В тени твоих крыльев. Книга 1
Глава 1
Снова нарушение? Командир спасательного отряда Лэйнар Рамма почувствовал едва уловимый запах гари – признак активации запретной магии – и подался ближе к краю площадки. В бездну из-под его подошв посыпались острые камни. Ветер трепал каштановые волосы крепко сложенного молодого мужчины, стоящего на посту, и белые крылья за его спиной. Едкий запах рассеялся, но незримое напряжение в воздухе осталось. Точно не к добру.
Утреннее солнце выглянуло из-за пика невинно, будто ничего не происходило. Лэйнар всмотрелся в окрашенный в розовые цвета рассвета Шпиль магов, перевёл взгляд дальше, выискивая пространственное искажение.
Тем временем солнечные лучи пронзили стеклянные мосты, озарили утопающие в цветах и зелени белые башни зданий, прозрачные купола на плато, вспыхнули снопами искр, отражаясь в окнах особняков, выстроенных тут и там на гигантских скальных столбах. Город просыпался. Петли лестниц обвивали спиралями горы, убегали к земле на многие сотни метров сквозь белесую дымку рваных облаков, соединялись хитроумными развязками. По ним шли люди, едва различимые сверху: с поста, который Лэйнар только что принял.
И вдруг запах гари стал отчётливее. В чистом небе раздалось характерное потрескивание, как перед грозой. Лэйнар вскинул голову к шпилю, заметил крошечную штуковину и поймал её на лету. Разжал пальцы и удивился: конфета?
Воздух разрезало ломаными молниями. Со шпиля сорвался человек. Вот он – нарушитель, очередной охотник за незаконной магией! Лэйнар оттолкнулся ступнями от скалы. Полетел вниз и, лишь подхватив на руки камнем падающую фигурку, раскрыл крылья.
Небольшое существо было лёгким и дрожащим. Ноль магии. Длинные волосы дыбом, прямо ему в нос. Щекотно. Тьфу! Человек вцепился в шею Лэйнару, оцарапав. И обмяк, потеряв сознание. Порывом ветра светлую шевелюру отнесло в другую сторону.
«Женщина? Первая преступница на моей памяти!» – отметил про себя Лэйнар.
Но было не до рассуждений. Девушка начала аномально терять вес и структуру: вот-вот протечёт сквозь пальцы.
«Хапнула слишком много энергии! Не готовое к ней тело распадётся на частицы», – понял Лэйнар. Приземлившись на очередной выступ в скале, он принялся восстанавливать ауру девушки, забирая излишек энергии на себя. Плевать, что сама виновата! Его призвание – спасать, а что делать с преступницей дальше, суд разберётся.
Дыры в ауре никак не подчинялись, с точки зрения энергетики происходила настоящая свистопляска. Лэйнар взмок от напряжения. Когда, наконец, контуры девушки перестали дрожать, удалось разглядеть, кого возвращал к жизни. Даже смертельно бледная, она была очаровательной. Круглые щёчки, круглое лицо, нос пуговкой, светлые брови и волосы, губы бантиком. Неизвестного кроя яркая одежда: мужские шутовские штаны, куртка с капюшоном и заплечная сумка. Массивные белые ботинки на толстой подошве. На руке белый браслет, на котором что-то тускло мерцало.
«Что за артефакт? – нахмурился Лэйнар. – И почему она не приходит в себя?»
Восстановленная аура девушки странно выглядела для представителя человеческой расы – была цветной и мерцала, как и неизвестные символы на чёрной пластине её браслета. Лэйнар коснулся щеки незнакомки, пытаясь уловить кончиками пальцев незамеченные им нарушения в жизненной энергии. Девушка вздохнула громко и раскрыла глаза. Глазищи. Голубые, светлые, они тут же расширились до невозможного, – испугалась.
– Спокойно. Я Лэйнар Рамма, дежурный из контроля равновесия. Говори сейчас же, кто ты. Как попала на шпиль? Как тебя зовут?
Девушка проморгалась, глянула по сторонам, а потом ему за спину – видимо, на раскрытые крылья. Глаза её едва не выпали от изумления, – лаэров не видела, что ли? И незнакомка с восторженным придыханием произнесла:
– Ангел! Нстщы… ангел! Йаумрылада? Кнчнажырзвы ангел!!!
Лэйнар сурово ответил:
– Так, действительно чужестранка. Не маг. И, похоже, тебя зовут Ангел. – И включил амулет распознавания языков.
Мда, день реально задался…
* * *
На самом деле, дежурство в таких местах – не дело спасателей. Но всё перемешалось в службе контроля равновесия магии, Лэйнара уже второй раз за месяц ставили к Шпилю магов, самой высотной точке Аэранха. Внутри похожей на громадный шлифованный цилиндр башни, устремлявшейся в небо, находился резервуар магии. Та поступала сюда из основного её источника, из Тела Света. Доступ в Шпиль предоставлялся лишь магистрам и особым подразделениям магов, а по периметру и на скалах были расположены посты.
Всё пространство вокруг шпиля было буквально заряжено магическими излучениями. От непривычки у новичков здесь кружилась голова, а откат занимал не один день. В последнее время так особенно. Оттого к дежурству на эти посты допускали только офицеров.
Однако несмотря на охрану и запреты, люди-не маги регулярно совершали попытки попасть сюда, а лучше на самый верх, поближе к сакральному источнику, чтобы получить дар, раскрывающий многие двери. Бывало и пришлые маги пробирались в зону Шпиля в желании заполучить больше, чем дано, но ничего хорошего из этого не выходило. Магия – не товар на ярмарке, и не стоит ловить её, как брошенный шутом приз, – размажет.
После участившихся смертей нарушителей да и прочих странностей, спасателей стали вызывать на дежурство регулярно. Вот и сегодня Лэйнар получил приказ по ментальной связи, едва вышел из храма Оракула. А ведь день должен был быть праздничным…
* * *
Лэйнару исполнилось двадцать восемь, он перешагнул первый уровень зрелости, к Оракулу шёл без волнения – просто отдать дань традиции, как всякий житель Аэранха в ночь двадцать восьмого дня рождения. Подсказки даже от Высших сил Лэйнару были не нужны. Свою судьбу он выстроил сам, отдаваясь любимому делу без остатка. Стал самым молодым командиром отряда спасателей, бороздил дикие земли Медатора вместе с такими же рисковыми парнями. Вытаскивал людей из деревень, тонущих в лаве вулканов, из магических аномалий, из раскалённых трещин в земле и взбесившихся рек. Знал, чего хочет, и знал, что нужен.
Но когда в полночь жрец закрыл двери, оставив его один на один для святого ритуала, в чаше Оракула заплясал ослепительный свет до самого потолка, и гулом прокатился от стены к стене мистический голос:
– Лэйнар Рамма, тебе дан выбор! За один оборот солнца ты должен решить, пойдёшь ли по тропе отцов, выбрав достойную пару, или сольёшься с Телом Света, отдав себя до конца служению своей стране.
– Что? – неожиданно сам для себя переспросил Лэйнар. – Постой, Великий Оракул! Нет, так нельзя. Я не согласен.
– Твоя судьба оглашена. Возрадуйся! – торжественно произнёс голос.
В бликах священного света проявился образ, похожий на око с продолговатым зрачком. Ударил невидимый колокол. Звон разлился и затих. Чудесный свет, только что взлетевший до потолка, погас, словно показывая, что точка поставлена.
Лэйнар замер. Это шутка?! Ему предлагают перекроить всё, что достиг?
