Судья. Время перемен!

Когда в угоду чужим желаниям ты теряешь не только себя, но и свои мечты и надежды, желание делать что-то для других затухает, но, если не получилось в одном мире, почему бы не попробовать реализовать их в другом?

Мию предали и лишили всего – семьи, мечты и даже должности, но Матушка даровала ей шанс обрести себя. Взамен этому она просит исправить то, что давно подлежит тщательному суду, в котором ей предлагают быть судьей.

Решиться или нет? Вопрос актуальный, но из уст той, кто дарует этот шанс, звучат заманчивые предложения одно за другим, от которых так сложно отказаться, да и к тому же ей дается шанс подготовиться к тому, что грядет. Так почему бы не попробовать и не построить то, что она так хотела в новом для нее мире, да еще и с помощью тех, кто может не только стать опорой, но и палачом если это понадобиться…

ПРОЛОГ

Идти по темным улочкам среди разрушенных зданий было не самым разумным и правильным занятием, но ради дела Мия была готова и не на такое. Работа прокурора подразумевала, что ей регулярно приходилось ввязываться в подобные дела, чтобы иметь готовое обвинение, которым она ювелирно засаживала за решетку тех, кто был повинен в нарушении законов.

Для своей же безопасности и успокоения старших братьев, в наличии дружной четверки, Мия в свое время овладела навыками бокса почти на профессиональном уровне. Она регулярно тренировалась и не давала спуску как себе, так и братьям, которые опекали ее, даже когда она окончила школу и стала вполне самостоятельной и независимой женщиной.

В свое время вид ее деятельности стал ничем иным, как желание в будущем иметь власть и возможность помочь близким, если до этого дойдет.

Братья у нее были с характером и пылким нравом.

Так как мать Мии умерла, когда ей не было еще и трех лет, быстро угаснув от рака груди, который обнаружили слишком поздно, то отец воспитывал их самостоятельно. Бабушки и дедушки помогали, но полную ответственность за всех и сразу никто не мог взять. Возраст и здоровье не позволяли.

Отец был далеко не молод и по заслугам вышел на пенсию куда раньше, чем его сверстники. Все же, отработав более тридцати лет полицейским, он смог это себе позволить, да и ранение в грудь на последнем году его работы, так же дало свои бонусы.

Братья были значительно старше ее и уже успели устроиться в этой жизни, когда на свет появилась она. Поздний ребенок. Девочка, о которой так мечтала мать. Она стала центром их вселенной, пока не произошла та катастрофа с матерью, а затем ее стали опекать еще бдительней, как ту, ради кого их семья сплотилась в трудный момент.

Не удивительно, что, имея такого отца, который не был продажным копом и тщательно следил за тем, чтобы закон соблюдался во всем, его дети выросли с крепкими моральными ценностями и желанием им следовать, а также защитить других. Эти принципы не раз показывались в школе, а затем и на работе, так как братья редко проходили мимо, видя откровенную несправедливость. Многие считали, что им нужно быть более гибкими и податливыми, но они стояли на своем, не желая придавать то, что так сильно укоренилось в них с младенчества.

Два старших брата – Владимир и Геннадий – стали военными с большими перспективами, а средний – Николай – пошел по стопам отца и стал полицейским, точнее криминалистом. Ну а младший – Степан – подался в пожарники. Они все спасали и защищали жизни, каждый по-своему, но сути это не меняло.

В ранние годы Мии, многие думали, что с учетом тенденции подбора профессий, ей суждено стать врачом. Первые пару лет это даже осело у нее в голове, но затем она поняла, что это не ее. Ее интересы пролегают в другой области.

Мия, как самая младшая из них, была их «принцессой», которую они не просто опекали, но делали все, чтобы и она могла за себя постоять. Каждый пытался вложить свою лепту, и однажды братья и отец поняли, что вместо безропотной принцессы они воспитали полноценного воина, который почти в абсолютном молчании мог дать отпор как физически, так и словесно. Она была их гордостью и всегда знала, что у нее есть те, кто встанет за нее горой.

Она росла послушной, целеустремленной и сообразительной, но все чаще видела, что те принципы, которыми придерживается их семья, не всегда нравятся окружающим, да и частенько становились камнем преткновения для тех, кто полностью уповал на закон, перед теми, кто плевал на него. Их часто критиковали за чрезмерную правильность и несгибаемый характер, а многие от зависти пускали неоправданные слухи, которые, столкнувшись с фактами, тут же рассыпались в дребезги, но успевали на своем пути причинить не малый дискомфорт. Это все вызывало проблемы и драки, и ей не раз приходилось быть голосом компромисса, что и вылилось в выборе профессии. Конечно, бывало такое, что слова не помогали и в ход шли кулаки, но это происходило лишь в те случаи, когда рядом не было братьев.

Ее желание защитить братьев направило ее в юриспруденцию, где она смогла бы защитить своих близких, там, где они были более уязвимы. Именно обладая знаниями о законах полностью, она могла им воспользоваться во благо. Так она смогла бы бороться за справедливость, используя то, чем жила все эти годы, отточив свои умения до состояния бриллианта в сверхточной и откалиброванной огранке.

Путь становления прокурором был нелегок и очень долгий. Долгие годы обучения и практики сейчас вспоминались как легкая прогулка перед боем, который ей приходилось выставлять перед каждым новым делом. То, что раньше казалось пыткой, сейчас вспоминалось как разминка и ничего более.

Подготовка, сбор доказательств, постоянные угрозы от тех, кто сидел на скамье подсудимых, и долгий процесс для того, чтобы доказать свою правду всему миру. Все это было тем, что заставляло чувствовать ее живой и необходимой.

В момент, когда ей пришлось выбирать, стать ли адвокатом или прокурором, она поняла, что ей не хочется защищать тех, кто и в правду не виноват, а те, кто не желает этого признавать. Она все еще была способна помочь родным, но теперь это была не просто работа, а образ ее жизни, охота на виновных, чтобы сделать этот мир чище и безопасней.

Одно из таких дел и завело ее в эти подворотни. Ей пришлось нарыть компромат на мужчину, которого обвиняли в убийстве. Жестокое убийство молодой девушки, которая лишь пыталась выжить в этой жизни. Ей просто не повезло встретить этого ублюдка на своем пути и не узнать, как это – влюбиться в первый раз, познать ласки своего возлюбленного, создать семью, стать матерью или просто реализовать себя. Все это было у нее отнято одним животным, который решил поразвлечься за ее счет и не рассчитал с силой, швырнув ее об угол стола, что привело к обширному кровоизлиянию в мозг и моментальной смерти.

Все доказательства этого были у нее уже на руках. Последний свидетель только минут двадцать назад дал показания, которые она лично записала на камеру, а что радовало лично ее, так это то, что вскрылось из полученной информации. Мужчина оказался не просто убийцей, а также нечистым на руку членом одной из банд, за которой полиция гналась уже не первый год. Тут были замешаны наркотики, сбыт оружия и даже продажа девушек. Его жертва как раз и была одной из тех, кто затем должна была «исчезнуть», если бы все пошло так, как тот того планировал.

Все подтверждения этому Мия уже отправила в свой офис, а также копию, на всякий случай, скинула своему отцу, который не раз был тем, кто должен был ее подстраховать в случае неожиданности.

За пять лет ее работы прокурором иметь запасной план стало ее привычкой. К тому же обычно она не шла на такие дела одна, а звала своего помощника, но сегодня тот не смог присутствовать, так как, по его словам, он находился в другом городе.

