Испорченный
СМС-переписка Майкла и Рики
СМС-переписка Майкла и Рики.
Рика: Как прошла игра?
Майкл: Ты не смотрела?
Рика: Я следила за обновлениями счета онлайн, но игры больше смотреть не могу. Я слишком по тебе скучаю.
Майкл: …
Рика: Ты куда пропал?
Майкл: …
Рика: Ох, ладно тебе. Не сердись.
Майкл: Я не сержусь. Я раздражен. Ты должна смотреть. Мне нравится знать, что твой взгляд прикован ко мне.
Рика: Но мне от этого только тяжелее! Ты зимой так часто уезжаешь, а я потом выключаю телевизор и иду в постель одна.
Майкл: …
Рика: …
Майкл: Все, что я делаю на корте, ради тебя. Каждое мое движение.
Рика: Что?
Майкл: Думаешь, меня волнует, что обо мне думают остальные? Я все делаю лишь с мыслями о тебе.
Рика: Ты правда думаешь там обо мне?
Майкл: Ты серьезно?
Рика: Ах… это так мило.
Майкл: Пошла ты. Разговор окончен.
Рика: О, нет. Ты не пойдешь на какую-то вечеринку, пока сердишься на меня. Давай займемся сексом по телефону и помиримся.
Майкл: Теперь ты беспокоишься, что я изменю? Оскорбления продолжают поступать…
Рика: Я не беспокоюсь.
Майкл: А если бы ты позвонила мне позже и услышала девушек на заднем плане, все равно не беспокоилась бы? Не приревновала?
Рика: Нет. Я бы просто приняла кое-какие меры.
Майкл: Да? Что бы ты сделала?
Рика: Ну, если бы я позвонила и услышала женщин на заднем плане, я бы сначала потушила свет в квартире…
Майкл: Хорошо…
Рика: Разделась…
Майкл: Продолжай…
Рика: Вот так…
Майкл: Черт, детка.
Рика: А потом залезла бы в кровать…
Майкл: Да?
Рика: И…
Майкл: Что? Что бы ты сделала?
Рика: Я бы протянула руку к прикроватному столику…
Майкл: И?
Рика: И достала бы свой телефон… чтобы позвонить Каю.
Майкл: …
Майкл: Боже, я тебя люблю, мать твою.
Рика: Я знаю. Поскорее возвращайся домой.
Бонусная сцена: День Святого Валентина
Бонусная сцена: День Святого Валентина.
Рика
Бассейны меня пугали.
Раньше все было иначе, и я бы не нервничала так сильно, если бы пришла сюда с кем-нибудь, но теперь я ненавидела плавать в бассейне одна. Да и в любом другом водоеме, наверное.
Именно поэтому я заставляла себя пользоваться внутренним бассейном жилого комплекса "Делькур" по крайней мере дважды в неделю. После происшествия с Тревором на "Пифоме", когда к моей лодыжке был привязан бетонный блок, я…
Стиснув зубы, я тяжело выдохнула и шлепнула ладонью по воде, отчего небольшая волна врезалась в бортик.
Пусть Дэймон горит в аду.
Где бы он ни был, я надеялась, что ему очень больно.
Мне постоянно приходилось оглядываться; счастье, которое я ощущала последние несколько месяцев, омрачали темные тучи, всплывавшие то тут, то там, чтобы напомнить – я не могла чувствовать себя в полной безопасности.
Дэймон все еще разгуливал на свободе. Я испытывала отвращение при мысли об этом.
И в то же время… не испытывала.
Несмотря на мои попытки отрицать тот факт, что он арендовал место в моей голове, какая-то часть меня все больше и больше осознавала: в исходившей от Дэймона угрозе имелись положительные аспекты. Из-за него я всегда держалась начеку и была благодарна за это.
С Дэймоном или без него, мне не следовало привыкать к комфорту. Не следовало расслабляться. Я должна помнить, что в любую секунду почву могут выбить у меня из-под ног. Даже имея возможность положиться на Майкла, Кая и Уилла… за свое существование, за свой успех, за свою жизнь я несла ответственность самостоятельно. Я должна знать, как позаботиться о себе.
В прошлом году, в октябре, когда Майкл и его друзья хотели отомстить мне, я этого не понимала. Я была не готова, но сейчас усвоила урок.
Не ленись. Не молчи. Я главная. Я задаю темп.
Спасибо, Дэймон.
Выбравшись из воды по ступенькам, я отжала волосы и пошла за полотенцем, оставляя за собой мокрые следы. Подхватив сотовый и проверив время, увидела, что уже начало седьмого. Майкл скоро вернется домой.
Я быстро вытерлась, натянула шорты и забросила полотенце на плечо. Потом забрала бутылку с водой, свой телефон, все так же босиком направилась к лифту и поднесла к сканеру карту для доступа в пентхаус.
Пока лифт поднимался, у меня внутри зародился легкий трепет; я не могла сдержать улыбку, ощущая порхание бабочек в животе. Майкл уехал из города на игру. Я не видела его три дня. Мне было безразлично, что сегодня День Святого Валентина, что он купил билеты на оперу, даже то, пойдем мы вообще куда-нибудь вечером или нет. Я просто хотела его.
Мне не нравились отъезды Майкла, но я любила встречать его, когда он возвращался. Я просто парадокс какой-то.
Створки лифта открылись; едва войдя в нашу квартиру, я сразу же услышала оглушительно громкую музыку. Она эхом разносилась по коридору из гостиной. Я замерла, насторожившись; все волоски на моих руках встали дыбом.
Музыка? Я не оставляла стереосистему включенной.
Но тут я обратила внимание на песню. Bodies группы DrowningPool.
Выдохнув, я закатила глаза. Разумеется.
Уилл.
Майкл так и не забрал у него ключ, поэтому он мог прийти к нам в любое время суток и обчистить холодильник, или порой мы находили его на баскетбольном корте посреди ночи.
Пройдя в комнату, я заметила Уилла. Он сидел, вальяжно развалившись на диване, в идеально выглаженном черном костюме, держал сэндвич в одной руке, а на пальце другой вертел баскетбольный мяч.
Из колонок надрывно орал певец: "Пусть тела упадут на землю! Пусть тела упадут на землю! Пусть тела упадут на землю!"
Да-да.
Я бросила свои вещи на пол, взяла пульт и выключила музыку. Как он мог ПОСТОЯННО слушать эту песню?
Уилл уронил мяч, наконец-то заметив меня.
– Ох, привет, – поздоровался он и откусил сэндвич.
Его зеленые глаза всегда казались такими огромными, как у щенка, поэтому я, будучи не в силах устоять, каждый раз слегка таяла. Несмотря на его поведение. Меня раздражало то, что Уилл просто появлялся без предупреждения – я ведь могла только из душа выйти, в конце концов, – однако он напоминал ребенка, который нарисовал тебе самый некрасивый рисунок на свете, но сделал это от всего сердца.
Видишь, мам? Я хорошо справился?
Послав ему полуулыбку, я подошла ближе и спихнула его ноги с кофейного столика.
– Майкла нет дома.
– Ага, я знаю.
– Тогда почему ты здесь?
Уилл снова откусил сэндвич, положил остатки на диван, затем выпрямился и стянул полотенце с моего плеча, чтобы вытереть себе рот.
Я нахмурилась, приготовившись отчитать его, если он не уберет еду с нашей мебели.
Но Уилл встал, проглотил пережеванный сэндвич и улыбнулся, нависая всего в нескольких сантиметрах от моего лица.
– Я должен тебя забрать, – объявил он. – Мне строго приказали доставить тебя к Майклу и Каю, так что, одевайся.
Стоя на месте словно вкопанная, я непонимающе посмотрела на него. Забрать меня?
К Майклу И Каю? Что?
Сегодня День Святого Валентина. У нас с Майклом были планы.
– Я не поняла, – возразила я.
Однако Уилл лишь ухмыльнулся, накинул полотенце мне на шею и игриво притянул ближе к себе.
