёт только Тохе да Лёхе.

– Иди к чёрту со своими нотациями, – отрезал он, но злости почти не было – больше усталости.

– Я-то пойду, – Жека вскинул бровь, – но кто ещё скажет тебе это вслух? Лёха в амуры не полезет, Тоха с Марком промолчат. Так что голосом разума, увы, буду я.

Волков посмотрел тяжело, привычно давя одним взглядом. На Жеку это не работало.

– И не надо так смотреть. Страдальческий жанр не твой, если забыл. Хотя в последнее время ты прям… нежный стал.

– Может, ты и прав, – буркнул Дима.

Жека даже завис на секунду.

– Что?

– Говорю: может, ты и прав. Нудишь об этом регулярно – подумал. Вот, получай результат.

Он действительно изменился. Горячая кровь научилась терпению, а гордость – признавать ошибки. Когда это успело случиться, Жека пропустил. И всё же знал: ровность и спокойствие Димы держались и на том, что рядом всегда был он. Их «вместе» пережило огонь и воду. Друг познаётся не только в беде, но и в радости – это про них.

– Конечно я прав, – Жека вернул привычную ухмылку. – Из нас двоих мозги – у меня. Приятно наблюдать всходы моих наставлений.

– Ешь коня… – фыркнул Дима, но улыбнулся.

– Если только с тобой, милый.

Как обычно, серьёзность треснула и скатилась в их привычные шуточки.

– Не для тебя моя роза цвела, – изрёк Волков своей старомодной манерой.

– Ты разбиваешь мне сердце, – Жека театрально прижал ладонь к груди и ко лбу и изобразил падение. Дима засмеялся, подтянул его локтем за шею – чистая игра. Жека «сдался» хлопками по дивану.

Официант поставил стакан. Жека глотнул, вернул серьёзность:

– Думал, кого оставим за старшего, пока нас не будет?

– Думал, – кивнул Дима. – Руслан будет управляющим.

Жека не скрывал, что рад. Рус – хваткий, дисциплинированный, с головой. В тандеме со сменщиком-креативщиком получится правильный баланс.

– Охранный блок я с ним проговорю, – сказал он. – Где остальные?

– Лёха ужинает с родителями Светы – решают переезд и дистанционку. Если успеет – подъедет. Тоха с Марком скоро будут, – Дима откинулся и сделал глоток. Хотелось отдохнуть, но не сегодня.

Жека кивнул на вход:

– Смотри, подтягиваются на отбор.

Их столик с верхнего уровня смотрелся, как командный пункт. Сюда никто лишний не садился.

Дима чуть нахмурился. В идеале он собрал бы стаю из тех, кому доверял без остатка. Но реальность требовала другого. И всё же ему было легче, пока рядом сидел Жека.

Дима Волков – старший сын Григория Антоновича, вожака главной сибирской стаи. Их семья столетиями держала власть: вправо от Урала и дальше – с их мнением считались. Теперь Диме предстояло отобрать достойных в собственную стаю – продолжать дело, укреплять позиции.

– В пятницу вечеринка у озера, – Жека попытался разрядить ему голову. – Идёшь? Грех пропустить.

– У меня есть выбор? – он закатил глаза. – Кто-то же должен присмотреть за твоей задницей.

– Ты беспокоишься о моей чести?

– О невинности, – усмехнулся Дима.

– Это любовь, – протянул Жека. – Дай поцелую!

Волков уклонился на автомате, и оба расхохотались.

Часом позже в зал вошли трое. Охрана приветливо кивнула – свои. Алексей Волков, младший брат, Антон Панфилов и Марк Литвинов – их ребята. Рядом с Жекой уже сидели кандидаты – приглядывались, прикидывали силу и характер. Он делал то же самое, только с правом слова в ухо вожаку.

– Ух ты, как вас много, – присвистнул Антон. По виду – балагур, по сути – сталь и язык без тормозов.

– Опаздываете, – Дима бросил строгий взгляд. Пунктуальность костяка – не мелочь. Но они – не армия. Они – семья.

– Ты скучал? – поддел Тоха.

– Очень, – Волков подмигнул.

– Осторожнее, – мягко вплёлся Марк. – За такие взгляды Ярка приревнует. Без причиндалов останешься.

– Не бойся, Маркуша, – Антон хлопнул его по плечу. – Меня на всех хватит.

– Садитесь, – рыкнул Дима, не пряча тепла в голосе.

Руки пожали. Те, кто плохо знал их, пытались показать мощь – это забавляло. Лёху сторонились: видели будущего вожака. Пока силы меньше, чем у старшего, но потенциал очевиден. Так неофициально начался отбор в стаю Димы Волкова.

Жека понимал: набор будет шире, чем нужно. Дима готовил Лёху – часть волков уйдёт к нему. Обе стаи должны быть сильными. Иерархия – не про власть ради власти, а про порядок: каждый на своём месте. Их «внутренний совет» – Дима, Жека как правая рука, Антон как левая – защитник и удар, и Марк – страж и сердце.

Искали тех, кто усилит – не только сильных альф, но и бета-опору. Сам факт принятия в стаю – честь. Высокое место – ответственность. Они своё место заслужили; теперь – очередь остальных.

Жека держал в голове имена, привычки, слабые места и достоинства каждого, кто пришёл сегодня. Завтра обсудят. Решение – за Димой. Но его взгляд – тоже часть этого решения.

—

– Ну Лии-са, – протянула Ника. От этой сладкой ноты у Лисы зазвенело в висках. – Пойдём? Пожалуйста-пожалуйста!

– Ника, отстань, – не поднимая глаз от ютуба, сказала она. – Бар, практика. Не до тусовок.

Когда все уже сдали сессии и дышали летом, их факультет пахал в полях. Такая жизнь.

Они сидели у Лисы с Мирой дома. Обычная двухкомнатная хрущёвка, аккуратный минималистичный ремонт. Уют проступал из мелочей: Лисин рабочий стол с чёрными элементами и неоном – маленький бунт; Миры вазы с цветами и благовония – тихий свет.

