Горе от ума: комедия на грани детектива

Основные действующие лица

Софья Павловна Фамусова (Главная героиня).

Описание: Молодая, симпатичная девушка, похожая на героинь Елены Звёздной – внешне хрупкая и романтичная, но внутри «дурная как пробка» и языкатая. Днём она – аспирантка филфака, а по вечерам – автор популярного детективного блога под псевдонимом «Анонимный сыщик» .

Жизненное кредо: «Я, как Скалли из "Секретных материалов", хочу верить в логику, но вокруг происходит какая-то чертовщина».

Александр Андреевич Чацкий (Главный герой-любовь).

Описание: На 100% попадает под типаж «мужчины с большой буквы "М"» от Елены Звёздной. Это МОНСТР! Воротила международного IT-бизнеса. Вернулся в Москву не для того, чтобы жениться, а потому что его имя всплыло в деле о взломе секретных баз данных. Высокий, опасный, с «глазами-омутами» и нервами-канатами. Все его боятся, все дамы падают в обморок, а Софья —единственная, кто говорит ему, что он дурак и неправильно настроил Wi-Fi .Особенность: Носит не пиджак, а дорогое пальто, которое эффектно сбрасывает на руки случайным прохожим.

Павел Афанасьевич Фамусов (Отец Софьи).

Описание: Типичный персонаж Дарьи Донцовой. Управдом, который метит в депутаты. Носит треники и золотую цепь, когда никого нет, и строгий костюм – когда приходят проверки. Вечно ноет, что «дочь засиделась в девках», и мечтает пристроить её к «нужному человеку»

Молчалин (Секретарь-подозреваемый).

Описание: Алексей Степанович Молчалин – личный помощник Фамусова. Скромный до зубного скрежета. Всегда в наглаженной рубашке, всегда молчит и улыбается. Но по ночам его видели в странных местах, а в его компьютере.

Софья находит папку с грифом «Сов. секретно» (на самом деле там рецепты тортиков, но кто ж поверит?).

Лиза (Горничная и подруга).

Описание: Типичный друг главной героини из романов Звёздной – палочка-выручалочка, жилетка-поплакушка. Единственный человек, который знает о тайном блоге Софьи. Подрабатывает вечерами в баре, чтобы скопить на учебу, и постоянно влипает в истории с качками .

Полкан Сергеевич Скалозуб (Сосед-силовик).

Описание: Отставной полковник в расцвете сил. Друг семьи. Ходит мимо дома с важным видом, коллекционирует оружие и подозрительно часто оказывается рядом с местами преступлений. Любимая фраза: «Я тут совершенно случайно мимо проходил с обыском!».

Кот Мурлыка (Животное-комментатор).

Описание: Огромный, наглый кот. Следит за всеми из-под дивана. Понимает всё, но молчит, потому что люди – дураки. Периодически выдает героиню, забегая в комнату в самый неподходящий момент и путаясь под ногами

Пролог

«Вездесущий Wi-Fi, или Как я стала сыщиком поневоле»

*Не думала я, что моя карьера в «ЖЖурналисте» закончится так быстро и так… мокро.*

– Дорогие мои подписчики и просто любопытствующие, – шептала я в диктофон, закутавшись в плед с оленями и втыкая вилку в третью по счету разогретую сосиску. – Сегодня у нас сенсация! Версия номера: сосед Скалозуб купил новый джип не на честно заработанную пенсию, а потому что… *тут пауза, барабанная дробь*… он нашел клад! Да-да! В нашем подъезде вчера всю ночь пахло краской, а если пахнет краской, значит, кто-то что-то прячет! Штукатурит улики! Логично? Логично!

Я, Софья Павловна Фамусова, аспирантка филфака и по совместительству автор популярного детективного блога «Улица Фамусова, дом 5» (псевдоним, разумеется, «Анонимный сыщик»), только что наговорила гениальный пост.

За окном было темно, сыро и по-московски негостеприимно. Часы показывали без десяти двенадцать. Самое время для того, чтобы, кутаясь в плед, разгадывать тайны мироздания и, конкретно, тайны нашего двора.

– Мурлыка, ты как считаешь? – обратилась я к коту.

