Тени Китеж-града

Пролог

1237 год. Малый Китеж

Яркое огненное зарево кровавого заката охватило округу, постепенно погружая ее во мрак. Уже перестали петь птицы, замерев в немом ужасе от увиденных сегодня страшных событий. Холодный безжалостный ветер трепетал порванные и потрепанные флаги на стягах.

Сильный порыв, и гордое знамя с изображением растерзанного льва, опирающегося на крест – герб Владимиро-Суздальского княжества, сорвалось с петель и улетело в неизвестном направлении, рухнув где-то за крепостными стенами в черную жидкую грязь.

Когда-то гордо вздымавшиеся к небу башенки сейчас лишь торчали надломленными изуродованными руинами. Сквозь разрушенные крепостные стены из стороны в сторону катало пустые бочки. За ними, испуская в небеса черный едкий дым, пылали ярким алым пламенем пожарища подожженных монголами теремов, нещадно скворчащих и ломающихся с треском вовнутрь, словно скрипящие дрова в печке.

С другой же стороны на длинном бескрайнем поле расположились сотни разного размера шатров, между которыми довольные войны жгли свои костры, чтобы немного согреться в холодной ночи. Именно оттуда за горящим городом наблюдал из тени, немного посвистывая, один военачальник.

Все это, вне всяких сомнений, стало своеобразным символом эпохи. Монгольское нашествие пришло на русскую землю в самый неподходящий для этого момент, в период братских распрей и кровавых междоусобиц, когда каждый князь готов был постоять только за свое владение, а разбить их по очереди по одиночке не представляло никакого труда.

Внезапно сбоку послышались громкие шаги и даже топот, и, обернувшись, военачальник понял, что прямо к нему в кандалах по земле волокут изнеможенного и избитого русского война. Руки его все были в крови, а лицо опухло от множества ударов. Босые посиневшие от холода ноги тащились по земле. Как только пленника подвели поближе, они остановились, ожидая указаний.

– Кто это? – спросил на своем языке темник.

– Русский воин из города. Не хочет говорить, – ответил ему один из монголо-татар, еще раз хорошенько пнув ногой в живот пленника, заставив его искривиться от боли.

– Ладно, хватит, ведите его к хану, – одернул их военачальник, не желая видеть такой картины.

Развернувшись, он тут же направился в противоположную сторону. Мимо проходили другие захватчики, конюхи проводили измотанных лошадей, покачивающих своими шикарными черными гривами, стараясь отбиться от насекомых. По сторонам слышался довольный гам и гогот. Собеседники явно обсуждали сегодняшнюю удачную осаду.

Темник, посмотрев на скрывшееся за горизонтом солнце, сменившееся крохотной, бледной луной, немного ускорил шаг. Он направлялся к самому огромному, шикарному шатру в их стоянке, который вздымался намного выше остальных. Издалека было понятно, что хозяин этого сооружения здесь был самым важным человеком и имел особое положение. Конечно же, это был никто иной, как Батый.

Добравшись до входа, военачальник встретил там двоих из охраны хана, после чего, молча кивнув, заставил их опустить оружие и расступиться по сторонам. Темник явно пользовался в этом походе большим уважением, которое раскрывало практически любые двери.

Отогнув край ткани, закрывающей вход, тот аккуратно заглянул внутрь. Все помещение было шикарным: на полу разложены дорогие плетеные персидские ковры, шкуры убитых животных, меха. По краям расположились дубовые запертые на замки сундуки, предназначенные для хранения каких-то ценностей. Посередине стоял большой стол, заваленный свитками и картами, чтобы хан мог спланировать свой дальнейших поход.

– Великий Бату-хан, можно? – спросил темник, стыдливо стоя у входа.

Секунда, и из дальнего угла появился невысокого роста человек в полном обмундировании, которое сверху прикрывала теплая меховая накидка. Его властный и целеустремленный взгляд отражал полную уверенность в себе и непоколебимости собственных решений.

– Чего тебе? – недовольно спросил он, остановившись посередине шатра.

– Захватили русского пленного, возможно он знает, где Большой Китеж, – ответил ему темник, склонившись в знак уважения перед господином.

Поразмыслив пару секунд, хан тяжело вздохнул, после чего развернулся и уселся на свой трон прямо напротив, после чего махнул рукой, жестом предлагая продолжать.

– Заводите его, я сам допрошу, – заявил Батый, недовольно глядя на собеседника, жалея, что теряет столь драгоценное время.

Недолго думая, военачальник кивнул, после чего крикнул товарищам, прося привести пленника. Они тут же под руки завели русского внутрь, с размаху кинув его на колени прямо перед возвышающимся над ним троном. Невольно чувствовался страх и благоговение перед судьбой.

– Где второй Китеж? – в приказном тоне спросил Батый на монгольском, после чего пленный услышал корявую знакомую речь в переводе.

– Господь убѣрѣжѣтъ аго1, – ответил ему горожанин, всем видом изображая свою гордость и непоколебимость.

Однако хан оказался далеко не из робкого десятка. Стоило лишь ему слегка кивнуть, как монголо-татар нанес еще один удар в лицо пленнику, заставив его начать кашлять кровью из-за разбитой губы.

– Где Китеж? – повторил вопрос Батый, чеканя каждое слово.

Вариантов не говорить ничего не представилось. Играть в молчанку тоже.

– Вамъ нiкогда аго не найти2, – отверг их предложение русский, плюнув на сапог Батыю.

Тот, будучи гордым человеком, не мог оставить это без внимания, поэтому вновь кивнул головой, заставив помощника тут же нанести еще удар под дых. Теперь уже пленник не был таким веселым и задорным, больше наигранно не улыбаясь. Один из стражников тут же вонзил ему кинжал в ногу, заставив заорать от боли.

Неожиданно в шатер вбежал еще один военачальник, радостно улыбаясь. Его довольное выражение лица прямо отражало определенный успех.

– Великий хан, – заявил тот, – мы поймали русского, который знает, где город. Он покажет.

– Очень хорошо, – самодовольно заявил Батый, после чего повернулся вновь к поенному. – А ты говорил, не найдем.

После этого бедного пленника тут же подняли под руки и поволокли в сторону выхода, где его уже определенно точно ждала верная и мучительная смерть за нанесенное хану оскорбление.

Глава 1

Наши дни. Москва. Усадьба Чернышёва

Яркий свет софитов бил прямо в лицо, заставляя слегка жмуриться и интуитивно отводить взгляд. Вокруг стоял невозможный гам, словно люди сто лет не разговаривали друг с другом. Банкетный зал наполнился до отказа. Сегодня впервые за долгое время там должен был состояться благотворительный аукцион, на котором за право мифического и номинального обладания предметами старины гости готовы были отдать миллионы. Здесь собрались люди самых разных статусов и профессий, совершенно отличающихся по уровню благосостояния и богатства, но все с одной единственной целью – потратить свои деньги на хорошее дело.

Через всю эту толпу, едва разбирая дорогу, пробирался Валерий Виноградов. Сегодня он был одет в идеально выглаженный черный смокинг с бабочкой. Его волосы костюмеры неприятно уложили лаком назад, ведь ему предстояло вести это мероприятие. Казалось бы, почему он? Но ответ на этот вопрос оказался довольно-таки простым: еще со времён обретения Либереи молодой человек стал самым известным охотником за сокровищами в стране. Конечно, мало кто верил, что ему удалось еще и отыскать давно пропавшую Янтарную комнату, следы которой чудесным образом были им уничтожены, но сданный в музей кусочек панно говорил сам за себя. Все эксперты сошлись во мнении, что эта реликвия является подлинной.

