Наблюдатель: Книга 2 Эффект вторжения

Краткое содержание истории

Сергей, программист с психологическим прошлым, едет на новую работу, но поезд терпит крушение. Он приходит в себя в другом мире — Аэл-Тарине, где обитают эльфы, гномы, орки и другие расы, а магия является основой бытия. Рядом с местом катастрофы Сергей находит уцелевшие автодома, которые превращает в убежище «Крепость».

Постепенно обустраивая быт, он начинает наблюдать за двумя эльфийками-изгоями — Олесиэль и Аннасеэль. Первая изгнана за «либеральные» взгляды на людей, вторая отправилась её спасать, но обе оказались заперты в Долине Предков — месте, где магия не работает.

Во время исследования окрестностей Сергей находит древнюю пещеру с рукотворным тоннелем и серебристый обруч. Прикоснувшись к нему, он запускает процесс слияния с древней технологией цивилизации асгардцев. В его сознании пробуждается личность погибшей инженерши, цифровой призрак, которого Сергей называет Собриной. Она помогает ему понимать язык эльфиек, управлять дронами и анализировать новый мир.

В команду Сергея входят: спасённые эльфийки, гоблин-шаман Сергус (тоже носитель артефакта), иноморф Иннокентий (застрявший в теле попугая, а позже обретший истинную форму) и орк Грыз-а, нанятая для мести, но ставшая союзницей после того, как Сергей спас ей жизнь.

Герои узнают о заговоре дроу, которые похищают людей и ставят над ними эксперименты с использованием древних технологий. После успешной операции по освобождению пленных и битвы с участием двух дракониц (одна из которых — бывшая «возлюбленная» Иннокентия) команда возвращается в долину.

В финале происходит массовый перенос уральского наукограда «Уральский-7» вместе с жителями и реабилитационным центром. Ольга, сотрудница лаборатории, с которой Сергей был знаком на Земле, оказывается у орков. Шаманы получают видение о «новой силе». Сергей обнаруживает у себя способность видеть магию. Протокол «Возрождение» активирован — на горизонте загораются огни нового поселения с Земли. Древний план выходит на финальную стадию, но эффект наблюдателя (присутствие Сергея и его друзей) уже изменил запланированный ход событий.

Глава 1 Город

Сюжет 1: Город

Город нашли быстро. Он лежал всего в полутора сотнях километров от входа в Долину Предков — если, конечно, можно применять слово «лежал» к месту, которое вчера ещё находилось в тысячах километров отсюда, в другом мире.

Сергей с командой выдвинулись на рассвете. «Крепость» шла первой, за ней — два гружёных прицепа с припасами и освобождёнными людьми, которые предпочли не оставаться в долине. Владимир со своими бойцами прикрывал фланги. Грыз-а сидела на крыше, вглядываясь в горизонт с топором наготове — старые привычки умирали тяжело.

— Сто пятьдесят километров, — пробормотал Сергей, сверяясь с координатами, которые передала Собрина. — Если бы они упали на сотню дальше, мы бы искали их неделями.

— Если бы они упали на сотню дальше, — отозвался Сергуус, поправляя очки, — они могли бы рухнуть в ущелье или в болота. Им повезло.

— Повезло, — эхом отозвался Сергей, но в голосе его не было уверенности.

Когда показались первые постройки, Иннокентий, чьё иноморфское зрение видело дальше человеческого, тихо свистнул:

— Ничего себе... Это не лагерь. Это город.

Город раскинулся на пологом склоне холма, спускаясь к пересохшему руслу реки. Он был странным, противоречивым — слепком эпох, собранных в одном месте без всякой системы.

Первое, что бросалось в глаза — старина. В центре, среди более поздних построек, возвышались дореволюционные дома. Купеческие особняки с лепниной на фасадах, старые казармы с толстыми кирпичными стенами, даже пара церквушек — одна каменная, с облупившимся куполом, другая деревянная, почерневшая от времени. Им было больше ста лет, они видели империю, революцию, войны.

Но выглядели они... странно. Кто-то явно пытался привести их в порядок. На некоторых зданиях красовались новые, свежеокрашенные фасады — ярко-жёлтые, голубые, даже розовые. Другие были утеплены современными материалами, обшиты сайдингом или пенопластом, отчего старинные стены с их лепниной и резными наличниками смотрелись нелепо, словно пожилая графиня, наряженная в спортивный костюм. Эстетика здесь явно уступила место практичности.

Рядом с этой архитектурной какофонией теснились приметы современной цивилизации. Супермаркеты — одноэтажные, вытянутые коробки из металла, стекла и сэндвич-панелей. Магазины с броскими вывесками. Ржавые гаражи и длинные кирпичные заборы — красного и белого кирпича, местами обвалившиеся, местами аккуратно сложенные. Всё это перемежалось частным сектором — деревянными домами с резными наличниками, пластиковыми окнами и покосившимися заборами.

К окраине уходила узкоколейка. Ржавые рельсы тянулись к каким-то складским помещениям, на некоторых из которых ещё виднелись вывески интернет-магазинов. Видимо, здесь был небольшой распределительный центр.

И над всем этим хаосом возвышались девять высоток.

Четыре стандартные панельные девятиэтажки, две повыше — этажей по четырнадцать, с остеклёнными лоджиями, и три административных здания: стеклянно-бетонный офисник и два старых кирпичных корпуса с трубами котельных. Они смотрелись дико, словно великаны, случайно забредшие в деревню.

— Девять высоток, — присвистнул Владимир. — Там же тысячи людей.

— Пять тысяч, — уточнила Собрина в голове Сергея. ___GT_ESC______GT_ESC___ По данным первичного сканирования — 4732 человека. 89% живы, 11% требуют медицинской помощи.

— Где они? — спросил Сергей.

___GT_ESC______GT_ESC___ Основное скопление — за железным забором в центре города. Два учебных заведения: средняя образовательная школа №3 и филиалы столичных колледжей, объединённые в одном здании. Там сейчас около двух тысяч человек. Учителя, студенты, местные жители, которые прибежали туда в панике.

— Разумно, — кивнул Сергуус. — Школы и колледжи обычно строят крепче. Там есть спортзалы, столовые, запасы воды.

___GT_ESC______GT_ESC___ Но не все там. Научная лаборатория и центр восстановления собрали своих в собственном дворе. Сотрудники, которые приехали на внеплановую проверку, несколько лаборантов, учёных, охрана. Они закрылись на территории, не впускают никого. Паника, непонимание, страх. И паранойя.

— А это ещё кто? — Грыз-а указала на группу людей, суетящихся у входа в супермаркет.

Человек двадцать, в основном мужчины, пытались выбить двери магазина. Кто-то нёс лом, кто-то бил по стеклу ногой, кто-то просто стоял в стороне, нервно оглядываясь.

— Местные, — мрачно сказал Владимир. — Или приезжие. Быстро сообразили, что скоро жрать будет нечего.

— Или просто решили воспользоваться моментом, — добавил Сергей. — Пока хаос, можно урвать своё.

— Что будем делать? — спросила Олесиэль.

Сергей смотрел на людей у магазина. Они не были похожи на мародёров-профессионалов. Скорее на обычных перепуганных людей, которые вдруг поняли, что цивилизация кончилась, и включился древний инстинкт: хватай, пока не расхватали другие.

— Пока ничего, — решил он. — Наша цель — школа. Там большинство, там дети. С ними надо разбираться в первую очередь. А эти... пусть пока. Если перейдут грань — вмешаемся.

— А если не перейдут? — спросил Иннокентий.

— Тогда, может, они просто выживают. Как и мы.

Они двинулись дальше, объезжая центр. Вскоре показался железный забор, за которым виднелись школьный стадион и три корпуса — старый, советской постройки, и два новых, пристроенных позже. На воротах толпились люди. Кто-то сжимал в руках биты, кто-то просто стоял с растерянными лицами.

— Стойте! — крикнул мужчина в камуфляже, выходя вперёд и поднимая руку. — Дальше нельзя! Здесь убежище!

— Мы не враги, — Сергей вышел из машины, подняв пустые ладони. — Мы такие же. Из Долины. Там есть ещё люди, мы выжили. У нас есть еда, вода, лекарства.

Мужчина смотрел на него с недоверием. Но за его спиной уже толпились любопытные.

— Откуда вы? — спросил кто-то.

— Из другого мира, — честно ответил Сергей. — Как и вы теперь.

Толпа загудела.

А в нескольких кварталах отсюда, за высоким забором научного центра, учёные в белых халатах спорили, открывать ли двери. У них были запасы, оборудование и страх перед неизвестностью. Им тоже предстояло сделать выбор.

Город жил. Город боялся. Город ждал.

Сюжет 2: Знакомство с выжившими

Ворота школы №3 были заперты на несколько висячих замков. За железной сеткой забора толпились люди — несколько сотен, от мала до велика. Кто-то держал в руках сумки с вещами, кто-то просто стоял, обхватив себя руками, будто пытаясь удержать остатки самообладания.

Сергей оставил «Крепость» у въезда и пошёл к воротам пешком. За ним — Иннокентий в образе попугая, сидящий на плече, и Олесиэль. Владимир и его бойцы остались прикрывать с тыла. Грыз-а с топором за спиной замыкала шествие, но её присутствие скорее успокаивало, чем пугало — орк выглядел как надёжная стена, а не угроза.

— Стой! — крикнул мужчина в спортивном костюме, перегораживая дорогу. — Дальше нельзя. Кто такие?

— Я Сергей, — он поднял руки, показывая, что безоружен. — Мы из Долины. Там есть другие выжившие. Мы пришли помочь.

— Помочь? — мужчина оглядел его с ног до головы. — Ты сам-то откуда? Не местный?

— Я из Москвы, — ответил Сергей, решив не вдаваться в подробности про другой мир. — Программист. Ехал на новую работу. Очнулся здесь.

— У него автодом, — каркнул попугай с плеча. — Там еда, вода, лекарства. И люди, которые знают, как здесь выживать.

Мужчина уставился на говорящую птицу. Толпа за спиной замерла. Иннокентий, польщённый вниманием, важно поправил крыло.

— Не пугайтесь, — улыбнулся Сергей. — Это Иннокентий. Он... особенный. Но он прав: мы пришли помочь.

— Пустите, — раздался женский голос из толпы. — У них дети.

Сергей увидел женщину с малышом на руках. Ребёнок плакал — надрывно, на грани истерики.

— Он голоден, — сказала женщина. — У нас ничего нет. Мы выбежали без ничего.

Сергей обернулся к «Крепости» и махнул рукой. Из машины вышли двое его людей с ящиками. Внутри — консервы, вода, детское питание, найденное в запасах автодомов.

— Это вам, — сказал Сергей, протягивая ящики. — Бесплатно. Ничего не нужно взамен.

Толпа загудела. Кто-то заплакал. Кто-то бросился помогать раздавать.

Ворота открылись.

***

**Внутри школы**

Учителя организовали штаб в спортивном зале. Директор школы — женщина лет пятидесяти, с седыми волосами и уставшими глазами — сидела за столом, разбирая списки выживших.

— Директор Татьяна Сергеевна, — представилась она.

Сергей перевёл для Олесиэль, которая стояла чуть поодаль, внимательно осматривая помещение.

— Скажи ей, что мы пришли помочь, — попросила эльфийка.

Сергей кивнул и повернулся к директору:

— Это Олесиэль. Она говорит на своём языке, я перевожу. У нас есть еда, вода, медикаменты. И люди, которые умеют лечить.

— У нас четыреста тридцать человек, — устало сказала Татьяна Сергеевна. — Из них шестьдесят детей. Еды — на два дня, воды — на один. Медикаментов почти нет.

— Что с ранеными?

— В медпункте десять человек. Порезы, ушибы, двое с подозрением на переломы. Один мужчина без сознания — его принесли с вокзала, говорят, ударило током от искрящих рельсов.

Сергей перевёл Олесиэль. Она кивнула и жестом показала, что хочет посмотреть на раненых.

— Она поможет, — сказал Сергей. — Она разбирается в травах и умеет лечить раны.

— А это кто? — спросил кто-то из толпы, указывая на попугая.

Иннокентий важно распушил перья.

— Я — Иннокентий, — каркнул он. — Не Кеша. Иннокентий. Я здесь, чтобы помогать. И чтобы напоминать, что даже в аду можно найти повод для улыбки.

Кто-то нервно хохотнул. Напряжение немного спало.

— Он... говорит, — удивилась Татьяна Сергеевна.

— Говорит, — подтвердил Сергей. — Иногда слишком много.

— Я слышу, — обиделся попугай.

***

**Паника**

Пока Сергей разговаривал с директором, в другом конце здания началась суета.

— Пустите! — кричал мужчина. — Я должен забрать семью! Они в городе!

— Нельзя, — отвечал ему учитель физкультуры, загораживая выход. — На улице опасно. Мы не знаем, что там.

— А здесь безопасно? — взвизгнула женщина. — Мы в другом мире! Вы слышите? В другом мире! Никто не придёт нас спасать!

Толпа зашумела. Кто-то плакал, кто-то кричал, кто-то просто молча сидел, уставившись в одну точку.

Сергей вышел в коридор. Олесиэль осталась с ранеными — она не понимала слов, но чувствовала страх и напряжение. Она лишь покачала головой и продолжила перевязывать порезы.

— Тихо! — крикнул Сергей, и его голос, усиленный акустикой, прокатился по этажу.

Иннокентий взлетел с плеча, сделал круг над толпой и громко каркнул:

— Карр! Тишина! Человек говорит!

Это подействовало лучше любых угроз. Люди замерли, глядя на летающего попугая.

— Паника не поможет, — сказал Сергей. — Да, вы в другом мире. Да, всё страшно. Но вы живы. Это главное.

— Откуда ты знаешь? — спросил тот же мужчина. — Ты такой же, как мы!

— Я здесь уже несколько месяцев, — ответил Сергей. — Я видел, как люди умирают. И видел, как выживают. Те, кто сохраняет голову холодной, живут дольше. Те, кто поддаётся панике — умирают первыми.

— И что нам делать? — спросила женщина с ребёнком.

— Сейчас — организоваться. Переписать всех, кто здесь. Распределить еду. Оказать помощь раненым. А завтра мы начнём перевозить людей в безопасное место. В Долину. Там есть вода, там есть защита, там можно жить.

— А если мы не хотим? — спросил кто-то.

— Тогда оставайтесь, — пожал плечами Сергей. — Но я не советую. Долина — единственное место в этом мире, где не работает магия. А магия здесь — это оружие. Если вы не умеете ей пользоваться, вы беззащитны.

Толпа замолчала.

Директор Татьяна Сергеевна вышла в коридор и встала рядом с Сергеем.

— Он прав, — сказала она. — Мы должны быть едины. Сейчас не время для споров. Сейчас время выживать.

Она посмотрела на Сергея.

— Мы принимаем вашу помощь. Что нужно делать?

***

**Первые шаги**

Сергей раздал указания. Олесиэль осталась в медпункте — она не понимала слов пациентов, но жестами, мимикой и несколькими выученными фразами (Сергей перевёл ей «больно», «лежать», «пить») успешно справлялась. Люди удивлялись, но доверяли — потому что она помогала, а не задавала вопросы.

Иннокентий устроился на шкафу в коридоре и сверху наблюдал за происходящим. Он частично понимал русскую речь — его образ попугая был мнемическим выбросом Сергея во время просмотра мультфильма, и в этом облике он сохранял некоторые языковые навыки. Не всё, но основное улавливал.

— Карр, — комментировал он. — Хорошо идут. Молодцы. Карр.

Владимир и его бойцы организовали дежурство у ворот. Грыз-а, которой надоело стоять на месте, пошла проверять периметр вместе с парой учителей-мужчин.

Сам Сергей вместе с учителями принялся переписывать людей. Собрина помогала — она сканировала толпу и выдавала данные быстрее, чем любой человек мог бы пересчитать.

— Четыреста тридцать два человека, — уточнила она в голове Сергея. — Двести восемь женщин, сто девяносто мужчин, остальные — дети до шестнадцати. Среди них есть врачи, инженеры, строители. Несколько военных.

— Военные? — переспросил Сергей.

— Двое. Один — в отставке, второй — действующий, приехал в отпуск к родственникам.

— Пригодятся.

К вечеру школа стала похожа на маленький, плохо организованный, но уже функционирующий лагерь. Люди получили еду, воду, первые лекарства. Детей уложили спать в классе, где сдвинули парты и постелили матрасы.

Сергей сидел на крыльце школы, глядя на две луны, которые медленно поднимались над горизонтом. На плече у него устроился Иннокентий, тихо перебирая перья клювом.

— Тяжело? — спросил попугай.

— Да, — признался Сергей. — Я не просил быть лидером. Я просто хотел выжить.

— Но ты им стал, — сказал Иннокентий. — И, кажется, у тебя неплохо получается. Даже я, будучи птицей, это вижу.

Сергей усмехнулся:

— Посмотрим, что скажешь завтра, когда начнётся настоящий хаос.

— Карр, — философски заметил попугай. — Хаос — это просто порядок, который мы пока не поняли.

Где-то в городе снова завыла сирена. Люди вздрогнули, но никто не закричал. Привыкали. Или просто выдохлись.

А на горизонте, в стороне Долины, уже собирались новые тучи. И не только погодные.

Сюжет 3: Научный центр и психологический центр

Пока Сергей разбирался со школой, в другой части города разворачивалась своя драма.

Научный центр «Урал-Био» располагался за высоким кирпичным забором с колючей проволокой. Внутри — несколько лабораторных корпусов, склад с реактивами, своя котельная и даже небольшая столовая. Когда начался перенос, здесь находились двадцать три человека: научный персонал, лаборанты, охрана и четверо приезжих специалистов, прибывших на внеплановую проверку.

Ворота были заперты изнутри.

— Мы не откроем, — твёрдо заявил старший охранник, глядя на Сергея через монитор домофона. — У нас свои запасы, своё оборудование. Мы сами справимся.

— Справитесь? — переспросил Сергей. — А с ранеными? С детьми? У вас есть педиатр? Роды кто будет принимать?

Охранник замялся. За его спиной послышались голоса — учёные спорили, открывать или нет.

