Оясуми насай! Спокойной ночи, любимый!
Глава 1.
– Спасибо Андрей Владимирович, вы такой прекрасный начальник, но лучше мне уйти. Я не могу выносить ваших требований и распорядка! Удивительно, как они все терпят?
Настя подошла к наблюдательному окну и окинула недоумевающим взглядом сотрудников.
– Мы сработаемся, это нормально. Это стресс первых двух месяцев, который нельзя исключить! – важно сообщил директор.
– Да я попала в ад!
– Могу проводить на ваше рабочее место! – улыбнулась Екатерина Петровна. – Анастасия Дмитриевна пока не умеет улыбаться, как положено. Но после того, как она прочитает инструкции…
– Я умею улыбаться, но не так, как вы! – Настя передразнила, показав все свои ровненькие остренькие зубки в два ряда.
– Мы работаем с иностранцами, если вы будете ТАК улыбаться, они сбегут к нашим конкурентам!
– А разве у вас есть конкуренты? – ухмыльнулась Настя, прищурив глазки.
– Стойте! Я понял, – начальник напряженно уставился в окно, – Анастасия Дмитриевна, Вам нужна премия за улыбку?! Хорошо… Я куплю вашу улыбку!
– Что? – Настя широко раскрыла глаза и уставилась не в окно, а на директора.
Причем смотрела она с искренним удивлением, рассматривала, как на инопланетного осьминога. Даже с опасной отошла.
– Договоримся! – тихо сказал начальник и кивнул на место рядом с собой. – Екатерина Петровна, спасибо, я сам с ней поговорю.
Настя послушно сделала шаг вперед, к директору. Ей стало любопытно.
А началось всё совсем не так давно. Свой первый рабочий день Настя начала два месяца назад, согласно корпоративному распорядку. В восемь тридцать утра.
На работу шла с улыбкой. Зарплата в два с лишним раза превышала зарплату старшего брата, который её сюда устроил по блату.
У Насти был диплом переводчика с японского и китайского языков, практика в Японии, в Китае тоже. Кроме этого у Насти было огромное желание переводить и мозги.
Но она не любила лгунов, а особенно фальшивых лицемеров. Когда провели по двум этажам офиса, Насте стало плохо от их улыбок.
– А вот это наши роботы! – начальница по административным делам завела Настю в огромный зал и с гордостью повела рукой.
«Роботы» оставили в покое сборку своих микросхем, повернулись, одновременно улыбнулись.
Настя зашлась икотой.
Все мужчины были одного роста, в одинаковых черных костюмах, белых рубашках и одинаковых галстуках. Отличались только прически: цветом волос и объёмом.
Было два лысых. Лысые выглядели еще страшнее, чем волосатые.
Настя чуть не воскликнула в свой первый час своей работы: «Да что тут у вас происходит???» Потом ей стало любопытно, поэтому она притихла.
Везде были камеры, даже в туалетах. Везде были сотрудники, которые знали о камерах и вели себя прилично нос внутри не чесали во время работы. У всех на столах был идеальный порядок, кроме «роботов», но даже у них всё лежало очень гармонично.
Её провели по коридорам, проводили в кабинет для переводчика.
В своем кабинете Насте стало еще больше не по себе, но она перестала удивляться. Потом она подумала о камерах и улыбнулась, заблестев глазами. Это был еле сдерживаемый смех.
Настя решила, что ей, конечно, нужен опыт и зарплата, но строго по инструкции она работать не обязана. Не каждый живой человек в состоянии понимать и запоминать огромный массив текста.
Ей выдали ноутбук и приказали переводить художественно, а на любой вопрос из писем иностранцев придумывать ответ сначала по-русски, согласовывать, а потом отвечать по-иностранному.
В первый рабочий день прошли первые шесть часов. За это время произошли два деловых перерыва.
Сотрудники куда-то разом исчезали, а Настя оставалась в своём прозрачном кабинете-стекляшке посреди зала.
Это было странное место. Она чувствовала себя рыбкой в аквариуме, потому, что у всех остальных не было кабинета, только ровные столы. Настя из своего «аквариума» наигранно улыбалась и кивала каждому, кто проходил мимо, или просто поглядывал на неё.
Так прошло шесть дней.
За Настей приставили надзирателя, который запретил ей смотреть в камеру и так яростно и сильно улыбаться, потому, что это смешит «надсмотрщика» за новыми сотрудниками.
На вторую неделю своей стажировки Настя продолжала чудить. Она обнаружила в своём прозрачном кабинете целых две камеры и стала им регулярно по-японски кланяться. Потом начала предлагать камерам «Сакэ». Принесла из дома пиалу, на которой была нарисована улыбка, и вежливо предлагала, улыбаясь сильно.
Улыбалась она не только своими зубами, но и вставной специальной челюстью с искусственными большими зубами.
Насте пригрозили штрафом, поэтому она обиделась и сделала себе заячьи зубы из подушечек жвачки, продолжая улыбаться. А когда ей назначили штраф, совсем обиделась и совсем перестала улыбаться.
За это её еще раз пригрозили оштрафовать. Но она сдала тестирование успешно, и вообще её японский с китайским были на высоте. Поэтому не стали.
Улыбаться она не начала.
При подведении итогов месяца на мрачную девушку, сжимавшие губы розочкой смотрели, скосив глаза, и улыбались тайно, но вполне искренне.
Но суровая обиженная Настя сжала губы в японский узелок и накрасила в японском стиле.
После такого протеста, администратор сообщила Насте, что теперь ей нужно улыбаться только во время сдачи работы, иначе снова прилетит нехилый штраф.
Настя благодарно прищурилась и сообщила:
– Спасибо, я это учту. Припомню!
Глава 2.
Однажды, Настя посмотрела в окно и совершенно искренне улыбнулась. Погода была хорошая, чирикали воробушки.
«Уйду сегодня согласно трудовому распорядку и ни минутой позже!» – сказала она громко для камеры, а потом начала петь песню на китайском, вторить птичкам.
«Найду, где мне погулять, и никакие штрафы не страшны».
Так спела Настя и, довольная, сложила руки лодочкой, поклонилась камере, поправила хвост, быстро переобулась, выключила компьютер, посмотрела на часы и увидела то, что хотела увидеть.
В этот момент в кабинет без стука вошел самый главный начальник.
Настя пропела ему на японском: «Рабочий день окончен, всё будет завтра!»
– Шигото но хи ха тсиг ватсу та! Су би тега АСУ ни нари МАСУ!
И выпорхнула за дверь, прошуршав мимо него юбкой.
Оглянулась, потому, что забыла попрощаться, увидела круглые глаза Андрея Владимировича с признаками беспокойства.
– Сайонара! – сказала Настя, мол, «до свидания».
Пришла домой после магазина с большим пакетом овощей и кексом, и вдруг поняла, что темнота никак не наступает.
«Что-то случилось? А где мой вечер? Где сумерки?» – подумала Настя и поняла, что ушла на два часа раньше еще и не улыбнулась начальнику на прощанье.
На следующий день она ждала штраф и тренировалась улыбаться, как нашкодившая кошка.
Зашла в кабинет после осторожного стука, рассказала, что бес попутал, птички и погода. Извинилась по-русски и по-японски заодно, на всякий случай.
– Что это было-то дорогая Анастасия Дмитриевна? Умопомрачение или вас уже надо бояться? – сказал по-простому начальник.
– А чего вы меня не остановили?
– Стал вспоминать, что еще тебя тут не устраивает!
Настя решила выгодно обеспечить себе более комфортное существование и попросила:
– Можно камеры убрать из кабинета? Она с надеждой уставилась на главного в этой компании и сделала доверительное лицо, – Он всё равно, как аквариум никуда я не сбегу!
– Одну придется оставить! – решительно сказал директор, нервно подергиваясь.
Настя подмигнула сначала двумя глазами, а потом одним.
