Охотники за молниями

Глава 1. Погоня.

Джар несся по вымощенной камнем мостовой, лавируя между грузчиками, моряками и просто прогуливающимися. Петлял словно заяц, удирал подобно перепуганной косуле. Сердце стучало в ушах. Пот струился по лицу. Босые пятки саднило от песка и камешков. Он лихо перемахнул через перила веранды респектабельного кафе, поймал поднос у перепуганного официанта, пошел по проходу вглубь, лучезарно улыбаясь направо и налево.

Перепуганные посетители возмущенно вскакивали, чувствительные барышни закатывали глаза, грозя упасть в обморок.

– Простите! Извините! Пропустите! – Ловко маневрируя между столиками, парень скрылся в чреве темного зала.

Здесь густо пахло кофе и ванилью. Не сбавляя хода, Джар сдернул с двери, кем-то оставленный фартук, одной рукой накинул на шею, а завязки запихнул за пояс брюк. Аккуратно прикрыв лицо подносом с посудой, быстро и уверенно пересек кухню. Выскользнув на улицу через черный ход, он поставил поднос на край мусорного бака и вошел в соседнее здание. Пройдя его насквозь, проник в следующее, пустующее, ветхое, удаленное от оживленной улицы.

Преследователи уже должны были отстать. Но Джар настолько ошалел от количества людей, кинувшихся за ним в погоню, от их яростного напора, что, не мог перестать озираться по сторонам и вздрагивать из-за малейшего шума.

В темноте полуразрушенного дома, пахло сырой пылью и плесенью. Перескакивая через прорехи в лестнице, он поднялся на последний, третий этаж. Не самое солидное здание в портовой части острова, зато заброшенное, так что гостей ждать не приходится. Джар не впервой отсиживался здесь, пережидая опасность. А сейчас, как никогда, ему было нужно время поразмыслить хорошенько.

Болели локоть и бровь. Локтем он ударился о дверь, когда бежал. Парень взглянул на себя в старое истертое зеркало, висевшее на стене. Отодвинул со лба растрёпанные темные пряди. Правая бровь здорово кровила.

– Задел где-то, – ухмыльнулся Джар, доставая из кармана тряпку, условно служившую платком и зажимая рану. – Ну, значит буду выглядеть мужественнее.

Он знал, что симпатичный малый и даже если останется небольшой шрам, он его не испортит. Да и вообще, внешность его не волновала. Он давно и думать забыл откуда у него одна единственная золотая прядь в темной копне волос почти до плеч. Нещадно подставлял лицо под солнце, от чего, то стало темным, нос шелушился, а ресницы и брови наоборот выцвели до рыжины. Глаза, в зависимости от освещения, меняли цвет с серого на зеленый. А еще, блестели интересом и весельем, так что Джар вызывал доверие и симпатию.

Рубашку он перехватил совсем недавно и почти новую, а вот брюки из коричневой кожи, неизвестного животного, сверкали заплатками, зато удобные и ему нравились. Он достал из заплечного мешка сапоги, одновременно стряхивая одну ногу об другую. Нахмурился, уловив слабое золотое свечение из тряпичных недр. Горстка золотых пластинок, едва слышно звякнула. Все из-за этих чертовых монет! Вот уж не думал он, что на него объявят жуткую облаву. О чем он, вообще, только думал? Неужели его теперь будут пасти на всех углах, ставить ловушки и загонять словно волчонка?

– Вот надо же было так вляпаться!

Мешок Джара совсем полегчал, когда он вынул из него плед и завалявшееся на дне яблоко. Парень завернулся поплотнее, усевшись на краю разрушенной стены. Беспокойство и странное чувство ожидания комком сжались в желудке, не давая сосредоточиться на мыслях. Парень нервно оглядывал улицу, то и дело вздрагивал.

Когда пара ребят, выглядящие как путешественники с очень тяжелыми кошельками, решили нанять его для одного мутного дельца у него не возникло каких-то особенных подозрений. Иногда, он брался за подобную работенку. Что-то стащить, доставить, проследить за неверным мужем или женой. То, за что не грозило серьезное наказание, но законопослушные жители заниматься таким не хотели. Брался, в случае, когда оплата перевешивала риски и муки совесть. Здесь все так и было. Отковырять монеты Дум. Прямого закона о запрете на изъятие этих монет не существовало. Тех, кто пытался такое провернуть встречалось не мало даже на официальных экскурсиях, что к водили к монетам. Все, кому не лень пытались отодрать монеты от остова материка. Все, кто не боялся боли, болезней, помутнения рассудка, истребления своего рода на корню и прочих кар небесных, которые обещали легенды, тому, кто покуситься на монеты Дум.

Джар в легенды не верил. Его больше интересовала техническая сторона вопроса. На Зардисе, где он жил, монеты не появлялись. Они вылезли на остове материка Рует, как раз сейчас проплывающего совсем рядом. До заветных дисков рукой подать, но на чем-то все равно добраться надо. Джар прикидывал, где раздобыть небольшое воздушное судно, крылатую лодченку или маленький дирижабль, чтобы подплыть к основанию парящего в воздухе материка. С наступлением вечера суда с любопытствующими преставали ходить, а проворачивать дельце нужно именно ночью, ну и без свидетелей, конечно. Гард и Либер поведали способ, как отковырять монеты. Якобы в лунном свете, какой-то там луны в двенадцатом сегменте, а сейчас как раз такая, золотушки станут сговорчивее и сами упадут в руки. Денег ребята пообещали отвалить баснословно много. Задаток Джара впечатлил.

Все прошло по плану. Получилось, хотя Джар не шибко верил в успех. Неужели никто не знал про луну и не отковырял монеты раньше? Но золотые диски вывалились из камня, словно только Джара и ждали, едва он доплыл на дирижабле и слегка подковырнул. Парень уже представил, как куча денег окажется у него в руках. А тут…

Джар пошарил по груди привычным жестом и снял с шеи мешочек. Потертая вышивка на темном бархате и золотой медальончик на стягивающей веревочке. Все, что у Джара было от его прошлой жизни, которую он не помнил. Парень вынул из мешочка камень. Очень странный. Будто моток синих блестящих и очень твердых ниток в форме небольшого сердца. Ничего подобного он никогда не видел. Джар повертел сердечко в руках. И вдруг, оно выскользнуло и поплыло к его заплечному мешку.

– Его притягивают монеты! – оторопело догадался парень.

Камень завис совсем рядом с мешком и принялся испускать сияющие сине-голубые флюиды. Джар почувствовал невидимые волны, которые распространялись от камня, накатывали одна за другой. Он словно завороженный смотрел на висящее в воздухе блестящее сердце. Стены задрожали, ветхие полы и потолок заходили ходуном от силовых волн. Хлопнула дверь. Звякнуло стекло где-то неподалеку. Джар очнулся. Схватил камень и быстро убрал его в укрытие у себя на шее, а мешок отодвинул подальше. Огляделся. Дом вроде держался. Не разваливался.

– Наверное, его не надо было брать, – нахмурился парень. – Гард и Либер ничего не сказали про каменное синее сердце, но Джар забрал и его, подчинившись какому-то необъяснимому порыву. Сейчас думать об этом уже поздно. Дело сделано.

Юноша поежился и снова уставился на улицу. В широкую щель между домами открывался вид на кусок порта. Четвертая пристань и небо в зареве заходящего солнца. Самые интересные небесные суда причаливали к четвертой пристани. Те, кого не регистрировали в портовых журналах, не учитывали в расписаниях и вообще, предпочитали не замечать. Однажды, он видел корабль дельрубов, с красными парусами, в точности такими как их плащи.