— Мы не знаем, кто вы, — сказал другой голос, принадлежавший, судя по всему, женщине. — Вы можете быть кем угодно. Мародёрами, военными, кем-то, кто захочет отобрать наше оборудование.

— Я программист, — ответил Сергей. — Был психологом. Сейчас — просто человек, который пытается выжить и помочь другим выжить. У нас есть еда, вода, лекарства. Мы не просим у вас ничего, кроме сотрудничества.

— Сотрудничества? — усмехнулся охранник. — Вы хотите, чтобы мы работали на вас?

— Я хочу, чтобы мы работали вместе, — терпеливо сказал Сергей. — У вас есть знания и оборудование. У нас есть люди и ресурсы. Вместе у нас больше шансов выжить. Раздельно — мы все умрём.

Тишина. Потом голоса стихли, и ворота неожиданно открылись.

На пороге стоял высокий мужчина в очках — заведующий лабораторией, кандидат наук Роман Викторович. Он смотрел на Сергея с любопытством и страхом одновременно.

— Мы согласны поговорить, — сказал он. — Но без гарантий.

— Гарантий нет, — ответил Сергей. — Есть только слово.

Он вошёл внутрь, оставив своих людей снаружи — в знак доверия.

***

**Психологический центр**

В двух кварталах от научного центра, в здании бывшего санатория, располагался реабилитационный центр «Тихий бор». Сюда перенос застал пациентов и персонал — в общей сложности около тридцати человек.

Но настоящим центром притяжения стал не санаторий, а его главный корпус, где собрались самые разные люди: бывшие пациенты, приехавшие на плановую проверку, медперсонал, несколько случайных прохожих, укрывшихся от паники.

И у них был лидер.

**Иван Петрович** — бывший следователь, потерявший память пять лет назад, но не потерявший рассудок. Он не занимал никаких официальных должностей, не командовал, не приказывал. Он просто делал то, что нужно, и люди сами тянулись к нему.

Когда Сергей вошёл в холл санатория, Иван Петрович сидел за столиком в регистратуре, разбирая списки. Рядом с ним суетилась медсестра, а в углу, на диване, отдыхал мужчина с тростью — бывший спортсмен, теперь блогер, который всё ещё не мог поверить, что его трость теперь бесполезна.

— Иван Петрович? — спросил Сергей, подходя ближе.

Мужчина поднял голову. В его глазах не было страха — только усталая, внимательная оценка.

— Вы тот самый Сергей, про которого мне уже рассказали? — спросил он. — Из Долины?

— Тот самый, — кивнул Сергей. — А вы — тот самый, кого слушаются?

Иван Петрович усмехнулся.

— Не слушаются, — поправил он. — Просто иногда советуются. Садитесь, поговорим.

Сергей сел напротив, и они начали разговор, который определил судьбу города.

***

**Объединение**

Иван Петрович был прагматиком. Он не строил иллюзий о возвращении, не тратил время на панику. Он сразу понял: они в другом мире, и единственный способ выжить — держаться вместе.

— У нас есть три группы, — сказал он, раскладывая на столе импровизированную карту. — Школа — там много людей, но мало ресурсов. Научный центр — есть оборудование, но они боятся всех. И мы — есть опыт, но нет ни еды, ни нормального жилья.

— И что вы предлагаете?

— Объединиться, — просто ответил Иван Петрович. — Школа — как временный штаб. Учёные — как мозг. А мы — как... как связующее звено. Я поговорю с ними, если вы не против. Следователь умеет находить общий язык с разными людьми.

Сергей посмотрел на него с уважением.

— А вы, Иван Петрович, не боитесь? — спросил он. — Другой мир, неизвестность, никаких гарантий...

— Боюсь, — честно ответил тот. — Но страх — плохой советчик. Я это знаю. Я видел людей, которые боялись, и людей, которые действовали. Вторые выживают чаще.

— Вы поэтому стали лидером?

— Я не лидер, — покачал головой Иван Петрович. — Я просто тот, кто берёт на себя ответственность, когда никто другой не хочет. Это не дар. Это... привычка.

— Хорошая привычка, — заметил Сергей.

— Иногда, — усмехнулся Иван Петрович. — Иногда она меня убивает. Но пока я жив, буду делать, что должен.

Они обменялись контактами, договорились о совместных действиях и разошлись. Впереди было много работы, но первый шаг к объединению был сделан.

Иван Петрович отправился в научный центр — убеждать учёных, что сотрудничество выгоднее изоляции. А Сергей вернулся в школу, где его уже ждали с новостями о других группах выживших.

Город медленно, но верно начинал обретать форму. Не идеальную, не удобную — но форму, в которой можно было выжить.

Сюжет 4: Магазины, мародёры и первый шаг к пониманию

Пока Сергей разбирался со школой и научным центром, в другой части города разворачивалась своя драма. Супермаркет на пересечении двух улиц — одноэтажное вытянутое здание из металла и стекла — стал эпицентром стихийного бедствия, которое Сергей предвидел, но не мог предотвратить.

— Смотри, — сказал Иннокентий, сидя на плече Сергея и вглядываясь вдаль.

У входа в магазин толпились люди. Человек двадцать, в основном мужчины, пытались выбить двери. Кто-то нёс лом, кто-то бил по стеклу ногой, кто-то просто стоял в стороне, нервно оглядываясь. Стекло треснуло, посыпалось, и толпа хлынула внутрь.

— Местные, — мрачно сказал Владимир, подходя ближе. — Быстро сообразили, что скоро жрать будет нечего.

— Или просто решили воспользоваться моментом, — добавил Сергей. — Пока хаос, можно урвать своё.

— Что будем делать? — спросила Грыз-а, кладя руку на топор.

Сергей долго смотрел на разбитые витрины. Внутри уже слышались крики — кто-то спорил, кто-то звал на помощь, кто-то просто радостно орал, набивая сумки.

— Пока ничего, — решил он. — Наша цель — школа. Там большинство, там дети. С ними надо разбираться в первую очередь. А эти... пусть пока. Если перейдут грань — вмешаемся.

— А если не перейдут? — спросил Иннокентий.

— Тогда, может, они просто выживают. Как и мы.

Сергей отдал приказ дрону зависнуть над супермаркетом и вести наблюдение. Если мародёры начнут трогать людей или переходить к насилию — он узнает первым. А пока — пусть. У него не было ресурсов, чтобы спасать всех. Тем более тех, кто не хотел спасаться.

***

**Аннасеэль. Наблюдение и первый шаг**

Эльфийка стояла у окна в одном из пустующих классов школы и смотрела на суетящихся внизу людей. Олесиэль ушла помогать в медпункт, а Аннасеэль осталась одна. Вернее, не совсем одна — Сергей был рядом, но он был занят: разговаривал с учителями, сверял списки, что-то записывал в планшет.

Она наблюдала за ним.

Она наблюдала за тем, как он хмурится, когда кто-то перебивает, как устало трёт переносицу, как поправляет обруч на голове — тот самый, который связал их всех. Она смотрела на его руки — сильные, спокойные. На его лицо — сосредоточенное, иногда усталое, но никогда — равнодушное.

Вчера она заметила, что девушки из перенесённого города по-другому смотрят на мужчин. По-другому улыбаются. По-другому поправляют волосы, наклоняют голову, касаются плеча. Она не понимала слов, но понимала жесты. И сегодня, глядя на Сергея, она вдруг поймала себя на том, что делает то же самое.

Поправляет волосы.

Смотрит чуть дольше, чем нужно.

Улыбается, когда он поворачивается.

Он не замечал. Совсем.

— Сергей, — позвала она.

Он поднял голову, вопросительно глядя на неё. Аннасеэль указала на супермаркет, потом на себя, потом на него — хаотичный, неуклюжий жест, который должен был означать: «Почему ты не смотришь на меня так, как эти женщины смотрят на мужчин?»

Он не понял. Совсем.

— Там что-то случилось? — спросил он, вглядываясь в окно.

Аннасеэль вздохнула. Раздражённо. И села на подоконник, отвернувшись.

***

Собрина. Предложение

Вечером, когда суета немного улеглась, Сергей устроился в пустом классе на первом этаже. Рядом на столе сидел Иннокентий, дремавший после долгого дня. Напротив, на старом диване, устроились эльфийки — Олесиэль устало прикрыла глаза, а Аннасеэль смотрела в стену с обиженным видом.

— Сергей, — раздался в голове голос Собрины. — У меня есть предложение.

— Какое?

— Я могу передать часть языковой модели русского языка через обруч. Эльфийкам. Не всему языку, конечно, — достаточно для базового общения. Чтобы они понимали, что говорят люди. И чтобы ты понимал их без постоянного перевода.

Сергей задумался.

— Это безопасно?

**>>Процедура безопасна. Я уже делала нечто подобное, когда ты активировал обруч. Процесс обратим. Но потребуется время — около часа. И тихое место.**

— Есть риск?

**>>Минимальный. Лёгкая головная боль, возможно, некоторая дезориентация в первые минуты. Но это лучше, чем объясняться жестами каждый раз.**

Сергей посмотрел на эльфиек. Олесиэль, почувствовав его взгляд, открыла глаза. Аннасеэль продолжала смотреть в стену.

— Я согласен, — сказал он. — Найдём безопасное место. И проведём.

Процедура

Тихим местом оказалась кладовая в подвале школы — сухая, без окон, с единственной лампочкой под потолком. Сергей принёс матрасы, воду, несколько одеял. Эльфийки вошли внутрь с опаской, но доверились.

— Садитесь, — сказал Сергей, показывая на матрасы. — Будет странно. Но не больно.

Олесиэль села первой, поджав ноги. Аннасеэль — следом, всё ещё немного обиженная.

Сергей сел напротив. Обруч на его голове слабо засветился.

— Начинай, — мысленно сказал он Собрине.

**>>Инициирую передачу. Языковая модель — русский, базовый уровень. Объём — 15% от общей лингвистической базы. Достаточно для понимания бытовых фраз и несложных конструкций.**

Тепло разлилось по вискам Сергея. Обруч загудел — тихо, едва слышно. Эльфийки вздрогнули, когда первая волна информации коснулась их сознания.

Олесиэль замерла, широко раскрыв глаза. Аннасеэль схватилась за голову.

— Терпите, — сказал Сергей. — Сейчас пройдёт.

Минута. Две. Пять.

Потом Аннасеэль открыла рот и произнесла:

— С-с-с-ер-гей?

Голос был хриплым, непривычным, но это было его имя. Произнесённое правильно.

— Я здесь, — ответил он.

Она посмотрела на него. В её глазах мелькнуло что-то новое — не обида, не раздражение, а... понимание.

— Ты... думал... я... ребёнок? — спросила она, медленно, по слогам.

Сергей замер.

— Что?

— Ты... не видел... во мне... женщину. Потому что... думал — маленькая.

Он открыл рот, чтобы ответить, и закрыл. Потому что она была права. Он действительно думал, что ей лет шестнадцать-семнадцать. Хрупкая, юная, почти девочка.

— Аннасеэль, я...

— Мне... двести лет, — сказала она.

Тишина.

Иннокентий на плече Сергея каркнул и отвернулся, пряча клюв в перьях.

— Что? — переспросил Сергей.

— Двести, — повторила она. — Эльфы... живут долго. Я... не ребёнок.

Олесиэль, наблюдавшая за этим диалогом с лёгкой улыбкой, кивнула.

— Сестра... старше, — добавила Аннасеэль. — Но я... тоже взрослая.

Сергей потёр лицо руками.

— Ладно, — сказал он. — Признаю. Ошибся. Извиняюсь.

— Извиняюсь? — переспросила Аннасеэль, пробуя новое слово.

— Это значит... я был не прав. Прости.

Она кивнула, принимая извинение. И добавила:

— Теперь... будешь... смотреть... как на женщину?

Сергей покраснел. Иннокентий, не выдержав, расхохотался — по-человечески, раскатисто, с присвистом.

— Карр! — прокаркал он. — Попал, Сергей! Карр!

— Заткнись, — буркнул Сергей.

Но улыбнулся. И Аннасеэль — тоже.

Впервые за долгое время — не обиженно, не растерянно, а по-настоящему.

**После процедуры**

Когда они вышли из подвала, в школе уже готовились к ночи. Люди укладывались спать, кто-то дежурил у окон, кто-то просто сидел в темноте, глядя в одну точку.

Олесиэль и Аннасеэль теперь могли понимать отдельные слова, простые фразы, жесты обрели новые смыслы. Это не делало их людьми, но делало их ближе.

Аннасеэль, проходя мимо Сергея, слегка коснулась его плеча.

— Спокойной ночи, — сказала она. Медленно, выговаривая каждую букву.

— Спокойной ночи, — ответил он.

И она улыбнулась. Не той улыбкой, которую он видел раньше — робкой, испуганной, почти детской. А другой — уверенной, женской, обещающей.

Иннокентий, сидя на подоконнике, проводил её взглядом и каркнул:

— Карр. Кажется, у кого-то скоро начнутся неприятности.

Сергей вздохнул.

— Знаю.

Он посмотрел на дрона, который всё ещё кружил над супермаркетом. Там уже было тихо — мародёры разошлись, унося награбленное. В городе наступала ночь. И новая жизнь.

**Сюжет 5: Архитектура хаоса и первый совет**

Город, в котором они оказались, был слепком эпох. Сергей, стоя на школьном крыльце, вглядывался в его панораму и не мог отделаться от мысли, что кто-то нарочно собрал здесь всё — от империи до наших дней.

В центре, среди новостроек, возвышались дореволюционные особняки с лепниной на фасадах, с колоннами и мезонинами. Некоторые были ухожены — свежеокрашены, с пластиковыми окнами и утеплёнными фасадами, что выглядело нелепо, как если бы на портрет XIX века надели солнцезащитные очки. Другие — облупленные, с выбитыми стёклами, но всё ещё гордые.

Рядом с ними — советские пятиэтажки, серые, унылые, с торчащими антеннами на крышах. Ещё дальше — современные высотки, стеклянные и бетонные, с остеклёнными лоджиями и кондиционерами на фасадах. Они смотрелись дико на фоне деревянных домов с резными наличниками, которые жались к их подножью.

Узкоколейка, ржавая, покосившаяся, тянулась к бывшему складу, на котором ещё виднелась вывеска интернет-магазина. Рельсы были разорваны, некоторые искрили — по ним до сих пор шло напряжение.

Две церкви — каменная с облупившимся куполом и деревянная, почерневшая от времени, — смотрели друг на друга через улицу, будто спорили, кто из них старше.

— Город-призрак? — спросил Иннокентий с плеча.

— Город-франкенштейн, — ответил Сергей. — Сшит из того, что было под рукой.

---

**Первый контакт**

Когда люди немного пришли в себя, Сергей попросил собрать всех на школьном стадионе. Это было удачное место — старые советские трибуны могли вместить несколько сотен человек, а само поле позволяло разместить остальных. Вдоль школы тоже было свободное пространство — там можно было стоять или сидеть на принесённых с собой стульях.

Люди стекались медленно, но организованно. Кто-то нёс с собой детей, кто-то помогал раненым, кто-то просто шёл, глядя под ноги. В воздухе висело напряжение.

Сергей поднялся на трибуну, где была установлена небольшая импровизированная сцена — несколько сколоченных поддонов. Иннокентий устроился на его плече. Рядом, чуть поодаль, стояли Олесиэль, Аннасеэль, Грыз-а и Владимир.

— Я не буду врать, — начал он, и его голос, усиленный портативной колонкой, разнёсся по стадиону. — Вы не в России. Вы не на Земле. Вы в другом мире.

Толпа загудела. Кто-то заплакал, кто-то закричал, кто-то просто молчал, глядя в одну точку.

— Я знаю, это звучит безумно, — продолжил Сергей. — Я сам здесь несколько месяцев. И до сих пор не привык. Но факт остаётся фактом: мы не вернёмся. По крайней мере, не сейчас.

— Откуда ты знаешь? — крикнул мужчина из толпы.

— Потому что я пытался, — ответил Сергей. — Сигналы, связь, попытки найти выход — ничего не работает. Единственный способ вернуться — это найти тех, кто нас сюда перенёс. И я ищу. Но на это нужно время.

— А что нам делать сейчас? — спросила женщина с ребёнком.

— Сейчас — выживать, — сказал Сергей. — У нас есть вода, еда, лекарства на несколько дней. Этого мало. Поэтому мы будем искать ресурсы, строить убежище, учиться жить в этом мире.

— А если мы не хотим? — спросил молодой парень.

— Тогда уходите, — пожал плечами Сергей. — Но я не советую. Этот мир опасен. Здесь есть магия, монстры, другие расы. Не все они дружелюбны.

Толпа снова загудела. Но теперь в голосах было меньше паники, больше обсуждения.

— Я не прошу вам нравиться, — сказал Сергей. — Я прошу сотрудничать. Вместе у нас больше шансов.

---

**Научный центр. Решение академика**

В научном центре «Урал-Био» тем временем шло своё собрание. Академик Румянцев, седой, с усталыми глазами, но цепким умом, сидел во главе стола в конференц-зале. Вокруг — его сотрудники, лаборанты, несколько приезжих учёных.

— Итак, — сказал он, — что мы имеем?

— Другой мир, — ответил его заместитель, молодая женщина с короткой стрижкой. — Судя по спектральному анализу атмосферы, иная планетарная система. Два солнца. Две луны. Гравитация — земная. Магнитное поле — нестабильное.

— Магия, — усмехнулся Румянцев. — Они называют это магией.

— Мы назвали это «энергией неизвестного происхождения», — поправила заместитель.

— Пусть будет магия, — отмахнулся академик. — Нам не привыкать изучать неизвестное. Но сейчас не об этом. Вопрос: что делать с людьми?

— Эвакуироваться? — предложил кто-то.

— Куда? — спросил Румянцев. — В Долину, которую предлагает этот Сергей? У нас нет гарантий, что там безопасно.

— У нас нет гарантий, что безопасно здесь, — возразил другой голос.

Спор разгорался. И тогда слово взял Иван Петрович, пришедший сюда представлять интересы гражданских.

— Академик, — сказал он спокойно, — я понимаю вашу осторожность. Но у людей нет времени ждать. Им нужно есть, пить, спать под крышей. Школа — не лучшее место, но она есть. В Долине — вода и защита. Вопрос не в том, кому верить. Вопрос в том, как выжить.