Лиса и Мира дружили с детства. Обе – из детского дома. Лису туда отправили, когда мама окончательно перестала справляться. Молодая, красивая, слишком свободная. Вписки, сигареты, вероятно – хуже. Она часто повторяла, что все мужчины – сволочи, что жить надо для себя и пользоваться теми, кто рядом. Лиса долго верила, что отец их бросил. Пока сосед – Виктор Тихонович – не рассказал, как было на самом деле.

Добрый и строгий военный, её отец был счастлив, когда она родилась. Он не успел защитить: погиб на службе. У Виктора Тихоновича осталась фотография: отец держит её на руках, улыбается так, как будто мир – правильное место. Лиса берегла это фото.

Детский дом научил простому: выживает тот, кто сильнее. Она стала собранной, резкой, самостоятельной. Мира – наоборот: солнечной. Лиса – лёд, Мира – свет. Воспитатели так и говорили.

В девять лет маму лишили прав. Лиса обрадовалась переменам, но понимала: мать чахла, и помочь некому. Виктор Тихонович хотел опеку, но возраст и пенсия – нельзя. Он пообещал навещать и сдержал.

В четырнадцать Лисе сказали, что мама умерла. Она почувствовала не горе – облегчение. Мучения закончились, и с неё упало давящее чувство долга.

На выпуске обе получили по однушке, но разменяли на одну двушку, чтобы жить вместе. Лиса работала барменом, Мира фрилансером – печатала, правила тексты. У Миры это получалось.

– Лето на дворе. Какая практика? – проворчала Ника.

Лиса посмотрела так, что та сразу замахала руками и отвернулась к Мире. Опасная, однако.

– Мирок, ну скажи ей, – Ника не унималась. Грязный ход: Мира – Лисин слабый рычаг.

– Ника, – Лиса не отрывала взгляд от ролика про коктейли, – радуйся, что ты свободна. А у меня практика минимум до середины июля. На новом месте в баре хотят «удивите нас». Придётся придумывать.

– Как может быть интересно копаться в камнях? – буркнула Ника.

Лиса глянула – и вопрос исчез.

– Я сама не горю желанием, – спокойно продолжила Мира, будто и не заметив перебивания, – но, если мы не пойдём, кто спасёт Нику от приключений на… – она посмотрела на Лису и не договорила.

Правда была проста: Лиса – из тех, кто держит своих. Ей проще быть «няней», чем потом разгребать. На Влада и Глеба иногда можно положиться, но, если эти двое пустятся во все тяжкие – ищи ветер в поле. Мира знала: рядом с Лисой ей спокойнее, а Лисе – с Мирой. Так они устроены.

– Чтоб вас черти покусали, – Лиса устало взъерошила волосы. – Ладно. Идём.

–

Студенческая вечеринка у озера обещала быть шумной: музыка, еда, пена, толпа со всех вузов. Лиса не любила скопления людей. В баре – другое: там ритм и правила её. Но раз уж…

Она набрала номер.

– Владос, привет. В пятницу занят?

Пауза в трубке – значит, тусил.

– Для тебя всегда свободен, сладкая, – протянул он.

– Ой, началось, – Лиса фыркнула. – Про тусовку в курсе?

– А как же. Приглашаешь?

– Я одна Нику не потащу. А если ещё и Алёна пойдёт – конец всему.

– Понял, – слишком быстро согласился он. Обычно выторговывал.

На заднем плане – женский смех. Лиса закатила глаза.

– Тогда прихвати второго бабуина, – сказала она, – чтобы ваша тяжкая ноша разделилась на двоих.

– Он в курсе, что он бабуин? – рассмеялся Влад.

– Спроси у него. Вы же как сиамские близнецы.

– Жестокая ты лисица, – хмыкнул он. – Заедем в восемь.

– Давай, – она улыбнулась в трубку и сбросила.

Влад и Глеб – золотая молодёжь, но нормальные. Между ними – честные границы: без попыток залезть в душу через постель. Удобная ясность.

Ника, услышав план, повисла у Лисы на шее. Та отступила на шаг, дыша её смехом.

Когда Ника ушла, Лиса посмотрела на Миру:

– Ты знаешь, что я не люблю такие сборища. И всё равно делаешь так, что иду. Пользуешься тем, что я тебе не откажу.

– Прости, – Мира опустила глаза. – Но отпускать их одних нельзя. На Глеба с Владом надеяться… сложновато. Там кровь бежит не только к голове.

Лиса улыбнулась и погладила её по макушке – всегда срабатывало.

– Ладно. Выбора нет.

– Нашла новые коктейли? – мягко переключила тему Мира.

– Пару стоит попробовать. Остальное – придумаю сама.

– У тебя получится, – сказала Мира уверенно.

– Постараюсь, – Лиса и правда хотела, чтобы у подруги было больше причин улыбаться.

—

К вечеру воздух в «The Pack» густел, как мёд. Стая собиралась. Дима слушал, отмечал, держал ситуацию ладонью – не давлением, присутствием. Иногда на него накатывала тишина – и казалось, кирпичные стены делают вдох вместе с ним.

Где-то уже настраивалась пятничная музыка у озера. Они шли туда по разным траекториям. Но миры часто пересекаются там, где жар лезет в кровь, а вода пахнет металлом.

И кто-то наконец перестаёт чувствовать пустоту.

Глава 2

На студенческой вечеринке у озера собралось много народа. Шведский стол, барбекю и шашлыки, много выпивки; для развлечения – приглашённый диджей, кто-то даже притащил пушки для опускался на воду.