– Я обязательно это учту! Ватаси ва анатас йуки! Что означает – вы мне нравитесь!
Настя не думала, как и дальше произвести хорошее впечатление на своего начальника, она просто решила, что после любого промаха должна выглядеть безупречно, то есть эффектно. Именно поэтому после наглости надела светло-серый костюм, белую атласную майку на тонких бретельках и классические босоножки с неклассическими тонкими застёжками чуть выше щиколотки.
На тонких, изящных каблуках безупречных серебристо-серых босоножек она потанцевала дома и решила, что всё будет отлично. Наряд превосходно сочетался с её синими глазами и собранными в безумный высокий хвост волосами.
Дойдя до кабинета, покружилась перед камерой, оглядев себя еще раз со всех сторон, и подкрасила губы так же перед второй камерой.
Настя осталась счастлива и весела.
Заодно, она прихватила с собой свои «достижения» за время учебы и практики: отзывы от благодарных заказчиков, папку с многочисленными грамотами и благодарностями. На случай, если её попросят с работы, она решила разложить перед начальником свои супер способности и попытаться заслужить прощение корпоративной улыбкой нашкодившей кошки. Но это даже не понадобилось.
Она не знала, что Андрей Владимирович, провожал её взглядом через камеры. Он смотрел на её ноги в босоножках и чувствовал себя прекрасно. Как будто он в сауну попал. Изнутри согрелся. И даже перегрелся. От гнева или чего-то большего.
Потом ему стало стыдно, но он сразу подумал, что надо как-нибудь её оставить поработать сверхурочно. Срочно найти повод и оставить. А потом, возможно, подвезти домой.
Как назло в текущих заявках не было срочной работы. По корпоративному этикету у всех заявок был зафиксирован срок исполнения, и они были отмечены Настей «В работе» или «Ждёт контроля».
Честно говоря, его так и тянуло зайти к Насте, проводить её уже сейчас до своей машины, но пришлось сдержаться. Андрею было сложно при сотрудниках в её стеклянном аквариуме показывать излишнее внимание начальства. Но пересаживать переводчика, который может работать со сверхсекретными данными было нарушением инструкций.
Клиента Андрей для насти нашел всего лишь через несколько минут сам, позвонив своему лучшему другу.
Женатому и обремененному двумя детьми мальчишками.
Андрей полазил на полках, нашел то, что искал из литературы и спрятал в стол. После долгих переговоров с понимающими смешками со стороны друга, то есть Настиного «клиента» Андрей ближе к обеденному перерыву, решил, что пора приглашать переводчика.
Сделал глубокий вдох и выдох, взял трубку и произнес деловым равнодушным голосом.
– Слава, вызови ко мне Анастасию Дмитриевну.
– К вам? Секунду! Она могла уйти на перерыв.
– Скажи, что сегодня надо поработать сверхурочно, – быстро добавил он и тут же пожалел, глянув на часы. – Я ей всё объясню, что нужно делать.
«Да, лучше, если Насте заранее скажет именно Слава. Она зайдёт уже подготовленной».
Настя, весело улыбаясь и жуя пирожок, так как настало время обеда, доскакала до начальника и осторожно спросила у секретарши Славы-Ярославы:
– Мне сюда?
– Да, с ним новый заказчик, уже минут сорок разговаривают. Что-то серьёзное.
– Да что там серьёзного, всё легко! – улыбнулась всеми зубами Настя и снова откусила пирожок.
Слава, которую все называли «Слива» за любовь к тёмно-фиолетовым костюмам, блузкам и пальто сообщила о явке. Настю сразу пригласили.
– Сегодня надо поработать сверхурочно, – сказал Андрей Владимирович и опять глянул на часы.
– Что? Меня не увольняют? Домо аригато!!!
Теперь оба мужчины уставились на Настю, и она дожевала, но проглотила с трудом и чуть не подавилась.
В кресле сидел мужчина её мечты. То есть, конечно, не факт, но она мечтала о высоком, черноглазом и взлохмаченном брюнете, у которого густые брови, прямой длинный нос и вот такой свитер с такими прекрасными штанами джинсового типа. И ботинки ковбойские. И ремень с блестящей пряжкой. И небольшая щетинка. А еще такая милая ямочка на подбородке.
Рядом с мужчиной мечты стоял начальник, который уставился странными глазами. От этих глаз Насте стало нехорошо и она вздохнула, приподняв верхнюю половину туловища.
Начальник дернулся, прыгнул за свой стол и сел с деловым румяным лицом.
– Анастасия Дмитриевна? Мне вас рекомендовали. Я хотел оставить заявку на перевод художественного произведения, которое является в своем роде уникальным, для моей семьи. Историческим. – сказал мужчина из кресла, посмотрев на её ноги.
– Шиноюменоо юа… – Настя прошипела «мужчина мечты-ы-ы…» по-японски.
– Мне нужно кое-что уточнить с вами, Сергей Владимирович, по вашему японскому проекту. Когда приступить и срок исполнения. – сказал начальник Андрей из-за стола очень серьезно.
– Да я уже согласен! Работать будете у меня! Андрюх, я согласен, о… какая она красота! Не могу предоставить вам оригинал книги, запрещаю делать копию, будете переводить под моим присмотром! Андрюха, я её забираю! В загородный дом. … Что это с ней?
У Насти уже давно раскрылся рот. Она обошла вокруг клиента Сергея Владимировича и сложила по-японски руки. Она ничегошеньки не слышала, потому, что мужчина мечты был и-де-а-ль-ным.
Потому, что он еще и встал.
Фигура была чу-дес-ной.
Поэтому Настя не поняла, что начал возмущенно говорить её начальник и почему он снял свой пиджак.
Фигура начальника была еще более идеальной, когда с неё исчезла мешковатая верхняя часть костюма. Он оказался совсем другим, и зачем-то чуть стянул галстук, расстегнув воротничок рубашки.
Потом она услышала
– Никуда она не поедет, и вообще, ты женат!
– Поедет, и я разведен, да… да… Сашка подала на развод, мы развелись. А причем здесь это, Андрюх? Ты сам просил!
– Тише! – громко, как питон, зашипел Андрей Владимирович, – Анастасия… Дмитриевна. Вы не волнуйтесь, никуда вы не поедете, он сейчас предоставит вам книгу. Будьте осторожны, я на ночь закрою её в своем кабинете.
– Кого вы собираетесь закрыть в своем кабинете? – отмерла Настя и захлопала глазами, – Меня?
– Книгу!
– Какую книгу?
– Раритетную, – мрачно сказал мужчина мечты и снова сел с разочарованием на лице. – Я не понял, что ты хочешь от меня Андрей… Владимирович?
– Замолчи!!… Те… Птицы… Щебечут целыми днями, – сказал Андрей, заметив, как Настя на него прищурилась, – Я считаю, что мой сотрудник обладает лучшими качествами перевода, чтобы Вам, Сергей Владимирович, помочь. Поэтому с сегодняшнего дня и до вечера она приступит к переводу. Давайте книгу сюда.
– Не дам! У меня её нет. Она в моём загородном особняке! И я требую переводчика на дом, девчонка мне понравилась! Как вы, уважаемый Андрей Владимирович, сказали исполнительная, принимающая нестандартные решения.
– Она не девчонка. Она – Анастасия Дмитриевна. Отдайте книгу!
– Что именно вы хотите получить по итогу работы? – встряла Настя в их перепалку, но мужчина мечты смотрел на начальника, а начальник на него.
– Она поедет! Я уже … внес предоплату! Вы не имеете права так поступать с вип-клиентом.
– Я поеду! – вдруг сказала Настя и хитро улыбнулась начальнику. – Я обязательно поеду, потому что Сергей Владимирович – Шиноюменоо.
– Что это значит? – хмуро спросил начальник и снова сел за свой стол.