Тьма и тишина вокруг стали холодными, как потухший очаг в пустом доме. Лэйнар стоял и смотрел в гигантскую чашу, не в силах поверить. Потом всё-таки развернулся и пошёл к дверям. Вот тебе и подарок в священную ночь.
Выбирать было не из чего: Лэйнара не устраивал ни первый вариант, ни второй. Но стоило прийти в себя и подумать спокойно. Однако выпало дежурство и взъерошенная красотка на голову, язык которой амулет не распознавал. Она была спасена, но что-то продолжало происходить, – чувствовал Лэйнар, удерживая внимание на её ауре. Что-то вне понимания и анализа закручивало пространство вокруг неизвестной, и от этого стало не по себе.
Впрочем, были инструкции, по ним и следовало действовать.
– Именем Аэранха и великой Лаэрии вы арестованы, – жёстко сказал Лэйнар, возвышаясь над милой преступницей в странных одеждах.
А она почему-то улыбнулась, забормотала что-то и вместо гари запахло сладостями, – ещё один повод для ареста!
Глава 2
Я открыла глаза и вздрогнула: надо мной навис красивый мужчина. Синие ленты крест-накрест на атлетическом торсе и ожерелья с амулетами на широкой гуди и бычьей шее, браслет с бляхой, перехватывающий мощный бицепс, на одежду особо не тянули. Моргнув, я рассмотрела, что он всё-таки в штанах. Каштановые волосы незнакомца прилипли ко лбу, лицо было напряжено, словно он провёл часа два в тренажерном зале да так и не выпустил из рук штангу. Сказал что-то грозное. В моей голове слегка поплыло, я встряхнула ею и вдруг… обнаружила у него за спиной крылья! Огромные, белые, с трепещущими на ветру пёрышками по краям.
– Ангел! – вырвалось у меня. – Настоящий ангел! Я умерла, да? Ну, конечно же, раз вы ангел!
Он подтвердил, что ангел, но не улыбнулся. Очень строгий. Наверное, по инструкции так положено встречать новые души.
Постойте, это что же – я в самом деле на том свете? Боже мой… Только я почему-то по-прежнему себя осознаю. То есть реально душа вечная? От этой мысли стало так интересно, что я не подумала о том, что стоило бы поскорбеть о самой себе.
Продолжая нависать надо мной, ангел ткнул пальцем в серебряное украшение, одно из многих на его шее, буркнул что-то. Я робко улыбнулась, пытаясь наладить контакт.
Кажется, улыбка рассердила его ещё больше. Даже кончик крыла дёрнулся, как у бабушкиного попугая Кеши. Я запнулась и покраснела. Вдруг он мысли слышит? Пробормотала скорее, чтобы заглушить непотребство в голове:
– Я, наверное, в раю, да? Конечно, какие я глупости спрашиваю. В аду же демоны! Хотя честно говоря, я всегда считала, что ангелов не существует, это мифические персонажи. Не сердитесь, пожалуйста, очевидно теперь, что я заблуждалась.
Он продолжал давить пальцем на подвеску на цепочке. Округлый камень мерцал то зелёным, то красным, то оранжевым, это было красиво, но явно не то. Средство связи барахлит?
Ангел посмотрел на меня с весьма инквизиторским подозрением. Я почувствовала в животе холодок и всполошилась: похоже, первое впечатление обо мне у него сложилось не очень. Но недобрый ангел всяко лучше дружелюбного чёрта.
– Простите, я мелю всякую чепуху, – проговорила я примирительно, боясь пошевелиться. – Просто я очень взволнована: не каждый день умираешь. Но мне очень приятно, что вы меня встретили. Трудно представить, что меня ожидает дальше. Эскалатор для душ? Турбулентность и небытие? Или дверь обратно?
Ангел поморщился. Выпустил из пальцев подвеску.
– Оу, нет? – по возможности мило улыбнулась я. – А как я умерла, не подскажете? Почему-то ничего не помню…
Я попыталась привстать на локтях и чуть не взвыла от резкой боли во всём теле. Упала обратно на траву. Слёзы выступили из глаз. Ангел озадачился.
– Позвольте… – пробормотала я, глядя на отчаянно саднящие, но на вид совершенно целые руки, чувство было такое, словно меня прокрутили через мясорубку. – Если я на том свете, значит, тела у меня нет, только видимость, так какого же чёрта?.. Простите… Почему, о Боже, так всё болит?!
Ангел взял мою руку в свою. Тёплую и очень мужскую. Сразу стало полегче, будто она попала в самое правильное место.
– Наверное, ощущения тоже уходят постепенно? Как фантомные боли после того, как отрежут ногу или руку? – всхлипнула я.
Ангел подул на мои пальцы, уложил руку обратно на траву и принялся водить ладонями надо мной, выпуская из них прохладные волны золотого света. И боль ушла…
– Спасибо! Вы такой хороший человек, простите, ангел… – пробормотала я, расслабляясь.
Но внезапно в памяти щёлкнуло, я резко села, чуть не уткнувшись ему в лоб. Ангел отпрянул. Я воскликнула:
– Я же только что упала в шахту лифта!
– Фта? – повторил ангел.
– Лифта, да!
Вопросительно изогнувшиеся брови на лице ангела требовали исповеди, и я рассказала всё. Как рейс задержали на три часа, как нас трясло в полёте, а мой чемодан отправили в Барнаул вместо Москвы. Поэтому я в спортивном костюме и прямо в издательство. Боялась опоздать… Как я заблудилась в высотном здании над торговым центром. Но меня было не остановить, я уже видела себя лауреатом всех премий и обладательницей почётного места на золотой полочке мировой литературы… Полчаса спустя я вышла в коридор с лифтами от редактора, который сказал, что вторую часть моей книги они не напечатают, потому что серия закрылась. А им плевать, что в первом томе сюжет не завершён: моя антиутопия никого не интересует! И вовсе не шедевры я пишу, а всякий шлак. Не-фор-мат.
– Мат, – проговорил за мной ангел, на всякий случай опять ткнув в подвеску.
– Именно! Приличных слов не осталось, вы правы! – вздохнула я. – Я так разнервничалась, даже конфеты не помогли. Целая горсть. И не посмотрела, когда дверцы раскрылись. Просто шагнула! Полагаю, в пустую шахту. Хотя этого я не помню.
Я зависла, не понимая, как я могла забыть такое? Возможно, прямо в дверях лифта меня хватил инсульт? Инфаркт?
«Хороший был бы заголовок, – подумалось мне: – «Неоцененный талант. Молодая писательница умерла на пороге издательства. Трагедия или убийство?!»
Ой, может, тогда и второй том напечатают? И «Электронную букву» вручат… посмертно.
Ангел встал во весь рост. Громадный. Что-то безапелляционно заявил. Потом наклонился и протянул мне руку. Видимо пора. Эх, да я и не против. Я вложила пальцы в его ладонь. Голова моя закружилась, ноги подкосились. Ангел подхватил меня на руки. Легко, словно я не шоколадками питаюсь. Ощутив его горячее тело и крепкие мышцы, я почувствовала когнитивный диссонанс: что-то тут было не то… А он взлетел.
* * *
Мы направились мимо фантастических гор, белых строений куда-то вниз. На склонах росли причудливые деревья, лианы переплетались корнями и листьями в замысловатые узоры, цветы повсюду.
– Неужели Эдемский сад существует? – воскликнула я. – Кхм, если всё запомнить, потом можно будет написать… В следующей жизни, например. Вы, надеюсь не против, если я на всякий случай покрепче буду держаться за вашу шею? Понимаю, что нематериальна, но привычка. К страхам, знаете ли, привыкаешь, как к родным. Хотя мне очень нравится летать!
