Я тебя прощаю. Чужая любовь

Пролог

Распахивая входную дверь, я меньше всего ожидала увидеть на пороге его.

– Ты что-то хотел? – спросила я не своим голосом.

Так странно смотреть на лицо любимого и знать, что под ним скрывается чужой человек. Наверное, я никогда не привыкну, что у моего супруга есть брат-близнец.

На вопрос Адам не ответил, продолжая сверлить меня взглядом.

– Извини, но у меня нет времени играть в молчанку, Тёме пора есть. – Я взялась за дверную ручку.

Что ему нужно?.. К чему это гнетущее молчание? Адам никогда не приходил, если Эрила не было дома. Не заговаривал со мной, здоровался короткими кивками, если мы пересекались на территории стаи или у кого-то в гостях, и, презрительно поджав губы, спешил уйти.

В самом начале нашего знакомства я пыталась выстроить что-то хоть немного напоминающее цивилизованное общение. Но ко всем моим попыткам Адам отнесся с насмешкой, в очередной раз доказывая, что я ему если и не отвратительна, то совершенно безразлична.

– Эрил мертв, – произнес он ровным тоном.

Сказанные слова проникли глубоко под кожу ледяными иглами, оставляя после себя арктический холод.

– Это же шутка? – Я сильнее прижала сына к груди. – Шутка? –  переспросила, опускаясь с Тёмой прямо на пол, боясь не выстоять на непослушных ногах.

Но Адам не слышал моего вопроса.

– Я позабочусь о вас, – сказал без привычной издевки в голосе.

– Не понимаю. – Я отказывалась верить в услышанное. – Что значит мертв? – Смотрела на мужчину снизу вверх.

– Его убили.

– Убили, – повторила я одними губами, сглатывая ставший поперек горла ком. – Кто? Почему? Когда? – сыпала вопросами. – Сегодня вечером Эрил должен был вернуться со встречи.

– Я еще не знаю. Лера, вставай. – Мужчина склонился и протянул ко мне раскрытые ладони.

Я отрицательно покрутила головой. Его помощь мне точно не нужна.

– Ты никогда не приходил к нам домой, игнорировал приглашения брата на ужин, даже пропустил рождение Артема, передав подарок через Альфу, но сейчас лично принес весть о смерти моего супруга. – Я улыбалась кривой улыбкой на агуканье сына, поглаживая его по спинке. – Почему ты не сбежал, как это делал в каждую нашу встречу? Зачем хочешь причинить мне боль? – Едва сдерживала рвущиеся на волю слезы. – За что ты меня так ненавидишь, Адам?

– Ты ошибаешься, Валерия. – Мужчина аккуратно подхватил меня и поставил на ноги, придерживая двумя руками за талию. – Я хочу помочь: разделю с тобой жизнь, помогу воспитать волчонка.

– Мне не нужна твоя помощь!

Глава 1

Валерия

***

– Объявляю вас мужем и женой, – регистратор заканчивает пафосную речь, плавно закрывает золотистую папку. – Жених, можете поцеловать невесту.

– Жену! – выкрикнул кто-то из присутствующих.

Кажется, это мой папа, но я так взволнована, что все происходящее вне крохотного пятачка под аркой из белоснежных цветов отошло на второй план.

Мой новоиспеченный супруг игриво вскинул брови.

– Лер, гости требуют.

– Так я не против, целуй, – я ответила шепотом.

– А отчего же щёчки раскраснелись? – посмеивался Эрил.

– У меня? – Я касаюсь ледяными пальцами лица. – Ты обманываешь. На мне столько косметики, что будь я красная как рак, никто бы этого не заметил, – затараторила совсем смутившись.

– Да целуйтесь уже!

– Ради чего мы все здесь собрались?!

Так и слышались советы и пожелания к нашему первому поцелую в новом статусе мужа и жены.

– Лерочка. – Горячие мужские ладони согревают мои ледяные от волнения кисти рук.  – Моя навеки, – проникновенно шепчет Эрил.

Глаза в глаза.

Только для меня.

Но я знаю, что эти слова услышит большая часть присутствующих. В отличие от нас – от людей, зрение, обоняние и слух у оборотней невероятно остры.

– Я счастлив, что встретил тебя.

– Я больше счастлива, – начинаю спорить, стараясь скрыть за шутками волнение.

Сегодняшняя церемония устроена специально для моих близких. Небольшой свадебный спектакль для стаи и настоящее событие для мамы и папы. В глазах стаи я – пара Эрила, та женщина, с которой он проведет века. Единственная женщина. Оборотням не нужна третья сторона в виде ЗАГСа, не нужен штамп на странице паспорта, достаточно простого слова.

До встречи с Эрилом я не знала о существовании оборотней в реальной жизни. Ведь присутствие среди людей они держат в строжайшем секрете. Ревностно охраняют свою тайну. И я никогда не смогу рассказать о природе супруга и наших будущих детей родителям, друзьям, знакомым. Это строго запрещено.

– Не плачь. – Супруг стирает с моих щек слезы.

– Это слезы радости, – говорю я тихо-тихо и сама приближаюсь к мужскому лицу.

Вытягиваюсь, словно струнка, закрыв глаза, ожидаю прикосновения к губам. А Эрил решил удивить или подзадорить собравшихся – не просто дарит мне легкий поцелуй, а впивается в губы, сминает их. Ласкает так, как не позволял себе этого делать на людях.

Гости взрываются в аплодисментах и радостных криках.

– Один, два, три, четыре… – кто-то начал счет.

Сквозь грохот взбесившегося, сердца я слышу: «Тридцать шесть!» – и наконец крепкие руки выпускают меня из плена.

Губы саднят, перед глазами плывет, а душу заполняет волнение и трепет.

– С ума сошел? Господи, стыдно-то как. – Упираюсь лбом в мужскую грудь. – Как мне в глаза папе смотреть? Ты не подумал?

– Дядя Вася счастлив. Это он начал счет и свистел громче всех.

– Кошмар какой. – Мне хочется провалиться сквозь землю.

Я набираюсь смелости, поднимаю голову и разворачиваюсь к гостям.

Боже, за что мне такое испытание?

Несколько десятков взглядов сосредоточены на нас, а мне кажется, что все смотрят именно на мои припухшие губы, оставшиеся без грамма помады.

– Мамуль! – Я машу рукой.

Мама отвечает мне взмахом ладони, принимая из папиных рук очередной бумажный платок, и совсем не празднично и шумно высмаркивается.

– Ты красавица, – выкрикивает она, вновь срываясь на рыдания.

Папа встряхивает ее за плечи, просит собраться и не позорить его при новых родственниках, а мне смешно и радостно.

Вера – мамина родная сестра прыгает от восторга, округлив глаза и вскинув большие пальцы вверх. Вот она точно не будет ждать разрешения или удобного случая, чтобы поздравить. Несется вперед, убирая украшенные живыми цветами стулья со своего пути.

– Поздравляю, Лерик! – Эрил предусмотрительно отходит на пару шагов, позволяя мне быть стиснутой в родственных объятиях. – Племяш, если бы ты меня предупредила, что в одном месте будет сразу столько тестостерона, – зашептала, с силой обняв, – я бы не стала надевать этот монашеский наряд. Что ж ты о моем будущем не беспокоишься?

– Т-с-с, – я одергиваю Веру, не переставая смеяться.

«Извини», – произношу одними губами, глядя на любимого. Он понимающе улыбается, прекрасно зная, какое впечатление оборотни производят на женщин. Высокие, с крепкими руками и красивой широкой спиной, сильные – мужчины с большой буквы «М».

– Встретимся за столом. – Вера расцеловывает меня в обе щеки. – Но такой подставы я не забуду, – шепчет нарочито зло, пропуская ко мне маму.

А я продолжаю счастливо улыбаться, хохоча и кивая, готовая услышать от Веры любую глупость.

– Не плачь, мамуль. – Раскрываю объятия.

