Королева Грозы
Часть 1
Привычное покалывание электричества в кончиках пальцев. Вокруг темно, но ночное зрение позволяет разглядеть руины ее старого замка, замка Тинтреч. Как давно она здесь не была…
Обостренное чутье подсказало ей, что она здесь не одна. Здесь ещё кто-то есть. Вот это существо. Ток в пальцах усилился до боли, для смертельного разряда. Ещё шаг, и это существо будет разорвано в клочья плазмой.
Но… Это человек. Он просто стоит, и не двигается. Поднимает руки. Одежда странная, черный костюм, сапоги, шляпа, плащ. На поясе металл… Это кинжалы. Руки в перчатках. Что то не то с лицом, никак не получается рассмотреть его.
Пальцы расслабляются. Он неопасен. И на его лице маска. Странная. Белая. Он указывает на свечу – "можно"? "Да", кивает она, "да, зажги". Тени пляшут по стенам.
Он медленно опускает руки. Она спрашивает его:
– Кто ты? Почему ты здесь?
Он показывает сначала на маску, затем на стол. На столе бумага, перо и чернила. Она кивает. Он подходит к столу и торопливо пишет:
Маска не позволяет мне говорить. Но я здесь, чтобы ждать вас и служить вам. Меня зовут Ви.
– Странно, – говорит она. – Кажется, я помню тебя.
Все так, миледи. Вы когда-то починили меня. С тех пор прошло немало времени, и все это время я ждал вас, надеясь, что вы вернётесь. И вот вы здесь, и я здесь. Что прикажете, миледи?
– Почему ты носишь маску?
Это размен, миледи. Моё лицо всегда в тени. Это плата за возможность быть здесь и служить вам. Я не могу говорить, но могу писать. У меня ничего больше нет, кроме вас.
***
Ви случайно роняет перчатку. Его рука в чудовищных шрамах. Такое впечатление, что эти раны не зашивали, а заклепывали скобами.
– Что с тобой случилось?
Вы очень спешили, миледи… Вам пришлось.
– О боги. Это сделала… Я???
Ви неохотно кивает.
– Вот это все… Я?
Кивок.
– Но… Почему? Я ничего не помню.
Это тоже часть сделки, миледи. Конечно же, я расскажу…
– Постой, но тебе же тяжело писать.
Я привык, не беспокойтесь обо мне. Ваш замок был в осаде, и практически весь ваш гарнизон вырезали, потому что был предатель и он открыл ворота.
А вы, миледи, остались совсем одна, вы только что получили свои способности и едва ли понимали, как с ними обращаться. И под рукой у вас оказался я.
– Но кто ты?
Вы иногда обращали на меня внимание. Я просто был вашим другом, вот и все, остальное вам расскажет ваша память, ведь вы здесь за этим?
– Я ещё не знаю, зачем я здесь.
Ваша сила могущественна, но вы заплатили чудовищную цену за нее, чтобы спасти свое королевство. Королевой Грозы быть непросто даже здесь, где ваш дом, пусть он сейчас и разрушен.
Вы нуждались в защите, и вам нужно было выиграть время. Кроме того, я уже умирал, утыканный арбалетными болтами. Поэтому я предложил себя.
– В смысле?
Вы способны создавать себе защитников, миледи. Правда, их это несколько… Ломает. Я был первым вашим опытом. Кроме того, времени просто не было и нужно было либо сдаваться врагу и тогда они отняли бы вас. Или выиграть время и бежать.
– И что же я сделала?
Меня.
Я убил, сколько смог. Задержал их. Потом меня подняли на пики и выбросили в ров. Но вам удалось спастись. В последний момент я видел, что вы разрушаете замок силой молний. Это было великолепно, миледи. Вы так сильны…
– А что же потом?
Потом я мало что помню. Выбрался из рва, шел дождь, да он всегда здесь идёт. Раны затягивались, я бродил вокруг. Потом я захотел есть…
***
Она проснулась. В теплой и сухой комнатке царил полумрак. По черепичной крыше шуршал дождь. Снился лес, обрывки детства, светлые, приятные…
Рядом с кроватью стоял стол, заваленный бумагами. Она встала, потянулась, и зажгла свечу. На столе царил беспорядок. Вчерашние записки Ви и другие его записи были перемешаны с какими то письмами, историческими документами. Она лениво полистала письма…
"…я в ужасе. Наша маленькая Лалла станет Королевой Грозы, да за что это ей…"
Так вот как ее зовут. Лалла. Красиво. Нежно звучит. Ей нравится.
Поскрипывание сапог подсказало Лалле, что появился Ви. Он слегка поклонился и жестом пригласил ее в соседнюю комнату. Там была небольшая печка, и стол с нехитрым завтраком: жареная рыбка и бокал вина. Под бокалом лежала записка:
Доброе утро, миледи. Прошу простить за скудность завтрака, в погребе осталось только вино, зато тут полно рыбы в реке. Я не могу обещать королевской трапезы, но думаю, к концу дня добуду что то ещё.
Лалла набросилась на рыбу, а Ви тем временем достал с огня добавочку. Подложил ей на тарелку. Покивал и шутливо похлопал в ладоши, королевский аппетит!
***
К вечеру Лалла заскучала. Впервые за много дней она была сыта, в тепле и относительном уюте. Дождь все шуршал за окном, немножко тянуло холодком из двери. Ви появился к обеду, и пару часов возился на импровизированной кухне, чтобы запечь ей карпа. Он повесил плащ на гвоздь в коридорчике, который вел в подземелья замка, и щеголял в относительно белом переднике и поварском колпаке, явно пытаясь ее развлечь.
Пожалуй, у него получается, подумала Лалла, уплетая печеную рыбку за обе щеки. Хорошо! Ещё отъемся тут с таким-то поваром…
От плотной еды и вина захотелось спать. Она задремала, вспоминая забытое ощущение безопасности и спокойствия. Проснулась уже к вечеру. Попыталась навести порядок в бумагах и сама удивилась – откуда это у нее? Почему она хочет, чтобы на столе исчез этот кавардак? Странно…
Стало темно, и света фонаря со свечой хватало только на стол. Читать не хотелось. Лалла потерла глаза. Ви куда-то подевался. Она немножко забеспокоилась и снова удивилась. Он же неизвестно сколько времени тут провел один, что с ним может случиться… Но все же она накинула куртку и зажмурилась.
Лалла очень не любила пользоваться своим ночным зрением. По сути, она видела нервные импульсы живых существ, и потом ужасно чесались глаза. Стоит ли тратить силы? Они так медленно восстанавливаются… Ладно, и так найду, решила Лалла, и открыла глаза. Взяла фонарь и осторожно пошла к каменной лестнице, которая вела в погреб, а оттуда в подземелья.
Погреб представлял собой квадратный зал с низким сводчатым потолком. Вдоль каменных стен стояли стеллажи с запыленными бутылками. Лалла подошла к наугад выбранному стеллажу и вытянула с полки особо пыльную бутылку. Протерла рукой. Апчхи! Уф… Ого, красное сухое, двадцать лет выдержки. А прихвачу-ка я его с собой…
Лалла пошла дальше, в проем в дальнем конце зала, откуда тянуло промозглой сыростью. С потолка капала вода. Снова лестница. И внизу какие-то отсветы, интересно, что это может быть?
Лестница была скользкой, поэтому Лалла спускалась очень осторожно. Прошла под низкой аркой, пригнув голову, и оказалась в галерее. И застыла в удивлении.
Это была подземная оранжерея. Конечно, многие растения уже погибли. Но ее внимание привлекли не светильники, которые давали тусклый свет для растений, не сам Ви, который с чем-то возился в дальнем конце оранжереи, нет… Её привлек запах лилии, ее любимый.
