Бородино. Стихотворения и поэмы

Стихотворения

• Я не хочу, чтоб свет узнал
• Мою таинственную повесть;
• Как я любил, за что страдал,
• Тому судья лишь бог да совесть!..

• Им сердце в чувствах даст отчёт;
• У них попросит сожаленья;
• И пусть меня накажет тот,
• Кто изобрёл мои мученья;

• Укор невежд, укор людей
• Души высокой не печалит;
• Пускай шумит волна морей,
• Утёс гранитный не повалит;

• Его чело меж облаков,
• Он двух стихий жилец угрюмый,
• И, кроме бури да громов,
• Он никому не вверит думы…

1837

1828–1836

Поэт

• Когда Рафаэль*[1] вдохновенный
• Пречистой девы лик священный
• Живою кистью окончал,
• Своим искусством восхищенный
• Он пред картиною упал!
• Но скоро сей порыв чудесный
• Слабел в груди его младой,
• И утомлённый и немой
• Он забывал огонь небесный.

• Таков поэт: чуть мысль блеснёт,
• Как он пером своим прольёт
• Всю душу; звуком громкой лиры
• Чарует свет, и в тишине
• Поёт, забывшись в райском сне,
• Вас, вас! души его кумиры!
• И вдруг хладеет жар ланит,
• Его сердечные волненья
• Всё тише, и призра́к бежит!
• Но долго, долго ум хранит
• Первоначальны впечатленья.

1828

Мой демон

• Собранье зол его стихия.
• Носясь меж дымных облаков,
• Он любит бури роковые,
• И пену рек, и шум дубров.
• Меж листьев жёлтых, облетевших
• Стоит его недвижный трон;
• На нём, средь ветров онемевших,
• Сидит уныл и мрачен он.
• Он недоверчивость вселяет,
• Он презрел чистую любовь,
• Он все моленья отвергает,
• Он равнодушно видит кровь,
• И звук высоких ощущений
• Он давит голосом страстей,
• И муза кротких вдохновений
• Страшится неземных очей.

1829

Баллада

• Над морем красавица-дева сидит;
• И, к другу ласкаяся, так говорит:

• «Достань ожерелье, спустися на дно;
• Сегодня в пучину упало оно!

• Ты этим докажешь свою мне любовь!»
• Вскипела лихая у юноши кровь,

• И ум его обнял невольный недуг,
• Он в пенную бездну кидается вдруг.

• Из бездны перловые* брызги летят,
• И волны теснятся и мчатся назад,

• И снова приходят и о берег бьют,
• Вот милого друга они принесут.

• О счастье! он жив, он скалу ухватил,
• В руке ожерелье, но мрачен как был.

• Он верить боится усталым ногам,
• И влажные кудри бегут по плечам…

• «Скажи, не люблю иль люблю я тебя,
• Для перлов прекрасной и жизнь не щадя,

• По слову спустился на чёрное дно,
• В коралловом гроте лежало оно. —

• Возьми!» – и печальный он взор устремил
• На то, что дороже он жизни любил.

• Ответ был: «О милый, о юноша мой!
• Достань, если любишь, коралл дорогой».

• С душой безнадёжной младой удалец
• Прыгнул, чтоб найти иль коралл, иль конец.

• Из бездны перловые брызги летят,
• И волны теснятся и мчатся назад,

• И снова приходят и о берег бьют,
• Но милого друга они не несут.

1829

Молитва

• Не обвиняй меня, Всесильный,
• И не карай меня, молю,
• За то, что мрак земли могильный
• С её страстями я люблю;
• За то, что редко в душу входит
• Живых речей твоих струя,
• За то, что в заблужденье бродит
• Мой ум далёко от тебя;
• За то, что лава вдохновенья
• Клокочет на груди моей;
• За то, что дикие волненья
• Мрачат стекло моих очей;
• За то, что мир земной мне тесен,
• К тебе ж проникнуть я боюсь,
• И часто звуком грешных песен
• Я, Боже, не тебе молюсь.

• Но угаси сей чудный пламень,
• Всесожигающий костёр,
• Преобрати мне сердце в камень,
• Останови голодный взор;
• От страшной жажды песнопенья
• Пускай, Творец, освобожусь,
• Тогда на тесный путь спасенья
• К тебе я снова обращусь.

1829

«Один среди людского шума…»

• Один среди людского шума,
• Возрос под сенью чуждой я,
• И гордо творческая дума
• На сердце зрела у меня.
• И вот прошли мои мученья,
• Нашлися пылкие друзья,
• Но я, лишённый вдохновенья,
• Скучал судьбою бытия.
• И снова муки посетили
• Мою воскреснувшую грудь,
• Изменой душу заразили
• И не давали отдохнуть.
• Я вспомнил прежние несчастья,
• Но не найду в душе моей
• Ни честолюбья, ни участья,
• Ни слёз, ни пламенных страстей.