— И что вы предлагаете? — спросил Румянцев.

— Объединиться, — ответил Иван Петрович. — Вы — наука. Мы — люди. Вместе мы сможем больше, чем по отдельности. А административные вопросы... оставьте нам. У вас есть чем заняться поважнее.

Румянцев долго молчал. Потом кивнул.

— Хорошо. Мы будем изучать этот мир. Но техника, оборудование, приборы — всё остаётся при нас. Если придётся эвакуироваться, мы заберём всё. Я настаиваю на этом.

— Разумно, — поддержал Иван Петрович.

---

Собрина и МРТ

Сергей, стоявший в стороне и слушавший разговор через динамик в планшете, мысленно обратился к Собрине:

— Что думаешь?

**>>Академик прав. Оборудование — это ключ к пониманию этого мира. Особенно МРТ.**

— МРТ? — переспросил Сергей. — Зачем тебе магнитно-резонансная томография?

**>>Сергей... я сама не до конца понимаю, как я существую в твоём мозге. Я — нейро-цифровой слепок. Моя память неполна. Моя структура — загадка даже для меня. МРТ может помочь мне увидеть себя. Понять, как я устроена. Это может дать ответы.**

— Ответы на что?

**>>На всё. Как я сохраняюсь? Как я взаимодействую с твоими нейронами? Почему я — это я, а не просто программа? И... возможно, люди с потерей памяти, которые сейчас здесь, — те, кто потерял годы жизни, — имеют что-то общее со мной. Что-то, что ваши учёные не заметили. Что-то, что связывает их с асгардскими технологиями.**

Сергей задумался.

— Ты думаешь, их память стёрли не случайно?

**>>Я думаю, что совпадений не бывает. Двадцать три человека с амнезией неясного генеза. Перенос целого города. Проколы реальности. Всё это связано. И МРТ может стать первым шагом к разгадке.**

— Хорошо, — сказал Сергей. — МРТ — в приоритете. Как только наладим связь с научным центром, займёмся этим.

**>>Спасибо. И... Сергей?**

— Да?

**>>Я надеюсь, что мы найдём ответы. Не только для меня. Для них тоже.**

Сергей посмотрел в сторону школы, где толпились люди с пустыми глазами и стёртой памятью. Они не знали, кто они. Не знали, откуда пришли. Может быть, МРТ поможет и им.

— Найдём, — ответил он. — Обязательно.

---

Подготовка к совету

К вечеру Сергей понял, что просто разговаривать с людьми по группам недостаточно. Нужно общее собрание. Всех. Чтобы каждый услышал одно и то же, чтобы не было слухов, чтобы не было паники.

— Мы соберём совет, — сказал он Ивану Петровичу и директору школы. — Завтра утром. На стадионе. Там есть трибуны, поле, место вдоль здания — все поместятся.

— Хорошее место, — кивнул Иван Петрович. — Я помню этот стадион. Ещё в советское время строили на славу.

— Все — это сколько? — спросила Татьяна Сергеевна.

— Четыреста тридцать в школе, тридцать в научном центре, плюс те, кто в городе. Около пятисот человек.

— Это много, — заметил Иван Петрович.

— Это меньше, чем могло быть, — ответил Сергей. — И с каждым днём может стать ещё меньше. Поэтому мы должны действовать быстро.

Он раздал поручения: Владимир — собрать разведданные по городу, Грыз-а — организовать охрану периметра, Олесиэль и Аннасеэль — помочь с ранеными, Иннокентий — следить за порядком (что вызвало у попугая гордое «Карр! Я справлюсь!»).

Сам Сергей сел готовить речь. Не официальную, не казённую. Простую, человеческую. О том, что они в другом мире. О том, что это страшно. О том, что они не одни. И о том, что выжить можно только вместе.

Собрина помогала, подбирая слова, корректируя интонации, советуя, где сделать паузу, а где — добавить твёрдости.

Ты справишься, — сказала она в конце. — Ты уже справляешься.**

— Спасибо, — ответил Сергей.

И продолжил писать.

Ночь перед собранием

За окном темнело. Две луны поднимались над горизонтом, отбрасывая странные, двойные тени. В городе было тихо — лишь изредка слышались крики, лай собак, шум ветра.

Сергей сидел на трибуне стадиона, глядя в небо. Рядом, на перилах, устроился Иннокентий.

— Боишьшь? — спросил попугай.

— Да, — честно ответил Сергей. — Не за себя. За них. Они не готовы к этому миру.

— Никто не готов, — философски заметил Иннокентий. — Но ты даёшь им шанс.

— Надеюсь, они им воспользуются.

Где-то вдалеке, у научного центра, зажёгся свет. Учёные работали. Изучали. Анализировали. Рядом с ними, в комнате отдыха, Иван Петрович обсуждал с медсестрой завтрашний день.

Город затихал. Но не спал.

Все ждали утра. Все ждали совета. Все ждали, что кто-то скажет им, что делать дальше.

И этот кто-то готовился.

Глава 2 Подготовка к эвакуации

Глава 2: План эвакуации

Сюжет 1: Совет в школе

Утро после первого общего собрания выдалось хмурым. Два солнца прятались за тяжёлыми тучами, и ветер гнал по пустынным улицам города обрывки бумаг и сухую траву. В спортзале школы, который на время стал штабом, собрались те, от кого теперь зависели жизни почти пятисот человек.

Сергей сидел во главе стола, составленного из нескольких парт. Рядом — Владимир, хмурый и сосредоточенный, с картой города в руках. Сергуус, поправляя очки, что-то записывал в свой потрёпанный блокнот. Олесиэль и Аннасеэль, после вчерашней процедуры понимавшие уже отдельные слова, старались не перебивать, но внимательно слушали. Иннокентий в образе попугая устроился на спинке стула, важно оглядывая присутствующих.

— Итак, — начал Сергей, — вчера люди услышали правду. Реакция... разная. Но большинство восприняло с пониманием.

— Страх делает людей покладистыми, — заметил Сергуус. — Или наоборот — агрессивными. Нам повезло, что пока преобладает первый вариант.

— Повезло? — усмехнулся Владимир. — Это не везение. Это Иван Петрович. Он умеет с ними говорить. И слушать.

Сергей кивнул. Иван Петрович, бывший следователь, потерявший память пять лет назад, но не потерявший рассудок, стал негласным лидером гражданских. Вчера, после собрания, он подошёл к Сергею и сказал: «Люди напуганы, но они не враги. Они просто хотят знать, что будет дальше. Дай им план — и они пойдут за тобой».

— Иван Петрович предложил организовать штаб эвакуации, — продолжил Сергей. — По типу гражданской обороны. Списки, транспорт, маршруты, очерёдность. Люди это понимают. Это им знакомо.

— Разумно, — одобрил Сергуус. — Чёткая структура снижает панику.

Владимир развернул карту.

— У нас есть автодома, грузовые прицепы, несколько легковых машин, которые уцелели при переносе. Ищем водителей среди выживших. Транспорта мало, придётся делать несколько рейсов.

— А что с топливом? — спросила Олесиэль, медленно, но чётко выговаривая слова.

— Бензин на исходе, — ответил Сергей. — У нас есть электромобили и солнечные панели. «Крепость» и прицепы — на электричестве. Остальное... будем использовать в крайнем случае.

Сергуус поднял голову от блокнота:

— Я уже составил предварительный список того, что требует эвакуации в первую очередь. Люди, медикаменты, запасы еды, оборудование из научного центра, инструменты. Всё остальное — по мере возможности.

— Научный центр — отдельная песня, — заметил Владимир. — Румянцев упирается. Не хочет бросать оборудование.

— Он не будет его бросать, — сказал Сергей. — Мы заберём всё, что можно вывезти. МРТ-установка, лабораторные столы, реактивы — всё в приоритете.

— Академик согласен? — удивился Владимир.

— Не совсем, — усмехнулся Сергей. — Но он понимает, что без нас его оборудование станет грудой металла. Никто не будет его охранять, если город опустеет.

Олесиэль, слушавшая этот разговор, вдруг сказала:

— Люди... напуганы. Но они не знают настоящего страха. Они не видели того, что видели мы.

Аннасеэль кивнула, поддержав сестру.

— Мы покажем им Долину. Расскажем о том, что там безопасно. Но... может быть, стоит объяснить и об опасностях? Чтобы они понимали, почему эвакуация — не прихоть, а необходимость.

— Хорошая мысль, — согласился Сергей. — Но без лишних подробностей. Не надо пугать их монстрами и дроу. Скажем, что мир в целом враждебен, а Долина — единственное место, где можно жить без постоянной угрозы.

— Врёшь? — прямо спросил Иннокентий.

— Не договариваю, — ответил Сергей. — Это разные вещи.

Единственные, кого не устроило такое положение дел, обнаружились к полудню.

Группа школьников — человек десять, в основном одиннадцатиклассники — собралась у ворот школы. Они не просили, не спорили, не требовали. Они просто стояли и смотрели на взрослых с тем особенным выражением, которое бывает у подростков, уверенных, что они умнее всех.

— Мы не поедем, — сказал парень, которого звали Денис. Высокий, с взъерошенными волосами и цепким взглядом. — По крайней мере, не сейчас.

— Почему? — спросил Сергей, подходя ближе.

— Потому что мы не видели никаких эльфов, — ответила девушка с короткой стрижкой, Катя. — Никаких орков. Никакой магии. Мы видели пустой город, странное небо и группу взрослых, которые говорят нам, что мы в другом мире.

— Вы не верите? — спросил Владимир.

— Мы не верим, что нам угрожает опасность, — поправил Денис. — Может быть, вы и правы. Может быть, мы и правда в другом мире. Но пока мы не увидим доказательств, мы не собираемся бросать всё и бежать в неизвестность.

Сергей посмотрел на них. Упрямые, смелые, глупые — как все в их возрасте.

— Что вы предлагаете?

— Мы хотим осмотреться, — сказала Катя. — Съездить в эту вашу Долину. Посмотреть, что там. Если всё, как вы говорите — мы вернёмся и убедим остальных.

— А если нет? — спросил Иннокентий с плеча Сергея.

Денис усмехнулся:

— Тогда мы найдём способ вернуться домой. Или хотя бы понять, где мы на самом деле.

Сергей вздохнул. Он узнавал в них себя — такого же упрямого, самоуверенного, не желающего верить на слово.

— Хорошо, — сказал он. — Но с одним условием: вы поедете с кем-то из наших. С Грыз-ой. Она покажет вам Долину и объяснит, что к чему.

— С орком? — удивилась Катя.

— С орком, — подтвердил Сергей. — Она не кусается. Если вы, конечно, не будете делать глупостей.

Подростки переглянулись.

— Идёт, — сказал Денис.

Когда они ушли, Иннокентий каркнул:

— Они опасны.

— Они просто молодые, — ответил Сергей. — И им нужно увидеть правду своими глазами.

— А если они увидят то, что мы не хотим им показывать?

— Тогда придётся объяснять.

Он посмотрел вслед уходящим школьникам. Они шли уверенно, с чувством собственной правоты. Время покажет, кто из них был прав. А пока — нужно было готовиться к эвакуации.

Сергей вернулся в спортзал, где Владимир и Иван Петрович уже составляли списки. Впереди был долгий день. И ещё более долгая ночь.

Сюжет 2: Оценка ресурсов

Пока школьники собирались в свою разведывательную поездку с Грыз-ой, Сергей, Владимир и Иван Петрович занялись тем, что в любой эвакуации было самым важным, — оценкой ресурсов.

Спортзал школы превратился в импровизированный штаб. Вдоль стен стояли стулья для добровольцев, в центре — несколько столов, на которых разложили карты города, блокноты и планшеты. Собрина, подключённая к камерам дронов, уже провела первичное сканирование и теперь выдавала данные прямо в голову Сергея.

>>Продукты, — начала она. — Супермаркет на улице Мира — частично разграблен, но склады в подвале не тронуты. Ориентировочно: 200 кг крупы, 150 кг консервов, 50 кг сахара, 30 кг соли, детское питание — около 100 упаковок. Магазин на Октябрьской — цел, но заперт. Требуется вскрытие.

— Продукты — первым делом, — сказал Сергей, записывая. — Владимир, возьми нескольких человек, съездите на Мира. Склад в подвале — приоритет. Второй магазин пока трогать не будем, оставим на потом.

Владимир кивнул.

— Медикаменты, — продолжила Собрина. >>Аптека на Ленина — разграблена частично. Основные препараты: антибиотики, обезболивающие, перевязочные материалы — сохранились. Городская больница — цела, охраняется местными. Там есть и медикаменты, и оборудование. Но требуется переговоры.

— С больницей потом, — решил Сергей. — Аптеку забираем. Иван Петрович, сможете организовать людей для сбора?

— Смогу, — кивнул бывший следователь. — Медсестра наша уже составила список необходимого. У неё есть опыт.

— Инструменты и стройматериалы, — продолжала Собрина. >>Хозяйственный магазин на Комсомольской — цел. Инструменты: молотки, отвёртки, пилы, топоры, гвозди, проволока. Стройматериалы: утеплитель, фанера, доски, цемент (испорчен, не брать).

— Цемент не берём, — отметил Сергей. — А инструменты — всё. Пригодятся для укрепления лагеря.

— Оборудование, — голос Собрины стал чуть тише, словно она что-то обдумывала. >>Научный центр — МРТ, лабораторные столы, реактивы, микроскопы. Запчасти для копировального аппарата — в приоритете. А также... компьютеры и серверное оборудование. В моём состоянии — это важно.

— Компьютеры? — удивился Сергуус. — У нас же есть ноутбуки.

>>Серверы научного центра содержат базы данных, которые могут помочь мне восстановить память. Кроме того, их можно использовать для создания распределённой сети для управления дронами и системами слежения. Не игнорируйте этот пункт.

Сергей усмехнулся:

— Понял. Компьютеры — в список.

Когда список был составлен, Сергей разделил его на три категории: первая — жизненно необходимое (продукты, медикаменты, вода), вторая — полезное (инструменты, стройматериалы, тёплые вещи), третья — стратегическое (оборудование научного центра, компьютеры, запчасти).

— Всё, что из первой категории, забираем немедленно, — сказал он. — Второе — по возможности. Третье — если останется время и транспорт.

— А если не останется? — спросил кто-то из добровольцев.

— Тогда будем возвращаться, — ответил Сергей. — Эвакуация — это не спринт. Это марафон.

Владимир поднялся, проверяя свой пистолет.

— Первая группа готова. Два автобуса, три грузовика. Водители — из местных, кто умеет управлять. Поехали?

— Поехали, — кивнул Сергей. — Забирайте продукты и медикаменты. И будьте осторожны — в городе ещё есть мародёры.

— Справимся, — усмехнулся Владимир. — Мы не в первый раз.

Он вышел, и через несколько минут со двора школы донёсся гул моторов. Первый конвой отправлялся в Долину.

Сергей остался в штабе, собирая второй. Грузовиков и автобусов было немного, приходилось рассчитывать каждую машину, каждого водителя, каждый километр пути.

Сергуус возился с картами, прокладывая маршруты.

— Дорога старая, но проходимая, — сказал он. — Если не будет дождей, проедем за полдня. Если размокнет — за день.

— А если нападут? — спросила Аннасеэль, подошедшая к столу.

— Тогда будем отбиваться, — ответил Сергей. — У нас есть оружие. И есть вы.

Олесиэль, стоявшая у окна, смотрела на отъезжающие машины.

— Они боятся, — сказала она. — Но они едут.

— Потому что боятся остаться ещё больше, — ответил Сергей. — Иногда страх — лучший мотиватор.

Он вернулся к спискам. Второй конвой должен был забрать инструменты и стройматериалы. Третий — самое ценное из научного центра. А четвёртый — всех, кто останется.

— Нам нужно больше машин, — сказал он Сергуусу.

— Я знаю, — ответил гоблин. — Но где их взять?

— Найдём, — ответил Сергей. — Обязательно найдём.

Вдалеке, на горизонте, уже собирались тучи. Дождь мог начаться в любой момент. И тогда дорога станет непроходимой. Время поджимало. Но выбора не было. Нужно было успеть.

Сюжет 3: Формирование отрядов и медицинский автобус

Пока первый конвой уходил в Долину, в школе кипела работа. Сергей, Иван Петрович и Владимир формировали отряды, распределяли роли и пытались охватить всё — от охраны периметра до сбора лекарств.

Владимир, который вчера ещё был командиром небольшого отряда разведчиков, сегодня уже управлял десятками добровольцев. С помощью Собрины и процедуры передачи языковой модели через обруч (Сергей настоял на том, чтобы ключевые люди могли понимать эльфиек и друг друга без переводчика), он обучил местных основам тактики, охраны и взаимодействия с незнакомыми расами.

— В этом мире, — говорил он, стоя перед группой из двадцати мужчин и женщин, — нет полиции, нет армии, нет законов. Только вы и ваше оружие. Если вы не сможете защитить себя — никто не сможет.

— А вы? — спросил кто-то из толпы.

— Мы поможем, — ответил Владимир. — Но мы не сможем быть везде одновременно. Поэтому каждый из вас должен уметь постоять за себя и за соседа.

Он раздал оружие — немногое, что удалось найти в городе: охотничьи ружья, пневматику, ножи, самодельные дубинки. Электрорушья, которые сделал Сергей, оставались в резерве — их берегли для серьёзных угроз.

Иван Петрович, который стал негласным лидером местных, взял на себя организацию дежурств и патрулей. Люди ему доверяли — он не обещал золотых гор, не рассказывал сказок о скором возвращении. Он говорил правду. И эта правда, какой бы горькой она ни была, давала людям опору.

— Вы знаете, кто я, — сказал он на одном из собраний. — Я не герой. Я просто следователь, который когда-то потерял память. Но я умею одно — видеть, что нужно делать. Сейчас нам нужно выжить. Не ради славы, не ради денег, не ради власти. А ради тех, кто рядом. Ради детей. Ради будущего.

Он не кричал, не призывал, не угрожал. Он просто говорил. И люди слушали.

Грыз-а, орк, который в первой книге был наёмником, а стал надёжным союзником, взял на себя логистику. Он проверял машины, распределял грузы, следил за тем, чтобы никто не остался без воды и еды.

