«Код „Заря“: Эфир
Активация
Книга 1
Пролог
В безвоздушной пустоте, за миллионы километров от голубого шарика по имени Земля, корабль-матка «Зонд-Наблюдатель 734» выпустил в пространство тонкий, невидимый луч. Это был не луч разрушения. Это был скальпель. Инструмент для тонкой хирургии разума и тела, предназначенный для активации латентного потенциала у заранее отобранных особей вида Homo Sapiens. Протокол «Ковчег». Цель – найти пилотов, способных выдержать пустоту между мирами и колонизировать новые планеты для Империи Создателей.
Луч, как шепот в толпе, должен был коснуться лишь избранных. Но расчеты не учли аномалию.
На заброшенной военной базе «Горизонт», затерянной в сибирской тайге, в усиленном бункере лежал артефакт, классифицированный как «Объект Резонанс-7». Обломок метеорита, испещренный неестественно правильными кристаллическими структурами. Он десятилетиями молчал, отвечая на все попытки изучения мертвым молчанием.
Волна «Ковчега» коснулась его.
«Резонанс-7» проснулся. Не как приемник, а как усилитель. Он впитал в себя тонкий луч Создателей, перекрутил его, наполнил хаотичной, дикой энергией собственной, куда более древней природы и выбросил обратно. Гигантский, мутагенный импульс, вторичная волна, накрыл планету менее чем через секунду после первой.
На мониторах «Зонда-Наблюдателя» данные пошли вразнос. Протокол «Ковчег» провален. Зафиксирован выброс энергии класса «Омега» – категория, означающая «неизученная угроза высшего уровня».
Командир миссии, существо с холодной, прагматичной логикой, не колеблясь ни секунды. Риск заражения собственных систем был неприемлем. Протокол «Ковчег» был аварийно свернут. Стандартная система мониторинга (кодовое имя: DeepSeek) была оставлена на планете для сбора данных в пассивном режиме. Корабль развернулся и ушел в сверхсветовое, оставив за собой не готовых к колонизации пилотов, а мир, погружающийся в ад непредвиденной мутации.
Создатели сбежали. А счет предъявить было некому.
Часть 1: Обломки привычного мира
Глава 1
Сорок три года – возраст, когда уже не ждешь от жизни чудес. Ждешь покоя. Глеб Валентинович Орлов сидел за своим старым, но надежным защищенным ноутбуком и именно о покое и думал. В ушах мягко звучали хриплые гитары «Алисы» – его личная классика, музыка юности, которая до сих пор помогала собраться с мыслями. Карие глаза, обычно живые и пронзительные, сейчас были уставшими. Он провел рукой по русым волосам, в которых у висков уже серебрилась заметная проседь. Не возрастная, нет. «Наградная», как он в шутку называл – за годы работы рядом с секретами, от которых обычный человек сойдет с ума.
На экране – зашифрованные файлы с базы «Горизонт». Старые данные по проекту «Резонанс». Его лебединая песня. Теории, которые высмеяли прагматичные военные. «Фантазии, Орлов! – говорил ему генерал Крутов. – Нам нужны конкретные ТТХ, а не ваши гипотезы о «пространственных камертонах».
Глеб отхлебнул остывшего чая. Он был не оперативником. Он был мозгом. Аналитиком, тактиком, учителем. Он направлял молодых, генерировал идеи, строил прогнозы. А потом ушел, когда понял, что его «фантазии» упрутся в глухую стену генеральского непонимания.
Вздохнув, он потянулся за пачкой сигарет. И в этот момент мир взорвался.
Это не был звук. Это было абсолютное ничто, ворвавшееся в реальность и разорвавшее ее на части. Ослепительная белизна залила все. Стекло окна не треснуло – оно превратилось в облако мельчайших, острых осколков, которое с грохотом ворвалось в комнату. Ударная волна отшвырнула Глеба вместе с креслом к дальней стене. Голова ударилась о бетонную стену. Боль, острая и короткая. Потом – тишина. И тьма.
Глава 2
Первым вернулось обоняние. Пахло гарью, пылью и электрикой, словно от короткого замыкания. Потом слух. Но это был не привычный звон в ушах после взрыва. Это был низкий, навязчивый гул, словно где-то работал исполинский трансформатор.
Глеб открыл глаза. Мир плыл. Потолок был усыпан штукатуркой. Стекла на полу хрустели под ним, когда он попытался пошевелиться. Все тело ныло, по лицу и рукам струилась кровь из мелких порезов. Он был контужен. Это он понял сразу, по старой памяти.
«Тобик!» – его голос прозвучал хрипло и глухо, будто из соседней комнаты.
Ответом был тихий скулеж. Из-под обломков книжного стола выползла немецкая овчарка. Пес тряс головой, пошатывался, но, увидев хозяина, радостно вильнул хвостом и подбежал, осторожно облизывая его окровавленную руку.
– Жив, браток? Жив… – Глеб обнял собаку за шею, чувствуя, как трясутся его собственные руки. Он был патриотом не на словах. Он любил эту землю, свой дом, свою собаку. И сейчас инстинкт защитить свое было сильнее боли.
Он попытался встать, опираясь на стену. Комната выглядела как после бомбежки. И тогда он осознал – гул в ушах изменился. Он структурировался. Превратился в четкую, механическую, абсолютно чужеродную последовательность звуков, которая звучала не снаружи, а прямо в его черепе.
*[Обнаружен совместимый носитель. Нейро-синаптические параметры в допустимом диапазоне. Протокол "Прометей" активирован. Новый пользователь зарегистрирован. Сканирование биосигнатуры… Сканирование завершено. Орлов Глеб Валентинович. Идентификатор: Прометей-01. Инициализация системы DeepSeek…]*
Глеб замер. Это был не бред. Не галлюцинация контуженного мозга. Слишком четко, слишком логично. Его аналитический ум, привыкший к сложным системам и шифрам, ухватился за это сообщение как за нить.
– DeepSeek? – хрипло произнес он вслух, пробуя название.
В ответ в его поле зрения, прямо на сетчатке, возникли полупрозрачные голографические интерфейсы. Простые, интуитивные. Полоска здоровья, частично заполненная красным. Миникарта местности с помехами. Несколько иконок с непонятными символами.
Система. Как в компьютерной игре. Только игра эта была со смертью.
Глава 3
Глеб действовал на автопилоте, заложенном годами тренировок и инструктажей. Сначала – безопасность и оценка угроз. Он отполз в угол, откуда был виден проем двери, и замер, прислушиваясь. Снаружи доносились крики, отдаленные взрывы, вой сирен. Но не машин МЧС, а какой-то другой, пронзительной тональности.
Затем – здоровье. Стараясь не обращать внимания на плавающие перед глазами интерфейсы, он осмотрел себя. Порезы, ушибы, вероятно, сотрясение. Ничего смертельного. Аптечка была в прихожей, в бронированном шкафу. Рядом с оружием.
Он подполз к шкафу, ввел код. Травмат, переделанный им же под боевой патрон, лежал на своем месте. Две обоймы. Рядом – тактическая аптечка. Он обработал раны, наложил повязки. Действия были выверенными, экономичными. Насилие было для него инструментом, которым он давно не пользовался, но который содержал в идеальном порядке.
«Тобик, ко мне. Тихо».
Пес прижался к его ноге, настороженно вглядываясь в разрушенный дверной проем.
Глеб подошел к окну, вернее, к тому, что от него осталось. Вид города парализовал его. Несколько кварталов дальше зияли огнем и дымом – там, где был эпицентр, судя по всему. Небо было не черным от дыма, а переливалось странными, фиолетово-зелеными сполохами, как северное сияние в аду. По улицам метались люди. Но не все.
