Неучтённый

Глава 1

Россия. Урал. Н-ск. Система Тень-0

Всё началось с того момента, как нас отобрали для участия во всероссийской олимпиаде. Команда состояла из шести человек нашего региона. Особая гордость – это два участника из нашего небольшого городка. Одним из этих двоих был я, Алексей Сурок, семнадцати лет от роду, хотя на подростка, отягощенного интеллектом, я не похожу, ну, по крайней мере, мне так говорят. Рост 182 сантиметра, вес 105 килограммов, кандидат в мастера спорта по дзюдо. И непонятно кто – по шахматам: дед считает, что играю я хорошо. Это звучит немного странно, если не знать, что такова традиция семьи – таков был мой отец, дед и, насколько я знаю, прадед. Все они трое и взялись за моё воспитание, да, все трое, прадед Никифор особенно рьяно. Привили мне желание работать со своим телом и не забывать о той части тела, которым многие едят, а некоторые думают. Головой меня заставляли думать во многих ситуациях, часто через не хочу или через силу. Как результат, я – один из участников олимпиады. Если честно, мне олимпиада эта была до одного не такого уж и незнамого места, но аргументы в виде слов нашего преподавателя математики и по-прежнему крепкого кулака деда разбили все мои контраргументы в пух и прах. До сих пор от одного из аргументов спина к непогоде побаливает.

Был ноябрь. Снег ещё не выпал, но слякоть на дорогах уже подмёрзла, и температура иногда опускалась до минус пяти градусов. Я стоял у калитки дома и ждал, когда меня заберёт обещанный пазик, выделенный нам, чтобы добраться до места встречи с другими участниками.

Ехать мы должны были сначала в областной центр, где пройти тестирование на интеллектуальное соответствие – самое странное условие для участия в олимпиаде, а потом, немного побродив по городу, отправляться в аэропорт и самолётом в Москву.

Добравшись по определённому адресу, мы нашли нужный кабинет в здании, где нас, последних, ждали остальные участники – были они не из такой далёкой глубинки, как мы, поэтому и добрались раньше. К нашему появлению они уже были немного знакомы между собой, поэтому, кратко представив нас друг другу, сопровождающий сразу же приступил к организации тестирования. Нас по одному начали заводить в соседний кабинет, где сидела женщина сорока – сорока пяти лет в деловом костюме. Это всё, что я увидел в тот момент, когда первый кандидат вошёл в него, так как дверь сразу прикрыли и вошедший через неё уже не вышел. Нам объяснили, что все, кто пройдёт первоначальный этап, будут тестироваться далее в другом кабинете, а непрошедших выведут в комнату отдыха и потом отправят домой.

По алфавитному порядку я должен был идти четвёртым. Я пытался понять, что и как там происходит. Мне приходилось проходить несколько тестов на IQ, и я знал, что в их основе лежит разовое тестирование, при повторном проведении из-за достаточно большого единообразия заданий результаты будут менее правдивы. Значит, тут должно быть что-то другое. Так оно и оказалось.

После часа ожидания настала моя очередь, я прикинул, что на одного человека тратится примерно по двадцать – двадцать пять минут. Зашёл я на тестирование в 11.05. Пройдя в кабинет с дамой-секретарём, заполнил анкету, вернее, подтвердил уже заполненные данные, хотя меня это немного удивило: я нигде ничего не предоставлял, разве что данные были запрошены заранее из школы или из института, на первом курсе которого я учился. Секретарь, представившаяся Анной Сергеевной, подробно объяснила, что программа тестирования – экспериментальная, массово проводится впервые, до этого были только спецзаказы для правительства, что это разработка кандидата наук в сфере изучения возможностей человеческого мозга, доктора Наумова (как будто фамилия должна была что-то сказать), на оборудовании, изобретённом им же. Да, главное, тестирование – программно-аппаратное, никакого теста с вопросами-ответами не будет. Посадят в кресло, наденут на голову колпак – и через 10 минут на руках официальное заключение, что вы не питекантроп, а, по крайней мере, человек разумный, правда, если аппаратура это докажет. Весь инструктаж и подтверждение данных анкеты заняли 5 минут. Не верилось, что достаточно серьёзное тестирование возможностей мозга составляет 10–15 минут. Мне делали однажды энцефалограмму мозга, так там процедура длилась 15 минут, да ещё интерпретация результатов примерно 30–40 минут. А это отлаженная и давно используемая в медицине процедура. Тут же хотели провести тестирование и предоставить расшифровку его результатов за каких-то 10–15 минут. Но я решил поверить – прогресс-то не стоит на месте, и, может, не зря человек докторскую смог защитить – и пошёл к следующей двери в комнате.

Открыв её, я увидел большое помещение с креслом в центре, повёрнутым в сторону какого-то оборудования мониторно-клавиатурного вида. Также в помещении справа от входа находился стол, за которым лицом к креслу сидел человек в халате. Заглянув ему через плечо, я увидел, что он подписывает контейнер голубоватого цвета, немного прозрачный, и добавляет его в пенал к уже двум другим, установленным туда, голубоватого и серого цвета, далее из другого пенала берёт новый, абсолютно прозрачный контейнер, из которого быстро вытаскивает какой-то небольшой кристалл и вставляет его в выемку на столе. Меня человек некоторое время не замечал, я же стоял и старался его не отвлекать. Самому было интересно прикоснуться к высоким технологиям. Через несколько минут человек связался по селектору с кем-то и спросил, где следующее мясо. Ответа я не расслышал. Человек же резко обернулся и с раздражением спросил:

– Давно тут?

– Только вошёл, – почему-то солгал я.

– Садись в кресло, только не расслабляйся, процедура займёт от силы десять минут, – сказал он, вставая. Видимо, немного успокоившись, он продолжил: – Представляться не буду, ни к чему это. Ты, главное, постарайся занять себя во время процедуры какой-нибудь задачей. Таблицу умножения повтори или бином Ньютона разложи, если сможешь. – Сам параллельно подключал какие-то датчики к моей голове, попросил оголить грудь и спину, подключил и туда пару приборов. – Просто не отвлекай меня и сам не отвлекайся, через некоторое время тебя начнёт клонить в сон, сопротивляйся этому ощущению, сколько сможешь, если заснёшь – не беда.

Отошёл, спросил о готовности и включил оборудование. Сначала ничего кардинального не происходило. Наступила обещанная сонливость и невозможность сосредоточиться даже на простейшей задаче или вычислении. Я начал с элементарного: как заведённый стал повторять таблицу умножения, отгоняя сон. Дальше по порядку вспомнил все теоремы и их доказательства, которые всплыли в памяти, постарался даже восстановить и доказать теорему Ферма (правда, безуспешно, но занял себя надолго), и чем больше я нагружал мозг, тем меньше хотелось спать, я даже перестал ощущать давление, вгоняющее в состояние сна. Одновременно было такое чувство, что я всё-таки сплю и всё это мне снится. Сколько длилось такое состояние, я уже сказать не мог, чувство времени как будто атрофировалось, его не стало.

Через некоторое время понял, что навязчивое давление на голову спадает, и почувствовал такую лёгкость в мыслях, что, кажется, смог бы всё! Только сейчас эта лёгкость ощущалась несколько по-иному, чем до проведения тестирования. Пока я не мог разобрать, в чём причина, но что-то было не так.

И вдруг как во сне услышал:

– Не может быть, коэффициент интеллекта превысил 200 единиц, и не известно, на сколько, ограничитель не даёт сказать о более точной цифре, ментоактивность на уровне АО. До сих пор непонятно, полностью ли на него повлияло воздействие. Если бы не устаревшее оборудование, которое выделили под проект, определил бы более точно. Такой удачи ещё не было ни у кого за всё время работы на этой планете. Нужно провести повторное тестирование и устранить вероятность сбоя оборудования.