Мия понимала, что одной идти не разумно и стоит взять подкрепление. Дело было срочным и переносить, либо откладывать его было нельзя. Вариантов было не так уж много и все, что ей оставалось – это рискнуть и пойти лично. Не будь дурой, она позвонила старшему брату, который сейчас был в увольнительной, и тот согласился ее встретить в тот момент, когда она будет возвращаться. Кто же знал, что ей удастся закончить со всем куда быстрее?

Выходя, она скинула текст брату о том, что тому стоит поторопиться и что она возвращается. Тот ответил, что будет минут через пятнадцать. Отправив ответный смайлик, Мия собрала вещи и вышла на улицу, ведь до машины было совсем недалеко.

Мия пошла прямиком к своей машине, чтобы убраться из этого района, принять душ и лечь спать, ведь завтра намечался сложный день и очередное слушанье.

До машины было рукой подать, когда девушка поняла, что она больше не одна. Ее поджидали. Она замедлила шаг и попыталась найти путь отступления, но те, кто ее ждал, поймали ее в ловушку. Ее окружили.

Мысль о том, что брат должен подоспеть совсем скоро, тут же промелькнула у нее в голове, но понимание того, что за пятнадцать минут может произойти многое, не покидало ее.

Четыре головореза стояли в разных частях улочки, в которой она была, и довольно скалились. У одного из них была дубинка, а другой, играя, размахивал ножичком. Оставшиеся двое лишь противно улыбались.

Понимая всю безысходность, Мия тут же просканировала округу на возможность избежать того, что грядет. Угрюмый район, заброшенные здания, никого вокруг. Ближайшая дверь была забаррикадирована старыми балками, а других видимых возможностей скрыться и отступить поблизости не было. Вернуться туда, откуда она вышла, тоже не получалось.

Сразу стало понятно, что ее ждали и заманили в ловушку, а это значит, ее сдали, ведь о том, что она будет тут, знала лишь она, ее брат и…

– Блин! – выругалась она в слух и на мгновение прикрыла глаза, позволяя ее телу прочувствовать все разочарование в человеческой натуре.

В этот момент она поняла, что помимо нее и брата, которому она всецело доверяла, был еще один человек, который точно знал, куда она направляется. Ее помощник. Тот, кто отказался ехать с ней, вел себя странно последние пару дней. Мия списывала это все на стресс перед грядущим слушанием, но, видимо, она ошиблась, и того переманили на свою сторону, а точнее, купили. Обидно было осознавать, что тот, кого она отбирала лично и тому, кому успела довериться, так сильно ее подставил. Было ли это ради денег или возможности выслужиться, сейчас было уже не важно, одно было точно: если ей удастся выбраться из этой передряги живой, то веры своим коллегам у нее станет куда меньше, чем у нее было изначально.

– Добегалась, прокурор! – довольно улыбнулся главарь этой банды, который почувствовал власть над ситуацией. – Не с теми людьми ты решила дела вести. – сказал один из них, тот, кто все еще держал в руках нож.

– Дайте угадаю, вас послал Сергей Геннадьевич? – спросила Мия, намеренно произнося имя подсудимого громко и четко.

Пусть возможности отступить у нее и не было, но одним быстрым нажатием на телефон она начала запись того, что происходит сейчас. Она часто пользовалась этой опцией, а для большей надежности, как только запись прекращалась, она автоматически сохранялась в облаке.

Ей нужно было потянуть время, и разговорами сделать это было проще всего.

– Он просил передать тебе предупреждение и рекомендовал отступить от дела. Не хотелось бы испортить такую привлекательную мордашку, но босс настаивал. Он сказал, что ты ему сильно насолила, и теперь это скажется на его связях и репутации, что недопустимо в нашем бизнесе. Так что не принимай близко к сердцу, красавица, но сегодня твой последний день, – добавил мужчина, приближаясь все ближе. – Ты ввязалась во взрослые игры, куда таким, как ты, ход заказан, за что тебе продеться поплатиться. Слишком уж много ты знаешь.

– А если я не отступлю? – спросила она ради интереса и так зная ответ на свой вопрос.

– Не тупи. У тебя нет выбора. Нужно было давно отойти от дел, как это сделал твой коллега, который сразу понял, что ему не стоит с нами связываться. Тебе же предлагали деньги! Чего не взяла? Была бы целей. – самодовольно сказал мужик. – Твоя вера в правосудия тебя и погубит, детка. – добавил он и оскалился, показывая парочку золотых зубов, которые так сильно бросались в глаза и показывали его безвкусицу.

Мия лишь тяжело вздохнула. Коллега, которому она доверяла свою спину последние пару лет, предал ее, и теперь это может стоить ей жизни. Все, что она смогла это усмехнуться, понимая, что, даже считая себя местами черствой и гиперосторожной, она все равно умудрилась подставиться, за что сейчас и поплатится.

Вера в то, что ей удастся выбраться из этой ситуации невредимой, была, но очень уж слабой. Она не собиралась сдаваться просто так, но и помощь могла не подоспеть вовремя.

– Ясно. Как я понимаю, живой вы мне уйти отсюда не дадите. – сказала она и первой решила напасть, пытаясь хоть так получить преимущество, ведь ее целенаправленно зажимали и ставили в очень неудобную позицию.

Мужик успел лишь замахнуться, а девушка в ответ кинула ему в лицо сумку, предварительно доставая из нее перцовый баллончик. Сумка хоть и замедлила его, но не остановила. Мие же даже пару секунд были нужны как воздух, для того чтобы поднять руку и разрядить в лицо нападавшему почти весь флакон. Послышался крик и мат. Бита, которая все это время находилась у него в руках, пролетела пару раз возле нее, но она машинально успела увернуться. Пару замахов, и мужчина выронил оружие, пытаясь совладать с агонией от жгучей боли перцового спрея, который попал ему точно в глаза. Думать долго над тем, что делать дальше, девушка не стала и попыталась быстро схватить оружие, в то время как оставшаяся еще двое ринулась к ней.

Попытка убежать провалилась моментально, как только ей перегородили путь, оставив лишь малый шанс отвоевать свою свободу.

Началась настоящая драка. Мужики были почти на голову выше ее и явно знали, что они делали, но и Мия дралась отчаянно, используя не только биту, но и свои кулаки. Ей даже удалось свалить одного из них на землю и отправить в отключку. Второй же тем временем схватил ее за руку и попытался ее вывернуть. Девушка хотела проделать прием, чтобы вывернуться, но не успела. Последний из нападавших подошел к ней со спины и всадил нож.

Тот вошел ей между ребер чуть ниже сердца, что тут же лишило ее сил и лишь на одном адреналине позволило в удивлении посмотреть на своего убийцу. Ее тело ослабло, и бита выпала из рук, а тело тут же пронзил холод. Мужчина же, на этом не закончив, не церемонясь, вытащил из нее нож с характерным чавкающим звуком, что заставило ее выплюнуть кровь и засадить нож ей прямо в сердце.

Последним, что она успела услышать, был отчаянный крик боли ее брата, который пришел ей на помощь, но так и не успел ее спасти.

Она и понять ничего не успела, как все померкло. Ярко светящая луна перед ее глазами больше не освещала место, где она столкнулась со своей смертью. Все запахи и звуки исчезли, и ее окружила пустота и холод. Это было концом, и Мия понимала это прекрасно, но даже сейчас она не желала верить, что все закончилось так несправедливо. У нее было слишком много незаконченных дел, а главное, правосудие так и не восторжествовало для той, чьи интересы она защищала, пусть и посмертно.

Глава 1. Видение.

