Железный Самсон

Глава 1. Железо и ночь

Город не спал – он задыхался. Улицы, обычно залитые ровным светом фонарей, теперь тонули в густом, липком тумане, который, казалось, был пропитан страхом и

гарью. Сирены выли, как раненые звери, их пронзительный звук рвал ночную тишину, но не мог заглушить другой шум – хаотичный, панический топот сотен ног, крики, скрежет металла и глухие удары, доносящиеся из самого сердца катастрофы.

На перекрёстке, где ещё утром кипела жизнь, теперь высилась бесформенная гора

бетона и искорёженной арматуры. Автобус, похожий на смятую консервную банку, лежал на боку. Из-под тяжёлых плит доносились слабые, отчаянные стоны. Люди

метались вокруг, бессильные и напуганные. Кто-то пытался звонить в службы

спасения, кто-то просто стоял, закрыв лицо руками. Надежда таяла с каждой минутой.

И тогда из тьмы появился он.

Он не вышел – он соткался из самой ночи и тумана. Его фигура была массивной, но

движения – плавными и выверенными. На нём не было плаща или ярких цветов. Его

костюм напоминал полированную сталь или мокрый от дождя чугун – холодный серый

металл, повторяющий каждый изгиб мощного тела. Это была не театральная броня, а

вторая кожа, созданная для войны с хаосом. Он двигался без тени сомнения, и земля

словно становилась твёрже под его ногами.

Это был Железный Самсон.

Для толпы он был мифом, ожившей легендой. Для тех, кто знал его прошлое, —

Александром Зассом, цирковым атлетом. Но сам он уже давно не помнил той жизни.

Всё изменилось в одно мгновение, когда во время выступления под куполом цирка

что-то пошло не так. Гиря, которую он должен был удержать зубами, сорвалась. Удар

был чудовищным. Он должен был умереть. Но вместо этого он проснулся. Его кости

стали прочнее стали, мышцы обрели силу гидравлического пресса, а тело научилось

исцелять себя быстрее, чем успевало получить рану. Сила больше не была

результатом тренировок – она стала его сутью.

Он остановился у края завала. Его взгляд был спокоен и сосредоточен. Он видел не

груду камней – он видел людей. Его рентгеновское зрение проникало сквозь толщу

бетона и стали, рисуя в сознании чёткую карту: вот здесь женщина прижимает к себе

ребёнка, там мужчина пытается высвободить придавленную ногу.

Он сделал шаг вперёд.

Первый же бетонный блок весом в несколько тонн поддался ему так же легко, как если

бы это был пустой картонный ящик. Он поднял его одной рукой и аккуратно отставил в

сторону. Толпа ахнула. Кто-то начал шептать его имя.

Самсон не обращал внимания на зрителей. Он работал методично и быстро. Его

сверхчеловеческая сила позволяла ему сдвигать целые секции рухнувшей стены, а его

неуязвимость защищала от падающих обломков и острых краёв арматуры. Он

действовал как живой механизм, созданный для спасения.

– Я здесь! Держитесь! – его голос прозвучал негромко для него самого, но для тех, кто был под завалами, он прогремел подобно грому. Сверхгромкий голос пронёсся над

улицей, заставив людей на мгновение замолчать и вслушаться в слова надежды.

Через несколько минут всё было кончено. Последняя плита была отодвинута. Из

темноты провала показались испуганные, измазанные пылью лица. Женщина с

ребёнком на руках плакала навзрыд. Мужчина со сломанной ногой пытался

благодарить своего спасителя.

Самсон молча кивнул им и отступил в тень.

Он уже собирался раствориться в ночи так же незаметно, как и появился, когда его

слух уловил новый звук. Это был не плач и не сирена. Это был холодный, металлический лязг передёргиваемых затворов.

Из переулка напротив вышла группа вооружённых людей в чёрных масках. Их было

пятеро. Они двигались уверенно, окружая выживших. Это были не спасатели.

Самсон медленно повернул голову. Его глаза сузились. Он почувствовал знакомое

напряжение в мышцах – предвестник битвы.

Борьба только начиналась.