Сегодня в качестве лотов должны были быть выставлены предметы далекого прошлого, так что кому, как не ему рассказывать гостям об их историческом значении. Все это неимоверно сочеталось с окружением, ведь аукцион проходил в здании мэрии, впитавшей в себя все самые яркие черты классической архитектуры XVIII века: парадная лестница, узорчатые паркеты, камины, элементы декора, лепнина, высокие потолки с росписями в стиле гризайль в залах и исторические деревянные перекрытия – все со времён знаменитого архитектора Матвея Федоровича Казакова.

Взяв с подноса проходившего мимо него официанта бокал с шампанским и сделав глоток, Виноградов продолжил двигаться дальше в сторону сцены, параллельно здороваясь со всеми вокруг. Кто-то был ему знаком после сотен лекций и семинаров, которые приходилось проводить, как звезде в историческом сообществе, другие были для него неизвестны, но общаться с ними приходилось в рамках приличия, чего ему особенно никогда не нравилось.

– Добрый вечер, прекрасно выглядите! – ответил он на приветствие даме в шикарном черном бальном платье с огромными жемчужными бусами на шее.

– Валерий! Какая встреча! – окликнул его мужчина из дальнего конца зала.

– Да! Здравствуйте! – сквозь зубы недовольно ответил ему искатель сокровищ.

Отовсюду продолжали доноситься крики. Где-то над головой в колонках громко играла торжественная классическая музыка. От всей этой какофонии начинала болеть голова. Свет софитов в гигантском торжественном советском зале продолжал блестеть, слепя глаза, отражаясь от огромных шикарных хрустальных люстр на потолке. Смокинг неимоверно сковывал движения, заставляя перемещаться по залу, как робот.

Валерий молил, чтобы аукцион и банкет начались как можно раньше. От всей этой атмосферы хотелось убежать подальше. Но сейчас ему очень нужны были деньги, так что приходилось браться в том числе и за такую работу.

– Валера! Давно не виделись! Как жена? – неожиданно остановил его появившийся из ниоткуда лысый мужчина в сером клетчатом пиджаке.

– Все хорошо, спасибо! – отмахнулся от него Виноградов, поспешив дальше в сторону сцены.

Однако его собеседник, который был знакомым Светланы, явно не хотел отпускать его слишком далеко, тут же резко схватив за плечо, удержав на месте.

– Я кстати давно с ней не общался. Устроилась куда-то после службы охраны? – продолжал тот задавать ему вопросы.

– Да. Преподает в юридическом ВУЗе. Теперь никаких ночных смен и командировок. Простая размеренная жизнь, – ответил ему Валерий, стараясь вырваться, но его случайный спутник вцепился в плечо стальной хваткой.

– Это прекрасно. Я давно говорил ей бросить эту работу и найти хорошего мужа. Поздравляю! – заявил мужчина, наконец, отпустив молодого человека.

– Спасибо! – процедил сквозь зубы Валерий, после чего быстро устремился прочь, пока собеседник не вспомнил еще о чем-то.

– Вы не помните случаем Петра Севастьянова, – неожиданно окликнул тот его вслед. – Кажется в новостях писали, что он вместе с Вами является открывателем Либереи.

Услышав об этом, искатель древностей резко остановился и повернул к нему голову. Он уже больше двух лет ничего не слышал о старом товарище и судьбе его семьи после трагичной гибели первого.

– Наслышан, – заинтригованно ответил молодой человек, слегка повернув голову.

– Его жена и дочка живут в одном подъезде со мной. Давненько их не видел. Кто-то говорит, что они так и не смогли погасить долги своего драгоценного и сбежали от коллекторов куда-то в область. Печальная судьба!

– Согласен, извините, мне нужно идти, – ответил ему Валерий, еще больше став дрожать от испытываемого стресса.

Виноградов пошел дальше, пытаясь размять саднящую от боли руку. Он сделал еще глоток шампанского, чтобы немного унять это чувство и успокоить начавшие шалить перед выступлением нервы. Валерий совершенно не мог понять, что с ним происходит, но сердце почему-то усиленно колотилось, а мысли убегали вперед, думая о чем-то своем. Словно на интуитивном уровне что-то подсказывало ему об опасности, но он совершенно не мог понять, откуда ждать удара.

Собравшись с силами, Виноградов слегка стукнул по столешнице кулаками, дабы перенаправить все свои эмоции в этот удар, после чего резко развернулся, столкнувшись с проходившим мимо официантом, который тут же уронил свой поднос, разбив о мраморную плитку все бокалы. Осколки сразу разлетелись во все стороны, а пол окатило душем из шампанского.

– Простите пожалуйста! Я не хотел! – извинился молодой человек, наклонившись к седой голове мужчины, положив ему руку на плечо.

Однако, каково же было его удивление, когда тот резко повернулся, явив на свет свое чудовищно знакомое лицо. Охотник за древностями тут же замер на месте, не в силах проронить и слова.

– Здравствуй, Валера, – шёпотом скованно заявил официант, полностью развернувшись.

Это был никто иной, как его отец, которого он уже не видел много лет.

Глава 2

Валерий замер на месте, не в силах проронить ни слова. Он смотрел в лицо человека, которого не видел много лет, успевшего стать ему настолько далеким и чужим, насколько это вообще возможно, отца, которого и не хотелось больше никогда видеть.

– И что? Ты мне ничего не скажешь? – спросил Степан, рукой зачесав набок челку на своей седеющей голове. – Мог бы ради приличия хотя бы заявить: «Привет, папа».

Однако Виноградов был нисколько не рад такому повороту событий. Он резко развернулся, устремившись в другую сторону, но отец быстро сумел схватить его за руку, развернув к себе.

– Я не хочу с тобой разговаривать, – прошипел молодой человек, стараясь освободиться из захвата, – с тех пор, как ты бросил нас с мамой, я тебя даже ни разу не видел.

– На то были свои причины, – возразил Степан, сурово покачав головой.

– Да? И какие же? – громко воскликнул охотник за сокровищами, невольно заставив окружающих оборачиваться. – Сначала повесил на нашу семью долги, заставил переехать в другой город, а потом и вовсе оставил нас с этими проблемами, став заниматься своими мутными схемами!

– Прости! Я хотел для Вас лучшей жизни, просто не все получалось сразу!

– Зато сейчас, как я вижу, получилось, – злобно ответил Валерий, кивком указав на одежду официанта, после чего все же вырвал свою руку, устремившись в противоположную сторону.

– Сын, ты неправильно все понял! Я здесь, чтобы поговорить с тобой! – бросил ему вслед собеседник, надеясь, что голос разума возьмёт верх.

Глубоко вздохнув, молодой человек резко остановился, собираясь с мыслями. Он совершенно не хотел с ним ни о чем разговаривать, но все эти прилюдные сцены были явно ни к чему, особенно учитывая, что ему через десять минут нужно было вести здесь серьезное мероприятие. Вокруг как раз стал подниматься недовольный гам, ведь пришедшие сюда люди оказались недовольны нарушением своего спокойствия такими речами, став о чем-то перешептываться, показывая в их сторону руками.

– Ладно, – тут же бросил Виноградов, резко обернувшись и поравнявшись с отцом, – пойдем в другую комнату подальше от всех.

Обрадовавшийся Степан тут же поставил опустевший поднос на ближайший к себе стол, после чего проследовал за сыном. Вместе они пробрались через толпу, устремляясь в сторону выхода, и, преодолев весь этот торжественный зал, отворили шикарные золоченные двери, оказавшись в пустом техническом помещении с кучей стеллажей и ящиков – явно комнатой, где обычно хранился весь реквизит для подобных мероприятий. Стены ломились от осветительных приборов и дополнительных стульев, а из коробок торчали кучи скатертей и подносов.