Мия

Мия точно понимала, что она погибла. Шанса выжить при таком серьезном ранении у нее не было. Как та, кто в свое время подумывала стать врачом и интересовалась этим, она могла сказать это, не колеблясь. Ощущения холода, легкости и опустошенности все еще присутствовали, но очень отдаленно, и чем больше времени проходило, тем слабее они становились, пока не исчезли совсем.

Ощущения конечностей как токовых и вовсе исчезли почти мгновенно, оставляя после себя какую-то неправильность и оголенность. Мия не могла понять, что точно с ней происходит и почему она не видит того самого загробного света, о котором так много говорили «мудрецы» при жизни. Был, конечно, шанс, что доступ к вратам рая был для нее закрыт, и сейчас она находилась в чистилище в ожидании кары, но и это были лишь ее мысли. По сути, у нее осталось лишь свое сознание, чувства и память, все остальное она утратила, стоило ее физическому телу погибнуть.

Пустота угнетала. Как долго она находилась в таком состоянии и где, оставалось лишь гадать. Это могли быть секунды, минуты, годы или даже десятилетия. Мия давно сбилась со счета. Постепенно самосознание того, кто она такая, начало размываться. Лишь одно оставалось неизменным – желание жить, никуда не делось.

Все изменилось в мгновение ока, когда прямо перед ней как из ниоткуда появилась проекция, изображение, видение – называйте как хотите, но сути оно не меняло, перед ней предстало то, что явно показывали ей не случайно. Оно привлекло ее внимание тут же. Делать все равно было нечего, а так хоть может что-то Мия сможет узнавать. Она приготовилась к долгому просмотру и тщательному анализу увиденного, как на экзамене.

Действие разворачивалось на окраине леса, который хоть и был похож на Земной, но имел свои отличия. Деревья имели неизвестную до этого Мие форму и цвет. Совсем рядом находилось озеро, которое сейчас отсвечивало светом луны. Луна была не просто невиданной Мией ранее, но и имела ярко красный цвет, что придавало всей атмосфере загадочность, мрачность и, казалось, становилось предвестником беды. Стояла глубокая ночь, прохладный ветер шелестел листьями, и девушка могла поклясться, что этот ветер прошелся по ней тоже, что было невозможным из-за того, что тела-то у нее и не было. В далеке был слышен вой дикого животного, за которым последовали еще и еще. Рев издавали разные расы, но они все звучали с одной стороны.

Сомнения в том, что действия происходят не на Земле, вновь подтвердились. Мир был другим. Как из фантастических фильмов, по которым так тащился ее младший брат.

Интуиция Мию не подвела, так как первое впечатление только подтвердило то, что при таком антураже ничего хорошего не может произойти. Слишком все походило на зловещее начало фантастического ужастика, и не сказать, что этот жанр ей очень уж нравился. Ей и на работе хватало такого рода представлений.

Как только окружение стало ей более-менее понятным, ее взгляд приковала к себе главная героиня этого шоу.

На берегу почти изнеможенная лежала молоденькая девушка. Она была совсем юной, лет пятнадцати, но уже в этом возрасте ее можно было назвать ранним цветком. Она была симпатичной, и не заметить это было сложно, хотя акцентировать внимание на этом было последним делом. Сейчас девушка была в порванной одежде, низ платья был покрыт кровью, и сомнений насчет того, что с ней случилось, не было.

Ее лицо местами было покрыто синяками. На руках и ногах уже образовались гематомы от того, как ее удерживали во время насилия, а дорожки слез, не прекращаясь, стекали по ее некогда прекрасному лицу.

Было видно, что ей безумно больно и сил встать у нее нету. Одна из ног была неестественно повернута, скорее всего, перелом. Голые участки тела были все в ссадинах, царапинах, укусах и засосах. Последние Мия не спутала бы не с чем другим.

Бедняжка страдала, но, несмотря на это, она все еще ползла в определенном направлении, проявляя всю силу воли и упругость, на которую была способна. Сначала Мия подумала, что она ползет к воде, чтобы покончить с собой после пережитого, но она оказалась не права. Девушка, целеустремленно сжимая зубы от усилия, двигалась в направлении крупного и абсолютно круглого зеркала, в котором сейчас сконцентрировался весь кровавый свет столь яркой луны.

До цели было всего пару шагов пути, и Мия смотрела в ожидании того, стоит девочке добраться до этого зеркала, в котором она явно видела свое спасение, но ее внимание невольно переключилось на трех парней, которые дружно вышли из леса.

– Вот и главные злодеи. Куда же без них? – сама для себя сказала Мия, уже заранее ненавидя их за то, что они посмели сотворить со своей жертвой такое.

В делах, в которых было такое рода насилие, она была особо безжалостна с преступниками, желая хоть так защитить тех, кто не мог сделать это сам.

Все трое были немного старше своей жертвы, но было сразу понятно, что именно они являются виновниками этой сцены. Их внешний, растрепанный вид говорил лучше всяких слов. Царапины на лице и руках от того, что девочка сопротивлялась, все еще свидетельствовали о том, что она была не только против, но и сопротивлялась изо всех сил.

– Эй, красотка! Ну куда ты ползешь? – выкрикнул один из них, при этом поправляя свои штаны, которые он явно одел наспех.

Штаны были покрыты грязью и кровью, а также имели несколько дыр и лишь номинально прикрывали то, что было спрятано под ними, но парня это волновало мало, так как он явно не закончил со своей жертвой и был намерен спросить с нее все, что она, по его мнению, ему должна.

– Она походу решила взобраться на зеркало. – самодовольно произнес второй из них, и, в отличие от первого, он двигался очень плавно, почти как животное, вышедшее на охоту.

Этого парня можно было назвать даже милым, если бы не его поганая и гадкая улыбка, говорившая, что этим личиком он обманул многих.

– Матушке Природе решила пожаловаться в надежде на то, что она тебя защитит или, может, надеется, что сможет пройти обряд уже сейчас? – пошутил третий, и в этот момент Мия поняла, что повадки животного ей не показались, так как этот парень начал принюхиваться и скалиться. – Ты же знаешь, что сопротивляться бесполезно. Сегодня кровавое полнолуние, и все, что сегодня случилось, спишут на то, что мы не смогли совладать со своими зверями, а ты, как не совершеннолетняя, нарушила приказ альфы и покинула свой дом. Никто не поверит, что ты жертва. Ты сирота в то время, когда наши отцы – альфы. – парень все говорил и говорил, и Мия понимала, что и в этом мире те, у кого есть власть, считают, что они могут делать все безнаказанно.

Девушка не ответила, хотя было видно, что каждая фраза бьет ее больнее хлыста, так как она понимала, что так и будет, и шанса на справедливость у нее нет. Девочка могла сдаться и просто принять свою судьбу, но, непонятно на что надеясь, она лишь упорно двигалась вперед.

Будь у Мии зубы или кулаки, она лично бы разобралась с этой тройкой, видя, что они сотворили с бедным ребенком.

Парни понимали, что шутки шутками, но никому из них не хотелось вмешиваться в ситуацию Матушку и Альф – что непременно случится, если их жертва доберется до алтаря в виде зеркала. Им хотелось «веселья», но никак не то, что может принести за собой проблемы.

– Не дайте ей добраться до него. Я с ней еще не закончил! – выкрикнул тот, кто наконец разобрался со своими штанами. Двое его дружков довольно кивнули и в предвкушении охоты довольно улыбнулись, а затем пригнулись к земле и сменили ипостась в мгновение ока. Всего мгновение назад на их месте стояли «люди», а теперь там был огромный волк и внушительного размера рысь.

