Божественная комедия
![Божественная комедия](/uploads/cover/large/41038.jpg)
© ООО «Издательство «Э», 2017
Ад
Песня первая
Поэт рассказывает, что, заблудившись в темном, дремучем лесу и встречая разные препятствия для достижения вершины горы, он настигнут был Вергилием. Последний обещался показать ему муки грешников в Аду и Чистилище и сказал, что потом Беатриче покажет поэту Райскую обитель. Поэт последовал за Вергилием.
- 1 Когда-то я в годину зрелых лет
- В дремучий лес зашел и заблудился.
- Потерян был прямой и верный след…
- 4 Нет слов таких, чтоб ими я решился
- Лес мрачный и угрюмый описать,
- Где стыл мой мозг и ужас тайный длился:
- 7 Так даже смерть не может устрашать…
- Но в том лесу, зловещей тьмой одетом,
- Средь ужасов обрел я благодать.
- 10 Попал я в чащу дикую; нигде там
- Я не нашел, объят каким-то сном,
- Знакомого пути по всем приметам.
- 13 Пустыня предо мной была кругом,
- Где ужасом невольным сердце сжалось.
- Я увидал перед собой потом
- 16 Подножие горы. Она являлась
- В лучах светила радостного дня
- И светом солнца сверху позлащалась,
- 19 Прогнавшим страх невольный от меня.
- В душе моей изгладилось смущенье,
- Как гибнет тьма от яркого огня.
- 22 Как выброшенный на берег в крушенье
- В борьбе с волной измученный пловец
- Глядит назад, где море в исступленье
- 25 Ему сулит мучительный конец;
- Так точно озирался я пугливо,
- Как робкий, утомившийся беглец,
- 28 Чтоб еще раз на страшный путь тоскливо,
- Переводя дыхание, взглянуть:
- Доныне умирало все, что живо,
- 31 Свершая тот непроходимый путь.
- Лишившись сил, как труп, в изнеможенье
- Я опустился тихо отдохнуть,
- 34 Но снова, переселив утомленье,
- Направил шаг вперед по крутизне,
- Все выше, выше каждое мгновенье.
- 37 Я шел вперед, и вдруг навстречу мне
- Явился барс, покрытый пестрой кожей
- И с пятнами на выгнутой спине.
- 40 Я, как врасплох застигнутый прохожий,
- Смотрю: с меня он не спускает глаз
- С решимостью, на вызов мне похожей,
- 43 И заграждает путь, на нем ложась,
- Так что я думать стал об отступленье.
- На небе утро было в этот час.
- 46 Земля очнулась после пробужденья,
- И плыло солнце в небе голубом,
- То солнце, что во дни миротворенья
- 49 Зажглось впервые, встречено кругом
- Сияньем звезд, с их ясным, кротким светом…
- Ободренный веселым, светлым днем,
- 52 Румяным и торжественным рассветом,
- Я выносил без страха барса гнев,
- Но новый ужас ждал меня при этом:
- 55 Передо мной вдруг очутился лев.
- Назад закинув голову, он гордо
- Шел на меня: стоял я, присмирев.
- 58 Смотрел в глаза так алчно он и твердо,
- Что я как лист затрепетал тогда;
- Гляжу: за ним видна волчицы морда.
- 61 Она была до ужаса худа:
- Ненасытимой жадностью, казалось,
- Волчица подавляема всегда.
- 64 Уже не раз перед людьми являлась
- Она, как гибель их… В меня она
- Чудовищными взглядами впивалась,
- 67 И стала вновь отчаянья полна
- Моя душа. Исчезла та отвага,
- Которая вести была должна
- 70 Меня на верх горы. Как жадный скряга
- Рыдает, потерявши капитал,
- В котором видел счастье, жизни благо,
- 73 Так перед диким зверем я рыдал,
- Путь пройденный теряя шаг за шагом,
- И снова вниз по крутизне сбегал
- 76 К тем безднам и зияющим оврагам,
- Где блеска солнца видеть уж нельзя
- И ночь темна под вечным, черным флагом.
- 79 С стремнины на стремнину вниз скользя,
- Я человека встретил той порою.
- Безмолвие собой изобразя,
- 82 Он словно так был приучен судьбою
- К молчанию, что голос потерял,
- Увидя незнакомца пред собою.
- 85 В пустыне мертвой громко я воззвал:
- «Кто б ни был ты – живой иль привиденье,
- Спаси меня!» И призрак отвечал:
- 88 «Когда-то был живое я творенье;
- Теперь перед тобой стоит мертвец.
- Я в Мантуе рожден в одном селенье;
- 91 В Ломбардии жил прежде мой отец.
- Жизнь начал я при Юлии и в Риме
- В век Августа жил долго, наконец,
- 94 Когда богами ложными своими
- Считали люди идолов. Тогда
- Я был поэт, писал стихи, и ими
- 97 Энея воспевал и те года,
- Когда распались стены Илиона…
- А ты зачем стремишься вниз сюда,
- 100 В обитель скорби, скрежета и стона?
- Зачем с пути к жилищу вечных благ
- Под благодатным блеском небосклона
- 103 Стремишься к тьме неудержимо так?
- Иди вперед и не щади усилий!»
- И, покраснев, ему я сделал знак
- 106 И вопросил: «Ужели ты Вергилий,
- Поэтов всех величие и свет?
- Пусть о моем восторге и о силе
- 109 Моей любви к тебе, святой поэт,
- Расскажет слабый труд мой и творенья
- И то, что изучал я много лет
- 112 Великие твои произведенья{1}.
- Смотри: я перед зверем трепещу,
- Все жилы напряглись. Ищу спасенья,
- 115 Певец, твоей я помощи ищу».
- «Ты должен поискать пути иного,
- И этот путь я указать хочу».
- 118 Услышал я из уст поэта слово:
- «Знай, страшный зверь-чудовище давно
- Путь этот заграждает всем сурово
- 121 И губит, и терзает всех равно.
- Чудовище так жадно и жестоко,
- Что вечно не насытится оно
- 124 И жертвы рвет в одно мгновенье ока.
- К нему на смерть несчетное число
- Творений жалких сходит издалёка, —
- 127 И долго будет жить такое зло,
- Пока Пес Ловчий{2} с зверем не сразится,
- Чтобы вредить уж больше не могло
- 130 Чудовище. Пес Ловчий возгордится
- Не жалким властолюбием, но в нем
- И мудрость, и величье отразится,
- 133 И родиной его мы назовем
- Страну от Фельтро и до Фельтро{3}. Силы
- Италии он посвятит; мы ждем,
- 136 Что с ним опять воспрянет из могилы
- Италия, где прежде кровь лилась,
- Кровь девственной, воинственной Камиллы,
- 139 Где Турн и Низ нашли свой смертный час{4}.
- Преследовать от града и до града
- Волчицу эту будет он не раз,
- 142 Пока ее не свергнет в кратер Ада,
- Была откуда изгнана она
- Лишь завистью… Спасти тебя мне надо
- 145 От этих мест, где гибель так верна;
- Иди за мной, – тебе не будет худо,
- Я выведу – на то мне власть дана —
- 148 Тебя чрез область вечности отсюда,
- Чрез область, где услышишь ты во мгле
- Стенания и вопли, где, как чуда,
- 151 Видения умерших на земле
- Вторичной смерти ждут и не дождутся{5}
- И от мольбы бросаются к хуле.
- 154 Потом перед тобою пронесутся
- Ликующие призраки в огне,
- В надежде, что пред ними распахнутся,
- 157 Быть может, двери в райской стороне
- И их грехи искупятся страданьем.
- Но если обратишься ты ко мне
- 160 С желанием в Раю быть – тем желаньем
- Давно уже полна душа моя —
- То есть душа другая: по деяньям
- 163 Она меня достойнее, и я
- Ей передам тебя у райской двери
- И удалюсь, печаль свою тая.
- 166 Я был рожден в иной и темной вере,
- К прозрению не приведен никем,
- И места нет теперь мне в райской сфере,
- 169 И я пути не укажу в эдем.
- Кому подвластны солнце, звезды эти,
- Кто царствует в веках над миром всем,
- 172 Того обитель – Рай… На этом свете
- Блаженны все, им взысканные!» Стал
- Тогда искать опоры я в поэте:
- 175 «Спаси меня, поэт! – я умолял. —
- Спаси меня от бедствий ты ужасных
- И в область смерти выведи, чтоб знал
- 178 Я скорбь теней томящихся, несчастных,
- И приведи к священным тем вратам,
- Где Петр Святой обитель душ прекрасных
- 181 Век стережет. Я быть желаю там».
- Мой проводник вперед шаги направил,
- И следовал я по его пятам.
Песня вторая
Во второй песне поэт, после обычного вступления, начинает сомневаться в своих силах для предстоящего пути и думает, что не в состоянии будет сойти в Ад вместе с Вергилием. Ободренный Вергилием, он решается наконец следовать за ним как за своим наставником и путеводителем.
- 1 День потухал. На землю сумрак лег,
- Людей труда к покою призывая.
- Лишь я один покойным быть не мог,
- 4 Путь трудный, утомительный свершая.
- Все то, что предстояло мне вперед —
- Страдания и обаянье Рая, —
- 7 То в памяти навеки не умрет…
- О, музы, о святое вдохновенье!
- Теперь вы мой единственный оплот!
- 10 Запомни, память, каждое явленье,
- Которое заметил только взгляд!
- «Скажи, поэт! – воскликнул я в волненье. —
- 13 Мой путь тяжел, в пути препятствий ряд…
- По силам ли мне подвиг предстоящий?
- Ты описал, как раз спускался в Ад
- 16 Герой Эней{6}, тогда еще носящий
- Людскую плоть, и вышел невредим:
- Сам вечный Бог, на свете зло разящий,
- 19 Всегда стоял защитником над ним
- И чтил родоначальника в нем Рима;
- И знаем мы – на этот славный Рим
- 22 Сошло благословение незримо…
- Святынею, источником добра
- Да будет град, где власть неутомима
- 25 Наместников святителя Петра!..
- Спустился в Ад Эней, тобой воспетый,
- В нем не нашедший смертного одра,
- 28 Но знаньем и прозрением согретый,
- Величье пап из Ада вынес он.
- Позднее же с земли печальной этой
- 31 Сам Павел был на Небо вознесен,
- Где стал опорой нашего спасенья.
- Но я – тяжелым подвигом смущен,
- 34 Я трепещу за дерзкие стремленья.
- Я не апостол Павел, не Эней, —
- Избрать их путь кто дал мне позволенье?
- 37 Вот почему являться в мир теней
- Боюсь с тобой. Уж не безумен я ли?
- Но ты меня мудрее и сильней:
- 40 Покорствую тебе в моей печали».
- Как человек, лишенный воли вдруг,
- В котором мысли новые сменяли
- 43 Ряд прошлых дум и помыслов и мук,
- Так точно я в пути стал колебаться
- И озирался с трепетом вокруг,
- 46 И быстро стала робостью сменяться
- Моя решимость. Призрак мне сказал:
- «Ты начал низкой трусостью слушаться.
- 49 Подобный страх нередко отвращал
- От славных дел. Так тени зверь боится.
- Но я рассею страх твой. Я блуждал
- 52 Средь призраков, и ждал, когда решится
- Над участью моею приговор,
- Вдруг слышу, – я не мог не удивиться, —
- 55 Святая Дева в тихий разговор
- Со мной вступила. Счастья не скрывая,
- Я Деве покорился с этих пор.
- 58 Как звезды неба нежили, сверкая,
- Ее глаза и голос так звучал,
- Как пенье херувимов в царстве Рая:
- 61 «О, ты поэт, чей гений засиял
- И будет жить до разрушенья света,
- Иди! На крутизне пустынных скал
- 64 Мой друг ждет и опоры, и совета,
- Препятствиями страшными смущен.
- Иль для него погибло все? Ответа
- 67 Я буду ждать: он будет ли спасен?
- Иди к нему и силой строгой речи
- Да будет от беды избавлен он.
- 70 Мне имя – Беатриче; издалече
- Явилась я. Меня любовь вела,
- Моя любовь с тобой искала встречи:
- 73 Я помощи твоей с мольбой ждала.
- В обитель Бога скоро я предстану
- И там, где гибнет всякая хула,
- 76 Тебя я славословить громко стану…»
- И Беатриче смолкла. Я сказал:
- «Клянусь, тебе служить я не устану!
- 79 Ты святости высокой идеал,
- Ты образ добродетели чудесной!
- Все радости земли, что Бог нам дал,
- 82 Доводишь ты до радости Небесной!
- Тебе легко повиноваться мне…
- И если бы, о призрак бестелесный,
- 85 Твою я волю выполнил вполне,
- То все бы постоянно мне казалось,
- Что действовал я вяло, как во сне,
- 88 Что дело слишком медленно свершалось.
- Твои желанья мог я оценить,
- Но отвечай: как ты не побоялась
- 91 В жилище преисподнее сходить
- Из той святой обители надзвездной,
- Которую не можешь ты забыть?..»
- 94 «Без страха я скольжу над этой бездной, —
- Сказала Беатриче, – и, поэт,
- Могу тебе совет я дать полезный:
- 97 Поверь – когда злых помыслов в нас нет,
- Нам ничего не следует бояться.
- Зло ближнему – вот где источник бед,
- 100 И только зла нам нужно всем пугаться.
- Благое Небо крепость мне дает,
- Чтоб не могла страданьем я терзаться
- 103 И даже пламя ног моих не жжет.
- Там в Небесах есть Дева Всеблагая{7},
- И ей-то, Всеблагой, стал жалок тот,
- 106 Кого спасти ты должен, сберегая.
- И к Лючии{8} пришла с мольбой она:
- «Спеши помочь тому ты, дорогая,
- 109 Которому рука твоя нужна».
- И Лючия то место посетила,
- Любви и сострадания полна,
- 112 Где я с Рахилью старой говорила,
- И молвила: «Настал ужасный миг!
- Что, Беатриче, ты не поспешила
- 115 Спасти того, кто в мире стал велик,
- Любив тебя? Иль ты не слышишь, что ли,
- Знакомый вопль и о спасенье крик?
- 118 Не видишь, как жилец земной юдоли
- В борьбе со смертью грозной изнемог,
- Которая страшна в безумной воле,
- 121 Как океана бешеный поток…»
- Никто быстрей не мчался для добычи,
- Никто от бед бежать скорей не мог,
- 124 Как бросилась сюда я, Беатриче,
- Покинувши приют святых теней,
- И одного тебя на помощь клича.
- 127 Ты даром слова в мире всех сильней,
- И я в твоих словах ищу опоры…»
- Тогда на мне безмолвно, без речей,
- 130 Она в слезах остановила взоры,
- И я к тебе на помощь поспешил
- Не медля, – мне страшны ее укоры;
- 133 Волчицу я к тебе не допустил
- И на гору открыл тебе дорогу…
- Что ж медлишь ты? Иль в сердце не смирил
- 136 Ты робости напрасную тревогу?
- Когда три девы в вечных Небесах
- За жизнь твою мольбы возносят к Богу,
- 139 Когда во мне, во всех моих словах
- Находишь ты привет и поощренье,
- Ужель в тебе не утихает страх?»
- 142 Как от холодных ветров дуновенья,
- От стужи наклоняются цветы
- И утром вновь встают в одно мгновенье
- 145 Под блеском солнца, полны красоты,
- Так точно я от страха вдруг очнулся,
- Воскликнув: «Будь благословенна ты,
- 148 В чьем состраданье я не обманулся,
- Ты, бодрость заронившая мне в грудь,
- Когда мой стан от ужаса согнулся…
- 151 И ты, поэт, благословенным будь,
- Исполнив повеленье Девы Рая.
- С тобой готов начать я смело путь,
- 154 Желаньем трудных подвигов сгорая.
- С тобой мне не страшна пучина зол…
- Веди ж меня, путей не разбирая…»
- 157 Так я сказал и за певцом пошел.
Песня третья
Данте, следуя за Вергилием, достигает дверей Ада, куда оба входят, прочитавши у входа страшные слова. Вергилий, указывая поэту на мучения, которые заслужили трусы, ведет его далее. Они приходят к реке, называемой Ахерон, у которой находят Харона, перевозящего души на другой берег. Когда Данте переехал чрез Ахерон, то он заснул на берегу этой реки.
- 1 «За мной – мир слез, страданий и мучений,
- За мною – скорбь без грани, без конца,
- За мной – мир падших душ и привидений.
- 4 Я – правосудье высшего Творца,
- Могущества и мудрости созданье,
- Творение Небесного Отца,
- 7 Воздвигнутое раньше мирозданья.
- Передо мной – прошел столетий след,
- Удел мой – вечность, вечность наказанья,
- 10 За мной ни для кого надежды нет!»
- Над входом в Тартар надпись та чернела.
- Я страшные слова прочел. «Поэт,
- 13 Смысл этих слов, – воскликнул я несмело, —
- Наводит страх!» Вергилий угадал,
- Что сердце у меня оледенело.
- 16 «Здесь места страху нет, – он отвечал. —
- Мы подошли к обители печали
- Тех падших душ, – Вергилий продолжал, —
- 19 Что на земле безумцами блуждали»{9}.
- И мне с улыбкой руку сжал певец;
- Я стал бодрей, и вот мы увидали
- 22 Обитель вечной тайны, наконец,
- Где в безрассветном мраке раздавались
- Вопль и стенанья из конца в конец;
- 25 Повсюду стоны, где мы ни являлись,
- И я заплакал, выдержать не мог…
- Мы ближе, – вопли грешников сливались
- 28 В смесь разных языков, в один поток.
- Хулы, проклятья, бешенства визжанье,
- Ужасные движенья рук и ног, —
- 31 Все в гул сливалось в общем завыванье.
- Так ураган крутит степей пески.
- Ревет и губит все, без состраданья.
- 34 В неведенье, исполненный тоски,
- Воскликнул я невольно: «О, учитель!
- Уже ль грехи теней так велики,
- 37 Теней, попавших в страшную обитель?
- И кто они?» «Ничтожество – они
- В толпе людей, – сказал путеводитель. —
- 40 При жизни на земле в иные дни
- Жалчайшими их тварями считали.
- Им на земле, – кругом себя взгляни, —
- 43 Хулы иль похвалы не воздавали;
- Теперь – они вступили в сонм духов,
- Которые Творцу не изменяли,
- 46 Но грех давил их тяжестью оков
- И не было в них веры в Провиденье.
- Великий Бог их свергнул с облаков,
- 49 Чтоб Небеса не знали оскверненья,
- И даже Ад впустить их не хотел:
- В Аду гнушалось даже преступленье
- 52 Ничтожеством и мерзостью их дел».
- «Какие же назначены им муки?
- Какой у них, наставник мой, удел?
- 55 Пронзительны их страшных воплей звуки…»
- И отвечал Вергилий: «Лишены
- Они надежды; скованы их руки.
- 58 В их настоящем скорби так сильны,
- Что худшей доле, большему мученью
- Они всегда завидовать должны.
- 61 Мир их забыл – и нет конца забвенью:
- Их не щадят, но также не казнят,
- Приговоривши к вечному презренью.
- 64 Но прочь от них и брось вперед свой взгляд,
- Иди теперь за мной неутомимо».
- Я сделал шаг, но отступил назад:
- 67 Передо мной промчалось знамя мимо,
- Так быстро, словно вихорь уносил
- Его вперед, вперед неудержимо.
- 70 За ним летели призраки могил
- Несчетной вереницей: страшно было,
- Что столько жизней в мире, столько сил
- 73 Смерть в призраки немые обратила.
- Один из них мне словно был знаком:
- Известный образ память сохранила.
- 76 Смотрю: да, это точно он, о ком
- Народ с презреньем часто отзывался,
- Кто, покривя душой и языком,
- 79 Высоким отреченьем запятнался{10}.
- Тут понял я, что этот сонм теней
- Собраньем душ отверженных являлся,
- 82 Презренных для врагов и для друзей.
- Их жизнь была не жизнь, а прозябанье,
- И здесь теперь, при наготе своей,
- 85 Достались эти жалкие созданья
- На жертву насекомых – мух и ос —
- И терпят беспрерывные терзанья.
- 88 По лицам их, мешаясь с током слез,
- Струилась кровь и к их ногам стекала,
- Где множество червей в крови вилось,
- 91 И эту кровь мгновенно пожирало.
- От них я отвернулся. Вдалеке
- Немало новых призраков стояло
- 94 На голом берегу, столпясь к реке.
- «Учитель, – я спросил, – чьи тени эти,
- Что переправы словно ждут в тоске?
- 97 Их вижу я едва при тусклом свете».
- «Об этом ты узнаешь, – молвил он, —
- Когда, – я побледнел при том ответе, —
- 100 Откроется пред нами Ахерон».
- Мы дальше шли, и я хранил молчанье,
- Пока не увидал со всех сторон
- 103 Большой реки, бежавшей без журчанья.
- Вот подплыл к нам седой старик в челне.
- «О, горе вам, преступные созданья! —
- 106 Он закричал Вергилию и мне. —
- Надежды все вам нужно здесь оставить,
- Вам Неба не увидеть в вышине.
- 109 Я здесь, чтобы туда вас переправить,
- Где холод вечный царствует и ночь,
- Где пламя в состоянье все расплавить.
- 112 А ты, – он мне сказал, – отсюда прочь!
- Среди умерших места нет живому».
- Не в силах любопытства превозмочь,
- 115 Не двигался я с места. «По иному
- Пути ты поплывешь, – прибавил он, —
- И переправит к берегу другому
- 118 Тебя челн легкий…» «Знай же ты, Харон, —
- Ему сказал мой спутник хладнокровный, —
- Что ты напрасным гневом возмущен:
- 121 Тот, воля чья, закон есть безусловный,
- Так повелел, и должен ты молчать».
- И смолкнул разом лодочник огромный,
- 124 И перестали бешенством сверкать
- Его глаза в их огненных орбитах,
- Но призраки, успев слова поймать,
- 127 Проклятьем разразились; в ртах открытых
- Их зубы стали громко скрежетать;
- В их мертвых лицах, язвами изрытых,
- 130 Явилась бледность. Нагло изрыгать
- Они хулы на целый мир пустились,
- Творца и предков стали проклинать
- 133 И самый час, когда они родились.
- Потом, с рыданьем к берегу скользя,
- К ужасной переправе устремились:
- 136 Избегнуть общей кары им нельзя.
- Их гнал Харон, глазами вкруг сверкая,
- Веслом отставших призраков разя.
- 139 Как в осень листья падают, мелькая,
- Пока ветвей совсем не обнажат,
- В наряд поблекший землю облекая,
- 142 Так тени на пути в глубокий Ад
- На зов гребца в ладью его бросались,
- Теснилися и помещались в ряд.
- 145 Едва они через поток помчались,
- Как к перевозу страшному опять
- Уже другие призраки сбегались.
- 148 «Мой сын, – сказал поэт, – ты должен знать,
- Что души осужденных прилетают
- Отвсюду к Ахерону. Разгадать
- 151 Они свое грядущее желают,
- Спеша переплывать через поток,
- И вечно их желанья пожирают
- 154 Узнать ту казнь, что ждет их за порок.
- Еще никто с душой неразвращенной
- Здесь чрез реку переплывать не мог;
- 157 Вот почему отверг Харон бессонный
- Тебя, мой сын, и гневом запылал,
- Твоим явленьем сильно раздраженный».
- 160 Поэт умолк, и вдруг я услыхал
- Ужасный грохот, – почва задрожала…
- Холодный пот на теле выступал.
- 163 Над головою буря застонала,
- И полосой кровавой в Небесах
- Извилистая молния сверкала…
- 166 Меня сковал какой-то новый страх,
- И я в одну минуту чувств лишился,
- Не в силах удержаться на ногах,
- 169 И, как во сне, на землю опустился.
Песня четвертая
Поэт вслед за Вергилием спускается в первый круг Ада, где в особой светлой обители находит призраки знаменитых людей древности, которые приветствуют их и продолжают с ними путь. Ряд других знаменитых мужей. Вергилий ведет поэта дальше в Царство мрака.
- 1 Раскатом грома был я пробужден
- И от его ударов содрогнулся.
- Развеялся тяжелый, смутный сон;
- 4 Раскрыв глаза, кругом я оглянулся,
- Желая знать, где я, куда попал,
- И над зиявшей бездною нагнулся:
- 7 Из бездны гул стенаний долетал
- До нашего внимательного слуха, —
- Внизу под нами вечный стон стоял,
- 10 То грозен был, то замирал он глухо,
- Была темна той бездны глубина,
- И если вопль мог долетать до уха,
- 13 То глаз не мог увидеть бездны дна,
- Хоть напрягал усиленно я зренье.
- «Пусть эта пропасть вечная мрачна, —
- 16 Сказал поэт и побледнел в мгновенье, —
- Мы в этот мрачный мир теперь сойдем;
- За мною смело следуй без смущенья».
- 19 В лице переменился он. О том
- Заметил я: «Уж если ты бледнеешь,
- В моих сомненьях ставши мне щитом,
- 22 Могу ль быть смел, когда ты сам робеешь?»
- Он отвечал: «В лице, в моих глазах
- Всех чувств моих читать ты не умеешь.
- 25 Я чувствую теперь не жалкий страх,
- Но ощущаю только состраданье
- К судьбе теней, томящихся впотьмах,
- 28 Под безысходной карой наказанья.
- Иди за мной. Наш путь еще далек,
- Нам медленность не принесет познанья…»
- 31 И за собой поэт меня увлек
- К ограде первой бездны непроглядной.
- Хоть вопль теней к нам долетать не мог,
- 34 Но самый воздух пропасти той смрадной,
- Казалось, словно вздохами стонал:
- То было Царство скорби безотрадной,
- 37 Отчаянья без боли, где блуждал
- Сонм призраков – мужчины, жены, дети.
- Тогда путеводитель мне сказал:
- 40 «Что же меня не спросишь ты, кто эти
- Несчастные? Ты должен все узнать,
- Чем были эти призраки на свете,
- 43 Пока вперед мы не пошли опять.
- Так знай: им неизвестно преступленье,
- Но недоступна Неба благодать
- 46 Лишь потому, что таинством крещенья
- Своих грехов омыть им не пришлось, —
- Они бродили в вечном заблужденье
- 49 В те дни, когда в мир не сходил Христос.