Жека пришёл со своей компанией. В глазах у него горел знакомый огонь предвкушения: кутёж, новые лица, лёгкость. Он любил вечеринки, людей и шум. Многие знали его как заядлого тусовщика, но лишь близкие – как человека, которому одинаково хорошо и в глуши, и на даче в Горном Алтае. Это было не только «волчье» – это было его собственное. Любовь к природе привил дед – шаман семьи Волковых. С ним Жека часто уезжал в леса и горы. Дед надеялся, что внук пойдёт по его стопам; не вышло, но природа осталась в крови.

Воспитывал Жеку именно дед. И при всей балагурности и весёлости он впитал ответственность, силу духа, верность. Родители погибли: маму он почти не помнил – было три года; отец, волк из стаи Григория Волкова, не смог жить без своей Пары и за год просто сгорел.

Если истинная Пара умирает, волк может выжить – при наличии мощного «якоря». У отца Жеки такого не оказалось. Кто-то спросил бы: разве ребёнок не причина жить? Жека не винил. Говорить легко, когда сам не там. Они были молоды, связь – яркая, любовь – без берегов. Отпечаток остался: при всей репутации «Казановы» он не искал ни истинной, ни просто серьёзной любви. Не нужно. Пока.

– Смотрите-ка, волчара вышел на охоту, – прыснул Антон, поймав его взгляд.

– Безнравственность процветает, – отрезала Ярослава с привычной язвительной интонацией – их королева драмы, но добрая и смешливая. Подъ*бнуть в этой компании любили все.

– Ярка, ты ещё поговори, – буркнул Жека и зыркнул. Лёгкая затрещина от Тохи прилетела тут же.

– Да шучу я, – поднял ладони. Волк не терпит, когда с его Парой разговаривают как попало.

– Поп*зди ещё, – улыбнулся Антон, а в глазах читалось: «урою». Жеке стало смешно.

– Ставлю сотку, что сегодня Жека встретит истинную Пару, – с хищным весельем сказала Ярослава. Привычка делать глупые ставки пошла именно с неё.

– Ха! Это будет феерично, – рассмеялся Дима.

– Тогда я ставлю на то, что этот засранец найдёт только… – Марк фыркнул. – Ну, «бабочку на ночь».

От него Жека не ожидал. Марк – самый спокойный и адекватный из их троицы (Лёху не в счёт – тому скоро свою стаю держать).

– Не «…», а честную «давалку», – ухмыльнулся Жека. Серьёзно это не воспринимал никогда.

– Поддержу Марка, – объявил Тоха. Этот чертяка всегда ставил против Жеки.

– Это твоя мстя? – спросил Жека для галочки.

– Так точно, – самодовольно кивнул Тоха.

– А вы? – Ярослава повернулась к Лёхе и Свете. Была надежда, что они не впишутся.

– Поддержу тебя, – сказала Света. – Пора Жене остепениться, – улыбнулась.

– Светик, даже ты… – обречённо выдохнул Жека. И в сердце кольнуло: у Светы интуиция редко промахивается. Стало не по себе. «Я ещё не готов…»

– Что-то такое чувствую, ага, – всё с той же мягкой улыбкой произнесла Света. Жеке засосало под ложечкой. Мысленно – «нет».

– Соглашусь с ребятами, – добавил Лёха, поставив на «Пару» для Жеки.

– Ну… – протянул Дима. – Тогда, братан, – положил руку на плечо, – я ставлю на «честную давалку». А может, и не честную, – и заржал; смех вышел заразительным.

– Да ну тебя, – фыркнул Жека.

– Не благодари, – поклонился Волков. Посмотрим, что будет у тебя.

Жеке срочно требовалось переключиться. «Развлекусь – и отпустит». Он стал сканировать толпу: девчонок тут было море. Обычно выбирал тонких и хрупких, милых и добрых, со вкусом к юмору – «цветочки». Замечал, как на него смотрят; в цене он не сомневался. Но спор и слова друзей засели, как назойливая муха.

Он редко думал об истинной Паре. Свободолюбив. И где-то глубоко сидел страх потери. Он помнил отца – и, возможно, предпочёл бы вообще обойтись без Пары. Но понимал: встреча неизбежна. Кто влюбится первым – он или волк – никто не знает. Примет – успокоится. Или нет.

Если честно, из всей их компании больше всех «заслуживал» Пару Дима. Жизнь его помотала, ему нужны спокойствие, дом, забота. Инициация скоро; волк подталкивает к выбору. Жека переживал за друга: нервозность вожака передавалась всем, хотя Дима никогда не позволял себе пересечь черту и навредить стае. Мысль о собственной возможной встрече шевелилась. Надо было выпить.

К закату тусовка разогрелась. На импровизированном танцполе отжигали все. Жека отплясывал сразу с двумя – если ничего не сорвётся, ночью его ждёт «тройничок». Девчонки устали от танцев, потянули его к угощениям. Их компания стояла у фуршета, переговариваясь.

– Мать честная… – протянул Марк, застыв с недонесённым стаканом.

– Ты чего? – спросил Жека, проследил за его взглядом – и понял. Такого поворота никто не ожидал. Он довольно хмыкнул: «Ставка может сыграть – только не про меня».

С другой стороны стола подошли две девушки с парнем. Девчонки – что надо, но внимание Марка приклеилось к рыжей, щуплой, с прозрачной кожей и светящимися карими глазами. Веснушки в тон волосам – чистое солнце.

– Хм, внешне очень ничего, – заметил Дима. – Главное, чтобы мозги не… – романтик, да.

Марк не отрывал взгляда. Рыжее чудо смущённо отвела глаза под этим взглядом.

– Тут всё понятно, – кивнул Жека. – Дерзай, Маркуша. А я поплыл. С вас – бабки: ставку слили, – усмехнулся. «Только бы судьба мне не подкинула сюрприз в оставшийся вечер». Он повёл обеих к воде: жара стояла лютая.

Эта девушка – истинная Пара Марка. Это стало ясно всем почти сразу – по тишине, которая опустилась на Марка, и по тому, как Мира невольно потянулась навстречу. Связь щёлкнула тихо и без пафоса, как если бы мир на секунду выдохнул.