– Это значит, что буду мило улыбаться. За деньги. Вы же купили мою улыбку? А он купил меня вместе с улыбкой! Он мне очень нравится! Больше, чем вы.
Андрей Владимирович покраснел. На его лице медленно появилась самая фальшивая улыбка.
– Ну, хорошо. Раз вы согласны.
То, что работать она с этим клиентом будет, Настя решила почти сразу. К сожалению или к счастью, ничего подобного в её жизни раньше не происходило, поэтому мозги её заработали, и жажда приключений возникла.
Она поймала взгляд победителя клиента, поклонилась и спросила, когда приступать.
Мужчины хором ответили.
Один сказал «Прямо сейчас», а второй, который являлся непосредственным начальником Насти – «В следующем месяце».
В конце долгих препирательств, Настя усекла, что они довольно близко знакомы, хотя делали вид, что впервые встретились, и проявила навыки «пассивного слушания».
Она кивала и поддакивала, а думала о том, как ей нарядиться в загородный особняк, чтобы комары не покусали, задавая себе самый главный вопрос: есть ли там мыши? Настя уже мысленно собирала сумку и напоминала себе, что нужно положить печеньки и конфеты, чтобы погрызть на ночь.
Почему она надеялась провести там ночь, не знала, но поддакнув в очередной раз, увидела круглые глаза начальника, который спросил:
– Вы что, и на это согласны?
– Да, а что? Я же по корпоративным стандартам являюсь собственностью компании. Конечно, согласна.
Слива, которая подслушивала за дверью, делая вид на камеру, что задумчиво читает документ, уже собиралась донести всем, что Настя и там начудила.
Наконец, Анастасия вышла из кабинета твердой походкой и сказала:
– Он меня продал этому господину! Я уезжаю к нему в особняк! На всю ночь!
Улыбнулась зубами в два ряда, чем добавила Сливе масла в огонь.
Секретарша Слива ярко загорелась азартом сплетен, быстро кинула взгляд на камеру и по-деловому сообщила:
– Анастасия Дмитриевна, не задерживайтесь, проходите на своё рабочее место!
– Ага! Иду, – фыркнула Настя и решила про себя, что Андрей Владимирович вредный опоссум. Сдал её мужчине мечты. Она ему еще покажет!
Весь остаток дня Настино непосредственное начальство трижды вызывало для того, чтобы она не нарушала и строго следовала непонятно чему. Настя его не слушала. Она не видела на лице своего начальника никакую улыбку во время визитов, даже фальшивую.
При встрече складывала губки бантиком и тоже не улыбалась, но её глаза светились глупым оптимизмом и сканировали Андрея Владимировича от взъерошенных волос на голове до пяток, минуя глаза. Росточка Настя даже на каблуках была не слишком большого, а он то вставал, то садился.
За первое замечание, что она не работает, а смотрит с наслаждением в окно, что видно на записи камер, начальник поплатился случайно пролитым на пол в его кабинете китайским зеленым чаем, который Настя взяла с собой «заодно». Вместо Сливы принесла, хотя это была Сливина работа.
А за второе замечание, которое он сделал ей, приблизившись на небезопасное расстояние и шумно дыша,– случайный удар тонким каблуком по стопе. Настя с усилием наступила ему на ногу и тут же улыбнулась, очень мило извинившись:
– Гоэннасай.
Она была натренирована к применению силы, которая могла привести начальство к инвалидности, но пока терпела его нападки.
А вот когда он сообщил, что сегодня Настя должна остаться одна одинешенька и работать, пока не завершит все текущие переводы, поняла, что нужно эту ситуацию как-то разруливать.
Взывать к его совести после удара каблучком было бесполезно, поэтому она решила явиться, улыбнуться и пригласить его на чашку кофе после работы, что точно выбьет из состояния злости. А потом она решила сказать, что это шутка. Потом. Или попить, поесть за его счет, попросить в долг две тысячи долларов, и тогда он точно оставит её в покое.
От взглядов Андрея Владимировича Насте становилось чуточку страшно. Она не хотела влюбиться в этого чудесного директора, который установил жестокие корпоративные требования к бедным сотрудникам.
Глава 3.
В конце рабочего дня Настя сняла пиджак. Она с впечатляющей скоростью печатала на клавиатуре, не поднимая лица.
– Я буду очень мила с ним. Очень мила. И спокойна. Я ему покажу!!! … Я прелесть! Так сказала моя мамочка! А мамочке я верю. – Настя со счастливым лицом откинулась на спинку кресла и привела её в горизонтальное положение.
Она на секунду представила, как Андрей Владимирович заходит и спрашивает: «У вас умопомрачение, Анастасия Дмитриевна? Вас уже надо бояться?» А она нападает на него при всех сотрудниках, которые смотрят на её стеклянный кабинет-аквариум.
На-па-да-ет!
Как девушка-ниндзя. И вот тогда. они все, все эти улыбчивые господа, начинают смотреть с невообразимым интересом. Вскакивают со своих мест и собираются вокруг её стекляшки. Подпрыгивают, чтобы лучше рассмотреть.
Она сначала его гоняет по кабинету, потом валит его на пол, перебрасывая через себя, прыгает сверху, с усилием растягивает его рот в улыбке и кричит: «Улыбайся, согласно этикету!!! Или я тебя заставлю, вредный опоссум!!!»
А потом, она наклоняется и … на лице её страшная маска, он кричит…
Когда Настя очнулась, снова привела кресло в вертикальное положение. Она бесцеремонно открыла коробочку для стикеров и задумчиво зашуршала фантиком. Сунула в рот конфету.
Через несколько секунд увидела на экране корпоративное сообщение:
«Поздравляю, Демченко. Ты снова нарушила правила! И распорядок рабочего дня».
«Штраф?» – быстро написала Настя администратору.
«Двадцать пять процентов оклада»
«Хочешь конфетку?»
«Давай! Это последнее китайское предупреждение – у тебя уже три нарушения».
«Премного благодарна».
Через несколько минут к Насте зашла строгая администратор Алёна, строго улыбнулась, тайно взяла у Насти из руки в руку «Южную ночь», а сама положила ей на стол листик с приказом. Приказ был о кадровой перестановке в связи с увольнением какого-то из роботов. Алёна предостерегла её от дальнейших нарушений громко и со вкусом, а потом забрала приказ и прошествовала на своё место.
С администратором Настя быстро нашла способ подружиться, и Алёна за последний месяц даже немного осмелела. Она стала шуршать фантиком в кармане, быстро, незаметно засовывать конфетку в рот, делая вид, что покашливает.
Администратор Алёна была неплохим человеком, но она так достала Настю в первые дни выговорами, замечаниями и претензиями к внешнему виду, что Настя её специально «прикормила». Когда собака лает возле твоего подъезда, надо её угощать – вспомнила Настя совет своей мамочки… Один раз после резкого тона, она сильно схватила Алёну за руку и вложила туда конфету «Леди День» с курагой. Второй раз она ей незаметно сунула «Леди Ночь» с кокосом, потом уже поняла, что они теперь свои люди, и баловала всем подряд. Всем, что покупал Настин брат Николай.
Улыбнувшись в камеру дежурному администратору Алёне, Настя принялась печатать, демонстративно распустив волосы.
«Опоссум», наверное, хочет узнать скорость моей работы – думала она, яростно вбивая перевод. – Чтобы окупить мою улыбку! Я поеду к этому клиенту и буду с ним распевать… на природе, петь ему песни на китайском, назло! Зато никаких правил и корпоративных издевательств не будет! А целую книгу я буду переводить в своё удовольствие.... неделю! Красота!
За приоткрытым окном, снова чирикали птички, поэтому конец рабочего дня настал неожиданно быстро.
В здании осталось только трое – Администратор Алёна, сама Настя и Андрей Владимирович «Опоссумов», то есть Опольский, который деловито прохаживался между рядами одинаковых опустевших столов и разговаривал по мобильному.
