Кара небесная для демона

Глава 1

Кара

– Начертите защитную пентаграмму.

Невысокий, с небольшим животиком, профессор Зина́р облокотился о край своего стола и взирал на Люка – холёного, поджарого, сына герцога Алджеро́н, один из самых завидных женихов в нашей академии. Для всех – это голубоглазый блондин с классической аристократической внешностью: удлинённое «прямоугольное» лицо, высокий и широкий лоб, вытянутый подбородок с загадочной «бороздкой» посередине, герой женских фантазий и остросюжетных снов. Для меня же – избалованный, надменный, лицемерный и тщеславный. Не зря мы с ним никогда не ладили, хотя наши родители очень дружны.

Профессор изучающе осматривал проделанную работу и обернулся на мой высокомерный хмык.

– Студентка Бейтра́н, у вас есть что сказать по этой работе? – преподаватель сдерживал улыбку, но в глазах читалось веселье.

Руны – моя специализация, и всё, что с ними связано, я знаю на отлично. Возможно, я чересчур серьёзно отношусь к учёбе. Некоторые даже считают меня надменной всезнайкой и заучкой. Чисто теоретически я соглашусь с ними. Считаю, что свою специализацию я знаю практически идеально и, возможно, слишком дотошно отношусь к разным мелочам и раздражаюсь, когда остальные подходят к ним без должного почтения. Я это к тому, что, по моему мнению, каждому необходимо прикладывать хотя бы усилия для того, чтобы разбираться в выбранном им направлении, а не отсиживать на занятиях и тратить время окружающих на интриги и сплетни. Не получается разобраться в каком-нибудь заклинании? Найди того, кто поможет понять и объяснит, как нужно действовать и где ты допустил ошибку. Думаю, что спрашивать не зазорно, а стыдно, если ты просто «махнул рукой» или договорился, чтобы всю работу сделали за тебя.

На втором курсе профессора Зинар я постоянно караулила после занятий, так как совершенно не понимала, как совмещать руны в правильном порядке, чем отличается младший круг от старшего, где какая связка. Он категорически не хотел мне помогать и отправлял за подробностями в библиотеку. Я читала и приходила снова и снова, пока он не сдался. Да, я ещё и упорная.

Вздёрнув подбородок, я быстро подошла к доске. Люк окинул меня ядовитым взглядом. Он предполагал, что написал что-нибудь неправильно, ведь такие вещи для него считаются незначительными. Он же боевой маг. Пульсары кинуть, выставить щит, сразиться на мечах – это без проблем, и то, у него это выходит не на высшем уровне, а так, достаточно, чтоб в процессе подмигнуть какой-нибудь красотке, театрально провести рукой по волосам. О! А как Люк играет мышцами, разминаясь перед боем… Весь женский бомонд пищит от восторга. Бее… Тошнит от его самолюбования и раздутого эго. Любые сопутствующие знания, по его мнению, относятся как к ненужным. На балах и вечеринках они ему не понадобятся.

– Руна «уруз» пишется в связке с «волчьим крюком», и её нужно перевернуть лицом к центру, так как человек, который хочет защитить себя, встанет в середину, а так он даёт силу куда-то наружу, за пределы круга. – специальной кистью стирала ошибки и сразу же вносила изменения. – Сочетание рун «соулу» и «тейвас» пишется вот здесь. – указала на середину малого круга. – Чтобы правильно сконцентрировать энергию по всей пентаграмме. И вот тут «беркана» не нужна. – я стёрла последнюю ненужную руну и не без удовольствия взглянула на результат.

– Ну что ж, отлично, Кароли́на, и неуд Люк. – профессор сделал нужные пометки в своём журнале, и мы направились на свои места.

– Выпендрёжница. – прошипел Люк.

– Неуч. – не промолчала и я, когда мы рассаживались по местам.

– Кара, задержитесь. – профессор подозвал к себе после окончания урока, и когда все вышли, я приблизилась к столу. – Следующий год уже выпускной, ты определилась с темой дипломной работы?

– Конечно, профессор, «Распечатка защитных заклинаний». – он неодобрительно покачал головой.

– Твоему отцу не понравится. – папа предпочёл, чтобы я выбрала более безопасную, какую-нибудь девичью тему, например, «установка защитных рун» или что-нибудь с оздоровительными печатями, но это мне не так интересно, как взлом разной сложности печатей. – Ладно, тебя всё равно не переубедить. За лето, надеюсь, сможешь написать? – профессор вопросительно посмотрел на меня, и я кивнула, у меня ведь был доступ в королевскую библиотеку. – Отлично, тогда в сентябре, как твой куратор, проверю и начнём корректировать.

Остались последние деньки учёбы, завтра уже начнутся экзамены, и мы все отправимся на каникулы домой.

Я шла по коридору, когда меня схватили за руку и затянули в пустую нишу, прижали к стене и поцеловали. Голубые глаза встретились с моими, гневными. Он периодически напирал на меня со своими поцелуями, а меня тошнило от его влажных губ. Люк, конечно, не единственный, с кем я когда-либо целовалась, но он самый противный, чисто на моём интуитивном уровне. Уперев ладони в грудь, направила ударную волну. Это была не боевая магия, поэтому его не отбросило от меня, а просто дало мне возможность отстраниться.

– Ну что ты рычишь, Ка́ра?! – Люк навис надо мной придавливая запястья к стене и морщась от удара, похожего на небольшой разряд. Всё же это неприятное ощущение. – Из нас выйдет хорошая пара.

– И не надейся. – прошипела ему в губы. – Мы никогда не будем парой.

Он с ленцой улыбнулся, будто знает что-то, что мне неведомо, ещё раз чмокнул в губы и отстранился.

– Ещё посмотрим, Ка́ра. А когда ты станешь моей, я очень долго и со вкусом буду укрощать твой строптивый нрав.

Не нравилась мне его уверенная рожа, будто что-то задумал. Ну ничего, и с этим справлюсь.

Наконец, все экзамены закончились. Я собрала вещи и ждала, когда мои чемоданы погрузят в экипаж. Сейчас на дорожке стояло много экипажей, так как большинство студентов разъедутся по домам сегодня. Не повезло лишь тем, кто получил плохие баллы, и их ждут пересдачи.

– Скоро увидимся, Ка́ра. – Люк самодовольно подмигнул мне, забрался в свою карету и поехал.

Да с какого мы должны скоро увидеться? Вроде не намечается никаких мероприятий, где мы могли бы встретиться. Летом мы уезжаем с родителями в наше родовое поместье, а в остальное время мы живём в доме в столице. Я это к чему: Люк сейчас направляется в столичный дом, а я – в родовое поместье, которое находится в другом городе. Так какого варха он так сказал?

Глава 2

Кара

Два месяца я делала свою дипломную работу, гуляла и отдыхала, а потом случилось то, что я никак не ожидала.

– Доченька.

Мы с родителями сидели за столом и завтракали. Отец пребывал в хорошем настроении и был чем-то крайне доволен, будто сделку века заключил. Наверно, приобрёл что-то интересное, или может, договорился о моей практике в королевском департаменте после окончания академии, как я просила? Хотя, если не получится, я попрошусь в отделение к брату, он мне точно не откажет.

– Ты у нас уже такая взрослая стала, остался всего лишь год твоей учёбы. В общем, не буду томить. – они с мамой взялись за руки и улыбнулись друг другу. Я уже в голове навоображала, что мне купили дом в центре столицы, или дракона… Не, ну а что, можно вещать с такими счастливыми и предвкушающими лицами?! – Мы с Ма́ркусом Алджеро́н ом договорились о вашей с Люком помолвке.

