Король Истван. Книга 3. Заоблачная Академия

Глава первая. Караванщик

– Чем я прогневал тебя, светило?! – упав на колени и, словно волк, задрав голову к небесам, прокричал заросший изможденный двухнедельным путешествием по безжизненной пустыне купец Узукул. – За что ты сжигаешь мой караван и моих людей?! – путник замолчал, вслушиваясь: а не ответят ли ему боги. Но те не снизошли до общения с простым смертным. – Неужели тебе мало тех жертв, которые мы приносим каждый день?! Разве этого недостаточно?!! Ты хочешь большего, да?! – выдохнув это, купец обхватил лицо ладонями и тяжко повалился на спину. От раскаленного песка дохнуло жаром, но измученное тело не почувствовало боли. Разве что пришлось зажмурить глаза, спасаясь от немилосердно жгущих лучей, пробивающихся даже сквозь ладони. – За удачу – великие жертвы благодарности, – с трудом шевеля растрескавшимися обожженными губами, как во сне шептал несчастный, – такие, чтобы боги остались довольны. За малую удачу – скупые жертвы; боги должны видеть, что моя благодарность не бесконечна. За беды, – распахнув глаза и раскинув руки, оскалился купец, – жертвы, достойные самого великого праздника! Ну, так возьмите… – с ненавистью выдохнул он, с трудом поднимаясь на ноги. – Книгочея ко мне! – коротко приказал он сопровождавшим его воинам. – Одеть во все лучшее! Сегодня в жертву принесем проклятого мудреца! – изможденные охранники нерешительно топтались на месте, словно не зная, как реагировать на приказ своего господина. – Что? – устало обернувшись, он уперся взглядом прямо в высокого сухого, как палка, молодого человека. – Марвин, – оскалился торговец. Вот и ты. Что? Что будем делать теперь, когда угас последний луч надежды?

– Продолжать движение, – спокойно отвечал ученый муж.

– Продолжать движение! – яростно прохрипел хозяин каравана. – Разве тебе мало, книгочей, того, что ты завел нас в ловушку? – с ненавистью прошептал Узукул.

– Ещё в Азкхорре тебя предупреждали: Создатель не благословляет на этот поход, но ты ослушался и предпочел словоблудие пройдох-шаманов. Ты повел через пустыню Смерти караван, посулив самым отпетым негодяям хороший куш. А теперь, когда ты понял свою ошибку, хочешь трусливо откупиться чужой кровью? – уничижающее-холодно улыбнулся тот, кого купец собирался приносить в жертву.

– Ты считаешь, что крови никчемного умника богам будет мало? – оскалился делец. – Ведь и ты – изгой, не так ли? Ведь и ты попал ко мне только потому, что тебя никто не хотел принимать. Если бы не я, ты бы так и прозябал на невольничьем рынке! Чужак, верующий не в богов, но одного творца! Только твой Создатель – такой же беспомощный, как и все боги моего рода!

– Тот, в кого верю я, не требует жертвенной крови, – спокойно отвечал Марвин. – Он почитает мудрость и знание. Но, если ты хочешь, – наемник равнодушно пожал плечами. – Боги твоего рода будут рады, когда прольется новая кровь. Ублажи их ещё раз, если считаешь, что это спасет твою жизнь. Купи их благосклонность, как там, в Азкхорре.

– Ты слишком умен, чтобы так просто расстаться с жизнью, – зло оскалился Узукул. – Не будь тебя с твоими знаниями, мы бы не зашли так далеко! Сколько ещё идти?! Когда закончится эта проклятая пустыня?!!

– Ещё шесть дней, – невозмутимо отвечал жрец.

– Животные и люди вымотаны! Им не выдержать ещё столько!

– Ты мог бы послушать и отложить поход на два месяца. Тогда бы тебе не пришлось выбирать между жизнью своей дочери и шкурами твоих же людей! Тебе бы не понадобилось ставить на кон собственную судьбу!

– Охранники ропчут! – уже в отчаянии выкрикнул хозяин каравана.

– Ты нанял самых отпетых негодяев. Эти люди никогда ни во что не ценили чужие жизни, но даже они сейчас преклоняются перед тобой! Ибо даже они поняли, что заблудились! Ибо даже они осознали, что только ты можешь вывести их из огненной ловушки!!! Выпрями спину, Узукул! – мудрец прикрикнул на своего хозяина, и тот беспрекословно подчинился. – Расправь плечи и благодари Создателя за то, что он послал тебе меня, а не того пройдоху-кудесника, который за десяток золотых погубил бы весь твой караван ещё в самом начале пути! Покажи им Узукула Великого! Эти охранники – одни из немногих по-настоящему верных тебе, – кивнув на двоих вооруженных мужей, сопровождавших караванщика, уже спокойней продолжал Марвин. – А потому возвращайся в лагерь и объявляй подъем. Скажи, что боги твоего рода принесли благую весть. А, когда оборванцы начнут роптать, – Марвин недобро усмехнулся, – вам будет послано знамение.

– Что?!

– Ты сохранишь и свою жизнь, и жизнь своей дочери!

– Мои люди вымотаны, – словно заклинание, упрямо повторил купец.

– Вид уверенного хозяина вдохнёт в них сил, тогда как унылый Узукул погубит и себя и всех остальных! – властно оборвал книгочей.

– И тебя, Марвин? – устало поинтересовался хозяин торгового каравана.

– Успей до знамения, – недобро усмехнулся проводник. Узукул развернулся и решительно двинулся назад к уже поджидавшим его караванщикам.

– Я говорил с богами своего рода! Через шесть дней пустыня закончится! – остановившись напротив озлобленных изможденных наемников, с неожиданной властностью объявил купец. – Так сказал Марвин, – уже тише добавил он.

– Сегодня боги забрали Сида, Малхази и балагура Остея, – оскалились в ответ те. – Твой жрец настолько умен, что завел нас туда, где не ступала нога даже самого отчаянного…

– Вас никто не держит! – оборвал Узукул. – Не нравится – получайте расчет и убирайтесь!

– И что, скажи на милость, нам делать с проклятым золотом здесь, в этой всеми богами забытой пустыне Смерти?! Презренный металл не превратится воду, как бы мы ни просили наших покровителей! Ты погубил нас всех, когда повел караван в Проклятый Месяц!

– А вы не ведали на что идете?! Знали, но согласились! – глядя в упор ссутулившихся негодяев, выплюнул купец. Под его взглядом, холодным и тяжелым, те, метая в хозяина молнии, попятились назад. – Не подскажете, почему?! – рабы разом оскалились, однако их гнева было недостаточно, чтобы пересилить страх и броситься на купца. – Так я дам ответ, ничтожества, – тяжело дыша, продолжал делец, – Половину из вас комендант Азкихорна мечтает увидеть, прикованными к галерам! Остальных – посаженными на колья! Выбирайте: или идете со мной и сохраняете ваши шкуры или… Клянусь богами своих предков, если бы не Марвин, который вел караван с такой скоростью, мой труп уже растащили бы хищники, а вы, презренные, уже давно прогуливали бы мои сокровища в кабаках или болтались бы на виселицах. Так, что считайте это моей милостью к презренным грабителям.

– Ха! Вы слышали?! Он называет эти свитки сокровищами! Проклятый болван! Тебя спасало только то, что самое ценное в твоем караване – это верблюды! И то, что перед началом торгового сезона, прошедший хотя бы день в пустыне, вдвое теряет в цене! Ты со своими богами завел нас в самое пекло и теперь не знаешь, куда идти и тянешь время! Но нам помогут боги отчаянных! Сегодня им жертву достанется кровь бла-га-род-ного! – гадко ухмыльнувшись, проблеял один из негодяев. – Вяжи его! – неуверенно двинулся он прямо на купца.

– Еще один шаг, и гнев богов моего рода обрушится на тебя! – Узукул двинулся навстречу караванщику.