–

Лиса с Владом петляли по толпе в поисках Алёны. Та умудрилась испариться из поля зрения. За ней нужен был глаз да глаз – и всё равно они её упустили.

Лиса чувствовала, как у Влада внутри «шипит» злость – он был готов сожрать Алёну с потрохами за сорванный отдых. Алёна не видела границ и забывала про тормоза, регулярно влипая в ситуации. Она была доброй и наивной – как ребёнок. Лиса переживала за неё. Иногда казалось, что у неё появилась ещё одна сестра.

Сестрой по факту была Мира, но Алёна туда же подалась. «Синдром спасителя» – Лиса скривилась – но отступать поздно. Ника тоже шебутная, но хоть умеет тормозить – если не рядом с Алёной.

– Бля… – взвыл Влад. Лиса уже считала до трёх, когда прорвёт плотину. – Я в няньки не нанимался!

– Предлагаешь мне одной её искать? – холодно отозвалась Лиса. Одна – нет.

– Мы пришли отдыхать. Пусть в кои-то веки отвечает сама?

– И как ты это представляешь? – Лиса приподняла бровь.

– Чёрт бы её побрал, – прошипел Влад. Разговоров с Алёной было много. Бесполезно.

У них с ребятами была своя динамика: Лиса больше дружила с Владом, Мира – с Глебом. Поэтому Глеб остался приглядывать за остальными, а Лиса с Владом бродили по толпе.

Минут через пятнадцать они нашли Алёну в небольшой компании. Та пыталась вывернуться из хватки одного типа – безуспешно. Лиса с Владом переглянулись и в момент оказались рядом.

– Сколько раз говорить, чтобы не искала приключений на свою задницу?! – Лиса схватила Алёну за шкирку и выдернула из рук парня.

– Лииииса… – Алёна выдохнула с облегчением. Удивительно, как в подобных сценах она превращалась в овечку.

– Идём, – коротко бросила Лиса, уводя её. Сердце подсказывало, что иначе всё закончится плохо.

Предчувствие подтвердилось: один из верзил вышел вперёд.

– Погоди-ка. Алёнка обещала быть с нами. Нехорошо.

– Она забыла про комендантский час, – лениво бросила Лиса, не оборачиваясь.

– Мы так не договаривались, – протянул он с неприятной сладостью.

– Дружище, – Влад стал между ними, – у девчушки комендантский час, в который ты не вписываешься, смекаешь? – В голосе холод, от которого даже Лису пробирало мурашками.

Не дожидаясь ответа, он пошёл следом за девчонками.

– Обошлись малой кровью, – сказал Влад, догнав их. Его обычная лёгкость вернулась.

– Ребята, спасибо. Обещаю… – начала Алёна.

– Твои обещания – как псу под хвост, – отрезала Лиса. – Просто помолчи, Алёна. Пора взрослеть и думать головой, а не…

– Да она и… – подлил масла Влад.

Алёна сверкнула на него глазами. Он собирался продолжить, но Лиса смерила его взглядом – и он заткнулся.

Когда подошли к месту сборов, их компания разрослась вдвое. Лиса вздохнула: хотелось домой. Она заметила, что с Мирой говорит здоровяк – и Мира с ним удивительно раскована, щёки – в румянце. Значит, понравился. Ника пыталась привлечь внимание ещё одного парня, но тот вежливо держал дистанцию: мысли были не о ней. Жаль подругу, но так бывает.

Лиса предпочла держаться в стороне. «Адекватная аристократия здешних краёв» – так она про себя называла подобных: спокойные, расслабленные, красивые, будто хозяева мира. Кайфуют. А у неё – вечный покер-фейс. Внешне – женственная; по сути – «пацан в юбке». Влад как-то сказал, что у неё «зачётные задница и буфера» – она фыркнула при воспоминании.

Алёна рванула было в гущу событий – Лиса удержала:

– Стопэ.

– Лиса, пусти… – Алёна закипала.

– Угомонись. Тебе мало?

– Алёнчик-бурёнчик, тебе тут ничего не светит, – съязвил Влад и хлопнул её по плечу.

Алёна прикусила губу, глаза заблестели. Лиса обняла и дождалась, пока та выдохнет. В глубине – копился ком обид, особенно на Влада; когда взорвётся – неизвестно.

Они подошли к остальным. Лиса кивнула и стала наблюдать. Взгляд скользнул к озеру – и остановился.

Из воды выходил он. Здоровенный, в меру прокачанный, с длинными волосами и бородой. На оголённом торсе блестели капли; он откинул мокрые волосы, прогнувшись в спине. Лису прошило электричеством. Она никогда так не реагировала на мужчин. Мир на секунду стих. Осталась картинка – живая, до дрожи. Хотелось прикоснуться – везде.

Ходячий тестостерон. От него будто шла животная волна. И Лиса внезапно поймала себя на нелепом желании – чтобы все бабы вокруг исчезли. Она сглотнула и отвела взгляд, как будто проверяя собственную выдержку. «Что со мной происходит?»

Она не была падка на мужчин. Учёба, работа, друзья – вот и всё. На свидания махнула рукой – особенно после одного случая, который она не позволяла себе забыть: напоминание, что доверять нельзя. Она реалист, умеющий сочувствовать. И она несла ответственность за Миру. Резкая и прямая – да. «Принимать – не заставляю». Внешне – не «припевочка».

Надо было отвлечься.

– Что за сабантуй? – спросила она.

– Мирка, похоже, очаровала того здоровяка, – наклонился Глеб ей к уху. Лиса невольно улыбнулась: Мира тоже была очарована.

– Уже оценил всех? – кивнула Лиса на компанию.

– Вполне адекватные ребята, – пожал плечами Глеб.

