Улётный Шиш.
Пролог
Словил дзен.
Единственное адекватное определение для состояния, в котором пребываю уже второй месяц. Абсолютное счастье, пушистое и безмятежное, словно облачко, на котором только что дремал единорог.
Шум прибоя ласкает слух. Ветер, пропитанный ароматами неведомых цветов с лёгким привкусом свободы, ласково шевелит волосы. В правой руке приятно холодит пальцы хрустальная кружка с местным IPA. Это пойло здесь варят гномы. Называется «Громовая Пятка», градус такой, что после второй кружки хочется либо свернуть горы, либо немедленно жениться на первой попавшейся эльфийке. После третьей и то, и другое одновременно. Хотя желательно в разных последовательностях.
Ладно, хватит лирики. А то расписался тут, как эльф на поэтическом вечере. Пора уже рассказать, как я, инженер с двадцатилетним стажем, умудрился променять гараж на райский пляж, а «Балтику-7» на гномье крафтовое пиво. История вышла та ещё.
***
Сначала немного обо мне, чтобы вы понимали, с кем имеете дело.
Я Саныч. Для узкого круга особо приближённых – просто Саня. Для особо пафосных личностей, что любят раскланиваться и целовать ручки дамам, так и быть, Александр Сергеевич. Хотя после второй кружки «Громовой Пятки» и на «Эй, налей!» отзываюсь без проблем.
Пятьдесят пять. Если смотреть в зеркало с утра, до кофе и без оптимизма, все пятьдесят пять, а то и больше, видны с лихвой. Седина в бороду, точнее, в аккуратную трёхдневную щетину, которую студенты считают стильной. Морщинки у глаз от многолетнего вглядывания в чертежи и мониторы. И привычная сутулость. Десятилетия за кульманом даром не проходят. А вот если сначала выпить кофе и только потом заглянуть в зеркало, отражение показывает мужика ещё крепкого, с живыми глазами, но с въевшейся под ногти графитовой смазкой, которую проблематично отмыть даже после двух месяцев в раю.
Роста среднего, чуть выше гнома, но чуть ниже эльфа. Это я теперь так меряю, а в прошлой жизни мерял сантиметрами и метрами, и был просто метр семьдесят два. Телосложение нормальное, бывший атлет, ныне просто добротный середняк с небольшим пивным животиком (привет от «Балтики-7» и гномьих экспериментальных сортов). В юности качался, думал, что девушки любят бицепсы. Но давно понял, что это полный трындёж. Девушки любят, когда можешь прокачать её ноутбук, машину и заодно жизнь. Бицепсы отошли на второй план, а руки стали рабочим инструментом. Сбитые костяшки, шрамы от фрез и мозоли на ладонях.
По жизни инженер. И этим всё сказано. Настоящий, советской закалки, только с поправкой на то, что Союз развалился, когда я заканчивал институт. Отучился на инженера по автоматизации технологических процессов. Если переводить с заумного на обычный, то я тот чувак, что настраивает железки, чтобы они делали нужные штуки без участия человека. Станки с ЧПУ для меня словно живые. Разговариваю с ними, чувствую. Бывало, приду в цех, подойду к фрезерному, поглажу по станине, шепну ласковое: «Поехали». И он выдаёт деталь с допуском в два микрона. Коллеги крутят у виска, но результат говорит сам за себя.
***
Но хватит про внешность. Давайте про суть. Про то, как обычный инженер, у которого руки из нужного места, докатился до жизни, что теперь якшаюсь с эльфами и пью пиво с гномами.
В девяностые пришлось выкручиваться. Кому нужны заводы, когда кругом бартер и крышевание? Но ничего, на время нашёл своё золотое дно. Чинил импортную технику, настраивал компьютеры, собирал сигнализации. А в душе всегда оставался инженером-производственником, мечтал вернуться к станкам. В нулевые, когда страна потихоньку начала отходить от шока, устроился на «почтовый ящик». Простым инженером, дорос до ведущего. Где и родился проект «Изделие 757-АС». Моя лебединая песня. И головная боль. Красивая, сложная, почти гениальная штукенция. Но начальство сказало: «Слишком сложно, слишком дорого, никому не нужно, лучше сделай отчёт по утилизации отходов». Так и закинул проект далеко в стол. На долгие годы.
С возрастом здоровье дало сбой. Не то чтобы развалился, но работать по двенадцать часов в сутки, не разгибая спины, больше не могу. Поясница, давление, вечная усталость. Врачи выдали стандартный вердикт: «Меньше нервов, больше свежего воздуха». А где его взять, свежий воздух, в цеху с промышленной вентиляцией?
Уволился с завода и устроился преподавателем в колледж. Веду курсы по автоматизации для молодёжи. Платят копейки, зато нагрузка щадящая, аудитория тёплая.
Уже находясь здесь, понял, что студенты они везде студенты. И в Реале, и здесь, в параллели, те же уши торчат, только здесь острые, эльфийские.