– Ну как же не плакать? – всхлипывает мама. Она бережно поправляет фату, расстилает ее по моим плечам. – Наша единственная дочь вышла замуж. Когда еще плакать? Наша красавица.

– Мам, ну хватит. – Я часто-часто моргаю, сдерживая слезы. – Мы так обе испортим макияж.

– Да и бог с ним. Ты и без него красивая.

– Лера-то красивая, а вот ты?..  – уточняет папа. Не проходит и дня, чтобы он не пошутил над кем-нибудь из нас. – Так новую родню раньше времени распугаешь. Пусть хотя бы подарки подарят. Все, Оль, хватит мою дочу слезами умывать. – Берет маму за плечи. – Наконец-то я от тебя избавился, Валерия. Двадцать четыре года ждал, когда этот день наступит. Спасибо, сынок, спасибо. – С жаром трясет Эрила за руку. Папа достает из брюк бумажник и осмотревшись, шепчет: – Сколько я тебе должен?

– Вася! – вскрикивает мама. – Стыд-то какой. Он шутит, – оправдывается. – Дурное чувство юмора.

– Я понимаю, – Эрил успокаивает мою маму. – Не переживайте, теть Оль.

– Ты что меня позоришь? – Виновато улыбаясь, мама утягивает отца в сторону. – Я же просила хотя бы сегодня обойтись без твоих выкрутасов. Просила?

– Просила, – весело отвечает папа.

– Больше не шути, Васенька. – Мама складывает ладони в умоляющем жесте.

Какие же они забавные и такие счастливые. Столько лет вместе, а продолжают любить друг друга. Если и у людей есть истинные пары, то папа маме точно предназначен богами.

– Лер, у нас еще гости. – Эрил кладет руку на талию.

– Прости.

Приглашенных не так много – только самые близкие родственники и друзья любимого. Его родителей давно нет в живых, и об их смерти он не любит вспоминать. Я лишь знаю, что Эрилу и Адаму, его брату-близнецу, исполнилось по семь лет, когда они осиротели.

– Брат! – Любимый выпускает меня из объятий и радостно тянет ладонь для рукопожатия. – Мы принимаем поздравления. – Похлопывает брата по плечу. – Начинай.

– Поздравляю, – сухо произносит Адам. – Я не знаю, что еще говорят в таких случаях, – добавляет совершенно отрешенно.

– Обычно желают счастья, – произношу я несмело. – Детишек. – Смотрю на мужчину и понимаю, что не стоило мне встревать в разговор.

Улыбка сходит с лица Адама. Уголки губ презрительно изгибаются, словно я произнесла что-то оскорбительное.

– Простите, – я выдавливаю из себя, не выдерживая тяжелого взгляда оборотня.

Я же обещала себе помалкивать в присутствии Адама, не вступать с ним в разговор, если нет крайней необходимости. Но ведь сегодня свадьба! Брат Эрила мог бы хотя бы изобразить что-то похожее на радость и симпатию.

– Поздравляю, Валерия, – произносят мужские губы и складываются в тонкую линию.

– Спасибо. – Я же улыбаюсь. Хочу сгладить неловкость и протягиваю руки, пытаясь приобнять Адама. – Я всегда мечтала о старшем брате, – говорю совершенно искренне.

Мужчина отшатывается. Смотрит на мои ладони, и я улавливаю в его взгляде страх. Или я так хочу думать. Уж лучше страх, чем открытая ненависть.

– Теперь, – у меня не получается говорить с прежней уверенностью, – ты и мой брат.

Адам прочищает горло.

– Да, – в его голосе хрипотца, – теперь я твой брат, Валерия.

– Можешь называть меня сестрой, – произношу я с улыбкой и протягиваю ладонь. Если он против объятий, то, возможно, пожмет руку? Но я ошибаюсь в предположении.

Он опускает взгляд на мои подрагивающие пальцы.

– Красивое кольцо, – произносит, не поднимая головы. – Поздравляю.

***

– Я что-то сделала не так? – Я смотрю вслед мужчине. Черные лакированные ботинки безжалостно втаптывают в гравий лепестки роз. Нервным жестом оборотень сдергивает галстук. – Я чем-то его обидела?

– Не обращай внимания. – Эрил обнимает меня со спины. – Ты ни в чем не виновата.

– Очень на это надеюсь. Мне не хочется портить отношения с твоим единственным близким родственником.

– Ты все сделала правильно, Лер, – любимый шепчет на ухо и нежно целует в щеку. – Я не хотел тебе говорить до свадьбы, но мой брат тот еще засранец, – переводит неприятный разговор в шутку. – Идем к столу. Я голодный как волк.

Глава 2

Ужин под открытым небом завершал наш праздник. Мы не стали выдумывать что-то с дальними поездками или модными ресторанами, выбрали живописный уголок в поселке.

Организовали празднество на поляне у кромки леса, чтобы не мешать стае. Зная папулю и мамину сестру, они будут плясать и петь до утра.

– Лерочка. – Вера присела на пустующий стул Эрила. – Признайся, ты специально выбрала одинаковые костюмы братьям? Это какая-то твоя тайная фантазия? – хихикает. – Как их различать? – Тетя отпила шампанское и стащила с моей тарелки листик салата. – Ты их не путаешь?

Я невольно перевела взгляд на братьев. Они разговаривали, сидя за столом. Какое же еще мог выбрать место родной брат жениха, как ни само отдаленное от нас? Все логично.

– Нет, – вырывается резко. – Их невозможно перепутать.

Неужели Вера не видит? Одинаковые снаружи, но совершенно разные внутри. Открытый, милый и добрый Эрил – приветливая улыбка на его губах может растопить любое сердце. И замкнутый, отрешенный и грубый Адам – его тяжелый взгляд способен раздавить тебя, словно многотонная плита, лишить уверенности, спутать мысли.

Даже сейчас, в день нашей свадьбы, на лице Адама маска усталости с налётом пренебрежения, он делает вид, что не слушает брата, но в какой-то момент наваливается всем телом на стол и зло чеканит слова. О чем они могут спорить сегодня?! Почему бы не оставить разногласия хотя бы на вечер?

Вера переставляет стул ближе и шепчет прямо мне на ухо:

– Ты их никогда-никогда не путала? Как их различать? Игра «Найди пять отличий», только отличий нет, – хихикает. – А нет, платки в карманах пиджаков разных цветов. У одного белый, а у другого – красный.

– Да, вот по цвету платка и различаю, – я фыркаю и пускаюсь в объяснения: – Так сложилось, что у Адама не было вещей для праздничных мероприятий, и Эрил, выбрав себе свадебный костюм, купил такой же Адаму, чтобы не тратить время на примерку другого.

– Удобно. – Вера, прищурившись, рассматривает братьев. – Ты и правда никогда не путала?.. – не унимается любопытная тетя.

– Вер! – Я отвечаю укоризненным взглядом. – Нет. Любят не за внешность, любят за душу. А их души перепутать невозможно.

– Ой, Лера. – Вера заправляет выбившуюся прядь из прически за ухо. – Не меняйся. Ты настоящая принцесса. И как в компании такого отца, как твой, не растеряла нежность и не заразилась цинизмом?

– У меня иммунитет.

– Это правильно. Кстати, я же не просто так пришла. – Вера шкодливо улыбается. – Невеста, хочу обрадовать: вас похищают.

– Ой, нет. Нет, нет, нет. Верочка, пожалуйста, давай вот без этих глупых мероприятий, – я умоляю.

– Ну что за свадьба без похищения невесты, а?

– Очень хорошая. – Мы улыбаемся с Верой друг другу, а наши руки борются под столом. – Никаких конкурсов. Именно поэтому у нас нет ведущего или хуже того – тамады.

– Хорошая? Поэтому гости уже зевают?  – Вера указывает взглядом на одного из друзей Эрила. – Лер, не порть удовольствие отцу, он уже и выкуп за тебя придумал. Твоему супругу придется петь матерные частушки про новоиспеченную тещу. Не спал, три ночи сочинял.