Пару мгновений спустя он опустился на площадку, где находилось множество других ангелов, тоже высоких, превосходно сложенных и очень похожих на людей, разве что с крыльями. Не все они были белыми: имелись и пепельно-серые, и сизые, и рыжеватые, и бежевые, почти жемчужные. При виде одного из ангелов в голову пришла бабушкина Пеструшка, которая постоянно сбегала из курятника к соседям, – цвет перьев такой же рябой, почти в крапинку.
Я запретила себе думать о курице. Она как назло прочно влезла в голову.
Все уставились на нас. Мой ангел отцепил меня с шеи. Поставил на отшлифованную до блеска каменную поверхность. Я смущённо перевела взгляд с одного ангела на другого и опешила: на поясах у них висело нечто, похожее на кобуру. Погодите, зачем в раю оружие? Грешников-безбилетников гонять?
Мой ангел посмотрел мне в глаза и сурово указал на широкие двери похожего на пагоду здания. Оттуда раздался нечеловеческий вой. По моей спине пробежал холодок. Что там впереди – чистилище?
Глава 3
По дороге арестованная незнакомка тарахтела так долго, будто рассказывала историю всего рода, пострадавшего от динозавров в седьмом колене. Пыталась зачем-то перекричать ветер. Добилась звона в ушах. Зато Лэйнар успел убедиться, в полёте многократно просканировав её ауру: всего лишь человек, без магии, хотя спектру эмоций могли бы артисты позавидовать.
В здании Контроля равновесия магии Лэйнар провёл нарушительницу мимо двух офицеров, пытающихся воздействовать успокаивающими заклинаниями на взбесившегося горта – летучего пса в клетке. Тот издавал громкие вопли, похожие на человеческие. Изредка дикие твари из внешнего мира перебираются через границы, и требуется большая сноровка, чтобы их поймать и обезвредить – покусает такой горожан, бед не оберёшься.
Девушка содрогнулась и вытаращилась на пса. Лэйнар положил ладонь ей на плечо и задал направление, заодно проверив энергетический баланс. Всё уже было в порядке: точно отключаться и плакать от боли не будет.
Она посмотрела на него доверчиво, Лэйнар отвернулся. Вечно наслушаются легенд про обретение дара при прыжке со шпиля, нарушат закон, а потом разбирайся с ними. А сколько их погибало? Девчонке повезло, что на посту был спасатель, а не офицер из отряда карателей, иначе б уже ни костей, ни воспоминания о ней не осталось.
Дежурный маг, тощий Сайлаш с длинной серебристой косой, попробовал наладить контакт с «прыгуньей». Ничего не вышло, и тут амулеты подвели и запрос на расширение базы языков и сочетаний звуков из Центра семи врат. Вызвали магистра из Шпиля.
К удивлению Лэйнара, сам почтенный Хэйн Брайат материализовался в отделении. Все уважительно поклонились. Благообразный и мудрый, как на выступлении перед народом, магистр Брайат расспросил о подробностях задержания. С прищуром осмотрев диковинную незнакомку, сплёл длинные пальцы на животе, задрапированном складками светло-оливковой тоги с золотой окантовкой.
– Отведите девушку к Оракулу, командир Рамма, – наконец, сказал магистр.
– Я не должен надолго оставлять пост, – ответил Лэйнар.
– Вас заменили, – появился в дверях его начальник, полковник Кемант. – Исполняйте повеление старшего магистра.
Хэйн Брайат положил им обоим ладони на плечи, и со вспышкой все трое переместились к святилищу Оракула прямо перед коваными из золота дверными полотнами на мраморной лестнице. Дурная человечка с голубыми глазами и любопытным носом ахнула и потянулась вперёд. А Лэйнар не очень-то хотел входить: ещё с первым предсказанием не разобрался. Но жрец распахнул створки, и пришлось.
* * *
Лысый жрец в белом зажёг лампы, магистр Брайат преклонил колени и проговорил прошение к Свету раскатистым баритоном. Затем подвёл преступницу к мраморной чаше. И вспышка света повторилась. Искристые брызги энергий, радужные волны закрутили девушку. Окутанная спиралями магических потоков, она сначала отшатнулась, а затем будто повинуясь безмолвному приказу, подставила ладони. Те наполнились светом. Магистр Брайат поднёс её ладонь к её же губам. И она выпила.
Лэйнар напрягся.
– Как вкусно! – внезапно совершенно понятно произнесла нарушительница. – Можно ещё?
– Достаточно, – сказал Хэйн Брайат и указал на светящееся не обжигающее пламя Оракула. – Говори, кто ты, откуда и зачем прыгнула со Шпиля магов?
– Прыгнула? Нет, что вы! У меня никогда не было склонности к суициду. Я упала в шахту лифта. Понимаю, что умерла, и невнимательность – тоже грех, но я готова искупить или отработать, или как положено. Это ведь чистилище?
– Нет, это храм Оракула.
– Аа, видимо, трудности перевода… – понимающе кивнула блондинка и потёрла висок. – Но суть ясна. Я только одного не пойму: меня в физиологическом смысле уже нет, а ощущения есть. Электронные импульсы или пост-смертельный синдром? Вот сейчас закружилась голова, а по идее, головы-то у меня и нет.
«Мозгов так уж точно», – подумал Лэйнар и покосился на замершее око Оракула. На какую-то человечку то готово было потратить гораздо больше времени. Мда…
– По всем признакам ты очень даже живая, – усмехнулся магистр Брайат. – С головой, руками, ногами и всем прочим. Скажи за это спасибо командиру спасателей Рамме.
Она взглянула на Лэйнара.
– Спасибо. Я сразу поняла, что вы ангел, – робея, пробормотала она. – То есть… Боже, вы мой личный ангел-хранитель?
У Лэйнара взлетели вверх брови.
– Точно не твой и не личный, – сердито ответил он.
– Мы так поняли, ангел – это ты, – встрял Брайат.
В её глазах мелькнуло удивление.
– Я ангел? Ну что вы, у меня нет крыльев. Я очень обычная. Меня зовут Ольга Владимировна Громова, я писатель, живу в Краснодаре, мне двадцать шесть лет, работаю в рекламном агентстве, снимаю квартиру. Не замужем. Вот и всё. – Она посмотрела на Лэйнара, на жреца и магистра, на светящееся облако со зрачком посередине, затем снова на Лэйнара, кашлянула неуверенно. – Всё равно спасибо, что спасли… – И вдруг запнулась, заморгала ресницами так часто, словно с их помощью собралась взлететь. – Погодите, вы все с крыльями, но не ангелы. И я не мертва. Для розыгрыша слишком много спецэффектов и декораций, для комы – ощущений. Где я? Не в другом же мире? Это не Земля?
– Это Крайан. Ты находишься в Аэранхе, государстве лаэров, – сказал Лэйнар, потому что она смотрела на него в упор, и показал на кобуру с магоизлучателем. – И не советую делать глупости, со мной это не пройдёт.
Девушка моргнула и потёрла виски, видимо, снова пытаясь включить мозг.
– Вы что, меня похитили? – выдала она.
«Не вышло», – констатировал Лэйнар и с усмешкой спросил:
– Зачем?
Она пожала плечами, глядя на него так, словно это он здесь сумасшедший.
– Это вы мне скажите, зачем. Замуж за дракона выдать?..
* * *
Ангелы хохотали так громко, что у них подрагивали крылья. От раскатистого смеха волшебные языки светового пламени над гигантской чашей задрожали. Магистр опомнился и сказал, вытирая слезу:
– Прекратим. Прости, о великий Оракул! – и обратился ко мне. – Никто тебя не похищал, ты сама нам на голову свалилась. Но скажи, дитя, почему ты хочешь замуж за огромного зубастого хищника из дебрей Медатора? Мечтаешь стать обедом?