Глава 2. Тени в тумане

Воздух, ещё недавно наполненный облегчением и слезами радости, мгновенно

сгустился, превратившись в вязкую, удушливую массу. Выжившие, только что

выбравшиеся из-под бетонного плена, замерли. Их спаситель, Железный Самсон, стоял неподвижно, словно статуя, отлитая из самой ночи. Его фигура, подсвеченная

тусклым светом далёкого пожара, отбрасывала на асфальт длинную, зловещую тень.

Пятеро вооружённых людей в чёрных масках и тактической экипировке двигались с

хищной грацией профессионалов. Они не бежали, не суетились. Их действия были

выверены и синхронны, как у единого организма. Они быстро рассредоточились, беря

небольшую группу гражданских в полукольцо. Лидер, самый высокий из них, сделал

шаг вперёд. В его руке тускло блеснул пистолет с глушителем.

– Никому не двигаться, – голос из-под маски был искажён, лишён человеческих

интонаций. Это был не приказ, а констатация факта. – Все ценности на землю.

Быстро.

Женщина, которую Самсон только что спас, инстинктивно прижала к себе ребёнка ещё

крепче. Мужчина со сломанной ногой попытался отползти назад, но упёрся в груду

обломков. Остальные выжившие сбились в кучу, их лица исказил ужас. Они только что

смотрели в глаза смерти под завалами и вот – снова оказались на её краю.

Самсон медленно повернулся к бандитам. Его поза была расслабленной, но от него

исходила такая волна мощи и угрозы, что даже опытные налётчики на мгновение

замешкались. Он не произнёс ни слова. Ему не нужно было кричать. Его молчание

было громче любого крика.

Лидер банды быстро справился с секундным замешательством. Он вскинул пистолет, целясь прямо в грудь гиганта.

– Ты не глухой? На землю! Или хочешь проверить, пробьёт ли эта игрушка твою

чугунную башку?

Самсон не шелохнулся. Его взгляд был прикован к чёрному зрачку дула. Он видел

пулю внутри патрона, чувствовал дрожь пальца на спусковом крючке. Время для него

замедлилось.

Выстрел.

Хлопок был почти неслышен, заглушённый туманом и эхом далёких сирен. Пуля, выпущенная с идеальной меткостью, устремилась к цели. Но для Железного Самсона

она двигалась со скоростью сонной мухи. Он не стал уклоняться или ставить блок. Он

просто позволил ей ударить себя в центр груди.

Раздался звонкий металлический щелчок. Пуля сплющилась в бесформенный комок

свинца и упала на асфальт к его ногам. На сером металле его костюма не осталось

даже царапины.

В рядах бандитов повисла гробовая тишина.

– Какого… – выдохнул один из них.

Самсон сделал шаг вперёд. Земля едва заметно дрогнула.

– Уходите, – его голос был низким и спокойным, но он прозвучал так отчётливо, будто

он шептал каждому прямо в ухо. – Сейчас.

Это не было просьбой. Это был приговор.

Лидер банды нервно сглотнул. Его уверенность испарилась, уступив место

первобытному страху.

– Огонь! – истерично выкрикнул он.

Ночную тишину разорвали сухие хлопки выстрелов. Пять стволов выплёвывали смерть

с максимальной скорострельностью. Пули летели плотным роем, рикошетили от стен

домов, выбивали искры из асфальта. Но ни одна из них не достигла цели.

Самсон превратился в размытый вихрь серой стали. Он двигался с невероятной

скоростью и ловкостью, предугадывая траекторию каждого выстрела. Он не атаковал

– он танцевал между свинцовым градом, позволяя пулям безвредно отскакивать от

его неуязвимого тела.

Внезапно он исчез из поля зрения стрелков.

Треск.

Один из бандитов вскрикнул и рухнул на землю – его оружие было переломлено

пополам одним движением руки Самсона, появившегося у него за спиной. Второй

налётчик развернулся, но было уже поздно. Железный кулак врезался ему в солнечное

сплетение с силой парового молота. Бандита подбросило в воздух на несколько

метров, и он безжизненной куклой рухнул на капот искорёженного автомобиля.

Оставшиеся трое в панике бросились врассыпную. Лидер выстрелил ещё раз, уже не

целясь, и бросился бежать вглубь переулка.