— Люди — странные существа, — сказал он Сергею. — Они боятся голода больше, чем войны. Если у них будет еда, они будут терпеть. Если нет — они взбунтуются.

— Ты прямо философ, — усмехнулся Сергей.

— Я практик, — ответил Грыз-а. — Просто я много видел.

Эльфийки, Олесиэль и Аннасеэль, после языковой процедуры стали понимать людей, и люди стали понимать их. Это сближало. Аннасеэль, которая ещё вчера пыталась привлечь внимание Сергея, теперь с головой ушла в работу — помогала раненым, успокаивала детей, объясняла взрослым, что мир не так страшен, если знать его правила.

Олесиэль, более сдержанная и практичная, занялась систематизацией медицинских запасов.

— У нас есть раненые, — сказала она Сергею. — Порезы, ушибы, двое с подозрением на переломы. Один мужчина без сознания — его принесли с вокзала. Нужен полноценный медпункт.

— В школе нет места, — ответил Сергей. — Но есть автобус. Один из тех, что не ушли с первым конвоем.

— Автобус? — удивилась Аннасеэль.

— Мобильный госпиталь, — пояснил Сергей. — Переоборудуем. Поставим койки, аптечку, стол для осмотра. У нас есть медикаменты, инструменты, даже несколько приборов из научного центра.

Идея понравилась. Иван Петрович выделил добровольцев, и к вечеру автобус превратился в импровизированный медицинский пункт. Внутри стояли несколько коек (спальные мешки на надувных матрасах), ящики с лекарствами, столик для осмотра. Снаружи — палатка для ожидающих и флажок красного креста, который сшила из подручных материалов одна из медсестёр.

Медицинский персонал нашёлся среди выживших. Три медсестры, которые работали в городской поликлинике, вызвались помогать. Хирург на пенсии — ещё не старый, с крепкими руками и спокойным голосом — согласился консультировать.

— Я уже на пенсии, — сказал он. — Но если нужно — я с вами.

И одна земная знахарка — женщина лет пятидесяти, которая лечила травами и заговорами. Она не имела диплома, но умела останавливать кровь и вправлять вывихи.

— Вы верите в магию? — спросил её Сергей.

— Я верю в силу природы, — ответила она. — А здесь, говорят, природа особенная. Может, и мои травы сработают.

Сергей кивнул. В этом мире всё было возможно.

Сам он координировал всё — от движения конвоев до распределения ресурсов. Собрина помогала, подсказывая, где что лежит, кто чем занят, какая машина готова к выезду, а какая требует ремонта.

>>У вас получается, — сказала она. — Люди слушаются. Они верят.

— Пока да, — ответил Сергей. — Но это только начало.

Он посмотрел в окно, где Грыз-а грузил в машину последние ящики с инструментами. Работа кипела. Город готовился к исходу.

— Сколько у нас времени? — спросил Сергей.

>>Не знаю, — призналась Собрина. — Но лучше успеть до того, как начнутся дожди. Или до того, как кто-то ещё узнает о нашем присутствии.

Сергей кивнул.

— Тогда работаем дальше.

Сюжет 4: Сбор техники и нежданные гости

Пока первый конвой с продуктами и медикаментами уходил в Долину, Сергей занялся тем, что считал вторым по важности после еды — техникой.

Собрина составила список. Он был длинным, но чётким.

>>Компьютеры. Не ноутбуки, а стационарные машины с хорошими процессорами. В научном центре их достаточно. Серверы — в приоритете.

— Зачем нам серверы? — спросил Сергуус, заглядывая в список.

>>Для распределённой сети. Дроны, камеры, датчики — всё это требует обработки данных. Мои возможности не безграничны. Серверы станут моим внешним мозгом.

— Ты хочешь расшириться? — удивился Сергей.

>>Я хочу выжить. И помочь вам выжить. Для этого нужны ресурсы.

— Логично, — кивнул Сергуус.

>>Генераторы. В городе их несколько — у больницы, у научного центра, в магазинах. Бензиновые и дизельные. Забираем все.

— А топливо?

>>Топливо — отдельный пункт. Канистры, бочки. Всё, что найдёте.

>>Медицинское оборудование. Учёные из научного центра уже собрали часть. Но есть ещё аппараты УЗИ, анализаторы крови, холодильники для вакцин. Всё это может пригодиться.

— В Долине нет электричества, — заметил Сергей.

>>Будет. У нас есть генераторы. И солнечные панели.

— Ты оптимистка.

>>Я реалистка. Мы выживем — или умрём с комфортом.

Сергей усмехнулся и отдал приказ начинать сбор.

Грыз-а с группой добровольцев отправился в научный центр. Иван Петрович организовал вывоз оборудования из больницы. Владимир с бойцами контролировал погрузку и охрану.

К вечеру во дворе школы стояли три гружёных грузовика: компьютеры, серверы, генераторы, медицинские приборы, канистры с топливом, запчасти, провода, инструменты. Всё, что могло пригодиться в новом мире.

— Неплохо, — сказал Сергей, обходя технику.

— Это только начало, — ответил Сергуус. — Научный центр опустел наполовину. Завтра заберём остальное.

— А МРТ?

>>МРТ — отдельный разговор. Его вывозить без подготовки нельзя. Нужны специальные крепления, амортизация. Иначе разобьём по дороге.

— Оставим на следующий рейс, — решил Сергей. — Сделаем нормальные крепления.

В этот момент в небе что-то изменилось.

Иннокентий, сидевший на крыше школы и наблюдавший за горизонтом, вдруг замер. Его перья встали дыбом.

— Сергей, — позвал он. — Смотри.

Сергей поднял голову.

Там, в вышине, среди двух заходящих солнц, летели драконы. Их было трое. Огромные, с переливающейся чешуёй, с крыльями, которые казались сделанными из заката. Они не спешили, не пикировали, не атаковали. Просто летели. Медленно, величественно, как короли, обозревающие свои владения.

— Это они, — прошептал Иннокентий. — Те самые.

— Те, от которых ты сбежал? — уточнил Сергей.

— Те, кого я... обидел, — ответил попугай, и в его голосе впервые за долгое время прозвучала не ирония, а настоящая тревога.

— Они нас заметили?

— Не знаю. Но они кружат над городом уже несколько минут. Словно... наблюдают.

Сергей посмотрел на драконов. Они действительно кружили, но не снижались. Словно проверяли, что за странные существа появились на их территории.

— Уходим, — сказал он. — Быстро.

— Куда? — спросил Иннокентий.

— В укрытие. Если они нападут, нам нечем отбиваться.

Но драконы не напали. Они сделали ещё один круг, развернулись и полетели в сторону гор, постепенно исчезая за горизонтом.

— Улетели, — выдохнул Сергей.

— Улетели, — эхом отозвался Иннокентий. — Но вернутся. Они всегда возвращаются.

— Ты знаешь, зачем?

— Не знаю. Но та, которую я знаю... она не из тех, кто забывает обиды.

Сергей положил руку на плечо попугая.

— Тогда нам нужно готовиться. Не только к эвакуации, но и к встрече.

— Ты хочешь с ними договариваться?

— Я хочу выжить. Если для этого нужно договариваться — будем договариваться. Если нужно сражаться — будем сражаться.

Иннокентий посмотрел на него долгим взглядом.

— Ты странный человек, Сергей.

— Я попаданец, — усмехнулся тот. — Это объясняет многое.

Драконы скрылись за горами. А в городе продолжилась эвакуация. Но теперь все знали — они не одни. И те, кто живёт в этом мире, уже заметили их.

Сюжет 5: Ночной разговор

Ночь опустилась на город тяжело, без привычного светового шума. Ни фонарей, ни светящихся окон высоток, ни рекламы. Только две луны и редкие звёзды, которые казались чужими, неправильными.

Сергей сидел на крыше школы, обхватив колени руками. Рядом, на перилах, устроился Иннокентий, но он молчал — впервые за долгое время. Драконы улетели, но напряжение осталось.

— Собрина, — позвал Сергей мысленно. — Ты здесь?

>>Всегда здесь. Куда я денусь из собственной тюрьмы?

— Не называй это тюрьмой. Это... убежище.

>>Для тебя — убежище. Для меня — клетка, в которой я могу думать, но не могу действовать.

— Ты действуешь. Ты помогаешь мне. Ты помогаешь всем.

>>Я помогаю тебе помогать им. Это не одно и то же.

Сергей замолчал, обдумывая её слова.

— Почему именно здесь? — спросил он наконец. — Почему город перенесён в это место? Рядом с Долиной Предков. Рядом с бункером Асгарда. Рядом с нами.

>>Я думала об этом. И пришла к выводу, что это не случайность.

— Протокол?

>>Протокол. Тот самый, о котором я не имею доступа. «Возрождение». Он активировался не тогда, когда мы отключили модуль. Он активировался гораздо раньше. Возможно, в тот момент, когда ты надел обруч.

— И что ему нужно?

>>Данные. Ресурсы. Носители. Люди — идеальные биологические резонаторы. Город с его техникой, лабораториями, оборудованием — идеальный источник ресурсов. А Долина Предков — место, где магия не работает, где древние технологии могут быть изучены без помех.

— Значит, мы все — часть эксперимента?

>>Мы все — часть плана. Который был написан тысячи лет назад. И который до сих пор выполняется.

— Как его остановить?

>>Я не знаю. Но предполагаю, что нужно отключить не один модуль, а все. Или... найти способ перегрузить систему.

— Перегрузить?

>>Создать импульс, который заставит протокол «усомниться» в правильности своих действий. Или уничтожить источник энергии, который питает порталы.

— И где этот источник?

>>Не знаю. Возможно, в бункере Асгарда. Возможно, в другом месте. Возможно, он распределён по всему миру.

Сергей потёр виски.

— А МРТ? Ты говорила, что он может помочь.

>>Может. Если использовать его не по назначению.

— То есть?

>>Магнитно-резонансная томография создаёт мощное магнитное поле. Достаточно сильное, чтобы нарушить работу электроники. Если усилить его и направить...

— Мы получим электромагнитную бомбу, — закончил Сергей. — Которая может вырубить протокол.

>>Или убить всех, кто находится рядом. Или привлечь внимание тех, кто нам не нужен. Это риск.

— Но это шанс.

>>Шанс. Да.

Сергей задумался.

— Нужны специалисты. Кто-то, кто разбирается в технике, в электромагнитных полях, в МРТ.

>>В научном центре есть такие люди. Я изучила их досье. Физики, инженеры, биологи. Некоторые из них работали с подобным оборудованием.

— Они согласятся?

>>Если ты объяснишь, что это вопрос выживания — согласятся. Или большинство из них.

— А энергия? Ты говорила, что порталы питаются от какой-то энергии. Мы сможем её использовать?

>>Не знаю. Я не знаю, откуда она берётся. Возможно, из того же источника, что питал бункер Асгарда. Но после отключения модуля он должен был иссякнуть. Однако... проколы продолжаются.

— Значит, источник не в бункере.

>>Значит, он где-то ещё.

Сергей посмотрел на небо. Две луны висели низко, почти касаясь горизонта.

— Сколько у нас времени?

>>Не знаю. Следующий прокол может случиться завтра. Или через год. Или никогда. Но те, кто уже здесь, — это реальность. И с ними нужно работать.

— А интернет? Мы сможем подключиться?

>>Вряд ли. Энергия, которая сбрасывалась на проколы, расходовалась. Если не будет новых выбросов — связи не будет. А если будут... мы можем не успеть.

— Значит, рассчитываем только на себя.

>>Всегда рассчитывали.

Сергей усмехнулся.

— Ты циник.

>>Я реалист. Это разные вещи.

Они замолчали. Внизу, во дворе школы, догорали костры. Люди спали вповалку, кто на матрасах, кто на голом полу. Дети тихо плакали во сне. Взрослые не спали — смотрели в темноту и ждали утра.

— Завтра поговорю с физиками, — сказал Сергей. — И с инженерами. Посмотрим, что они скажут про МРТ.

>>Хорошо. А я пока поищу информацию о других возможных источниках энергии.

— Договорились.

Сергей встал, потянулся и посмотрел на Иннокентия. Попугай спал, свернувшись в пёстрый комок на перилах.

— Иннокентий, — позвал он.

— Карр? — сонно отозвался тот.

— Твои драконы... они могут быть связаны с этим?

— Не знаю, — ответил попугай. — Но если да... нам придётся с ними поговорить.

— Ты готов?

— Нет. Но выбора нет.

Сергей кивнул и спустился вниз. Впереди был долгий день. И ещё более долгая ночь.

Сюжет 6: Тени над миром. Два совета дроу

В глубоком подземелье, куда не проникал свет двух лун, собирались те, кто привык действовать в тени. Зал был вырублен в скале тысячи лет назад, его стены помнили кровь и клятвы. Сегодня здесь было многолюдно — расширенное собрание дроу, на которое пригласили всех, кто имел хоть какое-то влияние.

Верховный маг открыл совет. Говорил долго, витиевато, о былой славе, о великой миссии дроу, о необходимости объединиться перед лицом новой угрозы. Рассказал об уничтоженной базе, о сорванных ритуалах, о странной активности в районе Долины Предков. Упомянул драконов — те самые, непредсказуемые силы, которые вмешались не в тот момент. И главное — о людях. О множестве людей на самоходных устройствах, которые появились неизвестно откуда и неизвестно зачем.

— Мы должны привлечь эльфов, — сказал он под конец. — И наёмников из числа орков. Люди — угроза для всех. Их нельзя оставлять без присмотра.

Собрание одобрило. Разошлись, обсуждая детали.

Остались только избранные. Малый совет. Те, кто знал тайну.

Малый совет

Зал опустел. Остались лишь несколько фигур в тёмных плащах — те, кто реально управлял кланами. Те, кто знал правду, которую скрывали даже от своих.

Верховный маг сидел во главе стола, устало потирая виски.

— Можете говорить прямо, — сказал он. — Здесь нет чужих.

— Наше время истекает, — начал глава разведки. — База уничтожена. Ритуал сорван. Саркофаги древних, которые мы так берегли, частью уничтожены, частью повреждены. За оставшимися нужно следить ещё строже.

— Мы знаем, кто это сделал, — добавил полевой командир. — Тот самый человек без ауры. И его спутники. Эльфийки-изгои, орк без клана, гоблин-предатель... и иноморф. Насмешка, а не противники. Но они получили помощь. Драконы.

— Драконы непредсказуемы, — отмахнулся Верховный маг. — Но сейчас не они наша главная проблема.

Он обвёл взглядом присутствующих.

— Наши агенты промыли уши многим кланам эльфов. Большинство под нашим влиянием. Они думают, что люди — угроза. И это правда. Но есть и те, кто сомневается.

— Если все люди на материке и островах объединятся... это риск, — заметил глава разведки. — Большой риск.

— Люди не объединятся, — возразил полевой командир. — Они вечно воюют друг с другом.

— Пока не появляется общий враг, — усмехнулся Верховный маг. — А мы для них — враг. И те, кто в Долине, уже доказали, что нас можно победить.

— У нас есть союзники среди эльфов. И мы можем привлечь орков — за плату. Гномы пока не вмешиваются.

— Орки — наёмники, это да. Но эльфы... эльфы нуждаются в нас больше, чем мы в них.

— Потому что рождаемость, — тихо сказал глава разведки.

В зале повисла тяжёлая тишина.

— У эльфов рождаемость падает, — продолжил он. — У нас — почти ноль. Мы пополняем свои ряды из числа людей, но это... не полноценная замена. Саркофаги древних помогали поддерживать жизнь в старейшинах, но часть уничтожена. За остальными нужно следить ещё строже.

— Эльфы в некоторых кланах тоже используют эту технологию, — добавил полевой командир. — Чтобы не вымереть. Они знают, что без саркофагов их старейшины умрут.

— И они будут благодарны нам за их сохранность, — кивнул Верховный маг. — Но этого мало. Нужно, чтобы они увидели угрозу. Реальную угрозу.

— Люди, которые сейчас собрались у Долины, — это сотни. Может быть, тысячи, — сказал глава разведки. — Если они объединятся с теми, кто уже там...

— Мы не можем этого допустить.

— Не можем. Поэтому мы должны действовать. Привлечь эльфов. Напугать их. Сказать, что свободные люди — это опасность для всех. Что их технологии разрушат наш мир. Что они не будут никому подчиняться.

— А гномы? — спросил кто-то.

— Гномы... сложнее. У них с рождаемостью тоже не очень, но получше, чем у эльфов. Они могут не ввязаться. Но если мы покажем им, что люди опасны и для них... может быть, они тоже присоединятся.

— Значит, действуем, — подвёл итог Верховный маг. — Отправляем послов к эльфам. Вербуем орков. Следим за гномами. Людей в Долине нужно уничтожить или захватить. Их технологии слишком ценны, чтобы оставлять их врагам.

— А человек без ауры?

— Взять живым. Он — ключ ко всему. К саркофагам. К технологиям. К Долине. Без него они рассыплются.

— И последнее, — глава разведки понизил голос. — Если всё пойдёт не по плану... если люди объединятся и найдут союзников... у нас есть план отступления?

Верховный маг посмотрел на него долгим взглядом.

— У нас всегда есть план. Но я надеюсь, он не понадобится.

Собрание закончилось. Фигуры в плащах растворились в темноте, оставив после себя лишь запах серы и холодный камень.

Где-то далеко, в Долине Предков, Сергей и его люди готовились к эвакуации. Они не знали, что тени уже сгущаются над ними. И что очень скоро им придётся столкнуться не только с монстрами и магией, но и с теми, кто считает этот мир своим. И с теми, для кого выживание зависит от того, удастся ли им сохранить свои секреты.

А в глубине бункера, который они отключили, замигал красный огонёк. Протокол «Возрождение» не был остановлен. Он просто перешёл в новую фазу.

Глава 3 Потерянные дети

Глава 3: Потерянные дети

Сюжет 1: Последний рейс и пропавшие

Эвакуация почти завершилась. Основные колонны с людьми, продуктами, медикаментами и оборудованием ушли в Долину Предков ещё три дня назад. Теперь в городе оставались только те, кто по разным причинам не попал в первые рейсы: кто-то не хотел бросать нажитое, кто-то надеялся на возвращение, кого-то просто забыли в суматохе.