Мысли у Лисы всё равно тянулись к озеру – как магнитом. Она быстро нашла его взглядом – и в этот момент они встретились. «Мамочки…»

–

Накупавшись, Жека собирался выходить, когда взгляд зацепился за неё. Его привычный задор треснул. Жизнь хрустнула, как тонкий лёд под ботинком. Кто-то позвал его по имени, помахал рукой – всё мимо. Он смотрел на блондистое, резкое, холодное «нечто» – снежная королева. И понимал, что такая любого протащит по гвоздям.

Дима услышал, как у озера зовут Жеку, обернулся – и приподнял бровь. Лицо Жеки застыло, в глазах загорелось что-то горячее. У волка такое выражение значит одно. Несчастные девчонки крутились вокруг, пытаясь вернуть внимание – тщетно. Обиделись и ушли. Волков проследил направление взгляда – и всё понял. От этого повесы он такого не ожидал, ставка была ради смеха. Дима довольно хмыкнул, толкнул плечом брата, кивком указал на Жеку и на девушку, что подошла недавно и не спешила вливаться в компанию. Лёха улыбнулся.

Жека подошёл к своим, не сводя глаз. В груди, казалось, всегда зияла чёрная дыра, которую он бессознательно пытался забить шумом и случайностью. Сейчас она стягивалась сама. Новое чувство поселялось внутри, тёплое и странно правильное. Прозрение щёлкнуло.

– Бляяяяяя… – тихо выдохнул он.

– Очухался, – усмехнулся Лёха. – Гони сотку, – протянул руку брату.

Дима молча, с довольной физиономией, достал купюру. Остальные тоже быстро «раскинулись». Стёб посыпался – и вдруг оборвался.

– Не пытайся, дыру не прожжёшь, – сказала белокурая малышка, глядя прямо на Жеку. Ему понравилось. Характер.

– А вдруг? – подмигнул он. Чувствовал нутром: она не обидчивая, юмор поймёт.

– А по*бать не завернуть? – ответила она сухо. У Жеки зачесались руки – в предвкушении.

– Можно и завернуть.

– Потуг не лопнет?

– Проверим, если хочешь, – он нёс ахинею, но остановиться не мог. Мордой довольной, как кот.

– Спасибо, откажусь, – фыркнула она.

– Чего так?

– Чужие жопострадания мне не нужны.

Вот почему – она. При всей прежней тяге к «миленьким», где-то глубже ему всегда хотелось рядом маленькую стерву.

– Так станут не чужими, – повёл бровями Жека, под общий смех компании. Им смешно – а у него тут личная жизнь разворачивается.

– Я слишком ленива для этого, – холодно бросила она.

Жека уже раскрыл рот, когда почувствовал, как меняется воздух. Внутренний волк зарычал. Девушка уловила его взгляд и обернулась.

К ним приближались «те самые».

– А вот и наши потеряшки, – протянул всё тот же тип, от которого они с Владом недавно выдернули Алёну.

– Я сказала: у неё комендантский час. Повторить? – Лиса говорила лениво, чтобы Алёна не начала лепетать.

Влад и Глеб уже напряглись.

– Мало ли, что ты сказала, лапушка. Сначала уводишь, потом решаешь за неё…

– Из твоего тут только интеллект с грецкий орех, – перебила Лиса. – Шуруй мимо.

Он подошёл в упор, закинул руку ей на плечо, голосом с угрозой:

– Дерзкая. Нравится. Только не перебивай меня.

Он потянулся ближе – Лиса уже собиралась врезать, Влад с Глебом – тоже. Но тип вдруг жалобно заскулил – ему вывернули руки и приложили лицом к столу.

– Те, кто не понимают с первого раза, – куски первосортного дерьма, – Жека прошипел вплотную. Голос был низким, опасным. Лиса, к своему ужасу и восторгу, почти «потекла» от этого тембра. Он ещё сильнее скрутил руку и рыкнул тихо: – Ещё раз увижу рядом с ними – не жилец. Усёк?

С одной стороны, это было до одури приятно. С другой – Лиса не просила о помощи; принцессу в беде играть не собиралась.

Тип кивнул и, получив свободу, ретировался. Жека посмотрел на Лису. Она молчала. «Благодарности ждёшь? Не сегодня».

– Пошли, – бросила она Алёне и повела её прочь.

Парни быстро попрощались и подтянули к выходу Миру с Никой, двинулись следом. Но Лиса вдруг остановилась, обернулась – и встретилась с Жекиным взглядом ещё раз. Кивнула ему – коротко, по-взрослому.

В её кивке было всё: «Спасибо. И – я не из тех, кого спасают». Он улыбнулся глазами: «Принято».

Где-то вдалеке бурлила вода. Ночь сгущалась над лесом. Мир делал глубокий вдох – и готовился выдохнуть им обоим что-то новое.

Глава 3

Любовь и страх – два самых мощных чувства. Они управляют жизнями людей, подминают под себя решения, ломают и собирают заново. Лиса успела попробовать оба – так ей казалось. Но стоило встретиться взглядом с тем парнем у озера, как внутри поднялась волна: страх. Страх того, чем всё это может обернуться. Утешало одно: они не успели даже познакомиться. Он не знает, кто она и где её искать. И всё же она не дура – понимала: он зацепился.

Она никогда не мечтала о принце, который перевернёт жизнь и превратит всё в сказку. Смешно. Страх неизвестности, которая могла ворваться в её контролируемый, стабильный мир, толкал её к бегству. Каждый раз. Со стороны это выглядело как надменность, но надменность – лишь броня. Внутри – живой человек с эмоциями, которые порой берут верх, как бы она их ни сдерживала.

Дорога убаюкивала, но Лиса не могла уснуть. В голове снова крутились нужные ей воспоминания – напоминания: доверять никому нельзя.

– Я знаю этот взгляд, – сказал Влад, не отрываясь от дороги. Лиса молчала, глядя в окно. – Лиса, зачем каждый раз возвращать те события? Может, попробуешь жить?

– А я разве не живу? – отозвалась она, не меняя позы.