Мурлыка, огромный рыжий нахал с мордой философа, даже ухом не повел. Он сидел на системном блоке, сверля взглядом роутер. Роутер, надо сказать, вел себя подозрительно: лампочки на нем моргали как-то нервно, словно он только что пробежал стометровку.

– Вот видишь, даже кот нервничает, – резюмировала я и нажала кнопку «Запись».

Но тут случилось непредвиденное. Мой палец только коснулся экрана телефона, как…

*…ВАУ…*

Свет погас.

Не просто погас, а выключился с таким звуком, будто кто-то огромный и злой чихнул на весь дом.

– Только не это! – заорала я, пытаясь нашарить телефон. – У меня же пост не сохранился! Мурлыка, ты где? Ты опять на роутер наступил?!

Тьма стояла кромешная. Наш дом старый, дореволюционный, с высокими потолками и сквозняками, которые гуляют по коридорам, как привидения. И лампочки здесь горят, только когда им самим захочется.

– Ну, допустим, пробки выбило, – успокаивала я себя, натягивая поверх пижамы (розовой, с зайчиками, подарок Лизы на Восьмое марта) куртку и суя ноги в резиновые сапоги, потому что тапки под диваном нашарить не удалось. – Сейчас выйду, гляну щиток, и… интернет вернется. Без интернета мы не мы!

Я открыла дверь квартиры и шагнула в темноту лестничной клетки.

Темнота встретила меня запахом сырой штукатурки и… валерьянки? Странно. Это бабка из 43-й опять кота лечит?

– Эй, есть кто живой? – крикнула я в пустоту. – У кого там спички есть? А то я в роутер тыкаюсь, как слепой котенок!

Тишина.

Я сделала шаг к щитку и… споткнулась.

Споткнулась я основательно. Нога во что-то уперлась, потом скользнула, и я, взмахнув руками, как цапля, полетела вперед. Но не упала. Потому что приземлилась… на что-то мягкое.

Очень мягкое. И теплое.

И это «что-то» тихо, но очень отчетливо простонало.

– Ой, мамочки! – взвизгнула я и отпрыгнула в сторону, врезавшись спиной в почтовые ящики. Те жалобно звякнули.

Глаза понемногу привыкали к темноте. Я всмотрелась в то, что лежало на полу.

Там лежал мужчина.

Нет, не так. ТАМ ЛЕЖАЛ МУЖЧИНА!

Огромный. В длинном, явно дорогущем пальто, которое сейчас было распахнуто и выглядело так, будто его использовали вместо швабры. Лица не разглядеть, но очертания… Очертания были такими, что даже в полной темноте становилось ясно: это не наш, это не из этого района. Слишком дорого, слишком статусно, слишком… валяется на полу.

– Эй… – прошептала я, пятясь к двери. – Вы это… того… живой? Или как? Потому что если как, то я, пожалуй, пойду. А если нет, то я тем более пойду. И милицию вызову. То есть, полицию.

Мужчина снова застонал и пошевелился. Одна рука, в белоснежной манжете (откуда там белоснежная манжета, если он на полу валяется?), дернулась и ухватила меня за щиколотку.

– Ай! – заорала я. – Руки уберите! Я девушка приличная! У меня отец в домкоме! Он вас быстро в чувство приведет! У него кулак – гиря!

– Я… еще жив… – раздался низкий, хриплый голос, от которого у меня почему-то мурашки побежали по спине, несмотря на ужас. – Но если ты… не вызовешь скорую… я лично твой роутер… утоплю в луже… И кота твоего… тоже.

Я замерла.

Он знает про роутер? Он знает про кота?!

Тут в его руке, сжатой в кулак, что-то блеснуло. Маленькая черная флешка. Такая маленькая, а блестела нагло и уверенно, как будто это не флешка, а бриллиант в полкарата.

– Это… – начала я.

– Возьми… – прохрипел он, пытаясь сунуть мне эту флешку прямо в руку. – Спрячь… Они не должны…

– Кто «они»? – испугалась я. – И куда спрятать? У меня вон кот все тащит! Он вашу флешку сожрет и не поморщится!

Но договорить я не успела.