Дельрубы, баснословно богатый, легендарно могущественный и жутко загадочный орден всех двенадцати небес. Собственная резиденция расположилась на острове Сфера. Официально они не правят ни одним из материков, но при этом дела материков, да и, вообще, империи не обходятся без их вмешательства. А уж сколько сплетен про них ходит! Одни вещают, что дельрубы хранители древних знаний и трепетно следят за сохранением порядка в нашем шатком мире. Другие верят, что они жаждут захватить управление всеми небесами и предвещают распространение отвратительных порядков. А кто-то рассказывает, что они просто чокнутые сектанты возомнившее что им все дозволено.

Джар верил всем и не верил никому одновременно. Он вообще не интересовался дельрубами, до того момента пока они не обложили его при попытке обменять монеты Дум на деньги и не принялись гонять по городу. Или все-таки изначально его нанимателями были дельрубы? Гард и Либер служат ордену? Тогда его дела плохи. Тогда ему сложно будет скрыться даже среди всех двенадцати небес.

Джар не слишком обременял себя знаниями, образованием и боже упаси, чтением книг. Он ни разу не покидал Зардис. Но даже он знал, что всего материков двенадцать. Они напоминали перевернутые пирамиды с неровным основанием-остовом, или треугольные дольки, вынутые из арбуза. На поверхности живут люди, в городах и деревнях. Нормально живут, строят дома и дороги, растят урожаи, пасут скотину. Острова устроены также, только их полным-полно и они меньше материков по размеру. Встречаются такие маленькие островки, что у них даже нет названия. Слабое притяжение держит всю эту компанию неподалеку друг от друга. Она плавает и перемещается в воздухе по своим путям и относительно друг друга. Острова и материки следуют по потокам воздуха и линиям притяжения, некоторые острова двигаются по постоянной траектории, другие как вздумается, за третьими особо никто не следит. Вокруг всего этого островного хаоса ползает солнце, словно пастух, следя за своим стадом и не давая ему разбежаться. Впрочем, побеги иногда случались. Время от времени проносилась весть, что тот или иной крошечный островок, удалился слишком далеко, сошел со своей орбиты и улетел во Вселенское Небо.

Магистры, академики, маги и даже шаманы все время изучают эти линии притяжений, потоки энергий и орбиты островов. Но пока, даже карту составить не могут, потому что все постоянно двигалось, улетало, прилетало и перемещалось.

Двенадцать материков и еще несколько островов объединились в Империю. Даже собираются на советы, важные решения принимают. Толком не ясно какие, но заседают неделями. Но на самом деле, на каждом острове царят свои законы и правила.

Джар прищурился, вглядываясь в небо. Над кварталом медленно проплывал небольшой островок, отбрасывая тень на дома. Не больше трех сотен квадратных метров площадью, густо поросший травой и деревьями, корни проросли сквозь остов, от чего снизу остров казался пушистым облаком. Джар уже видел этот остров. Не часто, но он прилетал сюда, наверное, ходил по очень большой орбите. Обитатели с него не выглядывали. Может быть остров необитаем? Хотя пустые острова встречаются редко.

Когда-нибудь Джар тоже купит такой остров, или чуть поменьше. Поселится на нем, построит дом, вырастит сад, может даже цыплят заведет и будет летать над большими островами наслаждаясь свободой и беззаботной жизнью.

Тех денег, что предложили ему за украденные монеты Дум, хватало как раз на половину его мечты.

Когда Джар уже решил вздремнуть, на крыше соседнего дома возникли две фигуры. Их тени вкрадчиво скользнули по стене. Красный балахон первого, неизменная одежда дельруба, сразу привлек к себе внимание. Второго, высокого в темном костюме, Джар тоже узнал, как только тот возник на карнизе. Гард. Один из тех, кто нанял Джара выкрасть монеты.

– Неужели выследили? Вот неугомонные! – парень осторожно сполз со своего места. Преследователи были совсем рядом.

Внизу что-то громыхнуло, потом зашипело и стихло. Кто-то открыл дверь в дом. Она держалась только на одной петле и Джар всегда ее пристраивал в проем, будто она исправная. Если открыть, не зная этого секрета, то громыхало будь здоров. Отличный сигнал о непрошеных гостях.

Теперь никаких сомнений. Сюда идут. Джар глянул вниз. Три этажа. Высоко. От него останется мокрое место и мешок.

Поперек, под его ногами лежала труба водостока. Сломанная на уровне второго этажа, верхней частью она сползла вдоль стены и уперлась в выступающий кирпич.

– Да, ладно! Выдержит, – буркнул Джар, убеждая себя. Выбора у него все равно не оставалось.

Он снова снял сапоги и осторожно ступил босыми ногами на старую трубу. Шаг, еще один, ржавая палка терпела. Если он дойдет до места перелома, то сможет перешагнуть на выступ соседнего дома. Парень придерживался одной рукой о стену для равновесия, и старался реже дышать. Он сразу ощутил, когда Гард со своим спутником дельрубом его заметили, уловил краем глаза, как они кинулись к краю крыши.

– Сейчас заголосят, – буркнул Джар.

– Ловите! Вон он!

Водосток, будто ждал этой команды, чтобы звонко хрустнуть. Словно подзорная труба он стал складываться по столбу, прикрепленному к стене, а переломленный хвост, по которому шел Джар поплыл в сторону. Он плюхнулся верхом на трубу, от боли из глаз брызнули слезы, и он едва удержался, чтобы не разжать рук и не схватиться за свое мужское достоинство. Как с горки он скатился по наклону до места перелома водостока. Под его весом труба стала складываться еще быстрее. «Плюм! Плюм! Плюм!» секция утопала в секции. Выступ на стене соседнего дома остался наверху, за него теперь не зацепиться. Гард и дельруб исчезли с крыши, видимо, побежали на улицу. А между домами, по узкому проулку к нему уже спешила группка людей в красных одеждах. В глазах рябило от красного. Будто вся секта кинулась за ним в погоню.

Внизу его ждали. Труба складывалась и спускала его прямо к преследователям в руки. Из путей спасения он видел только распахнутое окно на втором этаже.

– Сейчас или никогда! – Джар встал на трубу ногами, не разгибаясь, и придерживаясь за нее руками. Он слегка присел, оттолкнулся и рыбкой впрыгнул в окно. Больно саданулся коленкой, распластался на полу, но главное, попал. В темной комнате, заставленной старинной мебелью, в кресле на колесиках, сидела старушка и ритмично цокала спицами. Бесцветные глаза удивленно уставились на Джара через толстые линзы.

– Извините! Простите! Удаляюсь! – запел Джар знакомую песенку, не забыв про улыбку.

Старушка выглядела как невинный одуванчик и была такой дряхлой и морщинистой, что, наверное, уже не в состоянии и звука издать. Лишь бы не померла с испуга.

– А-ха! – глухо, едва слышно буркнул невинный одуванчик и сразу с двух дверей в комнату ворвались три здоровенные псины.

– Мама! – заголосил парень и юркнул за кресло старушки, прикрываясь им как щитом отодвинулся в угол.

Такой подлянки псы не ожидали. Нападать, рискуя задеть хозяйку не решились, рыча топтались на месте.

– Пошел! Пошел вон! – шипела старушка.

– С удовольствием, – признался Джар.