Мия удивилась такому явлению, но осознание того, что это лишь «видение», заставило смотреть дальше, не имея возможности ничем помочь. Все воспринималось как фильм, и повлиять на ситуацию лично она пока не могла никак. Ей приходилось сталкиваться за последние годы практики прокурора и не с такими мерзостями, а поэтому она не отвернулась и не шелохнулась. Будь у нее кулаки, она бы ими воспользовалась, но чего нет того нет. Ей предстояло пока быть лишь наблюдателем и сдерживать свои порывы и чувства.

Девушка же, понимая, что так ее обидчики стали куда быстрее, с криком боли и отчаяния преодолела последние сантиметры и положила сначала на зеркало руку, а затем перекатилась и полностью развалилась на нем. Было видно, что последнее действие причинило ей много боли, так как ей пришлось перенести вес на сломанную ногу, что позволило ей добраться до своей цели. Красный цвет в зеркале тут же стал ярче, а затем и вовсе окружил девушку, как защитный круг, отделяя ее от тех, кто посягнул на ее честь и жизнь.

Сама же девочка лежала неподвижно. Мия даже задалась вопросом, жива ли она еще, ведь кроме широко раскрытых глаз, больше ничего не выдавало в ней признаков жизни.

Шли минуты. Мия видела, что парни вернулись в первоначальную форму и обступили зеркало, но взобраться на него не решились. Они кричали, стучали в барьер света, который был на удивление плотный, но поделать ничего не могли, понимая, что они упустили ее. Их лица из самодовольных исказились в гримасе разочарования и даже паники, так как их опасения оправдались и теперь так просто им не отделаться.

Перемены были заметны, и Мия ждала, чем же это все закончится, но вместо того, чтобы увидеть результат, она услышала его. Она услышала отрывок разговора, который шел между жертвой и кем-то, о ком она ничего не знала, но предполагала, что это была та самая Матушка Природа, о которой ранее упоминал один из нападавших.

…

– Ты не достигла возраста для прохождения обряда, а значит, твоя душа не сможет выдержать его. Ты погибнешь, стоит обряду только начаться. Недаром обретение зверя происходит в совершеннолетие. Именно в это время ваша душевная стабильность, гармония с телом и вашей животной сущностью достигает нужного пика. – пояснила Матушка. – Просто же выпустить тебя сейчас – это равносильно приговору к смерти, ведь тебя не пощадят. Так скажи-ка мне, дитя! Чего ты хочешь? Чего ты добивалась, переступив священный круг и воззвав ко мне таким образом?

Мия думала, что ответом будет защита или милосердие, но она ошиблась. Она недооценила жертву и то, что пусть она и была молоденькой, но духа ей было не занимать.

– Правосудие. – уверенно ответила девочка. – Я хочу правосудия для тех, кто совершает все, что им вздумается, только потому, что они сильнее. Я хочу справедливости и мести. – ее голос звучал уверенно и холодно, и Мия могла бы сказать, что такие речи были сказаны той, кому пришлось пережить не только это насилие, но и куда большее горе.

Стоило вспомнить, что девочка была сиротой, и все становилось на свои места. Ей пришлось нелегко по жизни. Сколько ей пришлось пережить, даже думать не хотелось.

– Я могу пообещать тебе правосудие над теми, кто так с тобой поступил, но готова ли ты его сама совершить, даже и с моей помощью? Готова ли ты стать тем, кто приведет приговор в исполнение? Справишься ли ты? – спросила неизвестная, задавая правильные вопросы, которые тут же поубавили пыл девочки. – Хочешь ли ты уподобиться им и запятнать свою душу этим? – спокойно спросила Матушка вопросы, на которые было так сложно ответить даже Мие.

– Я… Я… – она не нашлась, что ответить так как сама понимала, что, сказав слово ««да» она солжет.

– Это не легкое бремя, и я понимаю твои сомнения, и поэтому дам тебе шанс выбрать. – сказала Матушка, и Мия поняла, что выбор будет нелегким. – Как я уже говорила, ты можешь стать той, кто от моего лица будет вершить суд над такими, как те, кто сейчас стоит снаружи и от которых тебя сейчас защищает лишь барьер. Я помогу в этом, дам тебе силу и власть, но взамен ты можешь потерять себя, ведь простой и спокойной жизни тебе не прожить. – огласила она первую часть предложения. – Ну или ты уйдешь на перерождение, уступив место той, кто сделает это за тебя. При выборе второго варианта я могу тебе обещать, что твоя жизнь будет счастливой и долгой, а те негодование и боль, которую ты пережила в этой жизни, тебе не придется испытать в следующей. – Варианты были оглашены, и дураку было понятно, какой из них звучит заманчивей.

Мия лишь почувствовала облегчение, ведь оба выбора хоть и звучали столь по-разному, но ни один из них не был легким. Каждый из них имел столь много подводных камней.

Девочка понимала все, но думала недолго.

– Если я уступлю свое место, то месть все равно будет совершена. – переспросила она.

– Правосудие… Но да. – подтвердил голос Природы, который слышался словно из далека.

– Тогда я выбираю второй вариант. Меня в этой жизни больше ничего не держит. Лучше уж попробовать свое счастье в другой жизни. В этой я уже настрадалась. – произнесла девочка, и Мия не могла винить ее в принятом решении, ведь далеко не каждый хочет проходить все это снова и снова и становиться чьим-то мечем для достижения правосудия.

– Да будет так! – После этого голоса девушки больше не было слышно, и Мия была уверена, что ее желание было исполнено.

Сейчас, в свете кровавой луны, на зеркале лежит лишь красивая оболочка. Так было правильно, наверное. Негоже детям переживать такое и становиться лицом к лицу с последствиями. Для этого были взрослые, но, к сожалению, у такой, как эта юная девочка, за плечами не было никого, кто бы мог за нее вступиться. Именно эта ситуация напомнила Мии, за что все годы своей работы прокурором она так боролась и сжимая зубы страдала. Именно для таких, как эта жертва, она и хотела добиться справедливости, однако один раз, погибнув, она понимала, что в этой борьбе все средства хороши, и раз преступники могут позволить себе многое, чтобы совершить необходимое, иногда нужно было становиться с ними на одну линию, а иногда и вовсе становиться куда хуже.

– Слышала? – спросил все тот же женский голос, и в этот раз Мия была уверена, что обращается он к ней.

– Да. – уверенно ответила она, даже не думая юлить.

В ней все еще кипело негодование и злость, но и некая уверенность в том, что пусть и таким способом, но девушке удалось избежать все той боли, которая непременно должна была ее настигнуть.

– Хочешь занять ее место и стать той, кто свершит правосудия? – спросила Матушка, не ходя вокруг да около и сразу переходя к делу.

– Перед тем как я дам свой ответ, я хочу уточнить о той помощи, о которой Вы говорили ранее. – В Мие проснулся жадный прокурор, который, увидев возможность, решил поторговаться, и шанс такой упустить она не собиралась.

Она уже знала, что ее ответ будет положительным, но если ей предстоит стать тем самым мечом, она планировала убедиться, что он непременно будет остро заточен.

Глава 2. Плюшки.

Мия

– А какого рода помощь тебе нужна для того, чтобы ты смогла совершить правосудие? – тут же вопросом на вопрос ответила Матушка.

Она целенаправленно не желала конкретизировать ответ, может, для того, чтобы проверить, на что способна Мия, а может, желая скрыть карты, которые пока не должны быть открыты.

Мия бы коварно и с предвкушением улыбнулась, если бы смогла, ведь перед ней был такой же не простой и толковый собеседник, как она сама. Они обе прощупывали границы дозволенного и планировали получить максимально выгодное предложение перед тем, как заключить союз либо сделку.