Праздничная музыка в голове обрубилась похоронной мелодией сломанной скрипки. Чего? Хорошо, что я успела отставить чашку, иначе хрупкий фарфор раскололся бы в моих руках. Я сжала кулаки так, что аж костяшки побелели. Вот почему я об этом не додумалась раньше? Этот придурок же намекал. Нет-нет-нет. Родители меня любят, они со мной так не поступят. Без понятия, что отразилось на моём лице, но у них было недоумевающее выражение: мол, почему я ещё не прыгаю от восторга и не пою, переполненная счастьем.

Этот бой ещё не окончен! По крайней мере, я так себя успокаивала, хотя где-то на затворках уже понимала, что это конец.

– Папочка. – откашлявшись, начала миленьким голосом. – Мы с Люком не дружим, понимаешь? Мы как бы враждуем, конфликтуем, короче. Он мне совсем не нравится. Даже противен. – я очень старалась держать себя в руках и не разразиться банальной истерикой, ведь я не абы кто, я герцогиня, варх побери.

– Дорогая. – он успокаивающе, будто с ребёнком говорит, покачал головой. – У вас есть время притереться, привыкнуть друг к другу. Помолвка состоится только через две недели, а свадьбу сыграем аж через год, как вы окончите академию.

Через сколько? Почему так скоро? Варх-варх-варх! И плевать, что леди так не должны ругаться. У себя в голове могу делать что угодно.

– Папа, он же бестолочь! – сорвалась я. – Он образец безответственности: учится отвратительно, пьёт, каких у него девиц только не побывало в постели. Люк просаживает отцовские деньги, совершенно несерьёзно относится к жизни. Отец, к чему мне такой непутёвый муж?

Родители не ожидали от меня настолько эмоциональной речи, и немного их радость поутихла.

– Каролина, как я уже сказал, у вас есть время привыкнуть друг к другу. Он просто молод, но когда-нибудь парень повзрослеет. – родитель заметил моё скептическое выражение и решил найти другие, очевидные ему, плюсы. – Это хорошая партия для тебя, их род знатен, богат, да и парнишка не дурён собой.

– Отец, прошу. Может, есть кто-нибудь другой? Пусть старше, только не этот сноб. – мама при этих словах подавилась, папа тут же применил нужные чары, и она вздохнула нормально.

– Дочь. – он стал серьёзным, и теперь я удостоверилась, что это точно конец. – Я выторговал хорошие условия для нас. Как я уже сказал, ваш союз – это хорошая партия.

Так. Теперь нужно сделать хорошую мину при плохой игре и спрятаться, чтобы обдумать, как выпутаться из всего этого. Я гордо встала из-за стола, слегка склонила голову, выражая почтение родителям.

– Мне очень жаль, что вы приняли такое решение. Разрешите удалиться в свою комнату и обдумать сложившуюся ситуацию. – Отец со вздохом кивнул, мама бросила сочувственный взгляд, а я, расправив плечи, вышла из столовой.

Добравшись до своей комнаты, заламывая руки, стала ходить туда-сюда, ища выход из этой проблемы. Так, подведём итоги. Во-первых, отцы уже договорились, и ничего не может помешать их решению. Во-вторых, если помолвка состоится, то по помолвочному кольцу меня найдут, где бы я ни спряталась. Значит, нужно бежать до церемонии. О, пресветлая Тиро́на, я всерьёз думаю о побеге! А как же академия? Мне нужен этот диплом, иначе я не смогу получить лицензию и, следовательно, не смогу заниматься любимым занятием. Что же делать?

Шайе́н! Нужно связаться с братом! Он мне не откажет и придумает, чем помочь. Я подлетела к столу и взялась за перо, быстро нацарапала нужные слова. Руки нервно подрагивали, и буквы выходили не очень красивыми и ровными, а неумело плясали, не выдерживая заданного ритма, зато сразу понятно моё настроение при написании.

«Дорогой брат! Очень нужна твоя помощь. Родители хотят насильно выдать меня за Люка Алджеро́н. Пожалуйста, помоги! Придумай, как мне окончить академию и одновременно сбежать из дома. Может, можно куда-то перевестись, где меня не найдут? Это очень срочно! До помолвки осталось две недели.

Твоя сестра, Кара»

Целый день, как на иголках, я ждала ответа и параллельно собирала все драгоценности, которые у меня есть. Достала чемодан, когда в дверь постучались. Быстро запихав всё в гардеробную, я открыла дверь, стараясь не выдать надежды, поселившейся у меня в душе от предстоящего побега. За ней оказались мама и служанка с подносом. Посторонившись, пустила их внутрь. Как только служанка вышла, она начала разговор.

– Доченька, будь благоразумна. Отец действительно выбрал самую выгодную партию. Люк вырастет и перестанет быть таким разгильдяем, каким ты его описываешь. – мама приобняла меня за плечи, успокаивающе поглаживая волосы.

Она так всегда делала, когда я была маленькой. Это, может, меня бы и успокоило, но я больше не ребёнок и осознаю последствия такого брака.

– Он не даст мне возможность заниматься тем, что я хочу. Он заставит меня сидеть дома, просто из вредности, чтобы доказать свою значимость.

– Ничего зазорного в этом нет. Дома много работы, нужно контролировать слуг, ты можешь встречаться с подругами, блистать на балах.

Бесконечные чаепития с главными сплетницами государства, которые совершенно ни в чём не разбираются, кроме как какие шляпки модны в этом сезоне, кто надел бесстыдное платье, кто, как и где себе что позволил, и всё в этом духе.

– Но я хочу заниматься тем, что мне нравится. – на самом деле, я понимала, что разговор бесполезен. Она пришла просто посочувствовать, но на решение отца повлиять никак не сможет, да и не станет, так как сама не разделяет моих интересов. Родительнице понравилось если бы, я занималась тем, что и она – была удобной дочерью и, впоследствии, женой. Не то, чтобы мне не интересовали красивые платья, восхищение изысканным узором кружева или тонкостью работы искусного украшения, просто мои интересы были куда шире этого уютного пространства и распространялись на другие, полезные, более значимые для общества дела.

Мама, посчитав, что сделала всё, что смогла, со спокойной душой отправилась к себе. За оставшуюся часть дня я собрала свои вещи, в отдельную сумку сложила драгоценности. И когда меня уже охватила паника, что придётся всё раскладывать обратно, чтобы прислуга не поняла, что я задумала, мне, наконец-то, прибыло письмо.

«Придумай что-нибудь, чтобы тебя отпустили из дома. Вызови карету, выезжай немедленно, перехвачу тебя по пути. Возьми всё, что тебе может понадобиться для самостоятельной жизни.

Брат»

Я чуть не взвизгнула в предвкушении, радостно уничтожая улики. Правда, несколько раз прочла письмо заново, чтобы точно быть уверенной, что поняла всё правильно. Вещи собраны, осталось их пронести незаметно. Решение уже имелось, как и опыт. Я никогда не была прилежным ребёнком и периодически ускользала через окно. То мы с подругой ночью отправились в лес к озеру, чтобы убедиться, что там действительно появляется русалка. И мы выждали, чудом убедили её, что зла не желаем, а пришли просто поболтать исключительно из любопытства. В дар ей принесли красивое серебряное зеркальце, украшенное красными камнями, несколько замысловатых заколок, заранее приобретённых на ярмарке, но очень искусно сделанных. Мы их с подружкой выбирали себе, но не пожалели для прекрасной русалки, к тому же синие камни в заколке лучше шли к её голубым волосам.