Сверху, с верхних этажей, послышались тяжелые шаги. Кто-то спускался. Быстро. Целенаправленно. Не как бабка за хлебом, а как… ну, как в кино про шпионов.

Мужчина на полу дернулся, попытался приподняться, но сил не хватило.

– Беги… – выдохнул он.

И тут свет включился.

Яркий, беспощадный свет лампочки на лестничной клетке залил все вокруг.

Я увидела его. И пожалела, что увидела.

Потому что таких красивых мужчин в нашем районе отродясь не водилось. Черные волосы, разметавшиеся по грязному полу, резкие черты лица, тонкие губы, а главное – глаза. Глаза у него были такие… такие… ну, в общем, я сразу поняла, почему у героинь книжек подкашиваются ноги.

У меня вот, например, подкосились.

Прямо в резиновых сапогах с зайчиками.

– Ой… – только и сказала я.

А он вдруг улыбнулся. Криво, через силу, но улыбнулся.

– Софья… – сказал он. – Ты даже не представляешь… как я рад тебя видеть.

И отключился.

А сверху шаги становились все громче. И громче. И громче.

А флешка оказалась у меня в кармане куртки. Я даже не заметила, как.

– Мурлыка, – прошептала я, пятясь к своей двери и молясь, чтобы она была не заперта. – Кажется, мы влипли. И это не просто пост для блога. Это… это реальный труп. То есть, почти труп. То есть, красивый почти труп с флешкой!

Я влетела в квартиру, захлопнула дверь, прижалась к ней спиной и медленно сползла на пол.

Кот Мурлыка сидел на том же месте, на системном блоке, и смотрел на меня с выражением: «Ну? И долго ты будешь там по ночам шляться? Ты хоть понимаешь, что у нас Wi-Fi сдох?!».

За дверью раздались тяжелые шаги, потом голоса:

– Где он?

– Ушел?

– Ищите! Флешка должна быть у него!

Я зажала рот рукой, чтобы не закричать.

– Мурлыка, – прошептала я, глядя на кота. – Кажется, моя спокойная жизнь аспирантки и блогера только что… накрылась медным тазом. Вместе с этим красивым типом на полу.

Мурлыка зевнул, спрыгнул с системного блока, подошел ко мне и боднул головой руку. Мол, не дрейфь, хозяйка. Разберемся.

И только тут я заметила, что в зубах у кота болтается… та самая флешка.

– ОТДАЙ! – заорала я, бросаясь за ним. – Мурлыка, гад ползучий, отдай флешку! Это вещдок! Это… это моя новая жизнь!

Кот, разумеется, рванул под диван.

А за окном завыла сирена.

То ли скорая для красивого типа.

То ли полиция для тех, кто наверху.

То ли просто у соседей сигнализация на машине сработала.

Но я почему-то была уверена: это все для меня.

Отлично! Продолжаем наше детективно-юмористическое приключение. Держите первые две главы в полном соответствии с заявленным стилем: Звёздная для романтического экшена и Донцова для бытового угара.

Глава 1

Возвращение блудного… монстра

*Никогда не спорь с мужчиной, который может одной рукой отжать тебя от стены, а второй – настроить спутниковую связь.*

Я не знаю, сколько просидела под дверью, прижимая к груди кота и пытаясь унять дрожь. Мурлыка, предатель, флешку так и не отдал, зато теперь наглаживался у меня на руках и довольно мурчал, явно довольный собой.

Шаги за дверью стихами. Голоса удалились. То ли они нашли того красивого типа, то ли решили, что флешка ушла в неизвестном направлении вместе с его бессознательным телом.

– Ладно, – прошептала я, – сейчас главное – не паниковать. И не выходить.

Я осторожно приоткрыла дверь на миллиметр и выглянула в щелку.

На лестничной клетке было пусто.

Никакого мужчины в пальто. Никаких подозрительных личностей. Только одинокий окурок на полу и странное темное пятно, которое очень напоминало… кровь? Или просто пролитый кофе?

Я выдохнула. Ну, допустим, показалось. Померещилось. Стресс, недосып, три чашки кофе на ночь – вот и результат.

Я уже собралась закрыть дверь и писать во все инстанции заявление о пропаже красивых незнакомцев, как вдруг…

– Долго ты будешь там прятаться, Фамусова?