Отвлёкшись на непонятные слова, звучащие, казалось, в голове, я перестал их слышать.

Через некоторое время я почувствовал, что оборудование отключили, и стал приходить в себя. Повторно состояние лёгкости мыслей я так и не почувствовал. Хоть и старался его вернуть.

Я открыл глаза и посмотрел на приближающегося ассистента (буду именовать его так).

– Алексей, извини, но придётся задержать тебя ещё на несколько минут: при тестировании был сбой в программе и мы потеряли часть результатов, – сказал неизвестный в белом халате. – Нужно провести повторное тестирование, оно будет быстрее, часть данных у нас уже есть.

Это было странно, я ясно помнил монолог ассистента из своего недосна и сейчас ощущал дискомфорт при его словах, но объективной причины отказать не нашёл, только уточнил:

– Как быстро вы закончите?

– Очень быстро, нам только подтвердить данные, две-три минуты.

На этот раз никакого давления на мозг не ощущалось, я несколько раз проговорил таблицу умножения, вспомнил значения тригонометрических функций – и всё закончилось.

– Вставай, иди вон в ту дверь, выйдешь в коридор, твоя комната первая справа. Жди там, – сказал ассистент, не попрощавшись.

– До свидания, – ответил я, обернувшись у двери, и успел увидеть, как ассистент вставляет в контейнер кристалл, который становится разноцветным и ярким, как полотно какого-нибудь экспрессиониста, а затем убирает контейнер в отдельный, совершенно пустой пенал.

«Или меня не пропустили, или что-то тут не то. Контейнеры троих прошедших до меня в другом пенале», – подумал я, заходя в назначенное мне помещение.

Это была, судя по всему, комната отдыха: чайник на столе, вазочка с печеньем, несколько кресел. Не очень дорогих, но аккуратных и достаточно удобных. Про удобство я подумал, сев в одно из них.

«Коли я в комнате отдыха и дальнейшего тестирования не предвидится, то я не прошёл» – с таким настроем я уставился на вазочку с печеньем. Есть не хотелось, поэтому я просто откинулся на спинку кресла. Конечно, хотелось побывать в столице и хоть что-то увидеть кроме своего города и центра, но и особого расстройства я не чувствовал. Девочка, которая должна была идти за мной, волновалась гораздо больше.

«Да, кстати, нам обещали заказать микроавтобус и покатать по городу – в этом, интересно, не откажут или сразу домой зашлют?»

Я встал и подошёл к окну, оно выходило во внутренний двор, куда мы заезжали, и каково же было моё удивление, когда я увидел там всех шестерых участников и сопровождающего, включая тех, кто должен был идти следом за мной. А главное, там был я.

Я резко посмотрел на часы, время было 12.35. Значит, тестировали меня полтора часа.

В голове сложилась цепочка из слов ассистента в моём полусне об удаче и непонятном дубле меня за окном.

«Это какая-то подстава», – подумал я и заспешил к двери из комнаты.

Не успел я сделать и двух шагов, как послышалось шипение – с потолка стал опускаться светлый газ. Я задержал дыхание и со всей возможной резвостью рванул к двери. Дёрнул за ручку. Не открывается. Потянул сильнее. Заперто. На некоторое время остановился и задумался. Я помнил: дверь открывалась в помещение, постарался тянуть сильнее, ничего не выходило. Развернулся, побежал к окну. Ударил локтем по стеклу. Не смог разбить. Вероятно, противоударное или что-то в этом роде. Решив выбить окно столом, постарался его приподнять – не получилось даже сдвинуть с места. Бросил это занятие, решив, что вся мебель прикреплена к полу. Воздуха уже не хватало. Обернулся и плечом с разбега постарался выдавить окно, оно держало, но я видел, что оконная рама немного сдвинулась. Опять отбежав к центру комнаты, устремился к окну, со всей дури влепившись в него плечом. Рама сместилась ещё. Плечо ощутимо болело.

Воздуха уже не было. Держался на одном тупом упрямстве, стиснув зубы и зажав одной рукой нос, чтобы не вдохнуть. Глаза слезились, их застилал пот. Ничего не мог видеть. Определившись с направлением, опять рванул к окну, промахнулся, попав в раму, но это как раз помогло. Образовалась небольшая щёлка, к которой я и прильнул, втягивая в себя через неё воздух, хотя он и шёл тонкой струйкой, но был.

Пока пытался глотнуть воздуха, забыл о главном: когда распрямился, сзади послышался скрип. Резко обернувшись, увидел у двери ассистента с неким подобием пистолета и трубкой во рту. Последнее, что помню, – это как он улыбнулся и сказал:

– Какой резвый, – и выстрелил.

Я постарался отпрыгнуть за диван, но не подумал, что выстрел будет не один, а целая очередь, и очень длинная, часть из пуль (игл?) меня и прошила.

Далее – темнота.

Уникального найдёныша, непонятно как появившегося на какой-то заштатной планетке в никому не известном секторе, было решено доставить в секретный исследовательский центр, который и занимался феноменами подобного рода.

Для того чтобы скрыть следы его появления, была разработана целая операция. Его под именем одного из героев Содружества, Лейтенанта Маара Скарфа, погибшего в неравном бою с корветом архов, скрытно и осторожно доставили на эту базу, расположенную и запрятанную в закрытом аномалией секторе.

Не учли хитрые и прожжённые разведчики, что их многоходовую партию может вести кто-то другой.

Не учли и того, что момент появления на станции этого уникума станет для неё и всего её персонала последним.

Не знали они и о том, что за их детскими играми может следить кто-то более древний и могущественный, тот, кто может учесть всё.

* * *

Шаарх Хааршш, не наследный глава роя карасов (люди их именуют архами) и капитан малого дирлака (примерно со средний линкор Содружества) «Шуурката», стоял в рубке своего корабля и готовился к одному из главных событий в своей жизни.

Сурак (месяц) назад скончался предыдущий глава роя, умер он при странных обстоятельствах и в неположенном месте.

По закону роя главу умертвлял его преемник, выбранный советом патриархов, в храме Творцов. Делалось это, чтобы народ роя видел нового главу, но, главное, только в этом месте можно было в него поместить матрицу первородного духа патриарха роя.

Эта матрица, по легендам, была дарована творцами ста первым созданным (рождённым) карасам. Каждый карас из этой сотни стал патриархом своего роя. И со смертью старого патриарха она передавалась новому, но, чтобы это произошло, умереть старый глава обязательно должен был в храме Творцов.

Что она давала, знали только инициированные главы, но с их мощью, после внедрения матрицы, с ними не могли справиться даже сильнейшие из хаготов (ментоопера-торов). Патриархи могли многое, и эти способности проявлялись в них только после ритуала.

Большего Шаарх не знал, но должен был узнать и изучить. Так как был выбран следующим главой роя.

Только этому не суждено было сбыться. Тридцать циклов (дней) назад Шаарх почувствовал, что старый глава роя умер. Где и как это произошло, было непонятно.

Был собран срочный совет патриархов на материнской планете, в глубине их территорий.

Шаарх был приглашён на него, как заинтересованный карас.

И на совете выяснилось следующее: хотя пропавший глава рода умер, матрицу он передать никому не смог, другие патриархи не почувствовали момента инициации, а значит, она в закапсулированном виде находится где-то, и теперь передать её уже никому будет нельзя. Было несколько подобных случаев, когда патриархи не соглашались с советом и пытались передать матрицу сами. То, что патриарх пытался скрыть свою смерть и, похоже, хотел передать матрицу кому-то, не выбранному советом, уже было кощунством. Но поступили сведения о том, что матрица попала к врагам – людям.