– Скажи своим богам, что если они спрячут солнце, я, может, и поверю в их могущество, – выплюнув это, разбойник, храбрясь, поспешил сделать шаг навстречу купцу.

– Стой!!! – размахивая руками, к наемнику бежал Марвин. – Смотри! Там!!! – кричал он, указывая куда-то в сторону дальних барханов. – Горе тебе, презренный! Ты прогневал богов рода Узукула!!!

Разом повернувшись, злодеи посмотрели туда, куда показывал жрец и тут же, не сговариваясь, бухнулись на колени.

Бывшее ещё пару минут безоблачное небо затягивало огромной, невесть откуда появившейся тучей. Жутких размеров тень пожрала дальние барханы и стремительно надвигалась на караван. Огромная свинцовая глыба чернильным пятном растекалась по небу, грозясь поглотить солнце. Словно накатывающаяся на берег волна, она готовилась раздавить онемевших от ужаса путешественников.

Застывший в неподвижности воздух наполнился непонятными звуками. Тяжелым не то гулом, не то воем, сквозь который до слуха запаниковавших путешественников донеслись задорные свисты и перекрикивания. Все это нарастало, становилось все более отчетливым и тревожным. Неведомая опасность наступала. Даже животные, почуявшие её приближение, испуганно завыли, и от их противных низких криков по коже мурашки забегали даже у самых отчаянных головорезов.

– Драконы!!! – оцепеневшие от ужаса караванщики, разом придя в себя, в панике бросились врассыпную. Громко проклиная тот день, когда они согласились выйти в пустыню в Мертвый сезон, они, забыв про усталость и страх, разбегались прочь.

Секунда – и огромный дракон появился в небе. Со свистом расчертив воздух и оставив за собой жирную полосу дыма, он резко спикировал вниз и, опаляя огненным хвостом землю, пронесся прямо над источающим жар песком. За ним последовал ещё один, и еще. А потом – еще пятеро, за каждым из которых на длинных канатах тянулись по десятку бородатых всадников на нелепых деревянных лошадках. Ловко обращаясь с начищенными до блеска духовыми инструментами, они производили столь невообразимый шум, что верблюды, не выдержав такого, бросились прочь.

Только дин человек среди всего этого хаоса не потерял самообладания. Марвин с несвойственной для изможденного длительным путешествием путника ловкостью поймал одного из обезумевших верблюдов. Осадив и оседлал его, жрец бросился вслед за сбившимися в кучу улепетывающими животными. К погоне тут же присоединились драконы с наездниками. Через несколько минут отчаянной гонки бактрианы были остановлены, стреножены и согнаны в наспех собранный кораль. Содержимым тюков тут же занялись спешившиеся бородачи. Они принялись деловито потрошить походные сумы, с необычайной скрупулезностью изучая их содержимое и вытаскивая любые свитки, книги и записки.

– Все фолианты на месте, – деловито рассматривая содержимое, кивнул Марвин. – Мастер будет доволен.

– Дело сделано! Уходим! – распорядился один из наездников, который, судя по шикарным эполетам и количеству медалей и орденов, был здесь командиром.

– Мы не бросим Узукула одного, – спокойно парировал мудрец.

– Бунт?! – зашипел в ответ тот, кто раздавал распоряжения.

– Стой!!! Верни! Не погуби!!! – из-за бархана показался тощий силуэт купца. Жадно хватая воздух, тот из последних сил бежал по направлению к налетчикам. Торговец был настолько изможден, что, казалось, лишь сила инерции удерживает его на ногах, и стоит ему остановиться хотя бы на миг, он просто рухнет на раскаленное песчаное полотно. – Отдай! – уже не кричал, а хрипел делец.

– Ему нужно дать воды, карты, оружие и все, что необходимо в пустыне, – Марвин коротко кивнул на тащащегося за грабителями купца. – Будет жаль, если столь достойный человек найдет свою смерть в этой пустыне.

– Здесь я решаю, что делать! – спесиво отвечал командир.

– Ты принес, что я просил? – не обращая внимания на реплику, бросил в ответ проводник.

– Кажется, меня назначили командиром стражи, – гордо выпятив грудь, так, что медали и ордена заиграли миллионами бликов на ярком солнце, важно надулся тип.

– Ну, тогда сам и прикажи убить его! – бросил в ответ жрец.

– Я… – не сразу и нашел, что ответить его оппонент. – Я… Я приказываю сохранить ему жизнь, – высокомерно кивнул тот в сторону изможденного мужчины. – Вам надлежит немедленно снабдить его всем необходимым! В случае неповиновения я имею право применить силу или пожаловаться самому Мастеру! – пафосно закончил тип.

– Ему нужна вода, карты, инструменты для навигации, оружие и одеяло, – никак не отреагировав на столь высокомерное поведение, холодно повторил Марвин. – Все то, о чем я просил в академии.

– Не слишком ли ты многое ты себе позволяешь, мальчишка?

– Я не воюю с безоружными.

– Приказываю соблюдать субординацию, – задрав нос, бросил в ответ командир. – Вам надлежит немедленно прекратить проявлять инициативу и все решения принимать только после моего приказа! В случае неповиновения я имею право применить силу…

– Ну, так поставь меня на место, – прервав тираду, Марвин испытывающее посмотрел на своего командира. Так, что последний поспешил ретироваться. Вместо него к шаману подошел один из сопровождавших кавалькаду воинов.

– Мастер сказал, – вынимая из-за пазухи мешочек, обратился он к товарищу, – что это точно поможет.

– Готовь дракона, – спрыгивая с верблюда, бывший проводник уверенно двинулся к тому, кого только что ограбил.

– Верни! – приподнявшись на локтях и тут же без сил бухнувшись на раскаленный песок, прохрипел Узукул.

– Тебе ни к чему эти фолианты, – коротко отвечал грабитель. – Тем более, что половина из них написана на мертвых языках.

– Верни!!! – простонал в ответ купец.

– Возьми! – бородач бросил на песок мешочек. – Все, что нужно – внутри. Я пока не могу помочь тебе словом или приказом, но кое что умею, – вложив дар в трясущиеся руки купца, продолжал ученый. – Сделаешь, как написано – твоя дочь встанет на ноги. А сейчас поднимись, седлай верблюда и езжай домой. Стражи соберут для тебя воду, провизию, карты и все необходимое для путешествия инструменты. С собой возьмешь тех воинов, что были со мной. Будешь идти по картам, через шесть дней выйдешь из пустыни. Ещё через два – попадешь дома. Прощай.

С этими словами Марвин развернулся и двинулся прочь. Последнее, что видел Узукул – облако поднятого песка и огромный дракон, улетающий в сторону уходящего прочь облака. К реальности его вернул протяжный зов стреноженного верблюда. Накормленный и напоенный странными пришельцами, он стоял, нагруженный тюками. Машинально подняв с песка мешочек, купец побрел к поджидающему его животному. Разрезав путы, он освободил покорителя пустынь и в гордом одиночестве продолжил свой путь.

Глава вторая. Тот, кто не хочет взрослеть

– Ваше Величество! Ваше Величество! Вы только посмотрите на наследника! Разве мыслимо будущему королю устраивать столь опасные потехи, да ещё и вовлекать в них фей?! Они же могут пораниться! – в покои Маргариты Шестнадцатой вбежала испуганная старшая фрейлина. – Ваше величество, я вас умоляю: объясните Иствану, что феи заняты очень важным делом, и их нельзя отвлекать ни в коем случае!

– Вы напрасно переживаете, Вероника, – правительница поспешила успокоить взволнованную гостью. – Иствану просто скучно. На его долю с самого начала жизни выпали такие приключения, о которых нам и не мечтать, – задумчиво отвечала королева. – Вам бы, Вероника, случись пережить такое с самого детства, была бы интересна размеренная жизнь в Долине?

– Ах, ваше величество, как мне судить об этом? Я участвовала лишь в битве за Долину и, признаться, мне это ужасно не понравилось. Здесь я с самого своего рождения и даже не представляю, как можно жить иначе.