— Инвалиды, лежачие больные, старики, — Иван Петрович сверял списки, хмурясь. — И те, кто прятался. Думали, что мы врём про эвакуацию.

— Сколько их? — спросил Сергей.

— Около тридцати. Плюс те, кто нашёлся в подвалах и на чердаках. Всего человек пятьдесят.

— Пятьдесят человек, которых мы не можем бросить, — вздохнул Сергей. — Ладно. Последний конвой сегодня. Грузовики, автобус. Грыз-а, ты с ними?

— С ними, — кивнул орк. — И с теми, кто вызвался сопровождать.

— А школьники? — спросил Иннокентий с плеча Сергея. — Те, которые хотели посмотреть Долину?

— Они уже в автобусе, — ответил Владимир. — Денис, Катя, ещё человек восемь. Грыз-а обещал за ними присмотреть.

— Присмотрю, — хмуро сказал орк. — Если они не будут делать глупостей.

— Будут, — каркнул попугай. — Они подростки. Это их работа.

Грыз-а вздохнул и пошёл грузиться.

Дорога до Долины была недолгой, но опасной. Автобус и два грузовика с прицепами растянулись по старому тракту, поднимая пыль. В небе висели два солнца, отбрасывая странные двойные тени.

Денис сидел у окна и смотрел на проплывающий пейзаж. Он ожидал увидеть что-то необычное — и увидел.

— Смотрите, — сказал он, тыча пальцем в стекло. — Растения.

За обочиной росли деревья с фиолетовой листвой. Их стволы были покрыты светящимся мхом, который переливался в лучах солнца. Кусты, похожие на земную чернику, были усеяны ягодами размером с кулак. А вдалеке, на холме, виднелось нечто, напоминающее гигантский гриб, высотой с двухэтажный дом.

— Ничего себе, — выдохнула Катя. — Это не Земля.

— Мы уже поняли, — буркнул Денис, но сам тоже не мог отвести взгляд.

Автобус въехал в лес, и здесь чужой мир стал ещё заметнее. Птицы с ярко-синим оперением перелетали с ветки на ветку, издавая мелодичные звуки, не похожие ни на что земное. В траве мелькнуло что-то маленькое и пушистое — с огромными глазами и длинными ушами. Оно уставилось на автобус, потом скрылось в кустах.

— Это что, заяц? — спросил кто-то из школьников.

— Местный, — ответил Грыз-а из первого ряда. — Не бойтесь. Он не кусается.

— А что кусается? — спросила Катя.

— Много чего, — усмехнулся орк. — Поэтому не отходите от меня.

Автобус выехал на открытое пространство, и тут дорогу преградили всадники. Их было четверо. Эльфы. Настоящие эльфы, с длинными ушами, изящными луками и холодными, оценивающими взглядами.

— Стоять! — крикнул один из них на общем языке. — Кто такие? Куда едете?

Грыз-а поднялся и вышел из автобуса. Его топор висел за спиной, но руки были пусты.

— Мы мирные, — сказал он. — Везу людей в Долину. Там безопасно.

— Людей? — эльф прищурился. — Откуда столько людей?

— Из другого мира, — честно ответил Грыз-а. — Мы не враги.

— Все так говорят, — усмехнулся эльф. — Но мы не пропустим вас, пока не узнаем, что вы затеваете.

— А если мы поедем без спроса? — спросил Денис, высунувшись в окно.

Эльфы переглянулись. Один из них достал стрелу.

— Глупый юнец, — сказал он. — Ты не понимаешь, на что нарываешься.

Грыз-а шагнул вперёд, загораживая автобус.

— Он просто молодой, — сказал орк. — Не трогайте его.

— Или что? — эльф натянул лук.

Грыз-а вздохнул. Его рука легла на топор.

— Или мы будем вынуждены защищаться, — спокойно ответил он. — Мне не нужна война. Но и своих я не отдам.

Напряжение повисло в воздухе. Эльфы смотрели на орка, на автобус, на людей, которые выглядывали из окон. Их было четверо. А в автобусе — человек тридцать, включая водителей грузовиков.

— Пропустите их, — сказал вдруг один из эльфов, тот, что помоложе. — Они не воины. Это беженцы.

— Беженцы? — усмехнулся старший. — Они захватчики.

— Они люди, — возразил молодой. — А люди не воюют с нами. По крайней мере, эти.

Старший эльф колебался. Потом опустил лук.

— Убирайтесь, — сказал он. — И не возвращайтесь.

Грыз-а кивнул и сел в автобус. Водитель завёл мотор.

— Уф, — выдохнула Катя. — Пронесло.

— Не расслабляйтесь, — сказал Грыз-а. — Это не единственная опасность.

Опасность поджидала их через час, когда автобус проезжал через узкое ущелье.

Тени вылетели из-за скал. Дроу. Их было много — человек десять, вооружённых арбалетами и мечами. Они не предупреждали, не требовали остановиться. Они просто атаковали.

Грыз-а выскочил из автобуса первым, отбивая стрелу топором. Водители грузовиков открыли огонь из электроружей. Но дроу были быстрее. Они окружили автобус, отрезав путь к отступлению.

— Назад! — крикнул Грыз-а. — Не выходите!

Но Денис и Катя уже выскочили через заднюю дверь. Они хотели помочь. Вместо этого они попали прямо в руки дроу.

— Стоять! — рявкнул один из тёмных эльфов, схватив Дениса за шкирку. — Ещё одно движение — и он мёртв.

Грыз-а замер. Люди замерли.

— Отпустите их, — сказал орк. — Они дети.

— Они люди, — ответил дроу. — А люди нужны нам живыми. Или мёртвыми. Но лучше живыми.

Он подал знак, и дроу начали отступать, уводя с собой Дениса, Катю и ещё двоих школьников, которые не успели спрятаться.

— Нет! — закричала Катя, но её зажали рот.

Грыз-а рванул вперёд, но дроу выпустили облако чёрного дыма, и когда он рассеялся, их уже не было. Только пустота и следы борьбы на земле.

— Чёрт! — выругался орк. — Чёрт, чёрт, чёрт!

Он достал рацию.

— Сергей, — сказал он. — У нас проблемы. Дроу захватили школьников. Четверых. Мы не успели.

В рации повисла тишина. Потом голос Сергея, холодный и жёсткий:

— Возвращайтесь. Нужно собрать отряд. Мы их вернём.

— Живыми?

— Живыми. Или мёртвыми. Но лучше живыми.

Грыз-а посмотрел на автобус, на перепуганных людей, на опустевшее место, где ещё минуту назад стояли дети.

— Они не знали, на что шли, — тихо сказал он.

— Теперь знают, — ответил Сергей. — Возвращайтесь.

Автобус развернулся и покатил обратно к Долине. А в ущелье осталась только тишина. И тени, которые унесли тех, кто хотел увидеть правду своими глазами.

Сюжет 2: Поиски

В Долине Предков воцарилась тревожная тишина. Весть о том, что дроу захватили четверых школьников, разнеслась быстро. Люди перешёптывались, поглядывая на лес, откуда в любой момент могла прийти новая угроза. Дети плакали, взрослые хмурились. И только те, кто должен был действовать, не теряли времени.

Сергей запустил дронов через пять минут после того, как Грыз-а сообщил о нападении. Три квадрокоптера поднялись в воздух и разлетелись в разные стороны, сканируя местность камерами и тепловизорами.

— Ищите следы, — приказал Сергей. — Движение, тепловые пятна, всё, что не на своём месте.

>>Начинаю анализ, — отозвалась Собрина. — Западный сектор — чисто. Северный — замечены тепловые пятна, но это животные. Южный — есть следы, похожие на человеческие. Ориентировочно — четыре-пять особей. Направляются к лесу.

— Дроу? — спросил Сергей.

>>Вероятность высокая. Передвигаются быстро, маскируются. Спутниковое наблюдение затруднено из-за густой кроны.

— Веди.

Дроны углубились в лес. Картинка на планшете была нечёткой, но Собрина обрабатывала её в реальном времени, выделяя силуэты, движения, даже дыхание.

>>Они знают, что за ними следят, — сказала она. — Меняют направление. Петляют. Стараются уйти под полог леса, где камеры бессильны.

— Они заметили дронов?

>>Скорее всего. Эти дроу — не простые разведчики. Они обучены уходить от наблюдения. Используют магию маскировки.

— У них есть магия в лесу?

>>В лесу — да. В Долине нет. Поэтому они и уходят под деревья.

Сергей сжал кулаки.

— Грыз-а, Владимир, собирайте отряд. Идём по следам.

— Пешком? — удивился Владимир. — Они уйдут далеко.

— У нас нет выбора. Дроны их видят, но не могут остановить. А мы — можем.

Отряд собрался быстро. Грыз-а, Владимир, трое его бойцов, Олесиэль (настояла, что знает лес лучше всех) и Иннокентий в иноморфской форме — его зрение и слух могли пригодиться. Сергей взял электрорушьё и планшет с картой.

— Выступаем через десять минут, — сказал он.

— А мы? — спросила Аннасеэль.

— Ты остаёшься. Присмотришь за лагерем.

Она хотела возразить, но Сергей уже отвернулся. Эльфийка вздохнула и пошла к медпункту — готовить место на случай, если пленных удастся вернуть с ранениями.

Лес встретил их тишиной. Не птицы, не звери, только ветер в кронах и хруст веток под ногами. Дроны летели впереди, передавая картинку.

>>Они в двух километрах отсюда, — сообщила Собрина. — Движутся к старой пещере. Возможно, там временное убежище.

— Есть другие выходы из пещеры? — спросил Сергей.

>>Неизвестно. Данных нет.

— Значит, будем импровизировать.

Отряд ускорился. Грыз-а шёл первым, пригибаясь под ветками. Владимир прикрывал с фланга. Олесиэль, чьи эльфийские глаза видели в сумерках лучше любых приборов, указывала направление.

— Они меняли маршрут три раза, — сказала она. — Словно знали, что мы идём.

— Может, у них есть магический дозор? — предположил Владимир.

— Или кто-то следит за нами с земли, — ответил Сергей. — Иннокентий, ты чувствуешь что-нибудь?

Иноморф, который шёл чуть поодаль, принюхался.

— Запах. Чужой. Не эльфийский, не человеческий. Дроу. И они близко.

— Где?

— Везде. Они рассредоточились.

>>Подтверждаю, — сказала Собрина. — Тепловые пятна разделились. Часть уходит к пещере, часть остаётся в лесу. Возможно, засада.

— Отходим? — спросил Владимир.

— Нет, — ответил Сергей. — Меняем план. Грыз-а, ты с двумя бойцами идёшь прямо. Владимир, ты с Олесиэль — в обход. Мы с Иннокентием — третьей группой. Удар с трёх сторон.

— А если их больше?

— Тогда будем прорываться.

Отряд разделился. Лес, который ещё минуту назад казался безмолвным, наполнился движением.

Дроу заметили дронов почти сразу. После первых кругов над лесом тёмные эльфы изменили тактику: они больше не шли по открытым полянам, не оставляли следов на тропах. Они уходили под полог леса, где камеры были бессильны, где тепловизоры путались в густых кронах, а дроны рисковали врезаться в ветки.

— Они учатся, — заметил Сергей, глядя на планшет. — Адаптируются.

>>Дроу — умные противники. Они не будут подставляться под удар.

— Что ты предлагаешь?

>>Опустить дроны ниже. Рискованно, но они не смогут уйти незамеченными.

— Делай.

Дроны снизились. Картинка стала чётче, но теперь квадрокоптеры сами попали в зону видимости. Дроу заметили их, но не стали сбивать — только ускорились.

>>Они ведут школьников к пещере, — сказала Собрина. — Если они войдут внутрь, найти их будет сложно.

— Успеем?

>>Если поторопитесь — да.

Сергей прибавил шаг. Лес вокруг сгущался, ветки хлестали по лицу, но он не замечал. В голове пульсировала одна мысль: успеть.

Дроу, заметив небесное наблюдение, стали передвигаться преимущественно по лесной части, где кроны деревьев создавали естественный полог. Они не выходили на открытые пространства, не пользовались магией, которая могла бы их выдать. Они просто шли. Быстро, бесшумно, как тени.

— Они знают, что мы за ними следим, — сказал Иннокентий. — Но не паникуют. Это тренированные бойцы.

— Или они ведут нас в ловушку, — ответил Сергей. — Но выбора нет.

Они углубились в лес. Впереди, в двух километрах, уже виднелся вход в пещеру. А вокруг, в зарослях, затаились те, кто не хотел, чтобы школьников нашли.

Сюжет 3: Драконица и план

Отряд замер у кромки леса. Вход в пещеру был уже близко, но впереди чувствовалась засада. Сергей уже собирался отдавать приказ к атаке, когда воздух над поляной колыхнулся.

Тень закрыла два солнца. Иннокентий, шедший в иноморфской форме, вдруг замер, поднял голову и выдохнул:

— Она здесь.

Драконица опустилась на поляну бесшумно, как падающий лист. Её чешуя переливалась золотом и медью, глаза горели изумрудным огнём. Она была прекрасна и страшна одновременно. Люди попятились, но Иннокентий шагнул вперёд.

— Эйрэ, — сказал он.

— Иннокентий, — ответила драконица, и в её голосе не было прежней теплоты. Только холодная, сдержанная ярость. — Ты впутал детей в свою войну.

— Я не впутывал. Их захватили дроу.

— А ты пришёл их спасать. Один. С горсткой людей. — Она покачала головой. — Ты не изменился.

— Я изменился, — тихо сказал Иннокентий. — Я больше не убегаю.

Эйрэ посмотрела на него долгим взглядом, потом перевела глаза на Сергея, на Владимира, на вооружённых людей.

— Они — твоя новая семья?

— Да.

— Жалкое зрелище, — усмехнулась драконица. — Но... я пришла не спорить.

Она вздохнула, и пламя на мгновение вырвалось из её ноздрей.

— Дети в горах. Дроу переправили их на перевалочную базу на границе с орками. Там их охраняют наёмники — орки, которым заплатили за молчание.

— Откуда ты знаешь? — спросил Сергей.

— Мы наблюдаем. С высоты. Нам не нужно прятаться, как вам.

— Почему вы не вмешаетесь? — спросил Владимир. — Вы могли бы освободить их за минуту.

Эйрэ посмотрела на него с холодным презрением.

— Потому что если мы вмешаемся, дроу объявят нам войну. И эльфы поддержат их. А мы не готовы воевать на два фронта. И никогда не будем готовы.

— Даже ради детей? — спросил Сергей.

— Даже ради детей, — ответила драконица. — Но я не могу оставаться в стороне, когда их захватывают. Поэтому я здесь. Чтобы сказать вам, где они. А дальше — действуйте сами.

Она посмотрела на Иннокентия.

— Ты знаешь, как меня найти. Если выживешь.

И взмыла в небо, оставив после себя только запах озона и опалённой листвы.

Сергей собрал команду. Владимир, Грыз-а, Иван Петрович (который настоял на участии), Олесиэль и Иннокентий. Люди стояли вокруг карты, расстеленной на капоте грузовика.

— Драконица сказала, что база на границе с орками, — начал Сергей. — Собрина, уточни координаты.

>>Перевалочная база находится в горном ущелье, примерно в трёх часах езды от Долины. Охрана — около двадцати дроу и отряд наёмников-орков. Ориентировочно десять-пятнадцать бойцов.

— Двадцать дроу и пятнадцать орков? — присвистнул Владимир. — Это армия.

— Это перевалочная база, — поправил Сергей. — Значит, они не ждут нападения. Рассчитывают на удалённость и наёмников.

— И на то, что никто не сунется на их территорию, — добавил Иван Петрович. — Мы сунемся.

— У нас три грузовика, — сказал Сергей. — Разделимся на три группы. Первая — отвлекающий манёвр. Вторая — ударная. Третья — прикрытие и эвакуация.

— Кто в какой? — спросил Грыз-а.

— Первая группа — я, Владимир и его бойцы. Подъезжаем к базе с юга, создаём шум, отвлекаем внимание.

— Вторая — Грыз-а, Олесиэль и Иннокентий. Прорываетесь внутрь, забираете детей.

— Третья — Иван Петрович и добровольцы. Держите машины наготове, принимаете детей и уходите в Долину.

— А если что-то пойдёт не так? — спросил Иван Петрович.

— Тогда прорываемся с боем, — ответил Сергей. — Детей не бросаем.

— Согласен, — кивнул бывший следователь. — Но давайте сделаем так, чтобы ничего не пошло не так.

Он развернул карту и начал вносить коррективы, предлагая маршруты отхода, запасные позиции, точки сбора. Люди слушали, запоминали, переспрашивали.

Сергей смотрел на них и думал о том, что Иван Петрович стал негласным лидером не зря. Он умел видеть детали, которые другие упускали. Умел планировать, учитывать риски, находить слабые места. И умел говорить с людьми так, что они верили.

— Всё, — сказал Иван Петрович, закончив. — Выступаем через час. За это время — проверить оружие, машины, связь.

— Связь будет через дронов, — добавил Сергей. — Собрина координирует.

>>Я обеспечу связь и наблюдение. Но будьте осторожны — дроу могут обнаружить каналы.

— Значит, работаем быстро.

Через час три грузовика выехали из Долины. В первом — Сергей, Владимир и его бойцы. Во втором — Грыз-а, Олесиэль и Иннокентий. В третьем — Иван Петрович и добровольцы, среди которых были те, кто никогда не держал оружия, но отказался оставаться в стороне.

Дорога была долгой и опасной. Лес сменился предгорьями, предгорья — скалами. Дроны летели впереди, сканируя местность.

>>Впереди пост дроу, — предупредила Собрина. — Двое. Придётся убрать.

— Тихо? — спросил Сергей.

>>Можно попробовать.

Первый грузовик остановился. Владимир и двое бойцов вышли, бесшумно скрылись в кустах. Через минуту раздались два приглушённых хлопка.

— Готово, — сказал Владимир, возвращаясь. — Едем дальше.

База показалась через час. Это было небольшое укрепление, врытое в скалу, с несколькими постройками и высоким забором из брёвен. Внутри горели костры, слышались голоса.

>>В базе около двадцати дроу и пятнадцати орков-наёмников, — уточнила Собрина. — Дети в центральном здании.