Самсон не стал их преследовать сразу. Он подошёл к двум поверженным противникам

– один был без сознания от болевого шока, второй сломал несколько рёбер при

падении, но был жив. Он быстро связал их их же ремнями и обрывками проводов от

какого-то прибора.

Затем он поднял голову и посмотрел вслед убегающим.

Его рентгеновское зрение пронзило туман и стены зданий. Он видел их как на ладони: один забежал в подвал старого дома в двухстах метрах отсюда, второй карабкался по

пожарной лестнице на крышу соседней многоэтажки. Лидер же петлял по дворам, пытаясь затеряться в лабиринте переулков.

Самсон закрыл глаза и сделал глубокий вдох. А затем он издал звук.

Это не был крик ярости или боли. Это был низкий, утробный рык, который зародился

где-то в глубине его груди и вырвался наружу волной концентрированной звуковой

энергии. Сверхгромкий голос прокатился по кварталу подобно ударной волне от

взрыва. Стёкла в окнах задрожали, но выдержали. Туман заколыхался рваными

клочьями.

Эффект был мгновенным и ужасающим для беглецов. Тот, что был на крыше, потерял

равновесие от звуковой волны и сорвался вниз, успев зацепиться за край карниза и

повиснуть на нём с побелевшими от напряжения пальцами. Бандит в подвале зажал

уши руками и скорчился на полу в приступе дикой боли и дезориентации.

Самсон уже пришёл в движение. Он не побежал – он совершил гигантский прыжок с

места, легко преодолев двадцать метров одним махом. Приземлился он беззвучно на

крышу того самого дома.

Бандит висел над пропастью в несколько этажей и скулил от страха. Увидев нависшую

над ним фигуру Самсона, он завопил:

– Не надо! Я всё скажу! Мы просто… просто хотели забрать деньги! У нас заказ!

Самсон молча схватил его за шиворот бронированного жилета одной рукой и без

видимых усилий втянул обратно на крышу. Бандит рухнул у его ног, дрожа всем телом.

– Кто заказчик? – голос Самсона был подобен скрежету металла по стеклу.

– Я… я не знаю! Нам скинули координаты и время по зашифрованному каналу!

Оплата в биткойнах! Клянусь!

Самсон наклонился ниже. Его глаза сверкнули в темноте холодным стальным блеском.

– Лжёшь.

Он не стал тратить время на дальнейшие расспросы здесь. Подхватив пленника под

мышку так легко, словно тот весил не больше котёнка, Самсон совершил ещё один

невероятный прыжок – через улицу, прямо к подвалу соседнего дома.

Через минуту третий беглец сидел рядом с двумя другими связанными товарищами у

стены полуразрушенного здания. Все они были живы, но морально сломлены до

основания.

Самсон стоял над ними, сложив руки на груди. Он мог бы раздавить их одним ударом.

Мог бы оставить их висеть вниз головой на фонарном столбе как предупреждение

другим. Но это было бы слишком просто.

Он достал из кармана одного из бандитов смартфон последней модели – дорогой

аппарат с защищённой связью. – Я найду вашего заказчика сам, – произнёс он

спокойно. – А вы посидите здесь и подумайте о том выборе, который сделали сегодня

ночью.

Он развернулся к спасённым людям, которые всё это время наблюдали за

происходящим из безопасного укрытия за перевёрнутым автобусом. Женщина с

ребёнком вышла вперёд. – Спасибо… – прошептала она со слезами на глазах.

Самсон коротко кивнул ей в ответ – единственный знак признания за всю ночь – и

снова растворился во тьме туманных улиц.

У него была новая цель. И он знал: это было лишь начало чего-то гораздо более

масштабного и опасного, чем обычная уличная банда.

Глава 3. Кристалл и тень

Ночь, казалось, стала ещё гуще. Туман, который раньше был просто помехой, теперь

превратился в живое существо, цепляющееся за ноги, путающееся в волосах и

поглощающее звуки. Железный Самсон двигался сквозь него, как нож сквозь масло, но

его внутреннее спокойствие было нарушено. Информация, выбитая из бандитов, была

слишком расплывчатой, слишком профессиональной. Заказчик знал, как заметать

следы. Но Самсон чувствовал: это не конец. Это лишь верхушка айсберга.