Я подпрыгнула на месте так, что чуть не сбила люстру головой.

Из-за угла, из темноты, где стоял старый лифт, который не работал еще со времен перестройки, вышел ОН.

Тот самый мужчина.

Только теперь он не валялся на полу, а стоял, прислонившись плечом к стене, и выглядел… ну, скажем так, как будто только что вышел с обложки журнала «Очень опасный бизнесмен месяца». Пальто было небрежно накинуто на плечи, рубашка – белая, дорогая, явно итальянская – распахнута на груди, а на лбу красовалась ссадина, которая почему-то делала его еще более привлекательным.

Черт бы побрал эти гормоны.

– Ты… – выдохнула я. – Ты же… ты же лежал! Без сознания! Я сама видела!

– Пришел в себя, – пожал он плечами таким тоном, будто речь шла о том, что он просто решил вздремнуть на полчасика.

– А те люди? Которые сверху спускались? Они тебя искали!

– Ищут, – поправил он. – До сих пор. И найдут, если мы будем стоять здесь и обсуждать мою удивительную способность воскресать.

Он шагнул ко мне. Вернее, не шагнул, а надвинулся. Как цунами. Как айсберг, который только что потопил «Титаник» и теперь хочет автограф.

– Впустишь? – спросил он, кивая на мою дверь.

– С ума сошел?! – возмутилась я, вставая в дверном проеме, как пограничник на заставе. – Ты кто вообще такой? Почему ты знаешь мое имя? И куда ты дел свое пальто? Оно же дорогое было!

Он усмехнулся. Усмешка у него была… опасная. Такая, от которой у нормальных девушек должны подкашиваться колени. А у меня, как назло, подкосились. Пришлось ухватиться за дверной косяк.

– Ты меня не узнаешь? – спросил он, склонив голову набок.

Я всмотрелась в его лицо. Черные волосы, острые скулы, нос с легкой горбинкой, глаза… глаза странного серо-зеленого цвета, с хитринкой.

– Нет, – честно сказала я. – Я бы такого… запомнила.

– А ты напрягись, Фамусова. Вспомни школу. Седьмой класс. Ты тогда носила дурацкие очки и косички, и вечно ходила с книжкой по коридору, натыкаясь на стены.

Я захлопала глазами.

Школа. Седьмой класс. Очки. Косички. И вечно этот противный мальчишка, который дергал меня за эти самые косички и дразнил «ботанкой».

– Сашка? – выдохнула я. – Сашка Чацкий? Тот, который…

– Который уехал в Америку после девятого класса и пропал с радаров, – закончил он за меня. – Собственной персоной.

Я вытаращилась на него.

Это был Чацкий? Тот самый замухрышка в очках с толстыми линзами, который вечно молчал в углу и писал стихи, которые никто не читал? Тот, над которым все смеялись, потому что он однажды принес в школу морскую свинку и плакал, когда ее отобрали?

Этот монстр в дорогом пальто?

– Быть не может, – прошептала я.

– Может, – он шагнул еще ближе. Теперь между нами было сантиметров двадцать, не больше. – Я вырос, Софья. Очки снял, свинку съел.

– Что?! – ужаснулась я.

– Шучу. Отпустил на волю, – он снова усмехнулся. – Так впустишь? Или предпочитаешь обсуждать мою биографию здесь, на лестнице, пока те самые люди не вернулись?

Я поколебалась ровно секунду. Потом вспомнила темное пятно на полу (точно кровь!), странных мужиков наверху и флешку, которую все еще держал в зубах Мурлыка.

– Заходи, – буркнула я, отступая в сторону. – Но сразу предупреждаю: у меня бардак, кот наглый, а в холодильнике только сосиски и майонез.

Чацкий перешагнул порог и огляделся.

Квартира у нас, надо сказать, производит впечатление. Особенно на неподготовленных людей. Папины рыболовные снасти в прихожей соседствуют с моими книгами по античной литературе, на вешалке висят сразу три папиных кепки (он считает, что это стильно) и моя шапка с помпоном, которую Лиза связала, а в углу стоит горшок с кактусом, который поливает только Мурлыка (я серьезно, кот пьет из блюдца и остатки выплевывает в горшок).