- Их вера до Небес не воспарила.
- Я сам в незнанье их когда-то рос:
- 52 Неведенье одно нас погубило,
- И за него мы все осуждены
- На вечное желанье за могилой,
- 55 Надежды, милый сын мой, лишены…»
- От этих слов тоска мне сердце сжала:
- Страдать все эти призраки должны,
- 58 Хоть их чело величием блистало.
- Кто скажет им, что в будущем их ждет?
- И я хотел, во что бы то ни стало,
- 61 Проникнуть в тайну Неба и вперед
- Узнать предел их горького страданья;
- И так сказал: «Меня желанье жжет,
- 64 Поэт. Скажи мне: в Царстве наказанья
- Ужель никто доныне не умел
- Спасенье заслужить и оправданье
- 67 За подвиги и славу прежних дел?
- Ужель никто спасти их не решался?»
- И отвечал учитель: «Мой удел
- 70 Еще мне нов был здесь, когда спускался
- Сюда во мрак Спаситель мира сам
- И лаврами победы увенчался.
- 73 Спасен был им наш праотец Адам,
- И Ной, и Моисей – законодатель,
- И царь Давид, и старый Авраам,
- 76 Рахиль, – и многих спас тогда Создатель,
- И в горние селенья перенес,
- Прощая их, Божественный Каратель.
- 79 До той поры до мира вечных слез
- Ни разу не коснулось искупленье…»
- Мы дальше шли. И скоро нам пришлось
- 82 Переходить пространство. Привиденья,
- Как лес густой, являлись впереди,
- Неуловимы, точно сновиденья.
- 85 Оставивши вход в бездну назади,
- Мерцавший свет во тьме я вдруг заметил,
- И сердце шевельнулося в груди.
- 88 Я угадал, что в сумраке был светел
- Душ избранных особый уголок.
- «Учитель мой! Я жду, чтоб ты ответил
- 91 И назвал тех, кому всесильный рок
- Дал светлую, особую обитель
- И в бездну тьмы с другими не увлек!»
- 94 «Их слава, – отвечал путеводитель, —
- Их пережив, живет до поздних дней,
- И им за то Небесный Вседержитель
- 97 Отличье дал в обители теней».
- И в тот же миг услышали мы слово:
- «Привет певцу! Привет его друзей!
- 100 В мир призраков он возвратился снова…»
- Тут голос стих. Четыре тени шли
- Навстречу к нам. Страдания немого,
- 103 Иль светлой, чистой радости земли,
- Иль затаенной на сердце печали —
- В их лицах прочитать мы не могли.
- 106 Тогда слова поэта прозвучали:
- «Смотри, с мечом{11} вот выступил вперед
- Певец Омир: царем его считали
- 109 Поэзии. Гораций с ним идет,
- А вот Лукан с Овидием. Привета,
- Такого же привета, как и тот,
- 112 Что я сейчас услышал от поэта,
- Они достойны все…» И я вошел
- В собрание певцов великих света,
- 115 В ту школу, где над всеми, как орел,
- Вознесся царь высоких песнопений…
- Кружок теней со мною речь завел,
- 118 Приветствуя мой восходящий гений;
- Вергилий тут не мог улыбки скрыть.
- Затем, вслед за приветствием видений,
- 121 Певцами был я приглашен вступить
- В их тесный круг, и был шестым меж ими.
- Мы стали меж собою говорить
- 124 В согласии, как братья. Вместе с ними
- Я шел туда, где бледный свет мерцал;
- И с спутниками, сердцу дорогими,
- 127 Величественный замок увидал,
- Кругом семью стенами обнесенный;
- Поток реки тот замок обвивал.
- 130 И чрез поток, певцами окруженный,
- Я перешел, как через сушу, вдруг;
- Чрез семь ворот вступил я, пораженный,
- 133 На длинный двор, где цвел зеленый луг.
- На том лугу иные тени были:
- На лицах их – спокойствие без мук
- 136 И словно думы строгие застыли.
- Величием запечатлен их вид;
- Они почти совсем не говорили,
- 139 Но мне казалось – голос их звучит,
- Как музыка. С холма смотреть мы стали
- Кругом себя, – с холма был нам открыт
- 142 Весь светлый луг, где призраки блуждали.
- На множество прославленных теней
- Мне спутники в то время указали
- 145 Среди поляны. Видел я на ней
- Электру{12} вместе с многими тенями:
- Вот Гектор, всем известный, вот Эней,
- 148 Вот Цезарь с ястребиными очами,
- С Камиллою{13} Пентесилея{14} вот,
- Вот царь Латин{15} с Лавинией пред нами;
- 151 Вот Брут, а вот Лукреция идет,
- Вот призрак одинокий Саладина{16},
- Тень Марции{17} и Юлии{18} встает
- 157 Сидел Платон, с ним рядом и Сократ.
- Вот тени Диогена, Демокрита{21};
- Вот призраки знакомые стоят
- 160 Фалеса, Эмпедокла, Гераклита.
- Вот и Зенон, и он, Диоскорид{22},
- В котором знанья много было скрыто;
- 163 Анаксагор и геометр Евклид,
- Вот призрак Цицерона и Орфея,
- Тит-Ливия, Сенеки; вот скользит
- 166 Тень Иппократа с тенью Птолемея;
- Вот Галиен, мудрец Аверроэс{23}…
- Не в силах передать теперь вполне я
- 169 Всех предо мной являвшихся чудес
- И слов не нахожу для выраженья.
- Перед мной круг спутников исчез.
- 172 Из светлого приюта в то мгновенье
- Мой проводник со мной спускаться стал
- В зловещий, мрачный мир грехопаденья,
- 175 Где даже воздух самый трепетал,
- Куда сквозь мрак, который там гнездился,
- Луч света никогда не западал.
- 178 И в этот мир с поэтом я спустился.
Песня пятая
Вергилий вводит Данте во второй, меньший круг Ада. Они видят свирепого Миноса, творящего суд и расправу с кающимися душами грешников и распределяющего их по разным отделам Ада. Казнь за преступную любовь. Франческа де Полента. Ее рассказ. Поэт лишается чувств и падает.
- 1 Круг первый Ада нами был пройден,
- И во второй – в круг меньший – мы спускались,
- Где жалобней звучали плач и стон
- 4 И муки бесконечнее казались.
- Там злобный Минос с скрежетом зубов
- Внимал, как тени, плача, признавались
- 7 В своих грехах, и, их казнить готов,
- Произносил свой суд неотразимый.
- Признания их слушая, без слов,
- 10 Своим хвостом, судья неумолимый,
- Всегда спешил обвиться столько крат
- Вокруг себя, лишь бешенством томимый,
- 13 На сколько ступеней пониже в Ад
- Им осужденный призрак повергался,
- И тем хвостом, свернувшимся в обхват,
- 16 Род казни их всегда определялся.
- Пред Миносом, покаявшись в грехах,
- Ряд призраков один другим сменялся
- 19 И падал в бездну с воплем и в слезах.
- Меня увидя, Минос суд ужасный
- Остановил с проклятьем на губах:
- 22 «Зачем ты здесь, скажи, пришлец несчастный?
- Здесь мир скорбей и ужаса приют.
- Сюда тебе ворота отопрут,
- 25 Но выйти вон отсюда очень трудно».
- «К чему грозишь? – сказал мой проводник. —
- Мы не поймем друг друга обоюдно:
- 28 Тот, кто своим могуществом велик,
- Сойти сюда ему дал позволенье.
- Впусти ж его и удержи язык».
- 31 И вопли я услышал в отдаленье,
- Когда вступил в тот мрачный, адский круг,
- Где раздавались стоны исступленья,
- 34 Где омертвел, казалось, свет вокруг,
- Где, словно вечный ропот океана,
- Носился гул неутихавших мук;
- 37 Где адские порывы урагана,
- Бичуя и терзая и кружа,
- За тенью тень несли среди тумана,
- 40 И души падших грешников, дрожа,
- Стеня, хулы на Бога изрыгали.
- За чувственность казнь эту заслужа,
- 43 Как я узнал, те души в Ад попали…
- Как стаи птиц в холодный день зимы
- В бессилии мятутся, так летали,
- 46 Вперед и взад метались в Царстве тьмы
- Страдальческие тени. В их страданье
- Надежды нет; должны смутиться мы —
- 49 Лишенные в грядущем упованья,
- Им отдыха в мучениях не знать.
- Как в небе журавли в ночном молчанье
- 52 Начнут, порою, жалобно кричать,
- Так тени, в общем плаче надрываясь,
- Неслись в Аду, не в силах устоять
- 55 В круженье вихря знойного. Теряясь,
- Про сонм тех душ поэта я спросил,
- Их адскому круженью ужасаясь.
- 58 «Вот первая, – Вергилий говорил, —
- Народов многих гордая царица.
- Пороком лишь – он ей законом был —
- 61 Жила сластолюбивая блудница,
- Открыто поощрявшая разврат.
- Звалась Семирамидой та срамница.
- 64 Она была, как хроники гласят,
- Женою и преемницею Нина,
- Владея краем, – край тот был богат,
- 67 Где властвует Судан теперь. Кручина
- Другую тень смущает: то жена —
- Самоубийца{24}. Горькая судьбина
- 70 Ее любви печальна и страшна.
- Вот призрак Клеопатры сладострастной…»
- Затем Елену видел я: она
- 73 Являлась на земле звездой несчастной;
- За нею шли – великий муж Ахилл,
- Погибший от любви своей напрасной,
- 76 Парис, Тристан{25}… Вергилий повторил
- Имен людей прославленных немало,
- Которых пыл их страсти погубил.
- 79 От состраданья к ним изнемогала
- Моя душа, и был я поражен,
- Когда близ нас собрание предстало
- 82 Известнейших мужей и славных жен.
- И я сказал: «Мне хочется, Вергилий,
- Речь повести с четой теней, как сон,
- 85 Скользящей и несущейся без крылий».
- «Пусть ближе налетят они, тогда, —
- Сказал поэт, – мы можем без усилий
- 88 Для той беседы вызвать их сюда,
- Любовью, их связавшей, заклиная».
- Вот дунул ветр. Как облаков гряда
- 91 Несется, воли собственной не зная,
- Приблизились к нам тени. Оживясь,
- Воскликнул я, к себе их призывая:
- 94 «О, страждущие тени! Если нас
- Беседой подарить вы в состоянье,
- Поговорите с нами!» Как подчас,
- 97 При радостном, веселом воркованье
- К родимым гнездам голуби летят,
- Так при моем невольном восклицанье
- 100 Чета теней, сквозь общий вихрь и смрад,
- Толпу тех душ покинув, где стояла
- Несчастная Дидона, – тихо, в ряд,
- 103 Порхнула к нам. Одна из них сказала:
- «Ты, ради нас сошедший в эту тьму,
- Ты, чья душа к нам жалость испытала,
- 106 Хотя преступны все мы, – твоему
- Величию не можем не дивиться,
- И если бы, в грехах своих, Ему,
- 109 Творцу миров, мы смели помолиться,
- Просили б мы, чтоб мир и благодать
- На голову твою могли спуститься
- 112 За то, что нам ты можешь сострадать.
- О, говори – тебя мы слушать станем,
- Расспрашивай – мы станем отвечать,
- 115 Пока в пучину бездны вновь не канем…
- Мой край родной – на берегу морском,
- Где волны По бегут, подобно ланям,
- 118 Теряясь в океане голубом.
- Любовь, души прекрасная подруга,
- В груди Паоло вспыхнула огнем.
- 121 Он был пленен той красотою юга,
- Которая была во мне и вдруг
- Исчезла от жестокости супруга.
- 124 Любовь – призыв души, как сладкий звук,
- Откликнулась в душе моей любовью,
- Которая не убоялась мук,
- 127 Не умерла, хоть истекала кровью.
- Любовь нас к ранней смерти привела, —
- Но казнь – братоубийце! К изголовью
- 130 Его, так много сделавшего зла,
- Должны спуститься адские страданья…»{26}
- Умолкла тень. Не поднимал чела
- 133 Я, слушая ее повествованье,
- И долго пересилить не умел
- Невольного, глубокого молчанья.
- 136 «Куда с своей ты думой залетел?» —
- Спросил поэт. «О, сколько наслаждений?
- И чудных грез им посулил удел,
- 139 Но вместо них дал вечный гнет мучений!» —
- Воскликнул я и тени молвил вновь:
- «Франческа, ты несчастней всех видений!
- 142 Волнует сострадание мне кровь…
- Поведай же: когда ты угадала
- В себе свою неясную любовь
- 145 И чувство непонятное узнала?»
- Франческа мне дала такой ответ:
- «Воспоминания язвят меня, как жало!..
- 148 Ужасней и сильнее скорби нет —
- О днях блаженства вспомнить в дни печали;
- О том тебе расскажет твой поэт,
- 151 С тобой идущий. Если о начале
- Моей любви ты хочешь правду знать,
- Так слушай же, как мы любовь узнали:
- 154 Рассказ мой слезы будут дополнять…
- Однажды Ланчелота{27} приключенья
- Мы с любопытством начали читать,
- 157 Где он любви испытывал волненья.
- Чувств собственных не ведая тогда,
- Одни мы оставались в те мгновенья.
- 160 От книги отрываясь иногда,
- Бледнели мы, и чтенье забывалось;
- Мы трепетали вместе, но когда
- 163 Одна страница в книге нам попалась,
- Решилась вдруг судьба обоих нас:
- Читали мы, как сладко улыбалась
- 166 Влюбленная красавица в тот час,
- Когда любовник пламенный и страстный
- Поцеловал в уста ее. Зардясь,
- 169 Тогда и он, Паоло мой прекрасный,
- Трепещущий, прильнул к моим устам.
- И книга та, как Галеот{28} опасный,
- 172 Служила искушеньем сладким нам.
- В тот день мы уже больше не читали».
- Умолкла тень. Внимая тем словам,
- 175 Другая тень, не в силах скрыть печали,
- Заплакала так горько, что терял
- Сознанье я… мне силы изменяли,
- 178 И я, как труп безжизненный, упал.
Песня шестая
Поэт вслед за своим путеводителем спускается в третий круг Ада, где Вергилий усмиряет адского Цербера. Сластолюбцы и обжоры. Признание призрака Чиакко и его речь о будущей судьбе Флоренции. Грешники, ожидающие дня Страшного суда, и их слабая и смутная надежда на прощение.
- 1 Когда опять от тяжкого забвенья
- Очнулся я, о муках душ скорбя,
- Лишившись чувств своих из сожаленья,
- 4 Я снова увидал вокруг себя
- Ряд призраков и новых мук картины.
- То был круг третий Ада, где, губя
- 7 Все встречное, струился дождь на льдины;
- Проклятый, страшный дождь, и крупный град,
- И грязный снег слетали на вершины
- 10 Угрюмых скал. Зловоние и смрад…
- Там Цербер отвратительно ужасный,
- С тройною пастью, лаял, дикий взгляд
- 13 Бросая вкруг, и с жалобой напрасной
- Тонули тени, вспугнутые им.
- Цвет грозных глаз его – кроваво-красный.
- 16 Он отличался бешенством своим,
- Когтями лап и безобразным чревом.
- Неутомимой злобой одержим,
- 19 Он грешников царапал с адским гневом
- И на клочки их кожу разрывал…
- О, грешники! Достались муки все вам!
- 22 Пронзительный их дождик бичевал;
- Они, как псы, уныло завывали…
- То грудь, то спину призрак укрывал,
- 25 Где гнойных язв следы не заживали,
- То беспрерывно двигался, кружась,
- Чтоб хоть движенья муку облегчали.
- 28 Едва заметил только Цербер нас,
- Как у него раскрылась пасть тройная,
- Сверкнул огонь его кровавых глаз,
- 31 И задрожал от злобы он, не зная,
- Кто нас привел, как мы сюда зашли.
- Тогда рукой горсть праха поднимая,
- 34 В пасть гадины мой спутник ком земли
- Швырнул без слов. Как по добыче вывший
- Смолкает жадный пес, когда в пыли
- 37 Теребит тихо жертву, так, открывший
- Тройную пасть, умолкнул Цербер вдруг,
- Чудовищные челюсти смеживший.
- 40 Рев, в трепет повергавший все вокруг,
- В минуту стих. Мы дальше подвигались,
- Стонали всюду призраки от мук
- 43 И нашими ногами попирались,
- Склонясь к земле от адского дождя.
- Все тени распростертыми казались,
- 46 Когда я шел близ мудрого вождя;
- Лишь только тень одна с земли привстала,
- За нами очень пристально следя.
- 49 «О, ты, сошедший в Ад, – она сказала, —
- Узнай меня, коль это можешь ты.
- Ты был рожден, когда еще не знала
- 52 Я этих адских мук». «Твои черты, —
- Я отвечал, – быть может, изменились
- Среди страданий вечной темноты
- 55 И так под адским ливнем исказились,
- Что мне тебя припомнить средства нет.
- Кто ты? Иль Небеса так возмутились
- 58 Твоим грехом, что ты покинул свет
- Для этих отвратительных страданий?»
- «В том городе, – мне тень дала ответ, —
- 61 Где много так завистливых созданий,
- Я был, как ты, на этот свет рожден.
- И жил, не зная тяжких испытаний,
- 64 Мой грязный грех – обжорство, бог мамон.
- Известен я под именем Чиакко{29}
- И за порок обжорства осужден
- 67 Томиться под дождем в жилище мрака.
- На эту казнь, за тот же самый грех
- Не я один здесь осужден, однако:
- 70 Приговорили к казни этой всех
- Отверженных, что вкруг меня теснятся».
- И после слов и после жалоб тех
- 73 Умолкла тень. «Чиакко, удержаться
- Нельзя от слез, – я вновь проговорил, —
- Твои страданья видя… Может статься,
- 76 Ты будущность Флоренции открыл:
- Скажи, что с этим городом случится?
- Иль нет людей там праведных? Иль пыл,
- 79 Пыл мятежей в нем ввек не прекратится?»
- И призрак отвечал мне: «Вновь и вновь
- Мятеж за мятежом там разразится,
- 82 И долго будет литься граждан кровь.
- Сперва Лесные{30} сделают восстанье,
- С насилием изгнав своих врагов;
- 85 Продолжится три года ликованье, —
- Потом падут Лесные, наконец,
- И гордость Черных, после испытанья,
- 88 Поднимет, ими вызванный, пришлец{31}.
- И долго над врагом своим кичиться
- Там станет победитель, как боец,
- 91 Который угнетенья не стыдится.
- Два праведника только там живут{32},
- Но их народ не знает, не боится.
- 94 Три страшных искры сердце граждан жгут:
- Гордыня, зависть и любостяжанье».
- Он замолчал, но я заметил тут:
- 97 «Тень бедная, прерви свое молчанье
- И отвечай, хоть речь тебе тяжка:
- Где Фарината? Местопребыванье
- 100 Где Рустикуччи, Арриго, Моска,
- Тегьяйо{33}? В мире добрыми делами
- Они известны были. Иль горька
- 103 В Аду их участь, или Небесами
- Дарована теперь им благодать
- И мир овладевает их сердцами?
- 106 Так где ж они? И как мне их узнать?»
- Чиакко мне сказал: «Искать их надо
- Не в Небесах, – там их не отыскать, —
- 109 Но ниже, в глубине подземной Ада, —
- Ты встретишь их, когда сойдешь туда,
- В числе теней: прощенье и пощада
- 112 Им неизвестны будут никогда.
- Прошу тебя: из этих мест унылых,
- Когда вернешься к людям ты, тогда
- 115 Им обо мне напомни… Я не в силах
- Вновь говорить. Дождь жжет сильней огня…»
- Его глаза, – темно в них, как в могилах, —
- 118 Перекосились вдруг; он на меня
- Взглянул и снова низко опустился
- В среду слепцов{34}, чело свое склоня.
- 121 «Пока, трубя, архангел не явился,
- Пока Судья Небесный не сойдет», —
- Сказал поэт, – и сильно я смутился:
- 124 «Казня теней, дождь адский не пройдет.
- А в Судный день все тени возвратятся
- В свои могилы; быстро в свой черед
- 127 В свой прежний образ, в плоть преобразятся
- И будут ждать последнего Суда».
- Вперед мы стали тихо подвигаться
- 130 По мрачному пространству, и тогда
- Смесь грязи и Теней мы увидали;
- Про Страшный суд в грядущие года
- 133 Мы по дороге тихо толковали.
- «Учитель! – между прочим я спросил, —
- Усилятся ль их муки и печали,
- 136 Иль ослабеют кары адских сил,
- Когда суда последний день настанет?»
- «Знай, смертный, – спутник мой проговорил, —
- 139 Чем ближе к совершенству каждый станет,
- Тем ближе для него добро и зло.
- Хоть эту сволочь адскую не тянет
- 142 Достичь до совершенства, – не могло
- Родиться в них подобное стремленье, —
- Но осеняет грешников чело
- 145 Надежда, и пощады и прощенья
- Все ждут они в день Страшного суда».
- Мы шли. Не передам я в песнопенье
- 148 Всего, что говорили мы тогда.
- Но вот у спуска Плутуса{35} нашли мы,
- Который был врагом людей всегда:
- 151 Для Плутуса все люди нестерпимы.
Песня седьмая
Путники спускаются в четвертый круг Ада, где у входа встречают Плутуса. Вергилий его усмиряет, и он падает ниц. Круг, где страдают скупцы и расточители, раскрывается перед путниками. Рассуждение Вергилия о фортуне. Он ведет Данте в другой круг Ада, где тени караются за зверство.
- 1 «Papé Satán, papé Satán, aleppe!»{36} —
- Так грозно адский Плутус зарычал,
- Встречая криком нас в своем вертепе.
- 4 Но мне певец всеведущий сказал:
- «Не бойся неожиданной преграды…
- Вредить он нам не может… Прочь, шакал!»
- 7 Он говорил, остановивши взгляды
- На демоне: «Молчи и пожирай
- Ты сам себя от бешеной досады:
- 10 Спуститься должен смертный в адский край,
- Куда идет по воле Провиденья…
- Молчи и злобой внутренней сгорай…»
- 13 Как мачта корабельная в крушенье,
- В морскую бездну с парусом летит,
- Повергнута, изломана в мгновенье,
- 16 Пал Плутус ниц, приняв покорный вид,
- А мы все глубже в тартар углублялись,
- В вертеп, который грешникам открыт,
- 19 Которым все пороки поглощались.
- О, Боже мой! Могу ль я передать
- Ряд новых мук, что предо мной являлись?
- 22 Ужель за грех так можно пострадать?
- Как меж собой сшибаются в смятенье
- Харибды волны с ревом, чтоб опять
- 25 Бежать назад, так в вечном исступленье
- Должны сшибаться тени меж собой.
- Их много здесь, кричащих в озлобленье.
- 28 Двойной толпой они вступают в бой
- И, тяжести огромные бросая
- Друг в друга, поднимают дикий вой,
- 31 С упреками такими отступая:
- «Что бросил ты?» «А ты что не бросал?»
- И, двигаясь и вновь в борьбу вступая,
- 34 Ревут, бегут, как моря грозный шквал,
- И снова отступают и мятутся,
- И снова бой… Скорбеть о них я стал,
- 37 Успела жалость в сердце шевельнуться.
- «О, кто они? Поведай мне, поэт!
- Вон там, левей, – иль мог я обмануться?..
- 40 Толпа духовных лиц… Сомненья нет:
- На них я вижу знаки постриженья».
- «Знай, все они, – мудрец мне дал ответ, —
- 43 Свой разум довели до ослепленья,
- И грех их – расточительность. Взгляни
- На их толпу, на шумное движенье:
- 46 Здесь гранью полукруга все они
- Отделены от области другого
- Греха. Ты угадал – в иные дни
- 49 Тех призраков, чьи головы сурово
- Обнажены, – монахами мир звал.
- Здесь можешь встретить папу ты иного,
- 52 Здесь не один погибший кардинал».
- «Но как же между ними, мой учитель,
- Знакомых лиц пока я не узнал,
- 55 Которых грех смутил, как искуситель?»
- «Напрасно разглядеть их хочешь ты, —
- Мне отвечал тогда путеводитель, —
- 58 Грехи так исказили их черты,
- Что лиц их распознать нам невозможно;
- И вечно в этом Царстве темноты
- 61 Сшибаться будут призраки тревожно,
- Пока день воскресенья не придет.
- Тогда они восстанут осторожно
- 64 Из тьмы могил, иные сжавши рот
- И с сжатою рукою, а другие
- Лишенные волос своих. Как мот,
- 67 Так и скупец, все блага дорогие,
- Все радости земного существа
- Теряют навсегда. Грехи такие,
- 70 Как скупость и безумье мотовства,
- Приводят к мукам вечного боренья
- Без отдыха, без криков торжества.
- 73 Так гибельны фортуны искушенья,
- Хотя за них людской безумный род,
- Не ведая в раздорах пресыщенья,
- 76 Терзается и много крови льет.
- Все золото, и все богатство света
- Людей не избавляют от забот
- 79 И не внесут покой в жилище это,
- Где мук неотразим жестокий гнет».
- «Но объясни, – я спрашивал поэта, —
- 82 О, кто она, смущавшая народ,
- Богиня, что Фортуною зовется?
- Всех благ земных и всех земных щедрот
- 85 Из рук ее источник вечный льется».
- «Безумцы! Ваш рассудок омрачен,
- Вам в заблужденье правда не дается», —
- 88 Сказал мудрец и продолжал так он:
- «Так слушай же ты истинное слово:
- Мир видимый едва был сотворен,
- 91 Как власть уж для него была готова,
- Чтоб в мире свет равно распределять,
- И эта власть, как сам закон, сурова.
- 94 Над благами земными наблюдать
- Другая власть поставлена; власть эту
- Фортуною привыкли люди звать;
- 97 Богатства и сокровища по свету
- Дарит и отнимает вкруг она,
- Переходя от холода к привету,
- 100 Любя то те, то эти племена
- Иль возвышать, иль в грязь топтать бесстрастно.
- Фортуны той над миром власть сильна,
- 103 Сопротивляться стали б ей напрасно.
- Вот почему, порой, иной народ
- В падении страдает ежечасно,
- 106 Другой же процветает и живет
- В довольстве, не смущаемый бедами:
- Фортуна всех незримо стережет,
- 109 Как лютый змей, сокрытый под цветами.
