Тайна «Чёрного» Принца
Трёхмачтовый парусно-винтовой фрегат «Принц»
Предыстория
Приведённая ниже в информация кочует по интернету с сайта на сайт практически без изменений. «8 ноября 1854 года парусно-винтовой фрегат «Принц» стал на оба якоря в Балаклавской бухте. Погода и до этого не баловала, а 14 ноября стрелка барометра провалилась вовсе… По небу заклубились чёрные тучи, среди бела дня наступили сумерки, и началось светопреставление… Непредсказуемый ветер, до этого крутивший в разные стороны, вдруг определился с направлением и обрушился на бухту, в мгновение ока достигнув силы урагана. Мощный ливень, сопровождаемый градинами величиной с голубиное яйцо, перешёл в омерзительный ноябрьский снег. Якоря не держали… В тот роковой день на прибрежных скалах Балаклавы нашли свою смерть 34 корабля, пятым погиб «Принц»»[1]. Авторы путают направление ветра и количество погибших судов, но единственное в чём они, безусловно, правы: «Подобной морской катастрофы не было ни до, ни после»… В одночасье на дно ушли войсковые припасы, провиант, зимняя одежда, медикаменты, обрекая войска союзников на голод, холод и болезни… Ноябрьский шторм не только оставил союзных солдат без будущего, но лишил их и настоящего. «…Лагеря были превращены в одно огромное болото грязи. Предметы одежды, обрывки униформы, разнообразная лагерная мебель были подхвачены и унесены далеко от их отчаявшихся владельцев, которые во многих случаях сами были не в состоянии сохранить вертикальное положение…
Снег и крупа начали смешиваться с дождем, и холмы постепенно стали белыми и застывшими, что особенно приводило в уныние тех, кто только что возвратился мокрым и голодным из окопов и обнаружил отсутствие палаток, невозможность приготовить пищу и перспективу провести ночь под открытым небом. Но даже эти суровые неудобства не были наихудшим результатом урагана на суше. Очень многие, как французы, так и англичане, измотанные усталостью и незащищенностью, не выдержали этого нового испытания и были найдены мертвыми…»[2].
Об этом почти не пишут, но жертвами стихии стали не только корабли на рейде Балаклавы. Под Евпаторией погибли линкоры: 100 пушечный французский «Генрих IV», 90 пушечный турецкий «Пеики-Мессерет»; и 3 паровых корвета. Потери, причинённые ураганом 14 ноября, можно приравнять к разгрому в крупном морском сражении. Потрясённый император Франции Наполеон III дал указание ведущему астроному У. Леверье – создать эффективную службу прогноза погоды. И спустя три месяца после шторма в Балаклаве была создана первая прогнозная карта, прообраз тех, что мы видим сегодня в новостях. Через год во Франции работали уже 13 метеостанций, а через 16 лет была создана Международная метеорологическая организация.
Любопытно, но расположение севастопольской бухты позволило российским боевым кораблям избежать трагедии, и буря 14 ноября практически не нашла отражение в русской историографии.
Рождение тайны
Едва успокоилось Чёрное море, как «заштормило» в редакциях английских газет и журналов… И было отчего! Комендант Балаклавского порта Л. Г. Хите сообщил адмиралу Э. Лайонсу о гибели только ОДНОГО судна – «Принца»! Почему? Падкие до сенсаций газетчики тут же нашли ответ: стихия поглотила денежное довольствие всего экспедиционного корпуса! Сумма, покоящихся на дне сокровищ, возрастала из года в год и от издания к изданию. ««Русское судоходство» (1896г.): «Изобретатель рассказал, что у него имеется цель попытаться сделать что-нибудь с тем утонувшим под Балаклавой английским кораблем, который вез, как известно, 200 000 фунтов стерлингов». «Наше судоходство» (1897г.): ««Принц-регент», громадный корабль английского флота, вез из Англии значительное количество серебряной монеты и 200 000 фунтов стерлингов золотом для уплаты жалованья английским войскам в Крыму… Деньги, отправленные на этом корабле, были упакованы в бочки, почему и должны сохраниться в неприкосновенности...»[3]
Опуститься до глубин…