– Нет, вы не так поняли. Я не хочу, – покраснела я. – Это… кхм… простите… профессиональная деформация.
– И какова же твоя профессия? – спросил немолодой магистр в длинной тоге цвета весенней зелени.
– Я говорила, что я писатель…
– То есть? – склонил голову тот.
– Я пишу.
Командир Рамма окинул взором мою фигуру и усмехнулся.
– Деформации не заметил, – сказал он. – В чём заключается твоя работа: записывать чужие мысли о драконах?
Я рассердилась и решила не объяснять. Меня до болезненности задел его взгляд. В карих глазах под бархатными ресницами ничего, кроме банальной скуки с лёгкой долей раздражения не было. Ненавижу таких! Чем мужчина красивее, тем больше тужится его эго. Ну да, я не модель, но не всем ими быть. Для меня творчество главное, а пишу я здорово, что бы там редактор не говорил! Бабушка ворчит регулярно по телефону, что я замужем за своими книгами. А мне писать куда интереснее, чем ходить на свидания.
Рамма смотрел пристально, я попыталась так же. И всё равно первой отвела глаза.
Вдруг мерцающее пламя ожило, заиграло языками почти до потолка, и звучный голос сотней колокольчиков прокатился от стены к стене, вызывая мурашки.
– Ольга Громова, подойди к чаше.
Я оробела и повиновалась. Командир Рамма вырос у меня за спиной, словно боялся, что я что-нибудь устрою.
– Опусти руку в чашу, – сказало облако света, мерцая продолговатым зрачком посередине.
Я с опаской приблизила палец к огню. Жара не было.
– Опускай, – приказал сзади Рамма.
Я зыркнула на него через плечо. Потом осторожно опустила руку в плещущийся свет. Тот оказался приятным, ласкающим, почти таким, каким ангел лечил меня. Я вновь оглянулась на крылатого командира, он мотнул подбородком вперёд: мол, не отвлекайся.
– Покажи свой мир, Ольга Громова, – произнесло облако.
– Что именно показать? – Я тут же переключилась.
– Как ты попала сюда, откуда. Всё покажи.
– А как это сделать?
– Просто представь.
О, это запросто! Я прикрыла веки, и представила башню в Москва-Сити, торговый центр, уходящий под землю на несколько этажей; издательство, холл и зеркальные лифты, давку в метро, аэропорт и Боинг.
Поражённый вздох рядом заставил меня открыть глаза. В пламени магии, словно на киноэкране, демонстрировалась последняя из моего воспоминания сцена, где в ожидании посадки я смотрю, как подъезжает к рукаву соседнего терминала зелёный аэробус. Собравшиеся в храме смотрели на это, разинув рты.
– Никогда не видел подобных средств передвижения, – пробормотал командир Рамма.
Ах, он это не видел? Ладно. Я вообразила, хмыкнув про себя, как самолёт поворачивает со взлётной полосы и мчится прямо на нас. Взлетает, задирая нос. Крылатые маги пригнулись, я закусила губу, чтобы не хихикнуть. Рамма оправился первым.
– Великий Оракул, – обратился он, – мы должны знать, является ли данная девица преступницей.
«Кем?! – чуть не подпрыгнула я, расширив глаза. – Это он про меня сейчас сказал?!»
Голос из облака перебил ангела:
– Тшш. Дева, теперь покажи последнее, что помнишь.
В моей памяти возникла площадка перед лифтом, собственный всхлип, горсть карамелек из кармана, раскрылись дверцы, и я шагнула. Передо мной всё замерцало алыми ломаными линиями. Меня утянуло по трубе, как Алису в Кроличью нору. Несколько мгновений, и я вылетела в пространство над горами, очень похожими на Жёлтые китайские. Вскрикнула, зажмурилась и рухнула вниз. В голове моей наступила темнота, а в теле оцепенение.
– Достаточно, дева, – сказал Оракул.
Я вынула руку, ошарашенная возникшей картиной, потупила глаза. Пусть видят, что я не вселенское зло. И нечего называть меня преступницей.
Свет из чаши накрыл меня, словно колпаком, время остановилось.
– Она не лжёт, – резюмировал, будто колоколом пробил над ушами, Оракул. – Ольга Громова – человек из другого мира.
Приподняв ресницы, я рассмотрела в полутьме поражённые лица. Впрочем, я и сама увиденным перемещением была потрясена не меньше. А дальше-то что делать?
Этот же вопрос застыл на лицах напротив.
– Командир Рамма, выведите девицу, – внезапно жёстко приказал магистр. – Нам требуется время, чтобы принять решение.
Тот положил мне горячую ладонь на плечо.
– Идём.
Я сглотнула и почувствовала дрожь внизу живота.
– Но ведь мою судьбу собираются решать…
Суровый ангел посмотрел как-то странно и ответил:
– Без тебя решат.
Глава 4
Он стоял рядом, высокий, красивый, как античный колосс, и такой же бесчувственный. Я перевела взгляд вперёд и опешила от открывшегося перед глазами величественного вида: на тонком каменном столбе, который был выше прочих гор, сверкал освещённый солнцем белый замок с единственным острым шпилем, похожий на маяк. За ним в голубой дымке возвышалась гора, пик которой упирался в небо и будто бы сливался с ним.
– Что это? – спросила я, поражённая.
– Шпиль магов, – ответил командир Рамма.
У меня перехватило дыхание.
– И я падала с него?
– Да.
– Боже… – по моим рукам пронеслись мурашки. – Неужели кто-то в здравом уме прыгает оттуда, а главное, зачем?
– Идиоты среди людей считают, что так обретут магический дар.
– А смысл? – потёрла висок я. – Разбиться в лепёшку с магическим даром или без, разницы нет.
– В легенде сказано, что обретший магию спасётся. Если сообразит, как переместиться туда, куда захочет.
– А на самом деле?
– Выживет, будет наказан за нарушение равновесия. – Рамма помолчал немного, словно ему слов было жалко, затем всё же добавил: – Магия не должна попадать в руки тех, кто стремится разрушать и присваивать. Лаэры как разумные существа следят за этим.
Я поджала губы.
– Люди – тоже разумные существа. Венец творения, как у нас говорят.
Рамма покосился на меня снисходительно и усмехнулся уголком губ.
– Разве я говорю что-то смешное? – насупилась я.
– Да.
Я растерялась. Затем вздёрнула подбородок, захотелось ответить ему что-нибудь эдакое, но в голове ничего искромётного не возникло. Я только за компьютером фонтанирую остроумием, увы. Этот самодовольный орёл просто стоял, положив ручищу на кобуру и смотрел вперёд. У меня вырвалось:
– Я выжила при падении, значит, теперь у меня есть дар?
Он посмотрел на меня, как на тянущего за штанину щенка.
– Видишь что-нибудь над шпилем?
– За шпилем есть гора.
– А над горой?
– Небо.
Он расправил плечи, отчего его рельефные мышцы пришли в движение, и ответил через губу:
– Одарённые видят больше, – и ехидно добавил: – Возрадуйся, тебе это не грозит.
– Чему же тогда радоваться?
– Тому, что не разлетелась на частицы от ударного воздействия энергии. Или тому, что не будешь десять лет постигать законы равновесия за обретённую магию в изоляции.
– В изоляции, то есть в тюрьме? – опешила я. – Вы спасали меня, чтобы отправить в тюрьму?
– Моё дело спасти. Судить – их, – он мотнул подбородком на дверь. – И Оракула.