Он покатил кресло по ковру, на ходу разворачиваясь и задом выскальзывая в одну из дверей, перегородив старушкой вход.

Теперь псам оставалось только перепрыгнуть через свою хозяйку, если они желали схватить нежданного гостя. Джар понадеялся, что никто из них на такое не решится. Пробежав еще пару комнат, парень выскочил на лестницу. На выходе его наверняка ждали, поэтому он сиганул на крышу, и перепрыгнул на соседнюю, благо дома стояли близко друг к другу.

Присев за бортик на краю, он осторожно выглянул. Его окружали. И на улице и сразу на нескольких крышах он заметил красные балахоны. Он и не подозревал, что на Зардисе столько дельрубов. Откуда они только повылазили? Оглядевшись, он понял, что осилит еще пару прыжков, но далеко по крышам не упрыгаешь. Джар лихорадочно искал путь для побега. Как на ладони открывался вид на порт, тоже заполненный дельрубами. Среди обычной толпы агрессивными опухолями распространялись красные плащи.

– Да, ладно! Конкретная облава! – восхитился Джар своей популярностью. – Ох, чую, монеты не просто кусочки золота! Не спроста красные взбеленились!

Он сиганул по пожарной лестнице вниз. И первое, во что уткнулся его взгляд, едва нога коснулась земли это в собственный портрет. «Разыскивается! Опасный преступник!»

– Вот это да! А я становлюсь знаменитым!

Так его не разыскивали даже когда они с приятелем угнали фиакр у первого министра Зардиса. Все стены, до которых он мог дотянуться взглядом, пестрили подобными листочками. Отовсюду на него смотрела его собственная физиономия.

Красные балахоны мельтешили еще чаще. Даже на колокольне, что извещает о буре, торчал дельруб. Он раскинул руки и…

– Вот черт! – выругался Джар. Это пеленгатор. Давари. Одаренный. Наделенный сверхъестественными способностями. Этот, на колокольне, сможет определить место нахождения любого человека.

– Интересно, какая у него дальность действия дара. – Джар закусил губу. Да какая разница! Я вот он, здесь, совсем рядом!

Давари в красном балахоне! Дельрубы проклинали давари. Считали их дары противоестественными для человеческой сущности. Призывали к полному истреблению неугодных и с остервенением за ними охотились. А уж если те, каким-то немыслимым образом оказывались на их острове, смерть настигала несчастных молниеносно. Вот только среди дельрубов появлялось все больше и больше давари. Видимо, вступление в ряды красных плащей и польза, принесенная ордену, в корне меняла противоестественность дара природе человека на полезную естественность.

Словно мышонка Джара обложили ловушками, которые вот-вот захлопнуться. Парень глянул на пристань. Один из кораблей, трехмачтовый фрегат, расправлял нижнюю пару крыльев, значит собирался отплыть. Корпус, отделанный фарфором, подрагивал. «Страйк» сообщали золотые буквы на борту

Немедленно улететь с острова – его единственный шанс.

В три прыжка он добежал до пристани.

Мальчишка лет десяти, в красной курточке, раздавал листовки направо и налево, всем прохожим.

– Обратите внимание! Обратите внимание! Опасный преступник!

Через минуту вся толпа, пока занятая своими делами, разглядит его на этих бумажках. Надежда на спасение таяла.

У трапа белого корабля спорили двое. Юноша, лет двадцати, возраста Джара, аккуратно и дорого одетый, с длинными светлыми волосами, собранными в хвост, с голубыми, невозмутимыми и холодными, словно ледяные пики гор, глазами. Он небрежно перекинул плащ через левую руку и спокойно, слегка прикрыв глаза, отдавал распоряжение толстенькому низенькому мужичку, в брюках на подтяжках, клетчатой рубашке и кепке. Сразу понятно, юноша главный, хоть и существенно моложе. Толстяк возмущенно пыхтел и краснел:

– Где я отыщу тебе человека, за последние три минуты перед отплытием? А раньше сказать нельзя было?

– Ты поручился за своего племянника-оболтуса, а он сбежал. Найди замену.

– Сэр Люк, может он опаздывает?

– Может! И мы не будем ждать. Найди замену и поднимайся на корабль.

Юноша, считал разговор законченным. Он сделал шаг по трапу, а Джар шаг к толстяку, рассчитывая, без уговоров занять место в команде. И тут, к ним подбежал мальчишка в красной куртке и сунул в руку сэру Люку листок с портретом преступника. У Джара сердце рухнуло вниз и даже коленки подкосились. Неподалеку солидный джентльмен в пальто с меховым воротником подозрительно на него поглядывал, пытался вспомнить, где видел, а через толпу, прямо к нему пробирались двое в красном.

Но сэр Люк даже не взглянул на листовку, засунул ее в карман висевшего на руке плаща и внимательно посмотрел на толстяка, желая убедиться, что его приказ расслышан.

– Да, сэр! – буркнул толстяк и тяжело вздохнув добавил. – Первого попавшегося хватать что ли?

– Местечка в команде не найдется? – подскочил Джар.

Толстяк нахмурился и тут же расплылся в улыбке.

– Добро пожаловать на борт! – мужичок сделал приглашающий жест в сторону трапа.

Джар только этого и ждал, особого приглашения и не требовалось, он спешно зашагал по трапу. Уже почти догнал сэра Люка, как тот обернулся и вцепился в нового члена команды колючими голубыми глазами.

– А уточнить о навыках и способностях, Боссу, ты не забыл? Он почти ребенок! – Одними губами спросил сэр Люк у толстяка, не отводя взгляда от Джара. Ни один мускул на благородном, белокожем лице не дрогнул.

– Распоряжение было – найти человека, других не давали, – последовал ответ.

Джар еле сдерживался, чтобы не фыркнуть. Возраста они скорее, всего одного. Джар еще и в плечах пошире, да и в росте проигрывает совсем чуть-чуть.

Толстяк Боссу стоял за спиной у Джара подталкивая так, что тот чуть не ложился на высокомерного блондина. Все трое поднялись на борт и трап, тут же был поднят. Корабль задрожал сильнее, отодвигаясь от причала.

– Жалование в гульбах чистого золота, три сотни в месяц, часть со сверх прибыли, кормежка за наш счет, одежда на первое время тоже, потом, как пожелаешь. Боцман – Дорн, сэр Люк – старший помощник и правая рука капитана, я квартирмейстер, Боссу зовут, все хозяйство на мне – бормотал толстяк, вводя в курс дела.

Джар почти не слышал, что ему говорили. Он не сводил взгляда с причала, где, красными статуями застыли дельрубы, целая толпа. Впереди стояли Гард и Либер, его наниматели. Второй откинул красный капюшон с головы.

– Да. С самого начала меня обвели вокруг пальца дельрубы… – глухо прошептал Джар.

Корабль легонько ухнул вниз, у парня внутри все замерло, он вцепился в борт.

– На линию притяжения сели, – пояснил Боссу и подсунул листок бумаги, – Подпиши. На корабле-то летал хоть раз?

– Да, – соврал Джар. – Давно.

– Ну-ну, – только и покачал головой Боссу.

Корабль отплывал от острова, превращая его в маленькую несущественную точку. Джар впервые покидал остров и что-то подсказывало ему, что надолго.