- Ей ум людской – пути не преградит,
- И, властвуя над нашими умами,
- 112 Она провидит все, она царит
- В пределах власти, данной ей. Преграды
- Ни в чем ей нет. Вперед она спешит,
- 115 Как будто ждет там, впереди – награды.
- Вот вечная фортуна какова.
- Ее хулить нередко люди рады,
- 118 Ей вслед бросая гневные слова,
- Хоть к ней питать должны благоговенье.
- Она же под лучами Божества,
- 121 Не замечая общего хуленья,
- Живет среди созданий неземных,
- Рожденных в первый день миротворенья,
- 124 Блаженствует средь радостей иных,
- И катит шар свой… Далее иди же
- К другим теням, чтоб видеть муки их,
- 127 Которые ужаснее, чем ближе.
- Все звезды, освещавшие восток,
- Склоняются на западе все ниже.
- 130 Иди скорей! Нам дан недолгий срок».
- И мы границу круга миновали;
- Пред нами встал кипящийся поток.
- 133 Бесцветные и мутные бежали
- Потока волны; далее ручьем
- Они в болоте гнусном пропадали;
- 135 Болото это Стиксом мы зовем.
- И по пути неровному к нему-то
- Мы подошли. Бросая взгляд кругом,
- 139 Увидел я, – ужасная минута! —
- Толпы нагих и бешеных теней,
- В зловонии болота вывших люто.
- 142 Они кусались с яростью зверей,
- В клочки одна другую разрывали
- Зубами и при помощи когтей.
- 145 «Они за зверский нрав свой пострадали, —
- Сказал певец. – В воде и над водой,
- Куда бы взгляды мы ни обращали,
- 148 Они томятся вечною чредой».
- И в тине голоса их раздавались:
- «На свете, в блеске жизни молодой,
- 151 Мы преступленьем только упивались;
- От копоти душа у нас черна,
- И за порок в болота мы попались».
- 154 Их жалоба была едва слышна,
- Немел язык в их огненной гортани…
- Дорогой, что была едва видна,
- 157 По берегу скользили мы в тумане,
- Большую часть болота обошли
- И, наконец, в виду зловещей грани,
- 160 К подножью страшной башни подошли…
Песня восьмая
Пятый круг Ада. Флегиас перевозит чрез болото Стикса Вергилия и Данте. Отвратительные мучения Филиппа Ардженти. Путники приближаются к адскому укреплению Дитэ, где адская стража демонов преграждает им вход в проклятый город.
- 1 Когда к стенам мы башни приближались,
- То видели еще издалека,
- Что на ее вершине загорались,
- 4 Как звездочки средь тьмы, два огонька,
- И, по условью точно, засверкали
- Такие же два яркие значка
- 7 На дальней башне. Путь мы продолжали.
- И я сказал: «В всеведенье глубок,
- Как море, ты. Зачем же запылали
- 10 Те огоньки? Скажи, кто их зажег?
- Что означают огненные знаки?»
- Поэт ответил: «Если бы ты мог
- 13 Поверхность вод распознавать во мраке,
- То знал бы сам, что впереди нас ждет…»
- Неуловимы молнии зигзаги,
- 16 Неуловим и быстр стрелы полет,
- Но тот челнок, что нам навстречу мчался,
- Скользя под испареньями болот,
- 19 Быстрей стрелы и молнии казался.
- Один гребец сидел в нем и кричал:
- «Преступный дух! Ты наконец попался!
- 22 Ты уже здесь!» Мой спутник отвечал:
- «О, Флегиас{37}! Ты сердишься напрасно!
- Язык твоих угроз бессилен стал:
- 25 Пока ты можешь только безопасно
- Перевезти через болото нас».
- Как человек, которому ужасно
- 28 Скрывать бессильный гнев, так Флегиас
- Умолкнут вдруг. Учитель в челн спустился,
- Я вслед за ним, и челн на этот раз
- 31 Гораздо глубже в волны погрузился.
- Когда по темной, мертвой глубине
- Летели мы, вдруг грешник появился,
- 34 Весь тиною покрыт, и молвил мне:
- «Скажи, кто ты? Зачем ты раньше срока
- Блуждаешь в этой адской тишине?»
- 37 Я отвечал: «То время недалёко,
- Когда могу отсюда я уйти.
- Но кто ты сам, скажи мне, так жестоко
- 40 Истерзанный? Кто ты?» «В своем пути
- На вечный, вечный плач осуждена я», —
- Сказала тень. «Лети же ты, лети,
- 43 Проклятый дух, спокойствия не зная!
- Рыдания и скорби – твой удел.
- Твое лицо в грязи распознавая,
- 46 Тебя теперь припомнить я успел», —
- Ответил я… Тут грешник обе руки
- Простер к челну, как будто бы хотел
- 49 В нем отдохнуть от нестерпимой муки,
- Но спутник мой столкнул его назад:
- «Иди ты прочь, туда, где слышны звуки
- 52 Проклятий псов, как ты, попавших в Ад».
- Затем поэт, меня обняв, как брата,
- Поцеловал и молвил: «О, стократ
- 55 Блаженна мать, носившая когда-то
- Тебя во чреве! Чистая душа,
- Себя ты уберег среди разврата.
- 58 Знай: эта тень{38}, всю жизнь свою греша,
- Всех презирала в собственной гордыне,
- Лишь злобой постоянною дыша.
- 61 Беснуется и здесь она доныне.
- И много гордых некогда владык
- В зловонье этой мерзостной пустыни,
- 64 Здесь пресмыкаться будут каждый миг,
- Как свиньи, в мире общее презренье
- Оставив за собою. Их постиг
- 67 Стыд и позор». «Могу ль без затрудненья,
- Учитель, – я сказал, – теперь взглянуть,
- Как будет это жалкое творенье
- 70 В грязи и тине медленно тонуть?..»
- И мне ответил мудрый мой учитель:
- «Еще в ладье мы не окончим путь,
- 73 Увидишь ты, как флорентийский житель
- Казним в Аду…» И видел я вблизи,
- Как грешника карает Вечный Мститель.
- 76 Его давили призраки в грязи;
- «Филипп Ардженти! – все они кричали. —
- Вот он! Сюда! Дави его, рази!»
- 79 И призрак флорентинца окружали,
- А он с себя зубами тело рвал…
- За эту казнь, не чувствуя печали,
- 82 Я Небеса тогда благословлял.
- Тут мы его оставили… Стенанья
- Вдруг поразили слух мой, и сказал
- 85 Вергилий мне: «Ты обрати вниманье
- На этот город: Дис{39} его зовут.
- Преступники в нем терпят наказанья,
- 88 В Аду их духи мрака стерегут».
- «Учитель, – я воскликнул, – на поляне,
- Мне кажется, я вижу, как встают
- 91 В багровом, в ярко-огненном тумане
- Вершины башен». «Да, – сказал поэт, —
- Горит огонь в них вечный, – знай заране,
- 94 Что он стенам дает багровый цвет.
- Печальный град был рвами опоясан,
- Где челн наш оставлял чуть видный след;
- 97 Ряд стен был из железа, и для нас он
- Казался неприступным. Наконец
- Мы к берегу пристали. В этот час он
- 100 Пустыней был. Тут закричал гребец:
- «Здесь вход. Идите!» И над воротáми
- Увидел я, бледнея, как мертвец,
- 103 Сонм демонов в тьму бездны Небесами
- Низвергнутый. Их крик достиг до нас:
- «Кто в Царстве мертвых бродит между нами?
- 106 Для вас еще не пробил смертный час!..»
- Мой спутник подал знак им, что желает
- Им молвить слово втайне, и, смутясь,
- 109 Они смирили гнев свой. Восклицает
- Один из них: «Лишь ты к нам подойди,
- А смертный, что с тобой в наш Ад вступает,
- 112 Пускай уйдет и путь свой назади
- Переследит без страха, если может,
- Тебя оставив здесь!..» В моей груди
- 115 Проснулся ужас: кто теперь поможет
- Мне выбраться когда-нибудь назад?
- Кто мне в пути преграды уничтожит?
- 118 «Наставник мой! Семь раз, спускаясь в Ад,
- Избавил от опасности меня ты
- И бодро вел сквозь этот адский смрад.
- 121 Не оставляй меня ты в тьме проклятой! —
- В отчаянии так я восклицал. —
- И если впереди нас ждут утраты
- 124 И путь в Аду нам недоступным стал,
- То поскорей вернемся мы обратно».
- Но мой путеводитель отвечал:
- 127 «Не бойся, говорю неоднократно,
- Никто дороги нам не заградит:
- Над нами Тот, чья сила необъятна.
- 130 Здесь жди меня; пусть страх не шевелит
- Твоей души; тебя я не покину
- В кромешной тьме. Прими спокойный вид».
- 133 Так нежно говорил он, словно сыну,
- И удалился. В страхе и смущен
- Остался я и ужаса причину
- 136 Напрасно позабыть хотел. Но он,
- Учитель мой, недолго был с бесами.
- Что говорил он с ними – посвящен
- 139 Я в это не был, только перед нами
- Метаться стали демоны, закрыв
- Ворота башни. Тихими шагами
- 142 Поэт вернулся, голову склонив.
- В его лице заметил я смущенье;
- Вздохнул он, тихо слово проронив:
- 145 «Кто вход мне преграждает?» В заключенье
- Он мне сказал одно: «Да не смутит
- Тебя мое невольное волненье.
- 148 Пусть нам сонм этих демонов грозит,
- Но все ж они должны мне покориться.
- Высокомерье их – не ново. Стыд
- 151 Их пораженья должен совершиться,
- Как некогда, у первых адских врат,
- Где думали преградою явиться
- 154 Те демоны; но вход в подземный Ад
- Остался без затворов{40}. Там, у входа,
- Заметил надпись страшную твой взгляд.
- 157 Но знай, мой сын: в глубь этого прохода
- Спускается один сюда с высот
- Защитник человеческого рода,
- 160 Сюда грядет могучий ангел тот,
- Перед которым бесы содрогнутся
- И двери недоступных нам ворот
- 163 Покорно перед нами распахнутся».
Песня девятая
Три адские фурии грозят, что они обратят в камни обоих странников. Сошествие ангела, который прикосновением своего жезла отворяет врата неприступного города. Демоны разбегаются. Шестой круг Ада, где находятся язычники.
- 1 Мое лицо в минуту бледно стало,
- Когда певец приблизился ко мне,
- Но вдруг его смущение пропало, —
- 4 Он скрыл его в сердечной глубине;
- Прислушиваясь, он остановился:
- Мрак был так густ в той адской стороне,
- 7 Что зоркий взгляд, куда б ни обратился,
- Не мог проникнуть тьмы. «Мы победим!
- Мы победим, лишь он бы к нам явился. —
- 10 Сказал мудрец. – Приди же, херувим!»
- Я понимал, что странными словами
- Меня он успокаивал; томим,
- 13 Однако, страхом, этими речами
- От робости я не избавлен был
- И вопросил, чуть шевеля губами:
- 16 «В глубь этой бездны кто-нибудь сходил
- От самой первой той ограды Ада,
- Где нет надежды?» Так я говорил,
- 19 И отвечал учитель: «Правду надо
- Тебе сказать: еще никто почти
- Не достигал до пламенного града,
- 22 Не шел сюда по нашему пути.
- Но некогда в ту бездну я спускался,
- Куда меня заставила сойти
- 25 Жестокая Эрикта{41}. Покорялся
- Ей дух людей умерших и порой
- В земное тело снова облекался.
- 28 Лежал недолго сам я под землей,
- Лишась души, когда мне повелела
- Сама Эрикта, жезл поднявши свой,
- 31 Спуститься в адский круг той бездны смело,
- Чтобы одну из падших душ спасти.
- Круг этот глубже всех; отяготела
- 34 Ночь вечная над ним, но ты идти
- Со мной без страха должен. Вот болото
- Зловонное пред нами на пути,
- 37 Весь город охватившее: в него-то
- Без боя невозможно нам шагнуть».
- Еще он говорить мне начал что-то,
- 40 Но головы не мог отвернуть
- От башни, мрачным светом озаренной.
- Трех фурий я увидел: фурий грудь
- 43 Сочилась кровью; стан их обнаженный
- Был гидрами зелеными обвит;
- До плеч с их головы окровавленной
- 46 Спадали змеи. Фурий этих вид
- Напоминал вид женщин. Были это
- «Царицы плача»{42} спутницы. «Горит
- 49 Их взгляд огнем (так слушал мудреца я);
- Эриннами их гнусными зовут.
- Вон та, что среди их стоит, рыдая, —
- 52 Алекто; с ней Мегера рядом тут,
- А третья по прозванью Тизифона…»
- Поэт умолк. Ужасных тех минут
- 55 Мне не забыть. Они слились в три стона
- И грудь свою ногтями стали рвать.
- Я трепетал. «Сюда, сюда, Горгона{43}! —
- 58 Так начали те Фурии кричать. —
- Мы в камень превратим его! Не мы ли,
- Когда Тезей нас вздумал испугать,
- 61 Ему за нападенье отомстили{44}?»
- «Закрой лицо свое и отвернись,
- Иначе здесь погиб ты, как в могиле;
- 64 Лицо Горгоны видеть берегись,
- Когда из Ада хочешь возвратиться…»
- Так, голову мне наклонивши вниз,
- 67 Сказал поэт. Боялся положиться
- Он на меня, и собственной рукой
- Закрыл мои глаза… Кто умудрится
- 70 Постичь умом – ужасный смысл какой
- Таится в этих строчках?.. Гул жестокий
- Стоял над мутной, мертвою рекой
- 73 И повергал невольно в страх глубокий.
- Два берега дрожать он заставлял.
- Так ураган среди пустынь Востока
- 76 Под знойным небом часто налетал
- На темный лес, все на пути ломая,
- И мял цветы и с корнем вырывал
- 79 Могучий дуб, столб пыли поднимая,
- И гнал зверей и мирных пастухов…
- Затем поэт, глядеть мне разрешая,
- 82 Сказал: «Смотри на пену тех валов,
- Где гуще водяные испаренья,
- Принявшие вид мутных облаков».
- 85 Как бегают у берега в смятенье
- Лягушки, увидавшие ужа,
- И, роясь в тине, ищут в ней спасенья,
- 88 Так легионы призраков, дрожа
- От ужаса, вдруг бросились толпами
- Бежать, худые члены обнажа,
- 91 От призрака. Он тихими стопами
- Чрез Стикс, как через сушу, проходил;
- Он воздух отвевал перед глазами
- 94 Своей рукой: так зноен воздух был,
- И тем движеньем словно утомлялся.
- Когда на нем я взгляд остановил,
- 97 Не знаю почему, я догадался,
- Что это ангел Божий шел вперед.
- Учителя я тотчас попытался
- 100 О том спросить таинственно, но тот
- Мне подал знак, чтоб молча я склонился.
- И ангел шел чрез пену мутных вод;
- 103 Чело его сияло; он стремился
- Ко входу в град. Коснулся он ворот
- Своим жезлом, и тихо отворился
- 106 Пред нами недоступный прежде вход;
- И на пороге ставши в это время,
- Воскликнул он: «Погибший, жалкий род!
- 109 Проклятое, низвергнутое племя!
- Вы Небесам противитесь опять!
- Иль высшей власти тягостное бремя
- 112 Крамолами вы думаете смять?
- К чему вели все ваши возмущенья?
- Они могли лишь только умножать,
- 115 Усиливать в Аду для вас мученья.
- Припомните: ваш Цербер – адский зверь
- След роковой неравного боренья
- 118 На шее носит даже и теперь!..»
- И, не сказавши более ни слова,
- Покинул он открытую им дверь
- 121 И по волнам назад пустился снова.
- Казалось, озабочен сильно был
- Он думами значения иного
- 124 И о судьбе двух странников забыл.
- А мы, им успокоены, вступили
- В обитель ту, куда он путь открыл,
- 127 Где духи тьмы уже нам не грозили.
- Желая знать про участь тех теней,
- Которых в эту крепость заключили,
- 130 Окрестность осмотрел я, и на ней
- Печальные поля глазам открылись,
- Поля жестокой муки и скорбей.
- 133 Как ряд холмов близ Арля{45}, где катились
- Спокойней волны Роны, или в том
- Местечке возле Полы{46}, где явились
- 136 Струи Кварнаро резким рубежом
- Италии, так точно здесь холмами
- Могилы поднимаются кругом;
- 139 Но вид их был ужаснее. Пред нами
- Между гробниц везде огонь пылал,
- И каждый гроб, охваченный огнями,
- 142 С приподнятою крышкою стоял,
- Откуда вылетали вопли муки
- И голос осужденных вылетал.
- 145 Тех голосов мучительные звуки
- Я слушал и учителя спросил:
- «Чьи тени, поднимающие руки,
- 148 Томятся здесь средь огненных могил?»
- «Еретики оттенков всевозможных,
- Отступники, – мой спутник говорил, —
- 151 Лежат в гробницах этих придорожных,
- Где пламя беспрестанно может жечь
- Безумцев, лжеучителей безбожных.
- 154 Всем им пришлось под эти склепы лечь,
- Где вечно хлещет огненная лава».
- Путеводитель мой окончил речь
- 157 И меж могил повел меня направо.
Песня десятая
Перед Данте и Вергилием встает ряд могил, в которых находятся последователи Эпикура. Путники говорят с призраками Фарината дельи Уберти и Кавальканте де Кавальканти. Первый предсказывает Данте изгнание из Флоренции.
- 1 Мы шли тропой, которая вилась
- Среди могил близ каменной ограды,
- И спутника спросил я в этот час:
- 4 «О, ты, мудрец, ведущий сквозь преграды
- Меня из круга в круг, дай мне ответ:
- Могу ли я, учитель, бросить взгляды
- 7 Внутрь тех гробниц, где крышек вовсе нет?
- Могу ль узнать, что в них теперь таится?»
- «Гробницы те, – ответствовал поэт, —
- 10 Должны своими крышками закрыться,
- Когда сюда их души прилетят,
- Чтоб в образе земном опять явиться:
- 13 Тела погибших душ теперь лежат
- В Иосафатовой долине… Вправо —
- Эпикурейцев кладбище. Их взгляд
- 16 На жизнь тебе известен. Величаво
- Ученье их провозглашалось вслух,
- Что для людей бессмертие – забава,
- 19 Что с телом умирает вместе дух.
- Здесь все твои вопросы разрешатся
- И даже те, мой благородный друг,
- 22 Которые невольно, может статься,
- Ты высказать мне прямо не желал».
- «Наставник мой, – ответил я, – скрываться
- 25 Я потому порой предпочитал,
- Что сам меня учил ты воздержанью».
- «Тосканский гражданин! Ты в град попал,
- 28 Где пламя предается пожиранью,
- Остановись! Я по твоим речам
- Признал, их подчиняясь обаянью,
- 31 Что ты вполне принадлежишь к сынам
- Отчизны благородной и прекрасной,
- Но для которой вреден был я сам!..
- 34 Для родины я был звездой несчастной!»
- Тот голос из гробницы раздался
- Внезапно вдруг. Страх чувствуя ужасный,
- 37 К учителю назад я подался.
- «Не бойся, что с тобою? – начал речь он. —
- Из гроба Фарината{47} поднялся,
- 40 И виден нам от пояса до плеч он».
- И повстречал я Фаринаты взгляд.
- Хоть жар огня в гробу был бесконечен,
- 43 Но, словно презирая целый Ад,
- Он гордо из гробницы поднимался.
- Других гробов минуя целый ряд,
- 46 С Вергилием к нему я приближался:
- «В речах будь краток», – спутник мне шепнул.
- Когда я с Фаринатом поравнялся,
- 49 С надменностью он на меня взглянул
- И, помолчав, спросил меня: «Кто были
- Твои отцы?» И я не обманул
- 52 И ничего не скрыл, как предки жили.
- Тогда, подняв глаза, он молвил мне:
- «Они меня и род мой не любили
- 55 И враждовали с нами на войне,
- За что ссылал их дважды я в изгнанье».
- «Да, дважды по чужой они стране
- 58 Скитались, – отвечал на эту брань я, —
- Но дважды возвращались и назад
- На родину, чего при всем желанье
- 61 Не мог исполнить род твой, говорят,
- И не сумел на родину вернуться».
- В лицо мое пахнул вдруг новый смрад;
- 64 Другая тень, – не мог не содрогнуться
- При этом я, – подняв свое чело,
- Явилась сзади гроба, разогнуться
- 67 Не в состоянье; видным быть могло
- Одно лицо той новой, бледной тени:
- Казалось мне, что муками свело
- 70 Поверженного призрака колени.
- Глазами вкруг себя он поводил,
- И я услышал жалобное пенье.
- 73 С рыданием тот грешник возопил:
- «О, если в Ад путь длинный и ужасный
- Тебе твой гений светлый озарил,
- 76 Зачем же не с тобой мой сын прекрасный?»
- «Я собственною властию не мог
- Проникнуть в Ад, но этот путь опасный
- 79 Указывал мне тот, к кому был строг
- Твой Гвидо{48}, так его ценивший мало…»
- Так я сказал: в короткий этот срок
- 82 Я уже знал, чья это тень стонала,
- И имя несчастливца угадал{49}.
- Вдруг тень передо мною быстро встала:
- 85 «Ценивший мало? – с воплем он сказал. —
- Ответь скорее: разве он скончался?
- И светлый день из глаз его пропал?»
- 88 Он ждал, когда ж ответа не дождался,
- То в гроб свой опрокинулся назад
- И больше из него не поднимался.
- 91 Меж тем другой безумец, падший в Ад,
- Перед которым я остановился,
- Стоял все так же смело; даже взгляд
- 94 Такою же надменностью светился.
- Он прерванную речь возобновил:
- «На родину мой род не возвратился,
- 97 И мысль о том страшней всех адских сил
- Меня казнит и мучает доныне…
- Но знаешь ли, что рок тебе сулил
- 100 На родине?.. Лик царственной богини,
- Богини Ада{50} здесь не заблестит
- Полсотни раз, как снова на чужбине
- 103 Изгнания ты испытаешь стыд…
- Но прежде чем в мир светлый возвратиться,
- Скажи, за что толпа мой род хулит,
- 106 Унизить, оскорбить его стремится?»
- «С тех самых пор, как Арбии струи
- Могли ужасной кровью обагриться,
- 109 С тех пор во храме подвиги твои
- Лишь возбуждают общие проклятья»{51}.
- «Не я один повинен в той крови, —
- 112 Он отвечал, – одно могу сказать я,
- Я действовал с другими заодно
- И виноват, как все мои собратья.
- 115 Но там, где было всеми решено
- Флоренции прекрасной разрушенье,
- Я был один: мной было спасено
- 118 Величие Флоренции». В смущенье
- Я произнес: «Да обретет покой
- Твое потомство! Но сомненье
- 121 Одно ты разреши мне: род людской
- Не ведает грядущего прозренье,
- Для вас же в нем нет тайны никакой,
- 124 Хоть в настоящем многие явленья,
- Нам ясные, невидимы для вас».
- И высказала тень такое мненье:
- 127 «Лишь видимы для наших слабых глаз
- Предметы отдаленные. Так было
- Угодно Небесам. Но всякий раз,
- 130 Когда уже событье наступило,
- Прозрение не в силах нам помочь;
- Теперь – земная жизнь для нас могила,
- 133 Где царствует одна глухая ночь.
- Мы в настоящем мире постоянно
- Неведенья не можем превозмочь.
- 136 И если перед нами вдруг нежданно
- Грядущего запрутся ворота,
- Предвиденье умрет в нас… Беспрестанно
- 139 Мы ждем того». И тень, закрыв уста,
- Умолкла вдруг, и я сказал в волненье:
- «Пусть истину теперь узнает та
- 142 Душа, что рядом стонет в исступленье;
- Поведай же ты грешнику скорей,
- Что сын его не умер. Лишь в сомненье
- 145 Не кончил прежде речи я своей,
- Когда меня он спрашивал…» Тогда-то —
- Позвал меня учитель от теней,
- 147 Но, торопясь, спросил я Фарината,
- Кто с ним еще в гробницу заключен?
- «О, многих здесь постигла та ж утрата, —
- 150 Не двигаясь в гробнице, молвил он. —
- Здесь Фридерик Второй{52} лежит со мною,
- И кардинал{53} вкушает тот же сон.
- 153 Еще лежат… но имена их скрою…»
- И он исчез. Пошел к поэту я,
- Невольно размышляя той порою
- 156 О предсказанье тени и тая
- Смущение… «Скажи, чем ты смутился?» —
- Путеводитель спрашивал меня.
- 159 Я правду рассказать ему решился.
- «Запомни все, чем был ты так смущен,
- Что выслушать от призрака решился, —
- 162 Сказал поэт и руку поднял он. —
- Когда пред лучезарной{54} ты предстанешь,
- Чье око видит все со всех сторон,
- 166 Ты от нее о будущем узнаешь.
- Узнаешь все, что ждет тебя вперед.
- Теперь же продолжать ты станешь
- 169 Со мною путь». И влево он идет.
- В глубь города мы стали удаляться
- От мрачных стен и городских ворот
- 172 И начали к долине подвигаться,
- Где стали перед нами в этот час
- Густые испаренья подниматься.
- 175 В долину ту тропинка шла, крутясь.
Песня одиннадцатая
Путники вступают в отвратительное место, где носятся зловонные испарения. Они желают скрыться от них за каменной гробницей папы Анастасия, совращенного еретиком Фотином. Вергилий объясняет Данте степени наказаний в разных кругах и праведное распределение грешников.
- 1 Мы шли вдоль по обрыву мимо скал,
- Поверженных, как каменные трупы,
- И подошли к вертепу: изрыгал
- 4 Он из себя зловония, – и группы
- Проклятых душ стонали в нем. Мы шли,
- Хватаясь за гранитные уступы,
- 7 И так как выносить мы не могли
- Зловонных испарений, то спасенье
- За каменной гробницею нашли.
- 10 Где надпись увидали в то мгновенье:
- «Здесь папа Анастасий заключен,
- Что был введен Фотином в искушенье»{55}.