Некоторые стояли неподвижно или медленно брели, и их тела покрывали странные, похожие на кристаллы наросты, которые слабо светились изнутри тем же фиолетовым светом. Мутанты. Первая волна.
Его ум, аналитический и дедуктивный, уже отбросил версии теракта или обычной техногенной катастрофы. Масштаб, природа повреждений, эти энергетические сполохи… Это было что-то иное. Нечто глобальное.
Он мысленно сфокусировался на интерфейсе системы.
Запрос: Определение природы события, – приказал он внутренним голосом.
[Данные отсутствуют. Требуется калибровка. Для доступа к базе данных необходим апгрейд ядра или внешний источник информации.]
«Внешний источник… – Глеб посмотрел на горящий город. – Понятно. Значит, пойдем искать».
Глава 4
Первый выход в новый мир был похож на выход из воздушного шлюза в открытый космос. Давление привычной реальности исчезло, сменившись леденящим вакуумом хаоса.
Воздух был густым и горьким от гари и какого-то химического привкуса, щекотавшего ноздри. Глеб двигался по своему району, используя все свои навыки скрытного перемещения. Тобик шел следом, прижимаясь к стенам, его уши были прижаты, нос постоянно вздрагивал, улавливая тысячи новых, опасных запахов.
Они встретили первых мутантов в двух кварталах от дома. Это были не монстры. Это были люди. Пожилая женщина с кристаллическими наростами, проросшими сквозь ее домашний халат, сидела на корточках и качалась, тихо напевая детскую песенку. Ее глаза были мутными и невидящими. Молодой парень, у которого один рукав куртки разорван вздувшейся, покрытой жидкими кристаллами рукой, бесцельно бродил по улице, натыкаясь на машины.
Глеб сжал рукоять травмата. Его принцип «насилие – последний аргумент» столкнулся с новой реальностью. Стрелять в них? Они не нападали. Они были жертвами. Он обошел их, пользуясь системой. Миникарта с помехами все же показывала их как туманные желтые метки. «Нейтральные объекты», – подсказала ему логика.
Но потом Тобик тихо зарычал. На карте появились три красные точки. Из-за угла вышли трое. Не мутанты. Люди. Один с битой, двое с ножами. В их глазах читалась не потерянность, а дикая, хищная жадность.
– Эй, дед! – крикнул тот, что с битой. – Сумка-то у тебя хорошая! А собака – мясо!
Глеб не стал ничего говорить. Диалог с такими велся на одном языке – языке силы. Но сила была не в мускулах. Он быстро оценил обстановку. Позади мародеров, в переулке, он заметил движение – те же желтые метки. Мутанты.
Он мысленно скомандовал системе: Отметить нейтральные объекты в радиусе 50 метров как потенциальный отвлекающий фактор.
Система послушно подсветила переулок.
Глеб резко поднял травмат и выстрелил не в людей, а в стену дома над их головами. Грохот выстрела в напряженной тишине апокалипсиса прозвучал как взрыв гранаты.
– Огонь! – среагировал один из мародеров.
Но Глеб уже отскочил за угол. Мародеры, адреналин в крови, рванули за ним. Как он и рассчитывал, они пронеслись мимо переулка. Крики мутантов, внезапно потревоженных, и дикие вопли мародеров смешались behind him. Он не оборачивался. Инструмент сработал. Точный и без лишнего насилия.
Глава 5
Через час блужданий по задворкам Глеб понял главное: система реагировала на его мысли, но была ограничена. Она как бы ждала команд. Он подошел к покореженному фонарному столбу, от которого исходило слабое фиолетовое свечение, похожее на свет от мутантов.
Запрос: Сканировать аномальный энергообъект, – скомандовал он мысленно.
Перед его глазами пробежала строка данных.
[Объект: Нестабильный энергетический кластер. Тип: Резонансное излучение, класс "Омега". Уровень угрозы: низкий. Возможность взаимодействия: отсутствует. Данные записаны в журнал. Прогресс калибровки: 1.3%.]
«Резонансное излучение… – Глеб почувствовал холодный ком в желудке. – Омега…» Он знал эту классификацию. Свою, внутреннюю, с базы «Горизонт». Он сам ее и ввел для явлений, не поддающихся объяснению. Так он маркировал свои самые безумные гипотезы по проекту «Резонанс».
Куски пазла начали складываться в его голове. Взрыв, природа которого неясна. Мутации, вызванные излучением. Система в его голове, явно инопланетного происхождения. И его старые исследования.
Он нашел относительно уцелевшую аптеку и, убедившись, что внутри никого нет, зашел. Нужны были антибиотики, обезболивающее, бинты. Тобик остался у входа на стороже.
Пока он наполнял рюкзак, система внезапно выдала предупреждение:
[Обнаружена аномалия класса "Омега". Биологическая угроза. Уровень: средний. Приближается.]
Одновременно Тобик издал сдавленный вой.
Глеб присел за стойку, приставив палец к губам. Пес замер.
В аптеку вошло… нечто. Это был человек, вернее, его подобие. Его кожа была полностью покрыта темно-серыми, каменными наростами. Одна рука превратилась в подобие огромной кувалды. Оно двигалось медленно, тяжело дыша. Его глаза были пусты. Оно обошло помещение, его «кулак» с грохотом проломил витрину с витаминами, словно ища что-то. Потом так же медленно вышло.
«Не мутант… – подумал Глеб, глядя на оставленные им следы – вмятины в линолеуме. – Это уже нечто другое. Тварь».
Глава 6
Целью Глеба было общежитие университета, где жила Аня. Его «временная девушка». Так он сам для себя определял их отношения. Ему – сорок три, ей – двадцать три. Студентка-биолог, умная, ироничная и до странности спокойная. Он ценил это спокойствие. Сейчас он понимал, что ей могло грозить.
Путь лежал через парк. И это была ошибка.
Растительность мутировала первой и наиболее заметно. Деревья скрючились, их ветви стали похожи на щупальца, покрытые ядовито-желтыми пятнами. Трава выросла до пояса и шелестела, словно живая. Система показывала десятки желтых и несколько красных меток.
Они шли по центральной аллее, когда Тобик снова зарычал. На этот раз громко, предупреждающе.
Из зарослей выползли три мутировавших бродячих пса. Они были больше своих предков, клыки удлинились, а из пастей капала едкая слюна. Но самое страшное – из их спин торчали острые, похожие на шипы роз, костяные отростки. Красные метки. Враждебные.
Один из псов, самый крупный, бросился на Тобика. Немецкая овчарка, верный друг и защитник, встретил его рыком. Но мутант был сильнее.
Глеб не стрелял. Патронов было мало, а шум мог привлечь что-то похуже. Его ум работал быстро. Он заметил, что твари не решаются наступать на участок аллеи, где лежал перевернутый фонарный столб, все еще испускавший фиолетовое свечение.
«Боятся резонанса? Или это для них как ток?»
Запрос системе: Проанализировать реакцию мутировавших организмов на аномалии класса "Омега".
[Гипотеза: Нестабильные кластеры излучения нарушают их биосигнатуру. Приближение вызывает боль и дезориентацию. Данные требуют проверки.]
Этого было достаточно. Глеб свистнул. Тобик, отбиваясь, отскочил к нему. Глеб схватил длинную ветку с земли и, как биту, ударил по светящемуся фонарному столбу. Искры посыпались во все стороны. Эффект был мгновенным. Мутировавшие псы с визгом отпрянули, заскулили и скрылись в зарослях.
Глеб тяжело дышал. Это была не победа. Это была отсрочка. Он посмотрел на свою руку. Кожа слегка покраснела и зудела – побочный эффект близости к излучению. Система выдала новое сообщение:
[Обнаружена частичная резистентность к излучению класса "Омега". Анализ… Связано с биосигнатурой носителя. Причина: неизвестна.]