Сколько себя помнил, он жил здесь, на Зардисе. Не материк, но довольно большой остров. Благоустроенный, комфортный, с хорошим климатом, густо заселенный людьми. Стоит заметить, что жил хорошо. Остров зеленел роскошными садами и парками, звенел многочисленными речушками и фонтанами. Дома редко поднимались выше третьего этажа, но теснились близко друг к другу, окна в окна. По улицам ездили повозки, экипажи и фиакры, запряженные лошадьми. Даже автомобили встречались. Современные, на огромных колесах, отделанные благородным деревом, крытые кожаными козырьками, инкрустированные ценными металлами. Жутко дорогие и редкие транспортные средства. Некоторые машины пыхтели паром, иные стрекотали электричеством. Поговаривали, что они могут ездить очень быстро. Впрочем, по Зардису, быстро ездить особо некуда. Дороги узкие, повсюду ходят люди, разогнаться не успеешь, как остров закончится и рухнешь за край. А летать машины не умеют, это не корабли.

Джару нравилось вечное лето Зардиса, не слишком жаркое и не слишком холодное. Редкие перепады температуры и обилие солнечного света. Только раз в год, над восточной частью острова зависал Акватол, мокрый остров. С него лилась вода! Тонны воды! Она стекала длинными упругими струями. Те били с такой силой, что от Зардиса отламывались куски. Зато реки наполнялись до краев, а это означало, что в воде недостатка не будет. Акватол плотным хороводом окружают тучи и густые облака, они обнимали и Зардис. Не надолго, устаивая сезон дождей. Становилось холоднее и поднимались ветра. В такое время к Зардису прилетало мало кораблей, боялись, что их сдует ветром во Вселенское Небо. Акватол улетал и солнечные лучи разрисовывали небо Зардиса радугами.

Мысли и воспоминания стремительно пронеслись в голове Джара и неожиданно для себя он обнаружил, что удивительно легко расстался с домом, не чувствовал сожалений и страха перед неизведанным. Лишь азарт и любопытство. Вокруг корабля простиралось безбрежное небо. Голубое, прозрачное, звенящее. Вдалеке повисла пара мелких, едва различимых островков. Мирно махали крыльями не то птицы, не то крылатые рыбы, пересекая небесное пространство. У Джара перехватило дыхание от красоты и волнения. Что его ждало впереди?

Глава 2. Фарфоровый корабль.

Джар оторвал взгляд от небесной сини, в которой растаял Зардис и провел рукой по перилам корабля. Гладкий, приятный на ощупь, фарфор. Безумно дорогой материал, самого высокого качества из мастерских на материке Лерой. Он никогда еще не видел, что бы столь дорогим материалом отделывали сразу весь корпус корабля и большую часть деталей – мачты, капитанский мостик, штурвал. Редко кто мог позволить себе подобное расточительство. Однажды, на Зардис прилетал султан Кареита и даже в его корабле фарфор встречался скорее, как украшение, а судно высокопоставленной персоны вдвое меньше чем Страйк. Что за богач владеет этим кораблем? Куда он попал?

Он разглядывал корабль и никак не мог взять в толк для чего тот предназначался. Кроме обычных парусов, обеспечивающих судну скорость и стремительное ускорение, корабль обладал тремя парами крыльев. Для самых разнообразных видов полета. Одна, двумя веерами распускалась почти у киля, обеспечивая стабильность и устойчивость на линиях притяжения. Когда они полностью сложены, корабль может парить без привязки. Такой свободный полет обеспечивали другие две пары крыльев, развивающиеся от бизань и фок мачт. Они обладали большим радиусом поворота и широким размахом.

Корабль очень особенный. Сконструирован под заказ. Наверняка не одна верфь потрудилась. Такой могли построить только на Лерое. Всем известно на острове Лерой строят самые великолепные и сложные корабли. Гульбенов сюда вложено не мало. Интересно, чем корабль и его команда промышляли? С чего баснословные доходы?

Джар с такой скоростью записался в члены экипажа, торопился, заскочил, словно кролик на Ноев ковчег, что даже не поинтересовался в какой области он теперь будет трудиться.

Хотя, может, Боссу и сказал, да он прослушал. Слишком волновался.

Мимо, далеко от корабля пролетали острова, другие корабли. Они быстро исчезали в бесконечном голубом небе, за пушистыми облаками. Джар замер у перил и только головой вертел, разглядывая все вокруг. По палубе сновали ребята, занятые своими делами. Поправляли такелаж, ставили паруса.

Многие, пробегая мимо Джара улыбались ему и кивали, приветствуя в команде, хоть и были заняты делом. Почти весь экипаж состоял из юных парней, возраста лет с восемнадцати до двадцати трех максимум. Два или три матроса перевалили за этот возраст. Выходит, только Боссу был взрослым мужчиной. Наверное, еще капитан.

– Эй, малец! Поди сюда! – позвал зычный голос.

Джар кинулся к крепкому, мускулистому юноше. Он белозубо улыбался, не прикрыто разглядывая Джара. Потом удовлетворенно кивнул. Видимо, не по возрасту развитое тело парня пришлось ему по душе. Лазить по мачтам и тягать паруса, сила нужна и ловкость, мускулы тоже не помешают.

Джару его новый знакомый тоже понравился. Открытое, загорелое и улыбчивое лицо. Каштановые кудри, перевязанные банданой и непокорно торчащие на спине. Свободную рубашку, с расстёгнутыми пуговицами перехватывал широкий темно синий кушак, брюки были отглажены идеально, наверное, о стрелку можно порезаться.

– Дорн, боцман, – представился парень.

– Джар, – просиял Джар.

– Эти тюки на камбуз, потом смотаешь канаты, и палубу драить сегодня тебе, – слегка прищурившись отдал приказания Дорн. – Тебе двадцать есть?

– Угу, – подтвердил Джар.

– У нас не совсем как у всех, если привыкнешь и приживешься, золота и приключений мало не покажется.

– А чем занимаемся? – Джар решился поспрашивать, раз уж разговор сам повернул в нужное ему русло. – Грузы перевозим?

Дорн вскинул одну бровь и замер, явно размышляя. Неведение Джара его удивило, и он сразу не определился как к этому отнестись.

– Всякое бывает, фрахты тоже иногда берем, – осторожно пояснил боцман, все больше хмурясь. – В основном, охотимся за молниями.

Дорн наблюдал за реакцией новенького и от него не укрылось, как тот побледнел и даже руки, вцепившиеся было в тюк, дрогнули.

У Джара, действительно, сердце рухнуло вниз и предательски заколотилось в коленках, лишая тело устойчивости.

– Да, ладно, – просипел он, не узнавая собственного голоса.

Больше слухов, чем про охотников за молниями ходило только, может быть про дельрубов. Работенка прибыльная и популярная. Из желающих податься на электрический промысел в небеса очереди стояли. В придачу к деньгам, должны были обломиться удивительные приключения, вседозволенность и абсолютная свобода. Где еще можно почувствовать себя свободнее, чем в грозовой туче и бескрайнем небе? Сумасшедшая, бесшабашная и беспечная жизнь. Самая волшебная, которую только можно представить и самая короткая. Жизнь длинной в удар молнии. Одна двенадцатая секунды. Потому что молнии они не спрашивают куда бить. В конденсатор, в мачту или в голову беспечному охотнику за молниями.

Вот почему на Страйке только совсем юные ребята. Взрослые люди дороже ценят свою жизнь, предпочитают спокойствие и стабильность. Убиться, даже за очень большие деньги их уже не тянет.