Ви обернулся и поклонился. Он был в кожаном фартуке, чтобы не испачкать костюм, а новенькие перчатки сменил на потёртые старые. Он показал жестом, будто пишет и развел руками.
Не могу писать, нечем.
Лалла спросила:
– Это же лилия, верно? Лилия-мартагон?
Ви кивнул. Пригласил жестом, вот она, извольте видеть.
Лилия была небольшой, и росла совсем одна, в полутьме, но её уголок был самым ухоженным. Ви встал поодаль, склонив голову. Он будто улыбался. Лалла закрыла глаза и уплыла, наслаждаясь ароматом…
Голова вдруг закружилась. Лалла пошатнулась и бутылка вина выскользнула из руки. Ви успел подхватить Лаллу, а вот бутылку – нет, и та разбилась. Девушка едва чувствовала, как её, словно пушинку, взяли на руки и отнесли наверх, где аккуратно уложили на кровать, и накрыли плащом. Она успела ещё подумать, почему так внезапно потеряла сознание… И провалилась в глубокий сон.
Ви ещё постоял рядом с кроватью. Поправил плащ, чтобы Лалле было теплее. Слегка кивнул, и тихо удалился на кухню. Нужно было подкинуть дров на ночь. Нужно было так много ей сказать…
***
Утро. Очень сонное и серое утро. Немного болела голова. Лалла с трудом проснулась. А на столе чай! И даже сахар, колотый, на блюдечке. Правда, стол был маленький и нужно было освобождать место. Для этого Ви пришлось сгрести в сторону бумаги. Лалле это не понравилось, она же раскладывала их так долго, но за чай, так и быть, можно и простить…
Минуточку… Это что за мысли? Да кто он тебе? Ты что, забыла, зачем ты здесь? Но тревога рассеялась вместе с глотком чая. А это что? Это он печенья испек? Лалла аж зажмурилась. Открыла глаза. Печенья на месте. Нет, не сон. Он что, и правда раньше работал тут поваром? Нужно будет расспросить… А где он умудрился достать чай? В этой-то глуши, где даже полынь не растет? Да неважно. Будем пить чай. Стоп. А он разве чаю не хочет?
Лалла заглянула на кухню. Нет никого. Печка теплая ещё. Может, он внизу? Вниз идти не хотелось, в комнате было уютно, и пахло печеньками, так по домашнему. Почему то стало грустно. Ведь она почти ничего не помнит, хорошо, что она здесь не одна, даже с ее способностями одной было очень и очень тяжело. Но ладно. Раз делать пока нечего, почитаем. И выпьем чаю. С печеньками. О, вот и записка, Ви случайно затолкал её под бумаги, когда передвигал их. Ему сложно, как он пишет вообще, с такими шрамами… У него вены будто изнутри разорвались, боже мой, как я могла? А что же с лицом, раз он маску носит? Я ничего не помню про тот день, совсем ничего…
***
Лалла пила чай и читала. Заботливый Ви раздобыл плед, старенький, но очень теплый. Лалла устроилась на кровати, закуталась в плед и пыталась разобраться в бумагах. Похоже, Ви просто собирал все, что попалось под руку. Многие листки обгорели, некоторые были в бурых пятнах. Никакой системы, и все же он что то искал.
Прошло несколько часов. За это время Лалла успела устать, проголодаться, и наткнуться на записки самого Ви о её способностях. Лучше бы она этого не знала.
Это не магия, магии не существует, это долгая цепочка направленных мутаций под воздействием растительных эликсиров. К тому же эликсиры разработаны специально для королевской семьи.
Судя по всему, часть этой технологии была и вовсе утеряна. Мутации дают возможность накапливать и проводить электрический заряд, и видеть нервные импульсы, а также оживлять только что убитых, и заставлять регенерировать раны. Способности очень болезненны для носителя, а уж для тех, кто подвергается такому "лечению" и вовсе невыносимы, но дают шансы выжить. В данном случае решение о создании Королевы Грозы было актом отчаяния, поскольку риски умереть для ее милости были огромны, а обучать ее было уже попросту некому.
Так вот значит как. Из нее сделали оружие. Может, одноразовое. Бесконтрольное. Не считаясь с тем, что она живая и она точно не просила такой жизни.
Объявился Ви. Опять в своей дурацкой шляпе и маске… Почему дурацкой? Потому что, и все тут. Лалла злилась. Пальцы неприятно покалывало. Ви вошёл в комнату, и тут же застыл. Медленно поднял руки и шагнул назад, что-то взял со стола. Шаровидный светильник, размером с апельсин, такой же, как и в оранжерее, только погасший. Медленно подошёл к ней и осторожно протянул, вложил в руку.
Лалла уставилась на шар. Мертвый, холодный кусок камня. Но пальцам вдруг стало легче, а шар засветился.
Да я же заряжаю его!
Ви посмотрел на бумаги, лежавшие на кровати. Покачал головой.
Прошло немного времени…
Шар стал теплее и, пожалуй, даже понравился Лалле. Что толку думать о прошлом? Она выжила, она здесь… И она проголодалась, а на кухне чем-то звякают. Пойду-ка посмотрю…
Интересно, а он красивый? В смысле, был красивым? Думала Лалла, наблюдая за Ви, как он аккуратно раскладывает столовые приборы на столе. У нее вдруг появилось ощущение, что он смотрит на нее, а руки делают все сами по себе.
Руки Ви дрогнули, и он уронил ложку на пол. Виновато развел руками, вот мол, видите, какой неловкий ваш помощник. Сжал и разжал кулак в перчатке, аж кожа заскрипела.
Лалла неожиданно для себя самой тихо произнесла:
– Дай мне посмотреть твою руку.
Ви уставился на нее. Хотел было шагнуть назад, но Лалла сама взяла его за руку. И сняла перчатку. Руки Ви задрожали.
Он не железный. Как же я его… Измочалила. Лалла погладила его изуродованные молниями пальцы. И спросила:
– Ты можешь не носить перчатки?
Ви долго смотрел на нее. Потом кивнул.
– Я тогда хочу тебя попросить. Давай поужинаем без перчаток?
Ви приложил руку к сердцу. И снял вторую перчатку.
Когда Лалла после ужина ушла гулять по двору замка, разглядывая разрушения, Ви долго смотрел на руку. Она не заметила… Шрамы стали чуточку меньше… Как такое возможно? И почему так сильно колотится сердце? Почему, когда она просто взяла его за руку, боль стала немного меньше?
Ви потом долго смотрел ей вслед. Счастье, что он может смотреть на нее, что тогда уцелели глаза. Арбалетными болтами ему навылет прострелили тело в дюжине мест и он рухнул на землю. Когда его начали терзать молнии, большая часть тока прошла через тело… Голове повезло. Да вообще ему невероятно повезло… Да, он потерял возможность говорить, но что с того, когда его королева выжила! Это мелочи.
А вот как насчёт нее? Она потеряла годы жизни тогда, в момент, когда её силы вырывали куски из каменных стен. Где она скиталась потом, что делала и почему вообще вернулась? Ви не знал, но надеялся все это выяснить…
И ещё он тревожился о том, что у них очень мало времени…
***
Ночью была гроза. И Лалле это не понравилось. Она обнаружила, что плохо спит в грозу. Болели виски, кожу жгло, будто ее завернули в крапиву. Девушка буквально ощущала бьющие с небес в землю молнии. Ей хотелось схватить молнии руками.
Чтобы отвлечься, она решила снова нырнуть в подземелья. И прямо в винном погребе наткнулась на Ви. Оказывается, в погребе была небольшая кладовка, которую Ви переделал под мастерскую.
Он вообще спит когда нибудь? Вот и я не сплю… Лалле стало любопытно и она решила в этот глухой час ночи пристать к хранителю руин замка с расспросами. Ви пришлось прервать работу по починке садовой лопатки и убрать инструменты с верстака, поскольку поверх него легла скатерть, а на ней устроилась бутылка вина (красного сухого, конечно же, но 60-летней выдержки). Лалла аж прицокнула, вот это да, а я то на 20-летнюю облизывалась… И две простые глиняные чашки.