1830

Кавказ

• Хотя я судьбой на заре моих дней,
• О южные горы, отторгнут от вас,
• Чтоб вечно их помнить, там надо быть раз.
• Как сладкую песню отчизны моей,
• Люблю я Кавказ.

• В младенческих летах я мать потерял.
• Но мнилось, что в розовый вечера час
• Та степь повторяла мне памятный глас.
• За это люблю я вершины тех скал,
• Люблю я Кавказ.

• Я счастлив был с вами, ущелия гор;
• Пять лет пронеслось: всё тоскую по вас.
• Там видел я пару божественных глаз;
• И сердце лепечет, воспомня тот взор:
• Люблю я Кавказ!..

1830

Вечер после дождя

• Гляжу в окно: уж гаснет небосклон,
• Прощальный луч на вышине колонн,
• На куполах, на трубах и крестах
• Блестит, горит в обманутых очах;
• И мрачных туч огнистые края
• Рисуются на небе, как змея,
• И ветерок, по саду пробежав,
• Волнует стебли омочённых трав…
• Один меж них приметил я цветок,
• Как будто перл, покинувший восток.
• На нём вода блистаючи дрожит,
• Главу свою склонивши, он стоит,
• Как девушка в печали роковой:
• Душа убита, радость над душой;
• Хоть слёзы льёт из пламенных очей,
• Но помнит всё о красоте своей.

1830

Наполеон

(Дума)

• В неверный час, меж днём и темнотой,
• Когда туман синеет над водой,
• В час грешных дум, видений, тайн и дел,
• Которых луч узреть бы не хотел,
• А тьма укрыть, чья тень, чей образ там,
• На берегу, склонивши взор к волнам,
• Стоит вблизи нагбенного* креста?
• Он не живой. Но также не мечта:
• Сей острый взгляд с возвышенным челом
• И две руки, сложённые крестом.

• Пред ним лепечут волны и бегут,
• И вновь приходят, и о скалы бьют;
• Как лёгкие ветрилы*, облака
• Над морем носятся издалека.
• И вот глядит неведомая тень
• На тот восток, где новый брезжит день;
• Там Франция! – там край её родной
• И славы след, быть может скрытый мглой;
• Там, средь войны, её неслися дни…
• О! для чего так кончились они!..

• Прости, о слава! обманувший друг.
• Опасный ты, но чудный, мощный звук;
• И скиптр*… о вас забыл Наполеон;
• Хотя давно умерший, любит он
• Сей малый остров, брошенный в морях,
• Где сгнил его и червем съеден прах,
• Где он страдал, покинут от друзей,
• Презрев судьбу с гордыней прежних дней,
• Где стаивал он на брегу морском,
• Как ныне грустен, руки сжав крестом.

• О! как в лице его ещё видны
• Следы забот и внутренней войны,
• И быстрый взор, дивящий слабый ум,
• Хоть чужд страстей, всё полон прежних дум;
• Сей взор как трепет в сердце проникал,
• И тайные желанья узнавал,
• Он тот же всё; и той же шляпой он,
• Сопутницею жизни, осенён.
• Но – посмотри – уж день блеснул в струях…
• Призра́ка нет, всё пусто на скалах.

• Нередко внемлет житель сих брегов
• Чудесные рассказы рыбаков.
• Когда гроза бунтует и шумит,
• И блещет молния, и гром гремит,
• Мгновенный луч нередко озарял
• Печальну тень, стоящую меж скал.
• Один пловец, как не был страх велик,
• Мог различить недвижный смуглый лик,
• Под шляпою, с нахмуренным челом,
• И две руки, сложённые крестом.

1830

Предсказание

• Настанет год, России чёрный год,
• Когда царей корона упадёт;
• Забудет чернь к ним прежнюю любовь,
• И пища многих будет смерть и кровь;
• Когда детей, когда невинных жён
• Низвергнутый не защитит закон;
• Когда чума от смрадных, мёртвых тел
• Начнёт бродить среди печальных сёл,
• Чтобы платком из хижин вызывать,
• И станет глад сей бедный край терзать;
• И зарево окрасит волны рек:
• В тот день явится мощный человек,
• И ты его узнаешь – и поймёшь,
• Зачем в руке его булатный нож:
• И горе для тебя! – твой плач, твой стон
• Ему тогда покажется смешон;
• И будет всё ужасно, мрачно в нём,
• Как плащ его с возвышенным челом.

1830

Нищий

• У врат обители святой
• Стоял просящий подаянья
• Бедняк иссохший, чуть живой
• От глада, жажды и страданья.

• Куска лишь хлеба он просил,
• И взор являл живую муку,
• И кто-то камень положил
• В его протянутую руку.

• Так я молил твоей любви
• С слезами горькими, с тоскою;
• Так чувства лучшие мои
• Обмануты навек тобою!