- 13 «Кругом весь воздух смрадом заражен,
- И медленней мы будем подвигаться,
- Чтоб к смраду понемногу приучен
- 16 Был ты и я: не станет он казаться
- Нам столько отвратительным потом», —
- Так молвил мне учитель. «Может статься, —
- 19 Я возразил, – пока вперед идем,
- Ты что-нибудь расскажешь мне дорогой?»
- «Да, и теперь я думаю о том», —
- 22 Я услыхал поэта голос строгий.
- Он продолжал: «Смотри, мой сын, вокруг
- (И слушал я его с большой тревогой):
- 25 В три яруса идет за кругом круг
- Средь этих скал, один другого шире.
- И каждый круг – обитель вечных мук
- 28 Для падших душ в подземном этом мире,
- Но чтоб тебе, взглянув на них, понять,
- Что в Небе, в голубом его эфире
- 31 Пощады им вовек не прочитать, —
- Я расскажу, за что их заключили:
- Ужасней зла не можем мы назвать,
- 34 Как ближнего обида. Доходили
- До этой цели ложью иногда.
- Иль вред через насилье наносили
- 37 И ближних обирали без стыда.
- За этот грех нет в Небесах прощенья.
- Обман – порок людей и был всегда
- 40 Караем Богом он без сожаленья,
- И каждый злой обманщик, каждый тать
- Повержен в самый страшный Ад мученья,
- 43 Куда не сходит Божья благодать.
- Знай: в первый круг попали души мрака,
- Виновные в насилье, но опять,
- 46 Так как насилье может быть трояко,
- То на три части делится тот круг,
- С тройным различьем в грешниках, однако.
- 49 Насилие людских сердец и рук
- Бывает против ближних, против Бога
- И против жизни собственной. Вокруг
- 52 Увидишь ты таких пороков много:
- Убийство, грабежей ночных позор.
- Вот первый круг, где наказуют строго
- 55 Насилье против ближних: гнусный вор,
- Убийца злой, не пощадивший друга,
- В вертепе том томятся с давних пор.
- 58 А во втором подразделенье круга
- Самоубийц и мотов скорбный ряд,
- Всех посягнувших смело, без испуга,
- 61 На жизнь свою, – их поглощает Ад —
- Иль на свое богатство, достоянье,
- И проливавших слез кровавых яд
- 64 В те дни, когда любовь и ликованье
- Должны бы были в сердце обитать…
- А те преступно жалкие созданья,
- 67 Что стали имя Бога отвергать,
- Богохуля, природу оскорбляют,
- Те в меньшем круге стали обитать.
- 70 На проклятом челе их замечают
- Клеймо неизгладимое почти
- Содома и Кагора{56}. Но бывают
- 73 Грехи другого рода, и найти
- Их можем мы в другом подземном круге.
- Запомни те грехи и перечти:
- 76 Грех сводничества, льстивости услуги,
- Татьба, и святотатство, и подлог,
- Ложь всякая, когда уж друг о друге
- 79 Забыли люди думать, и порок
- Для них стал всякой доблести заменой.
- Есть грех еще – он страшен и жесток —
- 82 Он – смерть любви: зовут его изменой.
- В одной из самых низших адских сфер,
- Где стало средоточие Вселенной,
- 85 Где восседает грозный Люцифер,
- Обречена измена вечной казни,
- Чтоб казни той был памятен пример».
- 88 «Учитель, – я сказал не без боязни, —
- Ты верное понятие мне дал
- О пропасти греха и неприязни,
- 91 Но ты еще не все мне рассказал.
- Я видел много грешников сраженных,
- Которых страшный дождик бичевал,
- 94 Толпу теней в болото погруженных,
- Гонимых ветром, с скрежетом зубов,
- Хулящих Небо, мрачных, исступленных,
- 97 И я о них спросить тебя готов:
- Когда над ними кара тяготеет,
- То почему ж за мерзость их грехов
- 100 В тот град, что постоянно пламенеет, —
- Не заключили их?» Он отвечал:
- «Ужель твой ум в безумии темнеет?
- 103 Иль рассуждать ты здраво перестал?
- Философа забыл ты наставленье{57},
- Который так грехи подразделял:
- 106 Невоздержанье, злобы прегрешенье
- И скотобесье. Первый самый грех
- Не столько оскорбляет Провиденье
- 109 И потому слабей казнится всех
- Других грехов. Когда поймешь ты это,
- То ясно разгадаешь участь тех
- 112 Погибших душ, отторженных от света,
- Которых Бог карающий щадил
- В сиянье бесконечного привета
- 115 И в высшие круги их поместил,
- Где легче казнь и где сносней мученья».
- Невольного восторга я не скрыл:
- 118 «Ты – солнце, возвращающее зренье!
- Ответ твой каждый счастье мне несет,
- И мне полезно самое сомненье,
- 121 Как знание: я вижу в нем оплот…
- Еще один вопрос мне разреши ты,
- Который мне покоя не дает:
- 124 За что пути к спасению закрыты
- Мздоимцам? Вот что хочется мне знать…»
- «Нас учит философия – пойми ты, —
- 127 Что мы должны в природе уважать
- Божественного разума начало
- С его искусством; можно доказать
- 130 По книгам, что искусство подражало
- Природе всей: так робкий ученик,
- Изведавший науку слишком мало,
- 133 Копировать учителя привык.
- Искусство от Небес родится тоже,
- Как внук от деда. Двойственный родник —
- 136 Искусства и природы – нам дороже
- Всех родников, и в нем лишь почерпать,
- В своей душе сомненья уничтожа,
- 139 Мы можем жизнь и жизни благодать.
- Мздоимец же идет другой дорогой.
- Природу он лишь может презирать,
- 142 В искусстве не находит школы строгой,
- Нуждается в опоре он иной,
- И грудь его полна другой тревогой.
- 145 Однако в путь; иди теперь за мной.
- На горизонте, вижу я, явилось
- Сиянье знака Рыб, а в тьме ночной
- 148 На западе почти уже скатилось
- Созвездье Колесницы… Мрак глубок…
- Вот яркая звезда на небе скрылась.
- 151 А нам до спуска путь еще далек».
Песня двенадцатая
Данте и Вергилий спускаются в седьмой круг подземного Ада по отвесному обрыву, где на полуразрушенной скале находят чудовище – Минотавра. Вергилий смиряет его бешенство. Встреча с центаврами, из которых один – Несс делается проводником двух путников и указывает на кровавый поток, где грешники по степеням терпят кару за насилие.
- 1 Дорога, по которой в этот час
- Нам приходилось далее спускаться,
- Была почти отвесна, и не раз,
- 4 Взглянувши вниз, мог всякий содрогаться.
- Гора, с которой сброшен был обвал,
- Непроходимой стала мне казаться
- 7 С вершины до подножья: груды скал
- Низринуты лежали перед нами.
- Таков был спуск, и бездны мрак зиял
- 10 Над ним кругом, а близко, под ногами,
- Чудовище лежало на скале{58},
- Чудовище, которое сосцами
- 13 Не матери питалось на земле,
- Но деревянной телки… Ужас Крита,
- Чудовище, заметя нас во мгле,
- 16 Себя кусало, пеною покрыто,
- Не в состоянье бешенства смирить.
- И закричал мой проводник сердито:
- 19 «Тварь гнусная! Ты мыслишь, может быть,
- Что царь Афин к тебе явился снова,
- Чтоб вновь тебя, чудовище, убить?
- 22 Прочь, гадина! Для подвига иного
- Спустился этот смертный в Ад сюда;
- И у него желанья нет другого,
- 25 Как только посмотреть на Царство мук…»
- Как ярый бык в минуту пораженья
- Срывает узы тягостные вдруг
- 28 И, силы потерявший, в исступленье,
- Бросается то прямо, то назад,
- Так Минотавр метался в то мгновенье.
- 31 Поэт сказал с любовью мне, как брат:
- «Скорее вниз, пока он бесноваться
- Не перестал…» И, не боясь преград,
- 34 Чрез груды скал мы начали спускаться,
- А из-под ног срываясь, камней ряд
- Летел и падал в бездну. Подвигаться
- 37 Я стал вперед, кругом бросая взгляд,
- И размышлял, поэта слыша голос:
- «Ты думаешь, быть может, мой собрат,
- 40 О той скале, что сверху раскололась,
- И где теперь чудовище лежит,
- В котором злость с бессилием боролась?
- 43 Мной усмирен, ужасный зверь молчит.
- Так знай же, что, когда еще впервые
- Сходил я в Ад, вон той скалы гранит
- 46 Еще был цел, и камни вековые
- Не треснули. Случилось то поздней
- В другие дни и времена иные,
- 49 Пред тем, как Тот спустился в мир теней,
- Который многим в Ад принес спасенье…
- Тогда-то с страшным грохотом камней,
- 52 Скалу поколебало сотрясенье
- И рухнул сокрушительный обвал.
- Подумал я в то самое мгновенье,
- 55 Что от любви весь мир затрепетал,
- От той любви, которою держалась
- Вселенная. Любовью – я слыхал —
- 58 Не раз уже мир обращался в хаос{59}.
- Тогда-то раскололась вдруг скала
- И грудою каменьев разметалась.
- 61 Но вниз взглянуть тебе пора пришла:
- Мы около кровавого потока,
- Где в кипяток за грязные дела
- 64 Насилия – повержены глубоко
- Преступники. О ты, развратный род,
- Жизнь тративший на подвиги порока,
- 67 Вот как тяжел последний твой расчет!»
- И вкруг равнины ров дугообразный
- Увидел я с кровавой пеной вод,
- 70 А от скалы до рва с пучиной грязной
- Центавры появлялись здесь и там
- Со стрелами, как на потехе праздной.
- 73 Когда они домчались ближе к нам
- И нас на спуске взоры их открыли,
- Они остановились. К тетивам
- 76 Центавры разом стрелы наложили,
- И трое, отделившись от других,
- К той крутизне, где шли мы, подскочили.
- 79 И крикнул нам тогда один из них:
- «Откуда вы? Какой вы казни ждете,
- Спускаясь в мир созданий неживых?
- 82 Когда вы мне ответа не даете,
- Я с тетивы стрелу спущу тогда,
- Которая верна в своем полете».
- 85 «Зачем вдвоем нисходим мы сюда,
- Хирону{60} мы поведаем при встрече.
- Ты опрометчив ныне, как всегда,
- 88 В заносчивых желаниях и речи».
- Так отвечал Вергилий наотрез
- И, положивши руку мне на плечи,
- 91 Заметил мне тихонько: «Это – Несс{61};
- Плененный Деянирою прекрасной,
- Он умер за нее, но Геркулес
- 94 И сам погиб, надевши плащ ужасный
- Покойника. Второй из них – Хирон,
- Ахилла пестун; третий Фол{62}, известный
- 97 По бешенству. Сюда со всех сторон
- Свирепые центавры наезжают, —
- Неисчислим их грозный легион, —
- 100 И в кипятке потока поражают
- Преступных жертв, когда из пены вод
- Они чело высоко поднимают,
- 103 Чтоб легче были муки их…» И вот
- Мы подошли к центаврам. Под скалою
- Хирон раскрыл чудовищный свой рот
- 106 И, бороду раздвинувши стрелою,
- Товарищам сказал он наконец —
- С улыбкой отвратительной и злою:
- 109 «Вы видели, как шел второй пришлец?
- Он шел – и часто камни рассыпались
- Из-под него: не ходит так мертвец.
- 112 Усопшие сюда так не являлись».
- Мой проводник к центавру подошел,
- В котором две природы совмещались,
- 115 И возразил: «Да, в это море зол
- Действительно сошла душа живая:
- И человека этого я вел
- 118 Через долину тьмы, не уставая.
- Не любопытство странника вело
- В подземный Ад, но цель вполне благая.
- 121 В Эдеме Дева есть – ее чело
- Сияньем Рая блещет постоянно.
- Покинув Рай, где счастье так светло,
- 124 Она ко мне явилася нежданно,
- Меня на подвиг новый обрекла…
- Я чист душой и лгать мне было б странно,
- 127 А этот смертный всякого чужд зла…
- Во имя добродетели, ведущей
- По Аду нас, где всюду смрад и мгла,
- 130 Чтоб впереди не знать напасти пущей,
- Прошу тебя, пускай один из вас
- Проводит нас тропою, в Ад идущей,
- 133 И человека этого сейчас
- Пусть на себе перенесет чрез реку.
- Не призрак он; и смерти не страшась,
- 136 Нельзя пройти пучину человеку:
- Лишь только тень по воздуху скользит».
- Таких речей не ведая от века,
- 139 Хирон центавру Нессу говорит:
- «Ступай, их проводи и охрани ты,
- Когда толпа другая их смутит».
- 142 При появленье новой той защиты
- По берегу мы шли. Кипел поток,
- Где выли тени злы, полуубиты,
- 145 Повержены в кровавый кипяток.
- Вплоть до бровей я видел погруженных,
- Измученных от головы до ног, —
- 148 И, показав рукой на осужденных,
- Центавр сказал: «То казнь земных владык,
- Невинной кровью ближних обагренных.
- 151 Их легион обширен и велик:
- Здесь Александр, с ним Дионисий вместе,
- Что столько лет давить народ привык
- 154 В Сицилии во имя хладной мести,
- Здесь Аццолино{63} грозный заключен;
- Казнится здесь и он, Обидзо Эсти,
- 157 Что пасынком своим был умерщвлен».
- Хотел к певцу я с словом обратиться,
- Но, указав на Несса, молвил он:
- 160 «Теперь тебе он больше пригодится,
- Чем я, мой сын». И в этот самый срок,
- Когда певцу спешил я покориться,
- 163 Центавр опять взглянул на кипяток:
- «Иные души страждут здесь жестоко,
- До шеи погруженные в поток.
- 166 Вот там теперь стоящий одиноко
- Ужасный грешник, – знаешь ли, кто он?
- Господний храм он оскорбил глубоко
- 169 И поразил вблизи его колонн
- Того, чье сердце люди сохранили
- На Темзе вплоть до нынешних времен
- 172 И в дорогом ковчеге схоронили{64}».
- Других теней потом я увидал, —
- Их головы и груди видны были, —
- 175 И я иных невольно узнавал…
- Поток все мельче, мельче становился,
- Так что в конце лишь ноги покрывал.
- 178 Ров этот скоро сзади очутился,
- Когда центавр перескочил поток
- И мне сказал: «Сейчас ты убедился,
- 181 Как ров мелел; но страшно он глубок
- В другом конце, и в глубине той вечной
- Властители страдают за порок
- 184 Насилия и власти бессердечной.
- Там в пламени несет свой тяжкий крест —
- Бич Божий, сам Аттил бесчеловечный;
- 187 Там властолюбец Пирр{65}, разбойник Секст{66},
- Там очи у Реньеро да Корнета,
- Реньеро Падзо пламень адский ест.
- 190 Они народ терзали, и за это
- Кровавый кипяток их вечно жжет,
- И впереди нельзя им ждать рассвета».
- 193 И Несс назад отправился чрез брод.
Песня тринадцатая
Путники вступают во второй отдел седьмого круга. Перед ними самоубийцы, превращенные в деревья, и расточители, терзаемые гарпиями. Пьер делле Винье, секретарь Фредерика II.
- 1 Едва от нас сокрылся мрачный Несс
- И чрез поток еще не перебрался,
- Как мы вдвоем вступили в темный лес,
- 4 И лес непроходимым мне казался.
- В нем не было тропинки ни одной.
- Он зеленью лесов не распускался:
- 7 На нем являлись листья предо мной
- Все черные; все ветви кривы были,
- И не плоды в трущобе той лесной
- 10 Росли кругом, но всюду только гнили
- Растенья ядовитые везде.
- Мы хуже места верно б не открыли
- 13 В лесах Корнето{67} и Чечины{68}, где
- Лишь дикий зверь в густой листве скрывался
- И птицы робко прятались в гнезде.
- 16 Но страшный лес, где путь наш потерялся,
- Наполнен только гарпиями{69} был
- (С Строфадских островов от них спасался
- 19 Когда-то род Троян): меж черных крыл
- Они людские головы имели, —
- Большой живот, две лапы… Я следил,
- 22 Как гарпии на деревах сидели
- И пó лесу их раздавался вой…
- Я чувствовал, что ноги онемели…
- 25 Тогда сказал учитель добрый мой:
- «О, прежде чем вперед ты устремился,
- Узнай, что перешел ты во второй
- 28 Круг Ада{70}, и пока нам не открылся
- Пустыни вид ужасный, до тех пор
- Отсюда ты не выйдешь». Я смутился…
- 31 «Кругом смотри ты зорко, и твой взор
- Понять скорей всю истину сумеет:
- Тогда с тобой вступлю я в разговор».
- 34 Смотрю я вкруг, лицо мое бледнеет:
- То здесь, то там я слышу тяжкий стон,
- Но чьи они? Мой разум цепенеет…
- 37 Не видя никого со всех сторон,
- Прислушиваясь, я остановился
- Стенаньями страдальцев изумлен.
- 40 Поэт разубедить меня решился,
- Чтоб думать я не мог, что стон теней
- Из-за лесной трущобы доносился,
- 43 И мне сказал: «Чтоб в голове твоей
- Мысль приняла другое направленье,
- Сломи в лесу любую из ветвей».
- 46 Я увидал колючее растенье,
- Растущее на деревянном пне.
- С него сорвал я ветвь, и в то мгновенье
- 49 Древесный пень со стоном крикнул мне:
- «За что меня так больно ты терзаешь?
- Или в твоей сердечной глубине
- 52 Нет жалости? Зачем меня ломаешь?»
- Облившись черной кровью, он вопил:
- «Теперь ты за деревья нас считаешь,
- 55 Но прежде я, как и другие, был
- Таким же человеком, как вы оба…
- За что ж меня, как враг, ты оскорбил?
- 58 Когда б в тебе не шевелилась злоба,
- Ко мне бы прикоснуться ты не мог,
- Хотя бы гадом был я…» Вся трущоба
- 61 Завыла вдруг. Как из березы сок,
- Под топором, ручьем порою льется,
- Так кровь лилась из пня, как бы поток…
- 64 Я чувствовал, как сильно сердце бьется,
- И наземь ветвь невольно уронил,
- Не в состоянье с жалостью бороться.
- 67 Тогда учитель мой проговорил:
- «О, оскорбленный дух! Неосторожно
- Он на тебя руки б не наложил,
- 70 Когда б не растолковывал он ложно
- Моих стихов. Желанье убедить
- В том, что по виду вовсе невозможно,
- 73 Заставило меня ему внушить
- Совет, мне самому невыносимый.
- Кто ты – ему ты должен объяснить,
- 76 Чтоб на земле, раскаяньем томимый,
- Он о тебе не в силах был забыть…
- И в памяти сберег неутомимой…»
- 79 И дерево ответило: «Хранить
- Не буду я упорного молчанья.
- Речь добрая твоя не может возбудить
- 82 Сомнения. Прошу у вас вниманья.
- Я тот, кому был дорог Фредерик{71}:
- Его души все тайны, все желанья,
- 85 Как книгу, я читать всегда привык.
- Монарха сердце было мне открыто,
- Мне одному, и в мире каждый миг
- 88 Я охранял то сердце, так что свита
- Его рабов в глубь царственной души
- Проникнуть не могла, была забыта
- 91 И заговор затеяла в тиши.
- А между тем все силы, все здоровье
- Я потерял, не зная сна в ночи:
- 94 Готов отдать был Фредерику кровь я,
- Но был силен наложницы разврат.
- Она, змея порока и злословья,
- 97 Она, зараза цесарских палат,
- Она, монархов язва моровая,
- На мне остановила злобный взгляд
- 100 И, завистью и бешенством пылая,
- Умела страсти многих возбудить
- Против меня, и Август сам, сгорая
- 103 Досадою, свой лик отворотить
- От верного товарища решился,
- Успел в печальный траур обратить
- 106 Все почести, которыми гордился
- Я некогда… В душе моей тогда
- Проснулся гнев и умысел родился —
- 109 Искать забвенья в смерти от стыда.
- И – праведник неправедное дело
- Я выполнить решился в те года.
- 112 Но, слушайте, клянусь теперь я смело,
- Что я царю ни в чем не изменял
- И верность сохранил к нему всецело:
- 115 Я кесаря до смерти обожал:
- Он стоит и любви, и уваженья…
- Пусть тот из вас, кому я жалок стал,
- 118 Пусть тот из вас, кого ждет возвращенье
- В живущий мир, там честь мою спасет
- И восстановит истинное мненье
- 121 О грешнике, которого гнетет
- И клевета, и ненависть людская».
- Затем сказал Вергилий в свой черед,
- 124 Речь мудрую ко мне лишь обращая:
- «Знай – времени не должен ты терять:
- Ему свои вопросы поверяя,
- 127 Расспрашивай – он станет отвечать».
- И молвил я: «Прошу тебя – спроси ты
- Его о том, что было бы узнать
- 130 Полезно мне – ведь от тебя не скрыты
- Все помыслы мои – во мне самом
- Теперь все чувства горестью убиты,
- 133 Лишь состраданье в сердце есть моем».
- Тогда сказал поэт: «Твое желанье
- Исполнит он. Мы просим лишь о том,
- 136 Чтоб ты сказал, как высшее созданье,
- Как человек мог обратиться вдруг
- В ствол дерева? Ужель для наказанья
- 139 Такого нет конца?» Вздохнув от тяжких мук,
- Мне, словно вздохом, дерево сказало,
- В стенанья обращая каждый звук:
- 142 «В той повести ужасного немало:
- Знай – всякий раз, когда, покинув грудь,
- Душа самоубийцы вылетала,
- 145 Тогда в седьмой круг Ада страшный путь
- Указывает Минос ей. Тогда-то,
- Нигде в пути не смея отдохнуть,
- 148 В лес этот попадает без возврата
- Дух грешника; кругом в лесу – темно.
- Рок, не щадящий злобы и разврата,
- 151 Несет его, бросает, как зерно,
- И он росток пускает, как растенье;
- Растенье это вырасти должно
- 154 И, наконец, не ведая гниенья,
- Преобразится в дерево. Потом
- На нем все листья в диком исступленье
- 157 Жрут гарпии и язвами кругом
- Все дерево до корня покрывают.
- И никогда, пока мы здесь растем,
- 160 Нас муки ни на миг не оставляют.
- Мы носимся, чтоб плоть свою найти,
- Но в тело нас опять не облекают:
- 163 Что раз не сберегли мы на пути,
- Того не получить нам в настоящем.
- Плоть потеряв, не жить нам во плоти.
- 166 Мы наши трупы в этот лес притащим,
- И каждый труп повесим мы тогда
- На дереве, где с ужасом палящим
- 169 Томится дух наш: худшего стыда
- Не знаем мы…» Стояли, ожидая
- Дальнейшей речи, мы; вдруг – новая беда;
- 172 Шум страшный услыхал в лесу тогда я.
- Как дикий вепрь, спасаясь от собак,
- Бежит порой, деревья вкруг ломая,
- 175 С ужасным, хриплым воем, точно так
- Две тени впереди нас быстро мчались.
- Истерзан каждый призрак был и наг,
- 178 Пред ними ветви хрупкие ломались.
- Та тень, что быстро мчалась впереди:
- «Эй, смерть, сюда!» – вопила, и старалась
- 181 Другая тень, что мчалась назади,
- Не отставать и громко восклицала
- На всем бегу: «О, Лано{72}, погоди!
- 184 Я за тобой той быстроты не знала
- В сражении при Топпо». И потом
- Как бы в изнеможении упала
- 187 Она, бежать не в силах, под кустом.
- А по лесу за этими тенями,
- Раскрывши пасти с черным языком,
- 190 Псы жадные неслись меж деревами.
- В несчастного, что под кустом упал,
- Они впились с неистовством зубами,
- 193 И страшную он участь испытал:
- Разорван был собаками он в клочья.
- И за руку меня мой спутник взял
- 196 (Едва мог тайный трепет превозмочь я),
- И подошел к тому кусту со мной.
- И куст заговорил: «О, чем помочь я
- 199 Тебе мог, Сант-Андреа{73}? И зачем
- За мною ты решился укрываться?
- Я ль виноват, что пренебрег ты всем,
- 202 Чтоб жизнию преступной наслаждаться?»
- Учитель мой сказал ему затем:
- «Кто ты, уставший кровью обливаться
- 205 Из вечных ран? О чем страдаешь ты?»
- Он отвечал: «О, души! Посмотрите:
- Ужасным истязаньем все листы
- 208 Оборваны на мне. Их соберите
- Вокруг меня. Я в городе рожден, —
- Не скрою я, когда вы знать хотите, —
- 211 Известном вам; переродился он,
- Им позабыт был гордый покровитель{74}.
- За что навек, изменой возмущен,
- 214 Для города неутомимый мститель
- Останется опасным, и давно
- Его руки боится каждый житель.
- 217 О, если б на мосту через Арно
- Не видели его изображенья,
- То все для граждан было б решено.
- 220 И, созидая град свой, разрушенье
- Пришлось бы им увидеть в страшный час
- На пепелище, полном запустенья,
- 223 Оставленном Аттилою для нас.
- Тогда бы целый город развалился,
- Когда бы Марс мечом своим потряс…
- 226 Я в собственном приюте удавился!»
Песня четырнадцатая
Данте и Вергилий вступают на грань второго отдела седьмого круга Ада. Степь и огненный дождь. Преступники против Бога, природы и искусства. Бешенство Капанея и его наказание. Таинственный исток трех адских рек.
- 1 Любовь к отчизне вспыхнула во мне.
- Разбросанные листья собирая,
- Их отдал я, растроганный вполне.
- 4 Тому, который, скорбь свою скрывая,
- Уже замолк. Мы стали на предел
- Второго круга с третьим, и тогда я
- 7 Еще полнее вдруг уразумел
- Всю силу правосудия. Я буду
- Рассказывать: куда я ни глядел,
- 10 Степь голая вставала отовсюду:
- Ни травки, ни былинки нет кругом,
- Лишь страшный лес – доныне не забуду —
- 13 Лес скорби, опоясан темным рвом,
- Степь окружал. Мы тут остановились.
- С горячим и безжизненным песком
- 16 Равнины мертвой степи нам открылись:
- Такую степь переходил Катон,
- Когда Помпея полчища разбились{75}.
- 19 И вот увидел я со всех сторон
- Толпы теней нагих и истомленных,
- Сливавшихся в один унылый стон.
- 22 На разные мученья осужденных.