Его путь лежал в промышленную зону города – лабиринт заброшенных заводов, пустых складов и ржавых железнодорожных путей. Именно там, по данным с

телефона, находился их временный штаб. Место, где можно найти ответы.

Он приземлился на крышу одного из старых цехов. Ветер здесь был сильнее, он

свистел в пустых оконных проёмах, гоняя по бетонному полу обрывки газет и мелкий

мусор. Самсон замер, прислушиваясь. Его слух улавливал не только звуки, но и

вибрации. В глубине здания что-то работало. Низкий, утробный гул, похожий на

дыхание гигантского зверя.

Он спрыгнул вниз, проломив ветхий деревянный настил перекрытия, и оказался в

огромном пустом зале. Запах сырости и ржавчины ударил в нос. Гул стал громче. Он

шёл из-за массивной стальной двери в дальнем конце помещения.

Самсон направился к ней. Он не крался – в этом не было нужды. Он был силой

природы, и его присутствие ощущалось за версту.

Дверь была заперта изнутри на массивные засовы. Он взялся за ручку и потянул.

Металл застонал, засовы начали медленно сгибаться под невероятным давлением его

пальцев. С оглушительным скрежетом дверь сорвалась с петель и улетела в темноту

коридора.

Перед ним открылся совершенно другой мир.

Огромный подземный ангар был залит ярким, стерильным светом люминесцентных

ламп. В центре возвышалась сложная конструкция из металла и стекла – нечто

среднее между лабораторией и сборочным цехом. По полу змеились толстые кабели, гудели трансформаторы. А вокруг этого эпицентра кипела работа.

Десятки людей в серых комбинезонах суетились вокруг полуразобранного вертолёта и

нескольких автомобилей. Они не были простыми бандитами. Это были инженеры, техники, солдаты. Они работали слаженно и молча, превращая обычную технику в

нечто иное – более смертоносное, более технологичное.

В центре зала, спиной к Самсону, стоял человек. Он не двигался, лишь наблюдал за

работой через огромный монитор, на который выводилось изображение с десятков

камер.

– Я ждал тебя, Самсон, – голос был холодным и лишённым эмоций, словно его

пропустили через синтезатор речи. Он не обернулся.

Железный Самсон шагнул в круг света. – Антимон.

Фигура медленно повернулась. Это было жуткое зрелище. Человек был заключён в

экзоскелет из серебристо-чёрного металла с кристаллической структурой. Материал

выглядел одновременно хрупким, как стекло, и прочным, как алмаз. Сквозь

полупрозрачные пластины виднелись сложные механизмы: вращающиеся шестерёнки, пульсирующие трубки с жидкостью, мигающие диоды. Его лицо скрывал гладкий визор, за которым горели два холодных, нечеловеческих огонька – глаза-линзы.

– Ты мешаешь прогрессу, – произнёс Антимон, делая шаг навстречу. Его движения

были плавными, но механическими, без единой лишней детали. – Ты цепляешься за

устаревшие понятия: жалость, сострадание. Слабость.

– А ты называешь прогрессом превращение людей в рабов? – голос Самсона был

подобен раскату грома.

– Я называю это эффективностью. Сильный должен управлять слабым. Это закон

природы, который ты отказываешься принять. Твоя человечность – это дефект твоей

силы.

Антимон поднял руку. Металл на его предплечье пришёл в движение, трансформируясь в длинный острый клинок. – Я покажу тебе истинную силу. Силу

контроля.

Вокруг Антимона воздух начал вибрировать. Самсон почувствовал это мгновенно —

знакомое давление на грудь, лёгкое головокружение. Его собственная сила, его

неуязвимость – они начали таять, как лёд под солнцем. Волны энергии, излучаемые

врагом, проникали в его тело, ослабляя каждую клетку.

– Что… чувствуешь? – прошипел Антимон. – Каково это – быть простым

человеком?

Самсон пошатнулся. Он никогда раньше не испытывал ничего подобного. Его мышцы

казались свинцовыми, а броня – тяжёлой и неповоротливой. Но ярость придала ему

сил.

– Недостаточно… чтобы победить меня! – прорычал он и бросился в атаку.

Его скорость всё ещё превосходила человеческую, но была далека от сверхзвуковой.

Антимон не стал уклоняться. Он встретил удар Самсона своим клинком.