– Ви, скажи, а ты вообще спишь?
Очень мало, миледи. Мне нужно совсем немного спать.
– И сны видишь?
Нет. Никогда.
– А перчатки ты забыл снять! – шутливо погрозила Лалла. – Я недовольна!
Ви хлопнул себя по лбу и от этого маска слетела с лица. Он тут же закрыл лицо руками и отвернулся, но Лалла успела увидеть, что шрамов на лице не было. Но она решила подождать с вопросами о маске, тем более, что Ви явно очень смутился, а настроение у Лаллы в эту ночь было неожиданно игривым. Она сама не ожидала такого, но сочла это влиянием грозы.
Наконец маска была прилажена на место, и стукнулись друг о друга глиняные бока чашек. Ви отсалютовал чашкой и поставил ее на стол, а Лалла с удовольствием выпила. Мм, божественно…
– Послушай, а я ни разу не видела, чтобы ты сам ел или пил.
О, не беспокойтесь. И пью, и ем, просто делаю это здесь. Привык.
– Ви. Надо отвыкать! Кушать надо со своей королевой.
Как пожелаете. Но, извольте видеть, не хватает посуды…
– Это неважно! – Лалла вдруг разозлилась. – Я из луж пила, по лесам шаталась, выживала! Может, людей убивала, а ты мне про вилочки с ложечками рассказываешь?
Ви молчал. Сидел, сложив руки на столе, и смотрел в пол.
– Прости. – Лалла коснулась его пальцев. – Я сама не своя сегодня.
Мужчина облегчённо вздохнул. Он же все принимает на свой счёт! Нужно быть с ним осторожнее.
В грозу вам лучше не нервничать, и разряжаться, если у вас хватает сил.
– Я прочла твои записки несколько раз… Добавь вина, будь любезен. Спасибо. Что ещё ты знаешь о моих силах?
Очень мало. Могу ещё добавить, что силы медленно восстанавливаются. И рискну предположить, что от своих странствий вы мало что помните.
– Да. Я даже не помню, как разворотила тут все… Очнулась где-то в лесу. Ночь была. Все болело и хотелось есть. Я куда то брела, а потом это была уже не я. Другая я. И та, другая, сумела догнать и убить косулю, а потом ела мясо, голыми руками выдирая его и поджаривая прямо на ладони!
Ви покачал головой. Добавил вина. Их милости пришлось несладко, ей нужно поговорить.
– И я помню очень мало, все урывками. Но однажды я вышла на какой-то хутор. И дети в ужасе убежали, а мужчины взяли вилы и попытались напасть…
Ви насторожился. Эти слухи были ему знакомы, но лучше ей не знать подробностей…
– Ну, а ты что же? Значит, сидел тут и ждал меня? Вот ты знал, да, что я вернусь? – почему-то Лалла завелась. – Или лилия на ухо нашептала?
Ваша милость, вам нельзя беспокоиться…
– Так. Я не помню, какой там у меня титул и сколько было подданных. Но прошу тебя, Ви. Давай на ты?
Хранитель руин склонил голову, побарабанил пальцами по столу и написал:
Как прикажешь… Лалла.
– Хорошо! Наконец-то вижу свое имя. Ты делаешь успехи!
Лалле захотелось поиграть с ним. Настроение сегодня менялось из крайности в крайность, но она решила сдерживаться и немного пошутить:
– Жалую тебе эту кладовку!
Премного благодарен! Всю жизнь мечтал о такой уютной каморке!
– Ну, а серьезно? Откуда чай? И что ты тут вообще делал все это время? Зачем остался?
Ви украдкой вздохнул. Ночь обещала быть длинной, ведь любопытство женщины не знает границ…
Я попробую объяснить по порядку.
Есть старый подземный ход. Он выводит в пещеру, которая находится в лесу неподалеку от одной деревушки. Там у меня есть надёжный человек, я ему жизнь спас. В условленном месте он оставляет мне припасы, а я ему деньги.
Много не получается унести, ход узкий, а мой человек не может достать много. Но, что можем, мы с ним делаем. Кроме того, так я узнаю, что происходит вокруг. Однако времени уходит полдня. Как раз вчера я был там.
А с чаем беда, конечно. Поставок очень мало.
***
Лалла устроилась на стуле поудобнее, и пока Ви писал, осмотрелась. Верстак, шкаф, стойка с инструментами. Книжная полка. Занавеска, а за ней узкая кровать. Так, да он тут живёт, оказывается. Молодец, удобно, за вином ходить не надо… Да что ты несёшь, он даже поесть при тебе стесняется! Лалла удивилась себе самой, и откуда же у нее такие странные мысли в голове.
Так, а что ещё? Смотри, а он чистюля, поддерживает порядок. Почему же тогда в бумагах устроил такой кавардак? Злился, поняла Лалла, он злился. Но почему? Что он ещё знает?
Она стала слегка раскачиваться на стуле и смотреть, как пишет Ви. У него было уютно, тепло, и в голове немножко уже шумело от вина.
Остался я здесь, потому что ведь идти мне некуда. Замок большой, я имею в виду подземелья, есть где скрыться. Рыбы и дичи хватает. Вода есть. Можно жить. Мой шутовской костюм я нашел в чулане, если помните, в вашем детстве мы ставили пьесу про пороховой заговор. Я как раз играл Гая Фокса, маску делали под меня.
Чем занимался… Ну, для начала создал легенду о страшном призраке руин замка. Вот и пригодился костюм. Исследовал подземелья. Разбирал подземный ход, он был завален. Собирал инструменты. Вот, извольте видеть, нашлись и колбы, и реторты, и тигли. Я, видите ли, занимался изготовлением лекарств.
Лалла кивнула. Здорово, аптекарь очень ценен. Особенно, если ещё и вооружен. Измочаленный щит для метания ножей подсказал ей эту мысль.
– Значит, ты тут просто жил.
Да. Я убивал время, находя себе занятия. Привыкал к своему телу после… молний. Отсчитывал дни.
– Сколько, Ви? Сколько меня не было?
Маска безмолвно смотрела на нее. Затем Ви написал:
Три года и восемь месяцев, Лалла. Про тебя забыли все. Все, кроме меня.
– Ты… Ждал меня?
Да. Да, конечно, я ждал. Я искал тебя. Твои следы. Слухи о тебе.
– Ви. – Лалла склонилась к нему. – А зачем ты меня ждал?
Ви медленно смял листки бумаги и выбросил их в угол. Затем взял свою чашку и приподнял её. Не хочет говорить, догадалась Лалла. Может, ещё не знает. Не понимает…
Лалла допила вино в чашке. Потянулась. Ей стало хорошо. Кажется, гроза унялась.
– Проводи меня, Ви. Я хочу спать.
Когда Лалла легла, Ви вернулся к себе.
Снял маску. Бросил ее на пол. И растоптал в ярости.
Ви ненавидел маски. Но под кроватью в сундуке у него были ещё.
Когда Ви ушёл к себе вниз, Лалла не могла уснуть. Ворочалась, хотя могла уснуть, да и, бывало, спала на голых камнях. А сейчас вот спит в постели, ну что ж теперь, что матрас соломенный, и вместо одеяла плед. Крыша над головой. Кормят вкусно, это вам не обгоревшая лосятина, или форель обугленная под корнями дерева. И не спится…
Вино, конечно, чудесное… Лалла улыбнулась. Умница какой, и с сортом угадал. Ждал её… Мог бы триста раз уйти отсюда. Ну а она сама что же? А она бежала сюда, потому что ну кому в голову придет искать ее здесь, в руинах собственного дома?
