Сделка на чувства

Пролог.

Мелисса.

– Проходи, Мелисса, – сказал мой брат, как только я закрыла за собой дверь.

Он вместе с Дареном сидел за столом, перебирая какие-то бумаги. Что это за срочный вопрос, из-за которого меня так резко оторвали от дел?

Должна признаться, я уже не первый день замечала между ними какой-то переполох. Они часто обсуждали что-то, явно, не связанное с работой, но я так и не поняла, что именно.

Дарен, отпив из стакана – как я поняла, там было виски, – с грохотом поставил его на стол.

– Садись, – сказал он грозным тоном и, облизнув губы, окинул меня взглядом.

У меня по коже побежали мурашки от того, каким тоном он это произнёс и как дернул кадыком, когда посмотрел на меня.

С самого утра я их ещё не видела. На что он так уставился?

Я опустила взгляд на своё платье и задумалась. Этот козёл пялился на мою фигуру? Да, моё платье было облегающее, чёрное, до колен. Так как я пока занимала место личного ассистента двух директоров этой фирмы, решила, что именно это платье больше всего подойдёт моей должности. Дать бы в глаз этому козлу – мои руки чешутся ещё с начала нашей первой встречи.

Я прошла до кресла на своих туфлях на каблуках, нарочно громко цокая по полу, выложенному плиткой, и плюхнулась в него, закинув ногу на ногу.

Уставилась на Дарена, а потом медленно повернулась корпусом к Феликсу.

– Что вы хотели обсудить? Что за срочность, что мне пришлось оставить работу и прийти сюда? – спросила я.

– Ты работаешь? Я думал, ты играешь в карты. Никогда бы не подумал, что у тебя в голове есть способности к труду, – ухмыльнулся этот засранец напротив.

Я лишь закатила глаза и пнула его под столом. Он даже не сдвинулся с места, только откинулся в кресло и, покачавшись в нём из стороны в сторону, чуть опустил голову и ухмыльнулся.

Феликс обратил внимание на меня.

– У нас есть предложение к тебе.

– Я слушаю, – отвернувшись от этого козла, сказала я.

– Нам нужна твоя помощь. Для этого тебе придётся заключить сделку с Дареном.

Первый шок: сердце – тук-тук-тук. Сделка? Какая ещё?

– Продолжай… – с колотившимся сердцем попросила я.

– Брачный договор, Лисс, – подняв глаза от бумаг, он посмотрел прямо в мои.

Второй шок. Сердце уже бешено забилось.

Чего? Какой ещё брачный договор? Они рехнулись?

Я соскочила с места, как ужаленная.

– Перегрелись оба? Какой договор? Я ничего не собираюсь заключать с ним! – почти крича, парировала я на весь кабинет.

– Сядь и дай нам объяснить, – вмешался Дарен.

Я направила на него указательный палец и со всей злостью бросила:

– Не смей мне тут приказывать.

Он посмотрел на мой палец с таким диким желанием, словно хотел оторвать его прямо сейчас.

Ха, ну пусть попробует.

– Ещё раз так сделаешь – и на один палец у тебя станет меньше, – встав со своего кресла и уперев ладони в стол, со злостью в глазах бросил он.

Я медленно опустила руку, когда голос Феликса заставил нас обоих переключить внимание на него.

– Хватит! Не надо устраивать здесь шоу. Вопрос важный, а вы словно кошка с собакой. Мелисса, сядь в кресло и дослушай до конца. Дарен, прекрати вестись на её слова.

Я метнула в брата гневный взгляд. Он что, ещё и меня виноватой делает?

Я не сдержалась и хотела возразить:

– Но он…

– Лисс, опустись в это чёртово кресло и выслушай, – перебил он меня.

Я выдвинула кресло и с грохотом плюхнулась на него.

– Говори, – поджав губы, произнесла я.

– Тебе нужно заключить брачный договор на полгода с Дареном.

Я снова не удержалась и расхохоталась.

– Ты в своём уме, Фил? Я с ним? Брачный договор? Что у вас в головах? – сквозь смех подняв брови, проговорила я.

– Дослушай, – вмешался Дарен.

Он налил в стакан виски, пригубил и начал медленно пить маленькими глотками.

– Тебе нужно будет на полгода стать женой Дара и изображать счастливую пару на глазах у всех, особенно перед его семьёй. Нам нужна была проверенная девушка, и я сказал Дарену, что ты могла бы помочь. Мы не можем доверять другой женщине – она потом может претендовать на бизнес Дарена. Нужно только сыграть жену, и через шесть месяцев договор будет расторгнут. Вот бумаги с условиями, все рамки соблюдены. Прочти, – брат подвинул ко мне несколько листов, и я взяла их, чтобы начать читать.

1 глава

Мелисса.

Неужели хоть один мой день не мог бы начаться нормально? Хоть раз в жизни!

Я ужасно опаздывала, а тут ещё этот таксист высадил меня почти за милю от офиса.

Чёрт. Мобильник.

Остановившись, я принялась лихорадочно рыться в сумке, придерживая кофе в другой руке, чтобы нащупать этого орущего монстра. Где же он? И этот чёртов звонок не умолкает. Наверняка Феликс – я уже раз десять повторила, что скоро буду.

А всё началось с разбитой вазы, потом – осколок в ноге, падение с гардиной, пока я пыталась вызвать такси. И в довершение всего таксист-псих высадил меня у какой-то автобусной остановки, от которой до офиса ещё пятнадцать минут пешком.

И всё из-за чего? Правильно, из-за моей перепалки с ним. Он вёл машину как сумасшедший – меня подбрасывало, и я то и дело билась головой о потолок. Естественно, я не выдержала и сделала ему замечание – и тут понеслось…

Чёрт, да где же этот телефон, который уже прожужжал мне все уши!

Ах, вот он.

Но не успела я схватить его, как обернулась на звук автомобильного гудка слева. Машина неслась прямо на меня! Мои глаза расширились, тело словно приросло к асфальту. Я застыла, как каменная глыба посреди дороги, и капот упёрся мне прямо в бедро.

От страха я выронила стаканчик с кофе прямо на белоснежную машину. Отдалённо услышала, как он покатился по асфальту, шурша. Я всё ещё ошарашенно смотрела в лобовое стекло, пытаясь разглядеть водителя.

Вся жизнь пронеслась перед глазами – от мелочей до самых важных моментов. Встряхнув головой, я опустила взгляд на капот. Коричневое пятно расползалось, как чернильная клякса по чистому листу.

Подняв глаза, я снова уставилась на водителя, наконец осознавая произошедшее. Этот болван чуть не размазал меня прямо перед офисом моего брата. Если бы он не затормозил вовремя, мои мозги украшали бы проезжую часть холдинга.

И это, несомненно, был болван, потому что за рулём сидел мужчина.

Кто этот кретин? Он что, ослеп? Куда несется этот самоуверенный идиот?

Дверь машины распахнулась, и из неё вылетел мужчина – как и следовало ожидать, около двадцати пяти лет, а может и больше, облачённый в безупречный деловой костюм. Типичный офисный павлин. Под пиджаком угадывались крепкие мышцы, но этот самодовольный индюк явно слеп, раз не видит перед собой человека.

– Ты в своём уме? – выплюнул он, сверля меня злобным взглядом.

Что это за наглость? Он ещё и возмущается?!

– Я? А ничего, что это ты чуть не сбил меня?! – вырвалось у меня.

Ну а что? Разве не он виноват?

– Смотри на дорогу! Пешеходный переход там. Или ты настолько тупа – не понимаешь, что дорогу нужно переходить по правилам? – процедил он, приближаясь к капоту и одаривая меня презрительным взглядом.

– Ты ведешь себя как козёл, раз позволяешь себе так разговаривать с девушками! Открой свои прекрасные глаза и смотри, куда едешь! – заорала я, чувствуя, как закипает кровь.