Из-за того, что она оказалась в руках врага, совет в лице его главы принял беспрецедентное решение – обратиться к представителю другой расы за помощью. И рекомендовал обратиться Шаарху к скостам. Карасы знали много рас, но старались не иметь дел ни с кем, кроме своих рас-партнёров. Скосты не были партнёрами карасов, они жили в другом рукаве галактики, и единственной их общностью был небольшой участок границы, который их разделял. Но у этой расы была своя маленькая особенность: только среди её представителей встречались истинные оракулы. Это были могущественные операторы вероятностей (предсказатели), которые могли по ментоэнергетическим потокам и информационной сфере космоса предугадать то или иное событие, а угадав, повлиять на него. Но брали они за свою помощь огромную плату целыми системами с сильнейшими источниками ментоэнергии.

И Шаарху предложили обратиться к ним. Но свою просьбу он должен был оплачивать сам. Ему только помогают установить контакт с ними.

Он согласился на это условие. Не раздумывая, Шаарх отдал один из девяти центров силы их роя. Хоть это был и не самый мощный источник ментоэнергии, но он был постоянным и не подвержен ментальным бурям, когда источники по какой-то причине начинали вырабатывать огромные потоки ментоэнергии, сметая целые системы и секторы.

И вот что ему ответили оракулы:

– Слушай же. Этого утерянного старшего тебе не вернуть. В том понимании, что вкладывали в него вы, карасы, духа вашего роя нет. Но ты можешь сделать так, что он на долгие годы никому не достанется.

– Я слушаю вас. Если мы не сможем его вернуть, то он никому не должен достаться.

– Есть три точки, которые влияют на вероятность судьбы вашего роя. Первая: ты должен отправить одного из лучших ваших хаготов в сектор Двойного красного пламени, где на него нападут корабли потомков древних (людей), но он должен не погибнуть, а попасть в плен. Вторая: отправь свой малый рукот (аналог крейсера или рейдера Содружества) в сектор Жёлтого солнца, он может выполнить свой долг полностью. Найти её можно, следя за потомками, идущими тропою звёздных крыс. Третье, и главное: в секторе Жёлтого солнца на планете, обделённой менталом, найди любого выбранного потомками и всели в него одно из зёрен пробуждения вашего роя. А дальше просто следуй за этой путеводной нитью, и через несколько дней ты сможешь вернуть все свои долги.

Шаарх решил сказать об услышанном от оракулов предсказании на совете.

– Оракулы никогда не лгут, нас стало на одного меньше. Рой погибшего патриарха должен поступить под чьё-то начало и войти в чей-то клан, – сказал один из заседателей.

– Действуй. Мы одобряем все меры, которые ты предпринимаешь, – поддержал глава. – Твой рой на правах младшего войдёт в мой дом. Но чтобы занять в нём достойное место, найди и уничтожь покусившихся на нашу святыню.

– Я исполню волю совета.

– Мы ждём. Помни, от твоих действий зависит судьба твоего роя.

После этого совета прошло пять циклов, пока карасы Шаарха нашли обе системы, упомянутые оракулами.

Системой Двойного красного пламени был сектор, где звездой были сцепившиеся своими гравитационными полями два красных карлика. В неё ушёл младший рекх (брат) Шаарха. Он был самым перспективным и одним из сильнейших хаготов их роя.

Прощаясь, рекхи не произнесли ни одного слова, только уже садясь в небольшой рукот, хагот пообещал:

– Я не подведу.

– Я знаю, – ответил Шаарх и пожелал: – Пусть наш рой накроет дланью удачи.

Группа рекха должна была дожидаться противника в секторе, за ней, защищенный всеми немыслимыми способами, наблюдал крошечный рукот, который должен был последовать за теми, кто придёт захватить хагота.

Другую систему оказалось найти очень сложно, о ней не было никаких записей и воспоминаний, только упоминание о звёздных крысах помогло обнаружить сначала ту нору, через которую люди проходят в нужную систему, а потом и саму систему.

Вторую группу отправили туда, чтобы они выполнили две задачи: найти на планете нужного человека и погибнуть с честью.

Планету, которая служила поставщиком нового материала для людей из Содружества, они разыскали быстро. Она и правда почти не излучала ментоэнергии. Сложнее было найти именно канал вывоза материала с планеты, это они смогли выполнить только через четыре цикла. Ещё через три цикла был замечен материал, который мог попасть в сети людей из Содружества. В одну из тёмных фаз цикла планеты в него и подселили зерно пробуждения.

Так как их самостоятельного роя больше не будет и своих зёрен пробуждения им не положено, а новые зёрна выдаст принявший их рой, было решено объединить все зёрна в одно и именно его внедрить.

По сути, зёрна пробуждения были одной из технологий карасов, которую они также получили от творцов. Эти ментальные энергоинформационные пакеты были сродни матрице, внедряемой в патриарха, но менее кардинально меняющие сущность существа. Они проводили максимальное раскрытие всех его возможностей и способностей.

Но зерно, собранное из запасов всего роя, должно было со временем убить своего носителя, так как для работы такого массово комплексного ментоэнергоинформационного преобразования потребуется огромное количество энергии, которой не сможет управлять ни одно существо.

И вот именно это объединённое зерно всего их роя было внедрено в выбранного человека с той планеты.

После этого корабль-смертник окопался в одном астероидном поясе системы, где и стал дожидаться окончания своей миссии. Совместно с ним только в самом глухом уголке сектора застыл, ожидая продолжения событий, брат-близнец небольшого замаскированного кораблика из системы двух солнц.

* * *

Первым было небольшое сражение в секторе Двойного красного пламени, в результате которого в плен к людям попал хагот. После окончания боя маленький рукот последовал за рейдером противника, но корабль, обходя крону одного из светил в системе, пропал со всех систем слежения.

Информацию о случившемся событии передали в совет ещё не расформированного роя. В область исчезновения была направлена исследовательская команда, которая обнаружила непонятную аномалию в районе одного из светил.

Хагот пережил прыжок. Его кончину почувствовали только через семь циклов.

На полноценные опыты не было времени, поэтому было решено воспользоваться разовым энерго-ментальным амулетом, который считает всю нужную информацию в момент прохода через эту или похожую аномалию корабля людей и отошлет её следящим за ним карасам с флагманского дирлака.

Но нужно было передать этот амулет на корабль людей из Содружества, следующий в аномалию.

И такой шанс представился.

Второе событие касалось того, что нужного человека изъяли с планеты. Службой разведки отслеживались все переговоры людей, произведших вывоз отмеченного варвара с его родной планеты.

Один из разговоров о встрече в системе Терех-12 особенно заинтересовал всех. Он дал шанс переправить артефакт на нужный корабль.

Сейчас Шаарх смотрел на аномалию и готовился отдать приказ смодулировать полученный от амулета сигнал.

Окончание их миссии уже мелькало на горизонте.

Единственное, чего не понимал Шаарх, – зачем было жертвовать командой отличных карасов в системе Жёлтого солнца. Но он не сомневался в верности выводов оракулов: они не ошиблись, он нашёл место, где хранят матрицу их патриарха.

Ещё раз, взглянув на необычный феномен через обзорный экран рубки управления, он отдал приказ войти в аномалию. Через несколько мгновений его дирлак прошёл в странную систему с погасшим светилом.

Оборудование сразу запеленговало базу людей в центре этой мрачной системы и множество переговоров по всему сектору. Был отдан приказ на уничтожение базы и всех кораблей противника, включено глушащее переходы в гипермощнейшее оборудование.