– И я всю жизнь провела в Долине, – задумчиво отвечала королева. – А мой сын здесь – гость, и я даже не знаю, хорошо это или плохо.

– Как бы то ни было, – подойдя к окну, старшая фрейлина лишь пожала плечами, – но он – будущий правитель нашего прекрасного дома. А, разве правление – это игра? Вы только посмотрите! – всплеснула руками девушка. – Вместо того, чтобы посвящать время учебе или подготовке к первому в истории нашего королевства свадебному торжеству, юноша предпочитает развлечения.

– Будущий король волшебной Долины фей, – прошептала правительница, глядя на сына.

За окном на импровизированной площадке несколько фей играли в ножной мяч. Собственно, играл лишь молодой человек, в котором мы легко узнаем наследника престола волшебной Долины – Иствана. Запуская мяч в стену, он на отскоке старался одним касанием отбить его так, чтобы он со звонким ударом снова врезался в стенку. И так – непрерывно. При этом остальные участницы забавы лишь пугливо метались по площадке, стараясь не попасть под мяч или не быть сбитыми будущим королем престола фей. Такая забава быстро утомила и юношу. Видя, что его напарницам потеха в тягость, будущий правитель разочарованно махнул рукой и, отпустив фей, растянулся на траве.

– Вы совершенно правы, дорогая Вероника, – помолчав, согласилась Маргарита Шестнадцатая. – Правление – не игра. Но и спокойная размеренная жизнь в Долине не для вкусившего дух приключений юноши.

– Неужели вы считаете, что ваш сын недостоин быть правителем?!

– Ну, что вы, Вероника! – печально улыбнулась королева. – Такому правителю, как мой сын, радовалось бы любое государство, будь оно в состоянии войны или разрухи…. Везде, где нужны решительные и отчаянные правители. Но там, где наступил покой и процветание – увы. Там… – Маргарита Шестнадцатая лишь развела руками. – Там Истван чувствует себя чужим.

– Но что сможет ему помочь, Ваше Величество?

– Только новые приключения, моя дорогая. Только они, и ничто больше, – в покои статно вошла Маргарита Первая. Поняв, о чем беседуют феи, она присоединилась к их разговору.

– Но это же так опасно! – поспешила ужаснуться Вероника.

– Неужели вы думаете, что я этого не знаю? – королева тяжело вздохнула. – Юношу манит дух приключений и опасностей. А его мать желает своему дитя покоя и благополучия.

– Для вчерашнего мальчишки опасности – вздор! Да и потом кто знает, что предначертано этому славному юноше судьбой? – Маргарита Первая задумчиво посмотрела на своего пра-пра-пра-правнука. – Не знаю почему, но мне кажется, что вовсе не тихое и безмолвное правление.

– Но как такое может быть?!

– Тот, первый властитель Долины, который родился до Иствана, хоть и звался королем, но тоже не стал правителем. Он ушел навстречу приключениям боле тысячи лет тому назад…

– Но что может быть лучше, чем править в нашей волшебной Долине? – Вероника и не думала сдаваться.

– Приключения и только они, – негромко, но твердо отвечала первая королева волшебной Долины.

– Умом я понимаю ваши слова. Но сердцем… Я не могу принять этого. Я не желаю, чтобы мой сын снова покинул свой дом и отправился в путь. Я же мать, – тихо, словно оправдываясь, закончила властительница. – Я люблю свое дитя. Я так боюсь потерять его, но. Но я… Я вижу, что в Долине он впадает в уныние. Когда его нет, мое сердце разрывается от тревоги. Когда он здесь – от печали и грусти. Я знаю… Нет, я чувствую, что во имя своей любви я должна принять ваши слова, – обратилась она к собеседнице. – Но как это сделать?! Я же мать!

– Тот, первый правитель… Перед его матерью стояла та же самая дилемма, – Маргарита Первая сурово посмотрела на свою далекую родственницу. – Только, – дрогнувшим голосом продолжала она, – ей было некому подсказать какое решение – правильное.

– Почему вы так думаете?

– Потому, что первый правитель Долины – сын Маргариты Первой. Мой сын. И сейчас, – уже совсем тихо продолжала фея, – заклинаю вас: поступайте так, как велит ваша любовь. Так будет лучше для нашего мальчишки.

– Для мальчишки?! – хором воскликнули все присутствующие.

– Конечно, мальчишки. Доброго, энергичного и немного ветреного, но все-таки мальчишки, одержимого мечтой продлить юность, – совладав с чувствами, Маргарита Первая вновь говорила спокойно, но твердо. – И очень хорошо, что хотя бы такие забавы отвлекают его от изучения фолиантов в библиотеке Дины. Иначе… Иначе, я боюсь, наш чересчур смышлёный молодой человек уже давно бы отыскал нужные ответы и вновь отправился бы навстречу приключениям.

– Вы знаете, что он так упорно ищет в библиотеке Дины? – удивленно воскликнули Маргарита Шестнадцатая и старшая фрейлина.

– Конечно, мои дорогие, – тепло улыбнулась в ответ Маргарита Первая.

– Но это же – невозможно: быть вечно юным!

– Самое ужасное, что это возможно, – сокрушенно покачала головой первая правительница Долины. – Только никто из тех, кто постиг секрет вечной молодости, не стал счастливым.

– Разве кому-либо из живущих дано познать этот величайший секрет?

– А разве мы с вами, Вероника, не удостоены чести получить второй шанс и вернуть себе величайшее сокровище: юность? – вопросом на вопрос отвечала первая правительница. – А, вспомните про Матилд. Она тоже вновь стала девушкой.

– Ну, я бы не сказала, что это дурно, – зарделась Вероника. – Может, Матилд считает иначе, но лично мне такой подарок – очень по душе.

– Получить вторую юность, которая с годами уйдет… Это – великий дар, и заслужить его дано не всякому. Но мы все равно состаримся и все пойдет своим чередом. А те, кто получат вечную юность…

– Они будут самыми счастливыми на всей земле! – восторженно воскликнула Вероника.

– Те станут самыми несчастными существами во всей вселенной, – словно и не услышав реплики собеседницы, негромко закончила Маргарита Первая. – Нет более жестокого наказания, чем вечная юность.

– Но почему?!

– Ваше Величество! Ваше Величество! – в покои вбежала запыхавшаяся Матилд. – Я увидела открытую дверь и посмела войти без приглашения!

– Видимо, что-то серьезное заставило королевского гвардейца нарушить правила этикета. Говорите, – коротко кивнула Маргарита Шестнадцатая.

– К вам гонец из мира людей! Там бесчинствуют драконы, которые грабят и торговые караваны, и целые города!

– Позовите Иствана, – негромко распорядилась Маргарита Первая. – Он – единственный из нашего королевства, кто может помочь. И, готова держать пари, – улыбнулась фея, – он обрадуется любым новым приключениям. И не забудьте пригласить Волшебников. Хотя, – увидев возникших в дверях бородачей, улыбнулась, – не беспокойтесь. Они и так уже все знают.

Уже через несколько минут в главном зале был собран совет из самых уважаемых жителей Долины, перед которым держал ответ высокий, изможденный человек. Отказавшись даже от предложенной воды, гонец зачитал сообщение от друга детства Иствана Давида: огненные драконы ведут охоту на любые книги и фолианты. Ящеры, которые перемещаются по воздуху быстрее стрелы. Крылатые рептилии, чей яростный рев вселяет ужас даже в сердца самых закаленных воинов. Змеи, полыхающие пламенем. Могучие и неуязвимые твари. Предвестник атаки, – огромное облако, затмевающего собой солнце. Оно появляется ниоткуда и так же неожиданно исчезает без следа. Оно перемещается с невероятной скоростью и считанные минуты появляется где угодно. Давид умоляет своих друзей как можно скорее собрать в надежном месте все рукописи, свитки, книги и научные трактаты. Иначе, как говорилось в послании, все это будет утеряно.