– Ты пролила кофе на мою машину, – сухо констатировал он, глядя на тёмное пятно на белом капоте.

– Какая сообразительность! Смотри, он ещё и коричневый, – съязвила я, состроив гримасу и мысленно похвалив себя за остроумие.

– Жаль, что твои уникальные мозги не подсказали тебе переходить дорогу в положенном месте, – язвительно отпарировал он, и моя челюсть предательски отвисла.

Что это за экземпляр? Хам в дорогом костюме.

Я больше не выдержала.

Дала ему пощёчину – звонкую, смачную, с пылающим следом. От удара ладонь пронзила острая боль, а пальцы будто онемели.

Он, словно разъярённый зверь, схватил меня за запястье, резко дёрнул на себя, и наши тела соприкоснулись. В его глазах плескался первобытный гнев, лицо налилось багровым румянцем. Я попыталась высвободить руку, но он держал мёртвой хваткой и, сквозь стиснутые зубы, процедил:

– У меня сейчас огромное желание вырвать тебе эту руку, но я сдержусь. Хотя я в бешенстве. – Он сжал мою руку ещё сильнее. – Искренне надеюсь, что эта встреча – досадное недоразумение. Но если, по какой-то невероятной случайности, мы ещё раз пересечёмся, и ты снова замахнёшься на меня своей костлявой рукой, клянусь, я её с корнем вырву. И мне будет плевать, как ты будешь справляться без неё. Раз уж не умеешь пользоваться мозгом, то и с одной рукой проживёшь.

Я снова попыталась вырваться, но его пальцы сдавливали запястье, как стальные клещи.

Тогда, недолго думая, я со всей силы врезала ему коленом в пах.

Вот тебе, cabrón(пер. с исп. – козел)!

Он резко отпустил меня, отшатнулся и, согнувшись пополам, облокотился на машину, прижимая руку к своим “драгоценностям”.

– Сука… Ты совсем чокнутая?! – прохрипел он, корчась.

Я подошла ближе, наклонилась и тихо прошептала:

– Учись обращаться с девушками, придурок.

И, не удержавшись, показала ему средний палец.

Развернувшись, я пошла к холдингу, даже не обернувшись. Слишком много чести.

Урод.

Наконец-то я смогла ответить на звонок брата и сообщить, что уже поднимаюсь.

***

Вежливо постучав в тёмно-коричневую отполированную дверь, я подняла глаза на табличку, где золотыми буквами были выгравированы имена и должности двух директоров:

Директора FD Company – Феликс Гарсия, Дарен Харрис.

Первый – мой старший, любимый братец. А вот второй… Кто этот таинственный мистер Харрис?

Услышав голос Феликса за дверью, я перестала предаваться догадкам, распахнула дверь и вошла в кабинет.

Фил, вальяжно откинувшись в кресле, нервно постукивал ручкой по мраморной столешнице.

– Боже, Мелисса, я дождался твоего прихода! Где тебя носило? Я обзвонился! С утра звонил тебе двадцать девять раз! – с укором произнёс он, кивая на свой телефон.

Я подошла к его столу и остановилась напротив. Феликсу безумно шёл деловой костюм – он выглядел как бог, сошедший с античной фрески. Я уверена, у него целая армия поклонниц.

Эти угольно-чёрные волосы, обрамляющие благородное лицо, густые ресницы, притягивающие взгляд, словно магнит. Чёткие скулы, едва тронутые щетиной, были его визитной карточкой. А пухлые губы, доставшиеся нам от мамы, и вовсе сводили девушек с ума.

Не дожидаясь новой порции упрёков, я быстро выпалила:

– У меня с самого утра день не задался! И вдобавок один самовлюблённый козёл подрезал меня и обвинил во всех смертных грехах! Представляешь?! – Поставив сумку на полированный стол, я вопросительно посмотрела на него. – Можно воспользоваться твоей уборной?

– Конечно. Ты хоть узнала имя этого человека? – тут же поинтересовался брат.

– Человека? Ты серьёзно? В нём от человека только оболочка. А внутри… – я закатила глаза, – адская смесь нарциссизма и эгоизма.

Я направилась в уборную, чтобы хоть немного привести себя в порядок после утренней перепалки.

Поставив телефон на мраморную тумбочку у раковины, я принялась усмирять непокорные локоны.

– Я просмотрю записи с камер и разберусь. И да, с минуты на минуту должен подъехать мой партнёр. Я рассказывал, что мы вместе руководим компанией. Если что – познакомитесь. А мне нужно сбегать за документами в нижний отдел. В последнее время связь барахлит, до секретарей не дозвониться, – донёсся до меня голос Фила.

Приведя волосы в порядок, я выглянула в кабинет и, уже почти выходя, ответила:

– Без проблем.

Но в тот же миг осознала, что забыла телефон. Мгновенно вернувшись, я схватила его и замерла, услышав звук закрывающейся двери.

Это он? Друг Фила? Тот самый второй директор?

Я прислушалась, и в кабинете раздались два до боли знакомых голоса – моего брата и… того самого нахального козла.

На моих губах расцвела коварная улыбка. Закусив щеку, я едва заметно покачала головой.

– Что за опоздание, Харрис? Десять минут – это уже перебор даже для тебя. Что случилось? Заболел? – смеясь, поинтересовался Феликс.

– Нет. Какая-то взбалмошная стерва налетела на мою машину, окатила её идиотским кофе и в придачу заехала мне по лицу и яйцам, – с хриплым раздражением огрызнулся этот мерзавец.

Стерва? Это он обо мне? Отлично. Манерам он явно не научился.

Я, словно пантера, бесшумно выскользнула из уборной и непринуждённо облокотилась о дверной косяк.

Оба мужчины, как по команде, повернулись ко мне.

– Мелисса, только не говори, что это была ты, – театрально приподняв брови, выдохнул Фил.

– В точку! Та самая стерва – это я! А вот и наш герой, козёл, едва не отправивший меня на тот свет. Хотя что я объясняю? Козлы – существа тупые, им не дано постичь высокие материи, – хмыкнула я, скрестив руки на груди и прожигая этого наглеца взглядом.

Если бы не его отвратительный характер, он бы мне даже понравился. В нём было всё, что сводит девушек с ума: широкие плечи, точёные скулы, лёгкая светлая щетина. Мой брат – жгучий брюнет, а этот – светло-русый, но его кудрявые волосы сейчас в творческом беспорядке. Ну конечно, бедняжка, ему сейчас явно не до причёски.

Тут Фил прервал поток моих злорадных мыслей:

– Лисс, помолчи хоть минуту. Вы даже не познакомились толком, а уже грызётесь. С кем не бывает передряг? Давайте познакомьтесь в нормальной обстановке, пока я схожу за документами.

Брат взглянул на часы и поспешно вышел, оставив нас вдвоём.

Ну всё. Начинается самое интересное. Держите меня, иначе я выцарапаю этому хаму глаза.

Он, ничуть не смутившись, вальяжно прошёл к столу, бросив через плечо:

– Обычно я обхожу стороной таких стерв, но раз ты сестра моего друга, сделаю исключение. Как тебя зовут? Представься.

Он картинно уселся в кресло, изображая галантного джентльмена.

Ага, сейчас! Так от тебя и веет мечтой каждой женщины.

Скептически приподняв бровь, я с грацией всё той же пантеры развернулась и с шиком плюхнулась на кожаный диван, закинув ногу на ногу.

– Обычно я обхожу стороной таких козлов. Но раз ты друг моего брата, всё равно не сделаю исключения, – процедила я с ядом в голосе.

Он одарил меня хищной ухмылкой.

– Да ты, оказывается, та ещё заноза в заднице. Интересно, родители часто ставили тебя в угол за такое поведение? – с притворной невинностью спросил он, расстёгивая пиджак и пару верхних пуговиц рубашки.