– Я о том, что не стоит всех считать дерьмом. Есть нормальные люди.

– Да неужели, – хмыкнула она.

– Да. Например, мы – твои друзья.

– Вы – моя семья.

– Так, сладкая. Но нельзя быть моллюском и вечно прятаться в раковине.

Она скривилась, понимая, что Влад прав, – и не в силах что-то с собой сделать. Прошлый опыт не выжечь. Он врос в неё и теперь течёт по венам вместе с кровью.

Остаток пути Лиса молчала и не вмешивалась в традиционные перепалки Влада и Алёны. Раньше она пыталась их мирить, потом поняла – бессмысленно. Они будто рождены спорить. Алёна – добрая, но охотно ведётся на провокации; иногда – до слёз, как сегодня. Влад не умеет не задевать; они переваривают друг друга с трудом.

Парни решили сначала завезти Лису и Миру, потом – остальных: так удобнее, они живут вместе. Лисе это было на руку – без кругов по городу. Уже выходя из машины, она уточнила:

– Смотри, не доведи до истерики.

– Слышала? – Влад повернулся к Алёне. – Меня нельзя обижать.

– Ты… – начала та.

– Я тебе это говорю, дубина! – Лиса отвесила Владу звонкий подзатыльник.

– Ай! За что?!

– Много мозгов надо, чтобы не давить на девчонку? – скептически спросила она.

Влад промолчал, поджав губы, и кивнул: понял. Лиса махнула рукой:

– До связи, – и ушла.

После полуночи Лиса сидела на диване, откинув голову, и перебирала в себе сегодняшний день. Непонятный раздрай. Мира у окна сказала:

– Как вовремя вернулись. Дождь пошёл.

– Твоя любимая погода, – не открывая глаз, отозвалась Лиса.

– Только если я под ним не мокну.

– Ха! – Лиса рассмеялась. – Мира, это сейчас прозвучало двусмысленно.

– А? – искренне удивилась та. Так было часто: другой ритм, другой мир.

Телефон Миры звякал входящими. Она весь вечер с кем-то переписывалась – Лиса догадывалась, с кем. Никогда ещё не видела на Миркином лице такого мягкого, мечтательного выражения.

– Мира… – Лиса сама удивилась, что позвала.

– М-м? – не отрываясь от экрана.

– Он тебе понравился? – Лиса и так знала ответ, но хотела понять – чем именно.

Мира редко ходила на свидания: ей становилось неинтересно, когда разговоры не дотягивали до её тем. Или парни просто исчезали, решив, что она «странная». Они не пытались узнать её.

– Кто? – рассеянно спросила Мира.

– Тот парень.

– А?..

– С которым ты мило общалась. И, по виду, сейчас продолжаешь, – улыбнулась Лиса.

– Думаю, да. Он интересный.

– Интересный?

– И добрый.

– Как поняла? – Лисе было правда любопытно. Она завидовала Мириной способности уверенно распознавать «добро».

– От него энергетика идёт. Как будто не от мира сего.

– Мира, – Лиса протянула со смехом. – Кто у нас «не от мира сего» – так это ты.

– Просто я так чувствую, – пожала плечами Мира. – И он легенды знает…

Её снова отвлёк сигнал сообщения. Лиса поняла: Мира доверяет чувствам и интуиции – и оттого легче живёт. Лиса – другое. Она – плотный узел недоверия, язвительности и контроля. Ей свободно только среди своих или за стойкой: там – другой мир. Но даже там никто не видит её настоящую. Все думают, что у неё всё в порядке. А внутри – шторм.

–

Дождь барабанил по стеклу. Жека сидел за барной стойкой в «The Pack» и смотрел в одну точку. Встреча с «той» выбила почву. Эйфория схлынула; пришло осознание. Запланировать такое нельзя. И всё-таки – случилось.

Судьба, стерва, не дала даже имени. Теперь её нужно искать. Чёрт.

– Найдём, – сказал Дима, потягивая виски. Он замечал детали: отсутствующий взгляд, побелевшие костяшки пальцев на стакане. Жеке следовало остыть. Его пробрал смешок – с горечью.

– На моём месте должен был быть ты, – сказал он.

– Чтобы убиваться из-за того, что девчонка испарилась быстрее, чем я узнал имя и взял номер? – Дима вскинул бровь. – Спасибо, нет.

– Я о другом. Пару должен был встретить ты. А судьба словно издевается.

– Это мило, что ты печёшься о моей личной жизни, – Дима усмехнулся. – Но это последнее, о чём тебе сейчас думать. У нас дела поважнее. Попробуй хоть раз побыть эгоистом и подумать о себе. Ты и так делаешь больше, чем достаточно, – он хлопнул друга по спине.

– Может, и мне судьба готовит сюрприз, – фыркнул Волков, играя бровями. Они оба рассмеялись.

– А с твоей личной жизнью теперь надо что-то делать, – уже серьёзнее сказал Дима. – Успеть наладить с ней контакт до отбытия в поселение.

Жеке хотелось выругаться. Он слишком хорошо знал, что им предстоит.

Вернувшись домой, он рухнул в кровать – без шансов уснуть. Мысли всё равно возвращались к ней и к поискам. В крайнем случае поможет Марк: тот успел познакомиться с её подружкой, достанет ниточку. Но хотелось справиться самому – через связи и голову.

Писать ребятам – поздно. Он открыл лайфграм. Хештеги – у всего, значит и у этой тусы. Можно потратить время с пользой: пройтись по тегу, вдруг она засветилась.

По хештегу – сотни фото. «На год хватит», – усмехнулся он. Но начал смотреть – внимательно, кадр за кадром. Включил музыку, открыл попкорн и колу. «Прям кино».

Прошёл час – или больше. Результата ноль. Нужного лица – нет.

– Ты что, в мантии-невидимке ходишь? – простонал он, отбрасывая телефон.

Он походил по квартире, отжался, подтянулся – сбросил напряжение.