Ведь за нее назначена награда. Она нужна живой. Вернее, не она, а её силы. Есть масса способов заставить человека делать то, что нужно. Она знает. Ей приходилось так делать, спасая собственную жизнь.
Лалла вздохнула. Закрыла глаза. Ну спи уже… Маска падает с лица. Шрамов нет. Лицо как лицо. Зачем ему маска?
Дождь шелестел по крыше пристройки к разрушенной башне замка Тинтреч. Дождь смывал с искалеченной души обрывки воспоминаний. Лалле было тепло здесь. Она ни о чем больше не хотела думать. Она очень устала бежать. И ещё она очень устала быть одна… С этой мыслью она провалилась в безмятежный сон.
А дождь все шуршал…
***
Снилось детство. Она сидит на качелях, а её раскачивает мама. Светит солнце. В то время ещё не было проливных дождей…
Лалла проснулась с улыбкой. Настроение было лёгким и чудесным, будто бы завтра у нее день рождения и её ждёт сюрприз.
Ага. Ви на кухне. Ей нравится, когда он готовит. Интересно, чем она полакомится сегодня…
Лалла, потягиваясь и улыбаясь, вошла на кухню. И остолбенела. Да. Вот она, жизнь. Только расслабишься и на тебе!
Ви поклонился, перебросив через руку полотенце, и пригласил к столу. А на столе был ужас.
КАША
– Ви, это что такое?
Тот недоуменно посмотрел на тарелку с горячей рисовой кашей, потом на раздосадованную девушку. Пожал плечами, ну, каша же. Прошу, кушайте!
– Ви, мой славный шеф-повар, я много чего могу съесть. Но только не кашу. Я ненавижу кашу! Кашей я буду пытать своих врагов, запихивая ее ложкой им в рот, пока не лопнут!
Бедняга Ви не знал, куда деваться. Он прижал руки (без перчаток!) к щекам, ах, какой ужас, миледи, я всё исправлю! Быстренько убрал кашу, усадил ворчавшую Лаллу за стол и молниеносно нарезал бутерброды с сыром. Налил чай, сел рядом и виновато развел руками.
Пока это все, миледи Лалла!
– Вполне годится. Спасибо, Ви. Ты чудо!
Ви расслабился и даже подпёр щеку рукой, наблюдая, как завтракает его королева. Уф, пронесло. Но он же не знал, хотя попробуй скажи об этом!
Лалла постепенно успокоилась. Ну, в самом деле, откуда ж ему знать. Тем более вид у него сегодня какой-то таинственный.
– Сыр отличный, благодарю тебя, Ви. Я очень люблю сыр!
Шеф-повар в маске слегка наклонил голову в знак благодарности. Когда Лалла расправилась с бутербродами, и напилась чаю, все убрал и написал на клочке бумаги:
Если позволишь, у меня есть для тебя небольшой сюрприз.
– Да уж, кажется, хватит сегодня неожиданностей!
Нет-нет, это точно не каша. Уверяю, тебе понравится!
– Ну что ж… Поверю на первый раз.
***
Ви встал и жестом пригласил следовать за собой. Они уже натоптанной дорожкой проследовали через винный погреб, но спускаться в оранжерею не стали. Вместо это Ви свернул куда-то налево и открыл дубовую дверь, за которой обнаружилась жарко натопленная ванная!
Посреди небольшой комнатки стояла металлическая ванна, до краев полная теплой воды и пены. Рядом на стуле были аккуратно сложены полотенца, и банный халат фиалкового цвета. Лалла аж тихонько застонала от счастья, и чуть не бросилась обнимать Ви, но остановила себя.
– Ви, ты просто маг и волшебник! Даже не знаю, как тебя благодарить.
Наслаждайся. Если вода остынет, положи туда шары-светильники. Они отлично греют. Я загляну через пару часов.
Лалла скинула с себя всю одежду и запрыгнула в теплую водичку. Предусмотрительный Ви оставил на бортике мыло и чашку с вином. Лалла вытянулась в воде, забросила ноги на борт ванны и закрыла глаза от удовольствия…
Открыла. Вода стала чуть прохладнее. Да она задремала, оказывается. Много ли уставшей девушке надо… Кто-то обещал зайти тут… А может, пусть спинку мне потрет? Лалла, ты совсем обалдела! Может, тебе еще и кофе в постель подать?
А почему бы и нет? Вот только постели нет. И спальни нет. Замка тоже нет. Ютимся тут… В подвальчике. Нет, уютный подвальчик, конечно… Только что в нем делать, в этом подвальчике?
Впрочем… В дверь осторожно постучали.
– Ви, я ещё пару часиков тут побуду, хорошо?
Молчание, ну а что он скажет. И удаляющиеся шаги. Так, где там шары? Прохладно! И, может уже начнём тереть спинку? Сами, сами, нечего тут мечтать. Лалла улыбнулась. Ну уж и помечтать нельзя… Ах, как нас разморило тут… И пена нам, и халатик нам… Нет, вы гляньте, он даже тапочки раздобыл, да он, что, со своим подельником одежную лавку ограбил? Расцелую обоих. Вот закончу купание и пойду целовать. Наверное.
Ви предположил, что их милость не обойдется парой часов, поэтому не беспокоил её до вечера. Дел хватало. Нужно было спуститься в оранжерею, и пройти дальше, в зал с громоотводом, чтобы забрать заряженные шары. К сожалению, их осталось мало. Никто больше не знал, как изготавливать их. А те, что остались, изнашивались.
В задумчивости шагая привычным путем, Ви вдруг споткнулся. Огляделся. Нет, знакомый коридор. Что-то не так… Будто стало темнее. Но здесь света и не было никогда, Ви прекрасно видел в темноте. Точно. Темнее по углам. Он стал хуже видеть во тьме…
Но почему? Возраст? Нет, ему всего 32. Последствия воскрешения? Почти четыре года он обходился тут вообще без факелов. Что изменилось?
Он знал, что изменилось. Появилась она…
***
Призраки не оставляют колотых ран. Значит, это человек. И он вполне смертен. Он уязвим. Он оставляет следы. И они проведут нас к нему.
Так размышлял Клаус Хольт. Думать и размышлять было его любимым занятием. Например, как отыскать одну девку, которая вздумала превратить в угольки его людей. Отличных людей, с которыми можно было идти на дело. Ну, какое дело… Найди. Приведи. Или не приведи.
Она даже скрываться не думала. Просто шла напролом, оставалось только удивляться. Впрочем, ей везло. Она нужна была непременно живой. В контракте это не было написано, но все знали, кто попробует убить её, позавидует мертвым. Может быть, даже несколько раз, это как получится.
Хольт тем не менее все чаще задумывался, а не наплевать ли на этот маленький нюанс, указанный, так сказать, мелким шрифтом… Почему ей все должно сходить с рук, в конце концов? Да плевать вообще, какая она там королева и что она умеет. Нельзя жечь людей пачками и ничего за это не получить. Болт в голову и дело с концом, а там пусть его самого попробуют найти.
Замок Тинтреч. Там видели призрака. И туда же вел след этой… Королевы Грозы.
***
Лалла решила привести себя в порядок. Приняв ванну и облачившись в халат, она сушила волосы полотенцами. Она ощущала себя наконец-то человеком, женщиной, причем весьма довольной. Ви не забыл о женских причудах, например, о страсти вертеться перед зеркалом. Зеркальце, правда, было маленьким, зато был ещё гребешок для волос. Наверное, мамин, подумалось Лалле.
Она расчесывала свои длинные черные прямые волосы и думала о том, что даже здесь, в месте, где прошло её детство, воспоминания так и не вернулись. Конечно, глупо было рассчитывать на это. Но ей повезло. Теперь у нее есть Ви.