– Я заноза в заднице только у тех, кто ведёт себя, как козлы, – парировала я, прожигая его презрительным взглядом.

Эх, жаль, что его внешность бога не компенсирует отвратительный характер.

– Ладно, я в курсе, что ты – Мелисса Гарсия, – промурлыкал он, хитро прищурившись. – Мелисса… Травка, что ли? Оригинальное имя для психопатки.

Это было уже слишком.

– Закрой рот, пока я не заехала тебе ещё раз, – рявкнула я, отрываясь от спинки дивана и подаваясь вперёд, облокотившись на колени.

В его глазах вспыхнул тёмный огонь. И прежде чем я успела моргнуть, он преодолел расстояние между креслом и диваном. В одно мгновение навис надо мной, нахально вторгшись в личное пространство. Я откинулась назад, но он, как хищник, подался ещё ближе. Его губы почти касались моих.

– Я, кажется, предупреждал. Если ещё раз осмелишься поднять на меня свои костлявые ручонки, я… покажу тебе, на что способны мои руки. И поверь, это тебе запомнится. Мои руки умеют многое, – прошипел он.

Его взгляд скользнул с моих губ ниже, к ложбинке между грудей.

Моё тело предательски пронзила дрожь. Словно ошпаренная, я резко оттолкнула его, пытаясь избавиться от странного волнения.

– Извращенец, – выплюнула я, нахмурив брови.

– Ох, нет, дорогая. Я лишь сказал, что мои руки умеют многое. А что именно – решать тебе. Неужели тебе так любопытно? Ты меня захотела, травка? – он снова опасно наклонился ко мне, в его глазах заплясал хищный блеск.

– Скорее ад покроется льдом, чем я захочу тебя, – огрызнулась я, вскакивая с дивана и обходя его стороной.

В этот момент в кабинет влетел Фил с кипой бумаг, за ним – молоденькая девушка с ещё одной стопкой. Дарен, небрежно облокотившись о стену, всем своим видом демонстрировал полное безразличие.

– Присядь, Лисс. Сейчас всё обсудим, – попросил брат, устроившись в кресле и раскладывая документы.

Я сдержанно опустилась рядом с ним и заметила, как этот гад – Дарен, теперь я точно запомню его имя – кивнул брату и без лишних слов удалился в свой кабинет.

– Нам нужна толковая помощница. Личный ассистент – для меня и Дарена. Ты бы очень помогла. Наша предыдущая сотрудница решила временно оставить работу по личным обстоятельствам. Вакансия свободна, и я уверен, ты справишься, – с надеждой сказал он, мягко глядя на меня.

– С радостью соглашусь. Мне эта подработка нужна всего на пару месяцев, пока я не найду что-то постоянное, – кивнула я.

Девушка бесшумно оставила бумаги и вышла.

– Ты могла бы остаться здесь подольше, – осторожно сказал брат.

– Нет, ты же знаешь, моё творчество для меня – на первом месте. Я не могу променять мечту на рутину, – улыбнулась я.

В этот момент в сумочке зазвонил телефон. Я вскочила, достала его и увидела имя Кэтрин.

Я ведь только приехала в Нью-Йорк и ещё даже толком не виделась с подругой. По сути, я ввалилась в город посреди ночи, а утром уже пошла искать работу. Но пока не найду что-то подходящее, придётся временно поработать у брата. Жить-то на что-то нужно.

– Прости, можно я отвечу? – виновато спросила я.

Фил кивнул и погрузился в изучение документов.

***

Через полтора часа я с нетерпением ждала Кэтрин у себя дома. Она позвонила и предложила встретиться. Так как я обзавелась временной работой, к которой приступлю завтра, сегодня я могла спокойно посвятить время подруге. Единственное, что омрачало эту идиллию – необходимость работать с мистером Занозой-в-Заднице Харрисом. Его же теперь терпеть надо, а каждый день это делать я точно не смогу и, скорее всего, придушу его в течение недели.

Звонок в дверь заставил меня вздрогнуть, и я, предвкушая встречу, помчалась открывать.

– Привет, малышка! – с радостным воплем налетела на меня Кэти.

Мы были не разлей вода ещё со времён учебы в колледже. Часто устраивали пижамные вечеринки и тайно посещали подпольные клубы. Кэт – моя спасительница. Именно она помогла мне вернуться к нормальной жизни, когда я уже была готова поставить на себе крест. Она вернула мне веру в себя, и я снова открылась миру. Но свою наивность и доверчивость я надёжно спрятала под маской цинизма. Теперь теплоту и заботу я дарю только тем, кто действительно этого заслуживает. Это значит, что я не собираюсь игнорировать чужую беду. Если кому-то действительно понадобится моя помощь, я обязательно помогу. Но а пока к людям я отношусь с осторожностью.

– Я тоже безумно рада тебя видеть, Кэти, – с улыбкой ответила я, отстранившись от её объятий.

– Эй, почему ты не при параде? – с укором спросила она, окинув меня критическим взглядом, заходя в квартиру.

Кэт выглядела так, словно собралась на молодежную вечеринку.

– Что это значит? – непонимающе нахмурилась я.

– Это значит, что времени у нас в обрез! Тащи свою задницу переодеваться! Я достала билеты в клуб. Сегодня мы отрываемся по полной программе, танцуем до упаду и, конечно же, сплетничаем. Ты мне ещё толком не рассказала, что за идиотские приключения произошли с тобой сегодня, – властно заявила Кэт, разворачивая меня в сторону комнаты.

Я сняла небольшую, но уютную квартирку в тихом районе Бруклина – идеальное место для спокойной жизни. Не так шумно, как на Манхэттене, где располагается фирма Феликса, и, что немаловажно, доступная цена. Моих сбережений хватит на несколько месяцев аренды и скромное питание. Переезжать к Феликсу я не хотела. Мне нравится жить одной, да и не к чему стеснять брата. Он, наверное, любит разгуливать по квартире в одних трусах, не задумываясь о правилах приличия. Кстати, от моей квартиры до жилища Кэт, офиса Феликса и фирмы – рукой подать.

Я уже вкратце рассказала Кэт о своём эпичном знакомстве с говнюком Харрисом, и теперь она жаждала подробностей.

***

Спустя час мы сидели в полумраке частного клуба за стойкой бара, потягивали экзотические коктейли и болтали о всякой ерунде, стараясь не обращать внимания на оглушающую музыку. Мне нужно было расслабиться и забыть о тяжёлом дне. Я давно так не отдыхала. Полтора года художественных курсов без выходных и подработка в маленькой школе искусств истощили мои силы.

Я подробно рассказала Кэти о своём утреннем приключении, и она, покачав головой, произнесла:

– Эй, не кисни, – толкнула меня в плечо. – Забей на этого идиота и делай свою работу. Не обращай внимания на этого подонка. Пусть у него месяц не будет стоять на женщин, – хихикнув, выдала она.

Я лишь ухмыльнулась и небрежно помешала трубочкой остатки напитка.

В этот момент к нам подошли двое парней, явно не в трезвом виде. Я даже не удостоила их долгим взглядом. После встречи с Харрисом у меня отпало всякое желание знакомиться с мужчинами.

– Не хотят ли прекрасные дамы подарить нам танец? – просипел один из незнакомцев.

Единственное, что я успела заметить, – они были намного выше нас с Кэт, хотя мы и не отличались маленьким ростом.

Я лениво подняла на него взгляд, заметив, что Кэт изучает содержимое своего бокала, явно не горя желанием вступать с ними в разговор.

– Дамы, пожалуй, отклонят ваше предложение и предпочтут наше, – послышался за спинами назойливых кавалеров хорошо знакомый голос.

Феликс? Не может быть.

И… этот гадкий козел – Дарен, чёрт бы его побрал, Харрис.