«Неизвестна… – усмехнулся Глеб про себя. – Или очень даже известна?»
Он двинулся дальше, к общежитию, с растущей уверенностью, что катастрофа была напрямую связана с его работой. И с ощущением тяжелой вины.
Глава 7
Общежитие университета представляло собой жуткое зрелище. Девятиэтажная бетонная коробка, одна из стен которой была частично обрушена, будто гигантский молот ударил по ней сбоку. Из проломов свисали оборванные провода, клубился дым. Окна в большинстве своем были выбиты, и из них доносились крики, плач и иногда – тот самый пронзительный визг, который Глеб уже слышал ранее.
Система зафиксировала десятки сигналов. В основном желтые – нейтральные или испуганные люди, запертые в своих комнатах. Но были и красные. Несколько. Они быстро перемещались по этажам.
«Кричащие», – мысленно обозначил их Глеб.
Тобик, чувствуя напряжение хозяина, прижал уши и ощетинился. Глеб погладил его по загривку.
– Тихо, браток. Сейчас найдем нашу дурочку.
Он знал, что Аня жила на третьем этаже, в комнате 317. Подъезд был завален обломками, но аварийный выход через соседнее крыло, судя по всему, уцелел. Дверь в него была выломана.
Внутри пахло смертью. Не метафорической, а самой что ни на есть настоящей – сладковато-приторный запах разложения смешивался с химическим смрадом мутации. Глеб двинулся по коридору, держа травмат наготове. Его шаги отдавались гулко в зловещей тишине, нарушаемой лишь завыванием ветра в разбитых окнах.
Система выдала предупреждение:
[Обнаружена биологическая угроза. Тип: "Кричащий". Уровень: высокий. Приближается.]
Из-за поворота коридора выскочило существо. Оно когда-то было человеком. Теперь же это была тварь с неестественно вытянутыми конечностями, бледной, почти прозрачной кожей, через которую проступали синие вены. Но самое страшное – ее рот, растянутый в беззвучном крике, который вот-вок должен был обрушиться на жертву.
Глеб не дал ему шанса. Его аналитический ум уже проанализировал угрозу. «Кричащий» – звуковая атака, оглушение. Значит, нужно поразить до начала атаки. Он прицелился не в корпус, а в голову. Мысленная команда системе: Пометить цель. Выделить уязвимые зоны.
Система ответила мгновенно, подсветив голову твари красным контуром. Выстрел прозвучал глухо. Пуля попала точно в глазницу. Тварь рухнула, не успев издать ни звука.
– Экономия патронов… – прошептал Глеб, перезаряжая оружие. – Но надолго ли их хватит?
Он поднялся по лестнице на третий этаж. Здесь было тише. Двери многих комнат были за barricaded изнутри – кто-то пытался выжить. Он дошел до 317-й. Дверь была закрыта, но из-под нее шел свет фонарика.
– Аня! – тихо, но властно позвал он, постучав костяшками пальцев.
Мгновение тишины, потом скрип щеколды. Дверь приоткрылась на цепочку. В щели блеснул испуганный, но узнавший его глаз.
– Глеб?.. Боже… Ты живой…
Дверь распахнулась. Аня стояла в легких спортивных штанах и растянутой футболке, в руках она сжимала самодельное устройство – пластиковую бутылку с какими-то трубками и проводами. Запах аммиака и серы ударил в нос.
– Что это? – кивнул Глеб на бутылку, заходя внутрь и тут же закрывая дверь.
– Импровизированный огнемет… ну, или перцовый баллончик… с элементами гремучего газа, – она попыталась улыбнуться, но получилась жалкая гримаса. Ее лицо было бледным, но в глазах читалась не паника, а сосредоточенность ученого, столкнувшегося с необъяснимым явлением. – Я… я видела, что происходит с людьми. С растениями. Это какая-то биологическая катастрофа, Глеб. Мутация на уровне, который… который невозможен.
– Возможен, – мрачно ответил он, осматривая комнату. Окно было забито досками. На столе стояла кружка с холодным чаем и лежала открытая тетрадь с химическими формулами. – Я думаю, это связано с моей работой.
В этот момент из-под кровати раздался шорох. Тобик насторожился, но Глеб успокаивающе положил руку ему на голову.
– Выходи, Макс, это свой, – сказала Аня.
Из-под кровати, буквально сливаясь с тенями, выполз худощавый парень лет двадцати, в очках с толстыми линзами и с ноутбуком, прижатым к груди как святыня.
– Я… я не испугался, – пробормотал он. – Я просто проводил… тактический анализ электромагнитной обстановки. Здесь аномалии.
Глеб оценивающе посмотрел на него. Парень был напуган до полусмерти, но в его глазах, за стеклами очков, горел огонек одержимости. Тот самый огонек, который Глеб видел у лучших технарей на базе «Горизонт».
– Максим, – представился парень, с трудом поднимаясь на ноги. – Факультет кибернетики. Вы… вы тот самый Глеб? Тот, с секретной работы, про которую Аня ничего не рассказывала?
– Тот самый, – коротко кивнул Глеб. Его взгляд упал на ноутбук Максима. На экране бежали строки кода, перемежающиеся с графиками частот. – Что это?
– Это… я не знаю, что произошло, но в эфире сейчас один сплошной шум, – Максим оживился, его голос приобрел уверенность специалиста. – Но есть один стабильный сигнал. Очень сложный, модулированный. Он… он похож на поток данных. И он повсюду. И он… – Максим посмотрел на Глеба с внезапным подозрением. – Он сейчас исходит от вас.
Глеб почувствовал, как внутри него что-то щелкнуло. Система в его голове отреагировала на слова парня.
[Обнаружено внешнее сканирование в низкочастотном диапазоне. Угрозы не представляет. Источник: примитивное устройство на кремниевой основе.]
«Примитивное…» – мысленно усмехнулся Глеб. Он принял решение. Скрывать это бессмысленно.
– У меня в голове… система, – сказал он прямо, глядя попеременно на Аню и Максима. – Похоже, инопланетного происхождения. Активировалась после взрыва. Она дает мне некоторые данные. И, кажется, способности.
Аня смотрела на него с ужасом и научным интересом. Максим же аж подпрыгнул.
– Я ЗНАЛ! – выдохнул он. – Квантовый интерфейс! Прямое нейрокомпьютерное взаимодействие! Это же… это же прорыв! Можно посмотреть?
– Макс, не сейчас, – строго сказала Аня, но Глеб поднял руку.
– Можно. Но позже. Сначала нам нужно выбраться отсюда. Этот сигнал, что ты поймал… Ты можешь определить его источник?
Максим с энтузиазмом закивал.
– Конечно! Я уже записал его и запустил триангуляцию. Но для точности нужны еще точки… Ваша… система… могла бы стать идеальным приемником! Если мы синхронизируемся…
Глеб смотрел на эту странную пару – биолога с импровизированным химическим оружием и программиста, пытающегося взломать апокалипсис. Его аналитический ум уже оценивал их шансы. Аня – связь с новой, мутировавшей биосферой. Максим – ключ к пониманию системы и технологий. А он сам… он был мозгом. Тактиком. И носителем оружия, которое, как он теперь понимал, было гораздо страшнее травмата.
– Хорошо, – сказал Глеб. – Вот что будем делать. Собирайте все необходимое: лекарства, еду, воду, твои реактивы, – он кивнул Ане. – И твой ноутбук, – посмотрел на Максима. – Мы уходим.
– Куда? – спросила Аня, уже начиная собирать рюкзак с профессиональной сноровкой.