Я не сдерживаю нервный смех.

– Ужас какой.

– Да смешно будет. Забавно.

– Глупо и стыдно.

Эрил, распевающий матерные частушки… В этот момент я думала, что ничего хуже быть не может.

– Идем-идем. – Женские пальцы впиваются в мою руку и тянут.

– Только обещай: без частушек! – Я не поднимаюсь со стула, не получив ответа.

– Сойдёмся на культурных, но про тёщу. – Вера выдергивает меня из-за стола.

Я делаю несколько шагов и ощущаю холодок между лопаток. В районе солнечного сплетения все сжимается в ком, наливается тяжестью – эти чувства мне знакомы. Так происходит каждый раз, когда брат-близнец Эрила смотрит на меня. Он словно обладает каким-то сверхъестественным даром ставить меня в неловкое положение и лишать последних капель самообладания.

– Пойдем быстрей. – Я вырываюсь вперед, подхватив подол свадебного платья. Несусь куда-то в темноту с единственной мыслью – быстрее пропасть из поля зрения Адама. Вдохнуть полной грудью ставшим прохладный вечерний воздух и усмирить взбесившееся сердце.

***

– Ну, все, жди здесь, – слова тети звучат как приказ.

– Ты меня оставишь одну?

Вера не нашла лучшего места, чем спрятать меня за шатром для обслуживающего персонала. Один из официантов принес нам раскладные кресла и бокалы с шампанским.

– Я не могу пропустить это зрелище. – Прижавшись к полотну палатки, Вера выглядывает из-за угла. – Ты посмотри, как твой супруг отплясывает.

– Может, пора вернуться? – Я ежусь от холода, оставляю фужер с ледяным напитком.

– Что ты?! Дай своему отцу оторваться, пусть поиздевается над зятем. Больше у него такой возможности не будет.

– Хорошо, еще пять минут, и я возвращаюсь.

– Договорились. – Вера целует меня в щеку. – Принесите невесте чай. – Ловит парня в форменной одежде официанта и скрывается в полумраке, оставляя меня одну.

– Спасибо, – я благодарю, принимая чашку с горячим чаем. От напитка поднимается приятный аромат трав. К своему удовольствию, отмечаю, что пытки Эрила завершились. Его горячие признания в любви, разносящиеся над поляной и, кажется, всем заповедным уголком, музыка и частушки смолкли, и я, как послушная невеста, ожидаю жениха в обозначенном мне месте.

– Вам принести еще чай? – интересуется официант, замечая, как я растираю ладони и согреваю обнаженные плечи, закутавшись в чью-то форменную куртку.

– Нет, спасибо. Надеюсь, жених не сбежал, не дождавшись первой брачной ночи, – я фыркаю смешливо, хотя внутри все сжимается от обиды. – Найду его сама. Спасибо. – Оставляю куртку на стуле и направляюсь к ярко освещенному пятачку.

Желтые тусклые пятна через каждые три-четыре метра указывают на изгибы и ответвления дорожек. Лампы здесь установили недавно, специально для празднества – оборотням не нужен дополнительный источник света, чтобы перемещаться в темноте.

– Ты решил заморозить меня и стать вдовцом в первый день супружества? – я возмущаюсь, замечая мужскую фигуру, идущую ко мне навстречу. – Эрил. – Ускоряя шаг – я замерзла, – попадаю в горячие объятия, на последнем шаге подворачивая ногу. – Как же хорошо. – Ныряю ладонями под полы пиджака. – Надеюсь, отец тебя не сильно замучил? – Запрокидываю голову и упираюсь подбородком в мужскую грудь, чтобы взглянуть любимому в глаза.

Боже!

Мое сердце начинает грохотать. Перед взором плывут светлые мушки.

Это не Эрил! Как я могла ошибиться? Как?!

Да десять минут назад я заверяла Веру, что узнаю своего мужчину. Что внешность – это не главное…

Над моей ошибкой Вера будет хохотать до колик в животе.

Почему же мне не смешно?!

– Пр… прости, – я выговариваю не с первого раза.

В карих глазах мужчины вспыхивают сверхъестественные желтоватые икры, углубляя резкие черты лица.

– Может, ты отпустишь меня? – От злости в его голосе мое тело сотрясает крупная дрожь.

Я должна была догадаться, когда не получила ответных объятий, что передо мной Адам. Должна!

Нет!

Я должна была догадаться об этом намного раньше!

– Извини. – Я чувствую, что шея и щеки полыхают. – Здесь темно. – Отшатываюсь. – И у меня плохое зрение, – не знаю как еще оправдать свою ошибку. – Извини, – шепчу сдавленно.

Грудная клетка мужчины вздымается, я слышу его дыхание. Редкое, словно он рывками заполняет легкие кислородом и задерживает его.

– Тебя ждет мой брат, Валер-р-рия, – человеческий голос смешивается со звериным рычанием.

Я набираюсь храбрости и произношу:

– Надеюсь, это недоразумение останется между нами, – то ли спрашиваю, то ли утверждаю.

– Не сомневайся, – получаю короткий, хлесткий ответ.

Почему Адам не уходит? Почему стоит и продолжает испепелять меня практически звериным взглядом. Он стряхивает оборот, дергает головой, отфыркиваясь и перетаптываясь на месте.

Господи, как же он зол!

Что он обо мне сейчас думает?.. Простая девочка урвала лакомый кусочек в виде состоятельного Эрила? Пусть лучше так, чем Адама посещают мысли, что мне нет никакой разницы, кого из братьев обнимать.

Я опускаю голову, не могу смотреть оборотню в глаза.

– Я хо… – Преодолеваю оцепенение, обрываю себя и спешу уйти, но оборачиваюсь и смело и громко спрашиваю: – Почему я тебе не нравлюсь, Адам?

Мужчина так и не сдвинулся с места, смотрел мне вслед.

– Скажи, почему? Мне не нужны деньги твоего брата, если ты думаешь об этом. Я просто его люблю. Он…

– Иди, Валерия! – звериный рык заставляет меня замолчать. – Просто… уйди, – говорит тише.

– Как скажешь.

Я промаргиваюсь, игнорируя дорожку, сокращаю путь. Тонкие каблуки моих туфель проваливаются в мягкую землю, и теперь точно на тонкой белой коже останутся зеленые следы от травы, но мне все равно. Я спешу быстрее очутиться в свете сотен праздничных огней. Огней, что зажгли сегодня в честь нашей с Эрилом свадьбы. Разве в такой знаменательный день я должна забивать голову чужой неприязнью? Нет, отвечаю сама себе. Этот вечер создан для веселья, для радости, нежности, улыбок. Он создан для счастья.

Набирая побольше воздуха в грудь, я ускоряю шаг.

Хватит думать о том, кто презирает меня по только ему известной причине!

– Лера! Лер, я тебя обыскался. – Эрил появляется из темноты. Я вскрикиваю от неожиданности и нервно хохочу. – Испугал? Прости. А ты что дрожишь? – Любимый подходит, пеленает меня в свои крепкие горячие объятия, а я натурально сгораю от стыда. Кожа полыхает, как при лихорадке, в горле сухость. – Я тебя согрею, – обещает. – Лера, – склоняется к моему лицу, – что он тебе сделал?

Случилось то, чего я боялась, Эрил почувствовал запах своего брата.

А если краткие объятия разрушат наши отношения?.. От это мысли мое тело скручивает нервным спазмом.

– Что произошло, Лера? – Эрил больше не обнимает меня, он удерживает за плечи и заглядывает в глаза.

Я не могу признаться в своей ошибке, но и соврать не могу. Оборотни тонко чувствуют ложь.

Нельзя врать. Нельзя, заверяю себя, ложь разрушит все, что я имею сейчас.

– Глупая история, – произношу как можно беззаботней. – Я возвращалась к тебе и столкнулась с Адамом, а потом просто подвернула ногу и повисла на его пиджаке.