Будь на месте Мии кто-нибудь другой, то, скорей всего, одного лишь позыва к новой жизни было бы достаточно. Ей бы и самой этого хватило бы с лихвой, если бы не дополнения к этому в виде долга, который ложился на нее плечи. Последнее и заставило ее вспомнить былые времена и весь тот опыт, который она смогла приобрести в прошлой жизни.

– Для того, чтобы знать, что мне нужно, я должна разбираться в ситуации в целом, а также в возникшей проблеме и законах, которыми я могу воспользоваться в этом мире. – ответила Мия, не желая предъявлять требования наугад, при этом все тщательно не проанализировав. – Мне бы данные, с которыми я могла бы работать, получить. Соглашаться без предварительной подготовки не в моих правилах.

– Разумно. – ответила Матушка, и в этот момент в сознание Мии хлынул поток информации, который почти оглушил ее, настолько много ее было. Хорошо еще, что они были структурированы, и проблемы в том, что она может запутаться в их потоке, не возникло.

Знаний было много, и они были обширными, но строились на нескольких базовых принципах, и основным из них было – сила. Сила не столько физическая, а мощь и статус зверя определяли положение гуманоида в этом мире. Тут определенно стоило отметить, что термин «гуманоид либо разумный» был самым подходящим, ведь в этом мире было разделение на людей и двуликих, что не стало неким откровением для девушки, ведь она уже наблюдала, как те самые обидчики сменили ипостась. Стоит учитывать, что законов как таковых в этом мире было много, но они варьировались от места к месту, ведь альфа каждой стаи мог их менять в угоду «благам» его окружения. Само собой, такое «благо» было не всегда приемлемым для других.

Так же законы варьировались и на расу, к которой принадлежал разумный. К людям, само собой, законы применялись баснословно и в куда более жестокой манере, хотя и двуликих эти законы не обходили стороной, и за свои проступки они вполне могли лишиться жизни, что тут не считалось чем-то запретным и требующим глубокого внимания. Смерти во время дуэлей за власть, охоты и даже мести были вполне естественны. Одно то, что на отверженных велась вполне законная охота, которые в течение трех лет после совершеннолетия находились в подвешенном состоянии между двуликими и людьми, чего только стоило?

На них охотились по приказу их же родственников и никто-нибудь, а специально обученные палачи, которые за приличный гонорар могли ликвидировать цель и не только. Наличие отверженной в семье считалось позором и клеймом, от которого родные старались избавиться как можно быстрее. Однако, из полученных знаний от Матушки Природы, Мия точно знала, что изначально отверженные были созданы совершенно не для того, чтобы стать изгоями, а наоборот, чтобы сплотить всех остальных.

В последние годы эта тенденция немного изменилась в связи с прежними отверженными, которые внесли новые правила, но ситуация все еще была плачевной.

В этот момент Мия услышала недовольный хмык со стороны Матушки и поняла, что история с отверженными не так уж проста, но для более детального разбирательства нужно было время.

– Они должны были стать мостом примирения между двумя расами, что позволило бы им жить в гармонии. Но, как часто бывает, те, кто должен был защищать слабого, извратили благие стремления, и теперь, пока еще не поздно, мне как наблюдающей нужно принять меры либо начать все с начала. – Последние уточнения прозвучали как приговор, и Мия понимала, что ей это не послышалось.

Полученные уточнения она приняла, но пока задавать дальнейшие вопросы не стала. Ей нужно было вначале разобраться с тем, что она уже получила.

Понимая, что будь все так просто, как кажется на поверхности, то хаос наступил бы уже очень давно, Мия проникла в свое сознание глубже и обнаружила, что хоть какой-то контроль над этими стаями все же есть, и они называют себя – Триумвиратом. Те, кто служил Матушке и мог вершить правосудия от ее лица. Судебная процессия, которая хоть как-то сдерживала все от краха, полного уничтожения и беззакония.

Промелькнула мысль о том, что если и попадать в этот мир, то в идеале стоит примкнуть к их числу. Но эта мысль тут же испарилась, ведь если ей предстоит стать оружием Матушки, то ей нужно было быть независимой даже от Триумвирата.

Мия потратила немало времени для того, чтобы перебрать ту информацию, которая ей была интересна, но Матушка ее не торопила, давая ей время все обдумать. Видение того, что происходит за пределами зеркала, замерло, и это стало очередным подтверждением того, что время в этом месте течет не так, как в том мире, в котором ей предстоит жить, а поэтому она не торопилась и делала то, что умела, а точнее искала всю ей нужную информацию, чтобы потом получить желаемое.

– Еще пара вопросов. – все же вынырнула из своих мыслей девушка и продолжила разговор.

– Слушаю… – тут же последовал ответ.

– Исходя из того, что моя душа чужда для этого мира, то звериную сущность я не получу. – начала она. – В этом случае какой дар Вы приготовили этому телу?

– Хм… Обычно я выдаю тот, что больше всего подходит его носителю, и при этом он позволяет пережить срок в три года для того, чтобы выжить в период проверки и выполнить положенную на него миссию. – рассуждала в слух Матушка. – Однако ты будешь моей последней переселенкой, в чьих руках долг изменить отношения двух рас так, чтобы они стали одним народом, а поэтому я дам тебе выбор. Ты сама можешь решить, какого вида дар тебе больше всего подойдет для выполнения этого задания, и если он мне понравится, то я разрешу тебе им облодать.

Будь у Мии руки, она бы довольно ими потерла, ведь ей дали такой прекрасный шанс получить то, что ей действительно нужно и чем она сможет воспользоваться по своему усмотрению.

Обычный человек долго бы думал над ответом, но Мия ответила почти моментально. Еще на Земле у нее состоялся разговор с братьями при просмотре фантастического фильма о суперспособностях, где каждый из них пытался доказать, чьи силы круче, полезней и эффективнее, и именно тогда для девушки разговор так сильно засел в ее голове, что она потратила много времени для того, чтобы прийти к его решению, и ответ был довольно прост и сложен одновременно. Для Мии возможность перенимать самые сильные стороны и возможности противника по желанию были тем, что переиграть было невозможно. Отзеркалившая и усиливающая то, что противник изначально воспринимал как козырь, всегда ставило бы обладателя такого рода в самую выгодную позицию, что Мия и озвучила для Матушки.

– Не стану спорить. Такой вариант меня вполне устраивает. – согласилась Природа. – В обычном случае тебе бы пришлось ждать совершеннолетия этого тела для того, чтобы получить этот дар, но так как твоя душа вполне способна пережить его получение уже сейчас, то для тебя этот обряд произойдет, как только ты дашь свое согласие. Ты станешь отверженной, но из-за того, что никто не узнает о состоявшемся обряде, к тому моменту, как твое тело достигнет совершеннолетия, твой срок проверки завершится. Ты сможешь его миновать.

– Хорошо. – спокойно приняла такой вариант Мия.

– Что же касается твоей основной миссии, то я дам тебе три года для того, чтобы обрести союзников и силу, которая тебе так нужна. Воспользуйся помощью своих предшественниц. – посоветовала Матушка. – Спустя это время тебе придется выполнить возложенную на тебя миссию, и если ты не справишься, то второго шанса у этого мира не будет. Я долго боролась за этот мир и его жителей, но и у меня есть пределы и ограничения, которым я должна следовать. Не стану приукрашивать и приумножать, но от тебя зависит, будет ли этому миру дан шанс на существование или гибель. – серьезно произнесла Природа, и в этот момент Мия могла лишь промолчать, так как ответственность на нее ложилась колоссальная.

Хорошо еще, что она привыкла к тому, что от нее зависит судьба и свобода человека, а поэтому пусть и в таком масштабе, но это не стало чем-то новым и пагубным для ее психики и уверенности. Наоборот, это лишь придало ей решимости и стремления справиться с полученной задачей.