Опоссуму Настя готова была посвятить немало слов из японско-китайского словаря, но далеко не каждое из них употреблялось в приличном обществе, а он не уходил. Алёна уже выключала везде свет, проверяя порядок на каждом рабочем месте и записывая в планшет нарушения.
Время шло, Настя увлеченно переводила инструкции к китайским устройствам, обиженно поглядывая на камеры. Вот свет во всём помещении погас, настроение упало, даже Алёна у себя тоже выключила свет.
«Я бедная золотая рыбка в аквариуме посреди темноты», – тоненько пропела Настя по-китайски и захныкала в голос. – «Они еще и оставить меня решили в этом аквариуме одну! Охрана, конечно, это – здорово, но даже роботы уже ушли»!
Настю, совсем некстати, именно сегодня ждал Данил, присылая ей сообщения одно за другим. Уже пару лет парень тщательно притворялся её лучшим другом и так же тщательно отгонял от неё других парней, калеча их, если не отгонялись.
После того, как Настя нежно, мило, но непреклонно рассталась с огромным спортсменом Данилой, он преследовал её, вынюхивая по следам. Когда у Насти в жизни появлялся кто-то, пахнущий мужским парфюмом, он тут же вылезал из под земли, начинал еще крепче с ней дружить, жалуясь на свою одинокую жизнь и многочисленных девчонок.
По словам Данила девчонки с ним из-за мужского очарования.
Данил был и Насте сначала приятным на вид. Но приятно начинавшиеся отношения развивались слишком уж быстро. Настя еще не рассмотрела его в профиль, как он уже познакомил её с мамой.
И представил, как невесту.
А мама с презрением в голосе стала знакомить с бабушкой, а бабушка с глуховатым дедом.
Все бы ничего, но дед притворялся глухим, причем, как Настя поняла, давно. Потому, что когда она прошептала по-японски «какой ужас» это было «Ду но ё на кьоуфу-у-у», и никто не услышал, а он заскрипел: «Что ты фукаешь? Угощение не нравится, молодка? А ты попробуй сначала!» И подмигнул зорким глазом.
Бабуля, как узнала, что дед не глухой, сразу залилась стыдом, потому, что любила обсуждать с подружкой всё подряд из сериалов. Дед это всё слушал и хрюкал от тайного смеха, а она думала, что он так делает, потому, что сам себя не слышит.
Потом началось. Мама Дани сразу забыла её имя и называла презрительно «невеста».
«А где ты учишься, невеста?»
«И где ты работать собираешься, невеста?»
«Что невесте положить?»
То есть, матери Данилы она точно не понравилась. Бабушке, скорее всего,понравилась, дед притворился еще и слепым, осматривая её с очень уж близкого расстояния, а Настя испугалась и захотела сбежать.
Оказалось, что Данил не представлял маме всех своих девушек, бедная Настя оказалась в роли первопроходца.
Потом мама превратилась в соляной столп, а бабушка громко для глухого деда воскликнула «Давайте праздновать! Слава богу, невесту привёл! А ты что, старый, меня пугал?!
Мама пыталась затащить Даню на кухню, а Даня Настю к себе в комнату.
Началась кутерьма.
Она вырвалась и побежала к двери. В ответ на Настино «мне пора», гуюы у мамы поджались, а сыну она сказала: «А вот вас, молодой человек, я попрошу остаться!»
Конечно, самому Даниле похоже, было глубоко фиолетово на мнение своей семьи, потому, что он погнал за Настей, роняя тапки, то есть, на ходу завязывая в подъезде кроссовки.
Настя же не была готова с первым встречным вступать в брак. Мужчина её мечты выглядел совсем по-другому, поэтому она легко отправила Данила еще на первом курсе в тайгу и отбивалась до сих пор, как животрепещущая лань от хищника.
Иногда из последних сил удерживаясь от болевых приёмов, которым он её по собственной глупости обучил.
Данил написал, что ждет её после работы.
– Всё готово? – низкий голос начальника заставил Настю испуганно подскочить и встрепенуться. Он резко показался из темноты, открыв стеклянную дверь.
Алёна стояла рядом с круглыми глазами, а он с прищуренными.
– Да, Андрей Владимирович, я всегда готова! А задачи не готовы. Еще час остался, который я вам должна, да?
Как бы ей не было обидно, Настя гордо вздернула подбородок и состроила мафиозное" лицо, как у якудза.
«Стабильность и долговечность мафиозным кланам якудза обеспечивают … специфические связи между боссом и его подчинёнными», – подумала Настя, – а этот босс молодой, на вид и тридцати нет, он точно подойдет для специфических связей.
– Алёна Сергеевна, проверьте её рабочее место. Анастасия Дмитриевна закончила на сегодня. Пойдемте, я вам объясню, как нужно отвечать клиенту, когда он настаивает, а его требования нарушают вашу должностную инструкцию.
– Ага, я поняла. Вы думаете, что я читала все двадцать пять листов этого бреда, который вы называете должностной инструкцией корпоративного переводчика. Сочувствую, но нет. Не читала.
– Да, Анастасия… Вы обязаны были… прочитать… Ознакомиться… Анастасия… – заблеял Андрей Владимирович, покраснев, видимо от гнева.
– Дмитриевна, – Настя села перед ними на стол, стараясь держать спину прямо, и элегантно перекинула ногу на ногу.
– Если вы настаиваете, то …Анастасия Дмит… – он запнулся как раз в тот момент, когда Настина нога уже успокоилась, и теперь смотрел, как её босоножка легко покачивалась, сверкая ремешками.
Алена издала крякающий звук и смылась в темноту.
Спустя несколько десятков секунд Андрея Владимировича ненадолго отпустило, он развернулся к двери, прикрылся деловой папкой и бархатным басом вредно сказал:
– Раз вы не всё сделали, завтра к переводу книги приступить не сможете.
– Тогда почему бы мне не остаться с охранниками? Или вы думаете, что нам стоит закончить нашу встречу к взаимному корпоративному удовольствию?
Смутить его получилось.
– Я должен ехать домой. К взаимному удовольствию, – босс уже почти вышел, но что-то его остановило, наверное, темнота, или маячившие вдали световые знаки «Выход» и «Служебный отсек».
Настя подумала, что он решает через какой ему сбежать, и приглашение на кофе даже не понадобится.
– Да-да, идите. – Промолвила она строго и добавила про себя великодушно: «Я разрешаю!»
– Может быть, вас подвезти? – Андрей Владимирович стоял к Насте спиной.
«Так! Без просьбы денег взаймы никак не получится, не отвяжется», – подумала Настя и сказала:
– Может быть, нам по чашечке кофе?
– Сейчас??? – почти крикнул Андрей Владимирович, а вдали в темноте вскрикнула в ответ Алёна.
– Всё, она теперь будет от вас заикаться! – проворчала Настя. Вы что людей пугаете? О, каваи соу на меноко. Бедная девочка!
– Кто?
– Корпоративный администратор, – Настя слезла со стола, подошла и осторожно протиснулась мимо него в темноту.
– Как дела, Насть?
Голос Алёны был тревожный.
– Отлично, спасибо, мы идем пить кофе. Кажется, опоссум что-то против меня затевает. Не подавай виду! – зашептала ей Настя.
– Супер! Вы собираетесь выпить кофе и нарушить … корпоративные требования к сотрудникам компании?!
– Не переживай, кто-то из нас возьмёт чай!
– Как бы я хотела присоединиться и посмотреть… Опоссум, хи-хи-хи – прозвучало у Насти прямо в ухе.
К выходу подошел босс, Алёна кивнула ему смиренно. Все вышли, она закрыла двойную дверь и направилась сдавать ключи охране.
А Настя и Андрей Владимирович шагали рядом. Её стук каблучков в два раза чаще раздавался эхом в пустом коридоре, чем его шаги.