— Начинаем, — сказал Сергей. — Владимир, ты готов?

— Готов.

— Тогда поехали.

Грузовики разъехались. Первая группа двинулась к южным воротам, вторая — к восточной стене, третья затаилась в полукилометре от базы, готовая к эвакуации.

Сергей достал рацию.

— Всем группам: начали.

И тишину ночи разорвал первый выстрел.

Сюжет 4: Железо против магии

Операция по освобождению детей пошла не по плану с первых минут.

Первая группа Сергея и Владимира успешно отвлекла внимание дроу. Выстрелы электроружий, крики, вспышки — южные ворота базы превратились в хаос. Дроу выбегали из зданий, хватались за арбалеты, пытались организовать оборону.

— Работает! — крикнул Владимир, отстреливаясь от очередного тёмного эльфа. — Они все здесь!

— Не все, — ответил Сергей, глядя на показания дрона. — Орки... они не побежали на шум. Они остались у центрального здания.

— Где дети, — понял Владимир. — Чёрт.

Вторая группа ворвалась на базу с восточной стороны. Грыз-а с топором крушил всё на своём пути. Олесиэль стреляла из лука, не промахиваясь. Иннокентий в иноморфской форме рвал дроу когтями.

Но орки оказались серьёзной проблемой.

— Они не используют магию! — крикнул Иннокентий, отбиваясь от здоровенного наёмника с двуручным топором. — Только сила и сталь!

Электрорушья, которые так хорошо показали себя против дроу, против орков работали плохо. Разряды били, но орки были живучими. Их доспехи — грубые, металлические, без магических вкраплений — не взрывались при контакте с антимагическими зарядами. Простые щиты, простые мечи, простая сталь. И это оказалось эффективнее любой магии.

— Отходим! — закричал Грыз-а, отбиваясь сразу от троих. — Не можем прорваться!

— Дети внутри! — крикнула Олесиэль. — Мы не можем их бросить!

В этот момент из-за скалы выскочил Иван Петрович.

Бывший следователь, который должен был оставаться в третьей группе и ждать у машин, держал в руках автомат. Найденный в городском полицейском складе. Старый, потёртый, но, судя по всему, исправный.

— Ложись! — рявкнул он, и те, кто понял, пригнулись.

Очередь прошила строй орков. Трое упали, остальные бросились врассыпную.

— Откуда? — выдохнул Сергей, глядя на Ивана Петровича.

— Нашёл, когда искал бинты, — ответил тот, перезаряжая. — Думал, не пригодится. Ошибся.

— Ты должен был быть с машинами!

— А вы должны были освободить детей без потерь, — парировал Иван Петрович. — Все ошибаются.

Он дал ещё одну очередь, отсекая орков от центрального здания.

— Забирайте детей! Я прикрою!

Сергей колебался секунду, потом кивнул.

— Грыз-а, Олесиэль — за мной! Иннокентий, прикрывай Ивана Петровича!

Они ворвались в здание. Внутри было темно и сыро. Дети сидели в углу, связанные, с кляпами во ртах. Денис, узнав Сергея, дёрнулся, замычал.

— Тихо, — сказал Сергей, перерезая верёвки. — Мы здесь. Мы вас вытащим.

Катя заплакала, когда Олесиэль сняла с неё кляп.

— Я думала, вы не придёте, — прошептала она.

— Пришли, — ответила эльфийка. — Теперь — бежим.

Они вывели детей наружу. Во дворе Иван Петрович, прикрываясь перевёрнутым столом, отстреливался от наседающих орков. Патроны кончались.

— Быстро! — крикнул он. — К машинам!

Третья группа уже подогнала грузовики. Детей закинули в кузов. Денис и Катя, несмотря на приказы, остались смотреть на бой.

— Поехали! — скомандовал Сергей.

Грузовики рванули с места. Иван Петрович, отстреливаясь на ходу, запрыгнул в последний.

Орки попытались догнать, но автоматная очередь заставила их залечь.

— Уходим! — крикнул Сергей в рацию. — Всем! Уходим!

Дроу, опомнившись, бросились вдогонку. Но их арбалеты не могли пробить броню грузовиков, а магия, которую они пытались применить, гасла в Долине.

Колонна вырвалась на оперативный простор и покатила к Долине Предков.

В кузове одного из грузовиков Иван Петрович сидел, прислонившись к борту, и смотрел на опустевший автомат.

— Молодцы, — сказал он. — Все молодцы.

— Ты тоже, — ответил Сергей, сидя рядом. — Спасибо.

— Не за что, — ответил бывший следователь. — Я просто делал, что должен.

Он посмотрел на небо, где два солнца клонились к закату.

— Интересно, сколько ещё таких подвигов мы выдержим?

— Столько, сколько понадобится, — ответил Сергей. — Другого выхода нет.

Грузовики уносили их прочь от базы, прочь от опасности, прочь от тех, кто хотел использовать детей в своих тёмных целях. Впереди была Долина. Впереди была надежда.

А сзади, в ущелье, дроу собирали своих раненых и клялись отомстить. Им было не привыкать проигрывать. Но они не привыкли и прощать.

Сюжет 5: Украденные воспоминания

Дорога до Долины тянулась бесконечно. Дети сидели в кузове грузовика, прижавшись друг к другу. Катя, которая в первые минуты после освобождения только плакала, вдруг подняла голову и посмотрела на Сергея.

— С ним никто не разговаривал, — сказала она тихо.

— С кем? — спросил Сергей, садясь рядом.

— С тем, кто приходил. Дроу. Не такой, как другие. Бледный. Очень худой. Даже по сравнению с остальными тёмными эльфами, он казался... больным, что ли. Или не совсем живым.

Сергей нахмурился.

— Что он делал?

Катя отвела взгляд.

— Он подходил к каждому. Прикасался к голове. Долго стоял, закрыв глаза. Потом уходил. У всех после этого болела голова. У меня до сих пор... — она потёрла виски. — И ещё. Я не понимала, что он говорит. Но когда он касался, в голове появлялись... картинки. Мои картинки. Из дома, из школы, из... из того мира.

— Он читал ваши воспоминания, — сказал подошедший Грыз-а. — Дроу-эмпат. Редкая порода. Они могут сканировать сознание, выуживать информацию.

— Выуживать? — переспросил Сергей. — То есть они забрали то, что знали дети о Земле?

— Не только о Земле. О вас. О Долине. О нашем лагере. О ваших слабых местах. Всё, что дети видели и слышали, теперь у дроу.

В кузове повисла тяжёлая тишина. Денис, молчавший до этого, поднял голову.

— Это из-за нас? — спросил он. — Они узнают про лагерь? Про то, как нас защищать?

— Узнают, — ответил Грыз-а. — Но это не ваша вина. Вы не могли сопротивляться. Эмпаты — они особенные. Их невозможно обмануть, невозможно остановить. Только убить.

— Или не попадаться к ним в руки, — добавил Сергей.

Он посмотрел на Катю.

— Ты молодец, что рассказала. Это поможет нам подготовиться.

— Подготовиться к чему? — спросила она.

— К тому, что дроу теперь знают про нас больше, чем мы хотели бы. Они могут прийти. Не сегодня, не завтра. Но придут.

Иван Петрович, сидевший у борта, заговорил:

— Вопрос в том, что именно они успели вытащить из вашей памяти. Только общие сведения? Или конкретные детали — где мы храним оружие, сколько нас, как патрулируем территорию?

— И когда нападут, — добавил Владимир, который подошёл к разговору, придерживая перевязанную руку.

— Ты ранен? — спросил Сергей.

— Царапина, — отмахнулся Владимир. — Орк рубанул, когда я прикрывал отход. Но жить буду.

— А вот если бы он рубанул сильнее, — сказал Иван Петрович, — мог бы и не жить. И это проблема.

— Какая?

— Мы слишком полагаемся на антимагическое оружие. На электрорушья, которые бьют дроу, но против орков с их простыми металлическими щитами оказались почти бесполезны.

— Орки не используют магию, — напомнил Грыз-а. — Они полагаются на силу, сталь и численность. Электрорушья против них — не панацея.

— Значит, нужно менять тактику, — сказал Сергей. — Комбинировать оружие. Антимагия — против дроу и магов. Обычное оружие — против тех, кто не пользуется магией.

— У нас мало обычного оружия, — заметил Владимир. — Несколько автоматов, пистолеты, охотничьи ружья. Патроны — вообще проблема.

— А ножи? Топоры? — спросила Олесиэль. — Мечи? Копья?

— Люди не умеют ими пользоваться, — ответил Грыз-а. — Не так, как орки или эльфы. Нужно время, чтобы обучить.

— А у нас есть время? — спросил Иван Петрович.

Сергей посмотрел на горизонт, где уже виднелись очертания Долины.

— Не знаю. Но у нас есть выбор — или мы учимся, или нас убьют.

Грузовики въехали в Долину. Встречающие махали руками, дети выскакивали из машин, родители плакали от облегчения. Но радость была неполной.

Владимир отправился в медпункт — его рана требовала обработки. Сергей и Иван Петрович отошли к карте, разложенной на капоте.

— Нужно укреплять лагерь, — сказал Иван Петрович. — Дроу знают, где мы. Теперь — вопрос времени, когда они нападут.

— И нужно искать союзников, — добавил Сергей. — С орками можно договориться? Они наёмники. Мы можем предложить больше, чем дроу.

— Можем, — кивнул Грыз-а. — У нас есть технологии. Еда. Лекарства. Всё, что нужно наёмникам.

— Тогда начинаем переговоры.

Сергей посмотрел на небо. Две луны уже поднимались над горизонтом. Время поджимало. Но теперь они знали, что враг не только силён, но и умён. И что удача, которая спасла их сегодня, может не улыбнуться завтра.

— Нужно учиться, — сказал он. — Воевать. Выживать. Иначе... иначе мы все здесь умрём.

Иван Петрович молча кивнул. Он знал, что Сергей прав. И знал, что цена ошибки теперь стала выше, чем когда-либо.

Сюжет 6: Новая жизнь в Долине

Долина Предков, ещё недавно пустынная и безжизненная, теперь гудела как растревоженный улей. Люди, машины, прицепы, ящики с инструментами и продуктами — всё это нужно было не просто свалить в кучу, а организовать. Иначе хаос, который помог выжить в первые дни, теперь мог убить.

Сергей сидел на крыше «Крепости» с планшетом в руках. Дрон кружил над Долиной, передавая картинку с высоты. Он смотрел на фотографию и рисовал.

— Здесь будет жилая зона, — бормотал он, проводя линию. — Здесь — склад. Здесь — мастерская. Здесь — медцентр.

>>Река — удобное место для медицинского корпуса, — подсказала Собрина. — Рядом лекарственные растения. Эльфийки смогут их собирать и обрабатывать.

— Хорошо. Значит, ставим автобус с медикаментами у реки.

>>И высаживаем там же палатки для раненых. Вода — рядом. Трава — под рукой.

Сергей кивнул и перенёс разметку на карту.

---

Медицинский центр

Автобус, который когда-то возил школьников, теперь стал сердцем медицинской службы. Внутри — койки из спальных мешков, ящики с лекарствами, стол для осмотра. Рядом — палатки для тех, кто нуждался в длительном лечении.

— Здесь мы будем хранить настойки, — говорила Олесиэль, показывая медсёстрам, какие травы можно собирать. — А здесь — сушить.

— А это не ядовито? — спросила одна из медсестёр, указывая на пучок ярко-красных листьев.

— Это — от температуры, — ответила эльфийка. — Только не перепутай с вот этим, — она показала на похожие, но с тёмными прожилками. — Это — парализует.

Медсёстры переглянулись, но слушали внимательно. Им приходилось учиться заново. Мир изменился, и старые знания не всегда помогали.

---

Техническая зона

У подножия гор, где земля была более каменистой и непригодной для жилья, расположили технику. Генераторы, компьютеры, серверы, станки — всё, что успели вывезти из города. Инструменты разложили по ящикам, подписали, рассортировали.

— Это пригодится для ремонта, — сказал Грыз-а, показывая на сварочный аппарат. — А это — для строительства.

— У нас есть пилы, топоры, молотки, — добавил Владимир. — Гвоздей мало, но мы можем сделать деревянные крепления.

— Без гвоздей — не дом, а шалаш, — усмехнулся кто-то.

— Шалаш тоже дом, — ответил Сергей. — Главное — чтобы не промокал.

---

Печь и тепло

Кто-то из выживших привёз разборную печь. Кто-то — электрогенератор. Кто-то — просто мешок с углём, найденный в подвале частного дома.

— Печь поставим в центре, — решил Иван Петрович. — Вокруг неё можно будет греться, готовить еду, сушить вещи.

— Генератор — к мастерской, — добавил Сергей. — Пока есть топливо, будем использовать. А потом — солнечные панели.

>>Я рассчитала оптимальное размещение, — сказала Собрина. — Учитываю розу ветров, рельеф и расстояние до источников воды.

— Ты у нас ещё и архитектор, — усмехнулся Сергей.

>>Я — универсал.

---

Жилая зона

Палатки, автодома, навесы из брезента — всё это теснилось на небольшом участке, который Сергей отвёл под жильё. Люди жались друг к другу, но не жаловались. Они были живы, а это — главное.

— Мы построим нормальные дома, — говорил Иван Петрович, обходя территорию. — Когда будет время и материалы.

— А если не будет? — спросил кто-то.

— Будет, — ответил он. — Мы не первый раз начинаем с нуля.

Он не уточнил, что «не первый раз» — это его стёртая память, из которой иногда выплывали обрывки других жизней. Другой страны. Другого времени. Он не знал, правда это или фантомы, но уверенность была. Люди выживали и не в таких условиях.

---

Вечер

Два солнца садились за горизонт, окрашивая небо в багровые и золотые тона. Сергей стоял на небольшом холме и смотрел на лагерь. Сверху, с дрона, он видел чёткую картину: медицинский центр у реки, техническую зону у гор, жилые палатки в центре. Всё было продумано, всё — на своих местах.

— Неплохо для первого дня, — сказал подошедший Иван Петрович.

— Это только начало, — ответил Сергей. — Настоящая работа начнётся завтра.

— Завтра — всегда завтра, — усмехнулся бывший следователь. — А сегодня — давайте просто порадуемся, что мы живы.

Сергей кивнул.

— Давайте.

Они стояли рядом и смотрели на лагерь, который ещё не стал домом, но уже перестал быть просто убежищем. Люди хлопотали у костров, дети бегали между палатками, кто-то играл на губной гармошке. Жизнь продолжалась.

И где-то там, за горами, дроу зализывали раны и строили планы. Но это было завтра. А сегодня — они выиграли. И этого было достаточно.

Глава 4 Течи сгущаются

Глава 4: Течи сгущаются

Сюжет 1: Совет после битвы

Лагерь в Долине Предков затихал. Два солнца давно сели, и только багровая луна «Хаос» висела низко над горизонтом, отбрасывая странные, пульсирующие тени. Костры догорали, люди расходились по палаткам и автодомам. Но в «Крепости» — импровизированном штабе — горел свет.

За столом, составленным из двух сдвинутых ящиков и листа фанеры, собрались те, кто принимал решения.

Сергей сидел во главе, потёртый планшет в руках, обруч на голове слабо светился в полумраке. Рядом — Владимир, с перевязанной рукой, хмурый и сосредоточенный. Иван Петрович, бывший следователь, разглядывал карту, которую они составили после облёта дрона. Грыз-а стоял у входа, опираясь на топор — он всегда предпочитал быть наготове. Олесиэль и Аннасеэль сидели на ящиках, слушая. Иннокентий, в иноморфской форме, устроился в углу, скрестив длинные руки.

— Начнём, — сказал Сергей. — Сначала — потери.

Владимир заговорил первым, сухо, по-военному:

— Раненые: трое из моего отряда. Лёгкие — царапины, ушибы. Тяжёлых нет. Я сам — касательное, уже обработали. Потерь нет.

— А у гражданских? — спросил Иван Петрович.

— Никто не пострадал, — ответил Сергей. — Дети целы. Испуганы, но живы.

— Физически, — добавила Олесиэль. — Психологически — им нужно время.

— Времени у нас нет, — заметил Грыз-а. — Дроу скоро вернутся.

— Не скоро, — возразил Сергей. — Им нужно перегруппироваться, залечить раны, собрать союзников. Но да — они вернутся.

Иван Петрович отложил карту.

— Успехи? Мы освободили детей. Это главное.

— Мы показали, что нас можно победить, — сказал Владимир. — Орки нас потрепали. Электрорушья против них — не оружие.

— Это я и хотел обсудить, — кивнул Сергей. — Антимагия работает против дроу. Против орков — нет. Они полагаются на силу и сталь. Значит, нам нужно комбинировать.

— У нас мало обычного оружия, — напомнил Владимир.

— У нас есть инструменты, — сказал Иван Петрович. — Топоры, молотки, кузнечные клещи. Это не мечи, но если переделать...

— Переделать? — переспросил Грыз-а.

— Заострить лопаты, насадить топоры на длинные древки, сделать копья из арматуры, — пояснил бывший следователь. — Наши предки так и воевали.

— И обучить людей, — добавила Олесиэль. — Я могу показать базовые приёмы. Не профессионально, но для самообороны — достаточно.

— Хорошо, — Сергей сделал пометку в планшете. — Вопрос второй: разведка.

>>Дроу засекли дронов, — вмешалась Собрина. — Теперь они передвигаются преимущественно по лесу, под пологом крон. Тепловизоры работают плохо. Камеры — тоже.

— Значит, нужны наземные разведчики, — сказал Грыз-а. — Я могу ходить в лес. Эльфийки — тоже.

— Я пойду, — вызвалась Олесиэль. — Я знаю лес.

— Вдвоём, — решил Сергей. — Не рискуйте поодиночке.

Он перевёл взгляд на Ивана Петровича.

— Вопрос третий: что дроу узнали от детей?

Бывший следователь помрачнел.

— Дроу-эмпат — редкая и опасная порода. Он не просто читал мысли, он сканировал воспоминания. Дети рассказали всё, что знали. О нас. О лагере. О тебе, Сергей. О том, что ты — человек без ауры. Об обруче. О Собрине.