Поверь мне, пожалуйста, поверь. Я не лгала, я… умолчала.

Мгновение растягивается на целую вечность.

– Мой брат точно не сделал тебе больно? – Эрил ждал ответа.

– Боже мой, нет. С чего такое предположение? Я оступилась. Сама, – слова такие вязкие. Какая-то часть меня сопротивляются этому разговору.

– Ты могла, я знаю. – Любимый подхватывает меня на руки. – Нога не сильно болит? – спрашивает ласково.

– Нет, я больше замерзла, – отвечаю слишком радостно.

Я не могу скрыть облегчения – Эрил не обижен!

– Тогда пришло время мне тебя похищать. – Мужчина лукаво улыбается.

– Эй, ты куда?

Он перехватывает меня удобней, крепче прижимает к себе.

– Как куда? В пещеру.  На празднестве уже прекрасно обходятся без нас. – Выглянув из-за мужского плеча я убедилась в словах любимого.

Папуля кружил маму по импровизированному танцполу, Вера нашла себе жертву и крепко оплетала шею оборотня, явно не намереваясь ее отпускать в ближайшие несколько часов.

– Теперь веришь?

– Верю.

– Тебя ждет сюрприз.

– М-м-м, – я протягиваю в предвкушении, игнорируя нервную дрожь и глупые мысли. – Что ты придумал?

Я уже вижу наш коттедж. Двухэтажный, но небольшой и уютный. К свадьбе Эрил позволил мне обставить комнаты по своему вкусу, помогал с выбором, таскал тяжеленные коробки, собирал мебель и не ворчал, когда я в десятый раз просила что-то переставить.

– Добро пожаловать, Валерия Лесман. – Любимый распахнул входную дверь и торжественно перенес меня через порог.

– Так непривычно, Лес-ман.

– Теперь только так. – Со мной на руках Эрил взбежал по лестнице. – Помоги открыть, – прошел в спальню.

Я повернула дверную ручку и ахнула, наша ванная комната превратилась в райский уголок. Пики белоснежной пены высоко возвышались над бортами ванны, в воздухе витал сладкий аромат клубники и слив. Огни множества свечей мерцали, будоража воображение.

– Давай, я помогу тебе раздеться.

Вместе со мной присаживается на край ванны. Первым делом снимает туфли и даёт ощутить прохладу лепестков, разбросанных на полу.

– Как ты в них ходишь?

Без каблуков я едва достаю Эрилу до уха, мне приходится задирать голову.

– Сама не знаю. – Я поворачиваюсь спиной и собираю волосы на одну сторону. Горячие пальцы проходят вдоль позвоночника, освобождая от тяжелого платья. – М-м-м, как же приятно. – Разминаю плечи.

– Я люблю тебя, Лера.

– И я тебя люблю, – отвечаю на автомате, совершенно неуместно вспоминая о встрече с Адамом.

Вот почему именно сейчас? Делаю вид, что хочу справиться с прической и трясу головой, на самом деле изгоняя образ хмурого мужского лица из моей головы.

– Эй, я украл тебя не для того, чтобы ты грустила. – Настойчивые губы прихватывают нежную кожу шеи. – Забирайся быстрей в горячую воду, ты дрожишь.

Я с удовольствием погружаюсь в тепло. Мужчина занимает место за моей спиной.

– И не надейся сегодня выспаться.

– И ты тоже. – Я разворачиваюсь к Эрилу лицом и располагаюсь на широкой мужской груди. – Надеюсь, завтра все пройдет хорошо.

– Не волнуйся, обряд Единения душ тебе понравится. Красивый, завораживающий. – Он приподнимает мой подбородок. – А сейчас мы узнаем, – обольстительно улыбается, – отличается ли первая брачная ночь от проведенных нами до этого. – Настойчиво целует мои губы.

Глава 3

Ожидание ночи тяготило. Я наблюдала из окна спальни за стаей. Кажется, не осталось никого, кто бы не принял участие к подготовлению обряда Единения душ.

Мужчины и женщины сновали туда-сюда перед окнами нашего дома. Я видела в их руках живые цветы, вязанки прутьев какого-то растения, ветви, коробки – я вытягивала шею, чтобы проследить за идущими.

На лицах оборотней читалось предвкушение, радость. Я так же радуюсь в преддверии Нового года. Атмосфера праздника пронизывает тебя без каких-либо посторонних усилий, ты просто чувствуешь её, чувствуешь волнение и ничем не объяснимое веселье.

Обряд для оборотней – настоящий праздник, а то, что происходило вчера, для нелюдей не имело значения.

– Отдохни, – голос Эрила отрывает меня от созерцания. – Нам предстоит еще одна бессонная ночь. – Он только-только поднялся с постели. – Я сейчас позавтракаю и пробегусь. – Растирает ладонью сонное лицо. – Зверь с ума сводит, требует свободы.

– А мне чем заняться? – Я спрыгиваю с подоконника. – Может, нужна помощь? Я ощущаю стыд, что не принимаю участия в приготовлениях.

– Это исключено. Хочу посмотреть в твои глаза, когда ты впервые увидишь поляну и алтарь.

– Звучит зловеще. – Я прижимаюсь к мужской груди щекой. – Алтарь.

– Жертвенный алтарь.

– Прекрати, я и так боюсь. – Легонько ударяю мужчину ладошкой в грудь.

– Не буду, – любимый фыркает. – Я в душ. Приготовь мне завтрак, не люблю гулять на пустой желудок.

***

– Хочешь, пробежимся вместе? – Эрил допивает чай и поднимается из-за стола. – Но предупреждаю сразу, к алтарю не поведу.

Я составляю грязную посуду в раковину, включаю воду.

– А если я очень попрошу?

Внутри я сгораю от желания увидеть священное место стаи. Что оно представляет собой? Моя фантазия рисует прямоугольный плоский камень с выбитыми на нем символами, что-то очень массивное и монументальное.

– Нет, Лер! – слышу крик со второго этажа. – И не проси! Не порть себе первое впечатление!

– Хорошо, – я ворчу себе под нос. – Эрил! – по привычке кричу, совершенно забыв, что меня услышат. – Подожди меня, я с тобой! Любимый? – Прислушиваюсь.

Равномерное постукивание когтей о деревянный настил пола вызывает в моей душе тревогу. Я видела вторую ипостась Эрила уже не один десяток раз и была свидетелем множества оборотов, но никак не могу привыкнуть к грозному виду хищного зверя.

– Подождешь? – я спрашиваю.

Зверь согласно кивает и наблюдает за мной.

– Идем. – Я снимаю фартук и поспешно надеваю удобные кеды. – Прошу. – В шутливом поклоне открываю перед волком дверь. – Куда идем? Туда? – Следую за Эрилом. – А я думала, мы пойдем в лес.

Мы неспешно прогуливаемся по тропинкам, делаем крюк по улочкам поселка. У дома Адама неосознанно ускоряю шаг – я не готова к встрече. Возможно, это трусливо и глупо, но не сегодня, хотя бы не сейчас.

– Замечательная погода. – Поднимаю лицо к солнцу. Яркие лучи слепят, мешают увидеть обезличенное жилье оборотня.

Наконец над головой смыкается молодая листва и я позволяю себе осмотреться.

– Беги. – Похлопываю зверя по жесткой шерсти на загривке.  – А я за тобой.

Волк одобрительно фыркает и переходит на бег. Его темная шкура мелькает среди невысоких кустарников, но вскоре я перестаю замечать движение, только изредка слышу треск ветвей или крики вспорхнувших птиц.

Я не захожу вглубь насаждений, прогуливаюсь вдоль кромки, впитывая тепло весеннего солнышка. То, что лес создан искусственно, видно невооруженным взглядом: ровные ряды деверев, кустарники около и под ними, многолетние травы – во всем есть порядок.

– Эрил, – я зову негромко. Если он не увлекся преследованием какой-нибудь дичи, должен меня услышать. – Эрил? – Остаюсь на месте.