– Разве Майкл тебя не предупредил? – поддразнил он своим плавным голосом. – Ты – подарок на День Святого Валентина для всех нас, детка.
Я вскинула бровь и шлепнула его по рукам, чтобы он меня отпустил.
Хохотнув, Уилл отошел.
– Приведи себя в порядок, Маленький Монстр.
***
– Итак, мне следует бояться? – спросила я, сидя на заднем сиденье Гелендвагена Майкла и натягивая чулки, пока Уилл вел машину.
На то, чтобы принять душ, сделать прическу, макияж и втиснуться в мое вечернее платье, ушел почти час, поэтому Уилл вытянул меня за дверь еще до того, как я закончила одеваться.
– Ты не боишься, – парировал он. – Ты приходишь в восторг.
Я улыбнулась сама себе.
– Туше.
Уилл не сказал, куда мы едем, но судя по тому, что я разглядела за окном, наш путь лежал в противоположную часть города. Часть города, где обитал Кай.
Может, нам наконец-то удастся увидеть его дом изнутри? Вряд ли удастся, но подобная перспектива меня заинтриговала.
Я надела туфли на шпильках, опустила длинную юбку своего черного платья, после чего приподнялась и посмотрела в зеркало заднего вида, проверяя прическу и макияж.
Волосы я завила в объемные локоны, собрала пряди с висков и подколола их назад, обнажив плечи и подчеркнув лиф в стиле халтер.
Посещение оперы оказалось более шикарным поводом, чем наши обычные выходы в свет, поэтому я с удовольствием прошлась по магазинам в поисках подходящего наряда – сексапильного кроя платья, украшенного бисером и стразами. Мне очень понравилось, как оно колыхалось во время ходьбы.
Уилл встретился со мной взглядом в зеркале.
– Ты отлично выглядишь, кстати.
– Спасибо. Ты тоже.
Он отвел глаза, тихо хохотнув, словно это было невероятно далеко от истины.
И я знала. Несмотря на то, что Уилл всегда казался здоровым и счастливым, я знала: внешний облик совершенно не соответствовал его внутреннему состоянию.
– Как ты? – В попытке избежать зрительного контакта и не показаться чересчур назойливой, я опустила взгляд, чтобы убедиться, все ли необходимое положила в свой маленький клатч.
Достав сигарету, он сунул ее в рот, прикурил и ответил:
– Чертовски замечательно. Ты видела мои фотографии с Марди Гра в Фейсбуке? Я мог бы так напиваться каждый день.
Уилл затянулся, затем выдохнул облако дыма. Я наклонилась вперед, выхватила сигарету из его пальцев и вышвырнула ее в окно.
– Ты так напиваешься каждый день, – возразила я.
Вновь глянув на меня в зеркало заднего вида, он обаятельно улыбнулся, будто его заботили лишь веселье и игры.
Но люди, которые больше всего улыбаются, многое скрывают. Я знала…
Всякий раз, когда он тайком пробирался в нашу с Майклом квартиру, во время бесконечных вечеринок и ночей, проведенных с совершенно незнакомыми ему девушками, чтобы избежать одиночества, Уилл был далеко не в порядке.
Я опять подалась вперед, положила руки на спинку его сиденья, уперлась подбородком в кожаную обивку и посмотрела на него в зеркало.
Он вздохнул, продолжая мчаться по улице.
– Перестань так смотреть на меня, – тихо пожурил Уилл. – Мне всего двадцать три года. Со мной все хорошо, я найду, чем заняться в жизни. Не волнуйся.
Ухмыльнувшись, я обвила руками его шею и сцепила их перед ним.
Он снова бросил взгляд на мое отражение и озадаченно нахмурил брови.
– Что?
– Ну, у меня есть идея, – подначила я.
– Ох, да ну, есть? – с вызовом бросил Уилл. – Что ж, всем расступиться. Мозг блондинки заработал.
Я шутливо нахмурилась.
– Сволочь.
Его грудь затряслась у меня под руками. Я проследила, как он включил дворники. Легкий дождь, начавшийся, когда мы сели в машину, усилился.
– Так что за идея? – поинтересовался Уилл. – Ты хочешь, чтобы я пошел в колледж? Или, может, мне отдаться в руки папы и деда, и посмотреть в каком из офисов они смогу спрятать меня на следующие десять лет? А может… – он подхватил еще одну сигарету и сунул ее в рот, – я должен нацепить рюкзак на плечи и отправиться исследовать мир. Всегда хотел стать Индианой Джонсом.
Я опять выхватила сигарету, разломила ее пополам и бросила в подставку для стакана.
– Да, я с легкостью могу это представить, – ответила, проявив снисходительность. – Ты бы мастерски управлялся с тем хлыстом.
Уилл покачал головой и засмеялся, не восприняв мои слова всерьез.
Вновь обвив руками его шею, я прижалась ближе и внимательно посмотрела на него.
– Вообще-то я думала о другом. – Я заговорила тише, наблюдая за ним, пока он смотрел на дорогу. – Мне кажется… ты мог бы восстановить беседку.
Под моим пристальным взглядом лицо Уилла окаменело, улыбка медленно сползла с его губ. Уставившись вперед, он не произнес ни слова.
Ладно, возможно, я перегнула палку, всколыхнув прошлое.
Может, я наконец-то нашла его слабое место и наступила не на ту мозоль.
Но нет.
Нет.
Я сжала челюсти и прищурилась.
Он нуждался в толчке. Майкл и Кай прикрывали его, никогда не заставляли смело встретиться с проблемами лицом к лицу и разобраться с ними. Парни пришли к выводу, что Уилл справится сам, когда будет готов, а я отказывалась потворствовать ему. Я так же поступала со своей матерью, и в данном случае не собиралась следовать их примеру.
– Ну, что думаешь? – надавила я.
Однако Уилл промолчал.
Мне был слышен только шум воды, вырывавшейся из-под колес. Городская суматоха снаружи постепенно стихла; мы въехали в Восточный округ, который я любила называть "мрачной зоной". В этом районе Меридиан-Сити когда-то бурлила жизнь, но сейчас он стал просто… ну, мрачным.
К тому же его забросили. Кай приобрел здесь огромный дом, построенный на рубеже веков. Я не сомневалась, что работа над реставрацией этого строения после долгих лет запустения была создана для него, однако с подозрением гадала, почему он считал данную причину достаточно убедительной, чтобы держать нас на расстоянии. Мы к Каю ехали?
– Она все равно ее не увидит, Рика, – наконец произнес Уилл. – Я слышал, она не возвращалась домой после окончания школы.
Снова подняв взгляд, я увидела его отражение в зеркале.
Беседка. Она. Эмери Скотт.
– Значит, совершать хорошие поступки стоит только в том случае, если окружающие это увидят? – подстегнула я.
На его лице я заметила то потерянное, тоскливое выражение, которое всегда появлялось, когда Уилл думал, будто на него никто не смотрит.
Выдохнув, я бросила ему приманку.
– Ей не обязательно видеть, – дразнящим тоном прошептала я, наклонившись к его уху. – Достаточно, чтобы до нее просто дошел слух об этом.
Он широко улыбнулся, свернув в темную аллею. Из-за дождя асфальт блестел в свете фонарей.
– Ты практически такой же хороший оратор, как и я.
Я откинулась назад и выглянула в окно, в то время как Уилл заглушил двигатель.
– Практически, – пробормотала я, внезапно забыв о нашем разговоре.
При виде старого черного здания по моим рукам пробежал озноб. Там не горел свет, вокруг не было других машин, никаких признаков жизни… Куда мы приехали, черт побери? Где Майкл и Кай?
Уилл открыл свою дверцу. В салон сразу же ворвался шум дождя. Я потерла руки ладонями, стараясь согреться.
– Подожди, у меня есть зонт, – сказал он, потянувшись к пассажирскому сиденью.