ДЗИНЬ!

Звук был не похож на столкновение металла с металлом. Это был звук удара камня о

камень. Клинок Антимона выдержал удар кулака, способного крушить бетон. Более

того, по серой броне Самсона побежала сеть микроскопических трещин от места

удара.

Антимон контратаковал с молниеносной скоростью. Его клинок превратился в

размытое серебристое пятно. Самсон едва успевал блокировать удары руками и

предплечьями. Каждый блок отдавался болью во всём теле из-за ослабляющего поля

врага.

Антимон был не просто сильным – он был идеальным бойцом. Каждое движение

было просчитано до миллиметра. Он не дрался – он выполнял программу

уничтожения.

– Ты слишком предсказуем! – выкрикнул Антимон, превращая вторую руку в

механический захват-клешню и пытаясь сомкнуть её на горле Самсона.

Железный Самсон разорвал дистанцию прыжком назад и в сторону. – А ты слишком

много болтаешь!

Он понял: в прямой схватке он проигрывает. Его главное преимущество – сила и

скорость – были нейтрализованы технологией врага. Нужно было менять тактику.

Антимон поднял обе руки к потолку ангара. По металлическим конструкциям

пробежала волна энергии. – Ты прав! Хватит разговоров!

Огромные стальные балки под потолком со скрежетом вырвались из креплений и

рухнули вниз на Самсона целым градом смертоносных копий.

Но Железный Самсон уже действовал на пределе своих ослабленных возможностей.

Он не пытался отбить их все – это было невозможно даже для него в нынешнем

состоянии. Он выбрал одну цель – самого Антимона.

Используя падающие балки как прикрытие и трамплин для прыжков, он рванулся

прямо сквозь металлический ливень к своему врагу. Антимон выпустил волну

металлических захватов из пола и стен, пытаясь поймать его в ловушку, но Самсон

был быстрее на доли секунды.

Он врезался в Антимона всем своим весом (всё ещё колоссальным) и отбросил его к

стене ангара с силой пушечного ядра. Конструкция затрещала от удара.

Антимон тут же вскочил на ноги, его кристаллическая броня была цела. – Впечатляет!

Но этого мало!

Он выбросил руку вперёд, и все металлические предметы в ангаре – инструменты, детали машин, даже обломки балок – пришли в движение и устремились к Самсону

единым смертоносным роем.

Самсон закрыл голову руками и бросился вперёд сквозь этот шквал металла к

единственному источнику проблемы – самому Антимону. Боль пронзала тело от

десятков мелких попаданий, но регенерация уже работала на пределе возможностей, заживляя раны быстрее, чем они появлялись.

Он прорвался сквозь рой металла и схватил Антимона за горло одной рукой, подняв

его над землёй.

– Твоя… машина… даёт сбой? – прохрипел Железный Самсон сквозь боль и ярость.

Глаза-линзы Антимона вспыхнули ярче от гнева или страха – понять было

невозможно. – Это… ещё не конец…

Механизмы внутри его брони взвыли на предельной мощности. Из спины вырвались

два острых металлических штыря и вонзились Самсону в плечо и бок.

Самсон взревел от боли и отбросил врага прочь. Антимон прокатился по полу и

мгновенно поднялся на ноги в нескольких метрах от него.

Они стояли друг напротив друга посреди разрушенного ангара: два титана из разных

миров – один воплощение живой воли и силы природы, другой – холодный расчёт и

торжество технологии хаоса.

Ни один из них не мог одержать окончательную победу сегодня ночью.

Глава 4. Цена металла

Боль была странной. Не острой, как от пореза, и не тупой, как от удара. Она была

глубокой, проникающей, словно само его тело протестовало против того, что в него

вторгся чужеродный, холодный материал. Железный Самсон стоял посреди

разрушенного ангара, тяжело дыша. Два металлических штыря, выпущенные

Антимоном, пробили его броню и вошли в плоть. Крови почти не было – рану тут же

стягивала регенерация, но металл остался внутри.

Он ухватился за один из штырей и с глухим рыком вырвал его из плеча. Серый металл

на броне в месте удара потемнел и покрылся сеткой трещин, которые медленно

затягивались, но не так быстро, как обычно. Второй штырь он обломил у основания, оставив наконечник внутри. Сейчас не было времени на хирургическую точность.