- Одни из них лежали на земле,
- Другие сидя, членов утомленных
- 25 Поднять не в силах, с мукой на челе,
- Не двигались; иные же бродили
- Без устали, без отдыха во мгле.
- 28 Их много было там, а тех, что ныли,
- Во прахе лежа, меньше было, но
- Они зато охотней говорили.
- 31 Дождь огненный спадал на всех равно,
- Как в Альпах снег в безветренную пору,
- Как пламенный тот ливень, что давно
- 34 Случилось в знойной Индии, герою
- Путь с войском преградивший. Смелый вождь
- Тогда велел смутившемуся строю
- 37 Топтать ногами землю, чтобы дождь
- Не мог вредить, вкруг войска зажигая
- Поля, траву и зелень темных рощ, —
- 40 И, волю Александра исполняя,
- Тушило войско землю под собой{76}.
- И точно так слетал, не уставая,
- 43 Дождь пламенный, ниспосланный судьбой,
- На адскую пустыню, и пылала
- Она, как трут, и раздавался вой
- 46 Несчастных жертв: их пламя пожирало.
- Метались тени грешников в огне,
- Но кара их повсюду ожидала,
- 49 И не могли нигде спастись они
- От огненного жупела… «Учитель,
- Ты должен на вопрос ответить мне, —
- 52 Я говорил, – в Аду ты мой спаситель,
- В Аду ты все преграды победил
- И только, мудрый мой путеводитель,
- 55 Двух демонов одних не усмирил
- У огненного города. Поведай —
- Кто этот великан? С сознаньем сил
- 58 Надменно он глядит вокруг с победой,
- Лежит, как бы не чувствуя огня…
- О, просвети меня своей беседой».
- 61 А грешник, посмотревши на меня,
- Вдруг понял, что о нем держу я слово,
- И произнес: «Мученья все кляня,
- 64 Живой и мертвый тот же я, и снова
- Силен теперь. И если бы опять
- Юпитер ковачей своих сурово
- 67 Заставил громы новые ковать,
- Чтоб поразить меня в одно мгновенье,
- Когда б он стал Вулканов всех сзывать,
- 70 Измучил бы их всех до отупленья
- И восклицал: ко мне, Вулкан, скорей!
- Как в страшный день Флегрийского{77} сраженья
- 73 Он говорил; когда б рукой своей
- Все молнии на грудь мою направил,
- То и тогда б погибели моей
- 76 Он не достиг!» Тут грешника заставил
- Умолкнуть мой суровый проводник
- Громовой речью; ужас весь представил
- 79 Его греха: мне нов был тот язык
- Наставника. Заговорил он гневно:
- «О, Капаней! По-прежнему ты дик,
- 82 Твоя гордыня также неизменна,
- За то и казнь преступника страшна:
- Лишь бешенство дала тебе геенна
- 85 За прежнее безумство, и должна
- Та кара быть возмездием достойным
- В Аду, где заседает сатана!»
- 88 И с словом, уже более спокойным.
- Ко мне тут обратился мой мудрец:
- «Перед тобой в вертепе этом знойном —
- 91 Великий грешник. Царственный венец
- На нем блистал и, Фивы осаждая,
- В числе семи царей был он. Гордец,
- 94 Он, как и прежде, Бога отвергая,
- Доныне покориться не хотел
- И, постепенно в Тартаре сгорая,
- 97 За гордость в нем находит свой удел…
- Иди ж за мной, но бойся погружаться
- Ногой в песок: он раскален и бел.
- 100 Лесной опушки нужно нам держаться».
- В молчанье мы к источнику пришли;
- К нему приблизясь, стал я содрогаться:
- 103 Кровавым выбегал он из земли.
- Его струи тогда напоминали
- Буликаме{78} кипучие струи,
- 106 Где грешницы по берегу блуждали…
- Бежал в степи кровавый тот поток,
- А берега и ложе состояли
- 109 Лишь из каменьев; берег был отлог…
- Я угадал, что наша шла дорога
- Вдоль берега, что путь тот был далек.
- 112 «В своем пути ты видел уже много
- Предметов очень странных с той поры,
- Когда вошли мы в Ад по воле Бога,
- 115 В врата едва достигнутой горы;
- Но этого источника печали,
- Где носятся кровавые пары,
- 118 Где все огни мгновенно потухали,
- Ты ничего ужасней не встречал», —
- Так предо мною тихо прозвучали
- 121 Учителя слова. Его просить я стал
- Со мною вещим знаньем поделиться,
- Которым мой наставник обладал.
- 124 И начал он: «Есть в море остров. Длится
- За веком век, но все он там стоит,
- И жизни шум в то место не домчится.
- 127 На острове – его названье Крит —
- В уединении жил древний царь когда-то{79}.
- И в дни его – предание гласит —
- 130 Не ведал мир пороков и разврата.
- На острове была тогда гора,
- Ей имя – Ида; царственно богата
- 133 Была ее природа. Та пора
- Уже прошла: исчезли водометы,
- Цветов, растений пестрая игра…
- 136 Теперь в забвенье Ида. Нет охоты
- Ни у кого об Иде вспоминать.
- Но эту гору, полная заботы,
- 139 Когда-то Реа вздумала избрать
- Для сына неприступной колыбелью.
- Чтоб лучше там ребенка укрывать,
- 142 Малютки плач веселых песен трелью
- Она всегда старалась заглушать,
- Кричать других просила с этой целью.
- 145 А в сердце Иды старец древний скрыт;
- Спиною к Дамиетте обращенный,
- Очами – к Риму. Золотом блестит
- 148 Его чело; стан, гордо обнаженный,
- Из серебра, – от пояса до ног —
- Со сталью медь. Из глины обожженной
- 151 Одна нога, но на нее он мог
- Наклонно, с большой силой опираться.
- Из старца льются слезы, как поток,
- 154 И как поток могучий, пробиваться
- Сквозь гору смело могут и спешат
- Вот в эту бездну с шумом изливаться,
- 157 Где их тройной ужасный водопад
- Является рекою Ахероном,
- Потоком Стикса – он-то вводит в Ад —
- 160 И грозным, вечно темным Флегетоном;
- Затем последний суженый проток
- В мрак черной бездны падает со стоном,
- 163 Откуда уж паденья нет{80}». Он смолк.
- Но я спросил: «Когда источник Ада
- Идет с земли, где начал свой исток,
- 166 То почему для нашего он взгляда
- Заметен только в этой глубине,
- Среди зловоний мерзостных и смрада?»
- 169 И отвечал путеводитель мне:
- «Мы в Ад с тобой идем кругообразно.
- И хоть мы шли по левой стороне,
- 172 Но многого, что так разнообразно,
- Еще не усмотрели; потому
- Иди вперед, не рассуждая праздно:
- 175 Здесь впереди есть многое, чему
- Ты можешь на досуге подивиться».
- Но я опять проговорил ему:
- 178 «Еще хочу в одном я убедиться:
- Скажи, учитель, где же Флегетон?
- И где источник Леты здесь таится?
- 181 О нем ты умолчал. Так где же он?
- Ты передал о первом мне сказанье,
- Что он несет с собой со всех сторон
- 184 Людские стоны, вздохи и рыданья».
- «Охотно отвечать тебе я рад, —
- Он молвил мне, – но это клокотанье
- 187 Кровавых вод, бегущих через Ад,
- Не лучше ль будет всякого ответа:
- Лишь брось вперед свой изумленный взгляд.
- 190 А Лету ты увидишь, – только Лета
- Еще не здесь, где грех нашел приют,
- Но там, где души чистые живут,
- 193 Познавшие за грех свой отпущенье,
- И ждущие прощения Небес…»
- Затем поэт прибавил в заключенье:
- 196 «Теперь покинем мы ужасный лес.
- Не отставать за мною ты старайся
- Вдоль берега… огонь его исчез.
- 199 Ты ног своих обжечь не опасайся».
Песня пятнадцатая
Поэты проходят по каменным переходам Флегетона. Навстречу им попадается Брунетто Латини, бывший учитель Данте, которому он предсказывает славу и несчастья.
- 1 По каменному берегу мы шли.
- Над пропастью, как облака, вставали
- Густые испарения вдали
- 4 И пламя то мгновенно поглощали,
- Которое дождем лилось в поток.
- Как против волн плотины воздвигали
- 7 Во Фландрии, – напор их был жесток —
- Меж Бригге и Кадзантом{81}, или точно
- На Бренте{82}, часто, полные тревог,
- 10 Падуи обитатели нарочно
- Окопами спасали города
- И замки все, построенные прочно,
- 13 Так зодчий Ада создал навсегда
- Плотину вдоль печального потока,
- Хотя не так обширна и горда
- 16 Она на вид… Оставили далеко
- Мы за собой зловещий, темный бор:
- Когда б назад мы устремили око,
- 19 То леса не заметил бы наш взор.
- Толпа теней навстречу нам попалась.
- Как в поздний час, когда ночной дозор
- 22 Начнет луна, прохожему случалось
- Внимательно смотреть на нас сквозь мглу,
- Что над землей туманом расстилалась,
- 25 Иль как портной, вдевающий в иглу
- Нить тонкую, прищуря глаз единый,
- Когда сидит с работой он в углу, —
- 28 Так точно, тихо шествуя долиной,
- Смотрели зорко призраки на нас.
- Вдруг тень одна с какой-то странной миной
- 31 Воскликнула, невольно ухватясь
- Своей рукой за плащ мой: «Что за чудо!»
- И от меня не отводила глаз.
- 34 Обожжено, измучено и худо
- Лицо той тени было, но узнать
- Успел знакомый образ я, покуда
- 37 Тень продолжала за полу хватать
- Меня рукой. «Брунетто{83}, вы ли это?» —
- Тень грешника я начал вопрошать.
- 40 И отвечал с мольбою мне Брунетто:
- «Мой милый сын! Прошу я об одном,
- Коль стою я участья и привета:
- 43 Умерим шаг и дальше отойдем
- От призраков». И отвечал я тени:
- «Отказывать вам не могу я в том
- 46 И, если вы хотите, на мгновенье
- Могу теперь присесть я подле вас,
- Когда на это даст мне позволенье
- 49 Мой спутник, помогавший мне не раз».
- «О, сын мой, – он ответил, – ожидает
- Столетняя беда того из нас,
- 52 Кто на пути ужасном отдыхает,
- И пролежит за это он сто лет
- Под тем дождем, который сожигает;
- 55 За медленность для нас спасенья нет.
- Иди же ты вперед своей дорогой,
- И за тобой отправлюсь я вослед,
- 58 Чтоб вновь потом с уныньем и тревогой
- Пристать к толпе измученных теней,
- Не ведавших конца их кары строгой».
- 61 Я не посмел сойти с тропы моей,
- Чтобы идти с несчастной тенью рядом,
- И шел вперед дорогою своей.
- 64 С опущенным в задумчивости взглядом
- Спросила тень: «Как ты сюда попал,
- Когда еще не поглощен ты Адом?
- 67 И кто тебе путь в Тартар указал?»
- «Там, на земле, где блещет свет доныне,
- Я заплутался, – так я отвечал, —
- 70 В одной глухой, таинственной долине,
- Хотя еще пути земного срок
- Не перешел. Уже хотел в кручине
- 73 Вчера поутру я идти назад,
- Как пред собой увидел мудреца я,
- И с ним тогда, не побоясь преград,
- 76 Ужасные картины созерцая,
- Я двинулся по этому пути».
- И грешник отвечал: «Не уставая,
- 79 Ты должен за звездой своей идти,
- И если я угадывать умею,
- То на земле успеешь ты найти
- 82 Удел великий. Участью твоею
- Я занялся с успехом, может быть,
- Когда бы мог, – о чем я сожалею, —
- 85 В могилу слишком рано не сходить.
- И, видя милость Бога над тобою,
- Я мог бы каждый труд твой поощрить…
- 88 Поставлен выше многих ты судьбою, —
- Но знай, неблагодарный тот народ
- За все добро отмстит тебе враждою.
- 91 Народ, сошедший некогда с высот
- Старинной Фиезолы{84}, беспрестанно
- Тебя везде преследовать начнет.
- 94 Но это, сын мой, вовсе мне не странно:
- С рябиной горькой рядом не растет
- Развившийся в саду благоуханно
- 97 Румяный, наливной и сладкий плод.
- О, жалкое, безнравственное племя!
- Недаром про него молва идет,
- 100 Что тяготит на нем пороков бремя…
- Грехами их себя не оскверни.
- О, от тебя недалеко то время,
- 103 Когда слепцы очнутся, и они
- Начнут тебя молить о возвращенье,
- Поклонятся тебе в иные дни,
- 106 Но уж бесплодны будут их моленья.
- Пусть, как скоты, толпа фиезолан
- На месте мрет, не видя сожаленья,
- 109 Но пусть нога бессмысленных граждан
- До почвы той случайно не коснется,
- Где семя благородное римлян,
- 112 Быть может, неожиданно пробьется.
- Я отвечал: «Доныне, может быть,
- Вам не пришлось бы с смертию бороться.
- 115 Доныне бы могли вы в мире жить,
- Когда б моим молениям внимали…
- Но в памяти я бережно хранить
- 118 Ваш образ буду, с трепетом печали
- Припоминая прошлые года,
- Когда еще вы в мире обитали
- 121 И были в нем отцом моим, когда
- К бессмертию мне путь прямой открыли,
- Путь славы и упорного труда,
- 124 И я – клянусь – с собой в одной могиле
- О вас воспоминанье схороню…
- А все, что мне вы в будущем открыли,
- 127 Я запишу и вместе сохраню
- С другими предсказаньями до слова:
- Их тайный смысл тогда я оценю,
- 130 Когда его мне разъяснить готова
- Святая дева{85} будет, если я
- Когда-нибудь с ней повстречаюсь снова.
- 133 Но знайте вы, – скажу я, не тая:
- Готов на все я в жизни испытанья,
- Была бы лишь чиста душа моя.
- 136 Не страшны для меня все предсказанья…
- Так пусть, не подчиняясь никому,
- Фортуна награждает, и старанье
- 139 Приложит каждый к делу своему».
- Тогда учитель тихо мне заметил:
- «Не изменяет память лишь тому,
- 142 Кто слушал чутко всех, кого он встретил».
- И подвигался дальше я вперед
- И ждал, чтобы Брунетто мне ответил.
- 145 Кто жалкий жребий вместе делит с ним
- И кто его товарищи в несчастье.
- Он отвечал: «Их много здесь. К иным
- 148 Питаю я невольное участье,
- О многих же не стоит говорить,
- А время мчится быстро. Вне пристрастья,
- 151 Однако, их умею я ценить:
- Из звания духовного на свете
- Поистине могли те люди слыть
- 154 Учеными, и все попали в сети
- Единого греха… Вот Присциан{86}
- Идет в толпе, где плачут тени эти,
- 157 И слезы их текут по язвам ран.
- А вот Франциск д’Аккорсо{87}. Если б даже
- Ты захотел увидеть сквозь туман
- 160 То зрелище, которого нет гаже,
- То я б тебе на призрак указал
- Развратника{88}. Он под охраной стражи, —
- 163 Как Господа служитель приказал{89},
- Был сослан к берегам Бакилионе,
- Где смерть от истощения узнал.
- 166 О множестве ужасных беззаконий
- Тебе, мой сын, я мог бы рассказать,
- Но впереди я вижу чад зловоний:
- 169 Оттуда к нам идет другая рать
- Несчастных душ, но с ними здесь встречаться
- Не должен я…» И побежал он вспять.
- 172 Так на бегу Веронском люди мчатся
- За призом из зеленого сукна{90},
- И каждому могло бы показаться,
- 175 Что впереди несчастного должна
- Приветствовать победа и награда
- В том месте, где угрюмый сатана
- 178 Терзает лишь всех поселенцев Ада.
Песня шестнадцатая
Продолжение третьего подразделения седьмого круга. Путникам попадаются навстречу три призрака. Их жалобы и признания, которые глубоко трогают поэта. Новое виденье.
- 1 Когда к тому мы месту подошли,
- Где водопада гул стал раздаваться,
- Подобный пчел жужжанью, вдруг вдали
- 4 Из той толпы, что стала появляться,
- Три тени отделились и бегом,
- Завидя нас, к нам стали приближаться,
- 7 Бичуемы пылающим дождем.
- «Остановись, пришлец землерожденный! —
- Кричали эти призраки втроем. —
- 10 Ты сын отчизны нашей развращенной,
- Что можно по одежде угадать!»
- Ужасен был их образ истомленный;
- 13 Не уставал их язвы разжигать
- Дождь огненный… О вечном их страданье
- Я не могу доныне вспоминать:
- 16 О нем ужасно и воспоминанье.
- Услыша зов, заметил мне поэт:
- «Остановись! Почтенья и вниманья
- 19 Они достойны. Если бы их след
- Дождь пламенный не покрывал огнями,
- То я тебе преподал бы совет
- 22 Приблизиться к ним быстрыми шагами».
- Окликнули три тени нас опять
- И, наконец, лишь поравнялись с нами,
- 25 Составив круг, с стенаньями скакать,
- Как дикие полунагие стали,
- Которые пред тем, как бой начать,
- 28 Противников глазами измеряли.
- Так, перед нами прыгая в огне,
- Три тени постоянно обращали
- 31 Свое лицо усталое ко мне,
- И тень одна воскликнула уныло:
- «О, если в этой мрачной стороне
- 34 Лишь омерзенье только возбудило
- Страданье изъязвленных наших тел,
- То хоть за то, что в прошлом нашем было,
- 37 Хоть ради многих славных наших дел,
- Скажи, кто ты, идущий чрез ограды,
- Где человек живой ходить не смел?
- 40 Смотри: вот внук прекрасной Гуальдрады.
- Иду я по его теперь следам.
- Он в язвах весь, его обвили гады,
- 43 Но некогда он знатен был, поверь.
- Узнай: его зовут Гвидо Гьерра{91}.
- Трудился он, не побоясь потерь,
- 46 Мечом и головою; был примером
- Для нации. Идущий вслед за мной:
- Теггьяйо Альдобранди{92}; Люцифером
- 49 Теперь он взят, но на земле у вас
- О нем не позабудут, вероятно,
- И вспомнят с благодарностью не раз.
- 52 А я, погибший с ними невозвратно,
- Джакопо Рустикуччи{93}. Скорбь в Аду
- Мне не была бы, может быть, понятна,
- 55 Когда бы злой жены, как на беду,
- Я не имел: жена меня сгубила».
- Когда б я мог укрыться на ходу
- 58 От пламени, что вниз дождем сходило,
- То броситься решился бы к теням,
- И думаю, на то дано б мне было
- 61 Согласие учителя, но сам
- Я мог сгореть и в прах испепелиться,
- И я не мог навстречу, как к друзьям,
- 64 К ним броситься и их обнять решиться…
- И я сказал: «Картина ваших мук
- Ужасна так, что плачем разразиться
- 67 От жалости я в состоянье вдруг.
- И эта жалость так неизгладима,
- Что долго не забыть мне адский круг,
- 70 Где жжет вас дождь! Душа моя томима
- Невольным состраданием с тех пор,
- Как встретил вас, пройти желавших мимо.
- 73 Да, родина одна у нас. Мой взор
- С сочувствием на вас я обращаю.
- О всех деяньях ваших в разговор
- 76 С особою охотой я вступаю…
- Наставником своим руководим,
- Увидеть лучший мир я ожидаю,
- 79 Но прежде с добрым спутником моим
- Я должен в Ад глубокий опуститься…»
- «О, будь же Небесами ты храним
- 82 И долго пусть твой дух не отрешится
- От плоти, – так мне призрак отвечал. —
- И пусть ничем надолго не затмится
- 85 Величья блеск, которым ты сиял.
- Но расскажи теперь мне об отчизне:
- Ужели дух сограждан в ней упал?
- 88 Иль доблестей нет более в их жизни?
- Деянья их в иные времена
- Не подвергались обшей укоризне…
- 91 О, родина!.. Ужели так она
- Испортилась в зловонной атмосфере,
- Ужель отчизна так теперь скудна,
- 94 Как здесь передавал наш Борсиере{94},
- Который очутился среди нас…
- О, не скрывай, скажи по крайней мере:
- 97 Ужели справедлив его рассказ?»
- «Флоренция несчастная! Ты пала
- Так низко, обесславившись не раз,
- 100 Что даже наконец сама ты стала
- Оплакивать позорный свой удел!..»
- Так я воскликнул с горечью немалой:
- 103 Я скрыть от них всей правды не хотел.
- Переглянулись тени меж собою
- И поняли, что лгать я не умел.
- 106 «Гордимся мы беседою с тобою, —
- Три призрака сказали разом мне, —
- Свободою ты награжден судьбою —
- 109 Всем истину высказывать вполне…
- Когда на землю вновь ты возвратишься,
- Где ярко блещут звезды в вышине,
- 112 И говорить о виденном решишься,
- Поведай людям повесть наших мук
- И все, чему ты в тартаре дивишься…»
- 115 Тут призраки расторгли общий круг
- И разбежались, молнии быстрее,
- И назади исчезли где-то вдруг…
- 118 «Аминь» проговорить нельзя скорее
- Мгновенного их бегства, – и опять
- Я следовал за спутником бодрее.
- 121 Но только начал путь свой продолжать,
- Как всплеск воды вблизи меня раздался{95},
- И сильно так, что мог бы заглушать
- 124 Слова людей… Идти я колебался…
- Как тот поток, что, падая с высот
- Монвизо, Аквакетой назывался,
- 127 Ее поток в верховьях и падет.
- Ревущим водопадом близ аббатства
- Святого Бенедикта{96}, где народ
- 130 В монастыре встречал одно богатство
- И где могли найти себе приют
- До тысячи монашеского братства, —
- 133 Так со скалы, как зверь голодный лют,
- Поток пред нами с ревом низвергался,
- И оглушить, казалось, в пять минут
- 136 Мог всякого, кто к бездне приближался…
- Веревкою я опоясан был,
- Которой барса некогда старался
- 139 Я изловить, когда я в Ад вступил.
- Веревку развязал я по желанью
- Учителя, в клубок руками свил
- 142 И отдал, столь привыкший к послушанью,
- Наставнику. К той бездне, где поток
- Переходил от гула к рокотанью,
- 145 Он подошел и бросил мой клубок
- В глубь пропасти, и размышлял я тайно:
- «Недаром взор учителя так строг
- 148 И что-нибудь, что ново чрезвычайно,
- Я, вероятно, должен увидать…»
- О, люди! Если встретите случайно
- 151 Того, кто ваши помыслы читать
- Привык из глаз, то будьте осторожны!..
- Меня учитель понял и сказать
- 154 Мне поспешил (что слушал я тревожно):
- «Я жду того, кто явится сейчас;
- Сейчас тебе увидеть будет можно
- 157 Неясный призрак дум твоих…» Не раз
- Мы истину в обличье лжи встречали;
- Подобного коварства устыдясь,
- 160 Сомкнем уста свои, чтоб не слетали
- Слова неправды, но – клянусь молчать
- Теперь я в состоянии едва ли.
- 163 В своих стихах я должен рассказать,
- Как предо мной из тьмы густой явился
- Ужасный образ. Стал я трепетать,
- 166 Когда мой взор на нем остановился.
- Так иногда всплывает вверх моряк,
- Который в омут моря опустился,
- 169 Где царствует холодный, вечный мрак.
Песня семнадцатая
- 1 «Вот, вот оно, чудовище с хвостом,
- Как пика, заостренным! Через горы
- Оно летит и рушит все кругом:
- 4 Оружие и стены, и затворы,
- И целый мир умеет заражать
- Зловонием». Так вверх, поднявши взоры,
- 7 Сказал певец и стал к себе он звать
- Чудовище, маня его рукою.
- И тот, в ком приходилось нам узнать
- 10 Коварства образ, начал головою
- И туловищем на берег ползти,
- Но страшный хвост свой прятал под водою.
- 13 В его лице могли бы мы найти
- Души прекрасной, чистой выраженье:
- То дух добра, казалось, во плоти, —
- 16 А хвост его, родивший омерзенье,
- Змеиный был. Две лапы и спина
- Покрыты шерстью; адского творенья
- 19 Крутая грудь была испещрена
- Узорами и пестрыми цветами:
- По яркости им уступить должна
- 22 Ткань Азии с турецкими коврами;
- Арахны ткань поспорить не могла
- С их пестротой узорными каймами.
- 25 Как бы ладья, которая всплыла
- Вдруг на берег одною стороною,
- Другою же погружена была
- 28 Еще в воде, иль, как бобры весною,
- В стране Тедесков ждут на берегу
- Недвижные, с согнутою спиною,
- 31 Чтоб броситься к беспечному врагу,
- Так мерзкое чудовище таилось
- У берега, – забыть я не могу, —
- 34 Поднявши хвост, над бездною крутилось
- И, жало ядовитое раскрыв,
- Как жало скорпиона, наклонилось
- 37 У пропасти. «Мы обойдем обрыв,
- Чтоб подойти, – мне молвил мой вожатый, —
- К чудовищу. Иди, не будь ленив,
- 40 Туда, где отдыхает зверь мохнатый».
- Спустились мы по правой стороне
- И тихо шли, боясь, чтоб дождь проклятый
- 43 Нечаянно не повредил бы мне.
- К чудовищу уж близко подошли мы;
- Как на отвесном склоне, в стороне
- 46 Теней мы увидали. Недвижимы,
- Они сидели молча на песке,
- Мучительными думами томимы.
- 49 Их лиц не видно было вдалеке.
- «Чтобы узнать всю горечь их страданий,
- Иди, приблизься к ним: по их тоске
- 52 Ты разгадаешь участь тех созданий,
- Но краток будь в речах своих, смотри,
- А я меж тем, предвидя все заране,
- 55 Чудовищу промолвлю слова три:
- Пусть он своими мощными плечами
- Поможет нам. Иди ж, поговори
- 58 С несчастными». Учителя речами
- Я успокоен был и шел туда,
- Где бледные, с потухшими очами,
- 61 Сидели тени. Слезы никогда
- На лицах их в Аду не высыхали.