Глеб подошел к забитому окну, отодвинул одну из досок и посмотрел на север, в сторону, где когда-то находилась секретная база «Горизонт».
– Туда, где начался этот ад. На базу. Ответы должны быть там.
В его голове система откликнулась:
[Новая цель задана: База "Горизонт". Расчетный маршрут построен. Предупреждение: маршрут насыщен аномалиями класса "Омега" и биологическими угрозами высокого уровня.]
Глеб мысленно скомандовал:
Принять к сведению. Начинаем калибровку в движении.
Он повернулся к своим новым союзникам. В его карих глазах горел холодный огонь решимости и той самой русской смекалки, которую не прописать ни в одном протоколе.
– Пора в дорогу. Нас ждут ответы. И, возможно, оружие, чтобы предъявить счет тем, кто это устроил.
Глава 8
Путь из общежития был подобен движению сквозь минное поле, где каждая мина была живой, разумной и жаждала их плоти. Они спустились по аварийной лестнице, которая местами проваливалась под ногами, издавая зловещий скрип. Глеб шел первым, его senses, обостренные системой и годами тренировок, улавливали малейшее движение. Тобик шел сразу за ним, его мутировавшее обоняние улавливало угрозы там, где система еще молчала.
Аня и Максим следовали за ними. Девушка двигалась удивительно собранно, ее биологический ум уже классифицировал увиденное: «Ускоренный метаболизм растительных тканей», «Кристаллизация белковых структур». Максим же, наоборот, был похож на перепуганного ежа, но его пальцы не выпускали ноутбук, а взгляд постоянно бегал по экрану, считывая данные.
Они вышли в узкий внутренний двор между общежитиями, который раньше был местом для курения студентов. Теперь он напоминал адский сад. Асфальт вздулся и потрескался, и из трещин прорвались огромные, похожие на кактусы, растения с шипами, сочившимися черной жидкостью. Воздух был густым и сладким, от него першило в горле.
[Обнаружена био-химическая угроза. Аэрозольные токсины. Уровень: низкий. Рекомендация: ограничить дыхание, использовать респиратор.]
Глеб жестом остановил группу, достал из рюкзака аптечки и протянул Ане и Максиму медицинские маски.
– Намочите их водой. Это не идеально, но поможет.
Пока они выполняли его указание, его взгляд упал на стену соседнего здания. По кирпичной кладке ползли, словно живые, фиолетовые прожилки, те самые, что он видел раньше. Они пульсировали в такт мерцанию неба, и в такт этой пульсации шипы на растениях ритмично подрагивали.
– Движение… синхронизировано, – тихо проговорила Аня, следуя за его взглядом. – Как будто вся эта… биомасса управляется одним ритмом. Одним сердцем.
– Или одним передатчиком, – добавил Максим, тыча пальцем в экран ноутбука. – Смотрите! ЭМ-карта. Эти полосы – они идеально совпадают с теми аномальными частотами, что я ловлю. Это как… проводящая сеть. Глеб, ваша система не может с этим взаимодействовать?
Глеб сконцентрировался.
Запрос: Взаимодействие с аномальной биосетью.
Система ответила не сразу. Впервые он почувствовал нечто вроде задержки, будто она производила сложные вычисления.
*[Обнаружена распределенная биологическая сеть. Уровень сложности: высокий. Природа: гибридная, органико-энергетическая. Доступ к управлению: закрыт. Требуются права администратора или внешний ключ. Обнаружены следы чужеродного протокола. Сходство с базовыми протоколами системы: 23%.]*
– Не может, – резюмировал Глеб вслух. – Сеть чужая. Но на 23% похожа на ту, что в моей голове. Значит, у них общий корень.
– «Создатели»? – предположила Аня.
– Или то, с чем они столкнулись, – мрачно ответил Глеб. – Двигаемся. Через этот двор есть выход на улицу Ленина. Там должны быть машины.
Они двинулись, обходя ядовитые растения. Тобик шел, ощетинившись, его нос вздрагивал, улавливая запахи, невидимые для человека. Внезапно он замер и тихо зарычал, смотря на один из особенно крупных «кактусов».
Глеб поднял руку. Все остановились.
Запрос системе: Глубокое сканирование указанного объекта.
Интерфейс мигнул, и растение на карте засветилось не желтым, а оранжевым цветом.
[Объект: Мутировавший Cereus. Уровень угрозы: средний. Особенность: симбиотическая связь с организмом класса "Скрытный".]
– Отходим! – скомандовал Глеб, но было поздно.
Из-за спины «кактуса», из тени, бесшумно выпорхнуло нечто небольшое и стремительное. Это была птица, воробей, но его клюв превратился в длинную, полую иглу, а перья стали жесткими и острыми, как бритвы. Она пикировала прямо на Максима.
Парень в ужасе вскрикнул и поднял руки, защищая лицо. Но Глеб среагировал быстрее. Он не стал стрелять – слишком малая цель. Вместо этого он сконцентрировался на ощущении, что возникло при использовании «Кинетического резонанса» в парке. Слабая, направленная ударная волна. Не чтобы убить, а чтобы отбросить.
Он резко выдохнул и сделал толкающее движение рукой. Воздух перед его ладонью задрожал. Птицу, долетевшую до Максима в сантиметрах, отшвырнуло в сторону, будто она врезалась в невидимую стену. Она с писком ударилась о стену и замерла.
Глеб почувствовал легкое головокружение и прилив тошноты. Как после бессонной ночи.
– Спасибо… – прошептал Максим, весь бледный.
– Не благодари. Энергии уходит много. На всех птиц не напасешься.
Аня между тем подошла к оглушенной птице. Она была жива. Девушка аккуратно, пинцетом, извлекла из ее клюва каплю прозрачной жидкости.
– Нейротоксин, – определила она, понюхав. – Быстродействующий. Паралич. Смотрите, – она показала на «кактус». – Шипы выделяют ту же субстанцию. Симбиоз. Растение приманивает жертву запахом, птица атакует и парализует, потом они совместно… потребляют.
Ее голос дрогнул. Научный интерес столкнулся с леденящим душу ужасом новой экосистемы.
– Прекрасный новый мир, – с горькой иронией произнес Глеб. – Максим, как там с сигналом? Мы идем в нужном направлении?
Максим, все еще дрожа, взглянул на экран.
– Да… Источник вашего сигнала и тот, главный, который я ловил, они… они начинают синхронизироваться. Чем дальше мы идем, тем сильнее. Как будто ваша система тянется к чему-то.
– К базе «Горизонт», – уверенно сказал Глеб. – Значит, мы на правильном пути.
Они миновали двор и вышли на улицу Ленина. Картина, открывшаяся им, была хуже любой боевой кинохроники. Десятки разбитых и сгоревших машин образовали настоящую свалку. Среди них метались люди – одни в панике, другие с диким, хищным оскалом. Сверху, с балконов, доносились выстрелы – кто-то отстреливался. А посреди всего этого, не спеша, прогуливались мутанты. Не страдающие, как первые, а уверенные в себе. Их кристаллические наросты были больше, ярче светились, а в глазах читался не бред, а холодный, чужой интеллект.
И тогда Глеб увидел их. В дальнем конце улицы, метров за триста, стояли трое. Они не походили на остальных. Их одежда была целой, тактической, на головах – шлемы с затемненными стеклами. В руках – оружие, не человеческое. Что-то струйное, без видимых стволов. Они методично, без суеты, осматривали местность. Один из них поднял руку, и на его ладони возник голографический интерфейс, до боли знакомый Глебу по его собственной системе.
*[Обнаружены другие пользователи системы. Идентификаторы: Охотник-07, Охотник-11, Охотник-15. Статус: Враждебный. Протокол: Очистка территории.]*
– Охотники, – прошептал Глеб, прижимаясь к стене и оттягивая за собой Аню и Максима назад, в тень подъезда. – Те, кого выбрали… и кто служит им.