Настя к таким специфическим контактам готова не была, и обернулась, чтобы об этом сказать.
Увидев глаза Андрея Владимировича, поругалась по-китайски и почувствовала томление. Тут же быстро надела пиджак, чтобы не выдать то, что выдало её сознание, понимая, что кофе нужно отменить.
– Андрей Владимирович. Вы не могли бы занять мне две тысячи долларов или хотя бы двести тысяч рублей?
– Сейчас? – тихо спросил он.
– Мне очень нужно, платье хочу купить и средство от комаров.
Он тут же остановился и сделал в мобильном перевод. Настин телефон издал «треньк», и теперь на счету у Насти лежали двести тысяч рублей.
– Вы такой смешной, – произнесла она, понимая, что он купил её саму, вместо того, чтобы признать меркантильной молодой хищницей, – Очень смешной.
Она выполнила обратный перевод и вышла в сумрачный вечер.
– Не беспокойтесь, – сказал он в спину. – Все будет хорошо, я вас не продавал, вы можете не ехать.
– Если бы я не хотела, я бы никуда не поехала! Я бы … уволилась!
– О! Так ты сама хочешь? Вы, Анастасия… Дмитриевна, хотите? Что вы хотите?
Они оба дышали всё тяжелее.
Насте хотелось наоборот, видеть Андрея Владимировича своим подчиненным. Чтобы он сидел в аквариуме у всех на виду, и вползал в её кабинет, скромно постучавшись после оповещения Сливы. А еще лучше на четвереньках, и ложился у ног, а она бы сверху била его корпоративной инструкцией, которую писали под его руководством по голове, потом садилась сверху, наклонялась и вежливо улыбалась.
– Нам же нельзя ходить на свидания с коллегами, правильно? – спросила Настя, вспомнив про книгу запретов и рекомендаций.
Он нахмурился, промолчал.
– Вот! Сами придумывали, сами и мучайтесь! Это не допускается, поэтому я поеду с ним, с вашим клиентом. И вы на мне заработаете прибыль.
– Я отменяю заказ. – сказал он резко.
– Тогда я увольняюсь!
– Нет!
– Нет? Ха-ха-ха! – Рассмеялась Настя, глядя на его лицо, – Вы что? Как вы меня удержите? Силой? Запрете в кабинете?
– Да, запру в своём кабинете!
Настя еще сильнее залилась смехом и побежала прочь. В его глазах она увидела тёмную ночь, поэтому крикнула по-японски «какой у ж а с»: «Ду но ё на кьоуфу-у-у!!!»…
– А если я подойду к ней и внезапно признаюсь, что она мне тоже нравится? – вслух задумчиво сказал Андрей. – И подарю ей…
Он не знал, что за колонной притаился Данил, который вынюхивал и выслеживал Настю.
Глава 4.
Спортсмен Данил всё, всё слышал от начала, но до конца не дослушал.
Через несколько секунд вышла Алёна, по корпоративным стандартам сухо попрощалась с боссом и направилась в сторону своей машины. Она тоже всё всё слышала.
– Признается он… А если я подойду к нему и внезапно по почкам??? Подарит он… Моей Настюхе… – заворчал Данил, как пёс из конуры на вора.
– Здравствуйте, – сказала Алёна из-за спины Данила, – А откуда вы знаете нашу Настю?
– Вашу? Она моя!
– Она ваша? А вы кто? Настя сказала, что у неё нет мужа, и парня тоже…
– А я друг! А это кто такой был?
– А это уважаемый босс – Опоссумов,… то есть Опольский Андрей Владимирович. Настя его так называет…
– Андрюха, значит!!! – Данила потирал руки, играл мышцами и злился так, что у Алёны сводило зубы вместе с ним.
– А вы просто друг? Не парень, а друг?
Данил обернулся к Алёне. Она моргала ресницами с восхищенным выражением лица, чуть наклонив голову.
– Ты не поверишь, но друг – это меньшее, кем я хотел бы быть.
– Поверю! Она – супер! Нашего босса склонила к нарушению правил, которые он сам три года сочинял!!! Чтобы нас всех держать в японских и китайских методиках! Чтобы мы старались! И мы не нарушаем, а кто нарушает того фьюить! – Алёна провела ребром ладони по шее.
– Голову от ре за ют?
– Увольняют! И восстановиться не-воз-мож-но! Всё! Конец! Опоссумов, то есть Опольский – безжалостный зверюга.
– Ты не поверишь – это чудо, что мы с тобой встретились. А ты кто?
– Администратор Алёна Сергеевна Шварц! Я обязана следить за исполнением правил, фиксировать нарушения и выписывать наказания! В корпоративном журнале нарушений и наказаний. В планшете последней модели. Он у меня всегда с собой в чехольчике с кодовым замком.
– Ты не представляешь, мне сегодня снилось, как будто Настюха не только друг, но и женщина. Эх! – Данила горестно вздохнул, всхлипнул и пошел в ту же сторону, куда побежала Настя.
Он знал, что Настюха остановила попутку моментом и прыгнула к незнакомцу, но всё же хотел убедиться. Настя не боялась никого, он же сам обучил её всем опасным болевым приёмам.
Он ей уже был не нужен.
Прямо перед Даней вдруг возникла Алёна, она обхватила его руками.
– Не грусти! Я тебе помогу!
Данил охнул, растерялся и почуял, что не то, чтобы плакать и грустить, а вот нового друга ему точно хочется.
– Я не знаю, как её добыть, Алён.
– Она уезжает работать на территорию клиента, завтра. И я знаю, где эта территория. Там много кустов, и можно сесть в засаде. Только я буду работать. Но могу дать адресок, если не выдашь. Ой, что это?
– Что-что… Голод мужской! – проворчал Данил и сделал шаг назад. – Хочешь сказать, мне надо там зафиксировать местоположение и сесть в кусты?
– Обязательно! Ты дождись, пока клиент начнёт её доставать, а в самый ответственный момент выскочи из кустов и защити. Девушки любят, когда их спасают. Настька точно будет твоей! Точно-точно. Я буду тебе помогать по аудио связи. – сказала Алёна и снова обняла, прижавшись. Данила в неё вселял глупое чувство, что он – совершенство.
– Хочешь ко мне?
– Сейчас??? – почти, как Опольский крикнула Алёна, – Хочу!!!
– Только я на велике спортивном. Он вон, прикован цепью у кофейни через пару кварталов.
– Я только «за»! – сказала Алёна и застучала каблучками следуя за развал-походкой Данила, который сомневался, стоит ли показывать её матери.
Данил послушался голос спортсменского разума и не стал знакомиться с Алёной в своей машине, припаркованной возле дома.
Он сделал умное лицо и привел её прямо домой. После того, как мама расправилась с его первой и пока еще единственной любовью Настенькой, Данил её удивлял, представляя других невест, по большей части подставных. А когда маме кто-то начинал нравиться, и она выражала эмоции радости, Данил шумно пыхтел и ругался: «Понравилась, значит? Вот и женись на ней, раз понравилась!»
Дед, которого расколола Настюха, что он совсем не глухой, сразу кричал: «Я готов! Женюсь, хоть сейчас!» и жадно хохотал, получив от своей возлюбленной бабули свёрнутым в трубочку журналом по голове.
Они доехали без приключений, но Алёна была немного тяжелей Настюхи и мешалась между его коленей. Данилу было то приятно, то щекотно и это мешало крутить педали.
Но в целом доехали очень хорошо, только Данил при парковке не заметил кота, а вот Алёна заметила его сверкающие глаза и вскрикнула. Поэтому Данила повалился на бок вместе с ней и прикрыл собой.
В таком виде их нашла подруга матери, которая выгуливала своего шелудивого бедолагу мужа.
– Ох! Данил, ты что ж творишь? Тут же дети ходют.
– Уже ухожу, Алла Марковна, я только упал.