Парни, как по команде, обернулись, и Харрис, окинув их презрительным взглядом, процедил:

– Свалили отсюда.

В его голосе прозвучали стальные нотки, от которых по коже пробежали мурашки. Если бы он обратился ко мне таким тоном, я бы от страха сразу же послушалась.

Ой, да конечно, Мелисса.

Напоминаю, милочка, сегодня ты влепила ему хорошую пощечину и вдобавок одарила пинком в самое чувствительное место.

Незнакомцы переглянулись и, не говоря ни слова, растворились в толпе танцующих людей.

– Фил? Что ты здесь делаешь? – удивлённо спросила я, стараясь игнорировать присутствие рядом с ним надменного мужчины.

– Это я хочу узнать, что ты здесь делаешь!? Живо собирайтесь, и мы уходим! И ты, Кэт, тоже. Вам не место в этом гадюшнике, – голосом строгого начальника заявил брат, поочерёдно оглядывая меня и Кэтрин.

Я хотела возразить, но взглянув на его суровое лицо, поняла, что спорить бесполезно. Когда Фил говорит таким тоном, лучше не перечить, а покорно следовать указаниям.

***

Мы молча шли по ярко-сиреневому коридору, от ядовитого цвета которого начинала болеть голова. Стены украшали авангардные картины, а пол устилал длинный красный ковер.

Дарен и Феликс тихо переговаривались, а Кэтрин, улучив момент, шепнула мне на ухо:

– Неужели этот сексапильный мачо рядом с Феликсом – тот самый нахал, который чуть не сбил тебя сегодня утром?

Я коротко хмыкнула в ответ.

– Он.

– Не может быть! Да он просто огонь! Я бы сама бросилась под его машину! Ходят слухи, что такие плохиши просто божественны в постели, – мечтательно вздохнула она, и я поспешила заткнуть ей рот.

Кэтрин явно перебрала с коктейлями. В отличие от меня, ей для смелости нужен был допинг. Всего пара глотков – и её было не остановить.

Я украдкой взглянула на Дарена, который, почувствовав на себе мой взгляд, обернулся и одарил меня надменной ухмылкой.

Самодовольный тип.

– Кэтрин, помолчи! Мне совершенно плевать, хорош он в постели или нет. И я, кстати, совсем не собираюсь проверять это на собственном опыте. Я даже не планирую с ним общаться. Слишком велика вероятность, что кто-то из нас серьёзно пострадает.

Кэтрин тут же притихла и всю дорогу ахала от его потрясающего вида, не выпуская из рук бокал с недопитым коктейлем.

Дарен великодушно согласился проводить Кэт домой – ей явно был нужен отдых. Я же, в отличие от неё, сохраняла относительную трезвость.

Может быть, потому что весь вечер лишь ковыряла трубочкой в стакане, Мелисса?

Фил почти всю дорогу вёз меня домой молча. Я лишь спросила, почему он выдернул нас из клуба и как вообще там оказался. На первый вопрос он ответил уклончиво, что в подобных заведениях часто подмешивают наркотики в напитки, а второй просто проигнорировал.

Ладно, не буду лезть не в своё дело. Зная Феликса, если он не хочет что-то рассказывать, лучше не настаивать. Он сам всё расскажет, когда посчитает нужным.

Феликс строго-настрого запретил мне посещать подобные заведения без его ведома. После этого мы молча ехали до моего дома.

Надеюсь, Кэти в порядке. Ей было очень плохо. А я, хоть и не опьянела, чувствовала сильную усталость. Я же так нормально и не отдохнула после возвращения из Лос-Анджелеса.

Раз уж не получилось расслабиться за парой коктейлей, значит, придётся отдохнуть в своей мягкой кровати.

2 глава

Дарен.

Чёрт. Эта сучка. Откуда она взялась на мою голову?

Феликс говорил, что его сестра немного неуравновешенная. Серьёзно? Он явно приуменьшил её талант к хамству. Я ещё не встречал таких девушек. Чувствую, она принесёт немало проблем. А теперь я вынужден тащить её пьяную подругу домой.

Как девушка может так напиваться? Ладно мужчина, но где их эталон женственности? Инесс, моя бывшая, была совсем другой. Я ни разу не видел её пьяной. Всегда оставалась леди. Но мы не ужились. Она начала меня раздражать. Мы не состояли в официальных отношениях, просто встречались, но она каждый раз пыталась добиться чего-то серьёзного. Мне это порядком надоело, и когда она в очередной раз решила, что я на ней женюсь, а потом я ещё узнал, что она спит с другими, я окончательно всё между нами перечеркнул.

Хоть выглядела она женственно, вела себя доступно. До сих пор пытается выйти со мной на связь и вернуть то, что было. Я был так зол утром, когда она пришла в мой дом и на коленях умоляла простить её. Так унизительно…

Плевать. Сейчас у меня другая проблема. Эта чёртова девчонка. В двадцать три года она уже достойна звания «Мисс Хамство». Мало того, что моё утро не задалось, так ещё и она появилась у меня на пути.

– Слушай, а ты сексуальный парень, – услышал я голос с заднего сиденья, – но не смей обижать Мелиссу. Она может съесть тебя, – расхохоталась она. – А если серьёзно, я вижу в вас пару, но, зная Лисс, она скорее оторвёт себе язык, чем признается, что ей кто-то нравится.

На этом она наконец замолчала.

Дальше я нёс её на руках до её дома.

Пока я её тащил, я выслушал всё о своей привлекательности и о том, что бы со мной хотели сделать.

С этого дня я твёрдо решил: никогда больше не иметь дела с пьяными девушками.

Я оставил эту сумасшедшую и наконец двинулся домой. Завтра новый день, и мне придётся морально подготовиться, чтобы не убить эту стерву.

Завтра ещё и презентация проекта, на которой нам с Филом нужно обязательно быть. Надеюсь, эта девочка-стервочка не устроит ничего такого, за что мне придётся придушить её прямо на глазах у всех. Я никогда не был в центре скандала, но если она и дальше будет постоянно находиться рядом со мной со своим хамоватым ртом, я точно украшу собой главную страницу новостей – и газет, и телевизионных выпусков.

Какого чёрта Феликс вообще взял её на должность личного ассистента? Как с ней работать?

В мою тихую, размеренную жизнь эта женщина влетела, как торнадо. И я правда буду гордиться своим терпением, если смогу её не прибить.

***

Следующий день. Утро. 9:00.

Пока я подъезжал к офису уже успел словить мандраж при мысли, что снова увижу это воплощение зла по имени Мелисса Гарсия. Но мне повезло – ничего не произошло. Пока.

Поздоровался с администраторами и направился в кабинет, уже зная, что Феликс и его сестра на месте. До сих пор в голове не укладывается: она– на должности личного ассистента?Это полная задница. Надеюсь, она хотя бы представляет, чем там вообще занимаются? Или нам придётся распечатывать раскраски из Гугла и называть это "деловой документацией"?

Проходя по коридору, я машинально бросил взгляд на рабочее место, где раньше сидела наша бывшая помощница, но Мелиссы там не увидел. Распахнув дверь в кабинет, застал её за столом с Филом – хохочущую.

С утра ей уже весело, да? Из-за чего они так смеются?

– Доброе утро, Дар. Как твои дела? – поприветствовал Феликс, пытаясь отдышаться после смеха.

– Доброе. Пока отлично, – специально выделил последние слова и уставился на неё.

Маленькая ведьма взглянула на меня и тут же отвернулась, будто перед ней не я, а куча дерьма.

Она явно нарывается.

– Мелисса, ты не поздороваешься? Ответь на доброе утро, – указал на меня Фил.

– Моёутро было добрым минуту назад, – бросила она и начала собирать бумаги вокруг себя.