– У тебя пять минут, я внимательно слушаю, – приказным тоном заявил искатель древностей, запустив на своих наручных часах-скелетонах дополнительный таймер.

– Валер, я правда виноват перед Вами и очень сожалею о случившемся, – начал свою заунывную и протяжную речь отец, изображая на лице печаль и тоску.

– Я никогда не поверю, что ты явился сюда именно за этим и совершенно случайно нашел меня. Не трать свое время впустую. Четыре минуты, – прервал его на полуслове молодой человек, сразу почувствовав фальшь.

– Нет, я правда хотел попросить у тебя прощения, – возразил Степан, но, почувствовав на себе осуждающий взгляд сына, остановился. – Ладно, на самом деле мы встретились случайно. Ну почти. Я пришел сюда ради одного блюда.

– Чаши XII века? – переспросил его Валерий, навскидку вспомнив все имеющиеся сегодня здесь экспонаты.

Услышав об этом, мужчина довольно облизнулся. Он прекрасно понимал, что Виноградов очень хорошо разбирается в истории и соображает в том, что может его заинтересовать. Тем проще будет предложить ему еще одну аферу.

– Именно. Она нужна мне. Ненадолго! Нужно лишь ее изучить! – радостно заявил отец, посчитав, что они движутся в правильном направлении.

Теперь все и встало на свои места. Валерий тут же закрыл лицо руками, истерически смеясь и улыбаясь. Прошло столько лет, а старший Виноградов ни капли не изменился. Одна бредовая идея соседствовала с другой. А теперь ему зачем-то понадобилась чаша, имеющая историческое значение.

– Если ты хочешь ее подменить и попытаться продать какому-нибудь черному коллекционеру, то спешу тебя расстроить: здесь очень хорошая охрана. Мне проще самому будет сдать тебя в полицию.

– Нет, что ты! И в мыслях не было! – тут же возразил Степан, оскорбившись этому предположению. – Как ты мог обо мне такое подумать!

– Твоя репутация говорит сама за себя! – сыронизировал Валерий, скрестив руки на груди.

– Я давно изменился. Мне даже как-то неприятно, что ты о таком подумал, – театрально развел отец руки в стороны и отвел взгляд, словно прямо сейчас исполнял какое-то представление на сцене.

– Ладно. Тогда что?

– Просто пара минут наедине с чашей. Я изучу ее и верну тебе этот драгоценный экспонат для аукциона.

– Ага! Знаешь, после стольких лет я тебе не верю! Зачем?

Степан желал заявить что-то еще, приоткрыв рот, но резко замолчал. Он стоял в нерешительности, гадая, может ли рассказать больше.

– Китеж-град. Это ключ, который ведёт к нему, – прошептал тот, оборачиваясь, удостоверяясь, что об этом никто не слышит.

– Китеж? Серьезно? – в голос рассмеялся Валерий, не в силах остановиться. – А ты фантазер! С тем же успехом бы сказал, что на полном серьезе ищешь Атлантиду! Хотя это своего рода она и есть!

– Тебе ли это говорить? – одернул его отец. – Человеку, который совершил невозможное и нашел Янтарную комнату и Либерею? А ведь люди над тобой тоже смеялись, говоря, что это сказки!

Виноградов хотел было возразить, но эти слова оказались недалеки от истины. Действительно, над ним долгие годы потешались, говорили, что он сумасшедший, живет иллюзиями и легендами. Правда каждая история оказалась правдой. Быть может, и Китеж существует на самом деле?

– Нет, в этом есть какой-то подвох, – недовольно заявит тот. – Я не могу поверить, что ты просто так взял и начал искать этот миф.

– Знаешь, в жизни случается всякое, – возразил ему отец, качая головой. – Но я не осуждаю тебя за недоверие.

– Именно поэтому я и не дам тебе чашу. Можешь проворачивать свои схемы где-то в другом месте, но меня не впутывай, – прошептал Виноградов, краем глаза посмотрев на часы, стрелка на которых близилась к заветному времени начала аукциона.

– Валер! – попытался образумить его Степан, моля одуматься.

– Нет, я услышал достаточно. Твое время вышло! Мне нужно приступать к работе.

Сказав об этом, молодой человек тут же распахнул дверь, возвращаясь в торжественный зал в еще более подавленном расположении духа, оставив своего отца в этом пустом помещении наедине со своими мыслями и целью заполучить неведомое на старинном артефакте, который будет продан через несколько минут.

Глава 3

Валерий был совершенно взбешен. Он едва сдерживался, чтобы что-нибудь не сломать по дороге. Предложение его отца выглядело совершенно абсурдным и неадекватным и сумело задеть его глубоко внутри.

«Побыть с чашей XII века наедине пару минут. Ага, сейчас, разбежался. Что тебе еще нужно? Ключи от квартиры, где деньги лежат?» – возмущался про себя Виноградов, устремившись в сторону подсобного помещения, где и хранились те самые экспонаты для аукциона.

Конечно, в душе слова о Китеж-граде нашли у него отражение, но они выглядели скорее насмешкой, чем реальностью, о которой стоило задумываться. Молодой человек прекрасно понимал, что Степану после стольких лет нельзя доверять. Все это часть какой-то его странной игры. Оставался лишь вопрос: какой именно? Чего хочет этот человек на самом деле?

Пройдя по длинному узкому коридору технических помещений, Валерий оказался в небольшой комнате, где прямо у выхода в приоткрытых коробках под стеклами лежало несколько предметов старины. По сторонам от них расположились двое массивных мужчин, на которых едва сходились пиджаки – явно охрана на случай, если кто-то их попытается украсть. Они угрюмо осматривались по сторонам, недовольно поглядывая на часы, томясь от ожидания будущего аукциона. Один из них даже недовольно вздыхал, словно хотел уже со всем закончить, вернуть артефакты обратно в хранилище и уйти домой. Увидев приближение молодого человека, те тут же напряглись, вытянувшись по струнке и выставив вперед грудь.

– У Вас все готово? – спросил Валерий, параллельно вытащив из-под смокинга свой бейджик и продемонстрировав его охране.

– Да, можете начинать, – хрипло ответил ему один из сотрудников, немного подуспокоившись, прочитав фамилию и должность.

– Отлично, тогда готовьте первые экспонаты, – обрадовался Виноградов, тут же развернувшись и устремившись обратно в основной зал.

Он все еще немного нервничал, но старался не подавать виду, сосредоточившись на ведении мероприятия. Сейчас ему нужно было быть максимально спокойным и сдержанным, даже несмотря на все потрясения.

Пройдя по узком темному потайному коридору с слегка мигающей галогенной лампой над головой, неимоверно контрастирующему со всей торжественной и «богатой» обстановкой и убранством остального здания, охотник за древностями вернулся в большой торжественный зал, выходя на сцену. Посмотрев на свои часы, стрелка на которых перешагнула через заветное деление, молодой человек кашлянул, прочистив горло, после чего схватил микрофон со стойки и улыбнулся.

– Добрый вечер, уважаемые дамы и господа, – поздоровался тот со всеми, заставив переговаривающихся гостей замолчать и резко к нему развернуться, – меня зовут Валерий Виноградов, и мы начинаем сегодняшний благотворительный аукцион, средства от которого пойдут на восстановление памятников архитектуры и истории!

По залу тут же раздался громогласный гам оваций и одобрительных аплодисментов: посетители были явно довольны, что, наконец, представление началось. Тут, не заставив себя долго ждать, из дальней двери появился один из охранников, принеся в перчатках стеклянный короб, внутри которого на небольшом постаменте расположилась старинная книга. Он аккуратно ее поставил рядом с молодым человеком, после чего отошел на небольшое расстояние, скрывшись в тени от прожектора с софитами, краем глаза наблюдая за происходящим в зале.