Раскрыв зонтик, Уилл нырнул под дождь. Капли забарабанили по ткани. Он быстро захлопнул водительскую дверь и распахнул мою. Немного согнувшись, я выбралась наружу. Когда Уилл закрыл за мной дверцу, мы оба торопливо добежали до небольшого навеса, укрывавшего узкий вход с торца здания.
– Что это за место? – спросила я, когда Уилл открыл черную дверь.
Я вошла первой, пока он отряхивал и собирал зонт.
– Раньше это был многоквартирный дом, – громко сообщил Уилл, перекрикивая ливень. Он бросил зонт на землю и закрыл дверь. – В начале века, по-моему. Потом кто-то купил его, снес все стены и превратил в арт-галерею в 60-х. – Уилл лениво окинул взглядом темное пространство. – Сейчас здание заброшено.
Без освещения я ничего не могла рассмотреть толком, однако в тусклом свете, проникавшем через окна с улицы, увидела духовку, самодельный "островок" и какие-то шкафчики. Полагаю, в процессе переделки квартир они решили сохранить одну из кухонь.
– Ты расскажешь мне, что происходит? Где Майкл?
Я начинала сердиться, потому что Майкл, вернувшись в город, первым делом навестил не меня.
Уилл просто повернулся ко мне и протянул руку, жестом предлагая пройти вперед. Посмотрев в указанном направлении, я пошла по мрачному длинному коридору, но потом заколебалась на мгновение.
Я не знала, где заканчивается эта темная бездна, однако все равно выпрямила спину, невзирая на трепет в животе.
Майкл, Майкл, Майкл. А я-то думала, что игры мне наскучат со временем.
Качая головой и слегка забавляясь, я медленно двинулась по коридору, миновав несколько дверей с обеих сторон и узкую лестницу справа. Воздух был прохладный; я пожалела, что не надела пальто или накидку.
В конце коридора я переступила через порог и попала в огромную комнату. Сразу же повернувшись кругом, оглядела перекрещенные стропила в вышине и окна, поднимавшиеся до самого потолка, что доказывало – да, когда-то дом состоял из множества квартир.
Здесь все почернело от старости. Деревянные половицы скрипели у меня под ногами. И только стальные балки разграничивали просторное помещение.
Оно бы идеально подошло для танцевальной студии.
С каждой стороны виднелись другие дверные проемы, а еще я заметила несколько коридоров, ведущих к новым лестницам.
– Мне нравятся такие места, – задумчиво сказала я Уиллу. – Так много уголков и закоулков, которые можно исследовать.
Я обернулась к нему, но улыбка сползла с моего лица.
Его тут не было.
Куда, черт побери…?
– Уилл? – Я огляделась по сторонам, пытаясь хоть что-то найти в полумраке.
Мое дыхание участилось. Проклятье…
Капли дождя барабанили в окна; этот звук окружил меня, словно я находилась в тоннеле. Я резко подняла голову, услышав завывание ветра под крышей.
Сглотнув ком, сдавивший горло, выкрикнула:
– Уилл?
– Ну, тебе понравилось? – спросил мелодичный голос.
Быстро обернувшись, я стала всматриваться в пространство. Позади меня никого не оказалось.
Однако, краем глаза уловив движение, я подняла взгляд и увидела темный силуэт, который, облокотившись на перила, неподвижно стоял на втором уровне.
– Кай?
– Очень важно, чтобы это здание тебе понравилось, – продолжил он. – Ты будешь проводить тут много времени.
Рука Кая – единственная освещенная часть его тела, – заскользила по перилам, и я поняла, что он начал двигаться.
– Включи свет, – потребовала я.
– Не могу, – ответил Кай. – Электричество отключилось. Итак, что думаешь?
Я прищурилась, стараясь его разглядеть, но в особенности стараясь понять, что, черт возьми, происходит.
– Что я думаю по поводу помещения? – переспросила я. – Ну, полагаю, это зависит от того, для каких целей оно используется.
– Много хорошего может происходить в подобных местах, – сиплый шепот коснулся моего уха. Я подпрыгнула, когда длинные руки обвили мою талию и притянули к крепкому телу.
– Майкл, – выдохнула я, облегченно улыбнувшись, когда его тепло и запах окутали меня. – Что вы устроили, парни? Пусть кто-нибудь включит фонарик. Это не смешно.
– Ощущаешь легкое чувство дежавю? – поддразнил он, прижавшись к моей шее. – Я знаю, тебе нравится.
Развернувшись к Майклу лицом, я прошептала, касаясь его губ своими:
– Включи свет и скажи мне, что все это значит, иначе я уеду к Алекс, и сегодня она будет моим Валентином. Итак, что вы задумали?
– Мы признаемся тебе в любви, – ответил Майкл и, развернув меня в своих объятиях, прижал к себе еще крепче. – И у нас есть кое-что для тебя.
– Ох, да ну?
– Ты пообещала мне вечность, – напомнил он. – До сих пор уверена в этом? Ты согласна на этот долгий путь?
Я прищурилась и посмотрела на него, гадая, что это значит.
– Тебе не нужно задавать этот вопрос так же, как мне не нужно на него отвечать, – твердо заявила я. – Выбора нет. Теперь скажи мне, что происходит? Что это за место?
– Оно наше, – ответил Уилл, подойдя к нам и вручив мне фонарик.
Я взяла его и озадаченно посмотрела на Майкла. Наше?
Следом раздался голос Кая:
– Ты искала фехтовальный клуб, когда только переехала в город, – пояснил он, спустившись по лестнице и направившись в нашу сторону, – поэтому у нас возникла идея, почему бы тебе не открыть свой собственный?
Кай, Уилл и Майкл окружили меня, а я просто держала фонарик в руке.
– Фехтовальный клуб?
– Тебе не нравится? – спросил Майкл.
– Нет, нравится… – Я снова подняла взгляд, видя сейчас перед собой нечто большее, чем просторное, пустое помещение. – Но…
– Но? – поторопил Майкл.
– Но я учусь в колледже, – продолжила я. – А еще мне нужно управлять "ФЭЙН" и домом моей матери, к тому же мы курируем реставрацию собора Святого Килиана, и у меня нет опыта обучения фехтованию…
– Ты когда-нибудь слышала о кэндо? – поинтересовался Кай, подойдя ближе.
В тусклом свете я наконец-то увидела его черный костюм и то, как накрахмаленная белая рубашка и черный галстук контрастировали на фоне гладкой, загорелой кожи его шеи. Волосы были безукоризненно уложены, как и всегда, впрочем. Кая редко можно было увидеть в помявшейся одежде или хоть с одним выбившимся волоском.
Я называла его педантом в лицо. А Алекс за глаза называла его серийным убийцей.
– Кэндо, – повторила я. – Японский стиль фехтования?
Кай кивнул.
– Отец меня научил. Наряду с джиу-джитсу и айкидо. Я могу научить тебя.
Научить меня? Только какое отношение это имело…
Вдруг на меня снизошло понимание, и я замерла.
Почему они все здесь? Зачем Каю предлагать мне обучение боевым искусствам, и почему именно сейчас?
Я протянула руку Майклу.
– Покажи документы на право собственности.
– Для чего?
Однако я лишь щелкнула пальцами, теряя терпение.
Он достал сложенные бумаги из нагрудного кармана пиджака и положил их мне на ладонь.
Быстро расправив документ и посветив фонариком, я принялась его изучать. Я заметила имена каждого из парней… потом увидела свое.
Этот подарок предназначался не только для меня.
Посмотрев на них, произнесла:
– Мы все владельцы этого здания.
Майкл соблазнительно опустил веки.
– Конечно. "Один за всех и все за одного. Таковы правила."
Затем он ухмыльнулся, прекрасно зная, что я вспомню слова, произнесенные им в Ночь Дьявола больше трех лет назад.
– Получается, бизнес открываю не одна я, а вместе с вами.
Они втроем смотрели на меня. Я повернулась кругом, полностью осознавая суть задумки.
– Додзё… с фехтовальным клубом, – сказала я себе под нос, пытаясь представить, что из этого получится.