Я сглотнула холодный ком в горле.
– Но ведь я ни в чём не виновата. Они… могут решить меня изолировать?..
– Могут, – ответил через паузу командир Рамма и почему-то прищурился, словно имел на них зуб.
Дверь за спиной распахнулась. Я вздрогнула. Горячая рука ангела легла мне на плечо.
* * *
Неизвестно с каких небес упавшая Ольга Громова, которая только что хорохорилась, мгновенно превратилась в испуганную птичку. Даже жаль её стало. Но комедия затянулась, пора заканчивать: ему по-прежнему нужно возвращаться на пост. И потому Лэйнар сам спросил у вышедшего к ним магистра Брайата:
– Каков ваш вердикт?
– Заходите, – приказал тот.
Кругленькое плечико под его ладонью задрожало. Её вздёрнутый носик заострился, девушка шагнула вперёд, будто на казнь. Лэйнар рядом с ней.
Теперь только лампады на стенах освещали зал. Оракул исчез, чаша опустела. Лысый жрец стоял, перебирая чётки. Блаженная улыбка на тонких губах.
«Решили обойтись без пафоса», – резюмировал Лэйнар, но обернувшись на шаги за спиной, с удивлением обнаружил главу службы дежурств – квадратнолицего полковника Кеманта. И сюда явился? Проверить? Именно он сегодня по ментальной связи вызвал Лэйнара на дежурство. Кемант бодро обогнал их и встал возле жреца.
«Хм, странно. Как и всё сегодня», – подумал Лэйнар. Приложил ладонь к груди в знак приветствия и склонил голову. Полковник ответил тем же.
– Вопрос о новом, нестандартном существе в Аэранхе пришлось вынести на более широкое обсуждение, – сказал магистр Брайат, – ибо прецедентов у нас не было.
– То есть никто из другого мира к вам не попадал? – тихо спросила девушка.
– Нет. – Брайат продолжил. – Великий Оракул во всеуслышание подтвердил, что новое существо имеет право на жизнь. А потому будет жить на Крайане, адаптироваться и набирать зрелость, как любое существо, рождённое от матери в нашем мире.
У Ольги вырвался вздох облегчения. И Лэйнар расслабился. Ну вот и ладно, сейчас сдаст Кеманту «новое существо», и дело с концом. От неё слишком много шума.
Магистр Брайат переглянулся с Кемантом, распрямил плечи и, выпустив из ладони полупрозрачный голубой магокуб, на который записывалась вся информация для передачи в Центр Семи врат, произнёс раскатистым басом:
– Дело номер тысяча семьсот сорок шесть. Ольга Громова, новое существо. Учитывая уникальность случая Ольги Громовой, совет постановил, что она требует тщательного наблюдения и дальнейшего изучения. Подробности её попадания в Крайан будут исследоваться учёными магами, которым даётся задание обследовать зону шпиля и предотвратить появление постоянного прорыва в пространстве миров, а также последующие преступления, то есть попадание новых существ к нам незаконным способом.
– Но я ничего не нарушала… – еле слышно проговорила девушка.
«Разве вот только что, перебив оглашение вердикта», – подумал Лэйнар, чуть сжав пальцами её плечо. Она замолчала.
Магистр Брайат недовольно поджал губы и продолжил:
– Итак, законность способа будет проверяться, как и законность присутствия в нашей стране Ольги Громовой. А пока новое существо Ольга Громова будет жить в Аэранхе согласно законам и правилам государства, с которыми её требуется ознакомить. В нашем мире Ольга Громова не имеет родителей, а значит, официально является сиротой. До полной адаптации и окончательного решения совета она самостоятельно жить не сможет. Поэтому совет магов постановил: до выяснения обстоятельств и нахождения способа возвращения обратно в её мир, либо до успешной сдачи экзамена на полную адаптацию оставить её под патронажем уважаемого лаэра из верхнего уровня. Выбор пал на достойнейшего, на командира Лэйнара Рамму.
Кемант и жрец заулыбались. Лэйнар решил, что ослышался.
– На кого?
– На вас, командир, – кивнул магистр Брайат. – Вы будете опекуном нового человека.
– Я?! Опекуном человека?! – внутри у Лэйнара всё заклокотало. – В чашу Оракула кто-то из храмовых служек плеснул увеселительного нектара сегодня?
– Как можно так об Оракуле?! – вытаращился жрец, словно его укусили.
Лэйнар поднял ладонь.
– Извините, Ваше Святейшество, сорвалось. Приношу свои извинения всем присутствующим. Но я должен подчеркнуть: Я. Не. Могу. Быть. Опекуном. И прошу о рассмотрении другой, более подходящей кандидатуры.
Жрец и Кемант посмотрели на него с осуждением.
– В соответствии с распоряжением святого Оракула вы должны будете помочь устроиться девушке в нижнем мире, но для начала – адаптироваться. И вы отвечаете за неё в соответствии с законом, – заявил Брайат, – потому что назначаетесь полноправным опекуном Ольги Громовой.
– Но я постоянно отправляюсь в экспедиции в земли Медатора! Вчера. Завтра. В любой момент суток. Меня дома не бывает! – возмутился Лэйнар. – Я даже домашних питомцев не завожу по этой причине!
– Я не питомец! – послышался звонкий голос возле плеча.
«Именно. Хуже», – зыркнул на неё Лэйнар.
– Решения Оракула не обсуждаются, – напомнил жрец.
– Как и решения совета, – жёстко сказал полковник Кемант. – Командир Рамма, напоминаю вам о военной дисциплине.
– Я помню о ней, – сухо ответил Лэйнар. – И о том, что сейчас должен вернуться на пост – Шпиль магов охранять. Прикажете взять «новое существо» с собой?
– Было решено от дежурства вас освободить, – заявил Кемант.
– Премного благодарен. А завтра? Или послезавтра? – не удержался от язвительности Лэйнар. – Как прикажете: мне её на спину прицепить и порхать с утяжелителем к кратеру вулкана? Или пусть она у меня на спине дикарских детей держит, а я понесу их всех?
– Не паясничайте, Рамма! Это не достойно офицера вашего звания! – рыкнул, багровея, Кемант.
И вдруг жрец сказал примиряюще:
– Братья, спокойно, прошу вас. У командира Раммы сложный день: сегодня ночью Оракул возвестил его судьбу.
Все присутствующие посмотрели на Лэйнара, изобразили улыбки и даже похлопали:
– О, поздравляем, командир, что же вы не сказали! Долгих лет радости! Принятия, блага на тропе судьбы!
Лишь «новое существо» рядом моргало, будто вот-вот расплачется. Как же он был зол на неё! Лучше б не ловил… Что-то неудобное в душе шевельнулось. Лэйнар угрюмо поблагодарил окружающих. Жрец коснулся его руки:
– Многим в первые дни сложно, но потом все осознают, что слова Оракула – великая радость!
Лэйнар опять скосил взгляд на Ольгу: и это тоже великая радость? Нет, он не нянька новоявленным, чтоб их, младенцам-переросткам с таким размером груди!
– Уважаемые господа маги, пожалуйста, прошу, учтите и моё мнение! – Она вдруг выскочила вперёд, сжав кулачки. – Я вижу, что командир Рамма – человек занятой, спасатель. И я сама не хочу к нему. Просто выдайте мне небольшой кредит и инструкцию, я не ребёнок, я обязательно разберусь, как жить в вашем мире! Я быстро обучаема и сообразительна! И наверняка смогу приносить пользу обществу, пока вы не найдёте, как меня вернуть обратно. Проверьте меня! Но обузой я быть не…
Кемант и Брайат посмотрели на неё, будто на говорящего горта из диких земель. А она волновалась так, что нос покраснел. Вытянулась в струнку в своих смешных одеждах, кругленькая и нелепо взъерошенная. Даже неловко за неё стало.