– А вот и первый лот нашего мероприятия! «Новый Завет с Псалтырью». Одна из первых печатных книг Острожской типографии, вышедших в России в 1580 году в формате in-octavo, украшенная гербом князя. Стартовая цена один миллион рублей, – гордо заявил Валерий, после чего, надев лежащие на столе перчатки, аккуратно достал из короба экспонат, пролистав перед зрителями пару страниц. – Удивительная работа для того времени! Особенно учитывая, что много веков создание копий было трудоемким и ручным процессом!

В этот момент из дальнего конца зала поднялась рука с табличкой с номером, заставив Виноградова довольно улыбнуться. Начало положено.

– Миллион сто для мужчины в пиджаке в клетку! – заявил он, указав рукой в сторону его направления, после чего тут же повернулся к поднявшей свой знак женщине в углу. – Миллион двести для прекрасной дамы в черном платье.

– Три миллиона! – неожиданно раздался возглас с первого ряда.

Это был грузный лысый мужчина в очках с толстенными стеклами, который, казалось, начинал уже засыпать на этом представлении.

– Хорошо, три миллиона раз. Кто-то еще? – продолжил Валерий, вопросительно глядя в зал.

Однако в ответ прозвучало лишь молчание. Параллельно он искал взглядом Степана, который удивительным образом куда-то исчез в самом начале аукциона, а сейчас не было и его следа. Это не могло не нервировать его еще больше, ведь внезапное появление, а затем и пропажа выглядели подозрительно.

– Три миллиона два. Три миллиона три. Продано! – громогласно заявил Виноградов, указав на покупателя широким размашистым жестом. – В музее на табличке будет написано Ваше имя, как благотворителя. А еще можете в присутствии искусствоведа ознакомиться позднее с «приобретением».

– Нет, что Вы. Мне это не нужно. Такие вещи любят тишину, – возразил мужчина, расстегивая свой пиджак, будучи довольным, что выполнил на сегодня программу минимум.

– Это вдвойне достойно уважения! – воскликнул Валерий, похлопав ему, после чего зал также взорвался аплодисментами.

Такое внимание явно было очень приятно покупателю, поскольку он тут же покраснел, как помидор, и приобрел довольное выражение лица. Охотник за сокровищами же нервозно переступал с ноги на ногу, явно нервничая. Он не мог понять, что именно заставляет его думать об этом, но интуиция подсказывала, что что-то не так.

В этот момент охранник закрыл стеклянный короб с экспонатом и устремился с ним в сторону хранилища, в то время, как к нему навстречу уже двигался его коллега с новым артефактом.

– Лот номер два, – слегка дрожащим голосом продолжил Виноградов, поглядывая, как его устанавливают на постамент. – Старинная дубовая чаша XII века Владимиро-Суздальского княжества. Редкий экземпляр для своего времени с резными вставками. Предположительно принадлежала одному из князей.

Сказав последнюю фразу, молодой человек увидел появившегося из отходящей в сторону двери отца. По его виду казалось, что он очень взъерошен и явно делал что-то впопыхах.

– Стартовая цена, – продолжил, немного замявшись, Валерий, параллельно смотря на Степана недовольным и несколько удивленным взглядом.

Тут где-то вдали раздался сильный щелчок, после чего люстры над головами, как и прожекторы с софитами в зале резко погасли. Во всем помещении отключился свет, погрузив его в непроглядную тьму. Кто-то вскрикнул от испуга. Другие стали недовольно ворчать. Некоторые пытались нащупывать в карманах свои телефоны, стараясь как можно скорее включить фонарик.

В этот момент сбоку послышалось движение, а затем характерный звук разбивающегося стекла. Еще секунда, и благодаря паре успевших зажечься огней Валерий увидел на полу расколовшийся короб, где только что лежала старинная чаша. Переведя взгляд чуть вбок, он тут же заметил, как в отходящее в сторону помещение быстро проскальзывает отец, держа что-то в руках.

Глава 4

Валерий стоял в замешательстве. Он смотрел на расколовшийся стеклянный короб, осколки от которого разлетелись по всей сцене. Охранник тоже замер в изумлении, не зная, что делать, ведь только что экспонат увели у него прямо из-под носа.

– Меня точно уволят, – прошептал тот, обхватив лицо руками.

Народ в зале все больше зажигал фонариков, озаряя почерневшее помещение и активно друг с другом переговариваясь. Они точно также не понимали, что только что произошло, и не знали, что делать дальше.

Поняв, что стоять бесполезно и нужно хоть что-то делать, Виноградов быстро пораскинул мозгами. Он прекрасно отдавал себе отчет в том, что исчезновение его отца с последующим резким отключением света не могло быть простым совпадением. Это явно было взаимосвязано, ведь, когда тот покидал помещение в полной темноте, то что-то держал в руках, чудовищно похожее на искомую чашу.

Решив, что он попросту теряет время, молодой человек тут же сорвался с места, устремившись вслед за Степаном, надеясь, что еще не опоздал.

– Куда Вы? – крикнул ему вслед удивленный охранник, однако Валерий никак не отреагировал на этот вопрос.

Прыжком лани преодолев пол зала, Виноградов протиснулся между изумленными гостями и, на ходу расстегнув свою бабочку вместе с верхними пуговицами рубашки, откинул ее в сторону, с силой дернув на себя боковую дверь. Практически сразу он оказался в полнейшей темноте. Похоже, что свет отключился во всем здании, а гостей, любезно включивших фонарики тут не оказалось.

Нащупав в кармане телефон, Валерий быстро нажал нужную кнопку, озарив охвативший его мрак ярким холодным свечением. Прямо перед ним предстал длинный узкий коридор анфилады, вдоль стен которой были развешены старинные картины. Впереди не было и следа отца, так что становилось совершенно непонятно, куда он мог деться. Виноградов ускорил шаг, постоянно оглядываясь, стараясь увидеть хоть какой-то знак или след, но все безрезультатно. Так он дошел до помпезной огромной парадной лестницы, украшенной медными балясинами и расходящейся на две стороны. Даже в темноте были заметны шикарные мраморные стены и красивые барельефы, отбрасывающие массивные тени.

Перекинувшись через поручень, молодой человек быстро бросил взгляд вниз, однако вновь никого не заметил, закрыв в отчаянии глаза. Он просто не мог поверить, что упустил отца, разминувшись с ним всего на минуту. Вдруг из комнаты сбоку послышался грохот, после чего, распахнув дверь, оттуда вывалился запыхавшийся Степан, держа в руках ту самую пропавшую чашу. Валерий тут же смерил его обозленным взглядом, в то время как старший Виноградов, не проронив ни слова, дёрнуться на утёк в противоположном направлении.

– Стой! – крикнул ему вслед искатель древностей, после чего кинулся за ним.

Отец бежал дальше по коридору, едва разбирая дорогу. Казалось, что он что-то ищет, бесконечно оглядываясь и рыская взглядом по отходящим в сторону приоткрытым кабинетам. Постепенно Валерий его догонял.

Вдруг, как будто обрадовались, Степан резко свернул вбок, забежав в соседнее небольшое помещение, уставленное столами, заваленными бумагами, и такими же забитыми шкафами. Он тут же отпихнул от себя лежащие на полу папки, подлетел к окну, замерев на месте, тяжело дыша и с надеждой глядя на улицу. Словно увидев то, что ему было нужно, мужчина быстро распахнул створки, впустив внутрь свежий вечерний воздух и гам проезжающих по центру машин.