- Чтоб жгучий дождь не сделал им вреда,
- 64 Они руками тощими махали,
- Отбрасывая пламенный песок:
- Так иногда, язвимый комарами
- 67 И осами, усталых псов кружок
- То мечется, то лапами сгоняет
- Несносных мух… Я оторвать не мог
- 70 Своих очей от призраков: смущает
- Меня их скорбь под огненным дождем,
- Который, как и прежде, не смолкает.
- 73 Но кто они? Их образ незнаком
- Был для меня: ни разу я не встретил
- Их на земле в дни прежние. Потом
- 76 На каждой шее призрака заметил
- Я сумки разных красок. Украшал
- Те сумки знак особенный{97}. И светел
- 79 Дух каждый становился и дрожал
- От радости, когда с особым знаком
- Свою суму глазами пожирал.
- 82 Я подошел поближе, чтоб под мраком
- Их рассмотреть, и на одной суме,
- Которая желта была, под лаком
- 85 Льва синего я разглядел во тьме.
- Затем я не оставил обозренья:
- На красной сумке видно стало мне
- 88 Гусыни небольшой изображенье,
- Которая, как снег, была бела.
- Вот далее явилось привиденье,
- 91 И белая сума его была
- Украшена свиньею голубою,
- И эта тень тогда произнесла:
- 94 «Скажи, зачем ты занесен судьбою
- Сюда и в эту яму погружен?
- И знаешь ли, кто рядом здесь с тобою
- 97 Появится? Я вижу, смертный сон
- На голову твою не опустился,
- Так знай, что Витальяно{98} осужден,
- 100 И хоть в Аду пока он не явился,
- Но вечно здесь он осужден страдать.
- Так уходи ж отсюда!.. Поселился
- 103 Как Падуанец, здесь я, чтобы внимать
- Такие флорентинцев восклицанья:
- «О, рыцарь полновластный! Будем ждать,
- 106 Что он сойдет в мир вечного страданья
- С той сумкой, где три клева он носил…»
- И призрак, кончив горькое сказанье,
- 109 В одну минуту рот свой искривил
- И высунул язык свой он; так точно
- Облизываться бык иной любил.
- 112 Меж тем, боясь, чтобы меня заочно
- За медленность учитель не корил,
- Я поспешил назад к нему нарочно
- 115 И за тенями больше не следил.
- Учитель мой уже сидел в то время
- На раменах чудовища и был
- 118 Готов лететь. «Садись, двойное бремя
- Ему легко; будь тверд теперь и смел.
- Отсюда спуск, – скалы отлого темя, —
- 121 Опасен нам, и ты бы оробел
- Без помощи чудовища спускаться.
- Хочу, чтоб в середине ты сидел,
- 124 Иначе хвост, что очень может статься,
- Тебе дорогой может повредить».
- Как человек, успевший растеряться,
- 127 Когда его в ознобе станет бить
- Лихая лихорадка и, синея,
- Захолодеет тело, – может быть,
- 130 Таков был я. От ужаса бледнея,
- Учителя слова я услыхал,
- Но, увещанья слыша, стал бодрее,
- 133 Как раб, который возле увидал
- Бесстрашного владыку. Поместился
- Я на плечах чудовища, желал
- 136 Просить певца, но только не решился
- Ему сказать: «Ах, обними меня!»
- Но мысль мою он понял, наклонился,
- 139 Привлек к себе, руками охраня,
- И крикнул так: «Ну, Герион, в дорогу!
- Ты, ношу непривычную ценя,
- 142 Спускайся вниз кругами понемногу:
- Пусть будет тих могучий твой полет».
- Я затаил в себе души тревогу,
- 145 Прильнув к путеводителю, – и вот,
- Как челн, с песчаной отмели сходящий
- И тихо выплывающий вперед,
- 148 Так двигался наш кормчий настоящий;
- Махая грозно лапами во тьме,
- И с нами быстро в воздухе летящий…
- 151 Боюсь сказать, как страшно стало мне:
- Не так смутилось сердце Фаэтона,
- Когда, поводья бросив в вышине,
- 154 Зажег он небеса во время оно, —
- Не так Икар несчастный был смущен,
- Когда под жарким солнцем небосклона
- 157 Воск на крылах его был растоплен
- И услыхал отца он восклицанье:
- «Избрал ты путь несчастный, и вот он
- 160 Тебя сгубил!» Мой страх, мое страданье
- Ужасней были в миг, когда из глаз
- Исчезло все, когда лишь колебанье
- 163 Чудовища я видел в страшный час
- И воздух под собой и над собою.
- Мы плыли тихо, медленно кружась,
- 166 Но я не мог, кругом охвачен мглою,
- Воздушного полета замечать,
- Лишь услыхал, что вправо подо мною
- 169 Ад темной бездны начал грохотать.
- Чтоб вниз взглянуть, я круто вдруг нагнулся
- И в тот же миг стал сильно трепетать
- 172 И в ужасе невольном содрогнулся:
- Из темной бездны стоны к нам неслись
- И огоньки сверкали там… Свернулся
- 175 Почти в клубок я, заглянувши вниз,
- И зрелище мучительных страданий
- Стал постигать… Все житье напряглись…
- 178 Как сокол после долгого летанья,
- Не видя птиц, спускается назад,
- Кончая бесполезное порханье,
- 181 Так Герион спустил нас в темный Ад,
- Стал на одно мгновенье под скалою
- И, бросивши на нас последний взгляд,
- 184 Помчался и из глаз исчез стрелою.
Песня восемнадцатая
Путники очутились в восьмом круге Ада, называемом Малебольдже (Злые Рвы). Сластолюбцы и обольстители. Явление льстецов.
- 1 Особый есть вертеп в Аду, и он
- Зовется Малебольдже{99}, окруженный
- Гранитною стеной со всех сторон.
- 4 Среди того вертепа есть бездонный,
- Громаднейший колодезь. Между ним
- И темною стеной, там водруженной,
- 7 Пространство круговидно и своим
- Пугает видом: скалами и рвами,
- Подобно всем защитам крепостным,
- 10 Разделены, в вертепе перед нами
- Открылись десять пропастей… Смущен,
- Я вкруг смотрел, когда, сверкнув глазами,
- 13 Нас сбросил в это место Герион.
- Поэт со мной направил путь левее,
- И на пути я слышал тяжкий стон
- 16 Других теней и различал во мгле я
- Их палачей жестоких. В два ряда,
- С стенаньями над темной бездной рея,
- 19 Неслись толпы теней. Одни туда,
- Откуда шли мы в мраке, а другие
- Навстречу к нам. Так иногда
- 22 Без слов, как эти призраки нагие,
- В дни торжества идут толпой двойной
- Молельщики по Риму… И шаги я
- 25 Замедлил: здесь и там передо мной,
- То прячась, то являясь над стенами
- И не смущаясь грозной крутизной,
- 28 Мелькали бесы адские с рогами
- И, грешников преследуя меж скал,
- Их поражали длинными бичами.
- 31 И каждый грешник прыгал и стонал,
- От нового удара укрываясь.
- Не торопясь я путь свой продолжал,
- 34 Когда ж, вперед во мраке подвигаясь,
- Я встретился с одною из теней,
- То, смутному желанью покоряясь,
- 37 Воскликнул: «Я уже встречался с ней».
- И в ту ж минуту вдруг остановился,
- Чтоб рассмотреть знакомца прежних дней.
- 40 Мой спутник шаг умерил и решился
- Не торопить меня. Склонив чело,
- Несчастный грешник словно устыдился,
- 43 Увидя нас, как будто бы вело
- К чему-нибудь то позднее смущенье.
- И я сказал: «Хоть муками свело
- 46 Твои черты, несчастное виденье,
- Но, кажется, тебя я узнаю:
- Каччьянимико{100} ты. В вертеп мученья
- 49 Как ты попал?» «Не утаю, —
- Он молвил мне, – ты мне напоминаешь
- Приятной речью родину мою,
- 52 И от меня всю правду ты узнаешь…
- В падении сестры я виноват:
- Ты здесь меня за этот грех встречаешь.
- 55 Да, за сестру я был повержен в Ад.
- Но из болонских граждан в этом пекле
- Не я один: они в Аду кишат
- 58 По всем углам, где бесы их иссекли
- За их корысть. Ты знаешь сам о том
- Пороке их: они не целый век ли
- 61 Любостяжаньем славились?» Потом,
- Едва он смолк, как демон появился
- И, грешника ударивши бичом,
- 64 Проклятьем над несчастным разразился:
- «Вперед, каналья! Здесь не отыскать
- Тебе продажных женщин!..» Я пустился
- 67 Учителя скорее догонять
- И продолжал с ним путь, не отставая.
- Сквозь мрак густой я начал различать
- 70 Скалу, что поднималась, выступая
- Из-за стены. Не встретивши преград
- И пропасть эту вечную бросая,
- 73 Мы на скалу взошли. Я бросил взгляд
- Туда, где на две части распадалась
- Скала: тут вечно проходили в ряд
- 76 Бичуемые грешники; казалось,
- Что был для них устроен тот проход.
- И в этот миг речь спутника раздалась:
- 79 «Остановись и не спеши вперед!
- Тебе взглянуть на тех необходимо,
- Которые шли сзади нас…» И вот
- 82 Я увидал, как проходила мимо
- Толпа других теней и так же их
- Бичами погонял неутомимо
- 85 Ряд демонов. Тогда, речей моих
- Не дожидаясь, молвил мне Вергилий:
- «Смотри сюда! Как величаво-тих
- 88 Идет вон этот грешник. Не смутили
- Его мученья адские, и он
- Не знает слез; доныне сохранили
- 91 Величие черты его. Ясон{101} —
- Перед тобой. Он смелый похититель
- Руна в Колхиде. Славой ослеплен,
- 94 Он посетил, – так продолжал учитель, —
- И остров Лемнос: женщинами там
- Мужчины все убиты были; мститель
- 97 За них явился скоро. По следам
- Убийц прошел Ясон; его пленила
- Одна – отроковица по летам —
- 100 Красавица, ей имя Изифила{102},
- Которая, всех обманув подруг,
- Спасла отца. С Ясоном в связь вступила
- 103 Та девушка, но брошена им, вдруг
- На острове осталась одинокой.
- И казнь невыносимых, тяжких мук
- 106 За то постигла в пропасти глубокой
- Коварного Ясона; тот же Ад
- Его карает казнию жестокой
- 109 И за Медею также… В круг спешат
- Преступники, подобные Ясону…
- Но с ними ознакомился твой взгляд;
- 112 Мы далее отправимся по склону
- Скалы». И по тропинке мы пришли
- В другой вертеп, и гул, подобный стону,
- 115 Оттуда несся. Призраки вдали
- Себя руками бешено терзали
- И сдерживать проклятий не могли,
- 118 А из вертепа облаком вставали
- Густые испаренья и кругом
- Недвижно-мертвый воздух отравляли.
- 121 Вертеп тот был с таким глубоким дном,
- Что со скалы лишь только было можно
- Увидеть все, что делается в нем.
- 124 Мы подошли к обрыву осторожно,
- Чтоб посмотреть на грешников вблизи,
- И я внизу разглядывал тревожно
- 127 Несчастных, утопающих в грязи
- Зловонной, отвратительной и смрадной,
- С какой-то гнусной жидкостью во связи.
- 130 Вертеп обозревая безотрадный,
- Я грешника заметил одного,
- Мелькавшего в той бездне непроглядной.
- 133 И видел я, что голова его
- Людским пометом вся была покрыта,
- И пол и сан несчастного того
- 136 От глаз был скрыт. Воскликнул он сердито:
- «Зачем на мне ты взор остановил,
- Когда твоим глазам вполне открыто
- 139 Позорище других теней?» Спешил
- Я отвечать: «О, кажется, в тебе я
- Узнал того, кем некогда ты был.
- 142 Не ты ль, Алессио Интерминеи
- Из Лукки? Да, ты волоса носил
- Сухие прежде, вид иной имея.
- 145 Вот потому-то вдруг и обратил
- Ты на себя теперь мое вниманье…»
- Тогда со стоном он проговорил,
- 148 За голову схватившись: «Истязанья
- Я здесь терплю за льстивый свой язык:
- Я в лести находил свое призванье…»
- . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
- . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
- Пресыщены довольно наши взоры.
Песня девятнадцатая
Поэты подходят к вертепу, где находятся святотатцы. Они встречают папу Николая III, ожидающего Бонифация VIII и Климента V.
- 1 «О, Симон-волхв{103}, и вы, ученики
- Его презренно-гнусного раскола,
- Умевшие до гробовой доски
- 4 Обманывать во имя произвола.
- Готовые за деньги торговать
- Религией и Божьей благодатью!
- 7 Теперь для вас готова прозвучать,
- Подобная ужасному проклятью,
- Труба негодованья моего…
- 10 Всех вас, живущих в адском третьем круге,
- Щадить я не желаю никого».
- Мы поднялись в волненье и испуге
- 13 Над новою могилой и пришли
- К скале одной, которая склонилась
- Над пропастью, откуда кверху шли
- 16 Миазмы… Правосудье! Совершилась
- Казнь лютая над этим морем зла,
- Так что земля и небо удивились.
- 19 Я в ров взглянул: над ним висела мгла,
- Внизу же ямы темные зияли,
- В них каменные плиты и зола.
- 22 Купели ямы те напоминали,
- Купели, что у алтаря стоят,
- Где дети христианство обретали.
- 25 Одну купель немного лет назад
- Разбил я сам невольно для спасенья
- Тонувшего ребенка… Но хотят
- 28 Иначе объяснять мое движенье{104};
- Пускай, – меня не тронет клевета
- И лживых толкователей сужденье.
- 31 Осматривал я страшные места:
- Из каждой ямы ноги вверх торчали,
- До икр их не скрывалась нагота,
- 34 Тела ж теней в тех ямах исчезали.
- Пылали – видел я – подошвы ног,
- И грешники от боли трепетали,
- 37 И содрогались сильно так, что мог
- Порваться ряд веревок, если б ими
- Связали тело вдоль и поперек.
- 40 Под язвами страдая огневыми,
- Как залитые маслом на огне,
- Пылали тени… С ужасом пред ними
- 43 Я стал тогда, застыла кровь во мне.
- «Учитель мой! – я наконец заметил. —
- Кто этот грешник, бешеный вполне,
- 46 Которого я в пламени приметил?
- Он, кажется, страдает больше всех.
- Его мой взгляд с особой болью встретил.
- 49 О, за какой карается он грех?»
- И отвечал учитель мой: «Желаешь
- Когда ты знать причину казней тех,
- 52 То, вниз спустившись, истину узнаешь —
- Кто он такой и как его зовут».
- А я ему: «Поэт, ты понимаешь,
- 55 Что за тобою вслед и здесь и тут
- Я следовать готов беспрекословно…
- Твои труды – есть также и мой труд,
- 58 Тебе я покоряюся любовно.
- Я твой слуга, а ты мой властелин,
- В которого я верю безусловно,
- 61 Который даже может в миг один
- Угадывать мои все помышленья.
- Противиться тебе – мне нет причин».
- 64 Чрез новую ограду в то мгновенье
- Спустились мы в жилище новых мук,
- Где раздавались стоны и хрипенье.
- 67 Поэт не выпускал меня из рук,
- Пока мы шли до ямы той ужасной,
- Где грешник, испуская вопля звук,
- 70 Метался телом всем. «О, ты, несчастный!
- Кто б ни был ты, попавший в бездну зол
- Вниз головой, истерзанный, безгласный,
- 73 Поверженный, как в стену вбитый кол,
- Скажи, кто ты, когда сказать возможно?»
- И, как монах, который вдруг пришел
- 76 На исповедь убийцы, что тревожно
- Ждал смерти под засыпанной землей,
- Так точно я склонился осторожно
- 79 Над грешником с поникшей головой{105}.
- И грешника услышал я стенанье:
- «Ты ль, Бонифаций{106}, здесь передо мной?
- 82 Так обмануло, значит, предсказанье
- Меня на много лет? Иль пресыщен
- Так скоро златом ты, и поруганье
- 85 Твое сошло на вечную жену{107}?»
- Я слушал, ничего не понимая,
- И словно сознавал свою вину,
- 88 Его речам, неясным мне, внимая.
- Тогда Вергилий молвил в свой черед,
- Всегда во мне участье принимая:
- 91 «Скажи ему скорее: я не тот,
- Кого во мне ты видишь почему-то…»
- И я раскрыл немедленно свой рот:
- 94 «Нет, я не тот!» И, потрясая люто
- Ногами, грешник выслушал ответ
- И отвечал, – была одна минута,
- 97 Что в голосе его был слышен след
- Печальных слез: «Чего же надо
- Тебе? Когда в подземный этот свет
- 100 Проклятого, карающего Ада
- Спустился ты, чтоб от меня узнать,
- Кто я такой и как в обитель смрада
- 103 Попал, то я могу тебе сказать.
- Мне ничего утаивать не надо
- И не хочу перед тобой скрывать,
- 106 Что я ходил под мантией великой;
- Медведицы я сын{108}; для медвежат
- Сбирал я деньги с жадностию дикой,
- 109 И сам за то попал в ужасный Ад,
- Которого все грешники боятся.
- Сюда, испив мучений вечный яд,
- 112 Повержены со мной все святотатцы…
- Чу! Слышишь, над моею головой
- Они в своих конвульсиях кружатся
- 115 И поднимают дикий, страшный вой.
- Я сам к ним должен скоро провалиться.
- Когда ко мне в вертеп ужасный мой
- 118 Тот должен неожиданно явиться,
- Кого в тебе сегодня я признал…
- Пока из пяток кровь моя струится
- 121 И головою в грязь я брошен стал,
- Поверженный с горящими ногами,
- Он испытает все, что испытал
- 124 Я в Тартаре. Потом, его следами
- Сойдет жестокий грешник к нам сюда,
- Задавленный тяжелыми грехами,
- 127 И здесь он нас прикроет навсегда,
- Ясоном новым{109} ставши в бездне этой:
- Ясону царь мирволил без стыда,
- 130 А этот грешник гнусный и отпетый
- Найдет опору в гальском короле».
- Какой-то странной храбростью согретый,
- 133 Воскликнул я, и речь была бодра:
- «Когда Господь вручал ключи от Рая,
- Не думал от апостола Петра
- 136 Он требовать награды, повторяя
- Одни слова: «Гряди, гряди за Мной».
- И даже Петр, корыстью не сгорая,
- 139 Не требовал, чтобы Матвей святой
- Ему дал денег вместо благодати.
- Сиди же здесь с казною золотой,
- 142 Которую награбил ты, как тати,
- Прохожих обиравшие в пути!..
- Сиди в Аду, косней в своем разврате,
- 145 И если бы я мог в себе найти
- Еще грубей, еще сильней проклятье,
- Его бы на тебя я мог свести,
- 148 Без сожаленья стал бы проклинать я…
- О, ваша алчность землю всю крушит.
- Всех ближних обирая без изъятья,
- 151 Вы потеряли совесть, честь и стыд:
- Из золота вы сотворили бога.
- Себе язычник идол сотворит
- 154 И молится ему лишь только строго,
- А вы – у вас сто идолов всегда,
- У вас богов на этом свете много,
- 157 Которых вы меняли без стыда,
- И за такое в мире преступленье
- Не снимут с вас проклятья никогда.
- 160 О, Константин! Нет, не твое крещенье
- Зло сделало в прошедшие года,
- Но то, что власть и власти нарушенье
- 163 Ты смело папе первому вручил
- И тем посеял в мире преступленье».
- Пока я так над ямой говорил,
- 166 В раскаянье иль в гневном исступленье
- Ногами грешник молча потрясал…
- Но, кажется, мое с ним рассужденье
- 169 Учителю понравилось, и он
- Внимал словам с улыбкой одобренья,
- Их безыскусной правдой восхищен.
- 172 Потом схватил меня он в умиленье,
- Прижал к своей взволнованной груди
- И вновь пошел со мной без затрудненья
- 175 По прежнему скалистому пути
- И вынес на руках к другой ограде,
- Где темный мост пришлося нам найти
- 178 В подземном, наводящем ужас граде.
- Здесь ношу опустил он на скале
- Обрывистой и спереди и сзади
- 181 И столь крутой, что в безрассветной мгле
- И дикая коза не в состоянье
- Была ходить по страшной крутизне.
- 184 Тогда не в очень дальнем расстоянье
- Долину пред собой я увидал,
- И вновь во мне удвоилось вниманье
- 187 Среди других не виданных мной скал.
Песня двадцатая
На дне четвертого рва Данте нашел кудесников и лжепророков. Повесть об основании Мантуи – родины Вергилия.
- 1 Иные скорби, горе и мученья
- Должны во мне стих новый возродить;
- В двадцатой песне этой в сокрушенье
- 4 Я должен муки новые излить.
- Я был уж приготовлен к наблюденью
- Других причин и мог свой взор вперить
- 7 В обитель плача, предан сожаленью.
- В долине круглой множество теней
- Я увидал; подобно погребенью
- 10 Там, на земле скончавшихся людей,
- Их шествие печальное тянулось;
- У всех струились слезы из очей…
- 13 Я наклонился ниже – содрогнулась
- Тогда моя усталая душа
- И сердце с жгучей болью встрепенулось…
- 16 Заметил я невольно, чуть дыша,
- Что у теней всех свернутые шеи,
- Что задом шли они, вперед спеша,
- 19 Идти, как все мы, больше не умея.
- Так изувечить может паралич,
- Суставы человека не жалея.
- 22 Ужасней казнь уму нельзя постичь
- И худшего уродства на земле я
- Еще не знал. «Читатель! Кликну клич
- 25 Тебе! Как мог я, не бледнея,
- Переносить подобной казни род,
- Как мог я в этот миг, не костенея,
- 28 Смотреть на изувеченный народ:
- Из глаз толпы – нет в мире казни злее —
- Лилися слезы на спину… Урод
- 31 Не мог иначе плакать… Плакал тоже
- И я, склонясь над бездной у скалы,
- Рыдал – и пробегала дрожь по коже. —
- 34 Тогда поэт не скрыл своей хулы!
- «Как, на других глупцов и ты походишь…
- Они преступны, бешены и злы,
- 37 А ты к ним сострадание находишь!
- Здесь состраданью места вовсе нет,
- Ты их по преступленью превосходишь,
- 40 Когда, спустясь в подземный этот свет,
- Жалеешь о Небесном приговоре.
- Так посмотри сюда ты, мой совет, —
- 43 Взгляни в лицо того, кто в лютом горе
- В глазах Фивян был поглощен землей,
- При общих криках о его позоре:
- 46 «Амфиарай{110}, зачем, покинув бой,
- Сквозь землю провалился ты?» Оттуда
- Не мог уж снова выползти герой:
- 49 Его тотчас земли покрыла груда,
- И Минос под землей его схватил…
- Взгляни теперь; над ним свершилось чудо.
- 52 Где прежде грудь свою он находил
- Под бородой, теперь спина явилась:
- Он, двигаясь назад, запас истратил сил.
- 55 Взгляни. – Тирезий{111} вот. Преобразилась
- Его фигура. Некогда был он
- Мужчиною, но из него явилась
- 58 Вдруг женщина: он стал перерожден,
- Потом опять он вдруг переменился,
- Когда им змей двойной был умерщвлен,
- 61 И в образе мужском он вновь явился.
- А вот, взгляни, Аронт{112} за ним идет;
- Средь Лунских гор он прежде поселился,
- 64 Из мраморной пещеры небосвод
- Мог наблюдать и вечные светила
- Следить любил на небе ночи… Вот
- 67 И женщина: всю грудь ее закрыла
- Теперь коса, а весь спинной хребет
- Открыт для глаз. Ей имя Манто{113} было.
- 70 Немало стран та жрица исходила,
- Пока остановилась в той стране,
- Где суждено родиться было мне.
- 73 Когда отец волшебницы скончался
- И посвященный Вакху город пал,
- Той девственницы снова путь начался.
- 76 В Италии прекрасной между скал
- Есть озеро Бенако{114} близ Тироля.
- В то озеро со всех сторон впадал
- 79 Источник за источником в приволье
- Меж Гардой и Валь-Камонико;
- Кругом тучнеют пастбища, раздолье
- 82 Потоков освежает их легко.
- Там на пути лежит одно болото,
- К которому не подходил никто.
- 85 Явившись там, той путнице охота
- Пришла остановиться на пути,
- Вдали людей с рабынями без счета
- 88 Она приют умела там найти,
- И волшебством свободно занималась,
- Стараясь от людской толпы уйти.
- 91 Когда же смерть нежданная подкралась
- И девственница тихо умерла,
- То в те места, где схимница скончалась,
- 94 Где меж болот былинка не росла,
- Отвсюду люди начали сходиться,
- И там, где чародейка та жила,
- 97 Стал постепенно город возноситься
- И в честь Манто – Мантуей назван был,
- Чтоб не могло той имя позабыться,
- 100 Которую мантуец каждый чтил.
- В дни прежние в местах тех было людно,
- Пока там Казалоди{115} не сгубил
- 103 По воле Пинамонте безрассудно
- Весь город. Я об этом рассказал,
- За тем, чтоб после было всем нетрудно
- 106 Мантуи знать начало; я слыхал
- Неверные одни предположенья
- О том, как город этот возникал,
- 109 Но древнее его происхожденье
- Точнее всех я объяснил теперь,
- Так что не может быть опроверженья».
- 112 Я отвечал: «Учитель мой, поверь,
- В твоих речах все ясно и понятно,
- И никого не стал бы я теперь
- 115 Иного слушать… Сильно мне приятно
- Доверие твое: скажи мне об одном:
- Среди теней ведь есть же, вероятно,
- 118 Единый дух, в котором мы найдем
- Хоть что-нибудь достойное вниманья?
- Вот, спутник мой, я думаю о чем».
- 121 Ответствовал учитель в то ж мгновенье:
- «Смотри: вот этот с длинной бородой —
- В те дни, когда вся Греция в смятенье{116}
- 124 Была перед грядущею бедой
- И многих славных воинов в сраженье
- Лишилась вдруг, вот этот муж седой
- 127 Авгуром был с Калхасом прозорливым.
- В Авлиде первый он лишь подал знак
- Рубить канат. Он звался Еврипилом
- 130 И мной воспет в трагедии был так,
- Как, вероятно, помнишь ты прекрасно.