Электричество, пожалуй, самый ценный ресурс во всех двенадцати небесах. Нужно повсюду, для отопления, для освещения, для всего. А добыть можно лишь, отловив молнии. Платят за молнии немыслимые деньги, вот только доставать их сложно и смертельно опасно.

Что бы найти хорошую грозу, летать приходиться без привязки к линиям притяжений, а значит большой риск улететь во Вселенское Небо, из которого нет возврата. Нормальные корабли стараются обойти грозовые тучи, улепетывают от них во все паруса. А охотникам нужно в самый центр забраться. Условия фантастические – хлещет дождь, ветрище закручивает потоки, молнии выстреливают со всех сторон. Корабль полыхнет спичкой и сгорит за пару минут. Защитить слабое и хрупкое человеческое тело от электрического разряда почти невозможно. Иногда охотники за молниями гибли целыми командами, вместе со своим кораблем. Молния попадала в понравившуюся ей точку, взбалмошной змейкой ползла по кораблю, испепеляя все, что встречается на пути, кидаясь от одного матроса к другому, захватывала боцмана и капитана. А дальше, ветер разносил горстку пепла, еще до того, как корабль достигал тучи. Если гибла только команда, то корабль принимался парить в небесах мрачным призраком, распугивая птиц и рыб, мог обрушится на остров, угробив немало жителей.

Есть, конечно, защитные сетки и щиты, громоотводы и антенны-уловители. Охотники постоянно осваивают разные хитрости и уловки, чтобы хоть как-то обезопасить себя. Да только это палка о двух концах. Либо ты защищаешься от молний, либо привлекаешь, чтобы поймать. Все вместе никак.

Джар оглядел корабль еще раз. Вот почему «Страйк» почти полностью отделан фарфором. Фарфор лучший материал для защиты от электричества. Молния отскакивает от гладкого блестящего покрытия и не распространяется дальше.

Джар разглядел антенны и сетки на носу корабля, на корме и почти на всех мачтах. Молнияуловители, а не громоотводы как он подумал сначала. Громоотводов столько не ставят. Да и для чего еще могло понадобиться столько фарфора? Обычные судна держаться от грозовых туч подальше. Им фарфоровые вплетения в корпус, лишняя трата денег, украшение. Это охотники за молниями лезут на рожон, в самое пекло, туда, где все сверкает и грохочет. Там совсем другие порядки и законы. Точнее их совсем нет. Делай что хочешь, главное, поймать молнию и остаться в живых. Охотники за молниями, фактически, пираты. Им никто не указ, они вне закона всех материков и при этом им везде рады, потому что другого способа добыть электричество нет. Джар помнил, как шарахались люди от охотников за молниями на Зардисе, когда те, приставали к четвертой пристани. Порт вмиг пустел. И две недели потом островитяне шептались, что пираты навытворяли, сколько провизии забрали, естественно забыв заплатить и сколько девиц увели. Охотники за молниями делали что хотели, ни у кого не спрашивая разрешения. Жили лишь одним моментом. В каждый полет отправляясь как в последний раз. Собственно, вся жизнь охотника за молниями это полет от тучи до тучи. Часто единственный полет.

– Сразу надо было предупреждать. У нас тут молнией шарахает. Убивает. Заходи. Ждем! – буркнул Джар, но про себя отметил, что Страйк с его командой ни капли не походил ни на один из тех кораблей охотников за молниями, которые он видел.

– Не дрейфь! – хохотнул Дорн. – У нас за всю историю полетов только два летальных исхода! Причем от слова лЕтальный!

– А последний? Как раз мой предшественник? – сомневался парнишка.

– Да нет! – Дорн ржал в голос. Видимо ему не часто выпадало сообщать неожиданную новость новичкам, которые не знают во что ввязались. Страх Джара его очень веселил. – Твой предшественник свалил, потому что его укачивает. Мы как с линии притяжения сошли, так он за борт и свесился. До самого Зардиса висел! Как весь в небо не вышел? Не знаю… Первым свалил, как трап опустили. Уполз.

– С линии притяжения… – проскулил Джар, шмыгнув носом.

Охотники летают без привязки. А значит свободно парят в воздухе. Кроме линий притяжения в небе встречались воздушные ямы и целые пропасти, там никакие крылья не помогут. Рухнешь, наберешь скорость, инерцию и не сможешь остановиться. Все! Вселенское Небо ждет тебя! Непознанные аномальные зоны, воздуховороты, смерчи, торнадо и бог весть что еще, неизвестное и неуправляемое, куда нормальные корабли и носа не повернут.

Дорн одной рукой поднял тюк вдвое больше, чем у Джара, взвалил его на плечо и обняв другой рукой парня за плечи повел к камбузу.

– Мы самый передовой корабль и самые удачливые добытчики. Первые! Лучшие! Нам нет равных! Половину всего электричества Империи добываем мы.

Джар сомневался. Ну вот как он в это вляпался? Контракт с Боссу подписал не глядя. Интересно на сколько? Пожизненно? Может его тоже будет укачивать? Пока они сидели на линии притяжения. Корабль шел жестко и устойчиво, как будто и не двигался, лишь слегка вибрировал. Перемещение и довольно быстрое можно было отследить по проносившимся мимо островам. Но кто его достоверно разберет на голубом просторе, кто относительно кого двигается и с какой скоростью? Ну, еще ветер дул с левого бока. Так, то ветер, ему вообще никто не указ, никакие линии притяжения. Матросы по палубе двигались неспешно. На крюйс-марсе дежурил один человек и возле штурвала другой. Все были одеты похоже друг на друга. В серо-синие брюки, свободные светлые рубахи, редко в полосатые тельняшки и перевязаны широкими синими кушаками.

– Форма у пиратов? Да, ладно, – Джар почесал затылок. Он точно попал на необычный корабль.

Присмотревшись он разглядел, что рубашки на ребятах разные, встречались дорогие шелковые и батистовые, брюки тоже, отличались материалом и покроем. Больше всего поражала чистота и свежесть одежд. Крайне необычно для пиратов, как правило пренебрегавших стиркой и баней.

Джар и боцман дошли до лестницы, идущей вдоль борта, с верхней палубы на среднюю. Дорн все еще похохатывая, пропустил Джара вперед. На камбузе жизнь кипела в полном смысле этого слова. Розовощекий и удалой кок, в фартуке поверх тельняшки и серо-синих, как у всех, брюках, ловко орудовал ножом, тут же помешивал сразу двумя поварешками в бурлящих кастрюлях и отдавал распоряжения трем поварятам.

– Новенький? – он тоже радостно улыбнулся, приветствуя вошедших. – Я кок Ферт.

Все, кого Джар видел, кроме старшего помощника капитана, сэра Люка оказывались веселыми и улыбчивыми ребятами. Прям не команда корабля охотников за молниями, ежесекундно рискующих, бродящих по ниточке между жизнью и смертью, а реклама зубного порошка.

– Голодный? – продолжил кок. И не дождавшись ответа Джара, налетел на Дорна. – Парня не покормили, не переодели, а ты уже работать заставляешь!

– Сам просил провизию сразу на склад спустить! – надулся боцман. Видно, он и сам понял, что сплоховал. – Ладно, корми. Найду кого-нибудь.

Дорн сразу ссутулился, превратился в неповоротливого угрюмого увальня и вышел. Бросив напоследок:

– В кубрик затем приходи. Одежду дам. Потом, какую захочешь купишь. Главное, одевайся чисто и аккуратно! Старпом грязь не выносит.

Видно, неудачи, даже маленькие, Дорна очень огорчали, или совесть сразу принималась терзать.