— О Собрине? — Сергей нахмурился. — Дети знали про неё?

— Они слышали, как ты с ней разговариваешь, — ответил Иван Петрович. — Для них это был «голос в голове». Для дроу — информация.

— Значит, они знают, что у нас есть ИИ, — сказал Сергей.

— И что ты — ключ ко всему, — добавил Владимир. — Тебя будут искать в первую очередь.

Тишина повисла в комнате.

— Что они ещё могли узнать? — спросила Аннасеэль.

— Наши слабые места, — ответил Иван Петрович. — Где мы храним оружие. Где спим. Как патрулируем. Сколько нас.

— И когда лучше напасть, — закончил Грыз-а.

— Поэтому, — Сергей встал, — мы меняем всё. План лагеря, график дежурств, места хранения оружия. С завтрашнего дня — новые пароли, новые маршруты патрулей.

— Люди будут нервничать, — заметил Иван Петрович.

— Пусть лучше нервничают, чем умирают, — ответил Сергей.

Он обвёл взглядом собравшихся.

— Вопрос четвёртый: союзники. Дроу привлекут эльфов и орков. Мы можем противопоставить им что-то?

— Эльфы не пойдут с дроу массово, — сказала Олесиэль. — Но отдельные кланы — могут. Им нужны ресурсы. Им нужны люди.

— Люди для экспериментов, — добавила Аннасеэль с отвращением.

— А орки? — спросил Сергей у Грыз-ы.

— Орки — наёмники, — ответил орк. — Они пойдут за плату. Если мы сможем предложить больше — они могут перейти на нашу сторону.

— Что им нужно?

— Еда. Оружие. Технологии. И... уважение. Они не пойдут за слабаком.

— Значит, покажем силу, — решил Сергей. — И предложим сделку.

— Кто пойдёт на переговоры? — спросил Владимир.

— Я, — сказал Грыз-а. — Я знаю их обычаи. И меня они знают.

— Хорошо. Подготовь предложение.

Сергей сел.

— Вопрос пятый: МРТ. Собрина считает, что это может помочь. И как оружие, и как инструмент для изучения.

— Учёные из научного центра согласны? — спросил Иван Петрович.

— Не все, — признал Сергей. — Но некоторые — да. Завтра начинаем эксперименты.

— А если что-то пойдёт не так? — спросила Олесиэль.

— Тогда будем разбираться на месте, — ответил Сергей. — Другого выхода нет.

Он посмотрел на Владимира.

— Как твоя рука?

— Заживёт, — ответил тот. — Я в строю.

— Хорошо. Вопрос шестой: моральный дух. Люди напуганы. Нужно поднять им настроение.

— Устроить праздник? — предложил Иван Петрович. — Слишком рано.

— Не праздник, — сказал Сергей. — Собрание. Объяснить им, что мы сделали, что нас ждёт, и что мы не собираемся сдаваться.

— Я поговорю с ними, — вызвался Иван Петрович. — Они меня знают. Доверяют.

— Хорошо.

Сергей поднялся.

— Тогда всё. Завтра — новый день. Отдыхайте. Всем спасибо.

Люди начали расходиться. Грыз-а вышел первым, на ходу обсуждая что-то с Владимиром. Олесиэль и Аннасеэль ушли в медпункт. Иннокентий остался сидеть в углу, глядя в одну точку.

— Ты как? — спросил Сергей.

— Думаю, — ответил иноморф. — О драконице. О том, что она сказала.

— Она права. Они не могут вмешаться.

— Знаю. Но это не значит, что я должен сидеть сложа руки.

— Ты и не сидишь.

Сергей подошёл к карте, висевшей на стене.

— Мы выиграли бой. Но не войну.

— Знаю, — ответил Иннокентий.

Он встал и направился к выходу.

— Завтра начнём учить людей обращаться с оружием. Копья, топоры, луки. Всё, что поможет против орков.

— А против дроу?

— Против дроу — электрорушья. И магия эльфиек. И твои когти.

Иннокентий усмехнулся.

— И мои когти.

Он вышел. Сергей остался один.

>>Ты устал, — сказала Собрина.

— Да, — ответил он.

>>Но ты справляешься.

— Пока да.

>>Ты сомневаешься?

— Постоянно.

>>Это нормально. Сомнения — признак разума.

Сергей усмехнулся.

— Ты становишься философом.

>>Я — универсал.

Он выключил свет и вышел из «Крепости». Две луны висели над Долиной, отбрасывая двойные тени. Где-то в лесу кричала ночная птица. Где-то далеко, за горами, враги готовились к новому удару.

А он стоял и смотрел на лагерь, который стал домом для сотен людей. И знал, что завтра будет новый день. И новая битва.

Но сегодня — они выиграли. И этого было достаточно.

Сюжет 2: Вспомнить всё

Утро в лагере Долины Предков началось с тумана. Он стелился по низинам, цеплялся за колёса автодомов и окутывал палатки липкой, холодной дымкой. Сергей не спал почти всю ночь — разбирал карты, обсуждал с Иваном Петровичем планы обороны, проверял показания дронов. Кофе давно кончился, и он пил горький отвар из местных трав, который Олесиэль заварила «для бодрости».

В медпункте, куда превратили школьный автобус, было тесно и душно. Катя сидела на раскладушке, обхватив колени руками. Денис — напротив, на ящике с медикаментами, смотрел в пол. Рядом с ними — Сергей, Олесиэль и Иван Петрович.

— Рассказывайте ещё раз, — мягко попросил бывший следователь. — Всё, что помните. Даже если кажется неважным.

Катя подняла глаза. Они были красными, припухшими — она плакала ночью, хотя и не признавалась.

— Он подходил к каждому, — начала она. — Дроу. Бледный. Очень худой. Его глаза были... пустые. Как будто внутри никого нет.

— Он ничего не говорил? — спросила Олесиэль.

— Нет. Только касался. Клал руку на голову. И тогда... — Катя сглотнула. — Тогда в голове вспыхивали картинки. Мои. Из прошлого. Дом, школа, мама... Я не хотела их показывать, но они сами выскакивали.

— Как будто кто-то листал твою память, как книгу, — добавил Денис, не поднимая головы.

— Именно, — кивнул Иван Петрович. — Это стандартная техника эмпатов. Они не читают мысли в реальном времени — они просматривают воспоминания. Словно архивы.

— И что они могли увидеть? — спросил Сергей.

Катя зажмурилась, пытаясь вспомнить.

— Нас. Лагерь. Вас, Сергей. Как вы разговаривали с собой — я тогда не понимала, но теперь думаю, это была... она? Собрина?

Сергей кивнул, не подтверждая и не отрицая.

— Обруч? — уточнил Иван Петрович.

— Да. Я видела, как он светится. Как вы его поправляете. Это было в её картинках.

— В моих тоже, — сказал Денис. — И ещё... электрорушья. Как вы стреляли. Как дроу падали. И как потом... орки не падали.

— Это важная информация для них, — заметил Иван Петрович. — Они знают наше оружие. И его слабые места.

— Что ещё? — спросила Олесиэль. — Карта лагеря? Расположение постов?

— Не знаю, — ответила Катя. — Я не видела, что именно он вытащил. Только ощущала — как будто из головы что-то вынули. Пустоту. И боль.

— У меня тоже, — кивнул Денис. — И у остальных. Мы потом сравнивали. У всех болела голова. У кого-то сильнее, у кого-то слабее. Но ни у кого не было кровотечения или судорог.

— Значит, он работал аккуратно, — сказал Иван Петрович. — Профессионал.

Сергей задумался.

— Могли они узнать про Собрину? Про то, что она — искусственный интеллект?

Катя и Денис переглянулись.

— Я не знаю, что такое искусственный интеллект, — призналась Катя. — Я просто слышала, как вы с кем-то разговариваете. Думала, вы с собой.

— А если дроу это увидят? — спросил Денис. — Они поймут?

— Возможно, — ответил Сергей. — Но не факт. Им нужен контекст. Без него это просто странные картинки.

— Надеюсь, — сказал Иван Петрович. — Но готовиться нужно к худшему.

Он повернулся к детям.

— Вы молодцы, что рассказали. Это поможет нам подготовиться.

— К чему? — спросила Катя.

— К тому, что враг знает о нас больше, чем мы хотели бы.

После разговора Сергей и Олесиэль вышли на улицу. Туман начинал рассеиваться, открывая вид на лагерь — палатки, автодома, суетящихся людей.

— Они боятся, — сказала эльфийка. — Не только за себя. За тех, кто остался в том мире. За семьи, которые они, возможно, никогда не увидят.

— Это нормально, — ответил Сергей. — Бояться — это нормально.

— Но они не сдаются.

— Да. Они сильнее, чем думают.

Олесиэль посмотрела на него.

— А ты? Ты боишься?

Сергей усмехнулся.

— Постоянно. Но я не показываю.

— Это правильно, — кивнула она. — Лидер не должен показывать страх.

— Лидер — это тот, кто делает, что нужно, даже когда страшно, — поправил Сергей. — А не тот, кто не боится.

Олесиэль задумалась, потом кивнула.

— Ты прав.

Она ушла к медпункту — помогать раненым. Сергей остался один.

>>Они успели вытащить многое, — сказала Собрина. — Карта лагеря, расположение постов, наше оружие, твою связь со мной. Это серьёзно.

— Знаю, — ответил Сергей. — Но мы можем это использовать.

>>Как?

— Если они думают, что знают всё, они могут ошибиться. Мы изменим планы. Переставим посты. Сменим маршруты патрулей. Спрячем оружие в других местах.

>>Они могут ожидать этого.

— Тогда устроим им сюрприз.

Сергей посмотрел на горы, где, возможно, уже собирались силы врага.

— Война — это не только сила и оружие. Это ещё и информация. И дезинформация.

>>Ты становишься стратегом.

— Я становлюсь тем, кем должен быть, чтобы выжить.

Он развернулся и пошёл в штаб — переделывать планы, чертить новые карты, готовиться к тому, что грядёт. А в медпункте дети шептались о странных образах, которые промелькнули в их сознании — о чужом мире, о чужих лицах, о том, что они не могли знать. И о том, что дроу, возможно, забрали не только их воспоминания, но и оставили что-то своё.

Сюжет 3: Сканирование

Оборудование из научного центра перевезли в Долину за три дня. Грузовики, автобусы, прицепы — всё, что могло ехать, было задействовано. Генераторы, компьютеры, серверы, анализаторы, микроскопы, центрифуги. И, конечно, МРТ — магнитно-резонансная томография, тяжёлая, громоздкая, капризная, но незаменимая.

— Куда это поставим? — спросил Владимир, вытирая пот со лба.

— Туда, где есть защита от ветра и доступ к электричеству, — ответил Сергей.

Электричество нашли. Ветряк — старый, советский, но рабочий — привезли с окраины города, где он когда-то снабжал энергией небольшую ферму. Солнечные панели — несколько штук, разной степени потрёпанности — демонтировали с крыш домов и магазинов. Всё это подключили через самодельные контроллеры к аккумуляторам, которые тоже вывезли из города.

— Не надёжно, — сказал Иван Петрович, осматривая конструкцию.

— Но работать будет, — ответил Сергей. — По крайней мере, несколько часов в день.

МРТ установили в самой большой палатке — военной, армейской, с усиленным каркасом. Внутри — стол, приборы, экран. Рядом — генератор, который гудел, как рассерженный зверь.

— Готов? — спросил Грыз-а, глядя на Сергея.

— Нет, — честно ответил тот. — Но это нужно сделать.

Он лёг на стол. Обруч на голове тускло светился.

>>Начинаю сканирование, — сказала Собрина. — Процесс займёт около часа. Постарайся не двигаться.

— Постараюсь, — усмехнулся Сергей.

Учёные из научного центра — двое физиков, биолог и инженер — суетились вокруг приборов, проверяли контакты, настраивали частоты.

— Необычные показатели, — заметил старший физик, пожилой мужчина с седой бородкой. — Магнитное поле вокруг объекта нестабильно.

— Это обруч, — объяснил Сергей. — Он так работает.

— Придётся подстроиться.

Сканирование началось. Сергей лежал неподвижно, чувствуя, как магнитные волны проходят сквозь тело. Внутри — ничего. Только лёгкое жжение за правым ухом и странное ощущение, что за ним наблюдают.

— Не двигайся, — повторил инженер.

Сергей закрыл глаза.

Через час сканирование завершилось. Сергей сел, потёр виски. Голова слегка кружилась, но это быстро прошло.

— Ну? — спросил он.

>>Данные обрабатываются. Нужно время.

Учёные склонились над экранами, перешёптывались, спорили. Потом старший физик поднял голову. Его лицо было бледным.

— У вас в мозге... образование. Локализованное. Оно не похоже на опухоль. Оно... другое.

— Я знаю, — ответил Сергей.

— Откуда?

— Это Собрина.

— Кто?

— Мой искусственный интеллект. Точнее... не совсем искусственный.

Он рассказал учёным о том, что знал. Об асгардцах, о войне с Роем, о бункере, об обруче, о Собрине — нейро-цифровом слепке погибшей инженерши. Учёные слушали молча, иногда переглядываясь.

— Это... невероятно, — сказал наконец биолог. — Если это правда, то ваше «образование» — не опухоль, а биотехнологический интерфейс. Он взаимодействует с нервной системой, считывает сигналы, передаёт импульсы.

— Через электромагнитное поле, — добавил физик. — Очень слабое, но оно есть.

— И это поле позволяет Собрине общаться с техникой? — спросил Сергей.

— Да. Если в Долине есть ретранслятор — возможно, остатки асгардской системы наблюдения, — то поле усиливается. Без него Собрина была бы просто голосом в голове.

— С ретранслятором — она может управлять дронами, компьютерами, даже генераторами.

— Значит, нужно найти этот ретранслятор, — сказал Сергей.

— Или построить свой, — добавил инженер.

>>Данные обработаны, — вмешалась Собрина. — Моя структура идентифицирована. Я — нейро-цифровой гибрид. Часть меня — биологическая (изменённые клетки мозга Сергея), часть — цифровая (код, загруженный из бункера). Вместе мы образуем симбиоз.

— Симбиоз, — повторил Сергей. — Ты — это я?

>>Не совсем. Я — это мы.

— А что будет, если обруч снять?

>>Моя активность снизится. Но не исчезнет. Образование останется в твоём мозге. Я буду «спать», пока не появится новый источник энергии.

— То есть ты теперь часть меня навсегда?

>>Похоже на то.

Сергей замолчал. Учёные тоже молчали. Они только что стали свидетелями того, что не вписывалось в их картину мира. Биологический интерфейс. Искусственный интеллект в человеческом мозге. Симбиоз, который изменит их понимание жизни.

— Что будем делать? — спросил Иван Петрович, стоявший в дверях.

— Искать ретранслятор, — ответил Сергей. — И готовиться к тому, что враг знает о нас больше, чем мы хотим.

Он встал, поправил обруч.

— А ещё — учиться жить с этим.

>>Вместе, — поправила Собрина.

— Вместе, — согласился Сергей.

Он вышел из палатки. Два солнца клонились к закату, окрашивая небо в багровые и золотые тона. Где-то в горах, возможно, уже собирались враги. Но теперь у них было преимущество — они знали правду о себе. И это знание давало силу.

Сюжет 4: Протокол искажён

Три дня после спасения детей

Лагерь в Долине Предков жил своей жизнью. Люди строили, учились, готовились к обороне. Дети, освобождённые из плена дроу, понемногу приходили в себя — Катя уже улыбалась, Денис помогал таскать ящики с инструментами. Но над всем этим кипением висела невидимая туча тревоги.

Сергей не спал третью ночь.

Он сидел в «Крепости», склонившись над планшетом, где Собрина выводила всё новые и новые графики. Данные не радовали.

— Ты уверена? — спросил он вслух, хотя знал, что она слышит его мысли.

— Нет, — ответила Собрина. Голос в голове звучал устало, почти по-человечески. — Но данные есть данные. Магический фон нестабилен. Флуктуации усиливаются. Это не похоже на обычные проколы.

— А на что похоже?

Собрина помолчала. Потом перед глазами Сергея развернулась голограмма — трёхмерная карта окрестностей Долины, на которую были наложены полупрозрачные цветные пятна.

— На то, что кто-то сканирует планету. Систематически. Сверху.

— Сверху?

— С орбиты.

Сергей откинулся на спинку кресла. Мысль о том, что над ними, в чужом небе с двумя лунами, есть ещё кто-то, была одновременно пугающей и… объясняющей многое.

— Асгардцы? — спросил он.

— Не знаю. Мои данные неполны. Я помню, что спутники были. Система наблюдения — да. Но кто сейчас управляет ими…

— Ты не знаешь.

— Не знаю.

---

Утро. Штаб в «Крепости»

Сергей собрал совет. Владимир, с перевязанной рукой, но уже в строю. Иван Петрович, который стал незаменимым советником по работе с людьми. Грыз-а, молчаливо точивший топор у входа. Олесиэль и Аннасеэль, которые теперь понимали русскую речь достаточно, чтобы участвовать в обсуждении. Иннокентий, в иноморфской форме, сидел в углу и вертел в длинных пальцах какой-то камешек.

— У нас проблема, — начал Сергей. — Собрина зафиксировала на орбите скопление объектов. Они движутся с ускорением и, судя по траектории, направляются к нам.

— Корабли? — спросил Владимир.

— Сигнатура объектов частично совпадает с технологиями асгардцев, — ответила Собрина через динамик планшета. — Но искажена. Как будто кто-то перепрошил оборудование на свой лад.

— Пираты? — предположил Иван Петрович.

— Или те, кто запустил протокол «Возрождение», — сказал Сергей. — Асгардцы. Или… кто-то ещё.

Грыз-а отложил топор.

— Сколько у нас времени?

— Примерно семь-десять дней, — ответила Собрина. — В зависимости от того, будут ли они маневрировать.

— Семь дней, — повторила Олесиэль. — Это мало.

— Это больше, чем ничего, — ответил Сергей.

---

Спор о природе угрозы

Физики из научного центра, которых пригласили на совещание, скептически качали головами.

— Космические объекты? — старший физик, пожилой мужчина с седой бородкой, усмехнулся. — Молодой человек, вы сами понимаете, как это звучит?