Антимон исчез. Растворился в тенях своего высокотехнологичного логова, оставив

после себя лишь хаос и гудящие трансформаторы. Его ослабляющее поле исчезло

вместе с ним, и Самсон снова почувствовал привычную мощь, разливающуюся по

мышцам. Но усталость осталась. Битва с существом из живого металла отняла больше

сил, чем он готов был признать.

Он огляделся. Техники и инженеры, работавшие в ангаре, разбежались при первых же

звуках схватки. На полу валялись искорёженные инструменты и детали машин. В

центре зала всё ещё гудела энергетическая установка – сердце базы Антимона.

Самсон подошёл к главному терминалу. Экран был защищён сложным паролем, но

для него это было не преградой. Он просто вырвал панель из креплений и коснулся

оголённых проводов. Электрический разряд пробежал по его телу, но не причинил

вреда – напротив, он словно дал ему новый заряд энергии. Система пискнула и

сдалась, открыв доступ к файлам.

На экране замелькали схемы, чертежи, списки материалов и зашифрованные

сообщения. Самсон быстро пролистывал их, его сверхчеловеческий мозг мгновенно

анализировал информацию. Он нашёл то, что искал: список будущих целей. Заводы по

очистке воды, распределительные электроподстанции, центральный узел связи…

Антимон планировал не просто хаос – он готовил полный паралич города.

Внезапно экран моргнул и погас. А затем на нём появилось изображение: лицо

Антимона за визором. Его глаза-линзы горели ровным красным светом.

– Я так и думал, что ты сунешь свой нос в мою систему, Самсон, – голос звучал

спокойно, почти насмешливо. – Ты всегда был предсказуем в своей глупости.

– Что ты задумал? – прорычал Самсон.

– Порядок. Новый порядок. Город погряз в хаосе и слабости. Я очищу его. Создам

систему, где каждый будет на своём месте. Где металл будет править плотью.

– Ты не бог, чтобы решать за всех.

– Я лучше бога. Я – инженер реальности.

Связь оборвалась. Но перед тем как экран окончательно погас, на нём высветилась

одна строка текста: «Проект «Кристалл». Старая верфь. Полночь.»

Это было приглашение на следующий раунд.

Самсон покинул ангар так же стремительно, как и вошёл. Он не стал задерживаться

для допросов или сбора улик. Время было главным врагом. Он должен был опередить

Антимона.

Старая верфь находилась на самой окраине города, там, где река впадала в залив.

Это было царство ржавых кранов, гниющих остовов кораблей и лабиринтов из

портовых контейнеров. Идеальное место для того, чтобы спрятать что-то большое и

опасное.

Когда Самсон прибыл на место, до полуночи оставалось десять минут. Верфь была

пуста и безмолвна. Туман здесь был ещё гуще, смешиваясь с запахом речной тины и

мазута. Он приземлился на крышу диспетчерской вышки – самого высокого строения

в округе – и осмотрелся своим рентгеновским зрением.

Под землёй, прямо под одним из сухих доков, находилось огромное пустое

пространство. И там что-то было. Что-то массивное, состоящее из плотного металла и

сложных механизмов. Сердце проекта «Кристалл».

Внезапно тишину разорвал звук мощного двигателя. Из-за поворота на полной

скорости вылетел тяжёлый грузовик с бронированным кузовом. Он направлялся

прямиком к тому самому доку.

Самсон спрыгнул с вышки и преградил машине путь, приземлившись прямо перед ней

с оглушительным грохотом. Грузовик резко затормозил, визжа тормозами.

Дверь кабины открылась, и оттуда выпрыгнул водитель – один из техников из ангара.

В руках он держал небольшой металлический кейс.

– Не подходи! – закричал он дрожащим голосом. – У меня активатор! Одно нажатие

– и всё взлетит на воздух!

Самсон медленно приблизился. – Ты не хочешь этого делать. Ты просто человек в

чужой игре.

– У меня семья! Они взяли их в заложники! Он сказал… он сказал, что если я не

активирую ядро, они убьют их!

В голосе техника слышалась истерика и отчаяние.