В другой раз я с братом тем же способом ускользала из дома, чтобы полюбоваться ночным созвездием. Следующим случаем это была вылазка с научным интересом – проследить за светлячками, которые собираются для немыслимого танца единственный раз в году. Их мерцающие огоньки словно создают живой ковёр, который переливается разными цветами и оттенками. Миг – и фигура меняется, ещё секунда – и это какой-то узор. Этот танец – не просто зрелище, а часть сложного и важного ритуала, который помогает светлячкам поддерживать баланс в природе. Наблюдая за этим зрелищем, можно почувствовать себя частью чего-то большего. Природа раскрывает свои объятия, позволяя увидеть свою вечную красоту и гармонию. Светлячки, как посланники природы, напоминают о том, что даже самые маленькие существа могут совершать удивительные и важные действия.

Наслав невидимые чары, опустила чемоданы на землю через окно. Напустила на себя спокойный вид, выдохнув, вышла из комнаты. Запустив поисковые чары, нашла отца в библиотеке и, робко постучавшись, вошла внутрь. Он расслабленно сидел в кресле, читая книгу, но как я появилась, поднял голову.

– Папа, можно я съезжу к Элеоно́ре в гости на пару дней? Она пригласила. Я сначала не хотела ехать, расстроенная новостью о помолвке, но потом подумала: когда ещё получится с ней увидеться?! Разрешишь?

Отец изучающе посмотрел на меня, ища подвох в моих словах, но я сделала максимально покорную и расстроенную мину, и он сдался. Через десять минут я уже сидела в карете, нервно теребя подол платья.

Проезжая по улочкам, мы добрались до середины пути, когда карета вынужденно остановилась. И я приоткрыла дверь, чтобы посмотреть, в чём дело. Впереди, на улице, по которой мы сейчас передвигались, царила суета, сегодня была особая атмосфера. Дети с радостными криками бегали по тротуарам, собирая рассыпанные по мостовой яблоки. Среди них выделялась пышная женщина в ярком платье, которая руководила процессом. Видимо, телегу, что находилась рядом, кто-то задел, и яблоки рассыпались.

– Госпожа, придётся немного подождать, пока соберут раскиданные фрукты. – устало почесал голову возничий.

– Ничего, подождём. – ответила ему, осматриваясь вокруг.

– Это я, только не кричи. – прозвучало шёпотом у меня возле уха. Вздрогнула и чуть не взвизгнула от неожиданности, но всё же сдержалась. Голос был брата, а сам он находился под чарами невидимости. – Выходи, я тебя спрячу.

Слевитировав вещи наружу, выбралась из кареты, спрятавшись позади неё. Несколько секунд, и меня накрыло прозрачной плёнкой невидимости. Взяв за руку, брат повёл за ближайший поворот.

– Шайе́н, я сказала родителям, что еду на пару дней к подруге. Возничий расскажет им, если не высадит меня возле нужного адреса.

– Не переживай, ты там сидишь и выйдешь где нужно. – я не видела его лица, но по голосу чувствовала, что он улыбается. Брат ещё тот авантюрист, возможно, даже побольше моего. – В карету села моя знакомая с работы, выйдет где надо, а потом перенесётся порталом обратно. Всё, давай, сейчас телепортирую тебя в гостевой дом, там переночуешь, а завтра уже решим все дела.

Он направил заклинание. Шайе́н, я и вещи стали видимыми. Дотронулся сначала до чемоданов, и они куда-то исчезли, а потом взял меня за руку, и нас перенесло в небольшой домик на краю столицы. Там сейчас было тихо и безлюдно, так как слуги отсутствовали. Он сюда приезжает редко, но иногда всё же бывает, когда хочет отдохнуть от суеты.

– Прости, другого быстрого варианта не придумал. – развёл руками, как бы извиняясь за пыль и отсутствие прислуги. – Постарайся вести себя тихо и не зажигай ярко свет, чтоб вопросов потом меньше было.

– Шайе́н. – я крепко обняла брата, расчувствовавшись. Несколько слезинок всё же скатились с моих глаз. – Спасибо.

– Ну что ты, малышка?! Я всегда к тебе приду на помощь. – он крепко сжал меня в ответ, целуя в макушку.

Сколько себя помню, брат всегда меня выручал. Он на девять лет меня старше, но шкодничали мы вместе, как и наказывали нас тоже вместе. Шайе́н учил давать сдачу, когда понял, что скоро уедет из родительского дома. Показал то, чего леди знать не положено, например: я владею несколькими приёмами, чтобы обеспечить себе фору. Могу ударить кулаком в нос или раскрытой ладонью в кадык. Конечно, у меня не получится завалить противника, но ударить смогу, чтобы дать себе возможность убежать или время воспользоваться магией. Кстати, это брат научил нескольким боевым заклинаниям, да и показал правильный щит, который сможет меня действительно защитить. Остальное – дело постоянных тренировок. Ещё брат научил меня фехтованию. Правда, другие виды оружия, увы, мне не подвластны.

Шайе́н, после окончания академии, уехал на практику в другой город, там хорошо себя зарекомендовал, а через год в столице появилось свободное место на должность главы устранения магического беспорядка, и его порекомендовали сюда.

– Ладно, не расстраивайся. Садись. – отдёрнув белую накидку с дивана в гостиной, Шайе́н потянул меня, усадив рядом. – Давай, рассказывай, сестрёнка. Люк – это тот избалованный щёголь?

– Да. Представляешь, отец сказал, что уже договорился с Ма́ркусов о нашей помолвке, а после окончания академии состоится свадьба. Я не хочу за него, понимаешь? Он вредный, гулящий, Люк просадит все деньги, и он не даст мне работать. А я что, зря так хорошо училась? – брат хмыкнул, он, как никто другой, знал, как мне нравятся руны.

– Я тебя понял, только потом не пожалей о своём решении. – как бы между прочим, уточнил он, потирая подбородок. – Что у тебя с демоническим языком?

– Отлично, конечно же. Иначе, как бы я с пентаграммами справлялась?!

– В общем, план такой: завтра я тебя подвезу к академии, тебе самой придётся забрать свои документы, после чего вернёмся сюда. У ректора Дио́нской академии передо мной должок, я уже договорился с ним: окончишь свой курс там под другим именем. Станешь Кара Тизе́н для всех, только ректор будет знать, кто ты. А дальше решим по обстоятельствам: может, в каком-то из их городов сможем устроить тебя на работу, а через время переедешь куда захочешь. Или вернёшься к родителям, если посчитаешь, что такая жизнь тебе не подходит.

– Дионская академия… – я задумчиво постучала пальцем по губам, пытаясь напрячь память и вспомнить, где это. – Что-то не припомню…

– Это в городе Дио́нис, в нижнем мире. – я сглотнула.

В смысле, это мне придётся жить с демонами, вампирами, суккубами и инкубами? Просто блеск! Там меня точно никто не найдёт. Как бы и не прикопали там же.

– Ну, допустим… – не стала отвергать эту идею как бредовую.