Всматриваюсь, ожидая появления любимого с минуты на минуты, но так и остаюсь в одиночестве. Минут через двадцать для меня становится слишком жарко. Спонтанное и поспешное планирование свадьбы, бессонные ночи, проведенные перед экраном ноутбука в решении организационных вопросов, не прошли даром, я чувствую накопившуюся усталость и возвращаюсь домой.

***

Вопреки своим ожиданиям, желание просто прилечь и отдохнуть превращается в полноценный восьмичасовой сон. А спустя тридцать минут после пробуждения и сборов мы торопливо идем от дома в молчании. Не знаю, почему молчал Эрил, но в моей душе зародилась обида. Было же не сложно предупредить перед прогулкой, что он убегает надолго?..  Ведь так?

Полная луна прячется за низкими облаками. Любимый ведет меня уверенно, прекрасно ориентируясь.

– Стой. Платье за что-то зацепилось.

– Все в порядке. – Он помогает мне.

Приходится подобрать подол сарафана до колен.

В темноте слышатся тихие разговоры и шаги гостей нашей церемонии. В человеческом обличье или зверином, оборотни спешат разделить с нами радость.

– Почти пришли.

– Я вижу, – я отвечаю шепотом.

Сквозь тени деревьев появляются своеобразные указатели – невысокие толстые свечи обозначают нам путь.

– Как красиво, – я выдыхаю.

Теперь я понимаю, что чувствует мотылек, когда летит на яркий свет – невозможно сопротивляться, хочется приблизиться, рассмотреть. Я отпускаю руку любимого, меня, словно магнитом, притягивает к месту, где возвышается алтарь Богини.

Грубый каменный лик девы оплетен тонкими прутьями и украшен мелкими серебристыми цветами в свете мерцающих язычков желтого пламени.

Кажется, что поляна увешана гирляндами, но на самом деле это сотни свечей расставлены по земле или закреплены в металлических подсвечниках на ветвях деревьев. Я украдкой касаюсь лепестка серебристого цветка – живой! Настоящий! Глянцевая прохлада щекочет кончики пальцев.

– Тебе нравится? – шепотом спрашивает Эрил.

Здесь и сейчас нельзя говорить в полный голос.

– Безумно. – Я порывисто его обнимаю.

Мое сердце колотится в груди от переполняющего восторга.

– Это сказочное место, – я благодарно улыбаюсь членам стаи, до боли прикусывая нижнюю губу. Слезы восторга так и собираются в уголках глаз – Спасибо, – шепчу, всматриваясь в лица. Я наталкиваюсь на колючий взгляд Адама и заставляю себя произнести «спасибо» и ему. Мужчина едва уловимо кивает в ответ.

– Полной луны, стая, —заговаривает Альфа, выждав, когда все соберутся.

Мужские и женские голоса отвечают своему главе:

– Полной луны!

– Полной луны, – и я повторяю вполголоса.

– Сегодня, в полнолуние, – Альфа развернулся лицом к каменному лику и яркому желтому светилу в небе, – мы собрались, чтобы объединить две судьбы в одну.  Соединить жизни и попросить Богиню о скорейшем потомстве. Я обращаюсь к тебе, Селена, – голос оборотня наполняет магическая вибрация.

Дальше я не понимаю ни слова, но продолжаю жадно слушать, будто от этих непонятных слов зависит моя дальнейшая судьба.

Казалось, что пламя свечей танцует под тихий вибрирующий напев. Я боюсь дышать и лишь смотрю на грубоватые черты лица Богини, высеченные в камне.

– Две жизни, – громко произносит Альфа, и я вздрагиваю, – одна судьба! – Оборотень торжественно возводит руки к небу и замолкает.

За время обряда желтый диск светила налился оранжевым. Луна сверхъестественно заполыхала, будто подтверждая, что Богиня услышала просьбу, а я не могу отвести от нее взгляд, ощущаю невыносимую боль. Она жжет в груди, разливается по венам, вынуждая хватать ртом прохладный ночной воздух.

Отчего так больно?! Просто невыносимо.

– Лера. – Я почувствовала прикосновение к лицу. – С тобой все в порядке?

– Что?

– С тобой все в порядке?

– Да, – я ответила, фокусируя взгляд на мужском лице. – Это мне? – спросила и склонила голову.

Любимый возложил на голову венок из тонких прутьев и цветов, подобных тем, что украшали статую Богини.

– А это нормально, что у меня вот здесь горит? – Я указываю ладонью на сердце, отчетливо ощущая его удары.

– Ты переволновалась.

– Нет, это не волнение…

– Тише, – перебивает меня Эрил, – все хорошо. Ты же мне веришь? – спрашивает, глядя в глаза.

– Да, – я отвечаю одними губами, а боль продолжает съедать меня. Скручивает плечи, вынуждая ссутулиться.

– Сегодня я бы хотел не только разделить с тобой свою жизнь, и не только представить тебя Селене, – Эрил обращается ко мне. – Но и заявить о том, что ты моя.

Я непонимающе улыбаюсь.

– Обменяться метками. Чтобы каждый оборотень нашей или чужой стаи, да любой другой нелюдь, знал: ты, Валерия, принадлежишь мне. Я буду любить тебя вечно. – Мужчина бережно обхватывает мое лицо ладонями. – Ты согласна?

– Согласна.

Мой ответ заглушает звериное рычание. Такое злое и отчаянное, что я вырываюсь из мужских объятий, в страхе осматриваясь и пятясь.

Огромный зверь беснуется. Он топчет землю, вспахивает ее мощными лапами, не мигая смотрит на меня.

– Адам? – губы сами произносят имя.

Зверь вскидывает крупную голову к небу, разрывая наступившую тишину душераздирающим воем. Волк бросается на меня, делает несколько крупных прыжков и резко меняет направление, теряясь в темноте.

За ним следуют еще трое, кто-то оборачивается прямо на поляне, оставляя после себя разбросанные клочья одежды, и спешит за собратьями в темноту.

Вой заражает меня страхом, обидой, невыносимой тоской. Я инстинктивно ищу защиты, стискиваю горячую ладонь Эрила, стараясь совладать с эмоциями.

Тепло любимого – вот что мне сейчас нужно.

– Что случилось? Куда убежал твой брат? –  спрашиваю я. – Он злится? Он злится на меня? – говорю тише.

– Я не знаю, – отвечает Эрил, – но утром поговорю с Адамом.

Я вновь вздрагиваю от протяжного завывания в несколько голосов, приносимого порывами ветра.

Красивое место тускнеет, теряет свое очарование, мне больше не хочется находиться здесь. Не хочется быть в центре внимания, под прицелом нескольких десятков взглядов.

На меня смотрят слишком пристально, будто всё знают истинную причину произошедшего. Я замечаю осуждение, непонимание, сопереживание.

– Думаю, пришло время поздравлений, – голос Альфы разносится над поляной. – Или вы хотите продолжить обмен метками? – вопрос звучит только для нас.

– Нет, – отказывается Эрил, – мой брат испортил идеальный момент. Не хочу, чтобы в памяти Леры такое важное событие ассоциировалось с выходкой Адама.

Я смотрю на лицо любимого, за беспокойством обо мне он скрывает злость.

– Разумное решение. – Альфа первый вручает нам своеобразный букет – причудливо скрученные и переплетены с головками серебристых цветков прутики.

– Символические дары, – Иван поясняет для меня. – Все эти узлы символизируют вашу связь. Цветы скрепляют ее. Не бойся, Валерия, ничего магического. Лишь традиция одарить пару, разделившую одну жизнь на двоих, красивой вещицей.

– Спасибо. – Я с благодарностью принимаю подарок.

Гости обряда тянутся вслед за своим главой, в моих руках все больше и больше цветов. Часть я передала Эрилу, не смея положить их на землю.

– Оставь, – просит Эрил, когда мы остаёмся одни.