– Стой, бежать некуда! – окликнул сзади, настигнувший его Виноградов, держась за бок.

– Валер, ты не понимаешь, – дрожащим голосом ответил ему отец, повернувшись лицом к сыну.

– Что? Что ты украл экспонат, когда я запретил тебе к нему приближаться? – взбесился молодой человек, подходя ближе.

– Все несколько сложнее, – возразил Степан, тоже делая свой шаг назад.

– Отдай мне чашу! – прошипел Валерий, вытянув вперед руку, смотря на него молящими глазами. – Не делай себе хуже. Ты же знаешь, что полиция найдет тебя.

– Пусть попытаются, – покачал отрицательно головой отец, после чего запрыгнул на подоконник, вытянувшись в полный рост, стоя на краю.

Виноградов тут же замер на месте, стараясь не двигаться, не зная, что делать дальше. Прямо на его глазах собеседник двигался все ближе к краю пропасти, оказавшись на улице каблуком своего ботинка.

– Стой! Упадешь же! – воскликнул молодой человек, вытянув вперед руку, стараясь его успокоить.

Степан же продолжал коситься взглядом на улицу, как будто чего-то ждал. Вдруг оттуда послышался сильный грохот, словно мимо проезжал старый дребезжащий грузовик. Виноградов-старший тут же приободрился, после чего повернулся к сыну, широко улыбнувшись.

– Ничего. Не вини меня. Я сотворю историю и найду Китеж, – заявил он, после чего сделал шаг назад.

Не успел Валерий сказать и слово, как его отец скрылся из виду, улетев куда-то вниз. Молодой человек, недолго думая, тут же дернулся к окну, перекинувшись через борт, как вдруг увидел, что от здания мэрии на всех порах уезжает КамАЗ с открытым кузовом, из которого торчит счастливый Степан.

– Adieu, Валера! – крикнул ему отец, сделав жест, словно снимает воображаемую шляпу с головы.

А грузовик уезжал все дальше, скрывшись на улицах города, оставив стоящего у открытого окна обесточенного особняка Виноградова ни с чем.

Глава 5

Валерий был в полном отчаянии. Мимо него носились туда-сюда люди, кто-то кричал, другие возбужденно размахивали руками. Мир Виноградова перевернулся. Он отвлеченно смотрел в одну точку, словно время вокруг остановилось. Старинная чаша уехала вместе с его отцом в неизвестном направлении, прямо у него из-под носа.

– Выпустите нас! Что это такое! – возмущался тот самый грузный мужчина, который купил первый лот на аукционе.

Тот всеми силами отталкивал от себя охранника, пытаясь прорваться к выходу, но сотрудник всеми силами его не отпускал, стараясь успокоить.

– Подождите пожалуйста! У нас форс мажор! Нужно дождаться приезда полиции! – уверял его охранник, делая жест руками, прося успокоиться.

– Какой полиции! Что вообще происходит? – возмутился знакомый Светланы, тоже напав на собеседника сбоку, но сотрудник самоотверженно держал оборону.

– Валерий, скажите им, чтобы нас отпустили! – тут же встряла в разговор еще одна женщина в вечернем платье, возмущенно смотря на молодого человека.

Но охотник за древностями не желал отвечать на ее мольбы, продолжая отрешенно смотреть в стену, погруженный в свои мысли.

Неожиданно со стороны парадной лестницы послышался громкий топот шагов, после чего дверь распахнулась, и в помещении вошли двое сотрудников в форме в сопровождении бойкого молодого человека. Он описал весь зал своим взглядом, словно думая о чем-то своем, после чего раскрыл сумку и достал оттуда удостоверение, раскрыв его перед присутствующими.

– Капитан Варфоломеев, СК-а. Кто вызывал? – гордо заявил тот, полукругом демонстрируя всем свою корочку.

Это был тот самый Матвей, знакомый Валерию по поискам Янтарной комнаты, который когда-то был молодым и подающим надежды следователем, работавшим под крылом у Сильвестра Михайлова – бывшего начальника Светланы. Теперь он успел возмужать и подрасти по службе, явно не без помощи своего «покровителя».

Отойдя от своего шока, Виноградов поднялся с места и подошел вплотную к «гостю», смотря на него внимательным и в то же время смущенным взглядом.

– Добрый вечер, товарищ капитан, это я, – заявил охотник за сокровищами.

– О, какие люди! – удивлённо воскликнул молодой человек, явно узнав собеседника. – Вы, я смотрю, все никак не успокоитесь. Что в этот раз случилось?

– Предлагаю отойти в подсобное помещение от лишних глаз, уж больно активные у нас граждане, – понизив голос, ответил ему Валерий, указав кивком головы в сторону отходящей двери.

– Ладно, – немного подумав, сказал Михайлов, – пойдем.

Он жестом попросил коллег остаться и успокоить других посетителей аукциона, после чего проследовал за Виноградовым в сторону, надеясь прояснить ситуацию. Вместе они пробрались в ту самую подсобку, где ранее состоялся тот самый судьбоносный разговор с отцом.

Взяв в углу стул и протащив его, скрипя ножками об пол, до середины комнаты, следователь уселся на него, внимательно смотря на Валерия.

– Ну, что у Вас случилось? – спросил он, открыв свою записную книжку и приготовившись все фиксировать.

– Сегодня у нас проходил благотворительный аукцион, на вырученные средства с которого должны были восстанавливать памятники архитектуры, – ответил ему охотник за ценностями.

– Так, – стал записывать Матвей, ловко орудуя своей ручкой.

– И у нас украли второй экспонат, – скованно продолжил Виноградов, скрестив на груди руки. – Одну чашу.

– Ценную?

– А как Вы думаете? XII век. Оценочная стоимость несколько десятков миллионов рублей.

– Ага, очень, – согласился с ним следователь. – Что-то видели? Может самого вора?

Этот вопрос поставил Валерия в тупик. Он прекрасно знал, кто именно украл вазу, но не мог в этом признаться. Выдать даже такого непутевого и преступного человека казалось ему предательством.

– Да. Это Степан Виноградов, мой отец, – нервозно ответил ему молодой человек, переступая с ноги на ногу.

– О как! Интересный поворот! – воодушевленно ответил ему собеседник, подняв горящий от интереса взгляд. – А с этого момента поподробнее.

– Мы с ним не общались очень давно, и тут он неожиданно появился на аукционе, – дрожащим голосом, вспоминая те события, сказал Виноградов, перебирая пальцами, – просил дать ему немного времени наедине с чашей, чтобы ее изучить. Почему-то уверен в том, что это ключ к Китежу.

– Китежу? – удивлённо переспросил Варфоломеев. – У Вас что искать сокровища семейное?

Валерий в этот же момент тяжело вздохнул. Он прекрасно понимал абсурдность ситуации, но самое главное – корил себя за то, что не смог предотвратить случившееся.

– Похоже, – хрипло продолжил Виноградов. – Как только чашу выставили в качестве лота, в зале выключился свет, а затем я увидел, как отец убегает с ней. Пытался его догнать, но он выпрыгнул в окно в кузов проезжающего мимо грузовика.

– Номер запомнил? – тут же перебил его Матвей.

– Нет, но может есть камеры, если они работали без света, – предположил искатель древностей.

– Так давай не будем тратить время и проверим, – тут же ответил ему следователь, после чего резко вскочил с места и устремился в основной зал.

Валерию лишь оставалось следовать за ним, пытаясь предугадать, что будет дальше, вспоминая, что у него ни один год не проходит спокойно без этих проклятых сокровищ.