Через пару минут Джару досталась огромная тарелка овощной похлебки, с половиной упитанной мясистой курицы и огромный ломоть поджаренного хлеба с настоящим сливочным маслом. Столько еды Джар давно не видел. На Зардисе, он конечно, не голодал. Остров жил сыто, но пища в основном шла растительная. Овощи, фрукты сколько угодно, картофеля завались, вот с мясом все обстояло сложнее. Коров не разводили вообще. А значит молочные продукты и масло редкость и дорого. Птицу разводили, но не с переизбытком. Все привозное, вообще, стоило дорого.

Парень уплетал за обе щеки, не отвлекаясь на поварят, которые его разглядывали. Совсем дети, лет по пятнадцать. Глазастые, розовощекие и хорошо упитанные. Жилось на корабле, очевидно, сыто и благополучно. Шоколадное пирожное и настоящий кофе, выданные Джару на десерт это подтвердили.

– Питаться надо хорошо! – поучал Ферт. – Если в животе пусто, никакого интереса к работе и приключениям не будет. У нас всегда еды навалом. Уж я об этом хорошенько забочусь.

Кок, не шибко отличался возрастом от всей команды, лет на пять старше Джара, не больше, но уже обладал небольшим круглым животиком.

Вдруг, корабль дрогнул и ухнул вниз. Раздался тяжелый гул, который назойливо обволакивал и создавал вибрацию внутри. На плечи Джара будто мешок положили, корабль устремился вверх, а притяжение тянуло вниз. Потом еще один рывок, когда на мгновенье подвисаешь в невесомости. В животе парня все всколыхнулось, он схватил ртом воздух и глубоко вздохнул. От Джара не укрылся внимательный настороженный взгляд кока. Видимо, на этом моменте путешествия должно было стать ясно, провисит Джар перегнувшись через перила до ближайшего захода в порт или нет.

– Молодец! Наш человек! – похвалил кок, похлопав Джара по плечу, когда тот задышал спокойно и поварята радостно закивали. – С линии притяжения сошли. Раз рыбок не пускаешь, – тут он хохотнул, погладив живот, – значит, приживешься.

Джар подобной уверенности не разделял. Он вообще сомневался, что на этом корабле долго живут.

Даже в тех редких газетах, что попадались Джару на глаза, списки погибших охотников за молниями печатали на последней странице, мелкими, совсем крошечными буквами, без лупы и не рассмотреть. Имена шли бесконечными строчками и уж точно упоминались не все. Если кто-то из друзей или родных уходил в охотники за молниями их хоронили сразу.

На палубе царила суматоха. Весь экипаж, а он оказался довольно большим, работал слаженно и четко, словно единый организм. Каждый знал свое место и обязанности.

– Поворачивай на другой галс! Поднять фок-зейл!

Словно проворные обезьянки матросы скакали по вантам, вязали концы и натягивали паруса. Верхние крылья натянулись и повернулись под нужным углом. Нижние ходили симметрично и медленно, стабилизируя вертикальное положение. На палубу выносили бочонки-ловушки. Внутри они походили на улей или лабиринт. Джар видел такие, в них собирали молнии и хранили электричество. А вот антенн и уловителей настолько разных форм и видов парень никогда не встречал. Именно сюда будут бить молнии.

– Хорошо бы только сюда, а не мне в лоб, – буркнул он.

Сэр Люк стоял на капитанском мостике. Приказов он не отдавал, только наблюдал за работой команды. Все итак хорошо знали, что делать.

К старшему помощнику подошел юноша, на целую голову ниже него. Как и принято на Страйке в сине-серых одеждах. Плотно прилегающий к телу камзол, расшитый серебряными нитями, расширялся к низу, доходил до колена, под ним белая рубашка. Узкие брюки, заправленные в сапоги с отворотами и золотыми люверсами. Тень от широких полей шляпы скрывала лицо.

– Неужели капитан? – ахнул Джар, прищуриваясь и вглядываясь в парочку на мостике. Уж слишком юным и щуплым казался паренек, командовавший величественным фарфоровым кораблем. Юноша облокотился на перила и опустил лицо вниз. Джар не смог удержаться и вперился в лицо капитана взглядом. По правой стороне лица проходил сложный витиеватый рисунок. Татуировка? Кожа казалась светлой, почти перламутровой, а черты лица очень нежными, изысканными. Порыв ветра взметнул за спиной пепельные серебряные кудри, перевязанные банданой под шляпой. Очень длинные волосы.

На капитанском мостике, рядом с сэром Люком стояла девушка. Девчонка! Джар обомлел. Это ни в какие ворота не лезло. Загреметь к охотникам за молниями, да еще под начало девчонки.

Тут он почувствовал на себе цепкий любопытный взгляд с капитанского мостика. Эта девчонка пристально на него смотрела. Взгляд пронизал его насквозь и Джару тут же померещилось, что сейчас она прочитает его мысли, узнает все тайны. Почему он здесь на самом деле? И что прячет в мешке? Не просто прячет. Принес на ее корабль! На него волна за волной накатывали несвойственные ему чувства. Тревога и чувство вины противными мурашками побежали по спине. Сэр Люк что-то проговорил, видимо объясняя присутствие Джара на корабле. Капитан кивнула и окинув палубу взглядом еще раз, ушла. Джару показалось что стало чуть темнее. Он чувствовал что-то непонятное. Потерю? Утрату? Отчего это? Она кивнула сэру Люку? Или поприветствовала его, Джара?

– Дуй в кубрик, переодевайся. – рядом возник Дорн. – Объясню, что к чему и дам первую вахту!

Он не смотрел на Джара, следил за работой команды.

– Капитан девчонка? Женщина? – не выдержал Джар.

– Да, мисс Эва. Просто Эва. Она у нас уникальная, – в голосе Дорна сквозило явное восхищение.

Джар сразу понял, Дорн говорил не о банальной юношеской симпатии или даже влюбленности. Боцман высказывал уважение и почтение, как к старшему товарищу, как к профессионалу.

Джар даже представить не мог, что такого особенного может оказаться в тощей словно щепка девчонке, ростом с цветочный куст. Ей от силы лет семнадцать.

Он было открыл рот высказаться по этому поводу, но уперся в пронзительный ехидный взгляд. Перед самым его носом, взметнулась копна белых, как пепел косичек и выпрямилась только что спрыгнувшая с вант девчонка. Мелкая и проворная, как мартышка. Джар невольно позавидовал ловкости, с которой та скакала по мачтам и стеньгам, почти не касаясь их. Девчонка с загорелой кожей цвета горького шоколада, под которой перекатывались мышцы. Золотые, кошачьи глаза вцепились в Джара настороженным взглядом, пытаясь проделать в парне дырку.

– У тебя что? Проблемы с девушками? – прошипела она.

– Да нет! – пожал плечами Джар. Взгляд девчонки его не смутил. Отчего бы вдруг?

– Это Кэсс, – улыбнулся Дорн.

Кэсс небрежно и виртуозно поигрывала парой карамбитов, изображая свирепость, неприступность и суровость. Изогнутые ножи взлетали в воздух и неизменно, словно привязанные, возвращались к ней в ладонь.

– Здорово! – улыбнулся Джар, покрутил пальцем над головой, указывая на верхатуру и совершенно искренне восхитился. – На тебя гравитация, наверное, не действует! Даже не представлял, что так возможно.