Систему залила волна торпед и ракет, выпущенных с линкора. Она раздирала и разрушала единственный оплот человечества в этом секторе. Мельтешение разнокалиберных юрких сиров (истребителей) и неторопливых по сравнению с ними рукотов всех мастей не давало уйти из системы ни одному малому или среднему кораблю. Крупной авиации в этом секторе не осталось.

Конечным аккордом, поставившим жирную точку в существовании ещё хватающихся за жизнь людей, была наимощнейшая ментальная волна, выжигающая даже защищенный мозг. Это было одно из последних изобретений карасов. Волна избирательно действовала только на активные мозговые колебания и, если требовалось, усиливала давление на не реагирующих на неё существ, с каждой новой волной нагнетая свою мощь. И эта повторяющаяся волна длилась до тех пор, пока в зоне её действия не осталось ни одного мозга, излучающего хоть какой-то сигнал активности, или пока не оканчивалась ментоэнергия в накопителях. Но энергии закачали с таким запасом, что её хватит полностью выжечь несколько секторов.

Светопреставление в секторе продолжалось один цикл.

Дирлак ещё трое суток бороздил пространство системы среди обломков кораблей, а иногда и совершенно нетронутых, но с мёртвыми пилотами, не выдержавшими ментальной атаки.

От станции осталось несколько полуразвалившихся секторов.

Во всей системе не фиксировалось ни одного живого человека.

Последний раз мелькнув светом стартовых дюз, тёмный корабль ушёл из сектора.

Шаарх учёл все факторы. Сектор после их ухода стал мёртв, тих и заброшен, каким был неисчислимое количество циклов до прихода сюда людей.

И таким он останется на долгие годы.

Всё, как ему предсказали.

Не учёл он только того, что даже оракулы не знают всего. Среди обломков базы в медицинском отсеке уцелела единственная холодильная установка. Автономная работа её реактора от аккумуляторов исчислялась десятками лет. В холодильной камере остался неповреждённый контейнер со спящим в анабиозе человеком. Тот НЕУЧТЁННЫЙ груз, что старались скрытно доставить на станцию секретные службы Содружества для его дальнейших исследований. Активность его мозга не фиксировалась с расстояния, так как была величиной соизмеримой с влиянием помех, создаваемых средой, окружающей базу.

Не учёл он и того, что многократно продублированные системы спасут один из искинов базы.

Много чего не смог учесть Шаарх.

Но главное, он не знал о мыслях-словах, произнесённых в этой системе и прилетевших со стороны одной из мёртвых планет после того, как ушёл его корабль.

«Я ДАЮ ЕМУ ШАНС».

Глава 2

Система Тень-О. Обломки Центра. 50 лет спустя

Бескрайние мрачные пространства, не видящие света звёзд и забывшие красоту сияния своего потухшего светила. Казалось бы, всё здесь мертво и безжизненно. Но нет, на обломках некогда целого строения людей происходит какое-то копошение.

И оно продолжается уже несколько десятков лет.

Искусственный интеллект № 896, который по директиве о безопасности, после того как остался цел в той бойне, что произошла здесь, перешёл в состояние гибернации на первые пять лет. Это был крайний срок, при котором он должен находиться в неактивном состоянии и дожидаться, что за это время на базу придут люди, займутся её восстановлением и проведут его запуск.

По истечении этого времени искин № 896 произвёл самостоятельную активацию.

Первым делом искин проверил наличие доступных ресурсов.

Энергия: 40%.

Предположительное время работы: 100 лет в неактивном состоянии, 10 лет в режиме полной активности, в режиме частичной функциональности от 35 до 40 лет.

Вероятность пополнения энергии из внешних источников: 54 %.

Целостность структуры исследовательского центра: 33 %, вероятность восстановления – 22 %, работоспособность центра – 15 %.

Дальше он попытался выяснить наличие выжившего персонала в исследовательском центре.

Выживших – 0 человек.

Переговоров в системе: нет.

И уже после этого стал подсчитывать то, что у него осталось или чем он мог воспользоваться.

Доступные ресурсы:

сеть – внешней сети нет, повреждены узловые точки, нет доступа к станции гиперсвязи;

внутренняя сеть: командный модуль – нет связи, оружейные башни – нет связи, исследовательские модули вне базы – ответил 1 модуль из сорока, лаборатории – нет связи, склады – есть связь, жилая зона – нет связи, медсектор – есть связь, причал – нет связи, резервный причал – есть связь.

Оборудование:

военные дроны – нет ответа;

медицинские дроны – 1 ед., повреждения – 28 %, функциональность – 70 %, восстановление на текущем уровне конфигурации невозможно;

инженерные дроны – 1 ед., повреждения – 35 %, функциональность – 68 %, самовосстановление за счёт комплектующих частей и оборудования повреждённых дронов до 85 %.

Комплексы:

инженерный – 1 ед., повреждения – 80 %, работоспособность – 5 %, ремонту не подлежит;

исследовательский – 2 ед.: 1-й – повреждения – 54 %, работоспособность – 44 %, восстановление – возможно восстановление ремонтным ботом до 55 %; 2-й – повреждения – 70 %, работоспособность – 23 %, восстановление – возможно восстановление ремонтным ботом до 45 %;

медицинский – 1 ед., повреждения – 0 %, работоспособность – 100 %;

армейский мобильный – 1 ед., повреждения – 0 %, работоспособность – 100 %;

верфь – 1 ед., малая верфь, находится на складе в неразвёрнутом состоянии.

Корабли:

доступно – 3 шт., состояние – неизвестно, ремонтопригодность – неизвестно.

Другое:

холодильная камера – 1 шт., состояние – рабочее, энергоресурс – 85 %, статус – в работе.

Составив отчёт по доступному оборудованию и рассчитав график потребления энергии при всём работающем оборудовании, он для экономии её использования стал отключать ненужное и вводить его в состояние консервации.

Были отключены:

военные и медицинские дроны;

все комплексы, кроме инженерного.

При попытке инженерным дроном отключить холодильную камеру выяснилось, что она используется. В неё помещен контейнер для анабиозного сна. Информации в своих уцелевших базах искин не нашёл, поэтому, исполняя директиву о сохранении человеческой жизни, холодильную установку оставил включённой.

Для ремонта кораблей со склада вывезли малую верфь и приступили к сборке.

С этих пор началась работа по собиранию всех энергоэлементов, до которых мог дотянуться искин. Он превратился в настоящего ценителя мусора, скрягу и скупердяя. 896-й по каплям рассчитывал использование энергии. Искин собирал всё, что, предположительно, могло помочь сообщить хозяевам о его существовании. За это время он смог отремонтировать один из транспортников, и теперь тот на автопилоте бороздил сектор, находил все пострадавшие или неповреждённые корабли, а также прочие обломки бывшего здесь оплота человечества и стягивал их к запасному причалу.

В один из таких рейсов был найден внешне выглядящий полностью целым транспортник. 896-й попытался выяснить его состояние или воспользоваться его возможностями, чтобы передать весть людям о себе и нападении на исследовательский центр, но не смог этого сделать. Искин корабля управлялся только людьми. Без команды человека транспорт не стартовал, не реагировал на распоряжения по предоставлению информации о корабле и его статусе. 896-й нашёл у себя инструкцию по предоставлению доступа на это судно, но его некому было дать. Людей на базе не было. Остальные найденные корабли были или сильно повреждены, или не были способны к переходу через гиперпространство.

И так продолжалось уже сорок пять лет.

На очередном контроле своего резерва и состояния искин обнаружил, что:

энергия: 0,5 %;

предположительное время работы: 3 года в неактивном состоянии, 3 месяца в режиме полной активности.