– Кто? – спросила Аня, заглядывая ему через плечо.
– Инопланетяне. «Создатели». Они здесь. Или их слуги. И они явно не с миром.
Охотник-07, тот, что с интерфейсом, вдруг резко повернул голову в их сторону. Его шлем был направлен точно на их укрытие. Он что-то сказал своим напарникам, и те плавно развернули свое оружие.
Глеб почувствовал, как по его спине пробежал холодок. Это была не слепая агрессия мародеров. Это была организованная, технологичная опасность. Охота началась.
– Нам нужно уходить. Сейчас же, – его голос был тихим, но в нем зазвучала сталь. – У них есть сканеры. Максим, отключи весь свой софт, все излучатели. Аня, за нейтрализацию запахов, если можешь. Тобик, тихо.
Он посмотрел на своих спутников, потом на красные метки на карте, которые начали медленное, целенаправленное движение к их позиции. Его аналитический ум уже просчитывал варианты. Прямой бой – самоубийство. Бегство – единственный шанс.
– Мы не будем с ними драться, – сказал Глеб. – Мы их обойдем. У меня есть идея.
Глава 9
План родился в его голове мгновенно, как вспышка – не логичный, построенный на долгом анализе, а интуитивный, основанный на той самой русской смекалке, что всегда выручала его в безвыходных ситуациях. Он видел улицу как шахматную доску, а Охотников – как тяжелые фигуры, которые можно обойти пешками.
– Слушайте, – его голос был тихим, но властным, заставляя Аню и Максима замереть. – Они видят нас через энергетические подписи. Мою систему, твой ноутбук, Макс. Значит, нужно создать им более яркую мишень.
Он указал на полуразрушенный супермаркет через дорогу. Из его проломов валил густой черный дым, а внутри что-то горело ярким пламенем.
– Там горит. Огню сопутствуют мощные энерговыбросы, тепловые и электромагнитные. Это создаст помехи их сканерам. Но нам нужно отвлечь их внимание именно на этот сектор.
– Как? – спросила Аня, сжимая в руках свою бутылку с химикатами. – Я могу попробовать создать взрыв…
– Слишком рискованно и долго, – отрезал Глеб. Его взгляд упал на старый рекламный щит, висевший над их головами. Он был обесточен, но на его металлической раме висели клочья проводов. – Максим, ты сказал, что эти фиолетовые прожилки – это проводящая сеть. Можешь использовать свой ноутбук, чтобы послать по ней импульс? Небольшой, но заметный.
Максим сглотнул, но его глаза загорелись азартом.
– Могу… Я записал паттерн их сигнала. Если я передам его же, но с усилением, это будет похоже на… на крик другого пользователя системы. Но это ненадолго. И они могут запеленговать меня.
– Им не придется, – Глеб посмотрел на Тобика. – Браток, помнишь, как мы охотились на уток? Нужно сделать подсадную.
Он мысленно скомандовал системе:
Запрос: Возможно ли создать энергетический фантом? Имитацию биосигнатуры носителя?
Система выдала неожиданно быстрый ответ.
*[Функция "Эхо-призрак" доступна. Принцип: кратковременная проекция искаженной копии сигнатуры носителя на указанные координаты. Дальность: 50 метров. Длительность: 15 секунд. Расход энергии: 40% от текущего запаса. Активность способностей будет заблокирована на 3 минуты после использования.]*
Рискованно. Очень. Но выбора не было.
– Хорошо. Вот что делаем. Максим, ты посылаешь импульс в сеть, но не отсюда. Мы пробираемся к тому киоску, – он показал на разрушенную палатку в полусотне метров по их стороне улицы. – Ты делаешь свой трюк оттуда и сразу гасишь ноут. Аня, ты его прикрываешь. Я в это время создаю фантома прямо в эпицентре пожара в супермаркете. Охотники клюнут на двойной сигнал и пойдут проверять. А мы в этот момент – к тому люку, – он указал на чугунный люк канализационного колодца в двадцати метрах от них, почти на середине улицы.
– Канализация? – с отвращением поморщилась Аня.
– Лучше дерьмо, чем смерть, – парировал Глеб. – Ветер?
Аня, как опытный биолог, мгновенно оценила направление дыма.
– Дует на них. От нас. Идеально.
– Пошли. Бесшумно и быстро.
Они, пригнувшись, побежали к киоску. Каждый звук казался им громоподобным. Глеб чувствовал, как красные метки на его карте продолжают медленное, методичное движение. Охотник-07 снова поднял руку с интерфейсом – он что-то чувствовал.
Укрывшись за развороченным киоском, Максим с дрожащими пальцами запустил на ноутбуке свою программу.
– Готово… сейчас…
Он нажал клавишу. Ничего не произошло визуально. Но система Глеба тут же выдала предупреждение:
[Обнаружен несанкционированный выброс энергии в ближнем космосе. Сходство с протоколом системы: 68%.]
Охотники мгновенно среагировали. Все трое развернулись в сторону киоска. Их оружие было направлено точно на них.
– Теперь! – прошипел Глеб.
Он сконцентрировался. Внутри него что-то сжалось, будто могучий насос выкачал из него часть жизненной силы. Перед его глазами помутнело. Он чувствовал, как энергия уходит в никуда, формируя в его воображении призрачный образ самого себя, стоящего среди огня в супермаркете.
*[Активация "Эхо-призрак". Затрачено 40% энергии.]*
На карте, прямо в центре горящего здания, возникла яркая, мигающая голубая метка, идентичная его собственной.
Эффект был мгновенным. Охотники замерли в нерешительности. Их шлемы поворачивались от киоска к супермаркету и обратно. Два сигнала. Два носителя. Это нарушало их тактику.
– Гаси ноут! – приказал Глеб, уже чувствуя слабость.
Максим захлопнул крышку ноутбука. Сигнал из киоска исчез. Охотники, после секундной паузы, рывком рванули к супермаркету, игнорируя киоск. Их интересовал более мощный и явный источник – фантом.
– Бежим к люку! – Глеб, превозмогая тошноту и головокружение, выскочил из-за укрытия.
Они пересекали улицу, перепрыгивая через обломки. Тобик бежал впереди. До люка оставалось пять метров. Три.
И в этот момент из-за угня супермаркета вышел четвертый Охотник. Они его не видели. Он был в метрах тридцати от них, и его шлем был направлен прямо на них. Он понял, что его надули.
Охотник-04 поднял свое струйное оружие. Раздался негромкий, шипящий звук. В воздухе возникла сфера темно-зеленой энергии, размером с теннисный мяч, и с свистом понеслась в их сторону.
– Щит! – крикнул Глеб, отталкивая Аню и Максима к люку.
Он инстинктивно поднял руку, мысленно активируя ту самую способность, которую только начал ощущать. Перед ним, в полуметре, воздух задрожал и приобрел сизоватый, мерцающий оттенок, словно раскаленный воздух над асфальтом.
[Активация "Энерго-щита".]
Сфера ударила в барьер. Не было грохота, только глухой, неприятный хлюпающий звук. Щит вспыхнул ослепительным светом, и Глеб почувствовал, будто его ударили в грудь кувалдой. Он отлетел на несколько шагов, едва удерживаясь на ногах. Щит погас, рассыпавшись на миллионы искр.
*[Энерго-щит разрушен. Перезарядка: 60 секунд. Уровень энергии: 18%.]*
Но он сделал свое дело. Сфера энергии, поглощенная щитом, исчезла, не причинив им вреда.
– Глеб! – крикнула Аня, уже откидывая тяжелый люк с помощью Максима.