На лице девушки что-то дрогнуло. Джар сдержался и не закатил глаза. Девчонки они и есть девчонки. Все падки на комплименты и похвальбу. Карамбиты исчезли в складках ее одежды, а рот приоткрылся, собираясь что-то сказать, но сомнения и замешательство повисло в воздухе. Джар кивнул, улыбнулся и небрежно пошел по своим делам. В кубрик. Оставив Кэсс самой разбираться со своим смятением и волнением. Джар точно знал, самый лучший способ урезонить зазнавшуюся девчонку это не дать ей высказать свое пренебрежительное мнение о тебе.

Странным помещением оказался этот кубрик, комната на первом ярусе корабля, где отдыхали все матросы. Просторное, чистое и удивительно светлое. Приятный теплый свет лил из светильников, в форме стеклянных шаров, внутрь с заключенной внутри молнией. Парень видел разные светильники и фонарики, даже хрустальные. Под час одаренные давари изготавливали очень изысканные вещи. Но что бы сразу столько! Даже индивидуальные ночники у каждого гамака висели. На «Страйке» электричество не экономили. Корабль не переставал восхищать. Самое современное оснащение. Освещение – яркое и добротное. Повсюду. От кубрика до бортовых огней, плотного ряда ослепительных софитов. Такое встречалось редко. Может быть на королевских кораблях.

Гамаки ровными рядами висели на переборках. Джар прошел между ними отыскивая свободный. Единственный, не заправленный. Белье и одежда на нем лежали стопкой.

Джар переоделся, запрятал свой мешок под одеяло, подумав, что надо будет найти укрытие понадежней. Мысль о девушке на капитанском мостике не давала ему покоя. Какого цвета у нее глаза? Он так и не разглядел. Серебряные волосы, летящие по ветру задержались в памяти. Ему мерещился запах цветов, который закрался внутрь него каким-то непонятным вечным напоминанием о чувствах, что он испытал под ее взглядом. И эта татуировка на лице? Зачем она? Украшение? Может быть шрам? Да, точно шрам! Очень похоже! Странный какой, синий и узорчатый! Почему его, Джара это вообще интересует? Ему что, больше не о чем думать?

А шрам, даже красивый! Хотя, любая другая девчонка сочла бы его уродством и наверняка замаскировала как-нибудь. А эта нет. Эта гордо вскидывала подбородок и величественно прикрывала глаза. Ростом-то совсем малышка!

– Да, ладно! Эта девчонка капитан! С ума сойти! – хмыкнул Джар все еще не веря и побежал на палубу.

Почему из всего вихря событий, произошедших с ним сегодня, его так зацепила мисс Эва он не понимал.

С девушками Джар ладил хорошо. Они ему нравились. Многие. А он им нравился еще больше. Почти всем и почти не прикладывая усилий. Джар прекрасно отдавал себе в этом отчет. Смелый, находчивый, веселый и симпатичный парень. Его зеленый наглый взгляд и белозубая улыбка производили неизгладимое впечатление.

С миленькой хохотушкой Диз он частенько наведывался в ресторан. В тот самый, где она работала официанткой, а ее папаша поваром. По ночам, парочка посиживала за столиком, предварительно накрыв себе ужин. Как Диз улаживала нехватку продуктов он не знал и не интересовался. Однажды, они даже открыли бутылку вина. Джар сыпал шуточками, гладил ее руку, лежащую на столе, зарывался носом в ее шелковые волосы и целовал в висок. На пузатых диванчиках, предназначенных для гостей он освобождал ее от многочисленных юбок и корсета. Ему нравилась ее гладкая кожа и сговорчивость. Диз пахла ванилью, корицей и кардамоном. Когда ему хотелось вкусненького, он начинал по ней скучать.

С худенькой недотрогой Фиби он целовался до самой зари в стоге сладко пахнущего сена, наматывал ее рыжие локоны на указательный палец и показывал звезды в ночном небе, названия которым придумывал на ходу. Она смешно охала, когда он забирался рукой ей за ворот кофты, широко распахивала черные глаза и крепко прижималась к нему, когда от обнимал ее за голые бедра. После каждого свидания он не забывал унести целый мешок груш, яблок или картофеля из огорода ее дяди. Однажды, груз оказался так тяжел, что Фиби сама пошла его провожать и на удивление оказалась сильной.

А еще была пухленькая меланхоличная Сэсс, трудившаяся в швейной мастерской и без зазрения совести утаскивающая ключи от бань, которые держала ее тетка. Они с Джаром всю ночь напролет нагишом плавали в бассейне с теплой прозрачной водой и предавались любви на разогретых камнях. Сесс обладала розовой, приятной на ощупь кожей и непременно краснела от его смелых ласк.

Они все ему очень нравились и еще больше были полезны. Джар не задумывался что такое любовь, ни к одной из девушек не привязался всерьез. Во всяком случае брать их на свой летающий остров не собирался. Зато он точно знал, что девчонкам нравится – комплименты, пустая болтовня и обещания, которые не собираешься выполнять. Ну еще цветов хорошо в поле или саду надрать. Тогда они начинали вздыхать, ахать и восхищенно закатывать глаза. А уж поцелуй и вовсе служил гарантированным доказательством великой любви. После такого, девчонки совсем распалялись и были готовы на любые глупости, хоть и строили из себя целомудренных недотрог.

Ни одна из его знакомых не осилила бы управлять кораблем, не отличала ловушку от обычной бочки и вряд ли считала дальше десяти.

Время от времени он проводил вечера и ночи с каждой из них, ничего не обещал и единственное, о чем заботился, что бы они жили подальше друг от друга и никогда не познакомились.

Так что, нет, проблем с девушками у него не возникало. Да и мысли о них не беспокоили. До этого дня.

А вот сегодня все сложилось совсем иначе. У Джара появились странные желания. Ему во что бы то не стало захотелось поймать на себе взгляд из-под капитанской шляпы. Восхищенный и заинтересованный. Хотелось узнать какого цвета у Эвы глаза. И какими все-таки цветами она пахнет?

– Сколько молний надо поймать что бы этот настороженный и высокомерный взгляд стал восторженным и ласковым? – спросил парень сам у себя и очень испугался своих мыслей. С ним явно творилось что-то непонятное, не свойственное ему.

Охотники за молниями лихие и удачливые ребята. Тяжело ли стать лучшим из них? Удачи ему, Джару не занимать! Ловкость и сообразительность его тоже не обошли. Почему бы нет? Как захотелось стать хорошим охотником за молниями! Может быть лучшим? Парень с довольной улыбкой отправился на поиски Дорна.

Глава 3. Первая гроза.

На палубе царила суматоха. Ванда, младший помощник капитана и командующая непосредственно ловцами молний, вертелась словно флюгер в бурю, раздавая указания. Бак, главная палуба, спардек и ют спешно заставлялись оснащением для молний. Бочонками-ловушками, тубами, клубками, которые охотники еще называли моталками. Джар представил, как все это будет искрить и сиять сине-фиолетовыми нитями электричества.

Матросы задраивали люки и двери.

– Грозовая туча прямо по курсу! – Дорн стоял у руля.

Небо вокруг корабля заволокло серой марью, шквалистый ветер безжалостно трепал паруса, моросил мелкий дождь. Светлые сияющие проблески разрывали темные тучи.

Джар прижался к фок мачте и постарался никому не мешать. Ему указаний пока не выдали. Он и не спешил их получать. Сейчас, лучше не попадаться никому на глаза – рассудил он.