Лэйнар поморщился, ведь он уже знал: всё тщетно, как бы он ни злился. С Брайатом ещё можно было побороться, и даже с Кемантом, но с Оракулом спорить бесполезно, – это бестелесный дух, разумная энергия, которая передаёт высшую волю. И ты можешь быть трижды не согласен, но будет так, как сказано. Или так, но хуже.
Лэйнар перебил девушку.
– Стоп! – Он поднял руку, как должно при клятве. – Вы правы, господа. Именем Света я принимаю волю Оракула и согласен нести ответственность за вручённое мне существо, пока не найдётся иное решение.
Жрец и Кемант выдохнули с облегчением, «новое существо» глянуло непонимающе, но с вызовом. Мрак, и куда её теперь девать?
– Вот и прекрасно, – ответил с улыбкой Брайат. – Ваша присяга принята. Я знал, что вы, командир Рамма, отличаетесь умением быстро и верно принимать решения. Идите же и найдите Ольге Громовой приют и место в нашем мире в соответствии с её расой и статусом.
– Но я не хочу… – проговорила она.
– Не гневи высших, – ответил магистр Брайат. – Перед тобой стоит твой опекун, возрадуйся! Командир Лэйнар Рамма – ответственный лаэр из хорошего рода. Формальности с документами в центре решат завтра. Вы свободны, командир.
– Идём, новое существо, – буркнул Лэйнар.
– Я не существо!
И они посмотрели друг на друга так, что лампада рядом на стене внезапно погасла.
Глава 5
За дверьми храма крылатый истукан снизошёл:
– Ладно, Ольга Громова, позабочусь о тебе. С этой минуты можешь доверять мне.
– А до этого не стоило?
Он воззрился на меня, как орёл на смелую мышь.
– У тебя выбора не было.
– У вас тут, кажется, вообще с выбором не разгуляться.
Он кашлянул, как лев рыкнул. Вместе с холодком по плечам пришло осознание, что я полностью завишу от этого анге… мужчины. И злить его не стоило, потому что дальше было некуда. А я ведь не знаю, каковы их правила, и что может сделать полноправный опекун. Ещё «транслюкирует» своей магической штукой и скажет: «Упс, существо всё-таки на частицы распалось. Акклиматизация, атмосферное давление, ничего не смог поделать». Поэтому я проговорила как можно дружелюбнее:
– Хм… извините. Вы меня и спасли, я вам обязана. И, наверное, выгляжу неблагодарной и странной в ваших глазах: мало того, что упала на вашу голову, теперь ещё и заботься обо мне. Это ужасно несправедливо, я с вами согласна! Решение можно оспорить в более вышестоящих инстанциях?
– Нет. Выше некуда.
– Хорошо, – сказала я, переводя глаза на сияющий шпиль и на гору за ним, с прищуром пытаясь разглядеть что-то ещё, что видят маги. Тщетно. – Значит, придётся смириться. Но я постараюсь сдать экзамен поскорее. Не волнуйтесь, у меня скоростная обучаемость. Подскажите, к миру у вас какие-нибудь инструкции имеются? Я готова начать учиться сегодня же.
– Позже.
– Да, конечно. Вам, видимо, не приходилось никого обучать, но я подскажу. И на всякий случай, сразу добавлю: мне потребуется свод законов, правила поведения, энциклопедии, словари, азбука. Я всеядна и люблю знания. Есть ли у вас библиотека?
Командир Лэйнар Рамма посмотрел на меня, словно ему в ногу с упорством барана тыкался хомячок. Похоже, из всех лаэров мне достался самый высокомерный!
– Есть.
– Спасибо.
Он отвернулся, глядя куда-то перед собой. Думает, не скинуть ли меня с этих ступеней через перила? Надо бы помолчать.
– Вы можете называть меня Олей, командир. Или патрон? Как я должна вас называть?
– Лэйнар и на «ты», – сказал он. – Официальная часть закончилась с постановлением суда. Надеюсь, до следующего не дойдёт.
– А может быть следующий? – напряглась я.
– Если ты снова нарушишь закон.
– Но я же не специально, и я не собиралась!
– Твоя обязанность – слушаться меня. На твои вопросы отвечу. Законы дам.
– Спасибо, – вздохнула я.
– «Спасибо» можно через слово не говорить.
– На слова есть лимит? – уточнила я.
– Лимит есть на терпение. Моё. А я люблю тишину.
– Но как же я тогда что-то узнаю о вашем мире? У меня пока нет другого источника.
Он развернулся ко мне всем корпусом со ступеньки ниже. Я отшатнулась. А он подхватил меня на руки и взлетел вертикально вверх. У меня перехватило дыхание. С высоты, которую он набрал слишком быстро, я увидела белый город со стеклянными мостами, дворцами и башнями, со множеством крылатых существ, летательных аппаратов самого странного вида, и гор… Прямо под нами простирались зеленые кудри лесов и скалы.
Моргая и сгорая от смущения, я схватилась за его шею. Он поморщился.
– И не царапай больше.
– Я поцарапала? Извините…
– Забыли.
Он развернулся и полетел, рассекая пространство над острыми пиками. Мне стало страшно.
– Куда мы летим? – задыхаясь от волнения, крикнула я.
– Ко мне.
– Но это же неудобно…
– Неудобно было падать вниз головой без крыльев, – возразил Лэйнар. – Но ещё одно слово, и я полечу к себе, а ты – куда хочешь.
Я проглотила язык и вцепилась в его мощную шею сильнее и от усердия, кажется, царапнула. Он рявкнул сквозь зубы:
– Шея!
Ослабив хватку на мгновение, я скользнула взглядом вниз. Увидела каскады водопадов в облаках брызг с радугой и крошечных человечков на площадке неподалёку. Голова закружилась, и от греха подальше или, наоборот, поближе, я обхватила командира, как родного, – не оторвать.
* * *
«Какой он сильный!» – думала я. Вспомнилось, как однажды на дне рождения друг брата, подвыпив лишнего, решил перекинуть меня на руку, как в танго. Мы упали. На торт. С тех пор никто не пытался повторить. Впрочем, Лэйнар будто и не устал совсем. Он полетел вверх, затем свернул вправо и помчался между гор-колонн на высоте тридцатиэтажного дома.
Дух захватывало на виражах. А виды вокруг были необычайно красивыми! Скалистые столбы упирались верхушками в перистые облака. Там, куда не вились лестницы с вереницами бескрылых людей, я обнаружила встроенные прямо в расщелины скал жилища самых разных геометрических форм. Замки, дома, похожие на слепленные кубики и трапеции, выступающие из скалы треугольники, все они были гармонично вписаны в окружающее пространство. Солнечные блики отражались от панорамных окон. Лианы всех сортов с цветами и без, ползучие травы и замысловато изогнутые деревца окружали постройки в скальных стенах, образуя многоярусные сады, висящие над пропастью.
Едва мы свернули за очередную скалу, я увидела крылатую блондинку. Зависнув над каменным выступом, в перчатках и светлых одеяниях, похожих на полупрозрачные шаровары с разрезами по бокам, и с греческой драпировкой на груди сверху, красавица-ангел с золотистыми крыльями занималась посадкой алых ранункулюсов. Наверняка они назывались иначе, но я решила находить аналогии с земной природой, так проще.