Майкл не интересовался фехтованием. Или боевыми искусствами. Ему хватало физических нагрузок с баскетболом.
А вот Кай будет проявлять личную заинтересованность в бизнесе и часто сюда наведываться, и Уилл тоже будет здесь, потому что парни, скорее всего, захотят его занять.
Однако я все никак не могла понять. Майкл и Кай уже занимались огромным количеством проектов, зачем им браться еще и за этот?
Тут меня снова озарило.
Я повернулась обратно и, склонив голову набок, отдала бумаги Майклу.
– Значит… Это место, разрушенное офисное здание, которое ты купил несколько недель назад… – Начав оглашать список, я посмотрела на Кая. – Твое маленькое убежище в нескольких кварталах отсюда, ремонтом которого ты сейчас занимаешься. Земельные участки на Дарси Стрит, которые Уилл осматривал вчера… – Я посмотрела каждому из них в глаза. – Почему вы скупаете Восточный округ?
Дело не только в том, чтобы предоставить мне место для занятий фехтованием. Было что-то еще.
Майкл хитро улыбнулся, в то время как Кай встал рядом с ним, скрестив руки на груди.
– Всадники строят свою империю, Рика, – ответил он. – Ты к нам присоединишься?
– У нас есть вакансия, – шутливо произнес Уилл, пройдя мимо и подтолкнув меня плечом.
Я прикрыла глаза, стараясь не рассмеяться. Ох, ради всего святого.
– Хотел отложить это на завтра, когда у нас будет больше времени все обсудить, – сказал Майкл, достав другую стопку документов, – но ты можешь взглянуть сейчас.
Забрав бумаги, я ознакомилась с их содержанием. И вновь там значились наши имена. Хоть юридические термины и было сложно понять, мое сердце все равно забилось быстрее.
– Грэймор Кристэйн? – уточнила я, подняв взгляд на парней.
Майкл просто пристально смотрел на меня, выжидая.
Эти бумаги учреждали партнерство между Каем, Уиллом, Майклом… и мной. Все было оговорено. Кто чем руководит. Как будет делиться любая прибыль. Как будут приниматься решения, даже детали банковских счетов, которые уже были открыты, чтобы хранить доходы отдельно от наших личных сбережений.
Господи. Они всерьез решили заняться этим делом? Грэймор Кристэйн – это мы. Название фирмы состояло из частей наших фамилий.
Я протяжно вздохнула, не осознавая, что перестала дышать, и продолжила изучать договор.
– Вашим отцам такая идея не понравится, – предупредила я.
Отцу Майкла особенно. Они создали свое наследие и ждали, что сыновья продолжат их работу.
– Мы на это рассчитываем, – сказал Майкл. – Ну, что думаешь, Маленький Монстр? Хочешь немного развлечься?
Услышав смех Уилла, я подняла глаза и увидела, что вся троица смотрела на меня с радостным предвкушением, будто им не терпелось прыгнуть из огня в полымя.
***
Лимузин мчался по городским улицам, вид за окном становился все ярче и оживленнее. Мы ехали в оперный театр вчетвером. Я сидела и смотрела на дождь, Майкл расположился рядом со мной, а Кай и Уилл, работавшие на своих телефонах, сидели перед нами.
Совершенно неожиданно я оказалась в оковах рук и охнула, когда Майкл перетянул меня к себе на колени.
– Майкл! – возмутилась я громким шепотом.
– Иди сюда, – прошептал он, прижав меня крепче.
Но я попыталась высвободиться из его хватки.
– Перестань.
– Не могу.
Проигнорировав Уилла и Кая, я даже оборачиваться не стала – мне были безразличны любые хитроумные ухмылочки, – а просто тихо сказала Майклу прямо в лицо:
– Если ты хочешь, чтобы я была партнером, то не можешь таскать меня, словно вещь, у них на глазах. Я никому не позволю смотреть на меня как на уступчивую маленькую девочку, которая прогибается каждый раз, когда ты к ней прикасаешься.
– Они не смотрят так на тебя, – успокоил он, глядя на мои губы. – Они смотрят так на меня.
Его пальцы проникли под мое платье на спине, а другая рука нежно заскользила вверх по ноге и исчезла под юбкой.
– Что ты делаешь? – с напором поинтересовалась я, стараясь не обращать внимания на приятное покалывание, разлившееся по моей коже.
– Тебе не понравился подарок, – сказал Майкл.
Он провел пальцами у меня под коленом, отчего дрожь пробежала по позвоночнику. По крайней мере, я была благодарна, что мое длинное и многослойное платье скрывало действия Майкла.
– Нет, он мне понравился, – ответила я.
– Ну, может, этот понравится больше. – Достав из отсека автомобильной двери маленькую коробочку, он вручил ее мне.
Я силой сдерживала улыбку, но, думаю, уголки моих губ все равно приподнялись. Я сердилась на него. Майкл не только застал меня врасплох новостями о додзё и партнерстве, тем самым поставив в неловкое положение перед парнями. Помимо этого, я беспокоилась о причинах, заставивших его так поступить.
Я забрала коробочку, открыла ее и увидела красивый серебряный футляр с гравировкой. Достав его и открыв крышку, обнаружила там спички. У меня из груди вырвался удивленный смех.
Это антикварный кейс для спичек. Вариация спичечного коробка начала 19 века для моей коллекции. Только Майкл знал меня достаточно хорошо, чтобы понять, насколько признательна я буду за такой подарок.
Подняв футляр к носу и сделав вдох, я ощутила запах фосфора и серы.
– Рождество и фейерверки, – задумчиво произнес Майкл, наблюдая за мной.
– Он прекрасен. – Я закрыла крышку и крепко сжала коробочку в руке. – Спасибо.
– Ты нервничаешь из-за партнерства, не так ли? – Майкл говорил тихо, чтобы наш разговор остался приватным.
– Нет, не очень.
– Тогда в чем проблема?
Пристально глядя на свои руки, я наконец-то сделала глубокий вдох и посмотрела него.
– Я беспокоюсь, что ты купил додзё и предложил партнерство, чтобы держать меня поблизости.
– Почему я не должен хотеть держать тебя поблизости?
– Ты знаешь, о чем я, – возразила я, бросив взгляд на Уилла, до сих пор увлеченного мобильником. Кай тоже смотрел на дисплей своего телефона, хотя у меня появилось чувство, что он слушал. Повернувшись обратно к Майклу, я прошептала: – Я упомянула о желании найти работу с частичной занятостью, и, ох, посмотри-ка, у тебя внезапно появился вариант, как занять мое время, свободное от учебы. Ты всегда будешь знать, где я, а если тебя не окажется рядом, твои друзья будут за мной приглядывать.
Он отстранился назад, внимательно изучая меня.
– Ты думаешь, я тебе не доверяю?
Не зная, что и думать, я промолчала. Несколько недель назад я рассказала ему о своем желании найти подработку, чтобы набраться опыта, и Майкл, похоже, занервничал. Может, он разозлился из-за того, что теперь мое расписание не будет вращаться вокруг его расписания, или боялся, что в моей жизни появятся занятия, не связанные с ним. Я подозревала, что последняя догадка верна.
Не сводя с меня глаз, Майкл тяжело вздохнул.
– Если бы я не доверял тебе, разве позволил бы находиться в одном месте с Каем изо дня в день и разрешил бы ему давать тебе частные уроки кэндо?
Понимая, что его доводы обоснованы, я нахмурилась. Мы редко обсуждали то, что произошло между нами тремя, однако Майкл точно знал, кто нужен моему сердцу, и я была рада, что он во мне не сомневался.
– Я никому не доверяю больше, чем тебе, – прошептал он.
Затем я увидела, как Майкл бросил взгляд мне за плечо на Уилла и Кая, после чего вновь посмотрел на меня и повторил:
– Никому.
Моя грудь наполнилась теплом, я ощутила облегчение. Для меня не секрет, что он заботился о своих друзьях, только мне было важно знать, что я для него стояла на первом месте.