Какой-то у меня странный выбор: или замуж за богатого, избалованного герцога, или на корм вампирам. Даже не знаю, что выбрать! Может, я не вижу ещё каких-то перспектив? Должно же быть что-то хорошее, ну такое, при котором, щёлкнув пальцами, можно воскликнуть: «Тадам! Это оно!»

– Кара, ну что за стереотипы? – Шайен подарил мне осуждающий взгляд, пристыдив мои мысленные метания. – Со всеми нормально можно работать, как и везде, там есть хорошие и плохие. Вспомни, профессора Да́риана по физической подготовке, он тоже демон. – Правда, очень хороший преподаватель. К студентам относится с юмором, гоняет, конечно, как волк коз по горам, а так – очень позитивный демон. – Просто там будут почти все демоны. – брат стал серьёзным. – Определяйся. Или туда, или в какое-нибудь другое место, но отец тебя в любой академии найдёт, а туда он даже не подумает обратиться. К тому же, ректор – мой друг, он точно тебя не выдаст.

Да уж! Всё такое заманчивое…!

– К демонам. – обречённо выдохнув, откинулась на спинку дивана. – А как же деньги на учёбу? Я взяла свои драгоценности, посмотри, хватит ли на оплату.

Только взялась за чемодан и удостоилась укоризненного взгляда.

– Я договорился, тебя возьмут на стипендию, ты же отличница. И драгоценности свои не продавай. Если что, пиши мне, я тебе деньги пришлю. – он погладил меня по вьющимся волосам. – Моя сестра ни в чём не будет нуждаться.

– Прости. – грустно сказала я. На самом деле, когда есть такой брат, никакие друзья не нужны. Он без лишних вопросов помог мне, когда я попросила. Нет, он не подкаблучник, не глупый и не безотказный, просто брат знает, что я серьёзный и ответственный человек. Да, я импульсивна, заносчива и эмоциональна, но важные решения принимаю обдуманно. Я сама постараюсь решить свою проблему, но если понимаю, что моих сил недостаточно, тогда обращусь за помощью. И хорошо, что у меня есть тот самый человек, у которого имеются желание и возможности мне помочь. – Что втянула тебя во всё это.

Меня крепко обняли, притянув к сильному телу ближе, и я тут же почувствовала себя защищённой. Шайен, настоящий красавец: высокий, мускулистый, светло-оливковые глаза. Русые волнистые волосы – это у нас в маму, а вот глаза у брата отцовские. Он до сих пор завидный жених. Родители пытались его женить, но брат сначала уехал, а когда вернулся, поддержка отца ему уже не требовалась. Помню, они тогда так сильно поругались, что не общались полгода, но после отец всё же оттаял и разрешил Шайену решать вопрос самостоятельно.

– Глупости, Кара, ты же моя мелкая, вредная сестра, я не могу тебе отказать.

Шайен уехал к себе домой, чтобы, если вдруг после моего исчезновения отец начнёт поиски, ничего не выдало его участия. Все слуги подтвердят, что их хозяин был дома один и у себя никаких женщин не размещал.

Я искупалась, предварительно нагрев себе воду, а после легла в хозяйской спальне. День был насыщенный, но я уснула не сразу, долго ворочалась в кровати, обдумывая все завтрашние действия: что скажу ректору, что сделаю, если увижу кого-то знакомого, а если ректора на месте не будет. На каком-то из «если» я всё же уснула.

Утром брат привёз мне свежей выпечки. Позавтракав, мы отправились в академию. Я нарочито медленно поднималась по лестнице, поглаживая перила, прощально оглядывала коридоры, в которых каждый день плутала в поисках нужных аудиторий. Жаль покидать место, к которому за четыре года я успела прикипеть.

Ректор недоумевающе смотрел на меня и не мог поверить в происходящее: как отличница, дочь герцога, забирает документы, не окончив академию?!

– Может, мне всё же надо связаться с вашими родителями? – уточнил он, пронизывая меня своим сканирующим взглядом. – Каролина, зная ваш потенциал и желание учиться, сейчас своим решением вы меня шокируете.

– Простите, ректор Бия́р, так сложились обстоятельства. – стыдливо опустила голову. – Я была бы вам признательна, если вы не станете сообщать моим родителям, что я забрала свои документы. Они узнают, но чуть позже.

Мужчина откашлялся и уточнил задумчиво:

– Ваш поступок может быть связан с помолвкой с герцогским отпрыском?

– А вы откуда знаете? – забыв о субординации, спросила я. Ректор поглаживал свой подбородок, изучающе вглядываясь в моё лицо.

– Ну, я всё-таки свой пост не просто так занимаю, много что слышу и вижу, могу сложить два и два.

Подумав, решила покаяться, учитывая, что он и так всё понял.

– Да, мой поступок с этим связан.

Мужчина помолчал несколько минут, что-то обдумывая, а потом расписался на нескольких моих документах, поставил печать перстнем и отдал мне.

– Очень жаль, что вы окончите не нашу академию, леди Бейтра́н. Удачи!

Мудрый человек наш ректор: зная мой характер, он понял, что учёбу я не бросаю, а просто перевожусь в другое место. Прижимая к себе заветные листочки, я быстро покинула территорию академии, и мы с братом вернулись обратно в домик. Достав мелованную кисть, брат стал рисовать пентаграмму вызова демона. Все знаки мне были знакомы, что удивило – это отсутствие защиты. Когда четыре года тебе вталдычивают, что первое, что нужно нарисовать, это защитный круг с нужными символами, и только после, всё остальное, глаз невольно начинает дёргаться от несоответствия. Но, затолкав учебный материал подальше в глубь моего сознания, доверилась брату. Закончив, он произнёс нужное заклинание призыва и неизвестное последнее слово, произнесённое только губами.

– А последнее слово это?

– Демонское имя. Они никому его не говорят, только друзьям и близким. А так его зовут А́дмиан Ворла́й. Кстати, вот и он. – интересно, что это за такой друг, что брат даже знает его секретное имя?

Глава 3

Кара

Символы засветились, и в пентаграмме появился огромный мужчина. Выше Шайена, с чёрными волосами, заплетёнными в тугую косу до лопаток, из головы торчали два больших, чуть закруглённых рога. Такие же чёрные глаза, мышцы на руках размером с мою голову. Ладно… Может, чуть меньше. Хотя не уверена. Хвоста нет, в общем, в обычной, не боевой ипостаси. Судя по качеству ткани и отделке, дорогая рубашка и брюки, что доказывает: перед нами аристократ, и не абы какой.

– Знаешь, последние мои слова перед смертью будут, чтобы я призраком могла за тобой везде ходить и надоедать своим трёпом. – брат ничуть не обиделся, только закатил глаза, а после улыбнулся незнакомцу.

– А́дмиан! Спасибо, что откликнулся.

– Шайен, давно не виделись.

Мужчины по-дружески обнялись перед опешившей мной. Не чувствовалось между ними натянутости в отношениях, действительно, как два давних друга. Брат приобнял меня за плечи, чуть выставляя вперёд. Мужчина окинул меня заинтересованным, оценивающим взглядом, не как мужчина женщину, скорее: «Что за книжку новую привезли?».

– Моя родная сестра Каролина, мой лучший друг А́дмиан Ворла́й. – мужчина вежливо поклонился, а я присела в коротком реверансе.

– Очень приятно познакомиться, профессор Ворлай.

– Я тоже, леди Бейтран. – он перевёл взгляд на брата. – Я удивлён твоей просьбой Шайен. Что поспособствовало такому желанию, чтобы такой нежный цветок решил перевестись к нам в нижний мир?