- А вот другой – он был великий маг —
- 133 Вот он, с щеками впалыми ужасно,
- Микеле Ското{117}, вещий астролог;
- А вот, провозглашавшие бесстрастно;
- 136 Судьбу людей – Бонатти{118}, а другой
- Асдент{119}, который рад бы, может статься,
- Свой промысел припомнив дорогой,
- 139 За шило и за дратву снова взяться,
- Но слишком поздно каяться он стал,
- И уж ему из Ада не урваться.
- 142 Ты далее несчастных увидал:
- Веретено с иглою побросали
- Они затем, чтоб мир в них почитал
- 145 Волшебниц злых. Людей они смущали
- Посредством разных зелий. Но пойдем
- Туда, где нас с тобой не ожидали.
- 148 Уж месяц с роковым своим пятном —
- С изображеньем Каина{120} поднялся.
- В ту ночь луна – припомни ты о том —
- 151 Была полна и темный лес казался
- При лунном блеске ночи прошлой нам
- Не столько страшным: путь наш освещался
- 154 Вплоть до зари… Так по моим следам
- Иди теперь…» – проговорил Вергилий,
- И следовал я по его стопам
- 157 И не щадил в пути своих усилий.
Песня двадцать первая
Пятый вертеп, где сидят лихоимцы и общественные обманщики. Явление дьяволов и ужас Данте.
- 1 Как с моста на мост шествовали мы,
- О многом по дороге рассуждая,
- Но речи те среди глубокой тьмы
- 4 Оставлю в стороне, передавая
- События другие. Мы пришли
- К вершине свода, путь свой замедляя,
- 7 И в новой бездне Ада мы нашли
- Другой вертеп, где стоны раздавались
- И слезы новых грешников текли.
- 10 Вертепа своды мрачные казались
- Еще темнее прежних. Как зимой
- В Венеции, где корабли сбирались
- 13 В огромном арсенале, где порой
- Кипит смола, которой покрывают
- Бока судов, где целый день-деньской
- 16 Удары молотков не умолкают:
- Те вьют канат иль чинят паруса,
- Другие мачты к судну укрепляют,
- 19 И раздаются стук и голоса, —
- Так точно в этой пропасти кипела
- Смола густая, пар кругом вился
- 22 И пена на поверхности белела,
- Которая то опускалась вниз,
- То кверху поднималась и шипела.
- 25 Смотрел я за обрыв, как за карниз,
- Картиною ужасной увлекаясь,
- Но мой учитель крикнул: «Берегись!»
- 28 От пропасти увлечь меня стараясь;
- Тогда я обернулся быстро вспять,
- Как человек, который, увлекаясь,
- 31 Желает поскорее угадать
- Беду, что в тайном страхе заставляет
- Его назад немедленно бежать
- 34 И страх невольный в сердце поселяет.
- И в тот же миг вдали я увидал,
- Что черный демон быстро убегает
- 37 Чрез темный мост… О, как был страшен он!
- Дрожали крылья за его плечами,
- И, воздух рассекая с двух сторон,
- 40 Он мчался, чуть касаяся ногами
- Земли, и на плече своем держал
- Труп грешника костлявыми руками
- 43 И из него когтей не выпускал.
- Взбежав на мост, бес вдруг остановился
- И, грешника поднявши, закричал:
- 46 «О, Малебранке! Вот еще явился
- Священной Дзиты новый старшина{121}.
- Брось так его, чтоб ниже провалился
- 49 Он в эту грязь. Я за другим бегу
- В тот город, где ему подобных много.
- В том городе, одно сказать могу,
- 52 Продажны все, давно забыли Бога, —
- Один Бонтуро только честен там, —
- За деньги каждый честь продаст… Дорога
- 55 Им всем – в смолу!..» И тут же бросил он
- Несчастного в немую бездну мрака
- И, ненасытной злобой опьянен,
- 58 Назад умчался. Точно так собака,
- Сорвавшись с цепи, бешено летит,
- И от нее прохожий-забияка
- 61 На улице едва ли убежит…
- А грешник всплыл, смолою весь залитый
- И липкой грязью омута покрыт.
- 64 Но хор бесов, под страшным мостом скрытый,
- Раздался вдруг: «Святого Лика нет
- У нас в Аду! В смоле, в смоле сиди ты,
- 67 Не плавая, чтоб в бездне новых бед
- Не испытать. В ладу жить хочешь с нами,
- Так двигаться не смей ты, как скелет,
- 70 В земле забытый с старыми гробами».
- Крюки бесов в несчастного впились
- Со всех сторон. «Пляши теперь с чертями, —
- 73 Кричали эти бесы, – веселись
- И надувай других здесь под смолою…»
- И черти той забавой занялись.
- 76 Подобно поварам, когда порою
- Они на вилках жарят на огне
- Дичь или мясо. Адскою игрою
- 79 Я был убит. Сказал учитель мне:
- «Чтобы никем ты не был здесь замечен,
- То спрячься за скалу и в стороне
- 82 Следи за всем». Потом окончил речь он:
- «Когда ж меня там будут оскорблять,
- Не бойся ты; не раз один был встречен
- 85 Я оскорбленным; снова испытать
- Злость демонов я буду в состоянье…»
- И он ушел; я с трепетом стал ждать,
- 88 Чем кончится такое испытанье.
- Учитель стал чрез мост переходить;
- Когда ж шестой окраины в молчанье
- 91 Достигнул он, то далее скрывать
- Себя не стал… Подобно псам в ограде,
- Которые бегут, чтоб разорвать
- 94 Прохожего, который «Христа ради!»
- Идет просить, помчался сонм чертей
- На смелого учителя, чтоб сзади
- 97 Его поймать на крюк рукой своей.
- Но он сказал: «Ни с места! Здесь могуч я,
- Не побоюсь в Аду я ста смертей
- 100 И мне не страшны демонские крючья.
- Ко мне не прикасайтесь, но сперва
- Пусть выслушать придет мои слова
- 103 Один из вас, а после, если смеет,
- Пусть и моей душою завладеет…»
- Речь эта для бесов была нова,
- 106 И кто-то вдруг средь дьявольского сброда
- Сказал: «Ступай к нему ты, Малакода!»
- И бес один из круга вышел вон
- 109 И стал к нему по камням пробираться;
- Другие же, собравшись в легион,
- Беседы стали молча дожидаться.
- 112 И бес спросил учителя, кто он
- И что ему в вертепе адском надо?
- И дьявол был ответом поражен
- 115 Учителя. «Ужели в омут Ада
- Проник бы я и здрав и невредим, —
- Сказал певец, не опуская взгляда, —
- 118 Когда бы не был я руководим
- Перстом Того, кто был Творцом Вселенной!
- Так мне ль дрожать перед лицом твоим?..
- 121 С дороги прочь, бес жалкий и презренный!
- По воле Неба, смертного ввести
- Я должен в Ад, и путь мой неизменный
- 124 Не заградить бесам всем. Прочь с пути!..»
- Услыша речь, смирился демон скоро,
- Сказав другим: «Он может в Ад идти,
- 127 Не вызывая смерти приговора…»
- И опустив свой длинный адский крюк,
- В толпе чертей он затерялся вдруг.
- 130 Тогда сказал учитель громогласно:
- «О, ты, который скрылся за утес.
- Иди ко мне: дорога безопасна».
- 133 На зов певца мне выбежать пришлось.
- Когда ж чертей увидел пред собою,
- Невольно я к земле тогда прирос,
- 136 Не веря им и не готовый к бою…
- Капрона{122} мне припомнился тогда,
- Где с робостью такой же пред борьбою
- 139 Перед врагом в минувшие года
- Испуганные воины дрожали…
- К учителю прижался я (всегда
- 142 Меня его услуги охраняли),
- И глаз не отводил от бесенят,
- В которых только злобу прочитали
- 145 Мои глаза; они же, ставши в ряд,
- Склонив крюки, мне громко так грозили:
- «На крюк его я посадить бы рад…
- 148 Что тут смотреть! В смоле бы утопили…»
- Но демон тот, что первый говорил
- С учителем, воскликнул: «Вы забыли,
- 151 Что сказано? Я в Ад их пропустил.
- Не двигайся ты с места, Скармильоне…»
- И демонов он тотчас усмирил,
- 154 А нам заметил в очень мирном тоне:
- «Ступайте дальше, только не найти
- За этою скалою вам пути:
- 157 Здесь свод шестой в обломках провалился;
- В развалины одни он обратился
- Уж более лет тысячи назад…
- 160 Но, впрочем, есть проход особый в Ад,
- И если путь вы продолжать хотите,
- То чрез обвалы далее идите.
- 163 Туда пошлю своих я чертенят,
- Взглянуть, чтоб кто-нибудь не появился
- Поверх смолы… Идите с ними в ряд…
- 166 Из них никто вреда бы не решился
- Вам сделать». Так сказал нам старший бес;
- И к дьявольской дружин обратился:
- 169 «Идите вы чрез скалы вперерез,
- Каньяццо, Барбаричьо, Аликино
- И ты, Чирьятто, чудо из чудес,
- 172 Ты, Либикокко, также Калькабрино,
- И Рубиканте бешеный, и вы,
- Графиаканте с черным Фарфарелло,
- 175 Обход должны теперь вы сделать смело
- Вокруг кипящей в пропасти смолы
- И доведите путников всецело
- 178 Туда, где крепкий мост есть у скалы,
- Который еще в бездну не свалился».
- «Учитель мой! Как эти бесы злы!..
- 181 Пойдем без них!.. – так молвить я решился. —
- Нам стража для охраны не нужна:
- Ведь ты не в первый раз сюда спустился…
- 184 В проводники годится ль сатана?
- Прислушайся, как зубы их скрежещут,
- Как хищно гнется гибкая спина,
- 187 Каким огнем зловещим взгляды блещут!..»
- И мне Вергилий дал такой ответ:
- «Не бойся! Эти демоны трепещут
- 190 От бешенства, но в бешенстве их нет
- Для нас беды: в их взглядах злость таится
- Лишь против тех, кому уж много лет
- 193 Здесь суждено за прошлое томиться…»
- Тут бесы закусили свой язык
- И, прежде чем в обходный путь пуститься,
- 196 Приказа ожидали. В этот миг
- Владыка их, как бы сзывая к бою,
- Ответил им военного трубою,
- 199 Которой смысл Ад понижать привык.
Песня двадцать вторая
Рассказ грешника и злоба демонов, его терзающих. Хитрость призрака, обманывающего адских мучителей.
- 1 Я видел, как из лагеря идут
- Войска на смотр или на приступ мчатся,
- Иль сзади победителей бегут,
- 4 Не в состоянье более сражаться…
- О, жители Ареццо! Я видал,
- Как вы, не в силах больше защищаться,
- 7 Врагов на городской впустили вал;
- Я видел, как турниры совершались
- Под музыку, где барабан трещал
- 10 И звуки колокольные сливались
- С сигналами военных крепостей, —
- Но никогда еще не раздавались
- 13 Передо мною в воинстве чертей
- Трубы сигналы. Нас сопровождала
- Рать дьяволов… Едва ль таких друзей
- 16 Сообщество спокойствие внушало…
- Но в храме можем встретить мы святых,
- В таверне же беспутного нахала.
- 19 А между тем, в виду друзей таких,
- Я не сводил испуганного взгляда
- От бездны, от страдальцев проклятых,
- 22 Посаженных в смолу в вертепе Ада.
- Как иногда согнувшийся дельфин
- Знак подает пловцам, что скоро надо
- 25 Спасать корабль, так грешник не один,
- Который от страданий изнывает
- Порою, на поверхность выплывает
- 28 Смолистого потока и тогда,
- Как молния, в пучине исчезает.
- Как из болот лягушки иногда
- 31 Высовывают голову из тины,
- Так грешники смотрели из смолы
- И вновь бросались, – нет страшней картины! —
- 34 В свой кипяток, когда из-за скалы
- Пред ними Барбаричьо показался,
- Скрывая стоны, слезы и хулы.
- 37 Я видел все и молча содрогался
- И содрогаюсь даже в этот час,
- Хотя давно с тем местом распрощался.
- 40 Один из осужденных, торопясь
- Нырнуть в смолу при нашем приближенье,
- Замешкал, на поверхности крутясь,
- 43 Тогда Графиаканте с озлобленьем
- Его крючком за волоса схватил
- И вытащил из грязи с восхищеньем,
- 46 Как будто бы он выдру изловил.
- Запомнил я всех демонов названья
- Еще тогда, когда Сатанаил
- 49 Перекликал их. Разом завыванье
- Вкруг раздалось: «Всади в него свой крюк,
- Эй, Рубиканте!.. Ты без содроганья
- 52 Сдери с него всю кожу… Наших рук
- Не миновать ему!..» Спросил тогда я:
- «Певец, скажи, кто он, попавший вдруг
- 55 Во власть чертей, мук новых ожидая?»
- Тогда его учитель вопросил:
- «Ответь, кто ты и почему, страдая,
- 58 Попал ты в Ад?» И он заговорил:
- «В Наваррском королевстве я родился;
- Отец мой негодяем страшным был
- 61 И от беспутства скоро разорился.
- Потом я в услуженье поступил
- И был рабом; потом преобразился
- 64 В любимца королевского. Любил
- Меня король Тебольдо; безвозвратно
- В его глазах себя я погубил,
- 67 Своим влияньем пользуясь. Тогда-то
- Я был посажен в этот кипяток
- И не скрываю прошлого разврата…»
- 70 Но в этот миг пырнул страдальца в бок
- Огромными клыками Чириатто,
- И из груди невольный крик извлек.
- 73 Он в лапы словно мышь котам попался:
- Бес Барбаричьо грешника сдавил
- И на крючок поддеть его старался,
- 76 Но перед тем учителя спросил:
- «Ты хочешь говорить с ним? Говори же,
- Пока он цел и память сохранил.
- 79 К нему час смерти ближе все и ближе».
- Тогда поэт молчание прервал:
- «Кто из латинцев есть здесь? Мне скажи же,
- 82 С тобою, вероятно, в тьму попал
- Один из них, на муки осужденный?»
- И призрак, не скрывая, отвечал:
- 85 «Еще сейчас в пучине разъяренной
- Я видел одного из них, что жил
- С Италией в соседстве… Озлобленный
- 88 Вот этот бес меня бы не схватил,
- Когда бы мог, как он, в поток укрыться,
- И не терпел бы этих адских вил».
- 91 Тут Лабикокко крикнул: «Слишком длится
- Речь грешника! Прошел условный срок…»
- За жертву в ту ж минуту ухватиться
- 94 Успел он сильной лапой и кусок
- Живого мяса вырвал… Оборона
- Была бессильна… В тот же самый срок
- 97 Погиб бы он, не проронивши стона,
- От рук другого беса, но на них
- Остановился взгляд Декуриона,
- 100 Свирепый взгляд – и гнев бесовский стих.
- Когда зловещих демонов волненье
- Прошло, тогда, взглянув на них,
- 103 Учитель снова начал объясненье:
- «Кого же ты покинул, из смолы
- Нырнув на это страшное мученье,
- 106 На новые удары и хулы?»
- Он отвечал: «Скажу: то был Гомита{123}.
- Галлуры он правитель, и убита
- 109 Давно в нем честь; изменник и хитрец,
- Он с царскими врагами вечно знался
- И продал сам себя им, наконец.
- 112 К тому ж он лихоимством занимался
- И был царем меж лихоимцев всех…
- Здесь с ним сидит за тот же самый грех
- 115 И дон Микеле Цанке Логодоро{124}.
- У них иного нет и разговора,
- Как только о Сардинии… Потом…
- 118 Но посмотри, как этот дьявол рвется,
- Чтоб зацепить меня своим крючком…
- Боюсь – в меня зубами он вопьется…»
- 121 Но предводитель дьяволов, как гром,
- Над Фарфарелло бранью разразился,
- Который нанести удар решился
- 124 Несчастному. «Прочь, злая птица, прочь!»
- «Когда у вас есть тайное желанье, —
- Тень молвила, желая превозмочь
- 127 Свой страх, – здесь выслушать сказанье
- Ломбардцев иль тосканцев, то помочь
- Я вам могу и приложу старанье
- 130 Сюда их вызвать, если только нас
- Не тронут эти демоны когтями;
- Я мог бы даже в этот самый час,
- 133 Не разлучаясь с злобными бесами,
- Сюда призвать их счетом до семи.
- Я только свистну громко, и пред нами
- 136 Они всплывут…» «Ах, Ад тебя возьми! —
- Сказал Каньяццо, морду поднимая. —
- Хитрить ты вздумал, бестия, желая
- 139 Опять от нас в глубь пропасти нырнуть!..»
- А грешник пред бесами стал лукавить:
- «Нет, я не зол! Я не могу заставить
- 142 Товарищей погибнуть; ведь пырнуть
- Вы их своими можете крючками».
- Тут Алекино вздумалось ввернуть
- 145 Словцо такое: «Если перед нами
- Ты вздумаешь укрыться в глубине,
- То за тобой в смолу бросаться мне
- 148 Охоты нет!.. Я буду бить крылами
- Лишь по смоле… Пойдем мы за утес,
- Посмотрим, как схитришь ты пред бесами!»
- 151 И демоны без брани, без угроз
- Лицо свое от бездны отвернули,
- И даже тот, которого пришлось
- 154 Бояться больше прочих. Обману ли
- Тебя, читатель? Можно угадать,
- Что дьявол также может оплошать:
- 157 Наваррец, улучив одно мгновенье,
- Ногами быстро в землю оперся.
- Прыгнул и скрылся в бездне, заключенья
- 160 Избегнув: ловкий подвиг удался.
- Но демонов взбесил обман подобный;
- Особенно взбесился демон злобный,
- 163 Который сам к обману повод дал,
- С неистовой он злобой зарычал:
- «Ты будешь мой!» Но было уже поздно…
- 166 Напрасно в пропасть ринулся он грозно,
- Подобно с лука спущенной стреле.
- Но грешник уж исчез давно в смоле
- 169 И выглянуть оттуда не решался,
- А черный бес отпрянул и опять,
- Взмахнув крылами, на берег поднялся.
- 172 Так под водой приходится нырять
- Несчастной утке, если над водою
- Она увидит сокола порою.
- 175 Ему же вновь приходится взлетать
- Под облака и промаха стыдиться.
- Взбешенный Калькабрина рад сорвать
- 178 Был гнев на ком-нибудь, был рад сразиться
- И демона над пропастью схватил,
- Откуда тот удумал возвратиться,
- 181 Но бес, как ястреб, тоже ловок был…
- Над бездною они крутиться стали,
- Царапались и не жалели сил
- 184 И в глубь смолистой пропасти упали.
- Однако скоро жар их помирил,
- Но как подняться вверх – они не знали
- 187 И не могли в смоле расправить крыл,
- Которые, слипаясь, увязали.
- Тут Барбаричьо с бешенством вскочил,
- 191 И по его приказу побежали
- Четыре беса дьяволов спасать,
- Которые едва уже дышали…
- 194 Крюками принялись их вынимать
- Из той смолы, которая клубилась,
- Не уставая тело их сжигать…
- 197 Но мы ушли. Что далее свершилось,
- Попали ль бесы на берег опять
- И чем в смоле борьба их заключилась —
- 199 Не ведал я и не желал узнать.
Песня двадцать третья
Новый ужас Данте, преследуемого бесами. Лицемеры в свинцовых рясах. Вергилий узнает обман демонов и с гневом уходит.
- 1 В безмолвии и стражей не прикрыты,
- Мы шли одни: учитель впереди,
- Я сзади шел. Так братья минориты
- 4 Свершают путь. В моей груди
- Еще был страх: чертей двух столкновенье,
- Оставшихся за нами назади,
- 7 Напомнило мне басню о сраженье
- Лягушки с крысой{125}. Истинно я мог
- Меж ними провести свое сравненье.
- 10 Две ссоры те, их даже эпилог
- Между собой похожи чрезвычайно.
- Чем больше я их сравнивал в тот срок,
- 13 Тем более пугался не случайно,
- И наконец удвоился мой страх,
- И про себя тогда я думал тайно:
- 16 «Лишь из-за нас сейчас поверглись в прах
- Два демона, – они должны взбеситься
- И демонское бешенство в чертях
- 19 На нас одних должно теперь излиться.
- Что, если эта шайка бесенят
- За нами с диким воплем устремится?
- 22 Как зайцев псы голодные травят,
- Они нас разорвут теперь на части».
- И, трепетный кругом бросая взгляд,
- 25 Я сознавал весь ужас той напасти,
- И дыбом встали волосы мои.
- Таить ту мысль во мне не стало власти.
- 28 Я прошептал: «Учитель, помяни
- Мои слова: нам следует укрыться
- От демонской погони, иль они
- 31 Догонят нас… Нам медлить не годится…
- Мне чудится уже их адский рев,
- И голова моя при том вскружится…»
- 34 Учителя ответ мне был готов:
- «Как зеркало в себе все отражает,
- Так точно отражается без слов
- 37 Во мне твой дух, и ум мой постигает
- Все то, о чем ты думаешь, мой сын.
- Поверь, меня в час этот занимает
- 40 Мысль точно та же; вывод лишь один
- Я сделаю без опасенья
- Из наших дум. Когда мы со стремнин
- 43 Вон той скалы сойдем без затрудненья
- В другой вертеп, то ты и я спасен,
- И бесов нам не страшно исступленье».
- 46 Едва о том сказать успел мне он,
- Как я увидел демонов; летели
- Они на нас, и только горный склон
- 49 Нас разделял, и в воздухе шумели
- Их крылья черные. В тот самый миг,
- Как ночью мать, вскочившая с постели,
- 52 И слыша вкруг тревоги общий крик,
- Из колыбели сына вырывает
- И с быстротой – страх матери велик, —
- 55 Боясь пожара, с сыном убегает,
- Едва прикрывши тела наготу,
- И лишь к груди ребенка прижимает,
- 58 Так и меня схватил в минуту ту
- Наставник мой и на спине скатился
- Он со скалы, прижавши на лету
- 61 Меня к себе. Под мельницей крутился
- Едва ль поток когда-нибудь быстрей
- Того прыжка, с которым вниз стремился
- 64 Вергилий с тяжкой ношею своей,
- Меня, как сына, к сердцу прижимая,
- Меня, как сына милого, спасая
- 67 От дьявольских ударов и когтей.
- На дно вертепа только мы спустились,
- Как на скале над головой моей
- 70 Крылатые гонители явились…
- Но уже во мне боязнь тогда прошла…
- Из пятого вертепа не решились
- 73 Они за нами гнаться: та скала
- Дальнейший путь вперед им преграждала:
- Им власть Небес того не позволяла.
- 76 Затем толпу раскрашенных теней
- Мы пред собою скоро увидали.
- Роняя молча слезы из очей,
- 79 Они в изнеможении блуждали.
- На рясы их опущен капюшон,
- И рясы тех теней напоминали
- 82 Наряд монахов кельнских, ослепляли
- Своею пестротой со всех сторон,
- А под собой свинец они скрывали
- 85 И в сущности так были тяжелы,
- Что перед ними рясы Фридерика{126}
- Соломы были легче. Адской мглы
- 88 Тяжелый плащ!.. Стонали тени дико,
- И, слушая рыдания теней,
- За ними шли мы тихо без речей,
- 91 Но тяжесть ноши так их всех давила,
- Что лишь едва идти им можно было.
- Толпу их привелось нам обогнать
- 94 И с каждым шагом спутников менять.
- К наставнику тогда я обратился:
- «Не можешь ли меж ними указать
- 97 Кого-нибудь, кто в мире отличился
- Деяньями своими от других.
- Взгляни кругом – вот новый ряд явился
- 100 Других теней и, может быть, иных
- Узнаешь ты!..» Едва окончил речь я
- Среди толпы тех грешников худых,
- 103 Как дух один, тосканское наречье
- Услышавши, проговорил нам вслед:
- «Умерьте шаг, вы, в омуте увечья
- 106 Идущие! В нас сил догнать вас нет!..
- Быть может, то, что вы узнать хотите,
- Я разрешу и дам прямой ответ…
- 109 Я об одном прошу вас: не бегите…»
- Поэт сказал: «Умерь теперь свой шаг
- И рядом с ним идти старайся так,
- 112 Чтоб он от напряженья не томился».
- И я в минуту ту остановился
- И двух несчастных начал поджидать,
- 115 Которые старались нас догнать,
- Но тяжесть рясы их не позволяла
- Движений в утомленье ускорять.
- 118 И узкая тропинка замедляла
- К тому же их тяжелый, трудный путь…
- К нам подойдя, они на нас сначала
- 121 Решились только искоса взглянуть.
- Потом между собой заговорили:
- «По голосу – живой он, в том ничуть
- 124 Я не солгал, – когда бы разрешили,
- Когда они мертвы, впустить сюда
- Их без одежд свинцовых? Разве были
- 127 Подобные примеры? Никогда!»
- Затем ко мне вопрос их обратился:
- «Тосканец! Ты проникнул без труда
- 130 В подземный этот Ад и очутился
- В жилище лицемеров, так ответь,
- Кто ты такой, когда и где родился?»
- 133 Я отвечал, стараясь рассмотреть,
- С кем говорю: «На берегу Арно я
- Увидел свет и общество иное
- 136 В великом нашем городе{127} встречал.
- Еще доселе я не умирал,
- И мне еще не чуждо все земное.
- 139 Но кто же вы? Из ваших тусклых глаз
- Струятся слезы пламенные вечно…
- Ужель страданье ваше бесконечно
- 142 Под этим блеском тяжких ваших ряс?»
- И отвечал мне призрак истомленный:
- «Казнь лютая придумана для нас!..
- 145 Вот здесь под этой рясой золоченой
- Сокрыт свинец и давит нашу грудь
- И день и ночь… невыносим наш путь…
- 148 Мы терпим казнь за наше святотатство…
- Болонцы мы и были члены «братства
- Веселого»{128}, а наши имена —
- 151 Я – Каталано, он же Лодеринго{129}…
- Нас знаешь по пожару ты в Гардинго…
- Подестами в былые времена
- 154 В твоем любимом городе мы были,
- И мы его прекрасно охранили,
- О чем, наверно, помнит вся страна…»
- 157 «Так это вы, несчастные, сгубили…» —
- Воскликнул я и тут же замолчал.
- Слова мои как будто бы застыли,
- 160 Когда вблизи себя я увидал
- Тень грешника. Три раза в грудь пронзенный
- Насквозь тремя колами, он лежал
- 163 И, увидав меня, как разъяренный,
- В конвульсиях метаться быстро стал.