– Лисс, хватит. Начните уже нормально общаться. Что было – то прошло, – в голосе Феликса прозвучало раздражение.

Парень, поздно отчитывать. Теперь уже скотч на рот – единственный выход.

Я не сводил с них взгляда и ухмыльнулся.

Ну давай, мисс Невозмутимость, покажи, на что способна. Побори своё эго.

Она встала из-за стола, взяла стопку документов, обошла кресло и подошла к двери – прямо ко мне. Остановившись рядом, посмотрела мне в глаза и, сузив свои, язвительно произнесла:

– Доброе утро, мистер Харрис. Не желаете кофе, чай… – и, чуть пригнувшись, шепнула: – или по вашей самодовольной роже?

Отстранилась и встала, ожидая ответа.

Феликс внимательно наблюдал за нашей перепалкой.

– Пожалуй, от кофе не откажусь. Только занеси его в мой кабинет, а не предлагай моей машине – она предпочитает бензин, – усмехнулся я.

Улыбка слетела с её лица, уступив место каменному выражению и взгляду, будто она собирается испепелить меня на месте.

Превосходно.

Мелисса вышла, громко хлопнув дверью, а я – как идиот – поймал себя на том, что уставился ей вслед. Чёрт. Если бы не была такой хамкой, я бы, возможно, и обратил на неё внимание. Может, даже с удовольствием разделил с ней постель.

Но нет. Не с ней.

Я быстро отвёл взгляд, надеясь, что Феликс ничего не заметил. Не хотелось бы устраивать скандал из-за этой нее.

Подошёл к Феликсу и склонился над бумагами на столе:

– Что это? Новый заказ? – спросил, пробегая глазами по чертежам.

– Да. Лисс принесла. Новые клиенты хотят заключить с нами договор на постройку пентхауса за городом. Прислали описание, образцы – и сегодня вечером собираются подъехать обсудить проект, – откинулся он на спинку кресла.

Да, мы с Феликсом – оба директора фирмы. Он отвечает за утверждение дизайнов и планировку построек, а я – за заключение сделок, проверки объектов и общение с заказчиками.

– Как приедут – свистни. Пойду разберу документы. Сегодня же ещё презентация проекта нового торгового центра. Ты не забыл?

– А? Нет, не забыл. И да – теперь везде бери с собой Лисс. Она поможет с документами. Мне она по дизайну особо не нужна, а тебе – да.

Срань. Он ещё и ко мне её пихает? Что я ему сделал? Это наказание или его хитрый план по нашему «примирению»?

Но я сдержался. Не сказал ни слова.

Хочет работать здесь? Что ж, ей придется очень сильно постараться угодить мне.

***

В моем кабинете мы немного обсудили новый заказ. Я выслушал предложения Фила по дизайну и он направился к себе в кабинет.

Я сел за стол, начал просматривать документы для сегодняшней презентации, как вдруг – стук в дверь.

– Войдите, – не отрываясь от бумаг, бросил я.

В кабинет вошла Мелисса с подносом.

Честно? Я был уверен, что она пошутила про кофе.

Она шла медленно, закусив губу. На ней была белая полупрозрачная рубашка, сквозь которую отчётливо просвечивал лифчик и угадывались очертания груди. Я откинулся на спинку кресла и машинально начал разглядывать её фигуру.

Зачем? Да чёрт его знает. Мужские гормоны, наверное. Другого объяснения тому, почему я пялюсь на девушку, с которой знаком два дня и которая возглавляет мой персональный список «чокнутых», у меня нет.

Рубашка была заправлена в чёрную длинную юбку в пол, плотно облегающую её бёдра и украшенную разрезом на одном бедре. Кожа – тёплый загар, и капроновые колготки на длинных стройных ногах почти незаметны. Средней длины, тёмно-каштановые волосы собраны ободком, передние пряди свободно спадали на грудь. Макияж – едва заметный, не тот яркий раскрас Инесс. Маникюр – лёгкий, с розоватым оттенком. Маленькие серьги, серебряный браслет. На её ногах – лёгкие босоножки на шпильках, делающие ноги ещё изящнее. Всё – лаконично, элегантно. Что нельзя сказать о её языке.

Мой взгляд снова непроизвольно опустился на грудь. Упругая. Может быть, третий размер?!

И вот уже мой член даёт о себе знать.

Все-таки, женская красота – одно из самых трепетных чудес, подаренных нам Богом.

– Ещё раз будешь так пялиться – и получишь этим подносом по лицу, – процедила она и с грохотом поставила чашку на стол.

Чёрт. Поймали с поличным. Сам виноват.

– Было бы на что смотреть, – пробормотал я.

Солгал, конечно.

Смотреть было на что. Особенно если бы её рот был заклеен скотчем.

Только я пригубил этот холодный кофе, как сразу же поставил чашку обратно.

– Ты что, год сюда шла? Или не знаешь, что такое горячая вода? Этот кофе холодный, как мороженое. Принеси другой, – возмущённо сказал я, подняв глаза на неё.

Она серьёзно никогда не готовила кофе? Это просто ужасно.

– Я тебе не швейцар и не официант, чтобы бегать и ублажать тебя. Или пей, или не пей. Мне всё равно, – вздёрнула она подбородок и впилась в меня своими карими глазами.

Это меня позабавило. Отлично. Хочет остаться здесь? Пусть старается.

– Ты же не хочешь получить плохую характеристику? – улыбнулся я, зная, что попадаю точно в её эго. – Как я понимаю, ты тут ненадолго. Но первое впечатление всё равно спросят на новой работе, не важно где. Так что будь добра, выполняй свои задачи как положено.

– Cabrón, – процедила она что-то непонятное и явно не самое приятное.

Испанский. Я точно слышал, как Феликс разговаривал так. Отмечу себе в блокноте: узнать перевод.

Мелисса быстро направилась к двери, громко цокая каблуками, и хлопнула ею.

Эго задето. Дальше будет ещё веселее. Даже если кофе окажется удачным, я всё равно заставлю её бегать. Во-первых, она должна хоть немного отработать то, что вытворила вчера. Во-вторых, меня откровенно забавляет её злость.

Минут через пять она снова появилась, аккуратно постучав.

Подойдя к столу, протянула мне поднос с кофе.

Я взял чашку и, не отводя взгляда от её лица, сделал глоток.

Господи… Да что за гадость?!

Я поспешно поставил чашку, закашлялся, едва не захлебнувшись.

– Ты издеваешься?! – спросил я сквозь кашель, пытаясь отдышаться.

– Что опять не так? – повысила она голос.

– Ты сама пробовала, что готовишь? Это же невозможно пить. Он ужасно горький. Как можно настолько испортить кофе? Переделай, – я отвернулся, поправляя галстук и молясь, чтобы не отравиться.

Она развернулась и вышла, в этот раз гремя каблуками так, будто топтала мне по нервам, и ещё громче хлопнула дверью.

Истеричка.

Нет, расслабиться с чашкой кофе мне явно не судьба. Скорее всего, она меня угробит своими «умениями». Но теперь я добьюсь, чтобы этот чёртов кофе наконец был нормальным.

Прошло ещё десять минут. На этот раз она вошла без стука и с мрачным лицом поставила передо мной очередную чашку.

Я сделал глоток.

Да чтоб тебя. Что за дрянь она снова приготовила?

– Ты что, колдуешь над моим кофе? Почему оно с каждым разом всё хуже? Первый хоть немного походил на нормальный. Попроси кого-нибудь сделать человеческий кофе, – нахмурился я, глядя ей в глаза.

– Что? Ты что, специально гоняешь меня туда-сюда? Высокомерный ублюдок, – процедила она сквозь зубы.

Я хотел ответить, но в этот момент она резко схватила чашку с моей руки, подняла её и вылила мне прямо на штаны.

Я вскочил, отряхивая брюки, надеясь, что кипяток не дошёл до самого ценного.