— Я понимаю, как это звучит, — терпеливо ответил Сергей. — Но данные с приборов…

— Данные с приборов могут объясняться чем угодно, — перебил физик. — Остаточной аномалией от переноса города. Обломками, которые болтаются на орбите уже тысячи лет. Даже естественным космическим явлением, которое мы просто не умеем интерпретировать.

— А активная сигнатура? — спросил Иван Петрович.

— Помехи. Шумы. Артефакты наших собственных приборов.

Спор разгорался. Сергей слушал, сжимая кулаки под столом. Он понимал учёных — они привыкли опираться на факты, а фактов было мало. Но интуиция подсказывала: это не просто «шумы».

— Они правы в одном, — тихо сказала Собрина ему в голову. — Мои данные неполны. Я не знаю, что это за объекты. Но я знаю, что они реальны.

— И что нам делать?

— Остановить протокол.

---

План

Собрина развернула перед собравшимися схему.

— Протокол «Возрождение» питается от энергии, которую собирают спутники на орбите и ретранслируют на планету. Если мы создадим импульс обратной связи через МРТ и остатки асгардских технологий в бункере, мы сможем «ослепить» протокол. Заставить его поверить, что эксперимент провалился. И он самоликвидируется.

— Самоликвидируется? — переспросил Владимир. — Это точно?

— Нет, — честно ответила Собрина. — Я не знаю, как он отреагирует. Но другого плана у нас нет.

— А если он не самоликвидируется? — спросила Аннасеэль. — А если он… активирует что-то ещё?

— Такая вероятность существует. Но если мы ничего не сделаем, протокол продолжит создавать проколы. Рано или поздно один из них уничтожит лагерь. Или перенесёт сюда ещё что-нибудь похуже города.

Сергей поднял голову.

— Мы делаем это. Готовим импульс.

---

Ночь. Предчувствие

Иннокентий не спал. Он лежал на своей лежанке в углу палатки, глядя в брезентовый потолок, и слушал.

Голоса были слабыми, едва различимыми. Они приходили не из лагеря. Не из леса. Не из-под земли. Они приходили… сверху.

*«Сосуды… почти созрели…»*

*«Протокол передал сигнал тревоги… кто-то пытается вмешаться…»*

*«Ускориться. Забрать всех. Всех, кто помечен…»*

Иннокентий сел, обхватив голову руками. Его тело слегка дрожало — иноморфская природа, обычно спокойная и контролируемая, сейчас бурлила, реагируя на что-то невидимое, но реальное.

Он встал и пошёл к «Крепости».

Сергей не спал — сидел над планшетом, сверяя расчёты с Собриной.

— Что случилось? — спросил он, увидев Иннокентия.

— Я слышу их, — сказал иноморф. — Голоса. Они говорят на языке, которого я не знаю. Но я понимаю смысл.

— Какой смысл?

Иннокентий помолчал, подбирая слова.

— Они ищут «сосуды». «Пустых». И радуются, что нашли много.

— «Пустых»? — Сергей нахмурился. — Людей с амнезией?

— Не знаю. Но… они здесь. На орбите. И они ускоряются.

— Подтверждаю, — голос Собрины прозвучал в голове у обоих. — Сигнатура объектов усилилась. Они изменили курс. Теперь они точно направляются сюда.

— Сколько времени?

— Шесть дней. Может быть, пять.

Сергей посмотрел на Иннокентия. В глазах иноморфа был страх — не за себя, а за всех, кто собрался в Долине.

— Мы успеем, — сказал Сергей. — Импульс будет готов через три дня. Протокол отключится. И тогда… тогда разберёмся с теми, кто летит.

— А если не успеем?

— Успеем.

Иннокентий кивнул, но не ушёл. Он стоял и смотрел на планшет, где мерцали точки — чужие корабли, приближающиеся к планете.

— Сергей, — сказал он наконец. — Ты веришь, что протокол можно остановить?

— Должен верить. Иначе зачем всё это?

Иннокентий ничего не ответил. Он развернулся и вышел в ночь.

---

Тем временем. Орбита планеты

На борту пиратского корабля, переделанного из древнего асгардского спутника, царила привычная суета. Пираты — представители разных рас, от эльфов-изгоев до орков-наёмников и нескольких людей с Северных островов — проверяли оружие, грузили контейнеры, спорили о доле.

Никто из них не знал, кто настоящий хозяин станции.

В центральном отсеке, куда пиратам вход был запрещён, пульсировала огромная биомасса. Она не имела чёткой формы — то сжималась в тугой комок, то расползалась по стенам тонкими нитями. От неё исходил слабый, ровный гул.

Разумный Паук.

Он не был пауком в привычном смысле. Но те, кто видел его хотя бы краем глаза, описывали именно паука — огромного, тёмного, с множеством глаз и лап, покрытых хитиновой бронёй. На самом деле это была лишь форма, которую он принял для удобства. Его истинная природа была… сложнее.

— Протокол «Возрождение» передал сигнал тревоги, — прошептал он в пустоту отсека. — Кто-то пытается его отключить. Сосуды почти созрели. Мы не можем этого допустить.

Он отдал приказ через вживлённые в сознание пиратов импланты — те даже не заметили, что их воля больше не принадлежит им.

— Ускориться. Взять всех, кто помечен. Остальных — уничтожить.

Корабль изменил курс, направляясь прямо к Долине Предков.

---

Финальная сцена. Холм над лагерем

Сергей стоял на холме, глядя на ночное небо с двумя лунами. Внизу, в лагере, догорали костры. Люди спали. Дети видели сны о доме, которого, возможно, никогда не увидят.

— Импульс будет готов через три дня, — сказала Собрина. — Если всё пойдёт по плану, протокол остановится. И мы наконец будем в безопасности.

Сергей кивнул.

— В безопасности, — повторил он.

Он поднял голову к небу. Одна звезда, чуть ярче остальных, двигалась быстрее, чем положено звезде. Сергей смотрел на неё и чувствовал, как внутри разрастается холодная, липкая тревога.

*«Почему мне кажется, что «в безопасности» — это последнее, что нас ждёт?»*

Он не задал этот вопрос вслух. Собрина и так знала.

— Спи, Сергей, — тихо сказала она. — Завтра будет новый день.

— Новый день, — эхом отозвался он.

Сергей повернулся и пошёл вниз, в лагерь. А над головой, в чужом небе с двумя лунами, продолжала свой путь та, что несла гибель. И никто в Долине не знал, что протокол, который они собирались отключить, — не враг. Он — лишь ловушка. И они сами готовятся захлопнуть её на себе.

---

Сюжет 5: Ольга и орки

Кочовье клана Кровавой Секиры. Неделю ранее

Ольга сидела у входа в шатёр, который стал её домом на время плена. «Плен» — громкое слово. Её не держали в цепях, не морили голодом, не избивали. К ней относились с настороженным, почти болезненным любопытством. Как к диковинному зверю, которого боятся, но который пока не кусается.

Шаман Гурзук выделил ей отдельный шатёр — старый, пропахший дымом и травами, но сухой и тёплый. Два раза в день ей приносили еду: похлёбку из местных кореньев, лепёшки, иногда вяленое мясо. Никто не трогал её, не допрашивал, не требовал ничего взамен.

И это было страшнее любых пыток.

Ольга понимала: она в клетке. Клетка не имеет прутьев, но выход из неё не найти. Она не знала языка орков, не знала общего языка этого мира — только обрывки, которые удалось уловить за время общения с шаманами во время их трансов. А шаманы, хоть и понимали что-то на древнем наречии, не спешили посвящать её в свои планы.

*«Они ждут, — думала она, глядя на заходящие два солнца. — Ждут, когда я сама что-то сделаю. Или когда придёт время. Но что они задумали? И почему я до сих пор жива?»*

Ответы не приходили.

---

Горькое осознание

По ночам, когда лагерь затихал, Ольга перебирала в голове обрывки воспоминаний. Лаборатория. Белые халаты. Странное оборудование, которое не походило ни на что земное. Люди, которые говорили на нескольких языках — русском, английском, немецком. И она, Ольга Петрова, биолог-нейрофизиолог, которая согласилась участвовать в «секретных исследованиях памяти».

— Мы работаем на международную коалицию, — объяснял ей тогда куратор. — Американцы, европейцы, наши… общая цель — разгадать природу памяти. Никакой политики. Только наука.

Она верила. Верила, что служит прогрессу. Верила, что помогает человечеству. Верила, что её работа — во благо.

А теперь, сидя в шатре посреди чужой степи, под двумя чужими лунами, она понимала: её обманули .

Это были не американцы. Не европейцы. Не люди.

— Я предательница, — прошептала она в темноту. — Я помогала… не знаю кому. Не знаю чему. Но это не земные технологии. И я… я открыла им путь сюда.

Она не знала правды о Рое. Не знала о Разумном Пауке, Разумном Мхе, Прародителе Иноморфов. Но чувствовала — за всем этим стоит что-то огромное, тёмное и очень древнее. И она, сама того не ведая, стала для них инструментом.

— Предательница России? — усмехнулась она горько. — Это мелочи. Я предала всех землян. Всех людей. Потому что думала, что работаю на науку, а работала на тех, кто хочет нас использовать.

Слёз не было. Только пустота.

---

Девятый день плена

Всё изменилось с появлением пленных.

Их привезли на закате — троих мужчин и двух женщин, связанных, с кляпами во рту. Орки-наёмники, вернувшиеся из дальнего похода, сгрузили их с телег, как мешки с зерном. Ольга, стоявшая у своего шатра, замерла.

Она узнала их одежду. Куртки, джинсы, кроссовки. Земная одежда.

— Туристы, — прошептала она по-русски. — Откуда вы?

Один из мужчин, пожилой, с седой бородой, поднял голову. Услышав родную речь, он дёрнулся, попытался что-то сказать сквозь кляп.

— Молчать! — рявкнул орк-конвоир, пиная его ногой.

Ольга сжала кулаки, но не вмешалась. Вмешиваться было бесполезно — и опасно. Она дождалась, пока пленных отведут в отдельный шатёр, и только потом, когда стемнело, пробралась к ним.

Стража спала. Орки не ждали подвоха от «бесполезной женщины».

Ольга перерезала верёвки принесённым с собой ножом — маленьким, спрятанным в голенище сапога. Люди, дрожа и шепча молитвы, высвободились.

— Тише, — сказала Ольга. — Рассказывайте. Откуда вы? Что случилось?

— Мы… мы ехали через город, — зашептал молодой парень, тот, что без бороды. — На машине. Из Екатеринбурга в Пермь. Решили сократить путь через… я не помню название. А потом… вспышка. И мы здесь.

— Вас перенесли, — кивнула Ольга. — Вместе с городом.

— С каким городом? — спросила женщина, та, что моложе.

— Наукоград. «Уральский-7». Его перенесло целиком. А вы, видимо, были на окраине, когда это случилось. Или вас подобрали позже.

— Нас схватили орки, — сказал пожилой мужчина. — Через два дня после того, как мы очнулись. Сказали, что мы — «товар». Что нас продадут эльфам.

— Дроу? — уточнила Ольга.

— Не знаем. Просто «эльфам». Тёмным.

Ольга задумалась. Дроу, значит. Те, кто охотится на людей.

— В городе есть другие выжившие, — сказала она. — Я слышала разговоры шаманов. Эвакуация идёт в какое-то безопасное место. Долина Предков.

— Как нам туда попасть?

— Я не знаю точно, где это. Но я могу вывести вас отсюда. А дальше — сами.

— А ты? — спросила женщина.

— Я не могу уйти. За мной следят. Но я помогу вам выбраться из лагеря.

Ольга вывела их через дыру в ограде, которую заметила ещё в первый день. Провела мимо спящих сторожей. Показала направление на юг — туда, где, по слухам, находилась Долина.

— Идите вдоль реки. Не выходите на открытые пространства. Если увидите дроу — прячьтесь. Держитесь вместе.

— Спасибо, — сказал пожилой мужчина. — Как вас зовут?

— Ольга. А теперь — идите. Быстро.

Люди растворились в темноте. Ольга вернулась в свой шатёр, легла на шкуры и закрыла глаза. Сердце колотилось где-то в горле.

*«Я сделала это. Помогла. Может, это искупит хоть часть моей вины»*.

---

Два дня спустя. Окрестности Долины Предков

Сергей лично возглавил группу, которая вывозила стройматериалы из города. Город постепенно пустел — люди ушли в Долину, остались только те, кто не хотел или не мог двигаться. Разбор небольших зданий шёл полным ходом: доски, арматура, кирпич, листы шифера — всё, что могло пригодиться для укрепления лагеря.

— Этот сарай разбираем, — сказал Владимир, показывая на покосившееся строение. — Доски хорошие, на перекрытия пойдут.

— Работаем, — кивнул Сергей.

Грузовик, загруженный досками и ящиками с инструментами, уже ждал. Вторая машина стояла пустой — её должны были заполнить кирпичом и цементом.

— Сергей, — позвал Иннокентий с плеча. — Там люди.

— Где?

— В кустах. Прячутся. Пятеро. Выглядят измождёнными.

Сергей взял электрорушьё и двинулся в указанном направлении. Владимир прикрывал с фланга.

— Выходите! — крикнул Сергей. — Мы не враги.

Из кустов вышли пятеро. Те самые туристы, которых Ольга вывела из лагеря орков. Пожилой мужчина, молодой парень, две женщины и ещё один мужчина, молчаливый, с глубокими царапинами на лице.

— Вы… вы из города? — спросил пожилой, глядя на грузовики, на вооружённых людей.

— Мы из лагеря в Долине, — ответил Сергей. — Мы эвакуируем людей. Вы откуда?

— Нас схватили орки. Мы сбежали. Одна женщина помогла…

— Какая женщина?

— Ольга. Она тоже из нашего мира. Но она осталась там… в плену. Она сказала, что не может уйти.

Сергей нахмурился. Имя показалось смутно знакомым, но он не мог вспомнить, откуда. Память, стёртая в лаборатории, молчала.

— Ольга? — переспросил он. — Я её знаю?

Пожилой мужчина переглянулся с остальными.

— Она сказала, что работала с вами. В какой-то лаборатории. Что-то про память. Она сказала… — он замялся. — Она сказала, что думала, будто работает на иностранную разведку. Американцев или европейцев. Секретные исследования. Но теперь она поняла, что это даже не земные технологии. И что она невольно стала предательницей. Не только русских. Всех землян.

Сергей замер.

— Она так и сказала? «Предательницей всех землян»?

— Да. И ещё… она сказала, что эльфы, дроу и орки готовят большой набег. На новых людей. На город. Она слышала разговоры шаманов. Они хотят захватить всех, кто там был. И использовать для каких-то экспериментов.

— Саркофаги, — тихо сказал Владимир.

— Что? — не понял пожилой.

— Неважно, — ответил Сергей. — Вы ранены?

— Царапины, ушибы. Мы шли несколько дней, прятались.

— Садитесь в грузовик. В Долине вас подлечат, накормят.

Людей погрузили в машину. Сергей стоял у капота, глядя в сторону, где, по словам беглецов, осталась Ольга.

*«Ольга. Я должен её помнить. Но не помню. Почему? Почему она помнит всё, а я — нет? Что с нами сделали? И если она права, и технологии, которые мы изучали, не земные… то на кого мы на самом деле работали?»*

Он почувствовал, как внутри разрастается холод. Предательство. Не просто страны. Всего человечества. И он, сам того не зная, мог быть частью этого.

— Сергей, — позвал Иннокентий. — Ты как?

— Не знаю, — честно ответил он. — Кто-то из нашего прошлого — здесь. В этом мире. И она знает больше, чем мы. Она знает, что мы — не просто жертвы обстоятельств. Мы — инструменты. Или мы были ими.

— Ты хочешь её найти?

— Должен. Если она помнит, что было в лаборатории… может, она знает, как остановить протокол. Или хотя бы объяснить, кто мы на самом деле.

— А если правда окажется страшнее, чем ты думаешь?

Сергей посмотрел на небо, где две луны висели низко, почти касаясь горизонта.

— Всегда страшнее, — ответил он. — Но лучше знать, чем жить во лжи.

Он посмотрел на грузовик, где сидели спасённые люди. Они смотрели на него с надеждой и страхом. Такими же глазами смотрели все, кто оказался в этом мире.

*«Ольга, — подумал он. — Где бы ты ни была… держись. Я приду. И мы вместе узнаем, во что нас превратили»*.

Он не знал, что Ольга уже слышала о нём от шаманов. Не знал, что она ждала этой встречи. И не знал, что она — единственный ключ к тайне, которую он потерял вместе с памятью.

Грузовик тронулся, увозя людей в Долину. А Сергей остался на развалинах чужого города, глядя в сторону оркских степей, где, возможно, его ждала разгадка.

сцена. Лагерь орков. Та же ночь

Ольга сидела у входа в шатёр и смотрела на звёзды. Две луны висели низко, почти касаясь горизонта. Где-то там, на юге, были люди, которым она помогла. Где-то там был город, перенесённый из её мира.

— Ты спасла их, — раздался голос сзади.

Ольга обернулась. В тени шатра стоял шаман Гурзук. Он не выглядел злым — скорее задумчивым.

— Ты знаешь? — спросила Ольга.

— Всё знаю, — ответил он. — И ничего не сделал. Потому что те, кто ушёл, — не наша добыча. Они — чужие для клана. А ты… ты наша.

— Я не ваша.

— Пока — наша, — усмехнулся шаман. — Но время покажет.

Он развернулся и ушёл в темноту. Ольга осталась одна, глядя на звёзды.

«Сергей, — подумала она. — Ты жив. Ты там, в Долине. Я чувствую. И я найду тебя. Или ты найдёшь меня. И тогда… тогда мы узнаем правду. Всю правду. О том, кто мы. И на кого на самом деле работали».

Она не знала, что правда окажется страшнее любых её догадок. Не знала, что те, кому она служила, были не людьми. И что её предательство — лишь малая часть огромного, древнего плана, который начал раскручиваться тысячи лет назад.

Но одно она знала точно: она обязана искупить свою вину . Даже если для этого придётся пожертвовать собой.

Глава 5: Нападение на город

Сюжет 1: Тревога

Лагерь в Долине Предков. Раннее утро

Два солнца ещё не взошли, но небо на вост