– Ну, Кара не такой уж нежный цветок. Несмотря на свою хрупкость, она может за себя постоять как физически, так и магически, да и за словами в карман не полезет. – брат улыбнулся и подмигнул мне. Ну что сказать, что есть, то есть: я не милая кошечка, только если это кошка Фио́ла (хищное существо семейства кошачьих, кожа плотная, на спине и немного на мордочке имеются шипы). – Всё просто: родители хотят её выдать замуж, а она против. В общем, ей нужно закончить академию, а дальше посмотрим.

– И как хорошо учится? – профессор перевёл взгляд на меня.

– Одна из лучших на курсе. – ответила я, также сканируя его. Скромность не мой конёк.

– Факультет?

– Рунический.

– Интересно. – мужчина задумчиво потёр подбородок. – Ну что ж, пошли. – он указал рукой в приглашающем жесте в сторону пентаграммы, а потом пальцем на мои чемоданы, которые лежали в гостиной. – Твои вещи? – я кивнула, он взмахнул рукой, и они исчезли.

Я подхватила ридикюль, подбежала и обняла брата, он поцеловал меня в макушку.

– Не забудь, ты теперь Кара Тизе́н.

– Почему Тизе́н? – уточнила я, пытаясь вспомнить род с таким именем.

– Потому, что будешь племянницей двоюродной сестры моей жены. – сказал демон, и я вопросительно посмотрела на него. – Брат тебе не сказал? Моя жена человек, как и ты.

Стоя в пентаграмме, держась за локоть демона, помахала рукой брату и немного нервно улыбнулась, от чего улыбка получилась кривоватой.

– Постараюсь через два-три месяца тебя навестить. – кинул брат, перед тем, как мы исчезли, и оказались в богато устроенном холле, где нас встретил дворецкий.

Немного пухлый, импозантный мужчина с бородкой, и вытянутым в удивлении лицом и, конечно, с маленькими рожками.

– Бе́йн, это наша гостья до начала учебного года, Кара Тизен. – он указал на мужчину, который пришёл в себя и поклонился нам. – Кара, это наш дворецкий Бе́йн. Проводи её в бежевую гостевую комнату. Так, а ты. – повернулся ко мне. – Располагайся, вещи твои уже там, на обед тебя позовут, а потом покажу дом.

Комната, действительно, была в бежевых тонах. Подойдя к подоконнику, облокотилась лбом о прохладное стекло. За окном был вид на красивый сад, а за забором, похоже, на центральная живая улочка, где сновали разные люди, демоны и, варх его знает, кто ещё.

До начала учёбы осталось три недели, а пока нужно познакомиться с этим миром.

Через час, когда за мной пришёл дворецкий, чтобы проводить в столовую, я была готова и чинно спускалась по лестнице, как полагается леди.

– Кара, детка, ты так повзрослела. – ко мне шла и улыбалась какая-то рыжеволосая девушка. Я сначала растерялась, а потом поняла, что это, наверно, жена ректора, которой по легенде являюсь родственницей.

Когда она приблизилась, то обняла меня, как и я её в ответ, прошептав на ухо:

– Ли́на я, если что.

– Тётя Ли́на! – певуче воскликнула я. – Вы как всегда молоды и свежи. Клянусь, лет пятнадцать назад вы выглядели точно так же. – девушка в моих объятиях хмыкнула, подавляя смех.

– Молодец. – прошептала в ухо и уже громче. – Идём скорее за стол, расскажешь, на какой факультет поступила.

Меня сцапали за руку и потащили к столу. Ректор уже сидел там и улыбался. На самом деле, девушка мне понравилась: она всего-то на немножко старше меня оказалась, ей двадцать пять, а мне двадцать. Ли́на – очень красивая практикующая ведьмочка, и преподаёт зельеварение в академии, в которой я буду учиться. После обеда девушка предложила прогуляться и немного познакомиться с городом.

Ректорский дом, действительно, как я и предполагала, находился в центре. Архитектура зданий не сильно отличалась от наших, а вот одежда была более открытой. Допускались некоторые вольности, например, обтягивающие ягодицы фасоны или разрез до бедра. В основном, юбки и платья были не многослойные, хотя у нас такие тоже иногда встречались у более прогрессивных дам. Несколько вампирш прогуливались в вызывающе обтягивающих брюках, так бесстыдно, что я аж залюбовалась их округлостями.

– Ты привыкнешь. – проследив за моим взглядом, сказала Лина. – Пойдём, купим у модистки тебе форму для академии.

Рубашка одевалась любая, а вот остальное состояло из жилетки с крупными пуговками и юбки без подъюбника. Ткань синевато-зелёная, хвойного оттенка, с золотым кружевом. Модистка подогнала под мой рост и фигуру несколько одинаковых комплектов. Ещё мы выбрали форму для физической подготовки: что-то похожее на брюки для конной прогулки и лёгкий мундир до середины бедра. Ткань – светло-серого цвета, чувствуется что-то магическое в ней. Перейдя на магическое зрение, увидела специальную пропитку, которая не даст костюму порваться. В общем, что бы ни случилось с хозяином, ткань останется невредима.

Как приятная вампирша-модистка всё сделает, курьер доставит по нужному адресу. Оставив деньги, мы направились дальше. Лина показала, где лучше всего покупать артефакты, а где – приобрести ингредиенты для зелий, в какой пекарне самые вкусные пирожные. В неё мы всё же зашли и отведали по одному с кружечкой чая.

***

Через несколько дней, видимо, моё отсутствие обнаружили, и на меня посыпались письма.

«Кара, где ты?

Отец»

Судя по тому, какие отметины появились на бумаге, папа был в бешенстве. Я незамедлительно написала ответ.

«Папа, я вас очень люблю, но с вашим выбором не согласна. Не выйду замуж за Люка, он – неподходящая партия. Домой не вернусь. Мне очень жаль, что не оправдала ваших надежд и расстроила ваши планы, но у меня они тоже были, и человека, которого вы для меня выбрали, в них не было.

Ваша дочь»

После пошли письма с угрозами, на которые я не стала отвечать, ведь понимала: отец сейчас злится и на кого-то пытается сорваться. Через час написала мама, что она меня любит, но осуждает мой поступок и просит одуматься и вернуться домой. Я ей тоже объяснила свою позицию, но на остальные письма не стала отвечать. Следом на стол упал конверт от подруги.

«Ты что натворила? Тебя тут по всему поместью ищут, везде пытаются найти след по ауре. Приезжал твой отец, всполошил всех, ругался. Они с папой секретничали в кабинете, думаю, он тоже будет им помогать. В общем, Кара, я не поняла, почему вокруг столько интересного, а я в этом до сих пор не участвую?

Элеоно́ра»

Её строчки меня развеселили. На самом деле, у меня была только одна подруга – это Элеонора. С остальными в академии я так и не подружилась, хотя многие навязывали своё общение. Мы с ней с детства дружим, наши мамы часто гостили друг у друга. Только подруга поступила в академию четырёх стихий, а я – в столичную академию магических наук, так как у меня своей стихии нет. Я хорошо вижу магические нити и потоки, то есть, могу более точечно воздействовать, ведь их видят далеко не все. Можно было бы выбрать направление артефакторики, но что-то собирать и мастерить – это не моё. А вот защитить здание, поставив нужные печати, или нарисовать защиту для человека. Ведь не все маги могут контролировать свои силы. Для таких делается рисунок на теле, который ослабляет поток энергии, а через несколько лет маг уже достиг необходимой зрелости, чтобы удержать дар в узде. Ещё я могу помогать в расследованиях, например, сходу определить, что за пентаграмма передо мной и какой результат всё же вышел у того, кто её рисовал. В общем, моя специализация тоже может принести пользу обществу.