Поправив за ухо непослушный локон, Лалла замотала волосы в узел на макушке. Так? Нет. Может, конский хвост? Нее… Косу точно нет, возиться лень. Вообще сегодня все лень. Девушка оставила волосы распущенными, только заколола их по бокам.
Вот сейчас ещё диадему найду, и буду тут править!
Пока Лалла занималась собой, Ви торчал на башне, и смотрел в подзорную трубу. Он беспокоился. Его человек не выходил на связь, условного сигнала не было. Конечно, иногда такое и раньше случалось. Но Ви раньше был один и за себя особенно не беспокоился. Поэтому следовало проверить.
Хранитель руин не был наивен, и прекрасно понимал, что спектакль с маской годится лишь для мелких воришек. Поэтому был нужен более практичный костюм. Все чёрное, куртка с капюшоном, штаны, перевязь с кинжалами, и тканевая маска с прорезями для глаз. Ви спустился, быстро переоделся и оставил на столе записку.
Прошу простить, срочные дела. Поужинай сама. Вернусь до рассвета.
***
Он выбрался из затопленного грязной водой и кровью крепостного рва на отлогий берег. Жутко пахло горелым мясом и горячим камнем. Боль от засевших в теле болтов разрывала внутренности. Он упал на колени и начал вытаскивать из себя проклятые железки.
Больше всего мучило то, что он не мог кричать от боли. Он не мог издать ни звука. Казалось, мозг сейчас взорвётся.
Наконец, последний болт шлепнулся в грязь. Крови было удивительно мало. Раны затягивались на глазах. Он обернулся. Замка Тинтреч больше не существовало, остались лишь заваленные мертвыми телами обугленные руины. Королева исчезла.
Он с трудом встал. Сделал пару шагов и упал на мокрую землю. Сил хватило только перекатиться на спину и потерять сознание. Последней мыслью было: "Где она?"
Пошел дождь.
***
Дождя здесь стало много. Слишком много даже для этих мест. Замок словно притягивал дождь со всего королевства, и однообразный гористый ландшафт становился мрачным и угнетающим. Всего несколько лет назад летом светило солнце, а зимой шел снег. Теперь же всегда лил дождь.
Но дождь был лишь необходимым злом, которое можно было и потерпеть. Дождь нес с собой грозу, и именно она была так необходима для орудия, которым стала одна маленькая девочка…
Зачем на самом деле создавали Королеву Грозы?
***
Ви не беспокоился о подземельях. Ход, которым он пользовался, был напичкан ловушками. Другое дело, если его обнаружат, пользоваться им будет нельзя… Остаётся поверхность. Лабиринт оплавленных камней, стен, остатков построек.
Моросил дождь. Было холодно и сыро. Отлично. Ви крался вдоль разрушенной стены, обходя свою территорию. В замок можно было попасть только по обломкам моста, как Лалла, и в одном месте рва, где в реку сполз кусок стены. Если кто то придет сюда, то пойдёт по мосту.
Но Ви ошибся. Они явились с реки. Он вжался в стену, едва успев их услышать, и медленно вытащил метательные ножи.
Тихо шли, умело. Но это не пугало Ви. Он прекрасно видел в темноте, и, на мгновение высунувшись из пролома, метнул два ножа один за другим. Лезвия были отравлены, одна царапина – и быстрая смерть гарантирована. Ножи нашли свои жертвы.
Ви тут же сменил позицию, полагая, что это всего лишь отвлекающий маневр.
И он оказался прав. Возле уха просвистел арбалетный болт. Ви ненавидел болты. Стрелок занял выгодную позицию на гребне стены, но он не ожидал, что Ви сможет попросту запрыгнуть на высоту второго этажа и, на мгновение задержавшись на гребне, с разворота располосовать ему горло кинжалом. Пока тело падало на камни двора, Ви уже успел скрыться в тенях и застыть, как изваяние, прислушиваясь. Шаги. Далеко.
Проклятие! Да они же его попросту выманили! Лалла там сейчас совсем одна! Ви заскрипел зубами и осторожно двинулся в сторону пристройки, слегка прихрамывая. Скакать по стенам ему давно не приходилось. Ничего, это быстро пройдет…
Дверь в пристройку была открыта. Ви рванулся вперёд, но тут услышал дикий вой человека, который умирает в муках. Лалла?
Да. Это была она. А выл и хрипел убийца, катаясь по полу возле прогоревшей насквозь двери ванной, и раздираемый молниями, срывавшимися с пальцев девушки. Лицо Лаллы превратилось в маску. Она хладнокровно и медленно превращала человека, который пришел её убить, в груду ещё шевелящегося поджаренного мяса, которую разрывали в клочья собственные судороги. А между пальцев Лаллы был небрежно зажат гребешок, которым она расчесывалась.
"Вот она, Королева Грозы", подумал Ви, торопливо пряча кинжал и прижимаясь к стене. Лаллы сейчас здесь нет. Если Королева сочтет его угрозой, он превратится в такую же полуживую груду обугленной плоти и костей.
Королева взглянула на Ви. Абсолютно холодный, ничего не выражающий взгляд. Нельзя смотреть ей в глаза, вспомнил Ви и уставился в пол. Молнии исчезли. Гребешок упал на пол.
Лалла закрыла лицо руками и разрыдалась.
***
Ви стоял дурак дураком. Затем подошёл и осторожно обнял Лаллу, забыв о том, что его куртка в грязи и крови. Девушка прижалась к нему и постепенно успокоилась, чего нельзя было сказать о самом Ви.
Под безмолвной маской бушевала буря эмоций, но высказаться было нельзя. Ви осторожно отстранился от Лаллы, вернее, попытался. Его тут же вернули обратно. Он все же сумел показать жестами, что ему срочно нужно ей что то сказать. Лалла отпустила его. Ви отыскал клочок бумаги и торопливо нацарапал:
Нужно уходить. Прямо сейчас.
– Но…
Нет времени! Прошу, оденься и следуй за мной.
Лалла, стиснув зубы, кивнула и ушла одеваться, а Ви метнулся в свою каморку. Там давно все было готово и на этот случай. В вещевой мешок Ви сложил самое необходимое, подготовил котомку и для Лаллы.
Ах да. Из под подушки Ви достал потрепанную книгу и сунул в свой мешок. Чуть не забыл, черт возьми. Теперь почти все. Осталось только…
– Я готова. – услышал Ви и обернулся. Лалла стояла в дверях его каморки, полностью одетая. Волосы собрала на макушке в узел и накинула капюшон куртки.
Ви кивнул и снял с полки бутыль с горючим маслом. Стал поливать все вещи. Затем прошел наверх и остатком горючего залил стол. Лалла, словно тень, следовала за ним. Ви поджёг клочок бумаги от тлеющих угольев в печи и бросил на стол. Бумаги тут же занялись пламенем.
"Идем", махнул Ви и снова спустился вниз. Зашёл в каморку и поджёг все там. Дальше они последовали в оранжерею. Ви сорвал лилию, последнюю, и с поклоном поднес её Лалле.
– Дурак. Пусть бы росла. Может, и выжила бы. Клоун.
Лалла осторожно положила лилию на землю, в то место, где она росла. Ей очень хотелось дать этому клоуну в шляпе пинка под зад за бесцельно сорванный цветок. Но пальцы не кололо, как обычно перед появлением Королевы. Пинка хотелось отвесить по-простому, сапогом. Лалла решила, что запомнит это, и при случае покажет, какой она бывает врединой. Но не сейчас. Потом.
Ви пожал плечами. Забросил на спину мешок и проследовал в дальний конец оранжереи, которую уже стало затягивать дымом. Открыл неприметную дверь и скрылся во тьме узкого подземного хода.