– Так! Кулаков! Хватит страдать, – вернулся к экрану.

Открыл вкладку «новые по тегу» – и…

– Опа. Нашлась! – радость была почти детской.

На фото – лучезарная рыжая девчонка, а рядом с ней, с фирменным «покерфейсом», – она. Подпись: «С букой на тусе». А ещё – отметка этой самой «буки».

«Везунчик восьмидесятого левела», – хмыкнул он. Перешёл по ссылке, автоматически подписался, потом стал смотреть профиль.

По нику и описанию понял: девушку зовут Лиза, многие – Лиса. Личных фото почти нет: детали, предметка, город, камни. Лента – аккуратная и стильная. Но нашлись несколько случайных кадров, снятых, похоже, кем-то другим – живые. Попались фото с друзьями: рыжее чудо Марка – там, как и те, кто были на вечеринке.

Популярность – приличная. Активных подписчиков – тоже. Жека отметил самых навязчивых про себя отдельной галочкой. «Потом аккуратно объяснить, что пора свалить». Радовало: Лиса не уделяла им внимания.

Вот теперь он понял, что такое связь. Достаточно одного взгляда – и мир поворачивается. Она – центр. И любое неверное движение в её сторону – повод для ярости. Волки ревнивы.

Он не заметил, как уснул – почти до рассвета, уткнувшись в её профиль. Проснулся неприятно: в голову ударил настырный звонок. Он спрятался под подушку – не помогло. Всё стихло – и следом прилетел пинок.

Он открыл глаза – Дима, злой, как чёрт. У каждого из них были ключи от квартир друг друга – на случай форс-мажора. Дом одного – дом для всех.

– И что это мы спим? – прорычал Волков.

– Пожар? – простонал Жека, потирая место удара.

– Сейчас у тебя будет пожар. В штанах.

– С чего ты такой бодрый с утра? – Жека приподнялся.

– Время видел? Тренировка через пятнадцать минут. Собирайся, принцесса!

– Сколько? – Жека шарил в поисках телефона. Будильник он ставил, но батарея села – «спасибо» ночным посиделкам.

Дима швырнул ему спортивную сумку.

– Б… – протянул Жека. – Проспал.

– Серьёзно? Только сейчас понял? – фыркнул Дима. – Ночью-то чем занимался?

– В лайфграме сидел, – Жека поднялся и побрёл в ванную.

– Ты сейчас это серьёзно?

– Я её нашёл, – сказал он с зубной щёткой во рту.

– Не шутишь? – Дима моментально забыл злость.

– Угу.

– Да ла-адно, – Волков развалился на диване.

– Ага.

– Уже написал?

– Нет. Изучал.

– В твоём вкусе?

– Вообще нет, – честно ответил Жека, кидая в сумку вещи и хватая ключи. – Но чертовски хороша.

– Значит, выбор Пары одобрен? – прищурился Дима.

– Ага.

– Ну, удачи. И – благословляю, – Волков хлопнул друга по плечу.

– Свечку подержишь?

– А ты разрешишь? – Дима сыграл бровями.

– А язык в узел не завязать?

– Спасибо, нет. Он мне нужен, – Дима расхохотался. – Пошли уже. Сегодня придут новички – решим, кого на испытательный.

– Ага.

– И придётся пить.

– Ага.

– Пластина.

– Ага.

– Потерян для общества.

– Ага.

– Вы… тебя.

– Ага.

– Фу, – Дима передёрнул плечами. – Кулаков, ты бессовестная тварь.

– Да, сладкий, – подмигнул Жека.

Они поехали на тренировку: сегодня – с теми, кого отобрали вчера.

В раздевалке Дима говорил Лёхе:

– Я беру парней в свою стаю. Ты присматриваешь себе. Будь готов встать против каждого – так поймём, кто пойдёт за тобой. Уяснил?

– Да, – сухо отозвался Лёха. Эмоций – ноль. Жека невольно улыбнулся: «Как Света его терпит?»

– Ну и отлично, – Дима пожал ему руку и пошёл на ринг.

–

Несмотря на поздний отбой, Лиса проснулась рано. Привычка. Когда она начала бегать по утрам, уже не помнила; в школе это помогало – и вошло в кровь. Ритм, дисциплина, контроль.

Она натянула форму, наушники, включила плейлист и ушла в темп. Не вспоминать – слушать музыку и движение. Это был её побег.

Вернувшись, застала Миру за завтраком.

– Омлет будешь? – спросила та.

– Нет, тосты, – Лиса схватила бутерброды и огромную кружку чая, села к ноутбуку: Сан Саныч прислал файлы по практике – нужно прочесть.

Мира всегда завтракала за столом, чинно. Лиса – на ходу. За кухонным столом – разве что по праздникам, с друзьями.

– Во сколько собеседование? – позвала Мира.

– В четыре.

– Хочешь, пойду с тобой?

– Будешь группой поддержки?

– Почему нет. Можно ребят позвать…

– Решайте сами. Я не представляю, как оно будет проходить.

– Если что – придём, – сказала Мира.

Дочитав материалы, Лиса поняла: до собеседования – пара часов, нужно в душ, собраться, успеть доехать. Через полгорода. Она быстро высушила волосы, собрала в пучок – красиво или нет, главное удобно. Натянула любимые потёртые джинсы, укороченный топ, рубашку.

В коридоре собрала рюкзак, взяла очки и ключи. Уже тянулась к берцам, когда Мира окликнула:

– Снова без носков. Натрёшь.

– Чёрт… – Лиса вернулась, взяла носки.

– Удачи, – Мира обняла её.

– Спасибо, солнце.

По дороге Лиса взяла капучино, посмотрела в 2ГИС – бар рядом со станцией: не заблудится. В метро открыла лайфграм – несколько новых подписок. Пролистала, на одной аватарке взгляд зацепился – но связь пропала. «Значит, неважно», – решила она.