Гнев взорвался во мне мгновенно.

– Ты с ума сошла?! Совсем чокнулась?! – сорвался я на крик.

Это было не в моих манерах, но она меня довела.

– В следующий раз подумай своей головой, прежде чем делать из меня собачку, идиот, – холодно сказала она, скрестив руки на груди.

На её лице не было ни капли сожаления. Только удовлетворение.

Я уже собирался подойти к ней и, честное слово, придушить, как дверь моего кабинета распахнулась, и в неё буквально влетел Феликс.

– Что тут, чёрт возьми, происходит? – его взгляд скользнул на пятно на моих штанах, а потом медленно поднялся на его душевнобольнуюсестричку.

– Лисс, немедленно пройди в мой кабинет, – приказал он с такой злостью, что даже я удивился, и вышел, хлопнув дверью.

Она, кажется, сразу выдохнула, опустила плечи и закусила губу, глядя куда-то в сторону. Боится?

– Лучше иди, пока я сам тебя не пришиб на этом месте. И не показывайся мне на глаза весь оставшийся день. Иначе тебе не поздоровится, – сказал я и направился в свою уборную.

Я прикрыл за собой дверь, но оставил небольшую щель, чтобы наблюдать за ней. Она несколько секунд переминалась с ноги на ногу, а потом всё же медленно пошла к выходу.

Что-то внутри меня непрошено шевельнулось – то ли жалость, то ли раздражение от того, что я вообще способен её жалеть. Сама виновата. Пусть отвечает за свои выходки.

Не в моей манере грубить женщинам, но с ней иначе невозможно. Она ходячая катастрофа. Пора ставить её на место. Так сильно меня ещё никто не выводил. Даже мои славные родственнички. А эта упрямая девчонка сумела расшатать моё терпение всего за два дня.

Я достал из шкафа чистый отглаженный костюм и начал переодеваться. Выйдя обратно, я услышал за стеной гулкий голос Феликса. А вот голос маленькой ведьмы не слышался. Видимо, решила помалкивать.

Я не имел права вмешиваться. Если бы он хотел, чтобы я участвовал в разборках, он бы не позвал ее к себе в кабинет. Но, чёрт возьми, почему мне стало её жаль? Что она сделала такого, чтобы я вдруг начал её оправдывать?

Я терпеть не мог крики. Повторюсь ещё раз – это было не в моих правилах. В моей семье всегда говорили спокойно, даже если злились. В нашем окружении было неприлично повышать голос.

Я поправил галстук и решительно вышел из кабинета. Не ради неё, а ради тишины. Этот скандал слышала уже вся фирма.

Феликс, оказывается, может быть довольно строгим братом. Никогда раньше не видел, чтобы он так терял самообладание. Хотя мы знакомы не первый год.

3 глава

Мелисса.

– Мелисса, прекрати вести себя так ужасно! Хватит устраивать здесь сцены! Ты уже не маленькая девочка. Me decepcionas y me da vergüenza por ti ( пер. с исп. – ты меня разочаровываешь, и мне стыдно за тебя, – кричал мой брат, ходя вокруг стола и размахивая руками.

Когда он злится, всегда переходит на наш язык. Не знаю, что это за странная манера – ругаться именно по-испански. Может, со стороны это звучит красиво? В нашем доме он тоже никогда не кричал по-английски. Всегда – испанский, всегда громче всех.

Я стояла, иногда корча рожицы. Честно, я даже не слушала. Всё одно и то же. Но вставить хоть слово было нереально. Когда он в таком состоянии, лучше просто молчать. Быстрее выговорится – быстрее отстанет.

Дверь кабинета Дарена открылась, и он вышел, останавливаясь слева от меня и привычным движением поправляя костюм.

Я скользнула взглядом вниз. Пятен больше нет. Он что, хранит здесь запасную одежду? Вот это новость. Как это называется? Педантичность? Дотошность? А может, занудство высшей категории?

– Что здесь происходит? – спросил он Феликса, поправляя рукава и явно наслаждаясь зрелищем.

Мой брат тяжело вздохнул и облокотился на кресло, пытаясь взять себя в руки.

– Ты и сам всё понимаешь, – буркнул он и отвернулся к окну.

– Заканчивайте уже этот цирк. Пусть она постирает мой костюм и отгладит, – Дарен посмотрел на меня исподлобья и, клянусь, сначала ухмыльнулся, а потом быстро стёр эту наглую ухмылку с лица.

И прошу прощения…

Постирать и погладить?Может, мне его ещё с ложечки покормить?

Я повернулась к нему и уже открыла рот:

– Я не собираюсь…

– Мелисса, ты слышала? – перебил меня брат, даже не поворачиваясь. – Сделаешь это. Научись наконец отвечать за свои поступки. Это справедливо, – он застегнул часы, взял папку и двинулся ко мне.

Боже, у меня сейчас внутри всё кипит. Кровь не просто бурлит, она готова взорваться и залить этим идиотам пол офиса.

Я убью его. Честное слово, убью этого мерзавца. Что он о себе возомнил?

– Я пойду решать проблему в отделе. Когда вернусь, хочу знать, что эта проблема решена, а ты перестала вести себя как истеричка, – он остановился прямо передо мной и посмотрел тем самым взглядом, которым всегда прожигал меня, когда считал, что я в чём-то виновата.

Мы несколько секунд мерились взглядами. И только когда я нарочито медленно вздохнула, он развернулся и ушёл, громко хлопнув дверью.

Я развернулась корпусом к этому идиоту.

– Это было что-то по типу защиты? Я в ней не нуждаюсь. И стирать, и гладить – я тебе ничего не собираюсь! Я тебе не прачка, чтобы делать всё это, – скрестив руки на груди, сказала я, даже не потрудившись смягчить гневный тон.

Мои губы сжались в тонкую линию, и я смотрела на него так, словно действительно могла испепелить взглядом. А потом развеять пепел по ветру.

– Могла бы сказать спасибо, что спас тебя. И да, это твоя вина. Поэтому сделай, как сказано, – спокойно произнёс он, заканчивая поправлять пиджак.

Моя челюсть отвисла. Второй раз за эту встречу. Он так беззаботно рассуждает, будто его вины здесь нет от слова совсем. Думает, я дурочка, которая не поняла, что к чему? Да этот мерзавец с самого начала гонял меня туда-сюда специально! И я более чем уверена – причина кроется в нашем «очаровательном» знакомстве.

– Я ещё и виновата? Ты сделал из меня собачку! Из-за тебя меня отчитывал мой брат! Если бы ты не заплакал, как ребёнок, а повёл себя как мужчина – ничего бы и не было! Не смей винить только меня! – я подошла ближе и ткнула пальцем в его твёрдую грудь.

Моё дыхание сейчас могло бы соревноваться с разъярённым драконом.

Он выпрямился и медленно опустил взгляд на мой палец, затем снова посмотрел мне в глаза.

– Моей вины здесь нет. Это тыиз-за своей импульсивности повела себя как дикарка. Не надо было выливать кофе – и всё было бы прекрасно, – сказал он спокойно, с ледяной тенью в голосе.

Какой нахал!

¡Que le den!(пер. с исп. —черт бы тебя побрал).

Я отпустила руку. Мой мозг сейчас просто кипит. Во мне столько слов, что даже алфавит начинает дрожать от напряжения. Говорят, больше всего злит не крик, а спокойствие. Вот оно. Его равнодушие бесит пуще всего.

– Ты просто мерзкий тип. Хам и козёл. Ты не умеешь обращаться с девушками! Если бы ты хоть раз признал свою вину и извинился за тот случай, всё было бы по-другому! Всё это на твоей совести. Мне противно даже находиться рядом. Ты – худший мужчина из всех, кого я когда-либо встречала. Надеюсь, ты никогда не женишься. Потому что любая женщина с тобой – обречена на несчастье! Ты…

Но я не успела договорить. Он резко дёрнул меня за руку и притянул к себе. Наши тела столкнулись. Я почувствовала его горячее дыхание у самых губ.