Лалла с грустью огляделась. Жаль. Она уже стала привыкать… Но жизнь не спрашивает, привык ты или нет. Пора идти. Лалла пригнула голову и тоже исчезла в подземном ходе, закрыв за собой дверь…
Часть 2
Следуя за Ви по подземному ходу, Лалла размышляла о какой то ерунда, пытаясь отвлечься. Была ли у нее в детстве кукла? А может, собака? Такая, маленькая, со смешной мордой. Нет, не помню… И тут она с размаху налетела на Ви.
Тот показал три пальца, а затем показал вперёд.
– Трое впереди?
Ви кивнул. И потянулся за кинжалами. Лалла остановила его.
– Выход близко?
Ви снова кивнул.
Лалла закрыла глаза, а открыла их уже Королева. Небрежно отстранив остолбеневшего Ви, она в полной темноте неспешно проследовала вперёд, аккуратно обходя все ловушки.
Клаус очень хотел спать, и чуть не пропустил момент, когда из пещеры вышла она. Подельники справа и слева тут же выстрелили, но болты не долетели до цели, а вот молнии долетели. Хольт вскинул арбалет.
С пальца Королевы сорвался яркий плазменный шнур и оторвал Хольту правую руку вместе с арбалетом. Второй срезал левую. Хольт выпучил глаза и упал на колени, а потом и навзничь. Королева подошла к нему и носком сапога небрежно перевернула Клауса на спину. Присела рядом.
Склонила голову, будто рассматривая какое то особенно мерзкое насекомое. Хольт только и мог, что разевать рот, как рыба.
Королева обхватила его голову руками. Хольта трясло. А потом его глазные яблоки вскипели. Изо рта вырвался хрип. Судороги были такой силы, что мышцы отрывало от костей, а кости ломало этими же спазмами. Но Хольт был ещё жив, только потому, что так хотела Королева. А она медленно поджаривала его изнутри. Ребра Хольта трещали, позвоночник был уже сломан в нескольких местах.
Наконец тело Клауса не выдержало и он в мучениях умер.
– Спекся. – певуче произнесла Королева. – Сломался. Пусть лежит.
И закрыла глаза. Открыла их уже Лалла, тут же отвернулась и ее вырвало.
Когда ей стало лучше, она смогла попить немного воды и сказать:
– И так каждый раз, Ви. Каждый раз. Она все время придумывает что-то новенькое. Пойдем отсюда…
Ви, разумеется, молчал. Что он мог сказать? Многое. Но сейчас нужно было идти.
***
Мелкая, противная морось клеилась к лицу, заползала под капюшон, каплями стекала за воротник куртки. Узкая лесная тропа вся раскисла и идти было нелегко, а поскользнуться об корень или камень запросто. Ви, слегка прихрамывая, шагал впереди, Лалла плелась за ним. Она очень устала. Они шли уже несколько часов. Нужно было передохнуть, но подходящего места не находилось.
Ви проклинал себя за свою непредусмотрительность. Как? КАК они вообще посмели сунуться в замок? Как они все узнали? А как он вообще мог подумать о том, чтобы ослабить бдительность и нарушить свои же меры безопасности. Внезапно они показались ему такими наивными.
Сложно требовать от себя просчитать все.
Нужно было успокоиться. Нужно было понять, где они вообще находятся и где эта чёртова хижина, в которой можно попробовать пересидеть день. Миледи устала, ей нужно отдохнуть. Он бы охотно понес её на руках, но боится сам грохнуться в грязь, и проклятое колено не даёт покоя. Почему так плохо заживают разорванные связки?
Скоро рассветет, а маски нет. То, что она увидит его лицо, пусть и частично, Ви не волновало. Страшило другое. Если будет солнечная погода, что, конечно, вряд ли, то он не сможет видеть. За долгие годы его зрение приспособилось к полутьме. К тому же оно и так было повреждено при воскрешении. Он будет слеп, а она не сможет постоять за себя. Узкие прорези глаз маски помогали видеть на свету лучше.
Ви остановился. Лалла налетела на него и обессиленно повисла на его руках. Совсем устала. Так, вот же охотничья хижина. Скорее, туда. Отлично, пусто, не хотелось бы лишних жертв…
Уложив Лаллу на жёсткую лавку и укрыв плащом, Ви огляделся. Лалла тут же уснула. Хижина притулилась возле склона горы и разросшийся кустарник скрывал её, если смотреть с тропы. В домике давно никого не было. Что ж, нужно закрыть дверь и ждать, пока Лалла проснется.
У Ви было, над чем поразмыслить…
***
Светало. Лалла спала, как ребенок. Вымоталась совсем. Ви сидел в самом темном углу, надвинув капюшон куртки на глаза. Глазам пока было терпимо. Под плащ спящей Лалле Ви положил заряженный шар, чтобы ей было теплее.
Ви очень беспокоился. Их слишком легко и быстро выследили. Причина, конечно, ясна. Один из подельников и есть его человек. Ви опознал его по пиратской татуировке. Пожалуй, это было все, что от него осталось. Почему не сдавал? Чего ждал? Ви припомнил обстоятельства их встречи. Может, его связной слишком вовремя появился тогда, и вся сцена с якобы спасением жизни была инсценировкой? Допустим, за ним следили все время.
Проклятье. Да они же просто ждали Лаллу. А теперь? Могут они её выследить или нет? Ви встал со стула, на котором сидел. Связки колена, которые он вчера растянул, прыгая за стрелком, все ещё болели. Почему так долго?
Взгляд Ви упал на собственные руки. И мужчина замер. Ещё позавчера грубые, уродливые шрамы покрывали пальцы, да и все тело тоже. А теперь они были едва видны.
Книга. Ви порылся в мешке, нашел её, сел и стал листать. Где же… Вот… Перечитал. Закрыл глаза. Зажмурился и скрипнул зубами. Нет. Слишком рано!
Но сомнений быть не могло.
В присутствии Королевы воскрешенные, сиречь ревенанты, силы свои теряют, поелику забирает их Госпожа обратно, желая того или нет. И ничем этим бездушным человеко-орудиям помочь нельзя, ибо кратка их жизнь, да и разве можно назвать это существование жизнью. Создаются они лишь для того, чтобы защищать жизнь Госпожи своей и далее сгинуть бесславно, как и полагается тем, кто к жизни был возвращен против природы естественного течения.
Лалла спала. И видела сны. Снилось снова детство. Снилась музыка, нежная, далёкая, кажется, это была музыкальная шкатулка…
А Ви смотрел на отсвет из окна на земляном полу и его волновали теперь ровно два вопроса.
Сколько времени у него осталось?
Сможет ли он что-то сделать?
***
Вероятно, он заснул. И спал непривычно долго. Проснулся будто от лёгкого шума.
За окошком, как всегда в этих унылых краях, шел дождь. Лалла сидела на кровати, закутавшись в плащ, и лениво листала книгу. Ви напрягся, но тут же расслабился. Текст был зашифрован. У Ви ушло около двух лет, чтобы расшифровать его хотя бы наполовину.
Книга была чем-то вроде рабочего дневника того человека, чей извращенный и жестокий ум создал саму идею Королевы Грозы. Идею оружия в форме человека. Женщины.
– Ви, мой дорогой телохранитель, а что за книжка такая интересная? – спросила Лалла, поигрывая уголком страницы.
Телохранитель привычно глянул на стол, но пера и чернильницы не было. На столе горела лишь свеча да валялись парочка обгорелых лучин. Сойдёт. Ви взял лучину и на обратной стороне книги написал:
Рецепты.
– Мм… Забавно. Я не слышала, чтобы лекарства делали при помощи электричества, Ви.
Лалла отобрала книгу и показала картинку, где была изображена женщина в старинном платье с молниями в руках.
Ви закрыл глаза. Проклятие. Картинки. Его выдали картинки.
– Стало быть, мой славный Ви… Ты все же лжешь мне.