– Что же касается связи с Вами? Выполнять Вашу волю и не знать, на правильном ли я пути, тоже не самый лучший выбор. – все же пришла в себя Мия и начала задавать вопросы, которые стоило прояснить.

– Тело, в которое ты попадешь, не было способно чувствовать меня, и менять этого я не стану, но я пошлю к тебе того, кто сможет передать тебе мою волю, если ты оступишься. Доверять ему или нет, решай сама, но знай, что обмануть тебя о том, что касается меня, он не сможет. – уточнила Мать.

– Допустим, но если я и стану вашим оружием или точнее сказать судьей для тех, кто исказил те принципы, которые вы заложили в этот мир, то одного дара будет мало. – закинула Мия удочку.

– А ты жадная… – довольно произнесла Матушка, чуть смягчая тон.

– Не жадная, а расчетливая. – поправила она Природу, видя колоссальную разницу в этих двух словах. – В Вашем мире правит сила, а поэтому я не откажусь от того, что может сделать меня сильнее. – честно ответила Мия. – Раз мне предстоит бороться, то стоит убедиться, что у меня есть все, чтобы победить. – сказала она, уже обдумывая, как она может провернуть все так, чтобы у нее все точно получилось, и, к ее удивлению, у нее уже даже появились некоторые наработки и идеи.

– У меня тоже есть ограничения. В этом мире меня называют Матушкой Природой, но я являюсь наблюдателем, который в критические моменты должен вернуть все на круги свои. Правила есть правила, и для одной души я могу выдать один дар.

Мия задумалась, но не отступила и предложила то, что могло бы устроить их обеих… Ну ладно! Ее так точно!

– А что насчет того, чтобы я не получила второй дар, а усилила уже тот, что во мне есть? – сказала она и добавила. – Если есть возможность усилить проницательность, обаяние, физическую силу? – начала перечислять варианты девушка.

– Это можно, но выбери одно. Больше я не дам. – серьезно сказала Матушка, ограничивая Мию в фантазии, которая во всю разошлась.

Вот тут-то ей пришлось подумать побольше, ведь выбрать одно из бесконечного числа вариантов было совершенно не просто.

Глава 3. Возложенная миссия.

Мия

Выбрать из возможных вариантов было очень сложно и проблематично, ведь от этого зависел успех всей ее затеи, да и ее жизнь тоже. Любой ее выбор мог как усугубить всю ее задумку, так и укрепить ее позиции. Принять решение стоило обдуманно и полагаясь на перспективы, которые могут открыться у нее в будущем.

Время на размышления у нее и было, но чем дольше она думала, тем больше она начинала сомневаться в том, что было для нее нетипичным.

Физическая сила, обоняние, чувствительность, приспособленность, гибкость, логика, интуиция… Какой бы вариант она не рассматривала он нес за собой знак вопроса – нужно ли выбрать конкретно это или стоит остановиться на чем-то другом? Поможет ли ей именно эта возможность или она поступит, опрометчиво использовав такую возможность, напрасно?

Все то, что звучало разумно у нее в голове спустя минуты размышлений, рушилось и отметалось как неактуальное, бесполезное, нерациональное и слишком банальное, и чем больше вариантов она перебирала, тем четче понимала, что верный вариант всего один.

В один момент она и вовсе хотела потрясти головой для того, чтобы привести свои мысли в порядок, но из-за отсутствия таковой ей пришлось лишь мысленно дать себе пинка и собраться. Терять голову сейчас было неразумно и непозволительно глупо. На кону была ее жизнь, свобода и долг. Что бы она ни выбрала, это будет в любом случае ей во благо, и она найдет способ этим воспользоваться. Решив так, Мия успокоилась, собралась и четко произнесла свой выбор.

– Интуиция. – это было то, с чем она могла не бояться прогадать, так как не раз в своей жизни и карьере полагалась на нее. Даже в ночь своей смерти она чувствовала, что что-то не так, но отмела это чувство, за что и поплатилась. – Если Вы усилите мою интуицию, этого будет вполне достаточно, чтобы мои шансы на успех возросли кардинально. – огласила она свой выбор в ожидании ответа Матушки Природы.

– Это вполне приемлемо. – ответила та, чем позволила Мии тут же расслабиться от полученной выгоды. – Не стану лгать, что в обычных обстоятельствах это считалось бы нарушением и вольностью, но так как ты мне понравилась, так уж и быть, я сделаю тебе подарок. – произнесла Матушка, и до того, как Мия успела что-то добавить, она продолжила. – Раз ты сделала свой выбор, то мне нужен твой четкий ответ для того, чтобы отправить тебя в тело той, кто все это время ждал тебя. Чем дольше ты медлишь, тем сложнее пройдет слияние. – уточнила она, тем самым желая поторопить Мию и неоднозначно намекая на то, что промедление выйдет боком ей самой.

– Хорошо, но перед тем, как я скажу да, я бы хотела услышать точное описание того, в чем состоит мое задание и в каком случае оно считается завершенным. Не желаю оставлять недостоверность в этом вопросе. – настояла Мия, понимая, что размытое описание ставит ее в совершенно невыгодную ситуацию.

Она бы и письменный договор заключила бы, будь у нее такая возможность. Сейчас же приходилось импровизировать и цепляться за каждую возможность, пока таковая была, ведь она изначально понимала, что упускать такой шанс, как обретение новой жизни, она не захочет. Слишком уж сильно она хотела жить.

Послушался новый хмых, но в этот раз Мия понимала, что она находится у самой грани острия ножа и больше своевольничать не стоит. Надави девушке больше, и ей же самой не понравится результат. В таких вопросах она знала, когда стоит остановиться, и эта грань была прямо перед ней. Еще маленький шаг, и она его переступит, а вот дальше пропасть, в которую она так не желала упасть.

Мия и так вела себя дерзко, если считать, что разговор велся с совершенно не равным ей существом, который мог и не давать ей этого шанса. Ей повезло, что ее желание выставить свои границы позабавило Матушку, а не разозлило.

– Ты должна стать символом нового порядка и моим послом истины, судьей, который огласит приговор, и палачом, который его исполнит. – важно произнесла та, что заставило Мию напрячься, ведь в этой фразе было столько давления, ответственности и долга, что она понимала: одной ей никак не справиться.

Мия так и хотела сказать что-то из разряда «А хотелка у Матушки не лопнет от всего того, что она хотела взвалить на нее одну», но сила воли и логика заставили ее промолчать, опасаясь последствий.

– Твоя задача заключается в том, чтобы донести истинное значение до всех тех, кто исказил мое слово о порядке и гармонии между двумя расами. Донести до тех, кто ослушался, правду или наказать от моего лица. – произнесла Матушка, и в этот раз в ее голосе слышалась стойкость и твердость. – Слишком долго мои дети творили все, что им хотелось. Пришло время им ответить и понести наказание. – добавила она. – В день, когда кровавая луна окрасит небо красным, в дневное время суток, настанет решающий момент, который и станет днем, когда все решится. Если к тому моменту ситуация и положена между двуликими и людьми не пошатнуться, то этот мир падет без права на восстановление, так как будет считаться безнадежно провальным. То, что сейчас творится там, ведет лишь к полному уничтожению. Тебе решать, каким путем все исправить и как добиться результата, но знай, что я буду сопровождать тебя и помогать, ведь я не желаю видеть гибель этого мира. – Последнее уточнение немного успокоило Мию, так как бороться за то, что изначально было обречено, было куда сложнее, чем если шанс все еще существовал.