Когда с завода в колледж ушёл, жена не оценила. Сказала: «Ты с ума сошёл? Из оборонки в ПТУ?» Я пытался объяснить про душевный покой, но она женщина практичная. Собрала чемодан и на прощание бросила: «Делай что хочешь, а хочу жить нормально», и упорхнула к риэлтору. Говорят, он ей ипотеку одобрил. А я остался со станками, студентами и внезапно образовавшейся пустотой в холодильнике.
Детей двое, взрослые, живут своей жизнью. Звонят по праздникам, интересуются, не ударился ли я в религию и не завёл ли козу. Пока не ударился и не завёл, но, глядя на эльфов, начинаю задумываться.
***
А ещё писательство оказалось одним из крючков, заманивших меня в это место.
Писать начал случайно. Года три назад сломал ногу и долго валялся на больничном. Делать было не хрен, пересмотрел всю фантастику, перечитал всё, что смог найти. И мысля меня озарила: «Поди ж не дурень стоеросовый. Дай-ка сам попробую чего накалякать». Сел и сварганил рассказец. Друзьям отправил, те попросили продолжение. Так и пошло. Понял, что затягивает. В своих произведениях мог быть кем угодно. Хоть героем, хоть спасителем миров, хоть гениальным изобретателем. В реальности же всё было банально. Александр Сергеевич, который проверял курсовые и вечно ругал студентов за пропущенные пары и лишние запятые.
Писательство стало моим эскапизмом. Садился за стол, открывал ноутбук и улетал в миры, где работали мои инженерные решения и техника соседствовала с магией, а главный герой уставший мужик, который хотел, чтобы его все оставили в покое. Кто ж знал, что это пророчеством окажется.
Не забывал и про хобби. Дома, в гараже, стоял небольшой станочек с ЧПУ, собранный своими руками. Можно сказать, младший ребёнок, только послушный и денег не просил. Я брал заказы от знакомых. Выточить фигню, сделать гравировку, собрать что-то уникальное. Это было для души, хотя и барыши приносило. И главное, рукам напоминало, что они не только за клавиатуру цепляться умеют.
Так и жил последние годы. Колледж, писательство, гараж. Святой треугольник предпенсионера. По выходным пиво с друзьями.
В целом жизнь устраивала.
Но теперь сижу в другом мире, с кружкой гномьего пива, и жизнь устраивает уже совсем иначе.
***
Я даже подумать не мог, что инженерная гордость и писательские фантазии однажды сойдутся в одной точке. И точка эта окажется в параллельном мире, где эльфы катаются на лонгбордах, гномы варят пиво с градусом «снеси башку», а моё «Изделие 757-АС» рухнет с неба, чтобы навести шороху.
Но, знаете, не жалею. В пятьдесят пять поздно бояться. Поздно удивляться. И поздно отказываться от приключений.
Если бы год назад кто-то сказал, что в моей жизни будут замешаны серьёзные люди из конторы под названием «Заслон». Мой старый кореш Петруха окажется связным между параллельными мирами. А какая-то суровая тётка из оборонки будет лично прорываться через портал, чтобы спасти своего бывшего инженера… посоветовал бы этому человеку завязывать с выпивкой и обратиться к психотерапевту.
Но, как показывает практика, спиртное и психические заболевания здесь совершенно ни при чём.
* * *
Глава 1
Конкурсы
Всё началось с того, что я валялся на диване в своей холостяцкой берлоге и мне было хорошо.
За окном шумел спальный район, где даже ночью не стихают то перфоратор, то любвеобильные соседи. На журнальном столике чертежи перемешались с запчастями от дронов, запчасти с пустыми кружками из-под кофе. Идиллия большого города и холостяцкой жизни.
Кот Бассейн дрых на системном блоке, грея жопу о вентилятор. Когда-то он был Барсиком, но за любовь к воде и скверный характер переименован. Морда наглая, характер нордический и ни грамма совести. Если бы он был человеком, уже сидел бы в Думе или, как минимум, возглавлял ТСЖ.
В общем, нежусь я в этой идиллии, и тут телефон дзынь.
Сообщение от знакомого: «Саныч, глянь! Твой шанс прославиться! Компания „Заслон" конкурс проводит. И литературный, и инженерный. Приз хрен знает что, но звучит солидно».
Я полез смотреть.
«АО \"ЗАСЛОН\" – ПЛАТФОРМА ИНДУСТРИАЛЬНОГО РОСТА!
Конкурс от компании „Заслон"!
Хочешь совместить литературный талант и инженерную мысль?
Присылай свои проекты! Две номинации: „Литературная премия – Инженеры слова" и „Инженерный конкурс – Техническое решение". Победителей ждут призы и возможность реализации! Гранты на реализацию и сотрудничество с ведущими предприятиями ВПК! При поддержке Минпромторга РФ».
Я присвистнул. «Заслон» контора серьёзная. Я про них читал: авиация, флот, наземные комплексы, робототехника, связь. Всё по-взрослому, с господдержкой. Не какая-нибудь частная лавочка.
Посмотрел на кота. Бассейн на меня. В его глазах читалось: «Ну и чего ты ждёшь? Всю жизнь будешь студентам сопли вытирать?»