Свечи прогорают, чадя у каменного лика, луна окончательно скрывается за облаками, погружая Богиню в мистический полумрак.

– Но как же?.. – Я старательно укладываю букеты на своем предплечье. Их так много, что невозможно просто унести в руках.

– Это всего лишь растения. Трава.

– Это не просто растения, а труд и потраченное время каждого, кто нам их подарил. Я не могу просто взять и выкинуть их. Помоги, пожалуйста, одной мне не донести, – стараюсь сгладить свой выпад. Любимый молчит. – Прости, я действительно перенервничала.

Не хватало еще нам поссориться.

На хмуром мужском лице разглаживаются морщины.

– Было из-за чего. Сильно испугалась? – поинтересовался заботливо Эрил.

– Нет, наверное. Я не могла понять, что случилось. Даже не заметила, когда Адам обратился. Всё случилось так неожиданно. Оп – и волк несется на меня.

– Я помогу. – Любимый из мои рук забирает больше половины букетов и крепко обнимает меня за талию.

Разговор о брате ему неприятен, это чувствуете в тоне, в том, как Эрил шумно набирает воздух в лёгкие, а потом медленно выдыхает, словно передумав чем-то поделиться.

И по дороге домой я стараюсь не затрагивать щекотливую тему, расспрашиваю про обычаи стаи, про обитателей поселка. Теперь мне предстоит жить здесь, а я ещё толком ни с кем не знакома.

Со времени нашей первой встречи с Эрилом невероятные события закружили нас. Я до сих пор нахожусь в состоянии шока.

Оказалось, что жизнь оборотней ничем не отличается от людской. Они работают, учатся, находят себе любимое занятие, проводят свободное время с друзьями, готовят, убирают – делают всё то же самое, что и мы.

– Предлагаю не торопиться с выходом на работу, Лер. – Мы бредем через лес. – Теперь у тебя предостаточно времени, чтобы найти себе занятие по душе, да и больше нет нужды тебе горбатиться на чужого дядю.

– Наверное, – отвечаю я. О месте официанта в одном из ресторанов нашего города я точно не буду жалеть. – Мне до сих пор кажется, что ты шутишь и это какой-то розыгрыш с вечной жизнью.

Каждый оборотень может разделить свою вечную жизнь с кем-то, одарить продолжительной жизнью любимого или просто дорого себе человека. Даже не верится, что все так просто: несколько слов, алтарь, полная луна, и я больше не буду стареть.

Любимый громко хмыкает, крепче притягивая меня к своему боку.

– Я буду часто отсутствовать, разумней тебе найти занятие в пределах стаи, – даёт мне совет. – Я попрошу Альфу, чтобы он подобрал тебе местечко в нашей компании. Ты как? – Я неопределенно жму плечами. Для того чтобы понять, как круто изменилась жизнь, мне нужно больше времени, чем несколько дней. – Думай. А я завтра же поговорю с Адамом, – Эрил сам возвращается к неприятной ему теме. – Нужно убедиться, что он больше не сорвется.

– Да ничего страшного не произошло. Он просто ушел, убежал, – я поправляюсь.

– Это ты так думаешь, – любимый говорит порывисто. – И мы достаточно поработали с ним вместе. Устали. Пора отдохнуть друг от друга. – Я не вижу мужского лица, но думаю, мне было бы неприятно на него сейчас смотреть.

– А если я попрошу не ходить к Адаму, ты прислушаешься ко мне? Он же твой старший брат. Я не хочу быть причиной ваших размолвок, – озвучиваю свой страх.

– Поверь, причины появились уже задолго до твоего знакомства.

– Но…

– Лер, давай не будем. Я достаточно взрослый, чтобы самостоятельно принимать решения.

Возможно, я еще пожалею о своей задумке, но мне необходимо помирить братьев. Сколько случаев, когда перестают общаться и становятся заклятыми врагами родители и их выросшие дети, братья и сестры – с появлением в жизни кого-то из них любимого человека? Слишком много.

Глава 4

После разговора с братом Эрил вернулся хмурым и молчаливым. Я боролась с желанием расспросить, но ждала, когда любимый сам захочет обсудить.

– Ты не против, если я приглашу гостей? – Я присела на уголок письменного стола. – Я бы хотела завести новых знакомых.

– Не против. – Мужские пальцы шустро бегали по кнопкам ноутбука.

– А ты поможешь со списком приглашенных?

– Лер, давай через час, – буркнул мужчина, не отвлекаясь от экрана.

– Хорошо. Через час. – Я поднялась на ноги.

Эрил шумно выдохнул и откинулся на спинку кресла.

– Ты обиделась?

– Нет.

– Ты же помнишь, что я чувствую ложь. – Он оттолкнулся пятками и развернул стул. – Иди ко мне. – Похлопал по коленям. – Разговор с Адамом получился не совсем таким, как я себе представлял, – признался.

– Вы опять поругались? – спросила я, обвивая мужскую шею руками.

– Нет, но и не пришли к согласию, – фыркнул Эрил. – Теперь братец добавил мне проблем. Но я справлюсь, – произнес с насмешкой. – Так что за ужин? Кого ты хочешь пригласить?

– Твоих друзей.

– Хорошо, я приглашу. Завтра?

– А это уместно? У всех, наверное, распланированы вечера? Может, ближе к выходным?

– Уместно. – Эрил мимолетно поцеловал меня в губы и подтолкнул ладонями под попу, намекая, что ему пора возвращаться к работе. – Они же друзья, значит, придут. Да и с тобой многие хотят познакомиться поближе. Истинность – нечастое событие у оборотней.

– А что приготовить? – Я не спешила освобождать мужские колени.

– Что пожелаешь, лишь бы было много мяса.

– Поняла. – Я мысленно переключилась на знакомые мне рецепты мясных блюд, гадая, что же больше придется по вкусу оборотням. – А как вы относитесь к специям?

– Нормально, Лер. – Эрил нетерпеливо подхватил меня и поставил на ноги. – Что приготовишь, то и съедят. Обдумай сама меню, мне не до этого.

Я медленно брела к двери.

– А…

– Ну что?

– Ты бы не хотел пригласить своего брата?

Вопросительный взгляд любимого налился тяжестью.

– Не хотел. Если хочешь, сама его пригласи. Его-то ты знаешь. – Мужчина взял в руки бумаги и сосредоточился на них.

– Хорошо. Приглашу.

Пусть любимый и делает вид, что ссора с братом его не трогает, но я же вижу обратное. До нашего знакомства братья Лесман были неразлучны, и мне нужно доказать им, что ничего не изменилось. Доказать, что я не против их общения.

Мой план примирения был до безобразия прост: вкусная еда, приятная компания, веселье. Что еще нужно?

Осталось лишь набраться храбрости и встретиться с Адамом лицом к лицу.

***

– Я вернусь вечером. – С ноутбуком и папками в руках Эрил вышел из кабинета, застав меня за планированием меню в гостиной.

– Буду ждать. – Я отвлеклась от списка. – Все хорошо?! – крикнула вдогонку.

– Да. – Входная дверь хлопнула, а спустя пару мгновений распахнулась. – Прости. – Любимый поспешно вернулся и поцеловал меня. – Я еще не привык к тому, что ты у меня есть. Ты не в обиде? – Я отрицательно покрутила головой. – Правда, я скоро научусь планировать свой день, и в нем будет больше времени для нас двоих. Но сейчас тот момент, что я не могу упустить. Для меня это важно, – последние две фразы он прошептал, словно опасаясь, что его услышат. – Очень важно.

– Я понимаю.

– Умница моя. – Я приняла второй поцелуй. – Мне повезло с тобой.

– А мне с тобой. До вечера. – Я проводила мужчину до крыльца.

– Лер. – Он распахнул дверь автомобиля. – Не дожидайся меня, ложись спать. Могу задержаться. Про ужин помню, обязательно всех обзвоню и утром купим все, что нужно, договорились? – спросил, занимая водительское сиденье.