Лэйнар поздоровался с ней. Та улыбнулась ему, но тут же с вежливой оторопью вытаращилась на меня. Я тоже кивнула с улыбкой. Крылатая дама ответом меня не удостоила и вернулась к своим лютикам. Мимо пролетели двое лаэров, и взгляды у них были аналогичными.
Вспомнилось, что и Лэйнар назвали меня «существом». Вот оно, неравноправие рас! – поняла я и обиделась. Сразу захотелось изобрести ранец, как у современных морских пехотинцев, и летать самой, а лучше вернуться в свой привычный мир…
* * *
Лэйнар снова повернул влево, добавил скорости и приземлился на залитое солнцем небольшое плато, покрытое аккуратно стриженым газоном. Поставил меня на траву. Не желая показывать нахлынувшую слабость, я расставила ноги в стойку вратаря и гордо выпрямилась.
– Голова не кружится? – спросил Лэйнар, потирая запястья.
– Нет, – ответила я, стараясь не думать о том, что стою над пропастью в несколько сотен метров на площадке без специальных ограждений. Брр… Ветер трепал мне волосы, припекало.
– Мы прилетели? – уточнила я.
– Да.
Он сложил за спиной крылья, коснулся собственной шеи и многозначительно её потёр. Я почувствовала, что краснею. Лэйнар посмотрел вдаль. С усилием воли я оторвала от идеального профиля взгляд, обвела небольшое плато глазами. Выходит, лаэры на травке пасутся, как высокогорные… кхм. Но надо было наводить мосты.
– Значит, вы тут живёте, – сказала я. – Зелено, симпатично.
Лэйнар с усмешкой провёл ладонью над травой. Та послушно разъехалась в стороны. Перед нами раскрылся обширный вход: мраморные ступени с поблескивающей крошкой перламутра вели под землю. У подножия почти дворцовой лестницы я увидела огромный пустой холл с высокими потолками.
– У вас явно есть технологии, – сказала я. – Не только магия.
– Технологии на основе магии, – поправил меня он. – Заходи.
* * *
Врезанное в скалы жилище командира состояло из двух уровней, сверкало чистотой и было просторным. Через панорамное остекление во всю стену можно было видеть горы, пролетающих мимо лаэров и другие дома на склонах вдалеке. Ангельский хай-тек вазочек и удобных кресел не предполагал, как и мебели в принципе. Ужасно неуютно – будто не обставленная гостиница. Но здесь хотя бы не было так жарко, как снаружи. В окно одиноко таращился стол из цельного куска мрамора.
Лэйнар коснулся рамы, и откуда-то сверху, словно сказочные змеи и осьминоги, начала разворачиваться густая сеть лиан, трав и кореньев, погружая комнату в тень. Я отшатнулась и замерла, рассматривая с изумлением своеобразные жалюзи. Красиво и жутковато.
– Это естественная защита, – сказал командир Рамма. – Активируется артефактом в раме.
Я переступила с ноги на ногу.
– Естественная… Вы хотите сказать, что всё за окном живое, а не искусная имитация?
– Разумеется. У нас существует договор о взаимном удобстве: растения скрывают от излишнего солнца и посторонних глаз внутреннюю часть дома, когда я даю сигнал; я обеспечиваю их энергией для роста.
– Не знала, что можно договариваться с флорой, – пробормотала я.
– Можно. – Лэйнар ткнул в отшлифованную стену напротив: – Еда там. Серый прямоугольник. Вода тоже. Белый прямоугольник. Ты сказала, что сообразительная, разберёшься.
Верх гостеприимности! Но я кивнула: а куда деваться? Он показал себе за спину большим пальцем на почти овальное изогнутое пространство с несколькими дверьми в неровной стене из дикого камня:
– Это моя зона. – Затем на лестницу на второй уровень с двумя дверьми. – Там твоя. Мы не пересекаемся.
– А…
– Библиотекой обеспечу. Изучай сколько хочешь. У себя.
– Но если…
– Будут вопросы? Жди, когда выберу время. У меня его мало. Ты слышала.
– Да, конечно, понимаю. Но как я…
– Условия экзамена сообщу, когда сам выясню. Думаю, он будет совпадать с аттестацией на начальный уровень зрелости.
– А вдруг мне…
– Всем, что потребуется, обеспечу. Это моя обязанность. Твоя – не мешаться. Это золотое правило.
– Ясно, – я поджала губы и спустила с плеча рюкзак, о котором забыла со всеми этими переживаниями.
Лэйнар проследил и добавил:
– Видишь нишу возле кухни? Это выход в сад. Если дверь открыта, значит, я тренируюсь. Ты не выходишь.
– Уже поняла, что золотое правило «не мешаться», – пробормотала я.
Он кивнул:
– Отлично. Прислуга приходит ежедневно, когда меня нет. Бармана готовит и убирает. У неё расспросишь о жизни людей в нижнем Аэранхе. Тебе пригодится. Голодом я тебя естественно морить не буду, так что кухню будем считать нейтральной территорией. Столовую тоже. – Самодовольный ангел показал на стол.
– Вы едите, стоя? – хмуро спросила я, проглотив колкость про «боевую лошадь».
Лэйнар щёлкнул пальцами. С тёмного потолка слетели приспособления, похожие на подушки из прозрачного пупырчатого материала. Они зависли по обе стороны от недружелюбного хозяина. Ни цепочек, ни других подвесных устройств. Я потрогала пальцем одно из них.
– Пластик?
– Не знаю, что ты имеешь в виду. Это сиденья из грибов арагва.
– Грибов? – опешила я. – У вас с ними тоже договор?
– Разумеется. Грибы служат, пока у них есть ресурс. Потом я возвращаю старые в грибницу в роще и заменяю на новые.
– И вы их кормите… – с сомнением произнесла я. – Сиденья…
– Сами питаются.
– Боюсь спросить, чем.
– Негативными эмоциями, усталостью, пылью и прочим мусором.
Под лучом солнца я заметила, что внутри прозрачной подушки переливается что-то розовато-серое, как в медузе, а по краям шевелятся мелкие поры, при внимательном рассмотрении похожие на хоботки. Действительно, живая…
– Им не больно, когда на них садятся? – поинтересовалась я.
– В диких землях по арагвам драконы топчутся и ничего, выживают. – Крылатый указал на подушку, льнущую к нему, как собака. – Это мой арагв. Личный. Его не трогай.
– Ещё одно золотое правило?
– Именно.
Лэйнар коснулся подушки ладонью и вроде бы даже погладил слегка, но на меня глянул строго. Арагв растянулся к нему под спину. Подвернулся под локоть, под шею, превращаясь в парящий прозрачный диванчик. С ума сойти!
Лэйнар посмотрел на меня и отвернулся. Похоже, экскурсия по чудо-дому закончена. Ему до меня не было дела, и он это красочно демонстрировал. Мда, красавцы с крыльями и красавцы без крыльев – все, как на подбор, любят только сами себя. Исключений не бывает.
– Что ж, пойду посмотрю свою комнату? – проговорила я.
– Верное решение.
Подсунуть бы кнопку, чтобы царское сиденье со свистом сдулось, и его крылатое величество шмякнулось об пол. Не прошло и часа, а я уже на дух не переносила своего опекуна с его золотыми правилами, которые вопреки самосохранению хотелось нарушить.
* * *
Подопечная ушла наверх. Наконец-то Лэйнар был один. За время разбирательств с новым существом он даже успел забыть о словах Оракула, но карта судьбы выпала. Во второй раз её не тянут.