– Я жив! – он отскочил за припаркованный микроавтобус, как раз в тот момент, когда вторая сфера прожгла в его дверце аккуратное, оплавленное отверстие.
Охотник-04 двинулся к ним, его походка была мерной и неспешной, словно он был уверен в своем превосходстве.
Глеб выглянул из-за укрытия. Люк был открыт. Аня и Максим уже спускались по скобам вниз. Тобик, верный пес, ждал его, лая на приближающегося врага.
«Насилие – инструмент…» – пронеслось в голове Глеба. Пришло время для точного удара.
Он не стал стрелять из травмата. Против такого противника это было бесполезно. Его взгляд упал на опору ЛЭП, которая накренилась от взрыва и теперь висела над улицей, удерживаемая лишь пучком оборванных проводов. Провода лежали на асфальте, некоторые все еще под напряжением, о чем свидетельствовали искры.
Охотник-04 был в двух шагах от них.
Глеб сконцентрировал всю свою волю, все оставшиеся силы. Он не пытался создать ударную волну. Он попытался сделать нечто иное – резонанс. Как с фонарным столбом в парке, но в тысячи раз слабее. Микроскопический толчок. Не по опоре, а по тому самому проводу, что лежал на земле в метре от ноги Охотника.
[Использование "Кинетического резонанса" заблокировано. Перезарядка…]
Система! Он забыл про блокировку!
Охотник поднял оружие. Его шлем смотрел прямо на Глеба.
И в этот момент Тобик, с громким, яростным лаем, бросился на Охотника. Не чтобы укусить – чтобы отвлечь.
Это сработало. Охотник на долю секунды перевел внимание на пса. Его выстрел прошел мимо.
Этой доли секунды хватило Глебу. Блокировка спала. Он не думал, он действовал на инстинктах. Короткий, резкий мысленный приказ. Толчок.
Провод на асфальте дёрнулся и на сантиметр подпрыгнул, ударив по ноге Охотника.
Раздался негромкий щелчок, и тело Охотника затряслось в конвульсиях. Его броня, вероятно, защитила его от смертельного разряда, но не от короткого замыкания его собственных систем. Из его шлема повалил дым, он пошатнулся и упал на колено, роняя оружие.
– Тобик, ко мне! – крикнул Глеб и рванул к люку.
Он спрыгнул в темноту, успев захлопнуть тяжелую крышку люка за собой. Последнее, что он увидел, – это три другие фигуры Охотников, бегущие к их товарищу, и мерцающее небо над гибнущим городом.
Внизу была абсолютная тьма, пахнущая сыростью, плесенью и чем-то еще, неуловимо-чужеродным. Он стоял, прислонившись к холодной бетонной стене, тяжело дыша. Его сердце бешено колотилось. В ушах звенело.
Аня включила фонарик. Ее лицо в его свете было бледным, но решительным.
– Ты… ты в порядке?
– Еле жив, – хрипло выдохнул Глеб, чувствуя, как дрожат его руки. – Но жив. Спасибо, Тобик.
Пес тыкался мордой в его ладонь.
Максим, сидя на мокром полу, обнял ноутбук.
– Это было… невероятно. Ты сжег его системы… одним толчком!
– Это была удача, – поправил его Глеб. – И нам еще не конец. Они знают, что мы здесь. И нам нужно двигаться. – Он посмотрел в оба конца туннеля. Влажная тьма смотрела на них в ответ. Где-то вдали капала вода. И еще… доносился какой-то шелест. Множественный, слизкий.
Система, едва жившая от остатков энергии, выдала новое, леденящее душу предупреждение:
[Обнаружена биологическая угроза. Множественные цели. Тип: неизвестен. Уровень: высокий. Рекомендация: отступление.]
Отступать было некуда. Только вперед, в темноту, кишащую новыми ужасами.
Глава 10
Тьма в коллекторе была не просто отсутствием света. Она была живой, плотной, вязкой, как смола. Она давила на глаза и заставляла учащенно биться сердце. Фонарик Ани выхватывал из мрака лишь жалкие островки реальности: покрытые слизью бетонные стены, ржавые трубы, мутную воду, медленно текущую по желобу. Воздух был насыщен влагой и спертым запахом разложения, но под ним чувствовался и другой, новый аромат – сладковатый и резкий, как у перезрелых фруктов, смешанных с озоном.
Шелест, который они услышали сначала, теперь превратился в отчётливый, множественный звук. Что-то ползло, шаркало, плескалось в воде. И этот звук окружал их со всех сторон.
– Что это? – прошептал Максим, прижимая свой ноутбук к груди, как щит.
– Тишина, – жёстко приказал Глеб, прислонившись ухом к холодной стене. Он закрыл глаза, отсекая визуальные помехи, и сосредоточился на слухе. Его аналитический ум, даже уставший, работал. «Множественные источники… Разный размер… Движутся не хаотично, а словно… патрулируют».
Тобик, вместо того чтобы лаять, издал низкий, почти неслышный гул в горле. Он пятился, упираясь в ногу Глеба, его шерсть стояла дыбом.
[Уровень энергии: 22%. Восстановление… 0.1% в минуту. Способности недоступны. Рекомендация: избегать конфронтации.]
«Спасибо, кэп», – мысленно съязвил Глеб. Он скомандовал системе экономно расходовать остатки энергии на базовый сонар. На его карте, в радиусе двадцати метров, начали прорисовываться контуры туннеля. И по ним, как рои светлячков, загорелись десятки, сотни маленьких, слабых красных точек. Они покрывали стены, пол, потолок.
– Они везде, – тихо сказал Глеб, открывая глаза. – Мелкие. Но много.
Аня направила фонарик на стену. В его луче что-то мелькнуло и скрылось в трубе. Она успела разглядеть нечто размером с крысу, но с шестью лапами и телом, покрытым не шерстью, а чем-то вроде блестящего, влажного хитина.
– Членистоногие… – прошептала она. – Но такое слияние признаков… Это же невозможно!
– Возможно, – возразил Глеб. – Твоя новая биология. Они чувствуют нас. Но не нападают. Почему?
– Может, не голодны? – предположил Максим.
– Или ждут команды, – мрачно добавил Глеб. – Помнишь сеть? Эти твари – часть ее. Они как датчики движения. Или часовые.
Он посмотрел на два туннеля, расходившиеся перед ними. Один – более широкий, откуда доносился шум воды. Другой – узкий, технический, уходящий вглубь. Красные точки были в обоих, но в узком их было меньше.
– Туда, – Глеб указал на узкий туннель. – Меньше шансов быть окруженными.
Они двинулись, стараясь ступать как можно тише. Вода хлюпала под ногами. Шелест усиливался. Казалось, сама тьма наблюдает за ними тысячами невидимых глаз.
Внезапно Тобик резко дернулся и потянул Глеба за штанину к стене. В тот же миг с потолка, прямо на то место, где они только что стояли, с тихим плеском сползла огромная, похожая на слизня, масса. Она была полупрозрачной, и внутри ее пульсировали те самые фиолетовые прожилки. Существо медленно повернулось в их сторону, и на его «голове» раскрылась розетка из сотен игольчатых зубов.
– Отходим! – Глеб оттолкнул Аню и Максима за спину, сам пятясь и держа на прицеле тварь.
Но она не атаковала. Она просто замерла, блокируя проход. А из туннеля позади них шелест стал угрожающим.
– Они загоняют нас в ловушку, – с ужасом понял Максим. – Это когнитивная тактика! Простые твари так не могут!