1830

Желание

• Зачем я не птица, не ворон степной,
• Пролетевший сейчас надо мной?
• Зачем не могу в небесах я парить
• И одну лишь свободу любить?

• На запад, на запад помчался бы я,
• Где цветут моих предков поля*,
• Где в замке пустом, на туманных горах,
• Их забвенный покоится прах.

• На древней стене их наследственный щит
• И заржавленный меч их висит.
• Я стал бы летать над мечом и щитом
• И смахнул бы я пыль с них крылом;

• И арфы шотландской струну бы задел,
• И по сводам бы звук полетел;
• Внимаем одним, и одним пробуждён,
• Как раздался, так смолкнул бы он.

• Но тщетны мечты, бесполезны мольбы
• Против строгих законов судьбы.
• Меж мной и холмами отчизны моей
• Расстилаются волны морей.

• Последний потомок отважных бойцов
• Увядает средь чуждых снегов;
• Я здесь был рождён, но нездешний душой…
• О! зачем я не ворон степной?..

1831

Небо и звёзды

• Чисто вечернее небо,
• Ясны далёкие звёзды,
• Ясны, как счастье ребёнка;
• О! для чего мне нельзя и подумать:
• Звёзды, вы ясны, как счастье моё!

• Чем ты несчастлив? —
• Скажут мне люди.
• Тем я несчастлив,
• Добрые люди, что звёзды и небо —
• Звёзды и небо! – а я человек!..

• Люди друг к другу
• Зависть питают;
• Я же, напротив,
• Только завидую звёздам прекрасным,
• Только их место занять бы хотел.

1831

Ангел

• По небу полуночи ангел летел
• И тихую песню он пел;
• И месяц, и звёзды, и тучи толпой
• Внимали той песне святой.

• Он пел о блаженстве безгрешных духов
• Под кущами* райских садов;
• О Боге великом он пел, и хвала
• Его непритворна была.

• Он душу младую в объятиях нёс
• Для мира печали и слёз,
• И звук его песни в душе молодой
• Остался – без слов, но живой.

• И долго на свете томилась она,
• Желанием чудным полна;
• И звуков небес заменить не могли
• Ей скучные песни земли.

1831

Звезда

• Вверху одна
• Горит звезда;
• Мой взор она
• Манит всегда;
• Мои мечты
• Она влечёт
• И с высоты
• Меня зовёт!
• Таков же был
• Тот нежный взор,
• Что я любил
• Судьбе в укор.
• Мук никогда
• Он зреть не мог,
• Как та звезда,
• Он был далёк.
• Усталых вежд*
• Я не смыкал
• И без надежд
• К нему взирал!

1830–1831

«Люблю я цепи синих гор…»

• Люблю я цепи синих гор,
• Когда, как южный метеор,
• Ярка без света и красна
• Всплывает из-за них луна,
• Царица лучших дум певца
• И лучший перл того венца,
• Которым свод небес порой
• Гордится, будто царь земной.
• На западе вечерний луч
• Ещё горит на рёбрах туч
• И уступить всё медлит он
• Луне – угрюмый небосклон;
• Но скоро гаснет луч зари…
• Высоко месяц. Две иль три
• Младые тучки окружат
• Его сейчас… вот весь наряд,
• Которым белое чело
• Ему убрать позволено.
• Кто не знавал таких ночей
• В ущельях гор иль средь степей?
• Однажды при такой луне
• Я мчался на лихом коне
• В пространстве голубых долин,
• Как ветер, волен и один;
• Туманный месяц и меня,
• И гриву, и хребет коня
• Сребристым блеском осыпал;
• Я чувствовал, как конь дышал,
• Как он, ударивши ногой,
• Отбрасываем был землёй;
• И я в чудесном забытьи
• Движенья сковывал свои,
• И с ним себя желал я слить,
• Чтоб этим бег наш ускорить;
• И долго так мой конь летел…
• И вкруг себя я поглядел:
• Всё та же степь, всё та ж луна:
• Свой взор ко мне склонив, она,
• Казалось, упрекала в том,
• Что человек с своим конём
• Хотел владычество степей
• В ту ночь оспоривать у ней!

1832

«Нет, я не Байрон, я другой…»

• Нет, я не Байрон, я другой,
• Ещё неведомый избранник,
• Как он, гонимый миром странник,
• Но только с русскою душой.
• Я раньше начал, кончу ране*,
• Мой ум не много совершит;
• В душе моей, как в океане,
• Надежд разбитых груз лежит.
• Кто может, океан угрюмый,
• Твои изведать тайны? Кто
• Толпе мои расскажет думы?
• Я – или Бог – или никто!

1832

«Я жить хочу! хочу печали…»

• Я жить хочу! хочу печали
• Любви и счастию назло;
• Они мой ум избаловали
• И слишком сгладили чело.
• Пора, пора насмешкам света
• Прогнать спокойствия туман;