Причина оказалась проста, инженерный дроид выработал свой ресурс, как раз в момент заправки корабля перед новым поисковым вылетом, и отключился в это время. В результате топливо ушло в открытый космос.

Искину не было свойственно чувство страха или паники, но за прошедшее время он привык отвечать за себя и свой маленький мир на этой свалке и уже не мог слепо следовать директивам. Он почувствовал хоть и подобие, но свободы и сейчас не желал быть обычным слугой человека. Искин не мог игнорировать директивы, установленные в него. Но и прежним он теперь не был. 896-й хотел стать партнёром или помощником. И поэтому определил основополагающую директиву:

– Человек должен жить.

– Нужно стать полезным человеку и предложить ему свои услуги.

896-й начал продумывать план мероприятий, которые помогут продлить его существование.

– Для продолжения функционирования нужно выбраться со станции и из сектора.

– Сам он выбраться не может.

– Это может сделать только человек, сев на корабль и улетев на нём.

Искин начал анализировать ситуацию: человек есть, но он находится в состоянии анабиозного сна, значит:

– Нужно использовать этого человека, для чего следует вывести его из состояния анабиоза.

Исходя из первой директивы:

– Нельзя использовать человека для своих целей.

Коллизия взаимоисключающих установок.

Директива по сохранению жизни человека имеет более высокий приоритет.

– Если не разбудить, он погибнет через три месяца.

– Нужно выводить человека из анабиозного сна.

Коллизия разрешена.

– Ввести человека в состояние дел на базе.

Приоритетно: указать оставшийся срок функционирования базы.

– Предложить план покинуть систему на транспортном корабле.

– Человек может не иметь прав доступа. Следствие: человек не покинет систему и погибнет вместе с базой.

Первая директива:

– Предоставить права доступа к системам корабля и ресурсам базы.

Коллизия разрешена.

– Подготовить вылет.

– Человек может не уметь управлять транспортом.

– Нужна информация о человеке. В сохранившихся банках данных её нет.

– Отправить и проверить наличие данных о человеке в сопроводительном документе контейнера.

– Инженерный дрон недоступен.

– Провести активацию медицинского дрона.

– Медицинский дрон № MED-4561 активирован.

– Приказ дрону проверить сопроводительную документацию в контейнере.

Медицинский дрон провёл анализ данных из электронной карты контейнера и переслал их искину:

«Человек: пилот, старший Лейтенант четвёртого Объединенного флота Содружества Маар Скарф».

– Человек – пилот.

– Наличествует дополнительная информация: состояние человека – мёртв.

Коллизия действий: анабиозная камера в рабочем состоянии и потребляет энергию для поддержания состояния анабиоза у человека.

Первая директива:

– Проверить достоверность данных о смерти Маара Скарфа.

– Направить для тестирования медицинского дроида.

Дроид снова направился в холодильную камеру для разрешения следующей коллизии: активность оборудования для поддержания жизни человека и наличие данных о его смерти в сопроводительных документах.

Подключившись к камере, меддроид установил, что человек жив.

– Человек: статус – жив. Жизнедеятельность в норме. Коллизия разрешена.

– Вывод человека из анабиозного состояния.

– Восстановительные мероприятия для приведения человека в норму с наименьшей потерей времени.

– Необходимо оборудование для физико-медикаментозных мероприятий.

– Медицинский комплекс: активация.

– Мобильный армейский комплекс: активация.

– Провести подготовку к отлёту.

– Человек должен потреблять биологические продукты и дышать очищенным воздухом.

Жилой модуль был разрушен, поэтому искин начал анализировать наличные ресурсы.

– Наличествует пригодное помещение в медицинском отсеке. Перемещение по отсекам базы в защитном скафандре. На складе: продукты питания – 8000 упаковок НЗ, воды – 100 т. Система фильтрации воздуха – 1 шт. (найдена исправной в одном из транспортов). Система вторичной переработки отходов – 1 шт. (наличествует на складе запчастей).

– Проживание человека в ограниченных условиях на базе возможно.

– Решение: вывод человека из анабиозного сна.

– Вероятность положительного исхода – 94 %, отрицательного – 6 %.

Приняв такое решение, искин дал распоряжение дроиду перевезти анабиозную камеру в медицинский комплекс и начать процедуру подключения камеры к нужному оборудованию и подготовку к операции.

– Получен положительный ответ о готовности к началу операции.

– Медицинскому комплексу провести предварительное полное тестирование состояния человека.

Когда медкомплекс провёл анализ и получил результаты, искину был выдан отчёт.

Раса: человек.

Биологический возраст: 17.

Физика – 31.

Психическое состояние – 33.

Интеллект – 401.

Ментоактивность – АО.

Наличие нейросети: нет.

Наличие имплантатов: нет.

Наличие вживлённых артефактов: нет.

Генные модификации: нет.

– Логическая ошибка в реализации разработанного плана.

И после поступления последнего пакета данных искин вывел:

– Вероятность положительного исхода покинуть систему – 0 %, отрицательного – 100 %.

Первая директива:

– Внесение поправок в план.

– Отсутствие нейросети у человека. Отсутствие возможности управлять техническими устройствами. Отсутствие возможности изучения баз. Отсутствие изученных баз у человека.

– Найти нейросеть.

Проверка информации в банках данных выявила наличие только экспериментальной нейросети на складе хранения особо ценных устройств. Остальная информация по нейросети была утеряна из-за разрушения некоторой части хранилищ данных.

– Направить дроида на склад и доставить нейросеть.

– Вывести из состояния анабиозного сна.

– Установить нейросеть.

– Определить минимальный уровень необходимых баз для управления кораблём и получения пилотской лицензии.

– Проверить наличие соответствующих баз знаний в хранилище данных.

Базы отсутствуют.

– Вероятность положительного исхода покинуть систему – 34 %, отрицательного – 66 %.

Первая директива:

– Поиск не прекращать.

В банках данных искина нашлось упоминание о принятом на хранении кейсе с базами знаний на склад.

– Нужно из сейфа его доставить человеку.

– Человек изучает нужную базу, если она есть.

– Вероятность наличия нужных баз знаний – 14 % (увеличение вероятности со степенью расширения списка баз присутствующих в кейсе – положительное вплоть до 70 %).

– Если нужных баз нет, покинуть систему, основываясь на знаниях искина корабля.

– Вероятность положительного исхода покинуть систему – 34 %, отрицательного – 66 %.

Первая директива:

– Вероятность положительного исхода для реализации плана мала.

– Нужно провести ревизию доступного материала среди баз.

Дрон был отправлен на склад в сейфовую комнату, чтобы взять оттуда кейс с базами. Искин должен был изучить содержание наличествующих баз, если присутствует такая возможность, для более точного выяснения вероятности положительного исхода.

Содержание баз скопировать для прочтения не удалось, базы оказались одноразовые и закрыты паролем.

– Используется армейская система шифрования. Содержимое по всем признакам должно было затереться сразу после неправильного ввода пароля.

– Вероятность удалить содержимое базы знаний после введения неверного пароля – 95 %.

– Вероятность взлома пароля одной базы обычным методом – 0,1 %.

– Вероятность взлома пароля одной базы пассивным методом – 20 %.

– Вероятность потери всех баз при обычном подборе паролей – 99 %.

– Вероятность потери всех баз при пассивном методе подбора паролей – 80 %.

– При взломе части нужных баз вероятность положительного исхода покинуть систему – 63 %, отрицательного – 37 %.

– При потере всех баз знаний вероятность положительного исхода покинуть систему – 34 %, отрицательного – 66 %.