– Лучше заткнись и больше никогдане произноси такие слова в мою сторону, – процедил он, глядя то мне в глаза, то на губы. – Если ещё раз твой рот скажет такое – я найду, как его заткнуть.

– Ты никогдаменя не заткнёшь, ясно? Я буду говорить всё, что думаю о тебе, – я вздёрнула подбородок, упрямо, яростно и попыталась вырваться.

– Ты уверена? – приподнял он бровь.

Я на секунду оторвала взгляд от его руки, вцепившуюся в мою, и чётко сказала:

– Более чем.

В следующее мгновение он схватил меня за затылок, второй рукой обхватил талию и резко притянул к себе. Наши губы столкнулись – он начал целовать меня настойчиво, требовательно, грубо. Его поцелуй был горячим, грубым, с напором, от которого захватывало дух. Я стояла, как вкопанная, с широко распахнутыми глазами, в шоке. Щетина на его лице царапала кожу, вызывая мурашки.

Но уже через пару секунд я пришла в себя.

И, раскрыв рот, со всей силы прикусила его нижнюю губу. Настолько сильно, чтобы он запомнил эту боль до конца своих дней.

Он оттолкнул меня, стиснув зубы, коснулся губ, поморщился и процедил:

– Стерва.

– Козёл, – немедленно ответила я.

И, не раздумывая, приподняла колено и снова всадила туда, где у мужчин болит особенно сильно.

Он согнулся, схватившись за причинное место, и сквозь зубы выдохнул:

– Я убью тебя, сука.

Это уже звучало не как игра, а как настоящая угроза.

Но мне было плевать. Я наклонилась к нему и тихо прошептала:

– Скажу ещё раз. Учись обращаться с девушками.

Мерзавец.

И, поправив юбку, гордо вышла из кабинета, не оглядываясь.

***

Спустя минут тридцать ко мне подошла коллега, чьё имя я пока не запомнила. Кажется, она часто помогала брату с рисовками.

– Мистер Харрис просил передать, что ждёт вас в машине на парковке. Сегодня будет презентация нашего проекта, и вам пора выезжать. Вот документы, которые могут понадобиться, – протянула она мне папку.

Я поблагодарила её:

– Спасибо.

Встала из-за рабочего стола, поправив юбку, я взяла сумочку и направилась на парковку.

Моё сердце колотилось, а в голове беспорядочно роились мысли – как себя вести? Как он поведёт себя после нашего… «поцелуя» и моего заезда по его святому месту?

Должна признать – целуется он чертовски хорошо. В моём опыте вообще было мало мужчин, которые целовались действительно умело. Трое, если быть точной. Но этот засранец превзошёл их всех.

Его губы были мягкие, движения – настойчивые, а колкость щетины только сильнее раззадоривала кожу. Ладно, я готова признать, что меня это возбудило. Если бы не вся эта ситуация, я бы, наверное, поддалась порыву. Но у нас всё равно бы всё закончилось на поцелуе. После одного случая в прошлом я больше ни с кем не смогла зайти дальше. Поэтому это всё было бы… бессмысленно.

Я вышла из офиса и зашагала по парковке.

Честно, в тот момент, когда мы были в кабинете, я чувствовала себя уверенной, почти непобедимой. А сейчас испытывала какую-то трусость. Мелкая дрожь пробегала по ногам и рукам. Вот она – суть адреналина. Пока он бьёт в голову, тебе кажется, что ты можешь перевернуть весь мир. Но как только он заканчивается – ты превращаешься в бесхребетную дурочку, которая пугается любого шороха.

Я уже почти дошла до его машины, как дверь пассажирского сиденья отворилась изнутри.

Дарен откинулся в кресле, посмотрев на меня.

Козёл. Как же он меня бесит.

Я чуть приоткрыла дверцу, села в салон и положила папку на колени, сверху сложив руки.

– Что, мисс Шалтай-Болтай, даже смелости нет в глаза взглянуть? – хмыкнул этот мерзавец и тронулся с места.

Я резко повернулась к нему, уставившись так, будто он был тарелкой остывшего омлета.

– Нет. Просто если я начну разговор, то в конечном итоге могу снова не сдержаться и заехать тебе по твоим достоинствам, – холодно ответила я, хотя дрожь всё ещё не отпускала.

Меня удивляло, с каким спокойствием он себя вёл, будто в кабинете ничего не произошло. Какие антидепрессанты он принимает, интересно? И в каких дозах? Лошадиных?

– Ну, тогда мне ничего не останется, как прижать тебя к стене и снова заткнуть рот проверенным способом, – подмигнул он.

Я медленно подалась к нему, сузила глаза и ткнула пальцем в плечо:

– Ещё раз посмеешь ко мне прикоснуться – ты не отделаешься одним ударом по тому месту.

Он двумя пальцами убрал мой палец и с лёгкой грубостью в голосе сказал:

– Ещё раз посмеешь ударить меня туда – сильно пожалеешь. Не думай, что тебе это позволено.

Я молча послала ему несколько молниеносных «зарядов» глазами, после чего отвернулась к окну.

На улице всё тот же город – бесконечные высотки и шум машин. Я уже миллион раз видела эти улицы, но всё равно их эстетика каждый раз завораживала, словно я смотрела на них впервые.

***

Спустя три часа я была почти уверена: мои ноги больше никогда не смогут ходить.

На презентации проекта я постоянно бегала с бумагами и почти всё время стояла рядом с Дареном. Эти чёртовы каблуки явно задумали меня убить. Больше ни за что не надену этих высасывателей жизни.

Должна признать – Феликс и Дарен прекрасные директора. То, как они говорили, с каким спокойным, уверенным тоном представляли проект, вызывало у меня мурашки. Я сама слушала их заворожённо и пару раз даже не слышала, что меня зовут.

Сейчас Дарен вёз меня домой. Ему ещё нужно было заехать в офис поговорить с Феликсом, который задержался на собрании и должен был подтянуться чуть позже. Поэтому обратно мне пришлось ехать с мистером занудностью. И, признаюсь, я была рада, что дорога прошла спокойно. Мы не убили друг друга – уже прогресс.

И на сегодня я уже была свободна.

Идеально. Я мечтала только об одном – плюхнуться в горячую ванну и хотя бы ненадолго забыть, что такое работа.

Мне нужен отдых. И немного времени на творчество. Я уже неделю не брала кисточки в руки и скучала по этому, как по воздуху. Я живу рисованием. Каждое движение кисти по холсту заставляет моё тело будто вальсировать. Этот талант передался мне от папы. Ну, также как и Феликсу.

Чёрт, я давно не звонила родителям. Сегодня после ванны обязательно наберу. Они старомодные, у них только домашний телефон, которым они начали пользоваться недавно. Я убилась, пока учила их. Всё время приходилось звонить соседям, чтобы передать весточку. Они так и остались в маленьком городке в Пенсильвании, а мы переехали в Нью-Йорк.

Я также мечтала налить себе кофе и просто замереть хотя бы на полчаса в тишине.

Повернув голову в сторону Дарена, я заговорила:

– Тут скоро будет кофейня. Давай заедем, я возьму кофе.

Он сразу же ответил, даже не удосужившись посмотреть на меня:

– До дома не можешь потерпеть и сделать себе кофе там?

Спустя пару секунд он приложил палец к губам и закатил глаза:

– Ах да, я совсем забыл. Ты же чертовски отвратительно готовишь кофе. Так уж и быть, знаю, что такое остаться без него, поэтому заедем. Вдруг ты всё на себя прольёшь и обожжёшься, – он наконец повернулся ко мне и состроил гримасу в виде широкой улыбки.