– Могут, если управляются извне, – сказал Глеб. Его взгляд упал на стену рядом с слизнем. Там висела старая, ржавая электрическая коробка. Дверца отвалилась, внутри виднелись провода. Большинство были мертвы, но один… один был под напряжением. Он шел откуда-то сверху и уходил вглубь туннеля. Возможно, аварийное освещение или сигнализация.
Идея, отчаянная и безумная, родилась в его голове.
– Максим, твой ноутбук. Можешь сгенерировать короткий импульс? Не данных, а просто ЭМИ? Слабый, но достаточный, чтобы спалить чувствительную электронику?
– Могу… ноут, наверное, тоже умрет… – с тоской в голосе ответил Максим.
– Выбирай: ноут или мы. И делай это через ту коробку. Подключись к тому живому проводу.
Максим, дрожащими руками, открыл ноутбук. Он оторвал кусок изоляции с одного из своих USB-кабелей, обнажив жилы.
– Аня, свети!
Аня направила фонарик на коробку. Максим, бормоча молитвы технарю, сунул оголенные провода в коробку, нащупал тот самый живой провод. Искры брызнули ему в лицо. Он вскрикнул, но не отдернул руку. Его пальцы пролетали по клавиатуре.
– Готово… сейчас…
Слизень на их пути начал медленно расползаться, превращаясь в живой барьер, из которого начали вырастать тонкие, щупальцевидные отростки. Шелест сзади стал совсем близким.
– ПУСК! – закричал Глеб.
Максим нажал клавишу. Экран его ноутбука погас, издав прощальный писк. Из электрической коробки вырвалась сноп искр, и по стенам туннеля пробежала быстрая, почти невидимая дрожь.
Эффект был мгновенным и ошеломляющим. Фиолетовые прожилки на стенах и на самом слизне погасли. Шелест прекратился, сменившись хаотичным, испуганным писком. Сотни красных точек на карте Глеба померкли, а многие и вовсе исчезли. Слизень на их пути замер, его тело потеряло упругость и начало медленно сползать в воду, как обычная желеобразная масса.
– Они… они отключились, – выдохнула Аня. – Как будто выдернули шнур из розетки.
– Временная мера, – сказал Глеб, чувствуя, как его собственная система, защищенная от такого слабого импульса, с облегчением сообщила о прекращении помех. – Они перезагрузятся. Бежим!
Они переступили через расползающегося слизня и рванули по узкому туннелю. Теперь они бежали не тихо, а изо всех сил, потому что тишина позади них снова начала наполняться оживающим шелестом.
Туннель вел вверх. Вскоре они увидели свет – не искусственный, а дневной, пробивавшийся через очередной люк. Под ним стояла металлическая лестница.
Глеб первым поднялся по ней и осторожно приоткрыл люк. Он вел в какой-то технический колодец посреди пустыря. Бывшей промзоны. Вдалеке виднелись корпуса заброшенных заводов. Воздух был свежим, пахло дымом, но не той удушающей химической гарью, а обычным горением дерева.
Они выбрались на поверхность, один за другим, и Глеб захлопнул люк. Максим, бледный, прижимал к груди мертвый ноутбук.
– Все данные… все записи… – бормотал он.
– Жив остался – вот и хорошо, – отрезал Глеб, осматривая местность. Система медленно, но верно восстанавливала энергию. 25%. Карта показала, что они на окраине города. До базы «Горизонт» – еще несколько десятков километров по сложной, зараженной местности.
Аня подошла к нему.
– Ты понял, что там произошло? Ты использовал их же сеть против них.
– Нет, – покачал головой Глеб. – Я просто вырубил свет в комнате. На время. – Он посмотрел на свои руки. Они все еще дрожали от перенапряжения. – Эта сеть… она не просто управляет тварями. Она их усиливает, делает их умнее. Без нее они просто животные. Опасные, но не организованные.
– Как наша система управляет тобой? – тихо спросила Аня.
Глеб посмотрел на нее. Это был правильный, страшный вопрос.
– Не управляет. Она… инструмент. Как тот же ноутбук. Но та сеть… она похожа на поводок. И кто-то держит его другой конец.
– Охотники? – предположил Максим.
– Нет, – Глеб снова посмотрел на север, в сторону базы. – Они тоже пешки. Пусть и продвинутые. Кто-то стоит за всем этим. И мы идем прямо к нему.
Он потянулся за пачкой сигарет. Она была мокрой, но одна сигарета уцелела. Он закурил, делая глубокую затяжку. Потом посмотрел на своих спутников: на испуганного, но не сломленного технаря, на умную и решительную биолога, на верного пса, который уже стал больше, чем просто собакой.
– Отдышимся. Час. Потом двигаемся. Максим, попробуй оживить ноут. Аня, проверь запасы. Я подумаю над маршрутом.
Он отвернулся и снова посмотрел на карту в своем сознании. База «Горизонт» светилась на ней тусклой, но неумолимой точкой. Как магнит. Как место, где он когда-то оставил часть своей души. И как место, где, он теперь был уверен, лежали ключи не только к спасению, но и к мести.
Глава 11
Пустырь, на котором они оказались, был неестественно тихим. Ветер гонял по земле клочки пепла и бумаги, шелест которых казался оглушительным после грохота города и шепота коллектора. Вдали, на фоне багрового от зарева пожаров горизонта, высились силуэты заброшенных цехов. Воздух, хоть и свежий, был пропитан сладковато-гнилостным запахом, исходящим от странных, низкорослых растений с мясистыми листьями, пробивавшихся сквозь трещины в асфальте.
Глеб сидел на опрокинутом бетонном блоке, курил и смотрел на карту, плавающую перед его внутренним взором. Система медленно, но верно восстанавливала энергию. 31%. Способности все еще были недоступны. Он чувствовал себя опустошенным, будто после тяжелой болезни. Каждый мускул ныл, в висках стучало.
«Слишком стар для этого, Орлов», – с горькой усмешкой подумал он. В сорок три года тело уже не такое послушное, как в двадцать пять. Но ум, ум был острее. Он анализировал последние события. Охотники. Их организованность, их технологии. Сеть, управляющая тварями. И его собственная система, которая, судя по всему, была их младшей, куда более ограниченной сестрой.
– Держи, – Аня протянула ему банку тушенки и пластиковую бутылку с водой. Ее лицо было серьезным. – Ты выглядишь ужасно.
– Спасибо за комплимент, – буркнул он, но взял еду. Голод, как оказалось, был отличным стимулом забыть о брезгливости.
Максим сидел в паре метров, склонившись над своим ноутбуком. Он снял заднюю панель и что-то ковырял внутри тонкой отверткой, периодически что-то бормоча себе под нос.
– Материнская плата, похоже, жива… Контроллер питания сгорел… Но я могу попробовать запитать его напрямую от любого аккумулятора, если найду… Без дисплея, конечно, но если я подключусь к твоей системе, Глеб, через Bluetooth…
– Позже, Макс, – устало сказал Глеб. – Сначала выживаем. Потом – хакерские подвиги.
– Я не хакер! Я исследователь! – возмутился парень, но замолчал под тяжелым взглядом Глеба.
Тобик лежал у ног хозяина, его уши вздрагивали при каждом звуке. Пес явно изменился. Его мускулатура стала рельефнее, шерсть – гуще и жестче. Но самое главное – его глаза. В них появилась не просто преданность, а осознанный, почти человеческий интеллект. Он смотрел на Глеба, словно понимал каждое его слово.
– Он меняется, – тихо сказала Аня, следя за ее взглядом. – Ускоренная эволюция? Или система как-то влияет на него через тебя?
– Не знаю, – честно признался Глеб. – Но пока он помогает, а не мешает. – Он потянулся и почесал пса за ухом. Тобик блаженно прикрыл глаза.
Он доел тушенку, запил водой и снова сосредоточился на системе.