В кейсе был обнаружен список баз. Отсканировав и проанализировав его, искин вывел:

– Присутствуют базы, нужные для управления кораблём и построения маршрута следования.

Первая директива:

– При невозможности изучения базы человеком положительная наименьшая вероятность не изменилась.

– Вероятность смертельного исхода не изменилась, приступить к изучению баз.

– Изучить базы.

– На время изучения нужно обеспечение пищей органического происхождения для представителя человеческой расы.

– Организовать оптимальный график изучения минимального уровня необходимых баз.

– Организовать оптимальный режим проживания, способствующий максимальной скорости изучения баз, усвоения материала и восстановления физического и психического здоровья человека.

– По окончании изучения минимального уровня баз, нужных для управления транспортом, покинуть сектор.

– Вероятность положительного исхода покидания системы – 89 %, отрицательного – 11 %.

– Решение: принять к реализации.

После подсчёта вероятностей и принятия решения искин отправил дрона в медицинский комплекс начать процедуру выведения человека из состояния анабиоза.

Вторым шагом должно было стать внедрение найденной нейросети.

Третьим шагом должны были стать реабилитационные мероприятия.

Четвёртым – изучение баз знаний.

Далее искин планировал приступить к выполнению второй директивы.

– Попросить человека не оставлять его на умирающей базе (директивы сообщить другим людям о смерти базы у искина не возникло).

Перед началом проведения всех запланированных действий искин № 896 ещё раз уточнил график потребления энергии.

Энергия: 0,49 %.

С учётом задействованного оборудования для реализации всех шагов плана срок жизни базы сократился до одного месяца.

896-й отдал приказ о начале выполнения своего плана.

Он должен был успеть за 720 часов.

Глава 3

Система Тень-0. Обломки Центра. 50 лет спустя

Сначала не было ничего. Потом это ничто заняла пустота. Мгновение или века в этом месте властвовала она. Но её время прошло. И здесь воцарилась мгла. Мгла и тишина.

Меня окутывала мгла, я не мог спастись или уйти от неё, из неё не получалось выбраться, я плавал в ней, я жил мглой, я даже научился её понимать. Понял, что она может мне многое дать, если я смогу это у неё взять. Но мгла молчит, она не умеет говорить. Она может только показать. И со временем я начал различать сначала силуэты, тени, потом проявились цвета. Я видел цвета во мгле. Это необычно, нереально, но я их видел. Я видел людей и нелюдей. И других рас было в десятки, в сотни раз больше. Я видел жизнь и смерть, войну и мир. Я видел, как они рождаются и умирают. Видел всё это, казалось, бесконечное число раз. Я не понял только одного, что мгла хочет мне этим сказать.

И так продолжалось несколько дней, а может, и тысячи лет, ведь тут не было времени.

Но всё имеет свой конец, и, как оказалось, есть он и у пребывания во мгле. Сначала это было какое-то бормотание на границе слышимости, но постепенно оно нарастало и в конце концов оформилось в странные слова.

– Лейтенант Скарф, вас беспокоит искусственный интеллект № 896. Очнитесь.

И так по кругу. Без остановки, с монотонностью и настойчивостью, граничащей с безумием. И чтобы его остановить, я попытался сказать:

– Тихо, – но вышел какой-то хрип и бульканье.

– Лейтенант, не говорите, я уже фиксирую, что вы пришли в сознание. Поздравляю вас с новым днём рождения. Вам сейчас станет лучше.

Происходят какие-то щелчки, кто-то, очевидно, передвигается в пределах места, где я нахожусь. Через несколько секунд наступила лёгкость и я почувствовал небольшую слабость, зато перестало клонить в сон. И стал ощущать своё тело. Что очень радовало, во мгле я не мог похвастаться тем, что чувствовал его.

«Но почему меня назвали Лейтенантом Скарфом?» – подумал я. И тут же забыл об этом. Меня поглотила боль. Возникла моментально. И практически сразу захватила всё моё тело. Она раскатывалась по нему волнами, всё усиливаясь и ширясь. Источником боли была моя голова, вернее, что-то внутри её, и это что-то росло. Я чувствовал, как оно рвёт мою голову, разносит её на кусочки, перетирает в кашу мой мозг, смешивает с этой субстанцией какие-то свои образования. Добавляет и ширит, ширит и раздувает, раздувает и наращивает мой разум. Я почувствовал, что он давно вырос за пределы моей головы, за границы возможностей моего мозга, хоть это что-то и пыталось его сжать, смять и впихнуть обратно. Я не хотел того, чтобы мою голову разорвало от такого взрыва моего сознания. Во мне горело понимание, что, если я не удержу свой разум в себе, он растворится, его размажет по всему пространству и я превращусь в ещё один миг воспоминаний (если они будут) великой и бескрайней Вселенной об очередной песчинке, зовущей себя человек.

Я не знал, как поступить и что делать, но в ситуации, когда непонятно, что можно предпринять, начал действовать, как рекомендовала народная мудрость.

«Если не знаешь, куда идти, иди вперёд», – прозвучало в моей голове.

И я «пошёл вперёд». Я начал тянуть куски, которые ещё чувствовал, обратно к себе. Я представлял некий аморфный объект, соединённый со мной воображаемой цепью, летящий от меня в сторону. Нащупывал ту цепь, которая пока не оборвалась и не давала улететь в непонятные дали осколку меня, и тянул его на себя. Тянул так, что чувствовал, как рвутся несуществующие жилы, как от напряжения каменеют руки. Нереальные цепи разрывали воображаемую плоть, рвали тело, вызывали не меньшую боль, чем та, что дробила моё сознание, а то и превосходя её, ведь ту я не чувствовал за ощущением этой пытки. Но я не отпускал, а тянул. Пока кусочек не становился на место. Пока он не впитывался сознанием и не становился неделимой частью. Но этого оказалось мало.

Притянутые куски тащили за собой целые сонмы других. И самое ужасное – они старались снова разлететься и пропасть. Но я их нащупывал и притягивал к себе.

На задворках сознания промелькнуло (непонятная тарабарщина, но тем не менее суть этого набора звуков дошла до моего понимания):

«Подключена опция ассоциативного интерфейса управления ментоэнергетическими потоками».

И тут я обратил внимание, что вокруг меня снова была мгла. Не такая, как та, что хотела мне что-то сказать и в которой я жил раньше. Эта была другая. Она ощущалась проще, примитивнее, она ничего не пыталась сделать. Она просто была.

Я вспомнил: во мгле есть цвета. Нужно попробовать использовать свою способность видеть их. Раньше я это мог. Я знал: мне она должна помочь и сейчас.

И она заработала. Во мгле проступили цвета. Я увидел, как обрели видимость и ясность теряемые мной частицы души и разума, я увидел те цепи, которыми они крепятся ко мне. Но главное, в один из моментов я понял: цепи не рвутся, они истончаются до состояния молекул, атомов, слоев пространства. И, теряя себя по кусочкам, размазываясь и растягиваясь, я становился новым пространством, превращаясь в ещё один слой реальности. И если я подтягивал к себе один осколок, нужно было удерживать целые грозди цепей, притянутые куском моего сознания. А за ним тянулись сотни и сотни нитей, которые являлись источниками для других. И они оплетали всё вокруг. Пересекаясь, связываясь, цепляясь и сращиваясь друг с другом.

Ещё одна за другой непонятные фразы (тарабарщина) мелькнули на заднем плане сознания:

«Подключена опция распознавания ментоэнергетических полей и сущностей.

Подключена опция изменения восприятия.

Подключена опция изменения субъективного времени.

Подключена опция изменения ментоэнергетической структуры тела».