Самсон остановился в нескольких шагах от него. – Я могу их спасти. Но ты должен

отдать мне активатор и уйти с дороги.

Техника затрясло ещё сильнее. Он переводил взгляд с гиганта на кейс в своих руках.

– Я… я не могу…

В этот момент из тумана за спиной Самсона бесшумно возникла фигура Антимона. —

Браво, Самсон, – произнёс он своим холодным голосом. – Ты умеешь играть на

чувствах. Но это бесполезно против логики.

Он сделал едва заметный жест рукой. Металлический кейс в руках техника вырвался

из его пальцев и полетел к Антимону по воздуху.

– НЕТ! – закричал техник и бросился вперёд, пытаясь перехватить управление своим

же устройством.

Антимон небрежно махнул рукой, и из земли вырвался металлический штырь, пронзивший человека насквозь. Техник замер на секунду, а затем рухнул на мокрый

асфальт.

Самсон взревел от ярости и бросился на врага, забыв о всякой тактике.

– Ты чудовище! – прогремел его голос на всю верфь.

Антимон поймал его кулак своей металлической ладонью без видимых усилий. – Я

прагматик. Этот человек был расходным материалом. Как и миллионы других в этом

городе.

Он сжал кулак, и ослабляющее поле снова начало распространяться вокруг него, сковывая движения Самсона.

– Проект «Кристалл» уже запущен, – продолжил Антимон, глядя прямо в глаза

своему врагу через визор. – Через час электромагнитный импульс огромной

мощности накроет весь мегаполис. Вся электроника выйдет из строя: больницы, транспорт, связь… Город погрузится во тьму и хаос. А затем мои машины выйдут на

улицы и установят новый порядок.

Он оттолкнул Самсона с такой силой, что тот пролетел несколько метров и врезался в

стопку портовых контейнеров, сминая их как картон.

Антимон подошёл к грузовику и нажал кнопку на активаторе. В сухом доке внизу

загудело, земля задрожала. Огромная металлическая конструкция начала

подниматься из-под земли – гигантский робот или машина войны, созданная из того

же кристаллического сплава, что и броня самого Антимона.

– Прощай, Самсон! – крикнул он перед тем, как запрыгнуть в кабину своего творения

через открывшийся люк.

Машина ожила. Её глаза вспыхнули красным светом Антимона. Она сделала первый

шаг, сотрясая землю так сильно, что по асфальту пошли трещины.

Глава 5. Эхо падения

Земля перестала дрожать, но грохот в ушах Самсона не утихал. Он был звоном

рвущегося металла, скрежетом сминаемой брони и последним, отчаянным воплем

умирающих механизмов. Железный колосс Антимона лежал поверженный, его

исполинское тело, некогда сиявшее холодным кристаллическим блеском, теперь

напоминало груду искорёженного лома. Из пробоины в груди, проделанной кулаком

Самсона, валил едкий чёрный дым.

Самсон стоял на коленях посреди воронки, которую сам же и создал своим падением.

Каждый вдох отдавался тупой болью в сломанных рёбрах, которые его тело яростно, но медленно сращивало. Поле ослабления, излучаемое Антимоном, исчезло вместе с

отключением его главной машины, и собственная сила начала возвращаться к

Самсону, принося с собой всю полноту пережитой агонии.

Он с трудом поднял голову и посмотрел на поверженного гиганта. Победа была за ним, но она не принесла радости. Лишь пустоту и свинцовую усталость. Он заставил себя

встать и, пошатываясь, подошёл к голове колосса. Кабина управления была смята, визор треснул.

– Антимон… – голос Самсона был хриплым шёпотом.

Он сорвал остатки бронированной пластины. Внутри, среди разбитых мониторов и

искрящих проводов, в кресле пилота висела фигура врага. Экзоскелет Антимона был

деформирован, один из его глаз-линз погас и треснул, из него сочилась маслянистая

жидкость. Механизмы внутри его грудной клетки работали с перебоями, издавая

жуткий скрежещущий звук вместо ровного гула.

Антимон был жив. Его голова безвольно упала на грудь, но пальцы руки, лежавшей на

подлокотнике, едва заметно дрогнули.

– Ты… проиграл… – прошептал Самсон, не чувствуя ни торжества, ни злобы. Только