– Да.

– И не забудь пригласить Адама.

Автомобиль сорвался с места, Эрил взмахнул на прощанье ладонью.

Я была права! Я радостно захлопала в ладоши, прикусив губу. Его тяготила ссора с братом.

А что терять время зря? Приглашу Адама прямо сейчас. Я выглянула из-за дома: внедорожник оборотня стоял у ворот гаража.

Думать об идее оказалось намного проще, чем ее исполнить. Чем ближе я подходила к дому Адама, тем сильнее сердце набирало ход, и как я ни пыталась успокоиться, мне это не удавалось.

Я выдержу тяжелый взгляд, возможно, колкость или грубость со стороны Адама, все это стоит задуманного.

Под моими ногами хрустели мелкие камушки, я нервно заправила волосы за уши и постучала в дверь. От волнения хотелось все время перебирать пальцами поясок летнего платья.

– Адам, – позвала спустя секунд двадцать и вновь постучала.

Сердце только-только успокоилось, но вот оно опять пустилось вскачь, щеки запылали и дышать стало невыносимо трудно. К моему прерывистому дыханию присоединилось чужое – не такое сбивчивое и шумное, но я его слышала. Слышала за своей спиной.

– Давно ты тут стоишь? – слова вырвались сами, стоило мне обернуться.

Адам находился в трех-четырех шагах от меня. Его взгляд был сосредоточен на тряпице в руках, которой он старательно оттирал жирные пятна с пальцев:

– Ты что-то хотела, Валерия? – спросил оборотень.

– Да. – Невыносимо хотелось увеличить расстояние между нами.

Мужчина взглянул на меня исподлобья:

– Я слушаю. – Он опустил руки вдоль тела, крепко их сжав в кулаки.

– Я… то есть мы приглашаем тебя на ужин.

Почему же так сложно находиться рядом с Адамом? Одним своим присутствием он делает воздух тяжелее и гуще. Энергетика оборотня заставляет теряться меня в собственных мыслях, нервничать еще больше, чувствовать себя полной глупышкой.

– Я сегодня занят, извини. Планы перенести невозможно, встреча обговаривалась за несколько недель, – голос ровный без каких-либо эмоций.

Слушая нелепые оправдания, я сосредоточила взгляд на круглом масляном пятне на футболке мужчины, прямо в центре солнечного сплетения.

– Это замечательно.

– Почему же? – сейчас оборотень не скрывал удивления.

– Ужин назначен на завтра. Будет много мяса по моему фирменному рецепту. Придут друзья Эрила, они и твои, наверное, тоже. Я еще мало с кем тут знакома. Да и брат будет рад тебя видеть, – я привела последний аргумент из имеющихся.

Не тащить же мне его силой?..

– Брат так и сказал?  Он будет рад меня видеть? – Я уловила сарказм в словах.

– Да. Отказ не принимается. – Я осмелилась взглянуть мужчине прямо в глаза. Обволакивающа чернота сразу завладела мной – какое неправильное и пугающее чувство. – До завтра.

Никогда я еще не готовилась к принятию гостей с такой тщательностью. Все началось с уборки ранним утром, продолжилось пробежкой по супермаркету и закончилось приготовлением блюд.

– Лер, хватит метаться. – Любимый наблюдал за мной с ироничной улыбкой.

– Да-да. – Я раскладывала приборы на белой скатерти. – Еще пять минут.

– Лер-р-ра, все отлично. – Эрил поймал меня за руку и дернул на себя.

Я неуклюже упала в мужские объятия и расхохоталась.

– Дай мне разложить салфетки. – Моя попытка встать была провалена.

– Оборотни вытираются рукавом.

– Не говори глупости, – продолжала смеяться.

– Честное слово. – Эрил округлил глаза. – Или вылизывают друг друга. – Он тянул ко мне лицо, желая продемонстрировать правдивость своих слов.

– Прекрати. – Я выставила руки и зажмурила глаза. – Ну, хватит, – хохотала, уворачиваясь и ерзая на коленях.

– Вот и я тебе говорю: прекрати носиться из кухни в гостиную и обратно. Могли обойтись мясом, жаренным на костре.

– А почему ты мне раньше об этом не сказал? – Я бросила уставший взгляд на стол. Салаты, холодные мясные закуски, овощи, горячее еще томилось в духовке, а в холодильнике спрятаны сладости.

– Не знаю, – Эрил пожал плечами растерянно. – Ты не спрашивала.

– Да я шучу. Мне хотелось приготовить самой. А этого хватит на девятерых?

– Вполне. Не волнуйся.

– Отлично. – Мне удалось вырваться из плена объятий. – Я – приводить себя в порядок, выключи мясо, как сработает таймер. – Хотелось резво взбежать по ступеням, но после четырехчасового марафона у плиты, ноги отказывались мне подчиняться.

***

Друзья любимого пришли к назначенному времени, и Эрил был прав: они нашли время, и никто не отказался от приглашения.

– Проходите к столу, – он жестом указал пройти в гостиную. – Лера очень хотела вас удивить. Мое чудо. – Склонился и легонько поцеловал меня. – Кто забудет похвалить еду моей женщины, тот… – Сложил руку в кулак и шутливо потряс им в воздухе. – Только Миа может не бояться, я девчонок не бью.

Миа, девушка Шора, одного из друзей любимого, театрально закатила глаза.

– Я тебе не соперник, – произнесла она с превосходством, присаживаясь. – Помнится, кто-то проиграл мне в схватке, или это был твой брат?

Я рассмеялась в ответ на шутку и сразу пожалела об этом.

– Не вижу ничего смешного, – огрызнулся любимый, бросая недовольный взгляд.

– Прости, я подумала, что это ваша с Мией шутка. – Присутствующие на миг затихли. – Я принесу горячее, – я заполнила неловкое молчание фразой. – Мне не нужна помощь, спасибо, – жестом остановила девушку. – Скоро вернусь.

Я прошла в кухню, прижалась бедром к торцу столешницы.  Что за муха укусила любимого?.. Я невольно задела его за больное?

В гостиной разговаривали. За шумом переставляемых стульев я не разобрала ни слова, но мне казалось, что Эрил спорит с кем-то, обороняется словесно – оправдывается.

Обязательно поговорю с ним после ужина, не хочу ссориться. Возможно, за его резкостью скрывается неприятная история.

Тон разговора за стеной сменился с напряженного на доброжелательный – пришло время выносить телятину.

– Аккуратно, горячо. – Я шла медленно, удерживая в руках тяжелое блюдо, наполненное кусками жареного мяса.

– Ну разве так можно? – Один из друзей Эрила подскочил с места и перехватил горячую посудину. – Такие тяжести для человеческой девочки. – Он осуждающе покачал головой. – Не нужно стесняться просить помощи. Для нас это ерунда.

– Спасибо, Сергей, – ответила, гадая правильно ли я запомнила имя.

– Не за что. – Оборотень ловко устроил блюдо на столе и занял прежнее место. – Пахнет отлично.

– Спасибо, всем приятного аппетита. – Я мысленно проверила, все ли вынесла к столу. – Семеро одного не ждут.

Место Адама пустовало.

– Мы еще кого-то ждем?  – поинтересовалась Миа, проследив за моим взглядом.

– Я пригласила Адама.

Мои слова в очередной раз заставили гостей замолчать.

– Что-то не так? – Я перевела взгляд с Сергея на Мию. – Наверное, он задерживается? – высказала предположение вслух.

– Он не придёт, – произнёс Эрил. – Прости, забыл тебя предупредить. – Любимый поднялся со своего места и собрал лишние приборы.

– А когда он тебе звонил? Еще вчера Адам был свободен.

К нашему разговору прислушивались все собравшиеся за столом.

– Он мне и не звонил, это Альфа сообщил утром, когда переложил на меня обязанности Беты. – Эрил вернулся из кухни.

– У твоего брата что-то случилось? – забеспокоилась я.