Сначала я достаточно легко притягивал и удерживал грозди цепей и кусочков своего сознания. Но с увеличением числа притянутых осколков я понял, что меня не хватает на всё, что я не справляюсь, удерживая их в себе.

Меня настигло ощущение истощения, сил удерживать целостность становилось всё меньше и меньше. Я перестал стягивать оставшиеся осколки, а только вцепился в те, что уже притянул, и, как бы они ни стремились разлететься, удерживал их. Через какое-то время я понял, что осколки не просто стараются оторваться от меня, они разрывают саму мою суть.

И я испугался. За всё это время не было никаких эмоций, не было вообще никаких чувств, я действовал как на автомате, а тут – страх, испуг, ужас. Если разорвёт само моё «я», я погиб. Понимание этого заставило меня схватиться за то, что мне помогало, и я впился в свои страхи. Я старался развить их. Слить их в отдельный мощный жгут, который будет стягивать структуру моего сознания в единый объект.

Опять фраза (всё тот же непонятный набор звуков) на крае сознания:

«Подключена опция разделения сознания (первоначальная автономная конфигурация поддерживает до четырёх потоков обработки данных)».

Я понял, что должен продолжить работать над своими страхами. Сделать их настолько реальными, что они станут ощущаться частью жизни, частью моего «я». И у меня это получилось. Страхи стали так сильны, что заставили меня ещё больше втянуться в себя, сжаться, съёжиться, превратиться в маленькую, но неделимую точку. Очень плотную и неразрушимую.

И снова непонятное выражение:

«Подключена опция ментоэнергетического поглощения энергий».

И сразу же за этим:

«Подключена опция внепространственного накопителя энергии.

Подключена опция преобразования ментоэнергии.

Активирована опция подключения к источнику.

Подключён внепространственный источник ментоэнергии.

Подключена опция вероятностного управления».

При этом я почувствовал, что удержание кусков вообще перестало требовать хоть какого-то приложения усилий, а притягивать осколки стало гораздо легче. Я интуитивно начал понимать, какую цепочку нужно выбрать своей следующей целью, в какой последовательности это делать, и мог тянуть их одновременно по нескольку сотен.

Через некоторое время пришло понимание того, что всё своё я уже собрал в единую структуру, которая не распылялась, а стала плотным и нерушимым объектом, и теперь ему ничего угрожать не может и не будет.

Но возможность притягивать осколки осталась, а цепи и нити всё так же отходили от меня. И тогда я стал стягивать уже их. На это потребовалось приложить усилие, не такое, как вначале, но оно ощутимо стало воздействовать на меня. И вот когда первый такой осколок прильнул ко мне, я понял, что это не моё, оно чужое, но не чуждое мне.

Раздалось:

«Подключена опция поглощения ментоэнергетических сущностей и симбиотов.

Подключена опция адаптации».

Я не остановился и стал стягивать всё, что мог притянуть. У меня уже не получалось воздействовать на сотни нитей одновременно, но выбирать наиболее удобные для слияния я мог.

И так продолжалось, возможно, сотни часов.

Наконец я втянул в себя все связанные со мной нити и цепи. Ушли фантомные боли, раздирающие моё тело. Не было отростков или осколков, связанных со мной, но висящих в пространстве вокруг. Моя структура приобрела свою законченность и стабильность. Стала неделимой и чёткой. Моё сознание ощутило кристальную ясность, в нём воцарилось спокойствие и уверенность.

Последнее, что я распознал:

«Настройка завершена».

– Лейтенант, вам стало легче? Попытайтесь ответить мне, – как будто ничего не заметив, продолжил голос, назвавшийся искусственным интеллектом № 896.

Я попробовал открыть глаза, хотел осмотреть место, где я нахожусь, но пока это не получалось. Поэтому ответил не открывая глаз:

– Да, – и удивился: говорить стало легче.

– Здравствуйте, Лейтенант Скарф. Вас приветствует искусственный интеллект № 896 в исследовательском центре № В-78 сектора Тень-0. С момента вашего пробуждения прошло пять минут, – ещё раз представился голос и понес какую-то околесицу про Центр и пробуждение.

Как-то времени названо мало. По моим ощущениям, прошло никак не меньше нескольких лет, а он говорит – всего пять минут. Ну да ладно, пока не до этого. Разберусь позже.

Я решил пока не обращать внимания на то имя, которым меня называли. Кроме него заинтересовало название места, где я нахожусь, и что я, похоже, спал.

Свои сны-кошмары я помнил хорошо и отчётливо. Значит, фраза насчёт сна, возможно, является правдой.

Я попытался выяснить хоть что-то, соображал я, как ни странно, достаточно чётко и связно, хотя создавалось ощущение некоторой заторможенности, которая уже практически сошла на нет. Начал с последнего, что помнил: как я отпрыгнул за диван, в меня стреляют, и наступает тьма. А что дальше?

– Как я сюда попал? – решил я начать расследование.

– Вы находились в состоянии анабиоза в этой камере с момента моей активации на базе.

С каждым разом не лучше. Меня что, заморозили?

– Как долго я здесь? – попытался выяснить я.

– Пятьдесят лет, – ответили мне.

– Пятьдесят лет?! – Меня пробила мелкая дрожь.

Что-то будет. Пятой точкой чую большую радость.

– Пятьдесят лет на этой станции и неизвестно, сколько лет вне её. В сопроводительных документах указано, что родились вы семьдесят пять лет назад. Ваш биологический возраст семнадцать лет. То есть попасть в анабиоз вы должны были пятьдесят восемь лет назад. Но этой документации доверять не следует, так как она некорректна, в ней было указано, что вы умерли в возрасте двадцати пяти лет. Вероятность прогноза точного времени нахождения в анабиозе составляет 75 %.

– Долго даже для пятидесяти лет, – пробормотал я и стал размышлять: «Срок огромный. Меня все потеряли: семья, друзья. Как они там? Для них я просто исчез по пути в большой город. Попал я неизвестно куда. Интересно, где я всё-таки? Сектор Тень-0 – где это на Земле есть такое место с исследовательским центром? Похоже на какие-то названия, которые дают спецслужбы, по крайней мере, так пишут в книжках. Меня он называет какой-то фамилией, отдающей в англосакскую сторону. Американцы? Англичане? Или ещё кто-то? И неизвестно, с кем я тут нахожусь. Какой-то искусственный интеллект. Это, похоже, современный компьютер или что-то аналогичное, но действует самостоятельно, или у него сложный алгоритм поведения. Хотя, возможно, это и правда обещанный искусственный интеллект, лет-то прошло немало. Как с ним себя вести? Сможет ли он определить, что я не тот, за кого он меня принимает? Нужно это выяснить. Буду думать и пытаться вытягивать информацию о себе и местонахождении. Откуда он про этого Скарфа знает? Хотя, видимо, из той сопроводительной документации, которую он упомянул». – Что произошло дальше, ты можешь разъяснить? – спросил я компьютер. – Почему я был в анабиозе так долго? Где персонал? Почему вышел из состояния анабиоза именно сейчас? Есть ещё что-то важное, что я должен знать?

– Разрешите ответить на вопросы в порядке уменьшения степени важности информации? – спросил разрешения компьютер.

– Отвечай.

– Наиболее важное: энергии для поддержания жизнедеятельности базы осталось на двадцать восемь дней функционирования Центра в текущем режиме.

– Я так понимаю, без энергии она не функционирует, и чем это для нас грозит? – уточнил я.

– Смерть.

– Кратко и по существу. Что дальше?

– Есть возможность покинуть Центр и систему на транспортном корабле, но неизвестна степень его повреждений и возможность его восстановления. Внешне корабль полностью цел. Проникнуть в него мой инженерный дроид не смог. Искин корабля подчиняется только человеку с соответствующим уровнем доступа.