Глава 6

Московская область. Дом Светланы и Валерия

Смеркалось. Солнце давно скрылось за горизонтом, погрузив округу во мрак. Где-то вдалеке заунывно завывали печальные песни птицы. В высоких кустах вдоль дороги стрекотали сверчки, перебирая своими лапками, словно играя ими на скрипке. В будках вдалеке активно гавкали собаки, живо о чем-то беседуя.

По узенькой темной дорожке частного сектора Валерий возвращался после аукциона к себе домой. Он был максимально подавлен, ведь сегодня не только удалось повстречать своего отца, которого совершенно не хотелось видеть, но еще и тот украл у него старинную вазу практически из рук.

В этих унылых мыслях молодой человек дошел до калитки и, дернув за ручку, прошел на территорию участка. Виноградов сразу увидел прямо перед собой их со Светланой двухэтажный загородный дом. Его покатая крыша переливалась в лучах начинающих зажигаться фонарей. Лежащие на красивом и монументальном каменном основании большие бревна, из которых был сделан этот коттедж в европейском стиле словно дышали лесными ароматами. Через большие панорамные окна был виден зажженный на кухне свет – явно Вербова что-то готовила. Где-то вдалеке слышался гам квакающих и горланящих лягушек в пруду. В этот момент неожиданно включились, начав раскручивать свои винты, разбрызгивая прохладные капли, механизмы по опрыскиванию травы в жару, а вдалеке заработал насос, качающий воду из скважины. Словно почувствовав приятную прохладу, аккуратно выстриженные кустарники из хвойных растений, охватывающие с двух сторон дорожки в саду, тут же как будто раскрыли свои веточки, развернув их во все стороны.

Пройдя по выложенной камешками дорожке вдоль идеально подстриженных газонов, Валерий добрался до входной двери и, потянувшись к ручке, замер на месте. Он гадал, стоит ли ему рассказать о случившемся? Как преподнести эту информацию? Поведать ли о незапланированной встрече с забытым им уже отцом, который и привёл к этим ужасным последствиям? Вопросов было явно больше, чем ответов.

С тяжестью на сердце и с грустью вздохнув, молодой человек все же собрался с мыслями и прошел в прихожую, став снимать уличные ботинки. В нос тут же ударил приятный аромат готовой еды, доносившийся откуда-то сбоку со стороны кухни. Вдохнув его и послушав урчащий от удовольствия живот, Валерий наконец-то с облегчением улыбнулся, скинув на вешалку в прихожей пиджак своего узкого смокинга.

Тут со стороны крутой деревянной лестницы на второй этаж прямо перед ним раздался мелодичный скрип, словно кто-то пытался сыграть какую-то интересную мелодию, после чего сверху появилась Светлана в ярком фартуке с цветами. Ее светлые волосы были заплетены сзади в конский хвост, а сама она двигалась в зажигательном танце, напевая какую-то свою песню, вторя словам в наушниках. Завидев замеревшего у входа охотника за сокровищами, та довольно улыбнулась и, нажав два раза на устройство, остановила воспроизведение.

– Что-то ты долго сегодня. Как прошло? – спросила она, краем глаза заметив, что что-то не так.

– Да как-то сумбурно, – решил не вываливать на нее все с порога Валерий, проходя дальше в комнату.

Он сразу ее приобнял за талию, сильно прижав к себе и нежно поцеловав в щеку, заставив еще больше заулыбаться.

– Ладно, все давно остыло. Давай, раздевайся, и проходи скорее на кухню. Я еще раз разогрею, – игриво заявила девушка, освободившись из захвата и устремившись в сторону кухни.

Виноградов лишь с грустью провожал ее взглядом, что не осталось незамеченным Вербовой. Раньше она работала в службе охраны, так что прекрасно распознавала ложь, и сейчас интуиция ей подсказывала, что что-то не так.

«Что у тебя случилось?» – прошептала она сама себе под нос, запихивая тарелки в микроволновку.

В это время молодой человек, хватаясь за поручень, рывком взлетел на второй этаж, добравшись до гардеробной, после чего стал скидывать с себя надоевший ему костюм, который давил на него весь вечер. И это в совокупности с теми нелегкими обстоятельствами, которые делали то же самое только в фигуральном смысле.

Валерий все еще гадал, как преподнести жене все, что произошло в этот вечер. Сказать об этом точно стоило, но вопрос в том, как она воспримет эту информацию. Год назад, когда они нашли Янтарную комнату, Виноградов обещал ей, что завязал с поиском сокровищ. Но тут появляется отец с его потерянным Китежом, и все снова летит к чертям и переворачивается с ног на голову. Очередные тайны, ключи, подсказки, старинные реликвии. Где-то в глубине души молодой человек жаждал этого. Но, с другой стороны, спокойная жизнь и данное слово были намного дороже эфемерных желаний и жажды приключений с адреналином.

Закончив переодеваться в домашний мягкий песочного цвета халат и крепко перевязав пояс, Виноградов хотел было уже устремиться на кухню, однако в этот момент неожиданно раздался звонок в дверь, заставивший его вздрогнуть от удивления.

– Кого это там принесло так поздно? – удивлённо крикнула ему Светлана с первого этажа.

– Не знаю! Я никого не жду! – ответил ей Валерий, напрягшись, – сейчас посмотрю!

Он тут же быстрым шагом двинулся по лестнице вниз, гадая, кто же это может быть. Учитывая недавний разговор со следователем из СК-а и тот факт, что им не удалось найти записи с камер наблюдения, поскольку те отключись вместе со всем электричеством в здании, ответ на вопрос напрашивался сам собой.

Будучи уверенным в своем предположении, что этой никто иной, как Варфоломеев, молодой человек подошел к домофону с камерой и замер на месте, не в силах проронить ни слова, ведь на экране увидел улыбающегося отца.

Глава 7

Валерий замер в нерешительности. Он совершенно не понимал, что ему делать, но главное – не кажется ли это все. Реален ли отец или это игра его воспаленного воображения. Степан смотрел на него задумчивым взглядом, после чего вновь нажал на кнопку звонка, громогласно раздавшегося по дому.

– Да кто там пришел? – крикнула Светлана с кухни, не понимая подобного напора и причины, почему Виноградов не спешит открывать дверь.

– Валера, я знаю, что дома, открой пожалуйста! – послышался голос отца из колонок домофона.

Постояв в нерешительности еще пару секунд и закрыв от злости глаза, молодой человек все же открыл, и Степан, заметно повеселев и улыбнувшись, быстро дернул на себя ручку, пройдя на участок. Он резво преодолел всю тропинку и оказался в прихожей лицом к лицу с сыном.

– Ну что ты как неродной? Обними родного отца что ли! – заявил тот, потянувшись к охотнику за древностями, но Валерий быстро отстранился, грозно смерив его недовольным взглядом.

Тут из-за угла наконец-то появилась Вербова, решив посмотреть, что стало причиной столь странного поведения. Завидев незнакомца, она сильно напрягалась, но все же взяла себя в руки.

– Здравствуйте, – поздоровалась девушка. – А Вы собственно?

– Степан, отец Валерия, – тут же ответил ей Виноградов-старший. – Светочка, ты, наверное, меня не узнала. Я же еще детьми Вас помню.

Услышав ответ на свой вопрос, Светлана напрягалась еще сильнее. Она не видела его больше десяти лет, как, собственно, и ее муж. Да и отзывы о нем были, мягко говоря, сомнительные.

– Ах да, точно, – согласилась она с ним. – Вас не было на нашей свадьбе.

– Прошу меня простить, у меня очень много дел, – тут же извинился Степан, сделав своеобразный реверанс в ее сторону.

– Ага, как же, – сразу возразил ему недовольный Валерий, продолжающий сверлить его взглядом.