– Я должен пойти и узнать, что происходит, – дослушав доклад гонца, Истван решительно поднялся с трона.

– Но, Ваше Высочество, вы и так отстаете от программы обучения наследников Долины! – поспешила ужаснуться Вероника.

– К тому же новое приключение по-настоящему опасно, сын мой, – мягко добавила королева. – Вы и так – редкий гость в Долине. Неужели вы хотите в очередной раз оставить мать одну наедине со своими тревогами?

– Нет, что вы! – юный наследник поспешил успокоить Маргариту Шестнадцатую. – Просто… Просто Давид писал, что драконы невероятно быстры и неуязвимы. И их цель… Их интересует не золото и драгоценности, а книги. Но куда полетят эти гнусные создания, когда захватят все труды в соседних королевствах? Кто знает, может наш дом – их следующая цель? Библиотека Дины, для них – настоящая сокровищниц, а, – значит, – Долина будет атакована. Не лучше ли выйти первыми и встретить опасность на подходах к Долине?!

– Мой юный сын, – Маргарита Шестнадцатая лишь покачала головой, – вас словно тянет навстречу новым приключениям. И это – повод для беспокойства вашей матери. Но, – правительница поспешила остановить собравшегося что-то возразить наследника, – вас влечет мечта о справедливости и благоденствии. И это – мой повод для гордости за моего сына. Я не могу вас принуждать выбирать пути. Вы уже стали взрослым и сами творите собственную судьбу.

– Благодарю вас, Ваше Величество, – поклонился юноша и чуть слышно добавил. – Спасибо тебе, мама.

– Однако же давайте спросим у Изабеллы, – улыбнулась в ответ Маргарита Шестнадцатая. – Та, которая шла с вами с самого детства, а теперь готовится стать законной супругой. А раз вы собираетесь связать ваши судьбы, то вам, Истван, пора забывать про ваше «Я» и учиться говорить «Мы».

– Ваше Величество необычайно мудры, – будущий король склонил голову. – Зная это, я уже переговорил с Изабеллой. Она готова благословить меня в этот поход.

– Но как вы узнали? Неужели Давид сообщал и вам?

– Изабелла просто почувствовала, что Давиду нужна помощь; они же брат и сестра.

– Раз так, мой юный сын, то и мое вам благословление на новые приключения – вам в помощь. Ступайте, но помните: Долине нужен правитель, а я, увы, не могу вечно занимать трон. Ступайте, и возвращайтесь как можно скорее. Мы все ждем вас.

– Благодарю вас, Ваше Величество, – торжественно поклонился юноша. – Я не заставлю вас долго ждать.

– Вас же, мой юный друг, – присоединилась к беседе Маргарита Первая, – в этот раз интересуют отнюдь не приключения, не так ли?

– Вы правы, – на секунду задумавшись, согласился юный наследник. – В библиотеке Дины я нашел трактат «История о Вечной юности». В нем – рассказ о древнем охотнике на драконов Драхане Вешутцере, который раскрыл секрет старости и с тех пор не постарел ни на день.

– Вечная юность? – улыбнулась в ответ первая правительница волшебной Долины. – Уж не желает ли будущий наследник разгадать одну из тайн мироздания? Ту, которая противоречит закону Гармонии, а потому никогда никого не сделает счастливым?

– Как возможно, чтобы она сделала кого-то несчастным?! Вечная молодость? Вечное счастье?! Никаких взрослых невзгод и радость от каждого дня! Бессмертие?!

– Вы так же добры, мой юный друг, как и ветрены, – лишь усмехнулась в ответ Маргарита Первая. – Но это – вечная беда молодости.

– Ну, почему? Кто сможет дать ответ?!

– Мне бы не составило труда объяснить вам это, мой юный друг, – Никчемный Волшебник мягко остановил Иствана, – вот, только вряд ли вы сейчас услышите мои слова. Будет лучше, если вы сами поймете это.

– Я?! Простите, но я не считаю возможным отказываться от своих слов! – резко отвечал юноша. – Тем более, что это – слова будущего правителя!

– Ответ, достойный короля, – поправив пенсне, снова улыбнулся Волшебник. – Твердость слова порой важнее остроты клинка. Только даже самый славный меч хорош в умелых руках мудрого мужа. А мудрость приходит с годами, мой юный друг.

– Все мудрецы – ужасные зануды, – лишь поморщился в ответ Истван. – Я не хочу быть похожим ни на одного из них! Я желаю оставаться вечно молодым и беззаботным! Я хочу повторить подвиг Драхана Вешутцера!

– Драхан Вешутцер, – эхом повторила Маргарита Первая. – А, ведь все могло быть совсем иначе.

– Что могло быть иначе? – поспешил поинтересоваться наследник престола волшебной Долины.

– Вам еще многое предстоит понять, будущий Владыка, – Никчемный Волшебник мягко остановил молодого человека. – А пока товарищи ждут вашей помощи. А, раз так, то ступайте, мой юный друг.

– Вы разве не перенесете меня?

– В царство Давида? – протерев стекла очков, старик водрузил их на переносицу. – Конечно. Только помните, это – один из немногих путей, которые я могу пройти за вас, – мудрец виновато развел руками. – Все остальные вам придется преодолевать без помощи. Сила волшебника не в колдовстве, а в умении не мешать другим познавать свой путь.

– А в чем тогда его слабость? – поинтересовался молодой человек.

– Слабость? Вы задаете великие вопросы, на которые не всегда можно дать ответ.

– И все же?

– Слабость волшебника в его доброте и сострадании. Или вы забыли, как познакомились со мной, моим учеником и волшебницей Мертой?

– Простите меня, – поспешил извиниться Истван. – Может, я и впрямь чего-то не понимаю. Но сейчас мне кажется, что я должен идти за своей мечтой. Другое дело, что я даже и представить не могу, куда меня приведет эта дорога. Ведь, и поход к Великой Книге Истине закончился совсем не так, как я ожидал.

– Всему свое время, молодой человек, – чуть заметно улыбнулся Волшебник. – А пока собирайте свою метелку и – в путь! А как вы думаете соперничать с драконами? Неужели пешим? – поправляя очки, улыбнулся Волшебник.

Глава третья. Мартышка, который обиделся

Валко раскачиваясь из стороны в сторону по разбитой ручьями и еле заметной дороге катился караван из десяти тяжело груженых телег, запряженных могучими буйволами. Обоз двигался невероятно медленно, словно специально выбирая самые неприметные и труднопроходимые пути, стараясь все время находиться в тени пышных крон деревьев. Щедро смазанные дегтем блоки телег, прыгая с кочки на кочку, не выдавали ни единого скрипа. Плотно подогнанные жерди никак не отзывались на мощные толчки… Ни один звук не нарушал тишины дремучего леса: ни крик возницы или щелчков хлыстов, ни слова от сопровождающих караван. Даже морды буйволов были тщательно замотаны так, чтобы ни одно из животных не нарушило тишины и даже на ходу продолжало пережевывать содержимое закрепленных тут же мешков. Довершали картину угрюмые стражники в хламидах, сквозь которые можно было разглядеть недобро поблескивающие доспехи. Тревожно поглядывая вверх и держа наизготовку луки с копьями, с полторы сотни охранников сопровождали обоз. Готовые в любую секунду вступить в схватку, они то и дело останавливались, чтобы, напряженно прислушавшись, осмотреться по сторонам. Истван, перенесенный в столь необычное место, затаив дыхание следил за странным караваном.

– Не двигайся, лазутчик! – в бок молодого человека уперся наконечник копья. – Ждешь удобного момента? Как бы ни так!

– Но я… – переход из Долины в этот лес произошел настолько стремительно и неожиданно, что молодой человек даже не успел сообразить и как следует сориентироваться на месте, а потому и оказался застигнутым врасплох. – Я…

– Молчать, лазутчик! – зашипел невидимый преследователь и в ту же секунду чьи-то мощные руки схватили юношу и, связав, заткнув в рот кляп и накинув на голову мешок, волоком потащили в направлении каравана. Несколько шагов – и юношу охватило чувство какого-то безотчетного страха.