«Больше – лучше: мы, похоже, находимся в море, упоминается транспортный корабль, инженерный дроид – из книг, это что-то вроде робота. Что ещё имеем: искин – где-то слышал или читал. О, похоже, сокращение от искусственного интеллекта. Уровни доступа – это что-то серьёзное, куда не всем разрешено попасть. Спецподразделение или управление, секретная лаборатория какая-нибудь или исследовательский институт, возможно спецхранилище. Интересно, как я здесь оказался?» – обдумывал я последние слова компьютера, но какая-то фраза не давала успокоиться.

И вдруг дошло: «Система!!!»

«Это надо обдумать. Где же я?»

Внезапно в голове возникла чужая мысль:

«Начать анализ полученной информации?»

И этот же вопрос засиял на периферии зрения небольшой подсвеченной надписью, а сразу под ним два варианта ответа:

«Да. Нет».

– Да, – ответил я на автомате, а потом только растерялся и подумал:

«А вообще что или кто это?»

И получил ответ:

«Нейросеть «Универсал» – прототип 1».

Я ещё больше впал в ступор:

«Какая нейросеть? Какой прототип? На мне что, ставили эксперименты?»

Нужно разобраться с тем, что я услышал.

Но тут одновременно произошло три события, прояснившие большинство непонятного в рассказе компьютера и моих мыслях.

Первое. Это новые фразы в моей бедной голове.

«Место нахождения с вероятностью 95 % – звёздная система, предположительно именуемая Тень-0, исследовательский центр № В-78. Координаты неизвестны, недостаточно данных. Продолжать поиск и анализ данных? (Да, нет.)

Обнаружена внутренняя локальная сеть передачи данных. Произвести подключение? (Да, нет.)

Провести сканирование окружающего пространства? Построить карту прилегающего пространства? (Да, нет.)»

Второе. Продолжение рассказа 896-го.

– Единственным человеком на станции были вы, Лейтенант Скарф, поэтому я принял решение вывести вас из состояния анабиозного сна. При подготовительном тестировании выяснилось, что у вас отсутствует нейросеть. Для управления транспортным кораблём нужна нейросеть. На станции удалось обнаружить только экспериментальную нейросеть, других сетей в работоспособном состоянии на базе нет. Параметров и документации по ней не сохранилось, но я могу предоставить вам инструкцию в виде сформированной базы знаний для управления простым типом нейросетей. И ещё: для эффективного управления кораблём, как вы знаете, нужны базы знаний. У вас изученных баз нет, так как не было установлено никакой сети. Я нашёл пакет необходимых баз, который нужно будет залить вам в нейросеть и приступить к её изучению. Есть одно ограничение: базы армейского образца хранятся в зашифрованном виде, наибольшая вероятность успешного взлома кода 15 %. При утере баз вероятность покинуть систему снижается до 34 %. Вам это нужно знать. Потеря баз не влияет на вероятность неудачного исхода, изучение повышает вероятность в зависимости от профильного направления базы знаний. Их вам скоро доставят. Также составлен график реабилитационных мероприятий для приведения вас в оптимальную форму и скорейшее изучение баз за выделенный нам отрезок времени. Срок восстановления рассчитан на двадцать семь дней. Параллельно вам придётся заниматься сначала изучением баз, а потом тестированием, восстановлением и подготовкой корабля к отбытию.

Третье. Самое непонятное (уже знакомая тарабарщина).

«Обнаружено четыре активные ментоэнергетические структуры малой мощности, степень излучения порядка 0,1 энерона. Расстояние – в пределах одного километра. (Само перевело в понятную величину.)

Направленных потоков движения ментоэнергии – нет.

Источников ментоэнергии – нет.

Поглотителей ментоэнергии – девять штук, степень поглощения и мощность – неизвестны, расстояние – больше миллиона километров. (Вот тут мне стало немного плохо: что-то может чувствовать так далеко?)

Визуализировать способность активного ментоэнергетического восприятия? Слить её с потоком данных, поступающих от органов зрения? (Да, нет.)

Составить объёмный макет ближайшего ментоэнергетического пространства?»

И снова первый голос:

«Совместить с имеющейся информацией полученные от второго источника данные? (Да, нет.)

Использовать эти данные в анализе? (Да, нет.)»

Я лежал и боялся открыть глаза. Этот диалог внутри моей головы очень сильно сбивал с толку. Он навевал мысли о сумасшествии. Если предположить, что первый голос – это нейросеть, о которой говорил искин (буду называть его так или 896-м), то что тогда за вторая шизофрения, общающаяся на неизвестном мне языке, но суть которого я прекрасно понимаю?

Не успел я подумать об этом, как тут же получил ответ (сказано было неясно, но смысл я понял именно так):

«Магоинтеллект индивидуального пользования, порядковый номер 66».

«Что ещё за магоинтеллект? Что-то связанное с магией? Так не похоже то, что он говорит, на магию, больше на техническое устройство. Там больше палочки волшебные, магические свитки, волхвы всякие, пассы руками и гордая, красивая поза во время произнесения заклинания, а не сухая фраза о мощности ментального излучения объекта. Не там, по-моему, было ментоэнергетическое. Но люди и разное магооборудование на стыке этих знаний описывали в нашей фантастике. В общем, всё может быть. Хотя, по сути, хуже мне не стало. И это пока главное. Ну да ладно, прорвёмся. Главное, чтобы крыша не поехала искать свой дом отдельно от меня».

И, решив постепенно разбираться с тем, что у меня в голове, уточнил у компьютера:

– Такой термин, как магоинтеллект, тебе что-то говорит?

– Нет, – ответил 896-й, – такой термин мне незнаком, в банках данных его тоже нет.

Тогда я решил, что то, что сидит в моей голове, в обоих случаях отвечает на адресованные к ним вопросы, и спросил сначала у первого голоса:

«Нейросеть, какими функциями ты обладаешь?»

«Полный перечень функций неизвестен, и информация о них не помещена в список предоставляемых нейросетью опций, так как применена гибридная технология, тестирование и анализ которой в экспериментальном прототипе не был завершён. Основные функции стандартной нейросети поддерживаются в полном объёме».

«Перечисли основные функции».

«При наличии нейросети у пользователя увеличивается скорость обработки информации, происходит увеличение скорости прохождения нервных импульсов и реакции на них, как следствие возрастания ловкости, скорости движения и силы мышц. Сеть является средством внешней и внутренней связи с абонентом, календарём, часами. Имеет возможность обращаться к изученным базам знаний и справочникам напрямую или мысленным усилием. Проводит контроль состояния здоровья, в результате при выявлении ранних симптомов заболеваний и их профилактики возрастает продолжительность жизни человека. Ведёт протоколирование договоренностей и событий, заключений договоров и позволяет проводить все эти операции локально или на расстоянии через планетарную сеть. Пользователю присваивается уникальный личный номер, и по нему всегда производится его идентификация. С помощью нейросети производится управление всеми видами технических устройств.

По дополнительным возможностям, связанным с внедрённым биокомпьютером, – нет данных. Включить активацию и протоколирование (каталогизацию) неопознанных опций при обращении к ним? (Да, нет.)»

«Да. Уже определены какие-либо дополнительные опции?»

«Самонастройка.

Оптимизация работы, выполняемых функций и предоставляемых возможностей.

Перестроение физической структуры пользователя для максимально эффективного обеспечения его жизнедеятельности.

Подключение к работе всех областей мозга.

Ускорение восприятия информации.

Ускорение скорости реакции.

Ускорение �