А вот отец Элеоноры занимается финансами, ему принадлежат все банки нашего государства. Скорее всего, мне просто перекроют доступ к счёту, но я уже была к этому готова. Денежно могу рассчитывать только на брата, или придётся когда-то учиться самостоятельно зарабатывать деньги.

Возвращаясь к письму подруги, я написала ответ.

«Прости, Элеонора. Меня утром поставили перед фактом, что будет помолвка с Люком, пришлось действовать оперативно. Я не могла допустить, чтобы он надел на меня помолвочное кольцо. Прости, что ты пропустила всё веселье. Со мной всё в порядке, здесь меня не найдут. Не могу рассказать, где я, по понятным причинам.

Твоя подруга»

Слова пришлось подбирать аккуратно, ведь послание могли перехватить. Отправив письмо, задумчиво прошлась пальцем по месту за ухом: там, ещё в доме у брата, я сделала специальный рисунок, который не даст возможность родителям найти меня по крови. Его не видно, только если сильно присматриваться. Это специальная краска для кожи, она бежевого цвета, да и я владею техникой уменьшать рисунки, что они становятся практически незаметны.

На стол упало письмо от брата.

«Мелкая! Что началось…! Папа рвёт и мечет, всех на уши поставил. Мама плачет, причитая: «Где же теперь её доченька? Как же она будет жить без прислуги и денег?» Ну, ты, в общем, поняла, всё в таком духе!

Скоро начнётся учёба, и ты почувствуешь себя в своей стихии, наверно, и сейчас сестрёнка с книжкой сидишь. Деньги я в твой ридикюль положил, так что на какое-то время они у тебя есть. Надеюсь на твоё благоразумие по их трате. Всё, целую. Буду держать тебя в курсе, если появятся какие-либо изменения.

Твой любимый и неповторимый брат»

Шаейн в своём репертуаре. Мама никогда не работала, и даже помыслов в эту сторону у неё не велось. Она всегда казалась воздушной аристократкой до мозга костей. Не знаю, как мы у неё такие получились? Зато мама очень красивая, будто ангел. Она всегда за собой хорошо следила, и до сих пор выглядит скорее моей старшей сестрой, чем родительницей.

Дни проходили достаточно быстро. Я успела дописать свою дипломную работу, пользуясь хозяйской библиотекой. Ректор собрал у себя самую лучшую коллекцию книг по рунам. В ней я и потерялась, зачитываясь, впитывая новые знания, иногда выплывая на поверхность. Как-то меня там обнаружил А́дмиан. Он замер в дверях, недоумённо взирая на убежище, похожее на крепость из книг, будто я готовилась к долгой осаде. Тетрадь рядом была полна разнообразными пометками, стопки исписанных листов лежали поблизости как доказательство, что я не случайно тут оказалась, как бы заглянув на минуточку. Демон определённо не ожидал увидеть меня здесь в такой компании, наверно, думал, что я романами зачитываюсь.

– Боюсь даже спросить, что ты делаешь?

Демон неторопливо обходил стопки книг, направляясь к столу, заглядывая в готовые страницы.

– Дипломную дописываю. – устало ответила, внося несколько пометок. В глазах уже рябило от букв.

Мужчина, расположившись в соседнем кресле, пододвинул к себе листы и, хмурясь, стал читать, и что больше расстраивало, черкать. Кажется, придётся вносить изменения… или переписывать заново. Так мы просидели несколько часов.

– Неплохо. – заключил демон, откладывая последнюю страницу. Что он считал «неплохим», не знаю. По-моему, он там половину позачёркивал. Я чувствовала себя сейчас бездарностью. – В академии, когда будем, покажу тебе нужные книги, дополнишь. Почему ты вообще это делаешь летом? Тебе что, заняться нечем? – демон потёр переносицу и посмотрел на меня внимательно, будто первый раз увидел.

С Линой мы нашли общий язык, она достаточно весёлая, мы часто гуляли по городу, заходили на чаепитие к её подружкам. В нижнем мире живут и люди, да не в таком количестве, сколько у нас, но встречаются, а у Лины знакомые с разных рас. У ведьмочки есть работа: она делает зелья, противоядия, разные кремы на продажу. Вместе находиться с ней в лаборатории – это просто мешать. В своей комнате я сделала нужные для себя заготовки, а больше мне заняться нечем.

– Скоро начнутся занятия, будет много домашних заданий, я не уверена, что смогу успевать делать их и дипломную. Проще вносить поправки, чем писать с нуля. – растерянно развела руками. – Да и что мне ещё делать? Почти каждый день гуляю, то у вас в саду, то по городу или в парке. Вышивать я не умею, рисовать тоже. – я поморщилась от воспоминаний, как мне пытались это втолковать учителя, но никак не давалось столь интересное занудство. В конечном итоге все смирились с провалом и разошлись каждый со своим мнением: учителя, что я бездарность, а я, что это не моё. Ну а что? Могу красиво писать буквы и руны, а как шикарно держу перо и кисть пальчиками… просто загляденье! И спинка ровная, и нос аристократично при этом вздёрнут!

– Ясно. Завтра я отправлюсь в академию, так как начнут пребывать преподаватели. Со мной хочешь? Распоряжусь, чтобы тебе сразу выделили хорошую комнату, можешь даже тёплые вещи туда перевезти, чтобы потом меньше раскладывать. Прогуляешься по территории, посмотришь, что, где находится. Брат твой говорил, что ты фехтуешь, я правда давно не практиковался, можем потренироваться, как я часть дел сделаю.

– Если для вас это будет не обременительно, то я с удовольствием. – воодушевилась предложением.

На следующее утро я уже стояла с чемоданом возле кабинета Адмиана, а он открывал доступ к нарисованным на полу символам. Оказывается, что у демонов так принято. То есть, у нас, например, в домах не положено ставить порталы, дома знати защищены от перемещений. Есть общественные портальные станции, артефакт переноса, но им пользуются на крайний случай, так как они долго перезаряжаются. В академиях существуют портальные арки, но чтобы в нее попасть, нужно брать разрешение у самого ректора. В королевском дворце есть портальный переход, но им может пользоваться только сам король.

А демоны могут перемещаться по определенным портальным рисункам. Например, ректор может отправиться в свой кабинет из дома, но больше никуда. То есть, те, кто занимают высокие посты, могут перемещаться из своих домов напрямую к себе в кабинеты через пентаграммы. Хотя у них также существуют портальные станции, как и у нас.

Адмиан, взяв мой чемодан, встал в середину рисунка и сказал:

– Заходишь сразу за мной. – символы засветились, и он исчез.

Я поторопилась и следом вступила в круг. Миг – и очутилась в просторном кабинете с большим книжным шкафом, массивным столом и величественным креслом. Также для посетителей имелся чайный столик и два кресла.

– Присядь пока, я сейчас запущу некоторые процессы.