– Но ты права, – продолжил Майкл, пристально глядя на меня своими ореховыми глазами. – Я хочу, чтобы ты была рядом. Я часто уезжаю, ты часто остаешься одна. Когда меня нет, мне гораздо спокойнее, если они с тобой. Ведь Дэймон все еще на свободе.
Я выдохнула и кивнула.
– Знаю, и я все понимаю, однако ты не столь дотошен в отношении их безопасности. – Дернув подбородком, я указала на парней. – А если ты хочешь, чтобы у Грэймор Кристэйн все получилось, не нужно со мной нянчиться.
– Ладно, – согласился он. – Я отстану. – Майкл прильнул ко мне, чтобы поцеловать, и прошептал напротив моих губ: – Как только Кай научит тебя некоторым приемам джиу-джитсу.
Фыркнув, я отстранилась, но он крепче сжал руки вокруг меня. Его горячее дыхание стало тяжелым.
– Перестань, – тихо отчитала я.
Его вторая рука вновь заскользила по внутренней поверхности моего бедра и скрылась под юбкой. Майкл поймал мою нижнюю губу зубами.
– Только попробовать, – выдохнул он. – Пожалуйста?
Его ладонь поднялась выше, а губы и я зык завладели моим ртом.
– Майкл, нет, – громко зашипела я, пытаясь вытянуть его руку из-под своего платья.
Вдруг пальцы Майкла встретились с гладкой кожей, и на его лице появилось потрясенное выражение. Он продолжил двигаться выше, и выше, и выше, приближаясь к горячей влажности у меня между ног. Я застонала, когда он коснулся моей обнаженной плоти.
В его глазах полыхнуло пламя; он сердито посмотрел на меня.
– Кружевные чулки и больше ничего? – настойчиво спросил Майкл. – Это не очень прилично, Рика.
Черт. Я почувствовала, как бугорок в его брюках начал увеличиваться и твердеть подо мной. Майкл прижал меня крепче к себе, наши губы соприкоснулись, пока его пальцы сжали внутреннюю поверхность моего бедра, очень близко к тому месту, где не должны были сейчас находиться.
Мне казалось, будет так сексуально подразнить его немного, не надев нижнего белья под платье, только чулки. Хоть я и удивилась нашей встрече с Уиллом и Каем, я не ожидала, что Майкл попытается трахнуть меня пальцами в полутора метрах от них.
– Проклятье, – судорожно выдохнул он, оскалив зубы. Я ощутила вкус его дыхания. – У нас проблема.
Майкл закрыл глаза, провел кончиком носа по моей щеке, вниз по шее, и глубоко вдохнул. Он осыпал мою кожу невесомыми, нежными поцелуями, отчего жар скопился внизу моего живота, а дыхание стало поверхностным.
Быстро оглянувшись через плечо, я увидела, что Уилл, все еще не замечая ничего вокруг, налил себе новую порцию выпивки, а Кай по-прежнему смотрел в телефон. Однако приподнятые уголки его губ явно свидетельствовали о том, что он все замечал, просто почтительно отвел взгляд.
Вдруг Майкл провел пальцами по моей киске; судорожно втянув воздух, я опять посмотрела на него.
– Перестань, – произнесла одними губами. Мой пульс зашкаливал.
– Посмотри на меня, детка, – прошептал он, быстро, прерывисто целуя мои губы. – Боже, я люблю тебя.
– Майкл, пожалуйста, – взмолилась я, закрыв глаза и застонав, когда его пальцы, скрытые под слоями моего вечернего платья, начали дразняще поглаживать мой клитор круговыми движениями.
– Пожалуйста, что? – с издевкой переспросил Майкл, вновь покусывая мои губы. – Твой рот говорит "нет", а твое тело говорит нечто иное. Я сбит с толку.
Гад.
Пульсация у меня между ног все усиливалась; мне ужасно хотелось раздвинуть бедра шире.
– Мы. Не. Одни, – прорычала я.
– Знаю. – Он улыбнулся, наслаждаясь моими терзаниями. – И чувствую, как сильно это тебя заводит сейчас. Не суди строго. Прошло несколько дней с тех пор, как я в последний раз погружал в тебя свой язык и член.
Я поморщилась, стараясь сдержать стон, рвавшийся наружу. Воспоминания о том, как четыре дня назад я проснулась с широко раздвинутыми ногами, пока Майкл ласкал меня языком, словно обезумевший от голода, до сих пор оставались столь яркими, что я практически чувствовала его.
– Продолжай так стонать, – поддразнил он. – Это чертовски сексуально.
Пальцы Майкла продолжали вновь и вновь описывать круги. Я стала чертовски влажной и злилась от бессилия.
Облизав свои пересохшие губы, сжала лацканы его пиджака в кулаках. А затем закричала:
– Остановитесь у обочины, пожалуйста!
Грудь Майкла сотряслась от смеха. Я злобно оглянулась через плечо на водителя.
– Сейчас же!
– Да, мэм.
Кай и Уилл уставились на нас. Уилл выглядел растерянно. Майкл припал губами к точке у меня под ухом, в то время как водитель прижался к тротуару. Я посмотрела на парней.
– До оперного театра несколько кварталов. Пешком дойдете.
Майкл дышал мне в ухо. Кай усмехнулся, потом покачал головой и сел прямее.
– Поторапливайтесь, – потребовал он, открыв дверь. Они с Уиллом вышли на улицу и захлопнули дверцу за собой. Майкл, нажав на кнопку, поднял перегородку, отделявшую нас от водителя.
– Будешь ездить по кругу, пока я не скажу остановиться, – распорядился он перед тем, как окошко закрылось.
– Да, сэр.
Едва стекло поднялось, его губы обрушились на мои, руки выскользнули из-под юбки и принялись расстегивать "молнию" на спине.
– Твою мать, я скучал по тебе, – зарычал Майкл, расстегнув мое платье.
Отстранившись, я приподнялась и, нависая над ним, высвободилась из платья. Оно упало на пол лимузина. Майкл притянул меня к себе, начал целовать и покусывать мой живот, после чего накрыл ртом одну грудь.
Я застонала, на сей раз не заботясь о громкости своего голоса.
– Я тоже скучала по тебе.
Он буквально пожирал меня, прикусил сосок и потянул зубами, отчего тот затвердел. Ощущая циклон, круживший в животе, я опять испустила стон, когда Майкл провел ладонями по моим бедрам вверх-вниз.
– Эти чулки меня убивают, – произнес он, сжав мою задницу и рывком притянув меня к себе. – Ложись.
– Нет, я хочу быть сверху, – сказала я, оседлав его.
– Уверена? – спросил Майкл, расстегивая свой ремень и "молнию" брюк.
Я быстро кивнула. Окна были затонированы, однако он знал, что я все равно буду чувствовать себя уязвимой. Хотя я слишком возбудилась, чтобы думать об этом.
Майкл достал свой член; я резко вздохнула, когда он взял его в руку и обвел головкой вокруг моего клитора, дразня меня.
– Настоящая романтика, мать твою, да? – укорил себя Майкл. – Извини, малышка.
– Не извиняйся. – Я замерла, осторожно опустившись на него и наслаждаясь каждой гребаной секундой того, как он погружался в меня. – Я не в такого парня влюбилась. Мне не нужны нежности. Мне нужно лишь это. – Качнув бедрами, я отстранилась и вновь прижалась к нему, ощутив вибрацию его груди под моей ладонью, когда Майкл застонал.
Затем я поцеловала его в губы, чувствуя вкус того первого прикосновения в катакомбах и первого поцелуя на складе. Первого раза, когда он держал тринадцатилетнюю меня в объятиях на кладбище. И его первого проникновения в меня.
– Никогда не останавливайся.
Я двигалась все быстрее и быстрее, вжималась бедрами в Майкла; мы оба стонали и рычали, пока не довели себя до исступления настолько, что капли пота покатились по моей спине.