– Принц, взгляните, кого мы обнаружили! – нарочито грозным голосом, который, впрочем, ничуть не скрыл неуверенных ноток, доложил один из сопровождающих. – Шпионил из-за кустов! Считал, ждем атаки только сверху! Думал, об остальном не позаботимся! Лазутчик!

– Один, – безжизненным голосом проронил его собеседник, да так, что было совершенно непонятно: интересуется тот или просто констатирует факт. От этого мертвого голоса у Иствана побежали мурашки по коже.

– Так точно! – все ещё держался тот самый некто, взявший в плен молодого человека.

– Прочесать окрестности, – без эмоций приказал второй.

– Уже выполнено, принц! Лазутчик – один.

– Меня не интересуют ваши слова. Я отдал приказ: прочесать окрестности.

– Да… Слушаюсь… Будет выполнено… Сию же секунду… – не выдержав, стушевался часовой.

– Усилить охрану. До привала недолго. Нам надо успеть к хижине лесника затемно. Иначе опять встретимся с бестелесными. Поторопите своих людей. Как это у вас: поспешай и все будут веселы… Точнее, поспешишь… но это уже не важно. Это что?

– Метелка, принц. Была при лазутчике, принц. Не решился выкинуть, принц, – заюлил страж.

– Бросьте вместе с ним в клетку.

– А, может, принц…

– Выполняйте. Не улетит же он на ней.

– Слушаюсь, принц.

На этом диалог прервался, а пленника с метелкой швырнули в какую-то клетку. Странное путешествие продолжилось вновь.

Хоть Истван и пережил достаточно приключений, столь выматывающей поездки на его долю ещё не выпадало! Мало того, что клетушка, куда его забросили, оказалась меньше курятника, так она ещё и, кое-как укрытая плотной материей, громоздилась на самом верху одной из повозок. Так, что герой отчаянно страдал не только от тесноты и жуткой болтанки, но и от духоты. Почувствовав, что ему вот-вот станет дурно, он попытался выплюнуть кляп, однако ничего не вышло. Впрочем, и муки прекратились так же внезапно, как и начались. Телега резко остановилась и со все сторон до слуха пленника донеслись сдавленные крики охранников и лязг оружия. Ещё минута, и воздух сотряс мощный грохот, как будто что-то огромное пронеслось прямо над караваном.

– Дракон. Все по местам. Готовиться к бою и не зевать, – Истван узнал голос принца. Холодным безжизненным голосом он раздавал приказы, готовясь к сражению. Материя, укрывавшая телегу, с треском разошлась, открывая доступ свежему воздуху. Тут же раздался скрип какого-то замысловатого механизма, спрятанного в недрах конструкции.

– Меня! Меня овсфопотите! – отчаянно изворачивался, старался привлечь к себе внимание Истван, но тщетно. Занятые подготовкой к схватке, воины и забыли про узника. – Уки! Уки асвязыти! И хлап ыташите! – извивался пленник. – От так! – почувствовав, что кто-то пытается развязать путы, обрадовался юноша. – Ауратней! – узел ослаб настолько, что Истван исхитрился освободить сначала одну руку, а потом и другую. Не мешкая ни секунды более, он поспешил скинуть с головы мешок и вытащить изо рта войлочный кляп. – Кто здесь?! – обернувшись, он увидел, что в клетке – только он и Серебристая метелка, которую он с таким трудом когда-то оседлал в метелкином пруду. – Вот это да! – поразился он и тут же поспешил пригнуться. Прямо над ними пронеслась огромная тень, и воздух вновь сотрясся от оглушающего рева.

Натянув тетивы, лучники разом пригнулись, бросая тревожные взгляды на жирную полосу дыма, оставленную ящером.

– Не стрелять, – холодно приказал принц. И от этого мертвого голоса лучники поежились и побледнели ещё сильнее, чем от вида дракона. – Это разведчик. Мы не обнаружены, но это вопрос времени. Проверить кляпы животных. И ни звука.

Воздух задрожал вновь, и над спрятавшимся под густыми кронами деревьев обозом пронесся огромный черный дракон.

– Пусти! – залюбовавшись на огромного ящера, Истван забыл про то, что он – пленник и вспомнил лишь когда кто-то требовательно дернул его за рукав. – Не трогай меня! – обернувшись, он понял, что это его метелка. Зацепившись за манжет, она настойчиво дергала ткань, привлекая внимание хозяина. – Ага! – увидев, что дверь клетки удерживает лишь хлипкая щеколда, ухмыльнулся юноша. – А тут ты права: не место наследнику в этой клетке! – схватившись за черенок, Истван почувствовал, как мощная сила вырывает его прочь из западни.

– Стой. Лазутчик ушел. Кто их связывал? Вы мне за это ответите, – донеслись до слуха юноши убийственно-холодные слова принца.

– Не хотел бы я снова попасть к нему в лапы, – поежился молодой человек. Впрочем, чувство тревоги, охватившее его с момента взятия в плен, исчезло, едва лишь юноша удалился от каравана.

Серебристая метелка неслась практически над землей, стараясь не выскочить за кроны деревьев. Интуитивно чувствуя, что она и сама знает, что делать, Истван решил не вмешиваться, а довериться ей. Тем более, что юноша был уверен: скоро столь безмятежный полет закончится. Не прошло и минуты, как они нагнали и поравнялись парящим драконом. Тот хоть и летел совершенно неторопливо, но при этом издавал такой рев, что уже им одним был способен вселить самый настоящий ужас в сердце даже самого отважного смельчака.

– Ты тоже соскучилась по приключениям? – почувствовав, как напряглась его метелка, ухмыльнулся Истван. – Ну, тогда – вперед!

Резко ускорившись, метла вдруг изменила направление и, круто взяв вверх, взмыла почти перпендикулярно брюху ящеру. Ещё секунда, и вот она уже – над распластавшимся на мощных крыльях драконом, управляемом ссутулившимся бородачом в военной форме.

– Ты кто?! – обращаясь к незнакомцу, Истван попытался перекричать жуткий рев. Тот, услышав чужака мгновенно сориентировался и, подняв лук, выпустил стрелу в незваного гостя. Впрочем, та пролетела далеко в стороне. Наездник ответил ещё несколькими выстрелами, но снова не смог поразить цель. Ежесекундно меняя направление, метла с наследником ухитрились приблизиться к парящему чудовищу настолько, что при желании Истван мог бы спрыгнуть на спину ящера и даже, если бы при нем было оружие, всадить клинок в фактурно выступающий позвоночник рептилии.

– Не похож ты на драокна, с которым мне уже довелось встречаться, – проворчал молодой человек.

В то же самое мгновение ящер издал столь могучий рык, что воздух вздрогнул, словно бы рядом с громадным колоколом. Оглушенный юноша растерялся и на мгновение отпустил руки. Секунда, но и этого вполне хватило, чтобы, сорвавшись, искатель приключений полетел вниз. Врезавшись в пышную крону деревьев, и чуть снизив скорость, сорвиголова приземлился на смягчивший падение тент огромной телеги только что покинутого каравана. Оглушенный столь головокружительным трюком, молодой человек потерял сознание.

– Приходит в себя, принц! Что нам с ним делать, принц?! Я предлагаю взять лазутчика с собой, принц!!! – сквозь шум в ушах донеслось до Иствана. Едва придя в себя, молодой человек вновь отчетливо ощутил пронизывающий страх.

– Я назначил тебя командующим не для того, чтобы выслушивать предложения. Мне нужен смирный исполнитель. Что делать, а что нет – решать мне. Ты же следишь за дисциплиной и не более того.

– Слушаюсь, принц. Конечно, принц. Все будет сделано, как вы пожелаете, принц, – неуверенно залепетал его собеседник.