И тут в хижину кто-то вошёл. Дальше события стали происходить более, чем стремительно. Вот Лалла сидит на кровати, вот, книга ещё не успела коснуться пола, а Королева уже за спиной у вошедшего мужчины, который оказался охотником и забрел сюда на ночлег.
Она легко, нежно коснулась определенной точки сзади на шее мужчины, ударом тока повредив сосуды, и тот застыл, как изваяние.
Королева обошла его. И смотря в глаза несчастному, принялась своим неестественно певучим голосом, почти без интонаций, объяснять:
– Смотри. Чувствуешь? На виски давит. Глаза болят. Дааа… Один крошечный спазм и вот вся кровь, которая идёт в твою пустую голову, уже не может вернуться назад…
Мужчина с трудом смог посмотреть на нее. Он уже мало что видел.
– Ага. Ты чувствуешь! На уши давит. Тебе больно? Ой, правда? Скоро будет совсем больно. Тебе это очень понравится!
Жертву стало мелко трясти, но он не мог двинуться с места. Он моргнул и из глаз потекли кровавые слезы. Во рту давно уже плескалась кровь из лопнувших в носу сосудов. Губы онемели и кровь потекла по ним. Лопнули перепонки в ушах и из них тоже хлынула кровь. Ноги мужчины подогнулись и он рухнул на пол, мелко сотрясаясь в агонии. Хотя его сердце ещё билось, он уже успел умереть немилосердной и жестокой смертью.
Королева сморгнула. Лалла открыла глаза. Зажмурилась и отвернулась. Затем гневно посмотрела на застывшего телохранителя.
– Почему ты не убил его, Ви?
Тот не нашелся, что ответить.
– А, знаю. Я не велела? Или ты попросту испугался? Ты что, трус, Ви? Мало того, что лжец, так ещё и трус?
Ви молчал, сжимая кулаки и тут же разжимая их.
– Нечего сказать? А когда было? У тебя и голоса-то нет. Похоже, что и мнения своего нет. Действительно, ты и впрямь живой труп! Мертвечина ты ходячая, вот ты кто!
Лалла отвернулась. Презрительно и устало.
– Это… Не… Так. – услышала она хриплый шепот. И резко снова повернулась к Ви. Тот держался за горло. Говорить ему было трудно, очень трудно. Но он говорил.
И он снял маску. Совсем.
Лицо как лицо. Ничего особенного. Шрамов вообще нет. Обычные карие глаза, только зрачки расширены, и едва заметная кроваво-красная сетка исчертила их.
– Это… Правда рецепты. – Ви закашлялся. – Как… Делать вас.
– Я поняла. Ладно, не разговаривай. – Лалла снова злилась. Вредничала. Это тебе за лилию, клоун. Чтобы знал, кто твоя хозяйка. – Тело убери. Терпеть не могу трупы… Нам ещё тут побыть надо. Хочу кое-что знать.
Тело бедолаги охотника Ви отнес в овраг. Забрал все полезное, что могло бы пригодиться. У охотника нашлись трубка и табак. Ви замешкался. Странно. Ему захотелось курить. Из прошлой жизни? Да, вероятно… Нет, к чему это, есть дела поважнее.
Немного позже, когда они перекусили, и уселись друг напротив друга, Лалла уже остыла. Она не умела долго злиться. И с интересом разглядывала Ви без маски. А он ничего, симпатичный даже. Местами. Но очень бледный, конечно, оно и понятно, под маской не позагораешь.
– Итак, Ви. Я хочу знать. Кто я? И я не желаю слушать твое враньё. Я за честность. Это самое главное. Мне правда нужно знать, Ви.
Говорить было очень трудно. Но мало-помалу голосовые связки заработали. Медленно, привыкая к своему голосу, Ви стал рассказывать о том, что ему удалось узнать.
Ночь была длинной. Честность – это не всегда приятные факты. Обычно это вещи, о которых лучше было бы не знать. Но признание своих ошибок помогает не совершать их в будущем, и жить с последствиями этих ошибок.
В книге шла речь о создании оружия. Королевы Грозы.
***
– Шифр этой книги очень сложен. Мне потребовалось почти два года, чтобы хотя бы понять, как он устроен. Но все же удалось, хотя и не полностью.
– Что же ты понял?
– То, что они просто чудовища. Вы оружие, миледи.
– Ты. Мы разговариваем на ты. Забыл?
– Да. Ты оружие. Невероятно мощное, но цена… Она чудовищна.
– Я ощутила, Ви. И ты тоже. Прошу, продолжай.
Ви тяжело вздохнул. Горло болело, но ещё сильнее болела душа. Он не мог, не хотел врать ей, и так удобно было молчать. Но как рассказать такое?
Тем не менее это было необходимо. Ви продолжил.
– Выбирают девочку. С трёх лет ее определенным образом воспитывают. В еду и питье добавляют специальные снадобья, которые изменяют тело так, чтобы накапливать электрический ток и управлять им.
– А… Как устроено это оружие? Какая цель?
– Цель… – Ви сглотнул. – Все вокруг. Насколько хватит сил. А потом и ты сама, потому что у всего есть предел, и у тебя тоже. В конце концов Королева погибает, потому что не может остановиться, пока для неё существует угроза.
– Но почему она? Я имею в виду, почему она все это делает, а не я?
– Это маскировка оружия. Представь. Под видом обычной принцессы ты приезжаешь в замок. Бал. И тут на тебя совершается нападение, специально, конечно. Нет проблем нанять для этого людей. Что произойдет? Она его убьёт, а потом сбежится стража. И те тоже будут сожжены… И так до тех пор, пока все вокруг тебя не превратится в пепелище. Как замок Тинтреч.
– Ви, а кто она, эта Королева?
– Она – это ты, Лалла. Она всегда ты, твоя темная сторона, то, что ты прячешь в себе, то, что берет под контроль стихию молний и разрушает все. Инстинкт "бей или беги", но Королева никогда не побежит.
Лалла молчала. Смотрела в окно. Потом спросила:
– Сколько их было, Ви? Пожалуйста. Скажи мне.
Ви помолчал. И продолжил:
– Этому безумству уже триста лет, Лалла. Я не знаю точно, сколько. Понятно лишь то, что многие девочки погибли в процессе… приручения молний, или от снадобий. Мучительно. Некоторые умирали месяцами.
Лалла уткнулась лицом в свои ладони. Она тихо плакала. Сейчас она жалела их, бедных, умерших по чьей-то злой воле девочек. Сейчас ей не хотелось ничего знать.
– Лалла. Я хочу сказать, что ты… Очень хорошая. – вдруг произнес Ви.
– Что? – сквозь слезы спросила Лалла. – Я? Ты ослеп? Дырки в маске залепило, шутник?
– Именно ты. В процессе обучения темная сторона личности воспитывается специально. Светлая подавляется. У тебя не так…
– Да какая разница?
– Разница есть. Мы же говорим. А Королева обычно не разговаривает. Она убивает.
– Уйди. Просто уйди сейчас. Или я её позову…
– Вот именно, Лалла. Ты зовёшь ее, и она приходит. Никто из вас так раньше не умел. Но тебе лучше побыть одной. Я буду снаружи.
Ви вышел. Лалла смотрела в темнеющее окно и слезы медленно стекали по её щекам… И думала:
Я ненавижу вас всех. Найду вас, кто меня сделал, такую. И разорву. Исполосую. В клочья. А потом подниму и убью ещё раз. За них. За тех, кого вы уничтожили.
За окном хлестал страшный ливень. Небо плакало вместе с ней.
***
Я, что же… Я ему нравлюсь? Он, что, ещё способен испытывать чувства? Он своими обугленными нервами ещё чувствует?
Лалла расхаживала из угла в угол хижины. Свеча давно погасла. Была ночь, но спать не хотелось. Мысли роились в голове.
Может, это некая привязь? Нужно будет расспросить его. Наверняка он знает, ведь как-то он выжил? А почему выжила я? Что тогда произошло?