Теперь уже на моём лице появилась гримаса шока:

– Ты отвратителен.

– Травка, перестань вести себя как стерва. Могла бы хоть раз сделать мне нормальный комплимент, – он отправил мне воздушный поцелуй.

Он что, рехнулся?

Придурок.

И какого чёрта он меня так называет?

– Не называй меня травкой. Я тебе не растение, – злобно уставилась я на него.

– А как? Сорняк? Кочерыжка… хм… Нет, будешь корень зла, – с самой серьёзной физиономией объявил он.

Я бы с радостью обвела его шею руками и задушила прямо сейчас. Но ограничилась тем, что показала ему средний палец. Он ухмыльнулся и продолжил вести машину.

Иногда я могла долго смотреть, как он водит. Как мягко крутит руль, как его сильные руки сжимаются и разжимаются… И всё это мгновенно напоминало мне о нашем «почти-поцелуе».

Его рука на моей талии…

Так, Мелисса, ты сейчас уйдёшь не в то русло. Не смей поддаваться этому.

***

Минут через десять мы остановились у той самой кофейни.

Я начала выходить из машины и с удивлением заметила, что онидёт следом.

– Ты тоже идёшь? Признайся, что остановился, потому что сам захотел кофейку, – бросила я, не оборачиваясь.

– Нет, я просто забочусь о людях вокруг тебя. Они же в смертельной опасности, пока ты рядом с ними. А я такой супергерой, который спасает их от ведьмы в твоем лице, – бурчал он где-то у меня за спиной.

Я резко остановилась. Он врезался грудью в мою спину.

Я развернулась, и мой лоб оказался ровно на уровне его подбородка.

Настоящая телебашня. Осталось только маяк прилепить на макушку. Хотя плохая идея. Максимум, что он раздаст, – свои идиотские подколы. И тогда мир точно сойдёт с ума.

– Нет, ты пошёл за мной только потому, что не можешь пропустить всё веселье. Тебе необязательно быть главным героем во всех моих передрягах. Достаточно просто периодически издеваться надо мной, – сквозь ослепляющее солнце я вгляделась в его глаза.

Он был светловолосым, голубоглазым, с загорелой кожей.

Беспроигрышный вариант, да?

А под этим солнцем он и вовсе напоминал Зевса.

И меня это бесило.

Чёрт, он был моим типажом мужчин. Но его язык отбивал всякое желание крутить с ним роман.

Вот что значит «внешность обманчива».

Он лишь хмыкнул, быстро надув губы, а потом вернул их в обычное положение.

Демон.

Почему он выглядит так чертовски привлекательно?

Но моя память всё ещё прекрасно помнила каждое его слово.

Мы вошли в кофейню, и мне повезло, что очереди почти не было. Дарен молча присел за столик, а я направилась заказывать.

– Добрый вечер. Латте, пожалуйста, с собой.

Через пару минут мне вручили стаканчик.

Я оплатила и, идя к столику, решила немного отпить. Но замерла на полпути, сморщив лицо от отвратительного вкуса. Сплошная вода. Это что такое? Просто мерзость. Такого ужасного латте я ещё нигде не пила. И, между прочим, я умею готовить кофе. Просто этому козлу я не собиралась варить тот кофе, каким угощала свою семью.

Я развернулась и решительно направилась к стойке, намереваясь либо вернуть деньги, либо потребовать нормальный напиток. Но за мной уже выстроилась очередь из двух человек. Я немного потопталась, наблюдая за баристой.Мошенник. Он действительно обманывает людей. Я видела, как он не добавлял даже половины ингредиентов. Мало кто это заметит, но я – заметила. Пока клиенты отвлекались, он, как крыса, разбавлял напитки водой.

Когда подошла моя очередь, я поставила стаканчик на стойку и спокойно, но твёрдо заговорила:

– Эй, приятель. Я прекрасно вижу, как ты дуришь посетителей. Этот кофе невозможно пить. Либо возвращай деньги, либо сделай мне нормальный латте.

Он повернулся ко мне и, подходя ближе, протянул с наигранным удивлением:

– Я не понимаю, о чём вы, мадам. Это настоящий латте. Может, вы просто никогда не пробовали оригинал? – он приподнял брови и начал меня разглядывать.

Он вёл по мне взглядом, и потом тихо, мерзко добавил:

– Может, договоримся? – игриво шевельнул бровями и скосил глаза на мою грудь.

Как же это было омерзительно.

Я удушу его прямо сейчас.

Я приблизилась, схватила его за воротник рубашки и резко притянула к себе:

– Ты мелкий извращенец и обманщик. Думаешь, я буду торговать своим телом из-за стаканчика кофе? Я сейчас натяну его тебе на голову, – заорала я на всю кофейню и оттолкнула его от себя.

Пусть все видят, кто он на самом деле.

– Малышка, ты неправильно играешь, – процедил он, начиная выходить из-за стойки. – На твоём месте я бы заткнул свой сладкий ротик и принял предложение. Но ты не оставила мне выбора, сучка. Сейчас ты за это ответишь.

Он уже потянулся ко мне, когда я схватила деревянную доску со стойки и со всего размаху заехала ему по голове. Он отшатнулся, но тут же успел вцепиться мне в локоть. Но не успел ничего сказать, как отлетел назад.

– Не смей к ней прикасаться, иначе останешься без конечностей, – прозвучал злой голос Дарена.

Чёрт. Вот это уже проблема.

Хотя… Мелисса, ты только сейчас поняла, что всё вышло из-под контроля?

Извращенец, пошатываясь, ринулся на Дарена, но тот ловко скрутил ему руки и, прижав его щекой к стойке, проговорил тихо, но так, что мурашки побежали:

– На твоём месте я бы не стал усугублять ситуацию. Хочешь уйти отсюда живым – делай, что я говорю. Сейчас ты послушно заведешь свой зад обратно за стойку и будешь варить кофе, будто ничего не случилось. Если ты решишь ещё раз раскрыть свою пасть или полезть к ней – обещаю, закончится для тебя это очень плохо.

Дарен сильнее толкнул его в стойку, а потом отпустил.

Я оглянулась – люди вокруг ахали, кто-то снимал на телефон. Дарен поправил пиджак, откинул с плеча невидимую пылинку, взял меня за локоть и повёл прочь из кофейни.

– Пошли, – процедил он сквозь зубы.

Но мой кофе… и мои деньги…

Я работала целыми сутками, чтобы заработать каждый пенни. Я не собиралась так просто уходить.

– Но я еще не взяла свое кофе, – пробормотала я и дёрнула руку, пытаясь вырваться.

Он остановился, повернулся ко мне и слегка тряхнул за плечи:

– Ты совсем чокнутая? Тебе мало того, что ты устроила?! Закрой рот и иди, – он снова схватил меня за локоть и потащил к двери.

Но сзади вдруг раздались крики того ублюдка:

– Научи эту сучку хорошим манерам! Её надо хорошенько оттрахать, особенно её рот!

О боже. Я бы сама сейчас разбила ему голову, но чувствую, это сделает мужчина рядом.

Дарен резко остановился.

Он медленно отпустил меня и с каким-то ледяным спокойствием двинулся обратно к стойке.

От него исходил такой опасный холод, что меня передёрнуло.

Вот как он выглядит в гневе.

Интересно, бывают ситуации ещё хуже?

Хотя даже этого достаточно, чтобы захотеть не перечить.

Дарен подошёл к баристе, схватил его за нос и начал выворачивать.

На всю кофейню раздался жуткий вопль.

Фу. Зачем я на это посмотрела? Гадость.

– Я тебя предупреждал, мразь, – сказал Дарен с мерзко спокойным лицом. – Теперь ходи и освещай дорогу своим носом, как уличный фонарь.

И с этими словам