Резкий порыв дернул Страйк в сторону, Дорн закрутил руль, разворачивая корабль носом к ветру. До Джара донесся зычный хохот боцмана. Он радовался буре, предвкушал приключения. Джар беззвучно жалобно пискнул.

Серые тучи вокруг клубились, дождь бомбил упругими струями, вода гуляла по палубе. Ветер сотрясал корабль, дергая в разные стороны.

– Корабль! Корабль! – донеслось с крюйс-марса. – Черная молния на оранжевом поле! Лис!

– Рыжий! Чертов неугомонный балбес! – словно молния мимо пронеслась капитан, уверенная и бесстрашная. Тоже с улыбкой и предвкушением на лице. Она перехватила румпель у боцмана. – Дорн, выводи орудие! Сделаем галс! Орудие у киля!

– Есть! Капитан! – боцман кинулся исполнять.

Джара трясло мелкой дрожью. Они же здесь все чокнутые! Ледяная вода, заливавшая его с ног до головы, казалась обжигающей. А холод шел изнутри. Паника захлестывала новоявленного охотника за молниями. Собственное сердце грохотало в ушах. Мир вокруг превратился в плоскую картинку. Будто Джар смотрел на экран кинотеатра. Звук приглушенный, ощущения притупились. Он не представлял, что он будет делать на этом корабле. Что вообще, можно делать в сердце грозы? Онемевшие пальцы мертвой хваткой вцепились в фордуны и никакая сила не смогла бы отодрать Джара от них.

– На первой же стоянке свалю с этого корабля, – пообещал он себе. – Что они видят в этой кромешной серости и водовороте? Как можно управлять судном, которым ветер играет в мячик? Они что собрались стрелять по чужому кораблю? Еще и стрелять? – собственные вопросы засыпали Джара и заставляли дрожать словно суслика в чистом открытом поле. – А по нам тоже будут стрелять? То есть молний и ветра недостаточно?

Страйк вошел в самую глубь урагана. Огромный смерч заворачивался по правому борту. Молнии лупили одна за другой. Ловушки гудели, моталки стрекотали словно свихнувшиеся швейные машинки.

Джар не сомневался, если ад есть, то в нем спокойнее и безопаснее. Парень увидел корабль, тот вынырнул из черного облака и шел им навстречу, чуть правее по курсу и тоже на всех парусах. «Лис» гласили буквы на его борту.

Раздался нестройный грохот, у вертлюжной пушки на носу возникло белое облачко и тут же улетело. В их сторону полетели ядра. Джар расслышал два или три удара о борт. Если корабль и дрогнул от удара, то это осталось не заметным. Страйк итак, вибрировал борясь со шквалистым ветром.

– Отскочили! – прокричал матрос.

– Мазила! – завопила Эва и захохотала. – Канонира на мыло!

– Туки! Поджарь им бушприт!

Канонир Страйка не спеша направил вертлюжную пушку на противника и замер, прицеливаясь. Огненный шар полетел в сторону Лиса. Через секунду бушприт корабля, под оранжевым флагом, полыхнул огнем. Еще один залп и еще. В сторону вражеского судна летели комки огня. Фок-мачта пылала высоким костром, хотя оба корабля заливала вода. Лис все еще сохранял управление, но резко сбавил ход.

Даже скромных познаний Джара хватало понять, что еще немного и корабли столкнуться бортами.

С нижней орудийной палубы выскочил сэр Люк. Невозмутимым ледяным взглядом окинул происходящее и не спеша пошел к капитану.

В этом кошмаре, отряд Ванды не отвлекался, даже не смотрел в сторону нападающего корабля. Будто бой их и вовсе не касается. Ребята оттаскивали в трюм наполненные ловушки и тубы, приносили новые, захватывали молнии ручными уловителями, резким движением наматывали клубки и запихивали их в фарфоровые бочки. Снова и снова ловили молнии. Сосредоточенные и спокойные. Словно вокруг них не полыхает небо и два корабля не бьются насмерть. Кому, вообще, понадобятся все эти молнии если их Страйк развалиться на части или сгорит?

По всей видимости только Джара знобило от страха, а в голове метались панические вопросы.

Яркая синяя полоса метнулась перед Джаром и сломавшись на подлете утекла в растопыренную рогами антенну уловителя.

– Семьсот двенадцать долготы… четыре… широты… – донеслись до Джара слова Люка. Старший помощник говорил совершенно спокойно. Даже представить сложно от чего бы он мог потерять самообладание. Люк продолжил:

– Ровно у него на пути. Разреженный поток. Если Лис не сменит курс, он рухнет в воздушную яму.

– Ничему Рыжий не учиться! – смеясь, заметила Эва. – Фартовик! Возьми руль.

Она смеётся! Смеётся! С нее даже шляпа не слетела! – с восхищенным ужасом пробормотал Джар. Себя он чувствовал жалким испуганным кутенком под дождем. Надо было как-то брать себя в руки. Он же охотник за молниями! Он не сводил взгляда с Эвы.

– И какого цвета у нее глаза? Не голубые и не синие… – несвоевременный, несуразный вопрос снова всплыл в голове.

Джар огляделся вокруг. Ребята вокруг быстро, слаженно, не отвлекаясь ни на что занимались каждый своим делом. Никто не вывалился за борт, никто не рыдал в панике, не бился в истерике. Собраны, решительны, даже веселы. Уверенны. В корабле, в капитане, друг в друге, в себе. Каждый делал что должен и ничего не боялся. Это ощущение уверенности передалось и Джару. Он перестал дрожать. Дыхание выровнялось, сердце успокоилось. В сознание проникли звуки и происходящее.

Кэсс спрыгнула откуда-то сверху, проворная и ловкая. Синие жилы проступили сквозь темную кожу на ее руках, когда она изо всех тянула канат, закрепляя конец. Джар кинулся к ней. Поймал канат, в тот самый момент, когда тот выскользнул у девушки из рук, и уверенно закрепил к рангоуту. Кэсс едва заметно кивнула и на мгновенье застыла, когда рука Джара случайно коснулась ее голого предплечья.

А сердце Джара воспарило к ноку грот мачты и не желало возвращаться. У него все получилось! Он справлялся с корабельными делами, не взирая на шторм и бой. В тот миг он поверил, что охотник за молниями из него все-таки получиться.

– Приготовится к абордажу! – раздался звонкий голос капитана.

– Мы под завязку, – сообщила Ванда. – Двенадцать бусин.

Матросы сворачивали некоторые уловители молний. Закрывали их словно зонтики.

Кэсс вручила Джару саблю, настоящую изогнутую и тщательно наточенную. Джар оторопело посмотрел на оружие.

– Да, ладно! – вырвалось у него, но девица уже сиганула за борт, держась за канат.

Капитан держалась за леер и не отрываясь смотрела на приближающегося Лиса.

– Не спеши Люк, не торопись – шептала она, улыбаясь и завороженно глядя на противника.

Корабли поравнялись, бушприты шли параллельно. С палубы Лиса Эве махал высокий мужчина.

– Ты попалась, лапочка! – читалось по его губам.

Джар разглядел рыжие лохмы, перевязанные платком, гнилые зубы и черные хитро прищуренные глаза. Камзол капитана Лиса, видавший виды, был в подпалинах, хотя огонь, полыхавший на корабле, они затушили. С палубы доносилась неимоверная ругань. Вооруженные до зубов пираты бранились, так что словесные извержения пугали больше их оружия.

Лис был больше Страйка и шел чуть выше. Джар разглядел железные шипы по дн