А пока Лалла думала, Ви мок под дождем. И чувствовал себя все хуже и хуже. Он, похоже, заболел. Голова кружилась, болела. Разве воскрешенные могут болеть? Ви уже не знал. Мысли путались. Слишком быстро… Он не успевает…
Ви потерял сознание и рухнул в траву. Там его и нашла Лалла час спустя. Кое-как она смогла втащить его в дом. Он весь горел. Лихорадка. Почему? Как? Он же не может болеть!
Взгляд Лаллы упал на шар, валявшийся на лавке. Он был темный и холодный. А может?… Лалла схватила шар и пальцы привычно прострелила боль от текущего в них тока. Как же она ненавидела эту боль, но теперь у неё есть ненависть посильнее. Шар засветился белым светом. Лалла стиснула зубы и продолжила заряжать его, пока шар не стал горячим.
А потом положила его на ладонь Ви. И стала ждать…
***
Тьма. Боль. Будто проткнули кольями, как же больно. А потом словно властной рукой в него щедро льют жизнь. Она обжигает, эта жизнь, и заставляет встать. Королева указывает на врагов и он послушно идёт на них. И почему-то вспоминает её несколько дней назад.
У нее как раз день рождения. Она разговаривает с женщиной в черном платье, которая стоит спиной к нему. Они ссорятся и та уходит, а Лалла беспечно улыбается и продолжает танцевать. Он тоже улыбается, но знает, что его никогда не пригласят на такой танец… Что ж, нужно радоваться, что есть хотя бы возможность видеть её.
Но почему он знает ту, с которой разговаривала Лалла, но не может вспомнить, кто она…
***
На полу было холодно. Но, по крайней мере, не кружилась голова. Ви открыл глаза. Крыша. Светает, кажется. Он перекатился на живот и встал.
Лалла, свернувшись калачиком, дремала на лавке. От шума она проснулась и спросила:
– Как ты себя чувствуешь, Ви?
– Хорошо. А ты?
– А я хочу спать… – И Лалла вновь уснула.
Ви отошёл от лавки и споткнулся. Шар валялся на земляном полу. Ви поднял его и ощутил приятное покалывание в ладони. Шар ещё светился. Но Ви смотрел не на него, а на свою руку.
Шрамы. Они вернулись. Он никогда не брал шары голыми руками. Значит, Лалла зарядила шар и отдала ему, пока он тут валялся. В книге такого не было, это точно. Никто и никогда не позволял ревенантам прикасаться к заряженным шарам. Ви отлично себя чувствовал. Но теперь он понимал, что этого хватит лишь на короткое время.
И ещё он понял, почему прожил так долго. Все дело в замке. Постоянные грозы. И катакомбы, которых не видела Лалла. Катакомбы, набитые машинами для ловли молний. По сути, замок Тинтреч представлял собой одну гигантскую машину для накопления электричества.
Источника силы для Королевы Грозы.
***
– Нам нужно продолжать путь. – сказала Лалла. – Куда мы пойдем?
Ви молчал. Она думает, что у него все готово, что у него есть план и на этот случай. Он хотел бы солгать ей, что все хорошо, что вот сейчас мы возьмём и пойдем туда, и скроемся от всех в какой-нибудь тихой долине… Нет. Не было у него плана. Было только одно туманное предположение.
– Туда. – показал рукой Ви. – Я слышал, что высоко в горах есть убежища…
– Молодец. Припасы ты будешь носить как? Воду? Может, огород ещё там разведем? Ты снова пытаешься спрятаться, Ви, закрыться.
– Тогда что?
– А то, что ты сейчас прав. Нам нужно спрятаться. Но не так. Мы спрячемся на самом виду.
– Как это?
– В городе, конечно!
– Да ты с ума…
– ЧТО???
Ви прикусил язык.
– Прошу простить....
– Нет, погоди. Я не хочу тебе приказывать, поскольку знаю, что приказ ты выполнишь. Я хочу тебя попросить. Закончи, пожалуйста, фразу.
Что она делает? Зачем? Женщин так сложно понять… Ну, хотя бы не злится. Ви вздохнул и сказал:
– Лалла, да ты с ума сошла!
– Браво! Ну наконец-то. Хоть капля эмоций от этой бесчувственной болванки. Не обижайся, ну куда же деваться, раз ты такой. Но вот уже есть над чем работать!
***
– Ви, послушай, но как же вышло, что ты вдруг заболел? – Спросила Лалла на привале.
– Видишь ли… – Ви помолчал. Ему очень не хотелось говорить об этом. – Дело тут в тебе.
– Как это? – удивилась Лалла. – Я же тебя создала. Разве нет?
– Все так… Но та, которая создаёт, также и лишает сил.
Лалла посмотрела на своего мрачного телохранителя. Тот уставился в землю.
– Ви. Посмотри на меня.
Мужчина поднял глаза и встретился со взглядом серо-зеленых глаз Лаллы. В них плескались тревога и сожаление.
– КАК?
– Очень просто… В присутствии Королевы Грозы оживленные ею слабеют, потому что она забирает их силы назад. Мы не должны жить долго. Мы не приспособлены…
– А как же шар?
– Я не знаю. – пожал плечами Ви. – Этого в книге не было. Вам повезло. Отличная догадка.
– Действительно. – Лалла задумалась. – Ви, мне нужно знать как можно больше про все это.
– Зачем?
– Затем, что я хочу быть последней.
Ви долго смотрел на неё. Вот, значит, как. Значит, она становится оружием возмездия за саму себя. Она не понимает, что эти знания изменят её навсегда.
И он потеряет её…
Ви поправил лямку заплечного мешка и тихо сказал:
– Нам пора идти, миледи.
***
Они шли до утра. И на лесной тропе путь им преградили бандиты. Но не было времени, чтобы тратить его на разговоры с каким-то отребьем.
Ви небрежно сбросил мешок с плеча в траву и, не сбавляя шаг, неуловимым движением метнул кинжалы. Один клинок вонзился в горло одному, а второй в глаз другому. Третий успел выстрелить из лука. Стрела вонзилась Ви в грудь, но бандит не ожидал, что фигура в плаще просто выдернет ее, а затем возьмёт его за глотку и прибьет к дереву этой же стрелой.
Подобрать кинжалы. Протереть. Угрозы нет.
Лалла просто стояла на месте, сложив руки на груди, и смотрела, как в считанные секунды Ви устранил опасность. Бандитов было трое, но Королева не пришла. Почему? Это было немного странно, ведь, насколько помнила Лалла, раньше её темная половина не стеснялась… самовыражаться. Лалле доставались только самое начало бойни, и ее результаты. Королева не увидела угрозы? Или же решила просто понаблюдать? Ответов не было.
Ви повернулся, кивнул Лалле, закинул мешок на плечо и они продолжили свой путь в город.
***
Я нашел её портрет в одном из сундуков в руинах, среди платьев и украшений. Все это перенес в пристройку. Не теряю надежды, что однажды она вернётся сюда, хотя, кого я обманываю? Она, скорее всего, уже мертва. Но, если нет надежды, зачем жить? Для себя? Нужно жить для неё. Тогда есть силы двигаться, думать, делать.
Хотя моя жизнь заемная, тем не менее, я жив благодаря её воле. Я каждый день смотрю на её портрет и пытаюсь угадать, представить, где она сейчас, что делает, о чем думает, что чувствует.
Это придает сил. Но, что чувствую я?
Тепло. Мягкое, обволакивающее тепло. Как же так, я же умер, как я могу чувствовать? Не понимаю.
Создание Королевы начинается примерно в три года. Девочкам дают снадобья, понемногу подмешивая их в питье. Снадобья очень ядовиты, но в постоянных малых дозах начинают изменять и подготавливать тело к Приручению Молнии.
Б