***
Есть два способа кардинально изменить жизнь. Первый – купить лотерейный билет. Второй – вляпаться в корпоративный конкурс. Как инженер с двадцатилетним стажем, я свято верил, что любой инженерный конкурс это способ сэкономить на зарплате сотрудников. Придумают грант, соберут идеи, а потом скажут: «Спасибо, мы всё сделаем сами». Твоими идеями. Бесплатно.
Но тут был не типичный случай.
Во-первых, литературный конкурс. А у меня как раз черновик валялся, «Оникс. Полный проект» назывался. Книга про бизнесмена, который спонсирует интересную инженерную разработку. Ничего особенного, проба пера в научной фантастике. Решил: дай-ка пошлю, заодно и себя попиарю.
А во-вторых… взгляд кота напомнил про старую папку, что пылилась в дальнем углу рабочего стола. «Изделие 757-АС». Больше десяти лет туда не заглядывал. Система нелетального подавления высокоточного оружия. Расчёты, чертежи, спецификации. Красивая, сложная, почти гениальная. Та, что начальство когда-то завернуло.
– Бассейн, – позвал я кота. – Как думаешь, рискнуть, напомнить про: «Дорого, сложно и никому не нужно»?
Кот открыл один глаз. Взгляд тяжёлый, как у прокурора, который уже вынес приговор, но решил дать последнее слово подсудимому. Зевнул, показал клыки и снова закрыл глаз.
Я интерпретировал это как «да». Бассейн у меня кот умный, плохого не посоветует.
На литературный конкурс я отправил черновик «Оникса» и забыл. Честно. Ну отправил и отправил, мало ли конкурсов по миру бродит. Откуда ж мне было знать, что эта фантастика окажется не такой уж фантастикой?
А с инженерного началась вся эта канитель. Накатал заявку на грант, приложил краткое описание 757-АС и отправил по мылу.
Через неделю пришёл ответ:
«Ваша заявка принята. Приглашаем на собеседование в головной офис АО "Заслон" для уточнения деталей. Явиться с проектом в бумажном виде и с документом, удостоверяющим личность».
Перечитал три раза. Потом ещё раз пару раз. Посмотрел на Бассейна.
Кот спал. Вентилятор гудел. В холодильнике по-прежнему было пусто.
А в груди заворочалось что-то странное. То ли азарт, то ли предчувствие, то ли старая инженерная гордость, которую я считал давно похороненной под курсовыми и отчётами.
– Ладно, – сказал я коту. – Схожу, посмотрю. В конце концов, хуже не будет.
Кот не ответил. Но я и не ждал.
***
Наивный человек, думал, что отделаюсь простой формальностью. Приеду, распишусь, расскажу про проект, получу бессмысленные, одобрительные кивки и поеду ждать с моря погоды.
Утром надраил ботинки, надел единственный приличный пиджак, подозрительно пахнущий нафталином, и поехал по указанному адресу.
Здание оказалось именно таким, каким и должно быть у серьёзной конторы. Стекло, бетон, высоченный забор с колючкой по периметру. КПП со шлагбаумом и будкой, где сидели серьёзные ребята с настоящими автоматами. Сразу вспомнились времена на «почтовом ящике», там тоже пропускная система будь здоров.
Долго и тщательно сканировали. Паспорт, пропуск, расписаться в трёх ведомостях, сдать телефон в ячейку. Наконец махнули, мол, проходи.
С порога в нос ударил тяжёлый, спёртый воздух. Офисная пыль мешалась с кофейной горечью, а поверх всего государственной важностью. По коридорам сновали люди в строгих костюмах, на груди таблички: «Ведущий конструктор», «Главный специалист», «Начальник отдела перспективных разработок». Никто не улыбался. Все сосредоточенно куда-то спешили, будто опаздывали на запуск ракеты.
Как и положено, направили в приёмную. Посадили на жёсткий диван, сунули в руки старые журналы «Техника молодёжи», ещё советские, для солидности, наверное, разложили. Я листал страницы с чертежами луноходов и думал: «Лет тридцать назад мы пацанами зачитывались, а теперь это как музейный экспонат».
В приёмной тихо. Часы на стене тикают, да где-то далеко гудит кондиционер.
Тишину приёмной разорвал звук распахнувшейся двери.
В комнату ввалился мой старый корефан Петруха, которого природа явно создавала для лаборатории, а не для приёмных. Растянутая худи с логотипом «Синтез», джинсы с пузырями на коленях, кеды со стоптанными задниками. Волосы дыбом, будто он только что провёл рукой по генератору Ван-де-Граафа и забыл разрядиться. Из-под мышки торчала распухшая от бумаг папка, некоторые схемы уже выбились наружу и жалобно трепетали. Мы с ним знакомы ещё с тех времён, когда я на оборонке работал. Он пришёл на «почтовый ящик» молодым специалистом, только с распределения. Я уже ведущим инженером был. Послали нас как-то на испытания в Капустин Яр, там и сдружились. Чудак ещё тот. Мог три дня не выходить из лаборатории, питаясь одними сухарями и идеями. За глаза его звали «Петруха-Синтез», потому что он вечно что-то синтезировал. То новую схему, то помехи, но чаще всего повод для выговора от начальства.