– Ну же, детка, – хрипло произнес он и очень сильно сжал мои ягодицы. Не удивлюсь, если синяки потом появятся.
Майкл поймал ртом мою грудь. Я начала двигаться резче, ощущая, как глубоко он проникает в меня и достигает той особой точки. Мне хотелось, чтобы это продолжалось вечно. Только Майкл доставлял мне такое блаженство.
– Никогда не останавливайся, – судорожно вздохнула я, чувствуя нарастающее давление, жар и нужду. Я бы не смогла остановиться, даже если бы захотела.
– Никогда, – процедил он сквозь зубы, жестче притягивая мои бедра к себе. – Твоя киска нужна мне больше, чем гребаный воздух.
Я улыбнулась, не сдержав смех.
– А вот ЭТО было романтично.
Майкл тоже засмеялся; все его тело задрожало, сбив наш ритм.
– Пошла ты, Маленький Монстр. Я пытался.
Покачав головой, я обвила руками его шею, посмотрела на него и распорядилась:
– Не надо. Ты знаешь, что мне нравится. Просто шлепни меня по заднице и возьми рукой за горло, когда я буду мыться в душе утром.
Он ухмыльнулся, запрокинул голову назад и закрыл глаза, а я ускорила темп.
– Моя девочка.
***
Кай
Где они, черт побери? Спектакль скоро начнется.
Поднеся бокал к губам, я медленно окинул взглядом помещение. Меня не интересовали присутствующие, я больше стремился приметить людей, встречи с которыми хотел избежать.
Женщины держались за руки своих мужей, в то время как смех мужчин и их зычные голоса заполняли лобби оперы, на самом деле являвшейся жалкой копией одного из старинных парижских театров. Уступавшей в размере, более дешевой и гораздо более вульгарной копией.
Я сделал глоток водки с содовой, но моих губ коснулось что-то мягкое, и я остановился, опустив бокал. Посмотрев вниз, обнаружил дольку лимона в напитке, сразу же достал ее и выбросил в мусорную корзину, стоявшую сбоку от барной стойки.
Это не спираль из цедры.
Я вздохнул и вновь посмотрел на свои часы, гадая, не решили ли они просто на нас забить. Уилл флиртовал с какой-то юной студенткой в углу. Хоть я и не возражал против одиночества, но предпочел бы оказаться в одиночестве у себя дома.
Чем больше времени я тратил на то, чтобы вернуться в мир, тем чаще размышлял – а зачем? Меня все сильнее и сильнее раздражали взгляды и вопросы окружающих. Мне жутко надоело любезничать с людьми, в действительности не желавшими иметь со мной ничего общего и лишь терпевшими мое присутствие из-за отца.
Но нет… Майкл хотел прийти, поэтому мы пришли.
– Где Уилл?
Повернув голову и опустив взгляд, я увидел рядом с собой Рику, румяную, с сияющими глазами и лучезарной улыбкой.
Мое сердце пропустило удар, однако я проигнорировал его и дернул подбородком в сторону. Она проследила за моим взглядом и заметила Уилла, обменивающегося телефонными номерами с девушкой.
– Ты покраснела, – поддразнил я, сделав очередной глоток.
Рика просто засмеялась, явно пребывая на седьмом небе.
– Я бесстыдна.
Вновь посмотрев на нее, я отметил, что только несколько волосков выбились из ее прически, когда она склонила голову и улыбнулась, словно не в силах удержаться.
– Не меняйся.
Рика обхватила мою руку обеими ладонями, раздраженно выдохнула и залилась румянцем от смущения.
– Не буду. Я слишком счастлива, – с нежностью сказала она.
Ага.
Даже если бы я подумывал о попытке ее увести, все равно не смог бы этого сделать. Рика была влюблена в него по уши.
– Мы стояли поодаль, ждали, когда ты подойдешь, – произнес до боли знакомый женский голос, – но спектакль скоро начнется, так что…
Я обернулся и увидел свою мать, подошедшую к нам под руку с моим отцом. Она подалась вперед, и я поцеловал ее в щеку.
– Я собирался с духом для этого, – пробормотал себе под нос.
Мама отстранилась, улыбнувшись мне по-доброму, а я, украдкой глянув на отца, заметил, что он рассматривал меня в свойственной ему манере. Молча, внимательно, словно загадку пытался разгадать.
– Добрый вечер. – Моя мать протянула руку Рике, когда я не представил их.
– Здравствуйте, – поздоровалась она, после чего протянула руку отцу.
– Рика, это мой отец, Кацу Мори, – сказал я, пока они обменивались рукопожатием. – И моя мать, Виттория.
– Ох, – удивленно ответила Рика. – Приятно наконец-то с вами познакомиться.
– Ты дочь Шредера Фэйна. – Отец пристально изучал ее из-под сурово нахмуренных бровей.
– Да. Вы были знакомы с моим отцом?
Он кивнул.
– Очень близко. Он был хорошим человеком.
– Спасибо. – Рика вновь взяла меня за руку, и я увидел, что отец обратил на это внимание.
Но затем она вдруг заметила за спинами моих родителей Майкла, беседовавшего с Уиллом, вежливо извинилась и, напоследок сжав мое предплечье еще раз, ушла.
Отец наклонился и поцеловал маму в лоб.
– Ты не оставишь нас на минуту, пожалуйста?
Она перевела взгляд с меня на него; в ее глубоких карих глазах промелькнула нерешительность, а я приготовился к худшему. Наши отношения с отцом даже близко не вернулись к тому, какими они были три года назад. Я знал, что мать беспокоилась. Каждый наш разговор плохо заканчивался.
Однако она доверяла отцу, потому что он практически всегда был прав. Поэтому мама кивнула, послала мне мимолетную улыбку, после чего поднялась по лестнице, скорее всего в их приватную ложу.
Едва она скрылась из виду, отец приблизился, встав на одном уровне со мной.
– Значит, Эрика Фэйн?
– Не начинай. – Я покачал головой, опустив веки и точно зная, к чему он клонит. – Она не для меня. Рика занята.
Отец скрестил руки не груди, пожав плечами.
– Твоя мать тоже была несвободна, когда я встретил ее. Это не помешало мне получить то, что я хотел.
Да, я слышал данную историю много раз. Про то, как у него не было ни гроша за душой, даже обручального кольца для нее, но он все равно увел юную итальянку у богатого жениха, которого для девушки выбрала ее семья. И как вместе они построили все из ничего.
Да, мой отец – выдающийся человек, а я ничтожество. Я опозорил его своим арестом.
Я обесчестил свою семью, и они даже не подозревали, до какой степени. Даже Майкл не подозревал, до какой степени.
Я был худшим из нас. Не Дэймон. Я был худшим, но лучше всех это скрывал.
– Она принадлежит Майклу, – пояснил я, сделав глоток своего коктейля.
– Да, разумеется, она принадлежит ему.
– И что это значит?
Послышался его протяжный вздох, затем он повернул голову и посмотрел на меня.
– Это значит, что Майкл всегда забирает лучшие куски добычи первым, разве не так?
Сильнее сжав стакан в пальцах, я почувствовал, как мышцы в моей руке заныли. Отец ушел, последовав за мамой вверх по лестнице.
Он всегда оставался ровно на столько, чтобы напомнить мне, как я не оправдал его надежд, а потом уходил.
Да, Майкл забирает лучшие куски добычи первым. Эти слова произнес мой отец, однако подразумевал он совсем иное. Нет, он имел в виду, что Майкл "получает" лучшие куски добычи первым, потому что не тратит время на пустые сомнения, Кай. Он знает, что творится у него в голове.
Именно этому, прежде всего прочего, отец всю жизнь пытался меня научить. Единственный принцип, который я, похоже, никак не мог уяснить. "Там, где есть ясность – нет выбора, а там, где выбор есть, присутствуют и страдания."