– Лазутчик – невероятный везунчик. Надеюсь, он вспомнит все, что видел наверху.

– Ты видишь меня, лазутчик? – кто-то из воинов позвал молодого человека.

– Я – не лазутчик, – приоткрыв глаза, с трудом прошептал Истван.

– Это оставьте решать нам, – холодно отвечал принц. – На вашем месте я бы постарался вспомнить как можно больше. Просто для того, чтобы убедить меня в том, что ваши слова – правда, – мертвецким голосом парировал Принц. От его голоса, даже в полузабытьи, пленник содрогнулся. – Набирайтесь сил. И не думайте, что и в этот раз я буду столь беспечен. Снова бежать вам не удастся. Выставьте охрану. Мы потеряли много времени, а к вечеру надо быть у водопадов. Поторопите животных. Пойдем сквозь просеку.

– Но, Принц. Тогда нам придется выйти на открытую местность, и мы будем беззащитны перед драконами.

– Не забывайте свое место, командующий, – холодно отреагировал тот. – Как это у вас… Всяк сверчок бойся своего кулика… Вернее, всяк сверчок знай свой… Впрочем, это уже не важно.

– Слушаюсь, принц. Конечно, принц. Все будет сделано, как вы пожелаете, принц, – забубнил в ответ тот.

– Я не знаю как, но юнец спугнул их. Облако тоже исчезло. Это значит, что до ближайшего его появления – не меньше двух часов. Чтобы пересечь просеку потребуется чуть более часа.

– Принц, простите. Позвольте побеспокоить вас вопросом. Но что… Вдруг мы не успеем? Вы невероятно рискуете.

– Хотите провести ещё одну ночь в лесу?

– Ни в коем случае, принц! Я готов рискнуть, лишь бы снова не встретиться с бестелесными.

– Вот и славно. Поторопите погонщиков. И следите за мальчишкой. Если он опять скроется, пощады не ждите. Я хочу говорить с ним.

– Слушаюсь, принц. Конечно, принц. Все будет сделано, как вы пожелаете, принц, – дрогнувшим голосом отвечал стражник. – Предприму все, что в моих силах!

– Сделайте больше, – даже с закрытыми глазами наследник Долины фей почувствовал ужас, охвативший воина перед своим господином.

Происходившее дальше Истван помнил с трудом. Падение с огромной высоты не прошло без последствий, и почти всю дорогу юноша провел без сознания, приходя в себя только на особо тряских ухабах. И то – лишь для того, чтобы тут же снова провалиться в тяжкое забытье. Очнулся лишь после того, как караван, достигнул цели.

– Где я? – стараясь не шевелиться, ибо каждое движение причиняло невероятную боль, попробовал выяснить наследник престола Долины фей.

– Пейте, – кто-то властно приподнял голову пленника, и в рот юноши буквально влился обжигающий горький отвар. От неожиданности пленник сделал большой глоток, и жуткое варево растеклось по телу, наполняя его силой и изгоняя прочь боль.

– Где я? – оттолкнув миску и прокашлявшись, молодой человек поинтересовался у стоящего рядом высокого воина и тут же замер, лицом к лицу столкнувшись с принцем.

– Задавать вопросы в гостях – вопиющее бескультурье, – глядя в упор на юношу, проронил тот. – Гостю положено сохранять почтительное молчание, – неподвижное лицо хозяина каравана не отражало ни единой эмоции, так, что было непонятно: шутит он или говорит серьезно. – Кто вы, – лишенным интонаций голосом, продолжал он допрос. – Для чего шпионили за моим караваном и что случилось наверху? Почему драконы улетели прочь?

– Истван. Путешественник, – буквально кожей чувствуя исходящий от собеседника холод и страх, поежился юный наследник. – Ищу потомков Драхана Вешутцера. И я не знаю, что случилось наверху. Дракон заревел, и я упал вниз.

– Не морочьте мне голову. На моей памяти ещё не бывало наездников на метелках. И я готов не выдавать вас бестелесным, но только при условии, что вы будете со мной искренни. Итак: откуда у вас метелка. Что случилось наверху? И кто вы на самом деле.

– Кто такие бестелесные? – поспешил поинтересоваться искатель приключений.

– Продолжите в том же духе – скоро узнаете. Но такое знакомство вам едва ли понравится.

– Я, – чуть помолчав, юноша решил не скрывать правды. – Наследник престола Долины фей. Моё имя – Истван. Иду на помощь моему товарищу – королю Давиду, потому, что получил от него сообщение о драконах. Метлу поймал в Метелкином лесу. Что случилось, не знаю. Дракон оглушил меня, и я сорвался.

– Где метла.

– Не знаю! Я сорвался с нее.

– Ваша печать, – так же холодно отвечал Принц и, не смея противиться, Истван расстегнул ворот рубахи, предъявляя амулет. – Все сходится, – воин удовлетворенно кивнул головой. – Взять его. Он не должен попасть к выскочке Давиду.

– Что?!

– Мой род давно правил в этих землях, – отвечал Принц. – Но несколько лет назад все изменилось. Люди отвернулись от нас и приняли правителем одного из рода выскочек. Моим предкам не хватило ни воли, ни сил вернуть себе престол. Что же. У меня достаточно и того и другого, и я сяду на трон. Я – Витовт из рода Шота, – все так же бесстрастно продолжал принц. – Связать его. В клетку и в мой шатер. Я буду наслаждаться видом плененного друга моего врага.

– Слушаюсь, принц. Конечно, принц. Все будет сделано, как вы пожелаете, принц, – рядом с юношей возникли двое воинов, в сопровождении командующего.

– Его печать; я хочу держать её в своей руке, – охранники поспешили исполнить приказ, бесцеремонно сорвав амулет с цепочки. – Выскочка Давид уже разослал указания не задерживать её обладателя. Теперь ворота всех застав открыты для нас. Все благоволит нам, – бесстрастно подытожил принц Витовт; на бледном лице, больше похожим на маску мертвеца, не отразилось ни тени эмоций – Лазутчика в клетку, – воин кивнул в сторону пленника. Стражники поспешили исполнить его приказ и поволокли юношу от своего правителя, ледяной глыбой восседавшего в центре походной палатки. Честно сказать, Истван этому был рад, ибо неприятное ощущение страха, возникающее каждый раз, когда он приближался к зловещему принцу, исчезло.

Клетка, куда поместили Иствана теперь, оказалась не в пример больше и просторней той, в которой он начал свое знакомство с караваном. Пожалуй, это было единственное утешение молодому человеку. Все остальное было просто ужасно. Едва начав путешествие, он оказался в плену, потерял метелку и печать и, что хуже всего, сам того не желая, подверг риску своего друга. Откуда ему знать, что на уме у этого странного принца, больше похожего на мертвеца, одержимого идеей вернуть себе престол? В довершение всех бед, клетку юноши разместили в походном шатре сверженного правителя рядом с золотой клетью дрессированной мартышки, что ещё больше унижало путника.

Впрочем, хозяин шатра был нечастым гостем и появлялся только по вечерам. Как обычно, с его возникновением юношей овладевало беспокойство, которое тут же передалось и зверьку. Так и в этот раз. Стоило лишь только тени хозяина шатра возникнуть в проходе, как оба узника начали нервно вжиматься в прутья своих клеток.

Прогнав стражников, принц тяжело опустился на массивный дубовый стул. Тот, словно трон, был установлен в самом центре походного жилища; так, чтобы его обладатель мог лицезреть клетки с мартышкой и пленником. Прикрыв глаза, Принц надолго замолчал, погрузившись в дрему. Казалось, он так и просидит до самого утра. Однако, примерно через час обученный зверек принялся отчаянно верещать, неистово колотя по прутьям клетки. Этот шум привел в себя воина. Открыв глаза и вздрогнув, он с видимым усилием приподнялся в кресле и в упор посмотрев на сорви-голову, начал допрос.