– Всё, всё матери расскажу! Уж мать тебе задаст!
– Мне двадцать пять, Алла Марковна.
– Уж она тебе зада-а-аст!
Данила отряхнулся, поднял Алёну, отряхнул, уделив особое внимание месту, на котором она сидела, и поднял на плечо велосипед.
– Идёшь ко мне?
– Иду!
– И не удивляйся ничему. Да, еще всегда говори мне на все вопросы ответ: «Да, Даня»!
– Да, Даня!
– Угу… Отлично. Пошли.
Мать открыла с одним недостатком «бигудём», который забыла снять. Ей уже успела позвонить Алла Марковна и пересказать события с красочными дополнениями. По словам Аллы Марковны, всё свершилось и внуки уже не за горами. Внуки, практически, бегали вокруг Данила и Алёны или катались вокруг на самокатиках.
– Даня, ты вернулся? Представь мне свою даму!
– Мама, можно я на ней женюсь? – сказал Данил и посмотрел на мать очень честными глазами.
– Да, Даня! – Сказала Алёна удивлённо и не вовремя.
– Да, Даня. Можно. – почти одновременно сказала мама, но потом строго добавила, – Только сначала тебе надо посмотреть на неё с утра! Познакомьтесь, это наша бабушка Варвара.
– Привет, ой, какая деловая…. Ты где ж такую нашел, Данилкин?
– В одном месте… – ворчливо ответил Данил, снимая кроссовки.
– Привет лунатикам! – воскликнул дед и подошел рассматривать Алёну. – Чую, что без твоей любимой Настюхи тут не обошлось. Дама пахнет подлогом, а ты враньём… Опять подставная?
– Тихо, дед. Ты что, сегодня в за лож никах?
– Нет, я сегодня в капкане. Бабушка просекла же, что я слышу – теперь ложит меня, надевает наушники и включает самую скучную литературу. А сама болтает с подружайками. Знаешь, как антиресно что там в триста двадцать пятой серии двенадцатого сезона…
– А как тебя зовут? – вдруг растерянно спросил Данил у Алёны.
По-привычке он уже стянул спортивную футболку с длинными рукавами, кинув её сразу в стиральную машинку.
– Алёна… Сергеевна … Шварц. – прошептала Алёна и еще шире открыла глаза, чтобы ничего не пропустить. Торс Данилы лоснился и сверкал налитой мускулатурой, а её сердечко начало стучать в ритме рок-н-ролла.
– А меня Лев Николаевич Толстой, – скромно представился дед и протянул сухую горячую ладонь, которую Алёна на автомате пожала. Дед продолжал трясти её руку, а она пялиться на Данила, шумно копавшегося в рюкзаке.
– От, нашёл, наконец. – Он вытащил плеер, вставил в уши и скомандовал: – За мной, Алёна… Сергеевна… Шварцнеггер… Слушай, откуда у тебя такая фамилия? Это же культовый культурист!
– Шварц. У меня дед немец.
– Ясно, погнали. Помнишь, что нужно говорить почаще?
– Да, Даня!
– Класс! Умная ты, Алёна Сергеевна Шварц.
Алёна предпочла бы быть красивой, но подумала, что умной тоже сойдёт.
Они уселись за стол, подошла мама Данилы и спросила:
– А чем невеста занимается?
– Следит за правопорядком и гоняет нарушителей, наказывает, штрафует.
– Как, сама наказывает? Она… в ГИБДД работает?
Данила внимательно посмотрел на Алёну и спросил:
– Ты в полиции на хорошем счету?
– Да, Даня!
– А сколько невеста зарабатывает?
– Лучше спроси, сколько тратит, мам. – Данил обратился к Алёне, – Дорогая, а тебя устраивает, что ты тратишь мои деньги?
– Да-а-а Даня. – шумно выдохнула Алёна.
– И где невеста живёт?
– В Люберцах, в клопах под снос. Не очень там тихо по ночам, да, Алён?
– Да даня.
– Поэтому она ночует у меня, пойдем в моей комнате поедим и спать?
– Да… Да… Да…
– Даня! – добавил Данил и с усмешкой повернулся к матери.
– Хорошая девочка, мне нравится – сказала мама.
– Отлично! Вот и женись на ней сама! Спокойной ночи!
Глава 5.
Андрей не собирался думать об этом. Он решил думать только о предстоящем отпуске в Италии, потому, что неразумно думать о том, что запрещено. «Какая может быть Анастасия Дмитриевна в Италии???»
Это было непонятно и даже страшно. А еще страшнее то, что Анастасия Дмитриевна сегодня ночью опять приснилась Андрею.
Она начала «сниться» ему сразу. Он настойчиво проснулся, повернув кран и, облившись ледяным дождём, быстро выпрыгнул из ванной комнаты. Закрылся полотенцем обиженно. А потом прикончил две чашки кофе, потому, что уже понимал – спать сегодня не надо.
Но все же в три часа ночи Андрей уснул с именем «Настя» в голове, поэтому она во сне и накрасила губы, как перед камерой, а потом начала гладить его щеки, шепча какие-то непонятные слова, заканчивающиеся на «Й-о-о», «Й-у-у», «Ай-и».
Андрей запросил жалобным голосом «переведи», и она начала переводить, что было еще слаще:
– Я разрешаю. Можно. Делай, что хочешь. Это моя работа… Ты мой Хора…
И тут в комнату влетели охранники, её схватили и оттащили от Андрея. Потом пытался прийти в себя, спасти Настю, но проснулся и не спас. Андрей специально не открыл глаза, чтобы продлить этот сон и хотел вернуть Настю, срочно вернуть на место, где была.
Андрей ворочался, снова и снова прокручивал в голове вчерашний и позавчерашний день, особенно вечер.
Настя ему нравилась. Очень. Он даже не мог припомнить такого дня, когда женщина занимала вообще все его мысли. Он всё пытался и вспоминал, но пришел к выводу, это вообще впервые за всю его безопасную жизнь.
Он долго копал недостатки. Но ему в Насте нравилось все. Особенно ноги. И особенно всё с ногами вместе. Он был готов смириться с её чудесами, языком, скачками, каблуками, помадой, чашками, заскоками, улыбками, но вот отдать её на съедение Серёге было самым ужасным проступком за всю жизнь Андрея.
Настя, с первого взгляда ему понравилась. Но неужели она действительно решила уехать неизвестно куда с незнакомым женатым мужиком? Нужно будет еще раз поговорить.
Анастасия Дмитриевна сама написала в анкете «Не обременена семьёй и отношениями, ищу работу мечты».
Мужчина мечты, работа мечты, а я кто?
Наконец, Андрей сдался и принял уже горячий душ, а потом, засветло, упал и отключился только для того, чтобы снова почувствовать вес Анастасии Дмитриевны.
С благодарностью принял сон. Утром снова принял душ.
Ох, как он старался, как старался потом не опоздать, метался по квартире, забыв, где у него на каком месте, что у него сегодня, какой день.
И в машине осознал, что сегодня за ней приедет этот непонятно по какой причине разведенный, так его за ногу, друг детства Серёга. Сергей Владимирович обещал просто посидеть пять минут и сказать, что перевод тяжелой книги ему нужно срочно. Андрей просто хотел её в офисе оставить после работы и потом подвезти. Только и всего. Только подвезти, чтобы проверить свои ощущения. И, возможно, убедиться, что она ему совсем нравится.
– Да так тебя за красивую ногу, Настя!!! – крикнул он в машине и снова постарался сделать серьёзное лицо. – Она просто очень красиво ходит. Двигается. У неё очень приятный голос.
Несколько раз за два месяца, пока она работала, Андрей просыпался от романтического счастья, когда Настя снилась ему, новая переводчица, наивная и легкая. Они смотрели друг на друга во сне счастливые, на качельках качались и улыбались. А сегодня утром он был выжат, как лимон, и еле вообще выжил после такого.