Итак, «пойти по тропе отцов» или «слиться с Телом Света», – вспомнил Лэйнар ночное пророчество, и снова почувствовал бурное несогласие в душе. Ему был дан выбор, а выбирать не из чего: оба варианта значили, что от выбранной профессии и образа жизни придётся отказаться. Ради чего?
Конечно же, следовало считать большой честью возможность слиться с Телом Света. Оно давало магию и защиту всей стране. Каждый, кто нуждался, мог обратиться в храм Света за мудростью, решением или исцелением. Иногда почтенные старейшины вступали в Тело Света, чтобы передать свою силу, знания или таланты на благо живущих. Имя добровольца славилось в веках. Однако по сути, это значило отдать себя в жертву.
Второй вариант. Жениться? Допустим. Хотя Лэйнар давно был женат на работе и для себя решил, что с такой опасной жизнью семья ему не нужна. Он с любого задания может не вернуться. Но в этом варианте также значилось, что он должен «пойти тропой отцов», а к делу отца, старшего зодчего столицы и члена Совета главных, Лэйнар был равнодушен. Да и не понимал ничего в зодчестве. Отец махнул рукой на своеволие сына и секреты династии передавал старшим братьям, благо, их было пятеро… Уже четверо, – поправил себя Лэйнар, помрачнев от воспоминания. Пять лет прошло, пора смириться с потерей младшего брата, а не выходило.
Лэйнар подошёл к домашнему источнику и, зачерпнув полную чашу, выпил её без остатка. Грустный выходил день рождения.
Заняться скучными чертежами или пожертвовать собой под песни жрецов? Так себе выбор.
Оракулу принято повиноваться и благодарить… А единственное, что хотелось, – вылететь на самое стоящее, а значит сумасшедше-рисковое задание, вытащить всех кого можно у смерти из-под носа, оттаскать её за усы, а самому… Будь что будет, лишь бы не соглашаться с предложенным!
Арагв подлез под ладонь, тихонько урча от удовольствия. По кончикам пальцев и коже Лэйнара пронеслись ласковые волны, а гриб делал своё дело: забирал негативные эмоции. Раздражение начало отступать.
Наконец, Лэйнар перевёл дух. Попустило. Подумалось, что не зря всем даются после похода к Оракулу дни размышлений. Лэйнар потрепал порозовевшего арагва и встал:
– Ну хватит, ещё объешься.
И вдруг на ментальную связь прорвались ребята из спасательной группы:
– Шеф, до нас дошло, что вас сняли с дежурства! Это правильно! С «Днём судьбы»! Главное, чтобы точно в предсказании был для вас мешок радости! И могулам надрать зад так, чтобы наши отряды стороной облетали! И вывести нашу группу в элитное подразделение! Генералом стать, кому как не вам! – кричали они наперебой.
– Надеемся, вам напророчили, что вы научитесь останавливать вулканы силой мысли! И землетрясения, топнув ногой. И ураганы плевком! – весело встряли маги-стихийники.
Лэйнар заулыбался: слышать родные голоса команды было приятно, хоть и городили они абсолютную чушь. Зато как искренне!
– А главное – пусть тебе будет интересно, старик! Ну, и нам с тобой тоже! – как всегда, по-свойски и немного лениво пожелал дружище Сеннек, технарь и гений.
– Нет, главное: дожить до почтенных седин и великой мудрости с добрым сердцем и боевым духом, – добавила звонким голосом розыскник Дава Мирана.
Лэйнар поблагодарил от души. Ну зачем ему жениться, если вот они – его семья? Каждый на вес золота, на каждого можно положиться и доверить жизнь, как самому себе! Почему всё-таки Оракул решил разрушить это?
От неразрешимых вопросов Лэйнар почувствовал голод. Активировал ладонью серую панель в кухонной стене. В разложившемся на кубы пространстве естественного «погреба» увидел на подносах множество блюд: все его любимые. Бармана постаралась.
И вдруг вспомнил о «новом существе». Прислушался. Тишина. Будто и нет никого в доме.
«Как чётко соблюдает установленные правила! – удивился Лэйнар. – Если в гейзере не утонула. Стоит пойти посмотреть».
Глава 6
Она сидела к нему спиной на широкой кровати гостевой комнаты, не вспомнив, конечно об арагвах, которых и тут было с лихвой. Перед ней были разложены странные предметы, половине которых Лэйнар название бы не дал: что-то из женских штучек, масса цветных карточек – для игры, наверное; пара забавных крошечных книг с цветастыми обложками и совершенно необычные приборы, в которых чувствовалась природная магия. Стало любопытно.
– А говоришь, магии у вас нет, – заметил он.
Оля резко обернулась. Лэйнар обнаружил, что она переоделась: белая короткая туника едва прикрывала бёдра, зато великолепно обтягивала грудь, к которой взгляд сразу и приклеился.
– У нас нет магии, – ответила Оля.
Нос её, щёки и глаза покраснели, и Лэйнар спросил:
– Ты плакала? Почему?
– Кажется, вы сказали, что это моя территория: вы не входите сюда, я туда. Или правила поменялись?
– Дом вообще-то мой, – напомнил Лэйнар.
Она взглянула на него так, словно можно было начинать в этом сомневаться. Лэйнар отметил про себя: на вид совершенно мягкая, а с характером.
– Угу, «мой дом, мои правила», – проговорила она хмуро. – Согласно ним теперь мне стоит отвечать «Да, о великий господин» и низко кланяться?
– Просто хотел спросить, не голодна ли ты? – усмехнулся он. – Поклоны не обязательны.
– Благодарю покорно. Но я же сообразительная, сама найду. – Ершистая гостья отодвинулась, показав кучку конфет на плетёном покрывале из нежных лепестков анахайи. – Пока позвольте отказаться, у меня своя еда есть.
– Конфеты? – вскинул брови Лэйнар. – У тебя разве есть разрешение?
– Зачем мне разрешение на собственные конфеты?
– Конфеты не еда, это лекарство, вызывающее привыкание. Целители их выписывают только психически нестабильным, тяжело больным и старикам, утратившим ясность мысли.
Оля сверкнула глазами, уткнув руки в бока:
– Хотите сказать, что я старая, больная и умственно отсталая?
– Нет, но… – Лэйнар кашлянул, не ожидая такой реакции, – не только конфеты, все сладости считаются наркотиками. Хочешь штраф и наказание?
– Какой же у вас искажённый, неправильный мир! – Оля вскочила с кровати и заломила руки, будто бы в отчаянии. – Господи, лучше бы тут страшненькие демоны кружили возле котлов, чем ангелы на лицо прекрасные, жуткие внутри! Сладости объявлять наркотиками! Нет, это невозможно!
Лэйнар почувствовал замешательство: в себе ли она?
– Угу, – предпочёл он перевести всё в шутку. – Ты говоришь о котлах, значит, точно хочешь есть. И не эту гадость.
– О, если вы так говорите, великий господин! Но конфеты не гадость, и я их не отдам! – поджала губы она и отбросила упавшую на лицо прядь взмахом головы. – Они мои, честно купленные в моём прекрасном мире, в который я точно вернусь. Могу чек показать из «Пятёрочки»!
«Откат, видимо, после магической трансформации», – подумал Лэйнар и с усмешкой ответил:
– Контрабандные наркотики оставь, ладно. Драться с тобой за них я не собираюсь. И прекрати называть меня великим господином. – И ткнул пальцем в неизвестные предметы с голубыми огоньками. – А это что? От них исходит низкий магический фон.
– Это мои личные вещи, – буркнула Оля. – И те скоро разрядятся и будут просто куском ненужного пластика.
– Пластиком ты называла арагв. Они совсем не похожи.
– Естественно, это не сиденья. Это ноутбук, смартфон, а