– Итак, молодой человек, – тихо, могильным шепотом, обратился он к пленнику. – Зачем вам потомки Драхана Вешутцера.

– А зачем они вам?

– В этом шатре вопросы задаю я.

– Вы – хозяин и вправе делать то, что считаете верным. И, по правилам хорошего тона, я был бы должен удовлетворить ваше любопытство, но не буду этого делать.

– Да ну, – принца ничуть не удивил такой ответ. – Извольте объяснить почему, – бесцветным голосом поинтересовался он.

– Меня сюда не звали, а потому я не считаю необходимым платить за гостеприимство уважением.

– Есть масса проверенных способов, молодой человек. Каждый из них хорош для того, чтобы вырвать нужную информацию из уст даже самых несговорчивых. Не боитесь испытать их на собственном теле.

– А не боитесь, услышать то, что не соответствует истине? Лишь то, что избавит меня от ваших способов?

– Я терпелив. Могу долго ждать нужного мне ответа.

– Тогда какой смысл мне говорить правду, если это не даст мне избавления?

– Тогда я просто казню вас.

– Тогда вы просто ничего не узнаете.

– То, что мне нужно, я уже услышал и получил.

– Тогда почему не казнили меня сразу, а выходили после падения?

– Вы многое рассказали, метясь в горячке.

– Теперь вам предстоит выяснить, что из этого правда, а что – обычный бред, – с усмешкой отвечал молодой человек.

– А вы невероятно умны, молодой человек, – Принц чуть подался вперед, но при этом ни единый мускул не дрогнул на его каменном лице. – Вашей мудрости позавидовали бы очень многие…, – шатер погрузился в полную тишину, нарушить которую не смела даже мартышка. – Вот что, – вновь обронил Принц. – Я не буду ни казнить, ни даже пытать вас. Ваше тело слишком хорошо, чтобы испортить его. Ваш разум слишком остер, чтобы замутнить его болью и истязаниями. Я знаю, мои слова кажутся странными, – воин не сводил немигающего взгляда с Иствана и тот непроизвольно подался назад, спиной упираясь в прутья клетки. – Я кое-что покажу вам. Только это останется между нами, – неожиданно рассмеялся он. Но смех этот, такой же бесцветный и холодный, как и голос правителя, ничуть не развеселил, а, напротив, нагнал ещё большую тревогу.

Поднявшись с трона, Принц неторопливо подошел к портьере и резким движением откинул её прочь. Под тяжелой тканью оказался массивный письменный стол с несчетным количеством ящичков, между которыми громоздилось огромное зеркало. Пара искр зажгли четыре факела, дрожащий свет которых залил светом все пространство шатра. Устроившись перед зеркалом и вооружившись полотенцем и кинжалом, Витовт несколькими уверенными движениями располосовал лицо. Затем, отложив клинок, он принялся отдирать целые клоки, на деле оказавшейся искусно сделанной маской, обнажая сокрытую под ней безжизненный стариковский оскал. Несколько минут – и к Иствану повернулся древний старик с глубоко впавшими глазными яблоками и обвисшей, больше похожей на грубую мешковину кожей. Красные глаза, сгнившие зубы, крючковатый нос. Глядя на это, пожалуй, вряд ли кто мог бы догадаться, что он – тот самый Витовт. Все, что напоминало о грозном принце – неподвижное лицо и чувство ужаса, еще более усилившееся посте того, как узникам открылось истинное лицо его владельца.

– Как это у вас, – прошептал он, – что в сердце варится, только черту нравится… Вернее, что в сердце варится, на лице не утаится… Я прожил длинную жизнь, – все тем же негромким, мертвецки-безжизненным голосом продолжал старик, и каждое слово ухающим молотом отзывалось по всему телу юноши. – Невзгоды и лишения оставили глубокие следы. Но они и закалили. Они научили не сдаваться и идти к своей цели. Давид из рода моих врагов – выскочка. Он заплатит высокую цену за то, что я лишился своего законного права. Права на престол, – все тем же бесцветным голосом подытожил Витовт.

– Бестелесные!!! К оружию! Ваше высочество! Ваше высочество! Бестелесные атаковали! – донеслось до слуха Иствана. Эти крики также привлекли внимание Витовта и он, встав и спрятав лицо под капюшоном, взял в руки факел и покинул шатер. Едва он вышел, страх прошел так же неожиданно, как и возник.

– Ну и дела, – пробормотал Истван, озадаченный таким поворотом событий. – Кто же ты на самом деле, принц Витовт?

– Кто на самом деле Витовт?! Кто на самом деле Витовт?! Уж точно не тот, кем считаете его вы! Да! Господин гораздо могущественней и сильнее! – раздалось совсем рядом.

– Что? – встрепенулся молодой человек. Резко обернувшись на звук, он не обнаружил никого. – Кто здесь?!

– Кто здесь?! Кто здесь?! Разуйте глаза!!! – противный голос донесся из клетки напротив. – Да! Это я: говорящий мартышка! – видя удивление товарища по заключения, довольно оскалился зверек. – Да, вы поражены! – довольно расхохотался он.

– Ну, вообще-то мне не впервой встречать говорящих животных.

– Животных?! Животных?! – обиженно зашипел в ответ он. – На себя посмотрите! Даже хвоста нет! Только и можете, что ходить по земле! Сами вы – животное! Неуклюжее, глупое и высокомерное!

– Простите, я не хотел вас обидеть, – Истван попытался успокоить своего нового товарища, однако тот уже разошелся не на шутку.

– Обидеть! Обидеть! Да в жизни не видел бесполезнее существ, чем вы, люди! – яростно шипел зверек. – Мните себя великими, а сами даже не можете отличить живого от… – зверек замолчал, поняв, что едва не сболтнул лишнего.

– Так, чего мы, люди, не можем отличить? – юный наследник навалился на прутья клетки, однако его собеседник, завертев головой, испуганно защебетал на своем, непонятном Иствану языке. – Ну и дела, – озадаченно пробормотал будущий король волшебной Долины.

Глава четвертая. В поисках вечной юности

Как ни бился Истван, но мартышка больше не произнес ни слова. Более того, рассердившись, он принялся столь громко и омерзительно щебетать, что у молодого человека живо разболелась голова, да так, что пришлось заткнуть уши руками. Впрочем, напрасно. Зверек словно чувствуя дискомфорт соседа по клетке, принялся безобразничать ещё сильнее. Все закончилось так же неожиданно, как и началось. Мартышка вдруг угомонился, и уже знакомое ощущение страха овладело обитателями клеток. Несколько мгновений, и в шатер вошел сам хозяин.

– Славно провели время, – абсолютно безразлично поинтересовался принц. И, бросив тяжелый взгляд на клетку со зверьком, так же холодно добавил. – Мартышка не беспокоил вас. Он бывает слишком шумным, – от этой фразы обезьянка затряслась, словно от озноба. – Вот и замечательно. Молодец, Найджеп. А теперь продолжим с вами, – видимо, удовлетворенный эффектом, закончил Витовт. – Хотя будет правильней отложить разговор до завтра. Как это у вас… Утро вечера, да с новыми силами… Вернее утро вечера мудренее, – принц попытался изобразить улыбку, но непослушные мышцы выдали лишь жалкое подобие оскала. Факела вдруг погасли, и шатер погрузился во тьму.

Как бы ни был утомлен Истван, ему не удалось задремать ни на мгновение. Виной тому – страх, словно одеялом, укутавший все вокруг. Юношу то пробирал озноб, то вдруг бросало в пот, а, стоило закрыть глаза, как палатка наполнялась скрипами, шорохами и странными неведомыми бестелесными существам, парящими вокруг молодого человека.