– Я умру от одиночества, если у них будет роман, – глухо сказал Андрей перед зданием своего родного предприятия и с силой захлопнул дверцу машины.
***
Данила провёл с Алёной великолепное время, отвернувшись от неё и вздыхая от разочарования. А утром, он случайно увидел такую не выспавшуюся и хорошую, но совсем незнакомую Алёну, которая сказала:
– Я на работу не могу опаздывать, где ты был раньше всю эту ночь?
Данил спрятался под одеялом, чтобы не провожать.
Он вспомнил вчерашний день, решил проследить за начальником Насти, по привычке, выработанной годами, и навалять ему посильней.
А в это время Настя пела марш японских камикадзе и завивала волосы в крутые модные волны, нарушая запреты.
Один из пунктов гласил: «Волосы сотрудников женского пола должны быть устроены в элегантную скромную причёску. Запрещено в рабочее время и в перерыв на принятие пищи, иметь волосы, распущенные по плечам. Запрещены рваные стрижки и полностью удалённые с кожи головы волосы (лысина, стрижка по типу бобрик). Короткая стрижка обязана быть уложена аккуратно, цвет волос нейтральный естественный».
– Ах тыж! – громко сказала Настя, понимая, что брат второй день не ночевал дома, и завтраком не пахло. Она быстро разбила два куриных яйца и посыпала их сыром, чтобы не голодать до перерыва. Схватила телефон, накрасила ресницы, надела узкую серую юбку и белоснежную футболку с легкой и приятной серебряной надписью «Клон Анастасии Дмитриевны Демченко».
У неё уже были приготовлены за два месяца и необходимые футболки:
«Робот с внешностью Анастасии Дмитриевны Демченко»,
«Близнец Анастасии Дмитриевны Демченко»
«Злобная сущность Анастасии Дмитриевны Демченко»
«Клон Анастасии Дмитриевны Демченко»
Почему у Насти родились такие корпоративные футболки? Во-первых – их можно надеть под строгий пиджак, во-вторых, пиджак можно распахнуть.
И своевременно показать надпись, сухо пояснив, что произошла временная замена.
Она хотела курсировать по офису в любое время и сообщать, что правила не нарушены. Анастасия Дмитриевна на месте, а вы видите клона, робота или близнеца, поэтому правила не нарушены. Клону, роботу или близнецу можно спокойно ходить в рабочее время, и более пяти минут в кабинке туалета сидеть. Можно почитать или помечтать о великом. То есть, настоящая Настя сидит в кабинете, а её клон шатается по офису.
Прочитав несколько раз правила, она была в тихом и глубоком непонимании, какой больной головушкой человек это подписал. Потом она увидела Опольского Андрея, а потом уже узнала, что он их еще и сочинял.
Настя хотела сначала заказать у своей подружки еще парочку корпоративных футболок – одну по типу блузки с рюшами, а другую большого размера.
Заказ на футболки пока еще был в отложенных, поэтому в работу подружка его на печать не отдавала.
Надписи гласили: «Влюблённая Анастасия Дмитриевна Демченко» и «Злостный нарушитель трудовой дисциплины Андрей Владимирович Опольский», с улыбающимся опоссумом на ней.
Когда Настя узнала, что это Опоссумов так издевается над людьми, смыслом прихода её в этот мир трудоголиков с ужасными улыбками была революция. И освобождение, когда бедные становятся богатыми, а богатые уезжают лечиться за границу.
Наряд у неё сегодня был такой: по правилам серый пиджак, футболка с надписью «Клон…», а на ногах были супер красивые босоножки с закрытым носиком (чтобы штраф не прилетел), цвета яркой фуксии. На каблуках. Такого же цвета были губы яркая фуксия. А волосы модной волной, подстриженные ровненько и аккуратно.
В восемь тридцать пять Настя влетела в распахнутые двери, и с ужасом увидела вчерашнюю Алену всю помятую и потрепанную так, словно она ехала на велике между машин, а потом еще и головой тормозила.
Настя несказанно удивилась переменам. Даже обрадовалась.
«П о беда будет за нами! Русскими!» – подумала она с щенячьим восторгом.
Алёна быстро чесалась на рабочем месте, присев под стол, но до конца не скрывшись от камер.
– Что случилось, Алён?
– Ты не поверишь!
– Ой! Даня!… Он так всегда говорил, когда я что-то спрашиваю… Я и забыла про него! Почему же вполне поверю. Вот, думаю, классно, куда-то он пропал! Ах… хитрец недоучка! Следит за мной, значит.... И как тебя угораздило влипнуть, Алёнка. Держи конфетку!
– Штраф сама себе уже выписала, но хоть не опоздала. Опольский меня
– Ой, да что он сделает!
– Мне надо тебе кое-что рассказать!
– Некогда, я должна целых полчаса готовить своё рабочее место, чтобы начать вовремя, пойду кофе сделаю и съем чужое, поклянчу.
– Нам нельзя есть на рабочем месте и приносить еду с собой, напоминаю.
– Это точно какой-то эксперимент над людьми.
Глава 6.
Начальник не вызвал Демченко Анастасию Дмитриевну. Не успел. Она сама его ждала возле приёмной, чем очень раздражала Сливу, которая её не пускала даже присесть на корпоративный диванчик.
Вот, его шаги раздались, Настя краем глаза заметила любопытный узкий носик Сливы и громко воскликнула:
– Привет! Э-э-э…
– Здравствуйте Анастасия Дмитриевна, вы ко мне? – ответил он сухо и прошел мимо в свой кабинет.
У него появилась краска смущения на лице, которую Андрей упорно выдавал за гнев.
Его следующая фраза изумила Настю:
– Я вас не отпускаю к этому клиенту, заказ отменён. И увольнять не буду. Идите, спокойно работайте.
Настя первое время соображала, чтобы понять, что ей делать, а потом захныкала:
– Отпустите меня, ну пожалуйста. Я так готовилась, так обрадовалась. Ну что вам стоит?! Это же мой Шино ю ме ноо!
– Что? Кто он? Переведите!
– Мужчина моей мечты. Я очень, очень виновата, но пожалуйста, не лишайте меня этой недели перевода с моим Шино ю мен о о, Андрей. – Настя сделала паузу и добавила, – Владимирович.
– И как вы это поняли?
– Что?
– Что этот клиент мужчина вашей мечты?
– С первого взгляда! – убедительно закивала Настя и для достоверности положила руку на сердце.
«Настал момент истины, – подумала Настя. – Или он признается, что всё подстроил и хотел сплавить меня другу для развлечений, но потом передумал, или… опять соврёт. Какой он… бесчеловечный».
– Я понял.
«Такой он симпатичный, даже милый при других обстоятельствах», – всё еще думала Настя.
Она решила, что еще минута, и скажет, что уволится, чтобы встретиться с этим клиентом самостоятельно.
– Я верю вашим словам. Хорошо, Анастасия Дмитриевна. Вы поедете! В двенадцать можете быть свободны.
– Как только перевод будет закончен, я вернусь, да?
– Да.. да… – рассеянно сказал Опольский и сел за стол.
– Что с вами? Вы заболели? – участливо спросила Настя.
– А в чем дело?
– Вы сегодня не такой безупречный. Вы, немного встрёпаны, опухли и помялись! – она хитро улыбнулась, – Конечно, не так, как Алёна Сергеевна. Слегка. Вероятно, плохо спали ночью. И забыли ваш галстук повязать! – увидев взгляд Андрея, Настя сжалилась и добавила душевно, – Но выглядите вы божественно, и вам всё это идёт! О ха ю ши но а начальник!
– Что вы сказали? Переведите, пожалуйста!
– Извините, не могу. Это личное! – Настя подмигнула одним глазом и вышла уверенной походкой из кабинета.
– Слав, а сделай и мне кофе немножко? Ну так вкусно пахнет!