Эта фраза написана на стене додзё в доме моих родителей. Делать выбор – значит постоянно ощущать легкое разочарование, потому что тебе пришлось отказаться от одного, чтобы получить другое, но если ты достаточно хорошо себя знаешь, то никакого выбора нет. Тебе уже и так известно, что ты сделаешь.
Той ночью в кухне Майкл предпочел Рику нам. Когда его принудительно поставили перед выбором, решение далось ему легко. Он знал, чего хотел.
А мне все давалось с трудом.
Освещение померкло. Я заметил Уилла, Майкла и Рику, поднимавшихся по лестнице. Майкл посмотрел вниз и, найдя меня, жестом позвал последовать за ними.
Нехотя поставив свой бокал на столик, я пересек лобби и тоже поднялся по ступенькам, игнорируя преследующие нас взгляды.
У моих родителей была зарезервирована ложа с противоположной стороны, но Майкл выбрал другую, уровнем ниже, чтобы вид был лучше для Рики. Она никогда не посещала оперу.
Вслед за своими друзьями я быстро прошел по коридору на маленький балкон, тускло освещенный светильниками-бра. Приблизившись к бортику, мы окинули взглядом зал и публику, собравшуюся внизу.
Любопытным глазам не потребовалось много времени, чтобы обнаружить нас, и приглушенные разговоры поползли от одной кучки к следующей. Многие из этих людей, вероятно, знали Майкла, учитывая его статус, но о нас с Уиллом только слышали, и то из сплетен, нашептанных на ухо.
В итоге все внимание сосредоточилось на Рике. Они рассматривали ее, перешептывались о ней…
Кто эта красавица, появившаяся в сопровождении трех мужчин? Я ухмыльнулся, глянув на Рику и увидев ироничное выражение на ее лице, пока она бесстрашно смотрела на толпу свысока.
Когда я занял свое место, она оказалась между мной и Майклом, а Уилл сел сбоку от меня. Спустя несколько минут свет погас, театр погрузился в темноту, и представление началось.
На самом деле я не очень любил оперу, мне больше нравились симфонии и концерты – нравилось созерцать мастерство десятков инструментов, работавших сообща, чтобы создать нечто прекрасное, однако я не мог оторваться от восхищенного лица Рики, наблюдая за ней краем глаза. За тем, как приоткрывались ее губы, и она делала крошечные вздохи, когда музыка трогала ее за душу, за тем, как внимательно она следила за происходящим на сцене в театральный бинокль.
Рика была очарована, и, должен признать, мне нравилось получать похожие ощущения опосредованно, через нее. Это лучше, чем ничего.
Внезапно что-то ударило меня по ноге. Опустив взгляд, я заметил, что она уронила бинокль. Рика тихо охнула. Когда мы с Майклом повернулись к ней, ее глаза были обращены не к сцене.
– За нами кто-то наблюдает, – сказала она.
Я проследил за ее взглядом и увидел напротив нас другие ложи, заполненные зрителями, но не понял, что именно насторожило Рику.
– Кто? – спросил я, подняв бинокль с пола.
– Не знаю, – ответила она, встав с кресла. – Кто-то был в той пустой ложе.
Поднеся бинокль к глазам, я нашел ложу, о которой она говорила. Однако там никого не оказалось.
– Там никого нет. – Я передал бинокль Майклу, который быстро выхватил его из моих рук.
– Мне кажется, это женщина, – сообщила Рика. – И она была в маске.
Развернувшись, она вышла из ложи; мы тоже поспешно подскочили на ноги и последовали за ней.
– Рика, ты куда? – требовательно поинтересовался Майкл, пока мы догоняли ее.
Она подняла юбку своего платья с пола и быстро зашагала по коридору, бросив через плечо строгим тоном:
– Девушка была миниатюрная. Одета в черное, волосы спрятаны под лыжной шапкой. Уилл, проверь мезонин. Кай, осмотри лобби.
Уилл тихо засмеялся.
– Есть, мэм. – Он свернул вправо, направившись к лестничному пролету.
– Рика, ты уверена? – уточнил я. Это действительно необходимо?
– На ней была маска, – отметила она, будто это что-то значило. Рика двинулась дальше по коридору к лифтам вместе с Майклом, в то время как я остановился у другой лестницы.
Маска? Половина труппы надевала маски. Это мог быть кто угодно.
Тем не менее, я спустился вниз, вернулся в лобби, а они с Майклом скрылись в лифте – наверное, собирались подняться к пустой ложе, в которой она увидела ту таинственную персону.
Обыскав все лобби, проверив парадный вход и подождав у туалетов, чтобы посмотреть, не выйдет ли кто-нибудь оттуда, я, в конечном счете, просто покачал головой, поднялся по лестнице и отправился на поиски своих друзей.
Рика была на взводе. Только и всего, и в этом виноваты мы сами, после всех наших издевательств над ней. Она упорно старалась не позволить этому факту ей помешать, но вела себя параноидально, видела то, чего в реальности не было.
Поднявшись на верхний этаж, я обратил внимание, что он был полностью закрыт на реставрацию. Все ложи пустовали. Я наконец-то нашел Рику, Майкла и Уилла в большой комнате, расположенной позади балкона, на котором Рика увидела человека в маске. Помещение было заполнено ящиками и коробками, с большим круглым окном на дальней стене, через которое струился лунный свет.
– Вы что-нибудь обнаружили? – поинтересовался я.
Только мне никто не ответил.
Я непонимающе окинул их взглядом и в итоге заметил, что Майкл держал в руках маску. Рика с Уиллом смотрели на нее словно на бомбу, которая могла взорваться в любой момент.
– Где вы ее взяли? – спросил я.
– На кресле. – Майкл кивнул в сторону балкона, где стояли два кресла.
– Ну, это не наша.
– Она моя, – объявила Рика.
Майкл, прищурившись, посмотрел на нее.
– Что?
Задумчивое выражение промелькнуло на лице Рики; протянув руку, она забрала маску.
– Я уговорила маму купить эту маску в магазине спортивных товаров в Тандер-Бэй, когда мне было четырнадцать лет. – Затем она слабо улыбнулась и подняла взгляд на Майкла. – Я хотела быть такой же, как вы.
Рика перевернула маску, продолжив размышлять:
– Но никто о ней не знал. Я прятала маску в своем шкафу дома. Ни разу не надевала ее.
– Ну, эти штуки производят массово, – пояснил я. – Может, это не твоя.
Подняв глаза, Рика показала мне внутреннюю поверхность маски, на которой было написано ее имя.
Имя, написанное ею самой, должно быть.
– Когда ты видела ее в последний раз? – спросил Уилл, подойдя ближе.
Она покачала головой.
– Думаю… еще до пожара.
Рика посмотрела вверх. Мы все, вероятно, пришли к общему заключению.
Пожар. Мое тело напряглось, каждая мышца как будто огнем вспыхнула.
– Ты уверена, что не Дэймона увидела? – процедил я.
Дэймон, Уилл и я были в ее доме вместе той ночью. Возможно, это он нашел маску?
– Уверена, – сказала она, явно до сих пор беспокоясь. – Она была худенькая. Это девушка.
Забрав маску из рук Рики, я принялся ее изучать.
– Ну, и кто она такая, черт побери? – произнес я, скорее для себя. – И почему она была у тебя дома?
Рика не ответила, просто развернулась и пошла к двери.
– Мне нужно позвонить матери.
Уилл и Майкл замешкались лишь на мгновение, прежде чем последовали за ней.
– Идем, – поторопил Майкл.
Я уставился на маску, практически идентичную нашим, только белую, с маленьким красным сердцем на лбу. Миллион теорий крутился у меня в голове, пока я искал объяснение.
За годы мы многих людей разозлили, однако я не мог вспомнить ни одной женщины, точившей на нас зуб.
Или, может… она работала на кого-то еще. На кого-то, кто хотел навредить нам.
Мне тут же вспомнился Дэймон, только я быстро отбросил подобную идею. Нет, он бы не стал работать с женщиной, не стал бы нанимать женщину.
А вот его отец мог бы.