Мужчина достал шкатулку, приложив палец к деревянной поверхности, щелкнул замок – она поддалась и открылась. Когда он убирал руку, я заметила ранку, значит, артефакт открывается по крови. В ней находился большой прозрачный шар, внутри – замок с территорией и другими зданиями. Я приблизила свой нос ближе, желая рассмотреть лучше чудотворение. Мастер уделил внимание четкости мелких деталей на здании, виден каждый завиток, вплоть до глаз горгулий. Адмиан выставил над шаром ладонь и пустил поток магической силы. Шар засветился, и я прям почувствовала тепловую, наэлектризованную волну, которая разошлась от артефакта во все стороны и дальше.

И тут я поняла: это и есть академия, в смысле, в шаре – точная копия настоящей академии, в которой мы сейчас находимся.

Ректор убрал руку, закрыл и спрятал шкатулку в ящик. Судя по печати, которую я увидела магическим зрением, тайник закрылся и откроется только ректору.

– Интересная печать. – задумчиво проговорила, запоминая рисунок.

– Ты её видишь? – на лице демона читалось сильное удивление.

– Конечно. У вас тут много секретных печатей. – я оглядела кабинет. – Почему разные степени защиты? – прикрыла глаза, вспоминая, что-то такое было в учебнике. – Ах да, чем сильнее защита, тем больше энергии потратишь при установке.

– Молодец! – похвалил он, явно впечатлённый. – А открыть какую-то сможешь? – в голосе чувствовался мальчишеский интерес, будто ему предложили интересную головоломку.

Я медленно прошлась вдоль стен, сканируя печати. Вернулась назад и опустилась на корточки. Тут интересное плетение, изучив внимательнее, поняла, что здесь просто нужно убрать одну нить, и остальное откроется. Выбрала подходящую и потянула. Открылся небольшой тайник. Я не стала смотреть, что там, и закрыла его. Мужчина, оказывается, всё это время находился рядом и не дышал, а когда печать исчезла, облегчённо выдохнул.

– А ты могла бы в следующий раз комментировать свои действия, а то я же не знаю, правильно ли ты сделаешь? Между прочим, тебя могло бы парализовать, если б ты задачу решила неправильно. Мне твой брат голову открутит, если с тобой что-то случится. – недовольно пробурчал он.

– Простите. – потупилась я. – Ещё пробовать?

Мужчина посмотрел на меня неодобрительно и покачал головой.

– Давай, в другой раз потренируемся, раз уж я буду твоим куратором по дипломной работе, возьму тебя на факультатив. Я каждый год отбираю одарённых в этой области пятикурсников, с которыми мы занимаемся снятием и установкой печатей, но скажу откровенно, эту печать мы бы только через месяц стали бы проходить. Ты мне просто навскидку покажи, с которыми считаешь, что можешь справиться. Я потом воссоздам их, только отдачу настрою мизерную, а то от этих можно и без рогов остаться.

Мы прошлись по кабинету, и я выбрала три, в которых уверена. А с остальными семью точно не разберусь без пары книжек, бутылки вина и зелья, добавляющего решительности.

Профессор одобрительно кивнул, поджав губы, и указал мне место в кресле, чтобы я села, и произнёс:

– Хранители, вызываю вас.

Пространство возле двери засветилось, и появился дух старичка, напоминающего вампира, элементали воды, огня, воздуха и земли, и ещё какая-то женщина с метр ростом. Все поклонились и в удивлении посмотрели на меня, так как я выглянула из-за широкой спинки кресла.

– Здравствуйте. – растерянно склонила голову в знак уважения, те с заминкой, но тоже склонились.

– Это Кара, новая ученица. – представил меня профессор. – Учебный год начинается, прошу вас подготовиться к открытию. – Он посмотрел на женщину. – Начните, пожалуйста, с комнаты на третьем этаже общежития, Кара перенесёт сейчас туда часть своих вещей.

– Как скажете, ректор. – хором отрапортовали они, поклонились и исчезли.

– Пойдём. – демон махнул мне рукой, направляясь к двери. Я оглядела комнату в поисках своего чемодана. – Главная домовушка забрала его, она оставит вещи в твоей комнате. – ответил он, заметив мои поиски.

Значит, та женщина – это домовушка. Мы вышли в приёмную ректора, он указал на стол в углу.

– Завтра приедет мой помощник. – прошлись по длинному коридору, в котором с правой стороны находились разные кабинеты, а слева окна, выходящие на территорию. Вдоль стен стояли несколько лавочек. В середине каждого пролёта находилась лестница. – Тут кабинеты преподавателей и аудитории, на втором этаже, тоже аудитории и лаборатории. – рассказывал ректор, пока мы спускались на первый этаж. Демон указал в пролёт направо. – Там библиотека и зал для разных мероприятий. Перед нами справа столовая. Слева, лекарское отделение и ещё аудитории. – на улице, поодаль, стояла оранжерея и общежитие. – За главным зданием есть полигон для тренировок, оружейный зал, душевые, раздевалки. Есть ещё лестница вниз, там этаж для занятий некромантов. Всё, ты иди исследуй территорию, а я дальше займусь делами. К обеду найду тебя, перекусим.

Профессор широким шагом направился в сторону ворот, а я к общежитию, начну с него. Повсюду слышался шум – это домовушки, не таясь, работали на пару с элементалями. Во время учёбы у нас в академии они становятся невидимыми, не хотят показываться студентам и делают уборку, когда адепты на занятиях. Поэтому наблюдала за процессом первый раз и с большим интересом. Я поднялась на третий этаж, там была открыта только одна дверь, в неё и направилась. Комната 305 шумела, гремела, чистота наводилась полным ходом. Заметив свои чемоданы, убедилась, что пришла в нужное место.

– Спасибо. – тихо произнесла в пустоту. Так как женщина перемещалась с невероятной скоростью, но, услышав меня, остановилась и замерла. – Простите, как к вам обращаться?

– Я Алла́йя, госпожа. – домовушка стала осматривать меня, а я её.

– Рада знакомству, Аллайя. Я не госпожа, а просто Кара. Извините за излишний интерес, я первый раз вижу домовушек. – её губы дрогнули в улыбке, а глаза перестали излучать настороженность. – Я могу войти или помешаю?

– Заходите, это теперь ваша комната. Правда, искупаться сегодня ещё не получится, но завтра система заработает.

– Ничего, профессор Адмиан пока меня ещё не выгоняет из своего дома, я чуть позже перееду, сегодня только вещи останутся тут с ночёвкой. Шкаф и комод, смотрю, уже блестят. Могу я разложить одежду?

– Да, пожалуйста. – вежливо кивала женщина, и каждый занялся своим делом.

Глава 4

Максимилиан

Отделившись от своей армии и велев им разойтись, направился к замку. Слез с коня и одним движением руки развеял его. Конь у меня был не простой, а магический. Это особая порода, их разводят только у нас, в Нижнем мире. Выглядят так, будто конь полностью состоит из клубящейся тьмы, а при прикосновении – обычный жеребец. Он может исчезать и появляться по велению хозяина. Такого жеребца может иметь не каждый: во-первых, он очень дорого стоит; во-вторых, у мага должен быть высокий магический потенциал; а в-третьих, не всякий может его приручить. Они очень своенравные. Я несколько месяцев ходил, кормил своего Дикаря, а после только пытался к нему подойти и оседлать, и, скажу откровенно, получилось не с первого раза. У меня в отряде только у троих такие питомцы. И все – сильные характером и магией одарённые с головой.

Двери распахнулись ещё до того, как я успел к ним приблизиться. В них показался дворецкий.