Не сказать, что полученная задача ее сильно впечатлила и обрадовала, но теперь хотя бы у нее было представление о том, что ей предстоит сделать, и приблизительная дата выполнения этого замысла.

– Перемирие значит? – тихо произнесла Мия, пытаясь уложить сказанное ранее в свою голову.

– Объедини то, что изначально должно было жить в гармонии, и тогда твой долг будет исполнен. Зароди надежду в их сердцах. – потребовала она, и Мия понимала, что это куда больше, чем просьба. – Если в указанный день я увижу перемены, то я пощажу этот мир, веря, что его обитатели все еще имеют право на существование. Иначе же… – тут Матушка не договорила, но Мия и так поняла, что она имела в виду. Все понятно было и без слов.

Девушка и так получила куда более полный ответ на свой вопрос, чем рассчитывала.

Сделать так, чтобы те, кто в угоду своему тщеславию и силе пошел на уступки и принял своих «слуг» равными себе, были еще той задачкой со звездочкой. В конце концов, она была не дипломатом и не стратегом, а прокурором, который должен был доказать чью-то вину. Став же судьей, она также должна была оглашать приговор, но никак не быть медиатором в столь сложной ситуации. Ей даже показалось, что задача звучит и вовсе непосильна для нее одной. Промелькнула мимолетная мысль отказаться, но потом девушка вспомнила, что, во-первых, она будет не одна, а, во-вторых, у нее будет время подготовиться. В конце концов, Мия привыкла к сложным заданиям, да и просто находиться тут, неизвестно где, было в разы хуже, чем попытаться выполнить порученное ей задание и обрести возможность получить второй шанс.

Всю жизнь она была той, кто желал защитить свою семью, и пусть в прошлом ей не удалось довести дело до конца, но теперь ей предлагали попытаться вновь и защитить не только себя, но и всех тех, кто сейчас был угнетен, подавлен и унижен. Чем то, что она должна сделать, отличается от того, к чему она привыкла? Масштабом, долгом и последствиями – сама тут же ответила Мия, но все это меркло на фоне новой возможности быть живой и попытаться сделать то, в чем она была особенно хороша.

В ее же силах было постараться сделать все от нее зависящее, и раз Матушка назвала ее судьей, то это именно то, в чем нуждался этот мир, а раз так, то именно ею она и собиралась стать. Раз нужны перемены, то она готова их внести, так как она это умела делать – громко, эффектно и со вкусом.

Эти мысли заставили ее немного успокоиться и наконец понять, чего же она хочет, и все сводилось к тому, что она желает не упускать этот шанс. Может, ей просто хотелось узнать и проверить себя, а может, интуиция, которой она так сильно гордилась, кричала в ней, что ей стоит попробовать и у нее все получится, но девушка приняла решение и отступать уже не хотела.

– Я согласна. – громко и четко произнесла она, и в этот же момент ей стало очень больно, так как все то, что испытывало тело девочки, лежащей на зеркале, стало ее собственной болью.

Воспоминания о том, что произошло пару мгновений назад, никуда не делись, но и сомнений в том, что договор был заключен, так же не было. Задание было получено, и теперь ей нужно было приступать к его реализации, но перед этим ей все еще предстояло разобраться с теми, кто причинил столь много страданий той, кто позволила занять ее место.

Мысли путались и цели были не ясны первые мгновения. Боль постепенно уходила и Мия понимала, что это был еще один подарочек от Матушки. Нога постепенно возвращала свою подвижность, а раны затягивались. Свет, а точнее барьер вокруг зеркала, постепенно начал таять, как и откат от переселения души в новую оболочку, и последним, что она успела услышать от Матушки, был лишь легкий шепот.

– Удачи… – шептал он, что стало той самой отправной точкой, позволившей ей действовать.

Глава 4. Адептация.

Мия

Матушка оказалась права, когда сказала, что чем дольше Мия будет откладывать свое решение, тем сложнее ей будет приспособиться к новому телу.

Голова гудела от происходящего и от того, что с ней произошло. Мие до сих пор не верилось, что ей это все не привиделось и второй шанс на жизнь это не было некой иллюзией, которая почудилась ей, пока она находилась в коме или в психушке после того смертельного ранения в грудь.

Только физическая боль и несвойственное тело подтверждали, что это не сон, а стоило ей оглянуться вокруг, и все сомнения были отметены моментально.

Красный свет лунного сияния окружал ее со всех сторон, только слегка позволяя увидеть то, что происходит за его пределами. Густой и могучий лиственный лес, который при этом освещении казался фиолетовым, синим и красным, колыхался на ветру, создавая своеобразную мелодию своими листьями и ударами ветвей, бьющимися друг о друга. Цвета перемешивались и переливались, создавая непередаваемую атмосферу сказочности и некой нереальности. Стоило взглянуть чуть в сторону, и взгляд тут же переключился на водную гладь. Вода, как полная противоположность Мии, была прозрачной, спокойной и чистой, молчаливо показывая, как же прекрасно это место.

В любой другой день она бы точно позволила себе часами наслаждаться этой красотой, не обращая внимания на внешние факторы.

То тут, то там слышался громкий вой разных животных, явно вышедших на охоту, и девушка уже устала вести подсчет рыков и завываний всех тех рас, которые слышались вокруг. Кто выступал в роли добычи, а кто был охотником, понять было сложно, но Мие хотелось верить, что в эту ночь хоть один раз добыча с охотником поменяться местами, и чтобы это произошло, наверняка она сама планировала это осуществить. Раз Матушка прислала ее сюда для перемен, то это значило, что начинать нужно сразу и само собой ей.

Как только внимание от ее окружения переключилось на то, что ее беспокоило больше всего, она увидела три силуэта. Силуэта тех, кто мучил, издевался и надругался над той, кто был здесь до нее. Надругался не только над бедной девочкой, но и над ней тоже, ведь как ни крути, но это тело теперь ее, и пусть психологически она взрослей, сильней и устойчивей к таким видам происшествий, но это не значило, что ей было не больно и не противно.

В этот раз она пропустила все переживания жертвы буквально через себя, и отмахнуться от них после того, как дело будет завершено, она бы уже не смогла. Это было личным! Тем, что не забывалось и не проходило как некая болезнь. Это было то, что выстраивало характер и показывало твою истинную суть.

Мия, как прокурор, всегда отличалась хладнокровностью, но в этот момент никто из тех, кто видел ее ранее, ее бы не узнал, и дело совершенно не было в ее новой внешности, на которой она пыталась не зацикливаться. Для этого еще будет время. Контроль, который она так долго хранила, почти рухнул. Личная смерть, неизвестность и желание отомстить за бедную девочку, да и эмоциональное состояние этого тела, которое все еще бурлило в ней после всего произошедшего, позволили раскрыться самым темным ее сторонам, и Мия была ничуть не против этого.

Все они позволяли ей почувствовать себя живой. Их было много, и Мия понимала, что они могут ее поглотить целиком, но разум диктовал, что, несмотря ни на что, сейчас не время придаваться им и ей стоит сосредоточиться на куда более важных вещах. Те, кто посягнул на ее здоровье, честь и жизнь, все еще вызывали опасения и несли в себе угрозу, а это значило, что перед тем, как позволить себе горевать, радоваться, веселиться, плакать и познать новую себя, у нее было незаконченное дело.

Стоило мыслям сформироваться, ее лицо стало абсолютно профессиональным и нейтральным. Лицо, которое она показывала тем, кто был недостоин знать, что их ожидает и какие планы у нее на них.