– Лер, я же сказал, что не разговаривал с Адамом. – Любимый занял место рядом и поинтересовался: – Тебе сколько кусков мяса?

– Один, пожалуйста, – я ответила.

– Я слышала Адам покинул стаю на неопределенный срок, – Миа первая нарушила неловкую тишину. Она произнесла фразу осторожно, словно сомневаясь, стоит ей говорить.

– Что значит на неопределенный срок? – спросила я, совершенно ничего не понимая. Я же вчера с ним разговаривала, и он ни словом не обмолвился о поездке.

Девушка пожала плечами.

– Какие-то дела стаи.

– Ну да. – Я принялась разделывать мясо на маленькие кусочки.

Надеюсь, причина отъезда не в моем настойчивом желании помирить братьев… Предположила и сразу одернула себя за глупые мысли. Кто я такая, чтобы стать виновницей отъезда взрослого мужчины?..

– Поверьте, телятина – просто объединение, – любимый вмешался в наш с Мией разговор.

– Сейчас и я попробую. – Мужчины принялись споро наполнять свои тарелки мясом.

– Отличное.

– Очень вкусно.

Я вертела головой, слушая комплименты.

– Передай соус, – попросил Сергей.

– Так как вы познакомились? – спросила непринужденно волчица.

Я отогнала неприятные мысли. Еще будет множество моментов наладить отношения с братом любимого.

– Довольно банально, – начала рассказ, – но все равно романтично. Я встретила Эрила на работе. Он заехал на обед и сел за столик, который я обслуживала. Он так внимательно на меня смотрел. Помню, как меня зазнобило в его присутствии, представляете?

– Ого, – выдохнула Миа, перебивая, – вот это случайность.  Какова вероятность встретить свою пару, заехав в кафе перекусить? М-м-м? Буду чаще ходить по местам общепита.

– Ты не забыла, что я тоже тут? – недовольный голос Шора прервал рассуждения девушки.

– Так и быть, я и тебя с собой возьму, – фыркнула волчица.  – А дальше? – обратилась ко мне.

– На следующий день любимый приехал еще раз и впервые заговорил со мной, пригласил на ужин. А дальше мы уже не расставались.

Глава 5

Адам

***

– Объявляю вас мужем и женой.

Звучит как очередной приговор, как еще одна причина, отдаляющая меня от желанной женщины. От женщины, от которой я отказался по собственной воле.

Валерия… это последний раз, когда я позволяю рассматривать тебя.

И сколько было этих клятв? Сто? Тысяча? Я всегда нарушал их.

Невероятно красивая в белом платье, смущенная, радостная… и не моя.

Я стараюсь не думать об этом, уговариваю себя, что это единственно правильный выход. Другого просто нет!

А еще стараюсь не прислушиваться к словам, что говорит девушка, каждое признание в любви, каждое теплое слово моему брату тянет из меня жизнь, заставляет зверя скулить, а человека сдерживать злость и отчаянное рычание.

Еще не поздно уйти – гости поздравляют пару, а я не могу заставить себя сдвинуться места. Кажется, сделаю шаг и не смогу остановиться.

Никогда не думал, что чья-то радость может принести столько нестерпимой боли. Ощущаемой физически. И с ней не справятся регенерация оборотня, отвары или обезболивающие препараты. Выход только один – перестать что-то чувствовать. Вырвать себе сердце – я с силой растираю грудь, в надежде хоть немного усмирить жжение, но знаю, что это не поможет. Ничего не поможет. Я обречен смотреть на счастье со стороны, никогда его не попробовав на вкус.

– Ты не пойдешь? – Шор легко толкает меня в плечо, на что я реагирую резким движением.

– Потом, – отвечаю, продолжая смотреть на нее.

«Если хватит сил», – добавляю про себя. А зверь продолжает тащить, выкручивать мышцы, тянуть жилы и так даже лучше, так душевная боль хоть немного утихает под натиском физической.

– Поздравляю, – произношу, словно выныривая из-под толщи воды. Как я оказался у небольшой сцены? Я не знаю. В этот момент мной руководил волк. – Я не знаю, что еще говорят в таких случаях, – выдыхаю, избавляюсь от ее запаха в своих легких.

Эрил треплет меня за плечо, искренне улыбается, и у меня даже получается улыбнуться в ответ.

– Обычно желают счастья. – Валерия смотрит, распахнув красивые зеленые глаза. – Детишек. – В ее взгляде читается желание разговорить меня, найти точки соприкосновения, но их не будет.

Это я обещал себе. Это я обещал брату.

А девушка заливается краской, смущенно отводит взгляд, извиняется.

Как же все по-идиотски!

За что вы со мной так, боги?..

– Поздравляю, Валерия, – ее имя даже произносить больно.

– Спасибо. – Она оживает, улыбается, раскрывает объятия. – Я всегда мечтала о старшем брате.

Происходящее – не хуже пытки. А изощренность этой пытки в том, что я сам на нее согласился, что я сам готов получить огромную порцию боли взамен пары слов или взгляда.

Я уверял себя, что свыкнусь, смирюсь, научусь жить рядом с Лерой и довольствоваться осознанием ее счастья и безопасности, но… это ложь. Я буду хотеть большего. Всегда.

– Да, теперь я и твой брат, Валерия.

«Брат!» – повторяю для себя.

Брат!

Старший брат!

А братья не желают своих сестер. Не хотят коснуться их. Не хотят прижать к своей груди, считать удары сердца. Не хотят обхватить красивое лицо ладонями и целовать…

Ничего этого не будет! Я сдергиваю душивший меня галстук, торопливо покидаю молодоженов, чтобы перевести дух. Успокоить зверя. Какая-то пара часов, и я смогу покинуть праздник. Наполнить легкие свежим воздухом без примеси мягкого аромата ее кожи.

Я и место выбираю так, чтобы оказаться спиной к центральному праздничному столу.

Да мне и не нужно видеть Леру, я чувствую её настроение, как свое. Испуг, волнение, радость, желание, трепет – всё это переживаю вместе с ней.

– Эй. – Брат хлопает меня по плечу. Я так сосредоточился на чужих эмоциях, что не заметил приближение Эрила. – Как ты?

– Прекрасно. – Подталкиваю тарелку с закусками. – Попробуй. Вкусно.

– Я не о еде. – Брат садится напротив. – Ты же понимаешь.

– Я в норме, – отвечаю как можно сдержанней. – Возвращайся к супруге.

– Она болтает со своей теткой. Я сейчас там не нужен. Адам, ты поговорил с Альфой? Он готов выслушать мое предложение. – Эрил склоняется ближе и продолжает на грани слышимости: – Ещё немного, и наша стая превратится…

– Слушай. – Я резко подаюсь вперед. – Вернись к паре. У неё сегодня праздник, Эрил. У тебя праздник, забудь хотя бы на этот вечер о своих амбициях, – последние слова произношу со злостью.

Брат откидывается на спинку стула, окидывает меня оценивающим взглядом – он всегда так делает, когда думает, что знает мои мысли.

– Я понял, ты сейчас думаешь, что смог бы сделать ее счастливей, ведь так?

Как же мне хочется стереть с губ брата едкую ухмылку.

– Ты слишком много думаешь о том, что тебя не касается. – Встаю и упираюсь ладонями в столешницу. – Спасибо за приглашение. Подарок за мной.

Хватит.

– Не забывай, завтра Альфа совершит обряд Единения, – долетает мне в спину.

– Ты ходишь по грани, младший, – называю брата не по имени, указывая его место.

Хочу уйти, но у меня не получается. Я не могу не воспользоваться шансом наблюдать за Лерой, наслаждаться ей, не вызывая у окружающих подозрения. Держусь в тени, слушаю ее голос и звонкий смех, напитываюсь им. Нет, я не обманываю себя. Не представляю, что ее счастье предназначено для меня, не фантазирую, что могло бы быть по-другому, – довольствуюсь своей ролью.

Но лучше бы я покинул праздник