– Итак, – едва задремав, Истван вздрогнул, как будто его вдруг окатили ледяной водой. – Надеюсь, вам хватило времени как следует поразмыслить, – будущий король открыл глаза и увидел нависшего над ним Витовта. Тот уже восстановил маску, и теперь снова превратился в молодого принца с безлико-неподвижными чертами лица. – Я умею ждать, – равнодушно продолжал он, глядя в упор на собеседника, да так, словно бы желал пригвоздить его к полу своим каменным взглядом.

– Я уже все вам сказал, – невольно отводя глаза и пятясь к противоположной стенке, прошептал наследник.

– Зачем вам потомки Драхана Вершутцера?

– Чтобы избавить мир от драконов! – попытался выкрикнуть Истван, чтобы стряхнуть с себя наваждение. Однако получилось это у него достаточно жалко и нелепо.

– Есть ещё что-то, – холодно парировал хозяин шатра. – Что. И не пытайтесь мне лгать, юноша.

– Ничего.

– Как это говорят: добро пожаловать, – на безжизненном лице не отразилось ни эмоции. – Вернее, приятного времяпровождения.

Витовт вышел, и Истван сразу же почувствовал невероятное облегчение. Словно гора свалилась с плеч. Тут же накатила дрема, и юноша начал клевать носом, как в этот момент несколько воинов вошли в шатер и, схватив клетку, вытащили её прочь. Затем, так же проворно сложив походную палатку, в полной тишине погрузили весь скарб в телеги. Караван двинулся в путь.

Вымотанный событиями прошлых суток, сын Маргариты Шестнадцатой тщетно пытался заснуть. Едва ему удавалось погрузиться в дрему, как телегу начинало кидать из стороны в сторону, а на относительно ровных участках, его терзал мартышка Найджеп, что-то верещавший громким противным голосом. Мучала и духота: чтобы наружу не доносилось ни звука, телегу с клеткой укутали несколькими слоями плотной материи. Пару раз юношу, все-таки нашедшего возможность задремать, будил рык дракона.

Под вечер угрюмые молчаливые воины бесцеремонно сбросили клетку на землю и затащили её в палатку, где все повторилось вновь. Допрос, чувство необъяснимого страха, атака бестелесных и яростное верещание обиженного мартышки.

– Принц обещал нам вечную молодость, а вместо этого – изнуряющий поход и бесконечный ужас. Ужас перед бестелесными, которых никто и в глаза не видел никогда! Ужас перед принцем! Ужас перед драконами! Ужас перед собственной тенью, – сквозь забытье до слуха искателя приключений донесся чей-то недовольный бубнеж. Юноша вздрогнул, приходя в себя. Четверо крепких воинов, одетые в богато украшенные доспехи, больше подошедшие бы знатным особам, чем простым наёмникам, вытаскивали клетку с узником, чтобы вновь погрузить в телегу. – А ещё этот бездарный командующий и постоянное раздражение, едва речь заходит о этой треклятой юности!!! Клянусь париком баронессы Туи, в моей жизни не случалось более бездарного похода, чем этот! – гудел здоровенный детина понуро висящими пышными усами пшеничного цвета.

– А ещё эти летающие монстры, – хрипло прогнусавил другой. – В жизни не видел более мерзких тварей.

– Моё имя – сэр Маккормик Бесстрашный, – подхватил третий. – Я лично исходил все владения его Сиятельства графа Заоранского, но ничего подобного не видывал. Признаться, я уже начал думать, что драконов выдумали бродячие рыцари, с целью обессмертить свои имена в этих бездарных романах про битвы со всякой нечистью. Теперь я готов признать, что был не прав.

– Что вам эти ящеры? – оскалился четвертый, обращаясь к первому из ораторов. – Можно подумать они вам сделали что-то плохое! А каково вашей милости таскать на себе клетку с этим мальчишкой? Готов держать пари, его светлость герцог Беллинга дорого бы дал за то, чтобы увидеть своего самого строптивого барона за делом, достойным простолюдина, – гнусно расхохотался он.

В ту же секунду клетка грохнулась на землю, и тот, кого назвали бароном, рассыпаясь в проклятьях, кинулся на обидчика. Яростно рычащий клубок принялся кататься по земле. Атака была столь неожиданной и яростной, что оставшиеся двое воинов замерли на местах, не понимая, что происходит. И лишь придя в себя воины кинулись разнимать воинов, однако в азарте сами увлеклись потасовкой, остановило которую лишь появление принца.

– Позор, – ничего не выражающим голосом, проронил он, проплывая перед понуро стоящими воинами. Те, как шкодливые мальчишки, пойманные за мелкими пакостями, шмыгая носами и уткнувшись взглядами в землю ждали наказания. – Взрослые люди ведут себя как сорванцы. Вы отправились на поиски вечной юности. Опасное приключение, которое дарует вам власть. Власть над самим временем. То, о чем не смеют мечтать даже величайшие короли, – ровным бесцветным голосом он продолжал свой странный разнос. – Наше путешествие только началось. Мы уже столкнулись с драконами. Бестелесные тревожат нас. Лазутчики ищут наш караван. Вы же выясняете отношения. Позор. Как это у вас: мир вашим седым головам… Вернее седина – в голову, бес – в ребро.

– Но, ваше высочество… – попытался возразить барон.

– Мне не интересно, кто зачинщик. Наказаны будут все.

– Но оскорбление… – теребя усы вновь начал барон, но, наткнувшись на тяжелый взгляд принца, угрюмо замолчал.

– Командующий, проследите, чтобы все нарушители дисциплины были наказаны, – рядом с Витовтом возник командующий.

– Слушаюсь, принц. Конечно, принц. Все будет сделано, как вы пожелаете, принц, – забубнил в ответ тот, опасливо поглядывая на зло оскалившегося барона, то на своего невозмутимого хозяина. – Но прошу вас, извольте наказать главного зачинщика сами, – все тише и тише бормотал тот, а последние слова – так вообще едва слышно.

– Сегодня пройдем в два раза больше запланированного. Отдыха не будет. Отставших не ждем, – монотонно, словно речь шла о наискучнейших вещах, объявил принц. – Это – наказание всем. А теперь извольте продолжить сборы. Из-за вашей провинности придется поторопиться всем. Если не успеем, столкнемся с бестелесными в пути. Вы этого хотите, – по тону Витовта невозможно было даже понять: задает он вопрос или ставит перед фактом.

– Нет!

– Что вы, ваше высочество!

– Мы лучше сразимся с драконами!

– Клянусь париком баронессы Туи, я бы не отказался хоть раз встретиться с этими бестелесными лицом к лицу! – оскалился зачинщик. – Увидеть хотя бы краешком глаза тех, кто меня так раздражают, – совсем негромко, но твердо закончил вояка.

– Вот и славно. Как это у вас: у рук глаза пугаются. Или, вернее: глаза боятся, а руки делают. Выходим немедленно, – Витовт либо не услышал, либо не счел необходимым реагировать на этот выпад.

Те же четверо детин резво подхватили клетку, и, кто подобострастно, кто со страхом, а кто и с ненавистью глядя на принца, живо закинули в телегу и плотно укрыли тканью. Будь они не столь напуганы, они бы, пожалуй, заметили, что один из прутьев от удара треснул и нужно лишь небольшое усилие, чтобы окончательно выломать деревяшку. Впрочем, один из них, тот, которого называли бароном, похоже, успел что-то заподозрить. По крайней мере он один довольно крутил усы и ухмылялся, то и дело бросая взгляды на пострадавшую перекладину. А потому, едва оставшись один, юноша поспешил вернуть треснувшую деревяшку на место так, чтобы никто не заметил лазейки.

– Негодник хочет сбежать! Негодник хочет сбежать! – заверещал зверек, едва поняв, что замыслил его сосед.

– Замолчи, или Витовт узнает, что ты проболтался!

– Проболтался!!!! Проболтался!!! – оскалившись, передразнил наследника мохнатый комок. Потом, уже гораздо более миролюбиво поспешил добавить. – Да подумаешь! Обронил пару лишних слов!!!

– Вот и посмотрим, что скажет твой хозяин, – ухмыл