Через полчаса она уже сидела в «The Pack» – вместе с несколькими претендентами – и слушала управляющего Руслана. Из претендентов на бармена она была единственной девушкой. В профессии это не редкость – но отношение бывает предвзятым. На ней – скептические взгляды. Ей было всё равно. Её интересовало одно: адекватность коллектива. Место – крутое и атмосферное; работать здесь хотелось бы.

– Итак, – сказал Руслан. – По очереди проходите за стойку и готовите напитки по заказу начальства. Что именно – знает только оно. Иногда просят «удивить» – это вероятнее.

– «Удивить» – как? – спросил кто-то.

– Классикой никого не впечатлить, – спокойно пояснил Руслан. – Всё зависит от того, как и что вы подадите. Вопросы? – Кивки. – Тогда пройдите туда, решите порядок.

Парни быстро заняли места, Лиса оказалась последней. Подзуживали: мол, последней сложнее – удивлять нечем. Она уже открыла рот, как её опередили.

– Хватит вести себя как придурки и выпендриваться перед девчонкой, – бросил один претендент, всё это время молчавший.

– Ей нечем будет удивить, – хмыкнул другой.

– А тебе – есть? – спросил незнакомец.

– Найду.

– Тогда закрой хлебало и делай работу, – отрезал тот. Потом глянул на Лису.

– Благодарить не буду, – сказала она.

– Да и не надо, – он пожал плечами и уткнулся в телефон.

У Лисы был свой парадокс: при плохом примере алкоголизма в прошлом она выбрала бар. За стойкой она отключалась от мира и боли. Масок – минимум, рамок – почти нет. Можно слушать людей и музыку, творить – но не пускать никого внутрь. Работа выматывала, зато возвращала ей себя.

Она огляделась. Бар – действительно крутой: уют без пафоса, грамотная охрана, приветливый персонал. Несколько столиков заняты, в основном – девчонками. Любопытно. Лиса откинулась на спинку дивана, закрыла глаза и позволила музыке пройти через неё.

–

Тренировка выжала из Жеки и Димы всё, что могла. Суббота, но день рабочий. Жека проверил лайфграм: «королевишна» ничего нового не выложила – жаль, нет повода кинуть реакцию.

В баре их встретил собранный, как всегда, Руслан.

– Здорово, – Жека пожал ему руку.

– Привет, – кивнул Руслан. – Кандидаты в сборе.

– Отлично, – сказал хозяин бара, усаживаясь за стойку. За ним – и остальные.

Жека почувствовал, как в груди дрогнуло: где-то здесь – она. И впервые за долгое время ему стало по-настоящему страшно и по-настоящему спокойно одновременно. Любовь и страх, как всегда, шли рядом.

Глава 4

Честно? Лиса опешила, когда настала её очередь выйти из-за кулисы стойки – и она увидела за баром знакомую компанию. Кто бы подумал: новые знакомые оказались хозяевами «The Pack». Хозяин – наверняка один из них. И да, там был этот бугай.

Первая реакция – развернуться и уйти. Но разум, ровный и холодный, прижал огромным весом: лучшего места не найти. Значит – впечатлить и забрать место. Что он здесь ошивается – не её забота. Работа важнее. Лиса выровняла плечи, втянула живот, надвинула на лицо свой фирменный покер-фейс и шагнула к стойке.

– Чего желаем, господа? – она улыбнулась уголком губ, ладонью легко коснувшись полки. Мышцы плеч на секунду дрогнули – чужой взгляд давил в спину.

– Привет. Как тебя зовут? – спросил тот самый, к кому вчера прилипала Ника. Он поставил локоть на край стойки, беззлобно прищурился.

– Лиза. Можно – Лис, – она держала зрительный контакт со спрашивающим, боковым зрением ловила, как бугай на противоположном краю не моргая следит за каждым её движением. – А тебя?

– Дима. Хозяин этого заведения, – он улыбнулся, коротко кивнув. В пальцах – привычный поворот стакана.

– Крутой бар, кстати, – отметила она. Дима вдруг рассмеялся открыто и чисто – запрокинул голову, провёл тыльной стороной ладони по щеке, как будто стирая смешинку.

– Спасибо, что заметила, – отсмеявшись, он подтолкнул к ней пустой бокал. – Давай так: сделай каждому из нас по напитку – на свой выбор. Идёт?

– Без проблем, – Лиса пожала плечами, ловко подвернула манжет рубашки и быстрым сканирующим взглядом прошлась по всем за стойкой – позы, дыхание, кожа, глаза. Читала, как по меню: кому что нужно сейчас – телом и нервами.

Ну что ж. Поехали.

Джиггер. Мадлер. Фрукты. Ром. Лист мяты – первый бокал мягко стукнулся о подставку перед нужным человеком. Свежий сок, крепкий, сироп, лёд; шейкер – короткий бросок-ловля, стекло зазвенело – второй уехал к своему адресату. Плечи Лисы двигались в ритме музыки, губы беззвучно повторяли припев, движения рук были отточены и быстры.

Всё шло гладко. И всё это время в спину упирался горячий луч внимания.

– Меня, кстати, Жека зовут, – донеслось справа. Он чуть наклонился на локти, бровь уехала вверх, уголок рта прикусило.

Лиса подняла взгляд – не переставая работать: нож со щелчком сложился, шейкер встал на коврик.

– Вау. Какое классное имя, – отозвалась она сухо; ногтем постучала по стеклу – ритм, сарказм.

– Правда? – он сыграл бровями, будто проверяя, выдержит ли подача.

– Обожаю. Моё любимое, – она подалась к нему на полкорпуса, зрачки сузились.

– Правда? – он наклонился ближе, тень от его плеча легла на стойку. – Может, тебе ещё что понравится?

– Это ты на себя намекаешь? – Лиса синхронно наклонилась, глянула прямо, медленно провела языком по нижней губе, подбородок чётко вверх. Внутри щёлкнуло: не тормозить.