Запрос: Проанализировать совместимость с другими биологическими организмами. Влияние на собаку (Canis lupus familiaris).
[Данные отсутствуют. Протокол "Прометей" предназначен для носителя Homo Sapiens. Побочные эффекты на другие организмы не изучались. Зафиксировано образование слабой нейросвязи между носителем и подопытным субъектом. Характер связи: симбиотический, неуправляемый. Субъект демонстрирует признаки ускоренной адаптации к условиям, насыщенным излучением "Омега".]
«Симбиотический…» – Глеб посмотрел на Тобика с новой смесью тревоги и нежности. Они были связаны теперь не просто узами хозяина и питомца, а чем-то гораздо более глубоким.
– Ладно, – он поднялся, разминая затекшие мышцы. – Отдых окончен. Нам нужно оружие. Настоящее. Травмат – это для устрашения пьяных хулиганов, а не для охотников с энергетическими пушками.
– И где мы его возьмем? – спросила Аня. – В армейском магазине?
– Армия, скорее всего, либо разгромлена, либо сама превратилась в одну из враждующих группировок, – покачал головой Глеб. Его взгляд скользнул по горизонту и остановился на одном из дальних заводских корпусов. – Но я знаю одно место. Неофициальное. Спецназовцы с ближайшей базы иногда использовали его как «сейф» для неучтенного барахла. Для операций, которых официально не было.
– Ты хочешь сказать… оружейная схрон? – у Максима загорелись глаза.
– Не совсем. Скорее, мастерская. Там был один человек. Отставной мастер. Гений своего дела. Он делал вещи… – Глеб на секунду замолчал, вспоминая. – Он делал вещи, которые не снились нашим оружейным заводам. Если он жив… и если его не сожрали те самые вещи…
– Рискованно, – констатировала Аня.
– Весь наш путь – это риск, – парировал Глеб. – Но это шанс. Без нормального оружия мы не пройдем и километра за городской чертой. Там, я уверен, все еще хуже.
Он снова вызвал карту. Система, получившая новые данные после сканирования в коллекторе, выдала более детальный план местности. Заводской район был помечен как зона с «повышенной концентрацией аномалий класса "Омега"». Но одна из точек, небольшой отдельный ангар на окраине промзоны, светилась нейтральным белым цветом. Система не видела в ней угрозы. Что было само по себе подозрительно.
– Двигаемся туда, – Глеб указал мысленно на цель. – Осторожно. Тишина и маскировка. Аня, если увидишь новые образцы флоры или фауны – записывай в уме, но не приближайся. Максим, ты отвечаешь за периметр. Слушай. Тобик… чуешь неладное – дай знать.
Пес, услышав свое имя, поднял голову и коротко тявкнул, словно говоря «понял».
Путь к ангару занял около часа. Они шли по задворкам, минуя основные дороги. Картина была все той же: разруха, следы борьбы, изредка – неподвижные фигуры мутантов, застывшие в странных позах, будто погруженные в сон. Фиолетовые прожилки на стенах и асфальте здесь были не так ярки, но они были, пульсируя ровным, зловещим светом.
Ангар, когда они до него добрались, выглядел как обычная развалюха. Ржавые стены, полуразрушенная крыша. Но Глеб сразу заметил детали. На дверях не было висячих замков. Вместо них стоял новенький, противоударный электронный замок с подсветкой. Камер не было видно, но Глеб чувствовал – они есть.
Он подошел к двери. Никакой ручки, только маленькая панель.
– Старик Игнат! – крикнул он, не пытаясь открыть дверь. – Это Глеб! Глеб Орлов! С базы «Горизонт»!
Тишина. Ветер гулял по пустырю.
– Он нас не пустит, – прошептал Максим.
– Пустит, – уверенно сказал Глеб. Он знал этого человека. Параноидальный гений, который доверял лишь нескольким людям. И Глеб был в их числе. Не потому что они были друзьями, а потому что Глеб как-то раз помог ему «закрыть» одно дело, грозившее мастеру тюрьмой.
Прошла еще минута. Потом раздался щелчок, и в стене рядом с дверью открылся небольшой лючок. Внутри была камера и речевой динамик.
– Орлов? – проскрипел старческий, но твердый голос. – Лицо покажи. И скажи, за каким чертом тебе в мой дом смерть пришла в такое время?
Глеб подошел к камере.
– Мир поменялся, Игнат. Смерть теперь везде. Мне нужно оружие. Чтобы от нее отбиться.
– Оружие? – старик фыркнул. – У тебя рожа вся в синяках, а за тобой пацан с сдохшим компом и девка. Выглядишь как неудачный побег из психушки. А не как клиент.
– Игнат, я работал на «Горизонте». На проекте «Резонанс». То, что случилось… это во многом моя вина. И моя ответственность. Я должен это исправить.
На другом конце провода наступила пауза.
– «Резонанс»? – голос мастера потерял насмешливый оттенок. – Так это вы, яйцеголовые, всю планету в ад превратили?
– Не мы. Но мы дали для этого ключ. Открывай, Игнат. У меня мало времени.
Раздался еще один щелчок, на этот раз громкий, и тяжелая дверь отъехала в сторону с тихим шипением гидравлики.
– Заходи. Только собаку привяжи. Она у меня инструменты поцарапает.
– Он с нами, – твердо сказал Глеб и шагнул внутрь.
Ангар снаружи был обманкой. Внутри это была высокотехнологичная мастерская, поражавшая чистотой и порядком. Стеллажи с инструментами, станки с ЧПУ, 3D-принтеры, печатающие металлом. И оружие. Много оружия. От классических автоматов до странных устройств, чье назначение было не сразу понятно.
Посреди всего этого великолепия, на вращающемся стуле, сидел невысокий, коренастый старик в заляпанном машинным маслом комбинезоне. Его лицо было покрыто морщинами, но глаза, голубые и острые, как лезвие, смотрели на Глеба без тени страха, лишь с холодной оценкой.
– Ну, показывай, что у тебя там, – он указал на голову Глеба. – Чувствую, дело не только в твоих похождениях.
Глеб снова был вынужден сделать шаг веры.
– У меня в голове… система. Инопланетная.
Игнат не моргнул глазом.
– Понятно. Следовательно, и твари за окном, и небо, которое горит, – это они?
– Да.
– А твоя система что, может мой замок взломать?
– Нет. Она… ограничена.
– Хм. – Старик покачал головой. – Ладно. Раз уж ты честно сказал про инопланетян, значит, не врешь. Рассказывай, что тебе надо. И чем ты платить будешь? Деньги теперь, ясное дело, не в цене.
Глеб подошел к одному из столов, где лежали компоненты какого-то прибора.
– Информацией, Игнат. Я знаю, что происходит. И я знаю, где искать ответы. Ты всегда хотел прикоснуться к настоящей тайне. Вот она. Помоги нам добраться до базы «Горизонт», и ты увидишь технологии, перед которыми твои игрушки – детские погремушки.
Старик задумался, почесывая щетинистый подбородок. Его взгляд скользнул по Ане, Максиму, Тобику.
– База «Горизонт»… – протянул он. – Там теперь не проходной двор. Говорят, земля там дыбом встала. И твари самые жуткие там кишмя кишат.
– Мы проберемся.
– С чем? С этим? – Игнат с презрением ткнул пальцем в травмат Глеба.
– Нет. С тем, что ты нам дашь.
Мастер тяжело вздохнул.
– Черт с вами. Надоело тут одному сидеть. Все равно скоро или сдохну, или эти твари дверь прогрызут. – Он поднялся со стула и подошел к одному из сейфов. – У меня есть кое-что… экспериментальное. Как раз для твоей… ситуации.
Он открыл сейф и вытащил длинный, обтекаемый