Мия обещала, что свершит правосудие, но она не уточняла, что это правосудие не будет похоже на месть. В конце концов, судить и наказывать она планировала по здешним законам, и тут сразу стоило уточнить, что в этом мире тюрем как таковых не было, а значит, как конечную меру наказания заключение тут не использовали. Правосудие было куда более жестким, примитивным и открытым в этом плане. Не даром во главе этого мира выступила раса оборотней, либо, как их тут называли – двуликих.

Если закон был нарушен, то виновника судили, основываясь на силу, законы стаи и Матушки. Наказание чаще всего выражалось изгнанием или лишением – это могла быть жизнь, положение, имущество или даже семья, но в самых тяжких случаях могло доходить и до звериной сущности. Драки в расчет почти не брались, так как это было вполне обыденным явлением.

Само собой, наказывать мог тот, кто мог подтвердить свою силу. В их число чаще всего входили альфы стаи или приближенные к ним. Их же судили члены Триумвирата, а тех, в свою очередь, Матушка лично. Мие же предстояло стать той, кто смог бы встать в этой цепочке прямо перед Матушкой Природой.

Мимолетная, злая, на грани зловещей улыбка, украсила ее лицо, стоило ей подумать, что в этом мире руки у нее не связаны. Она пропала так же, как и появилась, но тем, кто стоял за барьером, повезло, что они не успели четко увидеть всю ту жажду и предвкушение в ее глазах, которая вот-вот должна была настигнуть их.

Будь она на Земле, то она бы ссылалась на законы, которые там главенствовали, но здесь, на планете, которая называлась Солон, было все куда проще, так как во многих аспектах она могла развернуться так, как ранее и не мечтала.

Она, как прокурор, умела быть не только стойкой и неподатливой, но и очень гибкой и верткой, а поэтому изменение в законодательстве ее ничуть не смутило, а заставило перестроиться, машинально анализируя и подбирая то, что ей нужно и чем она может воспользоваться. Полученные знания от Матушки оказались как никогда полезны.

Желание кому-то хорошо врезать здесь было ничем не уголовно наказуемым, а вполне обыденным видом «разговора». Вот именно таким видом диалога она и собиралась заняться, как только хоть одна из ее будущих жертв подступит поближе.

Воспользоваться другого вида наказанием она пока не могла по простой и элементарной причины того, что у нее не было связей, поддержки кого-то по мимо Матушки и элементарно возможностей. У нее был лишь ее холодный расчет, вера в то, что дар от Матушки уже с ней, а также кулаки, которые так и чесались вернуть все те побои, которые перенесло это тело.

На Земле не раз и не два она лично была бы готовы выступить в роли тех, кто этот приговор исполнит лично, чтобы наказать преступника, как тот поистине заслуживает. Тогда это было запрещено и уголовно наказуема… Сейчас же все было совершенно иначе… Больше ей не нужно избивать грушу на тренировке видя в ней того, кто оставался физически не досягаемым до нее. Теперь эта груша обретала плоть и кровь.

Мысль о том, что в этом теле она была не столь сильна и проворна, как в прошлом, не ускользнула от нее, но Мия понимала, что обыграть своих противников ей просто нужно быть умнее и хитрее. На что способны они, она уже примерно знала, а вот то, что от нее стоит ждать перемены, те даже не догадываться, что играло ей на руку.

Пока Мия старалась не делать резких движений и никак не показывала, что что-то изменилось.

Боль от ранений, полученных этим телом, постепенно уходила, придавая ей уверенность в грядущем. Конечности все четче ощущались, как свои, а защита Матушки от проникновения на зеркало постепенно таяла.

– Барьер спадает. – выкрикнул один из тех, кто все еще надеялся на продолжение вечера. – Еще чуть-чуть, и мы сможем до нее добраться. – в его голосе звучало предвкушение и некое облегчение, скорее всего, от того, что он предположил, что им удастся обойтись без последствий.

Наивность. Мию это даже немного позабавило.

– Ха… Она думала, что Матушка ей поможет, но даже ей она оказалась не нужна. – попытался зло пошутить другой.

Мия молчала. Она ждала момента и возможности.

Медленно пошевелив пальцами, а затем и головой, она поняла, что тело ей полностью подвластно и бояться того, что оно подведет в самый неподходящий момент, не стоит. Пусть оно еще не полностью ощущалось как свое, но это не должно было помешать ей сделать то, что ей так хотелось.

Свет почти потух, когда Мия смогла облокотиться на зеркало руками и приподнять свой корпус, а затем, прилагая некоторые усилия, встать на ноги. Сил у нее хватало, но она намеренно делала вид, что каждое движение причиняет неимоверную боль. Ей хотелось стоять лицом к лицу с теми, кому она будет оглашать приговор, да и защитить себя так было куда удобнее. То, что на нее нападут или попытаться схватить, она интуитивно предполагала и встала так, чтобы у нее было место для маневра.

Разговоры позади нее не стихали. Парни во всю обсуждали, как они с ней поступят и что сделают, стоит ей только покинуть защитный круг, но они просто не понимали, что в роли добычи в этой игре она больше не выступает. Роли поменялись, и теперь пришло время сделать именно то, что Матушка обещала той девочке. Правосудие. Месть. Отмщение. Как бы приговор ни звучал, он все еще останется тем, что заставит ушедшую душу начать все с чистого листа, не оборачиваясь назад, а Мии позволит вернуть долг той, кто подарил ей шанс на будущее.

Барьер потух, и Мия гордо подняла голову так, чтобы четко и прямо в глаза смотреть своим противникам. Мнимая слабость тоже исчезла, но полностью поглощенные тем, что их игрушка снова в их власти парни даже не заметили этого.

– Чего пялишься? Думаешь, раз вступила на алтарь и воззвала к Матушке, то теперь мы тебя пощадим? – подал голос третий участник этой банды насильников.

– Боюсь вас разочаровать, но ситуация и вправду изменилась и точно не в вашу пользу. – подала голос Мия, говоря четко и медленно, так, чтобы до них дошло каждое слово, при этом не сделав и шагу прочь с зеркала.

– Дура что ли? Ты что там себе надумала? – недовольно и в попытке унизить ее произнес парень, который стоял чуть в стороне от нее. – Я быстро тебе рот закрою! – воскликнул он. – Тебе может даже понравиться. – парни рассмеялись своей пошлой шутке, но она не отреагировала.

– Спускайся. – потребовал их главарь и протянул к ней руку для того, чтобы схватить ее, так как она стояла к нему ближе всего.

Его попытка дотянуться до него увенчалась провалом, так как Мия ловко увернулась. Тот недовольно зарычал и попытался еще раз и еще, но достать не смог, и тогда девушка поняла одну четкую истину – на зеркало заступать парень не хотел. Он как будто опасался этого делать, и это еще больше обрадовало ее.

– Ах ты… – послышались нелицеприятные высказывания, и злость и недовольство парней только возросло.

– Тебе никуда не деться. Ты не сможешь вечно сидеть тут. – грозно сказал второй парень.

В голове всплыли имена Демид, Торин и Гектор. Главным, а точнее, тем, кто был с порванными штанами и пытался сейчас схватить ее, звали Торином, его подпевалу справа Демидом, и он был тем, кто обратился в волка. Последний – Гектор – как раз был тем, кто сказал последнюю фразу и являлся обладателем рыси.

Для подтверждения своих слов парень отошел чуть в сторону и схватил увесистую палку. Скорее всего, он планировал ей достать Мию или подтолкнуть ее к тому, чтобы та спустилась сама, но у нее были другие планы.

– Я и не планировала тут долго находиться. – сказала она и четко посмотрела в глаза всей троице. – Мне лишь нужно зачитать приговор, а потом я спущусь к вам… – последнее было сказано с неким предвкушением.

– Что ты сказала