– Ваше высочество Максимилиа́н. – сухопарый старик с почтением поклонился. – Его величество Але́ксиан ожидает вас в тронном зале.

– Гере́м. – кивнул, приняв услышанное. Он знал нас с детства. Даже представить боюсь, сколько ему лет, учитывая, что мне уже триста двадцать семь, а брат на пятьдесят меня старше, а дворецкий служил ещё моему отцу. Демоны живут очень долго, а выглядят обычно молодо и полными сил.

– Я уже распорядился, чтобы вам подготовили купальни.

– Спасибо, и трёх дев, чтоб помогли помыться. – старик дёрнул уголками губ, сдерживая улыбку.

– Они уже вас ожидают, и ещё две ожидают в вашей спальне.

– Ты меня слишком хорошо знаешь. – похлопал его по плечу.

Двери в тронный зал передо мной открылись, и все присутствующие приклонились, завидев меня. Король кивнул подданным, и они, облегчённо выдохнув, попятились на выход из зала, исчезая в дверях.

Я понимал их облегчение и желание скрыться от меня подальше, а всё виной моя давящая аура некроманта. Она настолько мощная, что люди не могут долго находиться со мной рядом. Они будут чувствовать слабость, нарастающее давление в голове, а особо неподготовленные могут и потерять сознание. Поэтому я всегда ношу с собой артефакт, который глушит ауру настолько, чтобы со мной могли находиться люди, а снимаю его только на поле боя и в своей спальне. Замок был исписан защитными рунами, которые смягчали давление для тех, кто здесь находится, а брат из-за родственной составляющей вообще не чувствовал дискомфорта рядом со мной. А также все боялись знаменитого Леа́ма Ко́фл – королевского палача, славящегося своей беспощадностью, сложным характером и убийственным взглядом. Так сказать, убиваю всех своей неотразимостью!

Как только они закрылись, я направился к брату и слегка склонил голову в знак уважения.

– Рад твоему возвращению, Максимилиан. – король ловко слез с трона, и спустившись по ступенькам обнял меня. – Тебя долго не было.

Мы всегда были с ним близки, и гарантом тому было отсутствие у меня желания стремиться к власти. Никогда не хотел править, и сейчас я занимался тем, что мне нравилось. Все и так меня боялись и преклонялись передо мной, я делал что хотел, финансово не был ограничен, а самое главное – не связан условностями монарха. Ведь что не позволено королю, разрешалось его палачу. А что я принц, было известно единицам. Только те, кто был близок к королю или знали нас с рождения, а также несколько приближённых ко мне, были посвящены в то, что я родной брат его величества и следующий претендент на трон. Для остальных же я оставался главным палачом, ужасом и предзнаменованием смерти для тех, кто меня видит. Ведь для завоеваний новых земель или для решения каких-то карательных работ отправляли именно меня. В остальное же время я занимался безопасностью жизни короля.

– Пришлось задержаться. На пути к дому на одну деревню напали теневые твари, если б не мы, от неё бы ничего не осталось. – похлопав себя по карманам мундира, вытащил пространственный мешочек, достал из него бумаги и протянул А́лексу. – Это подписанные документы на новые твои земли.

Брат, не глядя, убрал их в свой сюртук.

– После ознакомлюсь. Есть новое дело.

– Тебе не стыдно? Я только прибыл. – устало пожурил его. – Даже помыться не успел.

– О поверь, я это чую очень хорошо. – посмеиваясь, поморщился он. И это я ещё и ополоснулся недалеко от города в речке. Ну а что он хотел, целый год в походе? – Тебе уже завтра нужно будет отправиться в академию.

– Что я там забыл?

– Преподавать будешь. – обескуражил меня новостью, и, кажется, Алексу было смешно.

Что-что, а преподавателем я себя точно не видел. Вот сломать кому-нибудь кости, убить или припугнуть – это без проблем, а вот учить студентов – однозначно нет.

– Брат, ты, наверно, совсем за бумагами засиделся. Где я и где преподавание? Да у меня же первый, кто огрызнётся, припечатанный к стенке окажется.

– Придётся постараться себя сдерживать, там большинство студентов из высшей знати.

– Ты что-то недоговариваешь. – нахмурился, обдумывая ситуацию.

– За этот год стало очень много нападений теневых тварей. Кто-то открывает порталы, и те нападают большими стаями. Мы, конечно, справляемся, но какими потерями! Та деревня не единственная, а сколько мы не успели спасти! Как ты понимаешь, это влияет на многое: каждая деревня ведёт своё хозяйство. Если люди там погибают, то пропадает и их деятельность, а следовательно, и платить в казну некому и нечего. А дальше – голод, мор и серьёзные экономические последствия. В общем, мало что удалось узнать за время твоего отсутствия. Но единственное, что стало известно, так это то, что всё ведёт в Дионскую академию магии.

Я устало потёр лицо, нервно прохаживаясь по залу. Это просто абсурд! Как я могу вообще что-то объяснять этим соплякам, которые максимум способны подраться друг с другом?

– И что я буду преподавать? – даже представить не могу.

– Боевая некромантия. Не переживай, учебный план уже составили, тебе нужно просто ему следовать и объяснять то, что ты и так умеешь. Ректор – мой хороший друг, он единственный будет знать, почему ты там, для остальных же знаменитый Леа́м Кофл делится своими знаниями с адептами академии. – радуясь моему обескураженному виду, брат похлопал меня по плечу. – Твоя репутация работает впереди тебя, студенты упадут от восторга, когда узнают, кто им будет преподавать.

– Издевайся, только это тебе потом с родителями сопляков решать проблемы, если вдруг что случится. – представив это, король поморщился.

– Жениться тебе надо. Кстати, в начале зимы будет бал. Может, придёшь, посмотришь, вдруг кто приглянется? – не знаю почему, но брат считает, что я стану мягче характером, как обзаведусь женой. Полный бред, на мой взгляд, мягкость и я несовместимы, а иначе моё имя не внушало бы такой ужас.

– Мне наложниц вполне хватает.

– Это мои наложницы. – король закатил глаза.

– И я рад, что ты ими со мною делишься, они благотворно влияют на мою работоспособность.

– С женой моей только не перепутай. – пробурчал правитель.

– Обижаешь, я вполне могу отличить тёмную эльфийку от демониц и суккубов, а в моей постели бывают только они. Кстати, девушки меня уже заждались в спальне. – подмигнул на прощание и вышел в коридор.

Брат и его жена – это пример династического брака. Мы когда-то очень давно воевали с тёмными эльфами. После многолетних противостояний наступило холодное перемирие, а как только король-дроу отдал свою дочь в жёны Але́ксиану, наши народы перешли в плодотворное сотрудничество. Отсутствие войны между нашими расами никак не повлияло на брачный союз принцессы Сюзанны и Але́ксиана. В их отношениях был настоящий ураган. Эльфийка постоянно его задевала, ругалась, пускала в свою кровать крайне редко, и то только чтобы якобы зачать наследника, который за пять лет так и не появился. Конечно, на людях Сюзанна – примерная жена, но если их не видят посторонние – настоящая фурия, а не нежное прекрасное создание. Не представляю, как брат терпит её. Я бы уже задушил, если мне что-то против моего слова сказали. Мне всегда нравились трепетные и податливые девушки, а все, кто мне противостоит, будут подавлены и уничтожены.

Расставшись с братом, в задумчивости добрался до купален