– Ладно, тогда что Вас привело сегодня в столь поздний час?

– У меня к сыну небольшое дело. Хотел показать ему кое-что, – вкрадчиво ответил отец, показав свёрток, который он все это время держал в руках.

Виноградов хотел в это же время взорваться от возмущения, однако Вербова, поняв, что так разговор вести нельзя, быстро вырулила диалог в другое русло, указав в сторону кухни.

– Давайте обсудим это за ужином, чего топтаться в прихожей? Проходите!

Не успел Валерий и возразить ей, как девушка вновь быстро удалилась накладывать на стол, оставив мужчин наедине.

– Вор! – возмущено прошипел искатель ценностей, как только она ушла, – ты украл чашу, подставил меня и сбежал!

– Сын! – попытался успокоить его отец, положив руку тому на плечо. – Ты не понимаешь. Мне нужно это. Нам нужно это!

– Все я прекрасно понимаю! – прорычал тот, сразу от него отдалившись, после чего схватился за сверток. – Я сдам тебя следователю, который ведёт это дело. Отдай мне экспонат.

– Боюсь это невозможно, – возразил ему Степан, с силой одернув пакет.

Виноградов хотел было уже начать бороться за него, но тут со стороны кухни послышался голос Светланы, которая спрашивала, куда они запропастились, говоря, что все уже готово. Собеседникам ничего не оставалось делать, кроме как прекратить свои разногласия и двинуться туда, не зная, куда их выведет этот разговор.

Пройдя в то помещение, мужчины оказались в просторной комнате с большими окнами, выходящими в сад, откуда открывался прекрасный вид на качающийся на ветру темный лес. Ровно посередине располагался круглый стол, сервированный на три персоны, на котором уже лежали на тарелках три куска мяса, а посередине колбасная и сырная нарезка рядом с бадьей салата.

Бережно отодвинув резной деревянный стул, Валерий сел рядом со Светланой, Степан же занял место напротив, постоянно на него искоса поглядывая, словно гадая, скажет ли он жене сразу об их проблеме или нет.

– Ну, рассказывайте! – неожиданно прервала молчание Вербова, став резать ножом свой кусок мяса.

– О чем? – непонимающе переспросил ее Виноградов-старший, слегка будучи ошарашенным началом диалога.

– Как же! Что привело Вас сюда! – продолжила девушка, успев набить рот, но внимательно слушая собеседника.

– Скажем так, – скованно ответил ей мужчина, – моя работа состоит в поиске ценностей. Вполне древних.

– Точнее воровстве, – перебил его Валерий, тут же поймав на себе недовольный взгляд.

– Я заимствую подсказки, чтобы найти нечто великое. Это не кража. По крайне мере, не совсем, – возразил ему Степан, слегка задумавшись и подбирая слова.

– То есть Вы охотник за сокровищами? – вмешалась в разговор Светлана, нахмурив брови.

Эта тема ей претила еще со времён поисков Либереи и Янтарной комнаты, и она дала себе слово, что больше никогда в своей жизни не вернется к этому опасному и неблагодарному занятию. Аналогичное обещание дал ей и Валерий, и девушка очень надеялась, что он его сдержит.

– Можно сказать и так, но это не совсем правда. Я занимаюсь этим в данный момент, но обычно род моих занятий несколько отличается, – поправил ее Степан, отрицательно покачав головой.

– Согласен, обычно ты занимаешься мошенничеством и мутными схемами, которые каждый раз выходят боком, – съехидничал Валерий, заставив отца покраснеть.

– И что Вам от нас нужно? – продолжила давить, начав тоже выходить из себя Вербова.

– Помощь сына. Он может подсказать мне кое-что, связанное с ключом к Китежу, – воодушевленно ответил ей Виноградов-старший, выложив на стол свой свёрток и похлопав по нему рукой.

– Валера завязал с этим. Он больше не ищет сокровища, – недовольно прошипела Светлана, покраснев от злости.

Молодому человеку было достаточно одного взгляда на нее, чтобы понять, в каком та была сейчас настроении. Он прекрасно знал, что эта тема в доме после выпавших на их долю испытаний – табу, а лишний раз поднимать ее – себе дороже.

– Поэтому тебе лучше уйти, – поддержал тот жену, кивком указав в сторону двери. – И верни экспонат, иначе я сдам тебя в полицию сам.

– Экспонат? – непонимающе переспросила его девушка, краем глаза посматривая на свёрток с чашей.

– Да, я не успел тебе сказать. Он украл его сегодня с аукциона и еще имел наглость принести сюда и просить меня о помощи, – ответил ей искатель древностей, окончательно раскрыв все карты.

В этот момент стало практически ясно, что Светлана готова испепелить взглядом нежданного гостя. Она с такой силой сжала в руках нож, что костяшки ее пальцев побелели. Дыхание перехватило. Девушка начала сбивчиво пыхтеть, не в силах вымолвить ни слова.

Та только собралась духом, чтобы выгнать Степана из дома, как вдруг лежащий в это время на столе телефон неожиданно зазвонил, и, бросив лишь один взгляд на экран, Вербова недовольно закатила глаза.

– Я скоро буду, это по работе, – прошептала она, после чего с силой бросила нож, заставив его забренчать лезвием об тарелку, и схватила гаджет, устремившись с ним в соседнюю комнату.

Отец с сыном вновь остались наедине. Они смотрели друг на друга, не понимая, что следует сказать в этой ситуации. Валерий был в полной решимости прямо сейчас звонить Варфоломееву, но ему было слишком жаль Степана. А тот хотел уже наконец-то развернуть ткань с экспонатом, показав его охотнику за сокровищами, но ждал правильного момента.

– Думаю, тебе лучше уйти, – прошептал с горечью в голосе Виноградов-младший.

– Я уйду, обещаю, – ответил ему с грустью отец, – но перед этим я скажу тебе кое-что важное, что ты должен обязательно знать.

Глава 8

Валерий прищурился, пытаясь понять, что же это за такая великая тайна, которую ему так хочет поведать Степан. Он внимательно навострил уши, вжавшись в свой стул, готовясь либо к чему-то важному, либо к абсолютной ерунде, которая должная была его отвлечь от сложившейся ситуации.

– Я тебя внимательно слушаю, – заявил Виноградов, скрестив руки у себя на груди.

– Ты прав, я мошенник. Нехороший человек, – прошептал отец, перебирая между пальцами сверток.

– Если хочешь излить мне душу, то это не по адресу, – отверг его увещевания сын, сделав глоток сока из своего стакана, слегка освежившись приятной прохладой.

– Да нет же, послушай внимательно пожалуйста и не перебивай, – разозлился Виноградов-старший, начав слегка сопеть от злости, после чего, увидев жест одобрения, продолжил, – в какой-то момент я нашел упоминание об этой чаше. В одном из старых писаний говорилось, что на ней скрыт ключ к сокровищам Китежа! Естественно, я человек предприимчивый, и сразу уцепился за эту возможность, поэтому нашел себе спонсора. Порядочные люди и исторические сообщества не хотели вести со мной дел, так что пришлось прибегнуть, скажем так, к «черному рынку».

– Нет, только не говори мне, что связался с бандитами, – взмолился Валерий, понимая, к чему все идет.

– К сожалению, да, – согласился с ним Степан, заставив собеседника разочарованно понурить голову. – У меня долго ничего не выходило. Все их деньги улетали в трубу. Меня даже несколько раз избивали. В какой-то момент предложили просить у тебя помощи.

Услышав об этом молодой человек тут же покраснел от злости. Он не мог поверить, что отец впутал его в эти грязные дела, даже не спросив разрешения.