– Идите работать, Анастасия Дмитриевна!
– А можно глоточек сделать?
– Нет!
– Ох ай йо, йо куб ари!
– Что ты сказала?
– Пока кофе не нальёшь, не скажу!
– Ох… Ну здесь же камеры!
– Давай я тебя спиной прикрою, подойди, включи кнопочку и налей мне чашечку. – засмеялась Настя. – Или, давай, я сама. Меня всё равно скоро уволят!
– Тебя? Нет, ну… увольнять-то зачем… Ладно, я наливаю.
Настя получила ароматный напиток, понюхала, добавила еще сахарку и сказала:
– В переводе Ох ай йо, йо куб ари «Доброе утро, жадина!» Спасибо, Слав. Очень вкусный кофе!
Настя вышла из приемной Опоссума с ароматной чашечкой кофе и спокойно, с чувством блаженства дошла до кабинета. Аккуратно поставила чашечку на стол, плюхнулась в кресло и прочирикала на китайском: «Пора браться за работу».
Сегодня она была в прекрасном настроении, пока время не стало неумолимо приближаться к десяти, потом к одиннадцати. Появилось странное настроение.
– Что я волнуюсь? С чего бы это мне волноваться? Из-за этого клиента? Конечно, у меня уже давненько не было приключений! Да, я очень разборчива, но это мой шино ю мен… Ой… А как же Андрей Владимирович? Что это я вслух сказала? А если он подслушивает вместе с надзирателями? Андрей Владимирович, как вам не стыдно подслушивать и подглядывать!
Пришло сообщение о нарушении трудовой дисциплины. «Чашка на рабочем столе. Распитие напитков в рабочее время».
«Это не Настя, это Кофе нарушает, бессовестный ароматный благороднейший напиток!» – отправила Настя в ответ.
Она начала дрожать от предвкушения. Сейчас ей нужно будет в двенадцать взять сумку из шкафчика для сотрудников, который открывается когда просканирует глаз сотрудника, затем выйти из офиса и окунуться в новую жизнь. Вперед, к неизвестному красавцу. Ему по легенде Опольского нужен перевод семейной реликвии с японского на русский.
Клиент пригласил её переводить в свой загородный особняк на природу.
Книгу из благороднейших побуждений передал со своей полки Опоссум Андрей. Настя сразу поняла, что семейная реликвия клиента попала к этому клиенту только вчера утром именно с полки её шефа.
Во-первых, у Насти было несколько визитов в этот кабинет еще до происшествия, и пока Андрей Владимирович не наговорился по телефону, она ждала, разглядывая литературу, чтобы понять, что же помогло ему стать таким большим начальником. А во-вторых, когда босс книгу вытащил с полочки, там осталось пустое место.
«Демченко, надо поговорить! Наедине!»
Сообщение удалено.
Насте было невозможно говорить наедине с Алёной Сергеевной, ей совсем не хотелось подставлять человека на штраф.
За окном начинался дождь. Она поняла, что времени осталось совсем мало и придется намокнуть, а туфли было жалко.
«Выгляни в окно».
Сообщение удалено.
Настя широко распахнула глаза, оперлась ладонями о подоконник. Сначала увидела красную спортивную машину, а затем высоченную фигуру клиента.
Первая мысль Насти была в виде сомнений.
«До встречи еще целый час, что он здесь делает?»
Вторая восторженной.
«Он еще и цветы привёз! Это свидание!»
Третья была дьявольской.
«Сейчас я подразню наблюдателей».
– О, мои боги! – артистично воскликнула Настя в камеру, – Он потрясающе выглядит, просто мечта! Как я хочу уйти на час раньше! Какой милый, милый красавчик! Но Андрей Владимирович меня оштрафует, если я уйду, мой начальник сумери фаиа дорагон!!! Настоящий дорагон!
Пять минут у окна показалось вечностью, но вот оно – входящий звонок из приёмной!
– Анастасия Дмитриевна, зайдите к руководству.
«Ага! Попался! Сейчас он сделает еще одну попытку отменить поездку».
Настя важно пошла, раздавая направо и налево улыбки.
Андрей сидел за столом и смотрел в окно.
– А за мной приехали! Вы уже знаете да? На час раньше! – радостно воскликнула Настя.
– Мы можем договориться?
– Вы хотите еще что-то купить? – Настя улыбалась так, что у неё онемели щеки. – Улыбку вы купили, а что еще?
– Анастасия Дмитриевна, вам не обязательно это делать.
Настя обиженно выпятила нижнюю губу. Сейчас она опять должна была захныкать, но растерялась. Ей вдруг показалось, на какую-то секунду, что на усталом лице горькая обида, а начальник кажется совсем юным, как ребенок.
– Я хотела сказать, что вы – мой босс и вам решать, но прошу, я вас прошу, дайте мне шанс это же мой… идеал мужчины. – растерянно сказала она.
– Да-да, я понимаю. – Он прощально посмотрел на туфли Насти. – Если вам что-то будет нужно, я прислал вам сообщение со своего личного номера. Запишите его. Звоните в любое… в любое время.
– Даже ночью можно звонить?
– Да. Ночью…. можно.
– А что с вами произошло? Вы плохо спали?
– Я видел сон, – произнес он таким печальным голосом, как будто кто-то по мер.
– Кошмарный? Неудивительно! Вас же все тут ненавидят. И что вам снилось? Как сотрудники следят за вами, пока вы занимаетесь естественными потребностями человека?
– Что?
– Можно я сниму пиджак? Становится жарко.
Его глаза остекленели, уставившись пристально, рот приоткрылся, босс покраснел до шеи.
Футболка Насти была достаточно короткой, и она об этом знала.
– Боже мой, Слава!!! – закричала Настя, – Вызовите скорее скорую помощь! Андрей Владимирович, бедненький, только дышите, глубже!… У вас приступ, да? Я сейчас!
Настя вылетела из кабинета и закричала:
– Воды!!! Человеку плохо!!! Начальник погибает!
Слива начала трясти руками и открывать рот, она наверняка подумала, что Настя что-то сделала с боссом, но секретарь собралась, резво схватила стакан и побежала вместе с ней обратно в кабинет, где уже у открытого окна стоял Андрей.
– Вы так меня напугали! – воскликнула Настя, – Я однажды в кино видела, как человек покраснел, упал и… и… Правда, его перед этим укусила змея… Бедненький вы наш! Никто вас не будет больше ненавидеть!
Настя кинулась к осатаневшему от её криков Андрею и обхватила со спины. Замерла.
Глубоко вздохнула, тихо произнесла:
– Ну, теперь вы меня точно уволите! Да или нет? Или мне потоп с пожаром устроить?
– Насть, ну ты… ты…
– Ладно, я поехала. Сайонара, шинай нару! – спокойно улыбнулась Настя и подмигнула.
Слива, а потом Алёна попытались Настю остановить, что-то важное сказать, но она выбежала, как ветер.
– А где Андрюха? спросил клиент Сергей Владимирович подозрительно, когда Настя вышла с сумкой, но тотчас же смутился, – Прошу! Посидите в машине, Настенька, я должен сделать кое-что в офисе, хотя он обещал выйти…
– Понятно, – улыбнулась Настя и отметила, что мужчина мечты неплохо выглядит, выспался, надушился и цветы купил. Ситуация её очень даже устраивала.
«А мне ведь нужно его влюбить, – вдруг подумала Настя. – В конце концов, я не могу отказаться, это шанс, когда два, нет, даже три зайца поймаются. Данька третий. А у меня вместо них есть чудесный старший брат, загулявший, но от этого не менее чудесный!»
Сергей быстро вернулся и что-то быстро спрятал в багажник. Они поехали с нетерпением в сердце, молча, слушая классическую музыку. Настя, наблюдая за его лицом, с удовольствием отметила, что он действительно её мечта.
За городом Сергей медленно остановился и спросил:
– Хотите что-