Гэбриел Торренс был безжалостен, но умен. Я уже сталкивался с ним, и он дал предельно ясно понять, что хочет вернуть своего сына.
А я ответил, что его сын находился в относительной безопасности.
Если только не появится в Меридиан-Сити или Тандер-Бэй.
Я практически надеялся, что он появится. Жизнь становилась слишком размеренной на мой вкус.
Взяв маску с собой, я двинулся к двери, но вдруг услышал шорох позади себя и замер на месте.
Скрипнула половица, и уголки моих губ приподнялись в улыбке.
Она все еще была здесь.
Глубоко вздохнув, я ощутил ее неуловимый запах. От выброса адреналина моя кровь разгорячилась. Я подумывал поймать девчонку, однако по какой-то причине… остался неподвижен.
Возможно, я хотел выманить ее. Узнать, кто за ней стоит.
Или, может, хотел, чтобы мне было чего ждать.
Но я не хотел двигаться. Пока не хотел.
– Ты уверена в том, что делаешь, Крошка? – окликнул я, не оборачиваясь. – Кто бы тебя ни нанял, ему стоило тебя предупредить. Если мы начнем, то не остановимся до тех пор, пока не решим, что все кончено.
Сюда доносились отзвуки оперы, но в комнате повисла жутковатая тишина. Я чувствовал, как она за мной наблюдает.
– Что ж, если ты уверена… – поддразнил я, наслаждаясь приливом гребаной силы, пронесшимся через мою грудь.
Если она в деле, значит, мы тоже. Однако я не буду действовать. Пока. Появившись в опере, в маске… девчонка играла с нами. Пусть удивит меня.
Никто не подозревал, насколько плохим я мог быть, но она узнает.
Я сделал шаг вперед, продолжив идти к выходу.
– На твоем месте я бы перестал носить этот парфюм, – посоветовал ей. – В следующий раз я смогу почуять твое приближение.
Удаленная сцена 1
Удаленная сцена 1.
Эта сцена была вырезана из 8 главы. В финальном варианте Рика поднимается к себе в комнату, переодевается и уходит из дома. В первоначальной версии манускрипта в спальне перед ее уходом происходит конфронтация.
***
– Держись от нее подальше, – распорядился Тревор.
Закрыв глаза, я опустила подбородок. Мои щеки вспыхнули от стыда, и я почувствовала, как все смотрят на меня.
Господи, Тревор.
Никто не проронил ни слова в течение нескольких мгновений, однако, судя по молчанию и неподвижности, все ждали реакции Майкла, пока я пялилась в свою тарелку.
– От кого? – наконец-то послышался его вопрос.
Я сглотнула, услышав приглушенный смех, раздавшийся за столом.
– От Рики, – прорычал Тревор. – Она моя.
Майкл тихо засмеялся. Краем глаза я увидела, как он отодвинул стул назад и встал. Затем бросил свою салфетку на тарелку и взял молоко.
– О ком ты? – снова спросил он.
Уилл склонил голову, на этот раз захохотав громче. Так, что его тело даже затряслось. Подняв глаза, я заметила широкую самодовольную улыбку Дэймона.
Мне хотелось сжаться и исчезнуть. Должно быть, я позабавила Майкла сегодня. Отвлекла ненадолго, а теперь опять превратилась в ничтожество, которое нужно обходить стороной при встрече в доме.
Моя кожа пылала.
Тревор излучал ярость. Я же смотрела прямо перед собой, в то время как парни поднялись, смеясь и злорадно ликуя, после чего вышли вслед за Майклом из столовой.
Не знаю, кто разозлил меня сильнее: Тревор или они. По крайней мере, Тревор бы за меня поборолся. Ждала ли я, что Майкл сейчас сделает то же самое, после вызова, брошенного ему братом?
Я не знала, что и думать.
Мне хотелось, чтобы Майкл сражался за меня. Сегодня в катакомбах я наконец-то попала в поле его зрения, но сейчас он вел себя так, будто ничего не произошло.
Нет. Майкл не такой. Он никогда не станет бороться за что-либо, кроме себя самого.
Тревор сел обратно, тяжело дыша носом.
Я отодвинула тарелку, потеряв аппетит.
– Тревор... – начала говорить, чувствуя себя виновато, но, что еще с ним делать, не представляла. – Я не твоя. Я ничья.
– Ты бы трахнула его, не задумываясь, если бы он посмотрел на тебя дважды.
Я нахмурилась, стиснув челюсти. Меня уже мутило от того, как мной постоянно помыкали. Подскочив со стула, я умчалась прочь.
Мои глаза горели от злости. Проносясь через фойе, я заметила, что дверь, ведущая в гараж, была открыта. Подняв глаза, увидела, как Майкл бросил Каю черную спортивную сумку, а тот положил ее в "Гелендваген".
Майкл обернулся и встретился со мной взглядом, однако потом мгновенно разорвал зрительный контакт, продолжив грузить какие-то вещи в свой автомобиль, словно меня тут и не было вовсе.
Я взбежала вверх по лестнице и стремительно пошла по коридору к своей комнате. Меня сотрясала дрожь. Тяжело дыша, я захлопнула за собой дверь, запустила пальцы в волосы и закусила губы, стараясь не расплакаться.
Мне нужно домой.
Дом Кристов, когда-то ставший для меня раем, полным шума и смеха, превращался в клетку. Тревор постоянно волочился за мной, а единственный человек, чье внимание я хотела привлечь, едва замечал меня. Мне постоянно приходилось давать отпор одному брату и в то же время делать вид, будто я равнодушна ко второму. Я хотела немного развеяться.
Ной. И Клаудия. Сначала я вернусь домой и немного посижу с мамой, а потом позвоню им и позову прогуляться.
Сняв балетки и сорвав в себя школьную форму, я открыла ящик комода и достала сменную одежду, которую хранила здесь. Затем расстегнула застежку лифчика и бросила его на пол, желая избавиться от всего, что меня раздражало. Мое терпение иссякало.
Моя кожа покрылась мурашками. Я тяжело вздохнула; мне хотелось заорать во всю мощь своих гребаных легких.
Говнюки. Все они говнюки.
Я натянула серую майку на свою обнаженную грудь, затем надела узкие джинсы и заправила волосы за уши, внезапно почувствовав себя лучше. В майке, к счастью, имелась эластичная вставка спереди, ведь мои груди были слишком большими, чтобы вообще обойтись без поддержки, а джинсы плотно обтянули мое тело.
– Похоже, я пропустил самое интересное.
Отвлекшись от пуговицы джинсов и подняв глаза, я обнаружила Тревора, вошедшего в мою комнату и закрывшего за собой дверь.
– Что ты делаешь? – спросила я, заметив, как его взгляд медленно заскользил вниз по моему телу.
Раньше Тревор уже прикасался ко мне, мы даже целовались несколько раз, когда я пыталась дать нам шанс, но я всегда была прямолинейна с ним. Я не чувствовала того же, что чувствовал он.
Тревор неторопливо подошел ко мне. Похоже, он успокоился после инцидента в столовой.
– Просто дай мне шанс, – попросил Тревор тихо. – Я так сильно хочу тебя.
Протянув руку, он обхватил заднюю поверхность моей шеи и притянул меня к себе.
– Тревор, – возразила я, стараясь вести себя мягче, потому что ненавидела ранить его чувства.
– Всего один шанс, Рика, – взмолился он.
Тревор начал оттеснять меня к кровати, сжав мою задницу ладонями и крепче прижав к своему телу.
– Почувствуй меня. Закрой глаза и почувствуй. Это все, чего я прошу.
Он завладел моим ртом, быстро и напористо целуя в губы. Его язык сразу же проник внутрь.
Тревор застонал. Я мгновенно уперлась руками ему в грудь, чтобы вырваться.
– Тревор, – зарычала я.
Нет. Я не могла это сделать.
Только он все равно повалил меня на кровать. В попытке смягчить падение, я завела руки за спину.
– Ну же. – Тревор �