– Но я всегда отвергал эту возможность. – поспешил успокоить его Виноградов-старший, заметив такую реакцию. – В один прекрасный момент я узнал, что на благотворительном аукционе будет выставлена именно эта чаша. И вот совпадение – ведущий именно ты! Хотел попросить тебя по-хорошему. Кража была крайней мерой.

– И ты все же сделал это, подставив меня! – прорычал Валерий, стукнув со всей силы от злости кулаком по столу.

– Прости, у меня просто не было другого выхода, – дрожащим голосом ответил ему отец, – эти люди начинали терять терпение. Но теперь, когда у нас есть подсказка, мы можем разгадать ее вместе!

Это предложение стало сродни плевку в лицо для молодого человека. Он думал, что после всех их бесед отец успокоится, но это оказалось неправдой. Тот словно играл с ним в поддавки, стараясь в нужный момент сделать нужный себе ход, который перевернет всю партию.

– Наверное, ты меня не услышал. Пошел к черту! – чеканя каждое слово, ответил ему сын, резко вскочив со стула и указав на дверь. – А теперь, когда рассказ окончен, уходи. Я не хочу быть втянутым в еще одни игры с бандитами и оказаться в бегах, как преступник. Всего хорошего!

Степан хотел было ему что-то ответить, но, заметив, что лицо собеседника побагровело от гнева, разочарованно выдохнул, решив промолчать. Он сразу взял со стола свой сверток и с понурой головой устремился в сторону прихожей, громко хлопнув за собой дверью.

В этот момент, услышав грохот и закончив говорить по телефону, из соседней комнаты появилась Светлана, внимательно смотря на выход и переводя взгляд на сжавшего кулаки мужа и обратно.

– Ушел? – аккуратно спросила она, видя, что молодой человек сейчас «стоит на краю пропасти», готовый в любой момент сорваться.

– Да, – сухо, едва сдерживаясь, ответил ей тот, тяжело дыша. – Скатертью дорога.

Светлана сначала подошла поближе, чтобы положить руку ему на плечо и успокоить, но поняв, что сейчас лучше перевести дух и побыть одному, молча развернулась и ушла наверх, оставив Валерия наедине со своими злобными и метающимися мыслями, граничащими с ненавистью. Таких эмоций он не испытывал очень давно, и даже предательство его товарищей не воспринималось так болезненно, как низменные эгоистичные желания отца, привыкшего решать проблемы за чужой счет.

Глава 9

Воробьевы горы. Здание МГУ

Птицы радостно щебетали, возвещая о начале нового дня, разлетаясь по всей округе и садясь на колышущиеся веточки в огромном парке. Там на ветру качались сотни деревьев, развеваясь своей зеленой «гривой». Где-то очень далеко слышался гам сигналящих утром опаздывающих на работу машин, но он быстро перемешивался в общей массе с природной какофонией.

На этом фоне неизменно выделялось высоченное знаменитое советское здание, своим шпилем пронзающее безоблачные небеса и расположенное на высоком плато Москвы-реки. Самая знаковая и высокая из сталинских небоскребов эта 32-этажная башня с отходящими по сторонам большими крыльями являлась композиционным центром всего университетского кампуса. Вблизи она выглядела не настолько прекрасно, как издалека: облицовка из натурального камня давно обветшала и оказалась пошарпанной временем, всюду виднелись следы точечного ремонта, местами из стен смотками торчали целые бухты проводов – прямое подтверждение слов о несоответствии ожиданий и реальности.

Именно здесь в здании МГУ и довелось сегодня проводить свою лекцию Валерию, который брался сейчас за любую такую работу, которая могла принести какие-то деньги. Тем более, ему явно нужно было отойти после вчерашнего разговора с отцом, который выдался, мягко говоря, нелегким.

Сейчас молодой человек находился в одной из аудиторий, завершая свой рассказ об истории последних годов государственности до начала Смутного Времени, не забыв, конечно, упомянуть и о событиях, которые ему удалось испытать во время поисков сокровищ. Большой кабинет был наполнен до отказа, что было довольно редкой ситуацией в университетской практике. Кто-то стоял на ступеньках, другие выглядывали через приоткрытую дверь из коридора. Для многих на фоне общей безыдейной посредственной рутины учебной жизни эта лекция оказалась глотком свежего воздуха.

– Именно так и завершилась эпоха стабильности, войн и, своего рода, репрессий того времени. Началась междоусобица и Смута, – подытожил свою лекцию Виноградов, взяв со стола бутылку воды и сделав глоток. – У кого-то есть вопросы?

В этот момент половина зала бодро подняла руки вверх, готовая быть первыми. На удивление, от желающих не было отбоя. Тут, как некстати, прозвенел звонок, обозначая окончание занятия.

– Давайте три вопроса. У нас осталось немного времени. Не против задержаться? – спросил преподаватель-модератор, присутствующий на лекции.

– Да, конечно, – ответил ему Валерий, указав в сторону зала. – Молодой человек в первом ряду.

– Подскажите пожалуйста, – тут же поднялся с места тот, почувствовав, что его заметили, – неужели во время поисков Либереи, когда забирались во все эти подземелья, Вам не было страшно?

– Безусловно, – согласился с ним охотник за ценностями. – Знаете, когда я с товарищами залезал в бывшие подвалы под царским дворцом в Александрове, либо в пещеры под Старицей, была всегда возможность не выбраться оттуда.

– И что, как в фильмах выстреливали ловушки, открывался пол? – продолжил допытывать его молодой человек.

Услышав об этом, Валерий улыбнулся, с трепетом и теплотой в душе вспомнив былое, свои старые приключения, которых ему удивительно так сейчас не хватало.

– И там и там нас чуть не проткнули колья из стен, так что можно сказать и так. Все как в кино.

Вся аудитория тут же оживленно вздохнула, еще больше оживившись. Эта история явно будоражила их намного больше чем то, что было рассказано ранее.

– Пожалуйста, девушка в третьем ряду, – продолжил охотник за сокровищами, указав на нее.

– Ходят слухи, – заявила симпатичная студентка, которая явно готовилась к этой встрече, наведя марафет и надев все самое красивое из своих вещей, – что Вы тайно проникали в Кремль и что-то оттуда выкрали, после чего Вас преследовали органы правопорядка. Это правда?

Сказав об этом, она стала игриво крутиться на месте, слегка покачивая своими кудрями. Молодой человек, учитывая его медийную составляющую явно ее привлекал, и именно ради этого та пришла на сегодняшнюю лекцию.

– Все лишь домыслы журналистов, не более того, – ответил ей Валерий, предпочитая не распространяться об этих подробностях своей жизни. Тем более, он дал слово Сильвестру, что не будет об этом рассказывать на каждом углу.

– Жаль, девушкам нравятся опасные мужчины, – продолжала флиртовать с ним студентка, не унимаясь, став специально говорить с предыханием.

По аудитории тут же пробежали смешки, но ее это нисколько не смущало. Поняв, что к чему, Виноградов поднял вверх правую руку, продемонстрировав кольцо, решив так проучить эту девушку, после чего сказал: «К своему счастью, женат, поэтому не знаю. Может кому и нравится, но я не такой».

Услышав об этом, собеседница надула накаченные губы, после чего вновь заняла свое место, злобно схватив с парты телефон, шаркнув по столешнице длинными ногтями, и, видимо, став активно набирать недовольное сообщение подругам.

– Пожалуйста, последний вопрос, молодой человек на Камчатке, – продолжил, перестав обращать на нее внимание, искатель древностей.

– Быть может, я скажу не по теме, – застенчиво начал кудрявый парень с веснушками в очках с толстенными стёклами, нервозно перебирая подол своей рубашки, – но, дейст