- Брат Каталано взгляд мой изумленный
- 166 Тогда постиг и тихо мне сказал:
- «Вот этот грешник, кольями проткнутый,
- Совет дал фарисеям, предлагал
- 169 Гонимого подвергнуть пытке лютой,
- Как будто бы для пользы дорогой
- Своей отчизны. Видишь – он нагой
- 172 Лежит всегда здесь поперек дороги
- Затем, чтобы его в Аду могли
- Топтать в песок всех проходящих ноги,
- 175 И приподняться более с земли
- Не может он… Казнь та же тяготеет
- На всех жидах, которые пришли
- 178 С советом тем же… Горько сожалеет
- Еще доныне весь еврейский род,
- Что он принес такой печальный плод…»
- 181 И над преступной тенью в то мгновенье
- Мой спутник наклонился в удивленье
- И созерцал мучительный позор
- 184 Презренного советчика, и взор
- Наставника лишь выражал презренье.
- Затем с одним из братьев в разговор
- 187 Вступил он вновь: «Когда дано вам право
- На наш вопрос правдиво отвечать,
- Скажите мне, возможно ли там, вправо,
- 190 Нам безопасный выход отыскать
- Из этой бездны, чтоб не опасаться,
- И помощи бесовской не искать?»
- 193 И был ответ: «Могу я в том ручаться,
- Что вы избегнуть можете всех бед,
- Когда обвалом станете спускаться,
- 196 Где горный прерывается хребет,
- Идущий через мрачные пустыни.
- Идите! Там опасности вам нет…»
- 199 И голову склонил певец в кручине:
- «Нас обманул презренный дьявол тот,
- Что грешников крючками ловит в тине…»
- 202 Один из «братьев» молвил в свой черед:
- «Я о пороках дьявола когда-то
- В Болонье слышал толки: он народ
- 205 Обманывать привык; все бесенята —
- Исчадье лжи и хитрости, не раз
- Губивших мир…» Дальнейшей речи брата
- 208 Мы не слыхали. Тяжесть страшных ряс
- Давила их, а спутник мой шел дале…
- И, на него взглянувши в этот час,
- 211 В его лице увидел тень печали.
Песня двадцать четвертая
Данте смущается волнением Вергилия. Оба вступают на мост, перекинутый через новый вертеп. Святотатцы, терзаемые змеями. Предсказание о будущей судьбе Белых и Черных.
- 1 В те дни, когда с задумчивых небес
- Не часто смотрит вечное светило,
- Мелькнет и быстро скроется за лес,
- 4 И ночь глухая, смотришь, наступила;
- Когда в снегах лежат еще поля,
- И ярко-белым саваном уныло
- 7 Покрыта охладевшая земля,
- Крестьянин в поле скудное выходит,
- О солнце и тепле Творца моля,
- 10 И только нивы снежные находит;
- В отчаянье тогда махнув рукой,
- Глазами даль печальную обводит
- 13 И в дом свой возвращается с тоской,
- Где холодно, где хлеба часто нету,
- Где для него давно пропал покой,
- 16 Когда ж опять, в надежду веря эту,
- Которая так часто нас живит,
- Заметит он, что время ближе к лету,
- 19 Он стадо гнать на пастбище спешит
- И забывает горе и ворчанье.
- Так точно и поэта скорбный вид
- 22 Сперва во мне лишь возбудил страданье,
- Когда ж его высокое чело
- Яснее стало, полно обладанья,
- 25 С моей души как будто отлегло
- Большое горе. Только мы вступили
- На мост, давно разрушенный, тепло
- 28 Учитель на меня взглянул, и были
- Те взгляды нежны снова, как тогда,
- Когда впервые мы заговорили.
- 31 Вкруг нас развалин высилась гряда,
- И, пред собою видя разрушенье,
- Певец мой, рассудительный всегда,
- 34 Сообразил свой путь в одно мгновенье,
- Потом меня в объятия схватил
- И быстро, погруженный в размышленье,
- 37 Которому и здесь не изменил,
- Принес меня, как ношу дорогую,
- На верх скалы и там проговорил,
- 40 Рукою указав скалу другую:
- «На этот дикий камень ты всползи,
- Но прежде осмотри его вблизи,
- 43 Чтоб под тобою он не подломился».
- Для грешников, прошедших мимо нас
- Под тяжестью свинцовых ряс,
- 46 Тот переход едва ли бы годился.
- Вперед я подвигался, еле жив,
- И только лишь при помощи решился
- 49 Переползти с обрыва на обрыв.
- Когда бы страшный путь тот продолжался,
- То, верно бы, учителя обвив
- 52 Своей рукой, я с духом не собрался
- Ползти вперед в изнеможенье сил;
- Но, к счастью, путь дальнейший улучшался
- 55 И на верху скалы окончен был.
- Она была последней. Я дыханье
- В усталости едва переводил
- 58 И сел недвижный, словно изваянье,
- Так как идти я далее не мог
- И двигаться уж был не в состоянье.
- 61 Но тут меня поэт предостерег:
- «Ты лености не должен предаваться:
- Для нашей славы легких нет дорог.
- 64 Известности не может тот дождаться,
- Кто нежиться привык в пуховиках
- И на постели шелком прикрываться.
- 67 Без трудностей нет славы и в веках;
- Без подвигов исчезнешь ты бесследно,
- Как пена волн, как ветер в небесах.
- 70 Бездействие для человека вредно.
- Так встань же и усталость победи
- И с мужеством, которое победно
- 73 Ведет в борьбе, иди за мной, иди,
- Когда еще осталась сила в теле:
- Награда ожидает впереди.
- 76 С тобой еще мы не достигли цели.
- По лестнице идти нам предстоит
- Еще длиннейшей. В нашем трудном деле
- 79 Конец для нас не близок. Путь лежит
- Печальный, многотрудный и опасный,
- Но пусть тебя теперь он не страшит.
- 82 Иди и верь в совет мой беспристрастный».
- Тогда я встал и словно новых сил
- В себе нашел родник. С улыбкой ясной
- 85 Наставнику тогда я говорил:
- «Иди, я бодр! С тобой пойду я всюду…»
- И мы пошли чрез каменную груду
- 88 Скалы, изрытой ямами, крутой,
- Где ноги истомленные скользили,
- А по бокам скалы ужасной той
- 91 Зияли бездны… Выше мы всходили,
- И чтоб свою усталость только скрыть,
- Пока мне силы вновь не изменили,
- 94 С учителем я начал говорить.
- Вдруг там, где часть утеса раскололась,
- Из бездны раздался неясный голос,
- 97 Но слов его не мог я различить.
- Напрасно их я разгадать старался
- И думал смысл речей тех уловить.
- 100 Но от усилий тщетных отказался.
- Я только лишь одно тогда постиг,
- Когда к тому вертепу приближался,
- 103 Что гневен был и бешен чей-то крик.
- Над бездной я склонился осторожно,
- Но мрак ее был непроглядно дик.
- 106 И рассмотреть мне было невозможно
- Тех, кто кричал на темном адском дне.
- И я сказал учителю тревожно:
- 109 «О, помоги в вертеп спуститься мне:
- Я слышу крик, но слов не понимаю;
- Кого-то вижу в темной глубине,
- 112 Но образа его не различаю.
- Прошу тебя – сведи меня с стены,
- Близ пропасти я правду всю узнаю».
- 115 «Мы действовать, а не болтать должны, —
- Сказал поэт, – и действовать в молчанье
- В обители ужасной сатаны…»
- 118 И, исполняя спутника желанье,
- К вертепу он тогда меня привел,
- И в яме гнусной той сверх ожиданья
- 121 Таких презренных гадов я нашел,
- Что в жилах кровь моя оледенела:
- Невольно я глаза от них отвел.
- 124 Пусть Ливия не славится так смело
- Пустынными песками, где живут
- И жалами убийственными жгут
- 127 Хелидры, амфисбены и якули{130};
- Нет, даже там не знаю я, найду ли,
- Как и среди египетских степей,
- 130 Таких же ядовитых, страшных змей,
- Которые в той пропасти крутились.
- И среди них несчастный сонм теней
- 133 Я увидал. Давно они лишились
- Спокойствия, земной покинув гроб.
- Напрасно эти грешники стремились
- 136 Избегнуть гадов, и гелиотроп{131}
- Искали вкруг для своего спасенья,
- Но гады то в их голову, то в лоб
- 139 Вонзали жало в бешеном шипенье;
- Их руки были скручены назад
- И змеями завязаны… Вот гад
- 142 Вкруг грешника обвился и на теле
- Его пестрел тройным своим кольцом,
- А голову связал с своим хвостом.
- 145 Вот змей другой ждать долго не заставил,
- На грешника одним прыжком вскочил
- И в шею между плеч его ужалил,
- 148 Едва такую казнь он совершил,
- Едва свой хвост свернувшийся расправил,
- Как грешник загорелся, зачадил,
- 151 И в миг один огонь его расплавил
- И в пепел обратил его. Потом,
- Когда не стало пламени кругом,
- 154 Из пепла вновь восстал он прежней тенью
- И образ прежний принял на себя.
- Так, если древних следовать ученью,
- 157 Себя в ужасном пламени губя,
- Известный феникс молча умирает
- И вновь потом из пепла воскресает.
- 160 Питается не хлебом, не травой,
- Но амми{132}, и усталой головой
- Склоняется на нард{133} он или мирру{134};
- 163 Таинственный, вполне безвестный миру,
- В бессилии, на землю он падет,
- Как будто бы недуг его гнетет
- 166 Иль ненавистный демон сокрушает;
- Когда ж потом он снова восстает, —
- Что было с ним – он сам того не знает
- 169 И, озираясь, далее идет.
- Восставший грешник в том же состоянье,
- Казалось, был! О, правосудный гнет!
- 172 Как грозен ты в немом своем каранье!
- «Кто ты? – ему учитель мой сказал. —
- И здесь за что ты терпишь наказанье?»
- 175 «Недавно из Тосканы я упал
- Вот в эту бездну, – молвил нам несчастный. —
- Я жизнь скота людской предпочитал
- 178 И не хочу скрывать: я скот ужасный!
- Мне имя Ванни Фуччи{135}. Для меня
- Берлогою достойной и прекрасной
- 181 Была Пистойя». В это время я
- К учителю с словами обратился:
- «Скажи ему, чтоб он не шевелился
- 184 И скоро так от нас не уходил;
- Спроси его, какое совершил
- Ужасное он прежде преступленье.
- 187 Сварлив и кровожаден очень был
- При жизни он…» Но в думу углубленный,
- Успел понять тот грешник осужденный,
- 190 Что мнения такого я о нем.
- Он уходить от нас не торопился,
- Лишь только щеки вспыхнули стыдом
- 193 И взгляд его на мне остановился.
- И он сказал: «Страдаю я, поверь,
- Сильней гораздо более теперь,
- 196 Чем в миг, когда я с жизнью распростился.
- Не скрою я, за что сюда попал:
- Из ризницы сосуды я украл,
- 199 Но, совершив такое преступленье,
- Из трусости я друга оболгал.
- Который был казнен за похищенье.
- 202 Но не затем себя я унижал
- Перед тобой, чтоб вызвать сожаленье.
- И если ты из мрака этих скал
- 205 Вновь выйдешь в мир, то приложи старанье
- Запомнить в мире это предсказанье:
- Теперь Пистойя гонит Черных стан;
- 208 Флоренция и нравы и граждан
- Спешит менять, но час иной настанет:
- С долины де ла Магра Марс восстанет,
- 211 И грянет гром в далеких облаках,
- И дрогнут вдруг все городские стены
- И ужас в человеческих сердцах
- 214 Найдет приют, и на поля Пичены
- Тогда гроза ужасная слетит
- И Белых всех мгновенно истребит.
- 217 Так ожидай ты этой перемены».
Песня двадцать пятая
Богохульство грешника и страшное наказание. Другие призраки. Превращение человека в змею и змеи в человека.
- 1 Сказавши то, презренный этот плут,
- С гримасой гадкой, поднял обе руки,
- Шиш показал и начал нагло тут
- 4 Хулить Творца за кару и за муки,
- Но змей один – я их люблю с тех пор —
- При первом же его презренном звуке,
- 7 Сдавил ему всю шею, чтобы вор
- Не в силах был произнести ни слова;
- И смолк кощун, потупя наглый взор.
- 10 Другой же гад скрутил ему сурово
- В одно мгновенье руки назади,
- Сдавил все тело, так что никакого
- 13 Не мог движенья сделать он… – Пади
- И в пламени, Пистойя, ты исчезни,
- Своим примером людям не вреди,
- 16 И навсегда погибни в адской бездне!..
- Везде распространяешь ты разврат…
- Хотя бы обошли мы целый Ад,
- 19 В нем не нашли бы грешника наглее,
- Который богохулить так дерзал,
- И даже тот, кто с фивских стен упал{136},
- 22 Мог показаться лучше и сноснее…
- Проклятый тать куда-то убежал,
- Хулы своей оканчивать не смея.
- 25 Затем как будто вырос из земли
- Центавр, ужасным бешенством пылавший
- Который мог страшить и издали,
- 28 Центавр с угрозой дьявольской кричавший:
- «Где этот вор низверженный? Где он,
- Свои хулы в вертепе извергавший?»
- 31 Был тот центавр обвит со всех сторон
- Пучками змей, которых и в Маремме
- Нельзя найти. С его спины дракон,
- 34 Раскрывши крылья, грозно в это время
- Метал огонь и мимо шедших жег.
- Тогда путеводитель мой изрек:
- 37 «Перед тобою Каккус{137}; исполинской
- Он силою когда-то обладал,
- И прежде за горою Авентинской
- 40 Озера крови в битве проливал;
- Он с братьями не шел одной дорогой
- И воровски однажды он угнал
- 43 Чужое стадо. Мстительный и строгий,
- Сам Геркулес потом его сразил…»
- Пока путеводителя с тревогой
- 46 Я слушал, тот центавр в то время был
- Уж далеко. Три тени вдруг явились
- Из-под моста, куда в тот час всходил
- 49 С поэтом я. Мы так заговорились,
- Что не могли заметить их сперва,
- Когда ж заговорить они решились,
- 52 Спросив: «Кто вы такие?» – их слова
- Заставили нас обратить вниманье
- На призраков, но лиц их очертанье
- 55 Мне было незнакомо, и затем, —
- Судьба нам помогала постоянно, —
- Я понял – очутился перед кем,
- 58 Когда один из призраков нежданно
- Другого назвал: «Слушай, где ты там,
- Чианфа{138}?» В этот миг к своим губам
- 61 Я поднял тихо палец в знак молчанья,
- Чтобы певца внимание привлечь…
- Теперь мое дальнейшее сказанье,
- 64 Читателя хочу предостеречь, —
- Сомненье может вызвать, что понятно:
- Мне было самому невероятно
- 67 Все то, что видел сам я в этот час.
- Пока я, двух теней узнать желая,
- С них не сводил своих усталых глаз,
- 70 Змей шестиногий, быстро налетая,
- На третьего из призраков напал,
- Его в одну минуту обвивая,
- 73 Сдавил живот и сзади руки сжал,
- Зубами в щеки грешника вцепился,
- Хвост за его спиною замотал
- 76 И словно плющ вокруг его обвился.
- Нам невозможно было уловить.
- Как быстро грешник тот преобразился:
- 79 Кто дух, кто змей – не мог я отличить;
- Они слились в одно живое тело,
- Которого нельзя вообразить,
- 82 Как ни было б воображенье смело.
- Перемешались вместе их цвета:
- Полутемно все было, полубело.
- 85 Так пепел от бумажного листа
- Бывает и не черным, и не белым…
- В то время с видом грустным и несмелым
- 88 Два призрака проговорили вслух:
- «Аньэло! О, несчастный, бедный дух!
- Как быстро ты, как страшно изменился!
- 91 Ты не один теперь, да и не два…»
- Из двух голов – я с ужасом дивился —
- Одна лишь появилась голова;
- 94 Единый, страшный образ возродился
- Из двух различных образов. Из рук,
- Из ног, грудей, спины и брюха вдруг
- 97 Явились члены новые; такого
- Я безобразья в мире не видал:
- В них было все чудовищно и ново.
- 100 Первоначальный образ их пропал;
- Два существа в чудовище сливалось
- И тихими шагами подвигалось.
- 103 И в этот миг, как ящерица днем
- Зеленый куст неслышно покидает
- И, солнечным палимая лучом,
- 106 Как молния наш путь перебегает,
- Так полз другой черно-багровый змей
- К двум грешникам. Одну из двух теней
- 109 Кровавый гад ужалил вдруг во чрево
- И распростерся, падая, пред ней,
- А призрак неподвижно и без гнева
- 112 Как после сна тяжелого зевал,
- И у него из раны и из зева
- Пылающего змея вылетал
- 115 Какой-то дым, в одну струю сливаясь.
- На змея тень смотрела, и свой взгляд,
- Кольцом огнеподобным извиваясь,
- 118 От призрака не отводил тот гад.
- Певец Лукан! Умолкни ты, стараясь
- Нам передать картин ужасный ряд,
- 121 Где воины Сабелла и Назидий{139}
- Являются страдальцами. О, ты,
- Умолкни тоже, чудный наш Овидий
- 124 С повествованьем, полным красоты,
- О Кадме с Аретузой: обратился
- Один в змею, а из другой явился
- 127 Источник. Ты, Овидий, обменять
- Природу двух созданий не решился;
- Плоть одного другому передать
- 130 Не думал ты. Меж тем передо мною
- Стал образ человека принимать
- Проклятый змей с гноящейся спиною,
- 133 А человек вид гада принимал.
- У гада хвост мгновенно раздвоился,
- А человек так плотно ноги сжал,
- 136 Что след их разделения вдруг скрылся.
- Процесс перерожденья совершился
- В моих глазах: хвост одного не стал
- 139 Похож на хвост, вид членов принимая,
- Которые бывают у людей;
- А у другого руки, исчезая,
- 142 Сливались тихо с телом, и длинней
- Меж тем у гада ноги вырастали.
- И походил все более тот змей
- 145 На человека. Прежний вид теряли
- И человек, и ядовитый гад.
- Они друг с друга взгляда не спускали,
- 148 И у обоих дик был страшный взгляд.
- Вот первый пал, другой же приподнялся,
- И у него – я молча изумлялся —
- 151 Явились уши, губы, вырос нос,
- А у другого вытянулось рыло
- И скрылись уши. Видеть мне пришлось:
- 154 Язык у человека раздвоился,
- А жало змея медленно срослось
- В один язык – и Дым вдруг прекратился.
- 157 Дух в гадину позорно превратился
- И с свистом в мрак пропасти пропал,
- А змей переродившийся сказал:
- 160 «Пусть здесь Буозо будет пресмыкаться,
- Как пресмыкался некогда я сам».
- И начал змей презрительно плеваться.
- 163 Едва лишь веря собственным глазам,
- В Аду я видел это превращенье,
- И хоть я был смущен, взволнован там,
- 166 Хотя мой ум от страха был растерян,
- Но Пуччьо Шианкато я узнал,
- Да, то был он, и в этом я уверен:
- 169 Из трех теней лишь он не испытал
- Мучение того перерожденья,
- А в третьей, мрачной тени угадал
- 172 Я Гверчьо Кавальканте привиденье{140}.
Песня двадцать шестая
Восьмой вертеп восьмого круга. Души коварных советчиков. Улисс и Диомед, погубившие Трою. Рассказ Улисса о путешествии в неизвестную страну.
- 1 Ликуй, ликуй, Флоренция! Везде
- Могущество твое неотразимо;
- Известна ты на суше и воде,
- 4 И даже Ад готов неутомимо
- О флорентийских гражданах кричать…
- Когда передо мной скользнули мимо
- 7 Пять извергов, и в них я мог узнать
- Твоих граждан, мне сделалось обидно,
- Не мог я крика гнева удержать,
- 10 И за тебя мне стало больно, стыдно…
- Когда мои предчувствия не лгут,
- Еще ты испытаешь, как постыдно
- 13 Тебе немало бедствий предрекут
- Озлобленные жители из Прато{141},
- И их проклятья к худу приведут.
- 16 К прошедшей славе нет уже возврата,
- И если б над тобою, город зла,
- Пороков, злодеяний и разврата,
- 19 Беда, как туча черная, всплыла
- В минуту эту – я б не удивился:
- Да, на себя, Флоренция, звала
- 22 Давно все кары… Пусть бы разразился
- Гром над тобой, когда осуждена
- На бедствия несчастная страна;
- 25 Скорей бы суд ужасный совершился…
- Еще страшнее в поздние года
- Казаться будет мне твоя беда.
- 28 И далее пошли мы… Возвратился
- По тем же скатам ментор мой тогда,
- Которыми со мною он спустился.
- 31 Меж безднами и трещинами скал
- Уединенный путь наш продолжался,
- И в бездну я наверно бы упал,
- 34 Когда б порой за камни не держался
- Руками. Бесконечная тоска,
- В тот час, когда вперед я подвигался,
- 37 Была неотразима, велика,
- И я скорблю в минуту эту снова,
- Когда воспоминания былого
- 40 Припоминаю вновь, и обуздать
- Хочу свой ум, чтоб Неба благодать
- И добродетель – поприща земного
- 43 Вожатого – не мог я потерять…
- Как селянин простой, – в ту пору года,
- Когда на небесах начнет сиять
- 46 Июльский день, и южная природа
- Вкруг рассыпает щедрые дары, —
- Как селянин следит порой у входа
- 49 В свой дом, как в небе вьются комары,
- Так я следил в вертепе за огнями,
- За переливом странной их игры,
- 52 Когда пришли мы тихими шагами
- К окраине, откуда видно дно:
- Восьмая пропасть встала перед нами,
- 55 Где было все таинственно-темно.
- Как тот пророк, которого в Вéфиле
- Медведицы лесные защитили{142},
- 58 Смотрел, как колесницу Илии
- На небо быстро кони уносили,
- И очи Елисея не могли
- 61 Следить за бегом их неуловимым
- И только наблюдали лишь с земли,
- Как пламя их исчезло в небе дымом,
- 64 Так двигались в вертепе те огни,
- И в каждом призрак грешника скрывался.
- Чтоб рассмотреть, как двигались они,
- 67 Я с краю моста к бездне наклонялся,
- И если бы за камень не держался,
- То, верно, б там свои окончил дни
- 70 И в пропасти бездонной потерялся.
- За мной путеводитель наблюдал
- И на вопрос немой ответ мне дал:
- 73 «В светильниках, перед тобой зажженных,
- Сокрыты души многих осужденных,
- Чтобы огонь их вечно пожирал…»
- 76 «Учитель, – отвечал я, – догадаться
- Мог я и сам, увидевши в огне
- Мелькающие тени, но дознаться
- 79 Хотелось бы теперь, учитель, мне,
- Кто это стал к нам ближе приближаться
- Вон в пламени, и тот огонь на дне
- 82 Двойным костром теперь вдали пылает,
- И страшный мне костер напоминает,
- Где Этеокл и брат его сгорел».
- 85 И был ответ: «В том пламени страдает
- Сам Диомед и вместе с ним – Улисс{143}:
- Одна их казнь теперь соединяет,
- 88 И здесь в Аду опять они сошлись,
- Как на земле сошлись для преступленья.
- Их деревянный конь сгубил, и вниз
- 91 В кромешный Ад за ложь без сожаленья
- Повержены они. Они должны,
- Не ведая пощады искупленья,
- 94 Гореть в жилище адском сатаны:
- За их обман страдает и в могиле
- Теперь Деидамия об Ахилле.
- 97 И к довершенью страшной их вины
- Караются они за похищенье
- Палладиума». Молвил я в волненье:
- 100 «Когда они способны говорить
- И в пламени, то дай мне разрешенье,
- Учитель мой, – могу ль о том просить? —
- 103 Тех двух теней дождаться приближенья;
- Тебе известны, мудрый мой поэт,
- Все тайные души моей стремленья…»
- 106 И мне Вергилий дал такой ответ:
- «Мой сын, твое желанье одобряю, —
- Поистине, дурного в этом нет,
- 109 А потому его я исполняю,
- Но об одном прошу, чтоб ты привык
- Воздерживать, где нужно, свой язык.
- 112 Все помыслы твои я понимаю,
- А потому мне предоставь ты речь
- С тенями; должен я предостеречь
- 115 Тебя, что эти греки, может статься,
- С тобой и говорить не захотят…»
- Когда к нам пламя стало приближаться,
- 118 В котором тени двигалися в ряд,
- Не в силах на пути разъединяться,
- И отступить вперед или назад,
- 121 Тогда мой спутник молвил им: «О, тени!
- Когда хоть чем-нибудь мог угодить
- Я вам в своем высоком песнопенье,
- 124 Не торопитесь быстро уходить,
- И пусть один из вас мне повествует
- О том, за что он осужден страдать
- 127 И в этом вечном пламени тоскует».
- Тогда один светильник задрожал, —
- Так ветер иногда огонь волнует, —
- 130 И в тихом колебанье зароптал.
- Тень перед нами тихо закачалась,
- Как будто бы – за ней я наблюдал —
- 133 Заговорить с усилием сбиралась.
- И, наконец, я услыхал слова:
- «Когда вперед куда-то порывалась
- 136 Моя душа, и кинул я едва,
- Не в силах совладать с собой, Цирцею,
- Жизнь впереди казалась мне нова,
- 139 И увлечен я был невольно ею,
- Забыл отца, свою отчизну-мать,
- Расстался с Пенелопою своею.
- 142 В себе тоски не мог я обуздать,
- Не мог забыть прекрасную затею:
- Хотелось мне весь свет скорей узнать:
- 145 Его пороки, славные деянья,
- И подвиги людские на земле;
- И очутился вдруг без колебанья
- 148 В открытом море я на корабле
- С немногими, мне верными, друзьями,
- Помчался по волнам в туманной мгле,
- 151 Марокко любовался берегами,
- Сардинией, прекрасною страной,
- И многими другими островами,
- 154 Стоявшими в пустыне водяной.
- Состарились мы все, когда приплыли
- До Геркулеса грани роковой:
- 157 Его столбы в проливе узком были
- Поставлены – чтоб далее никак
- В своих ладьях пловцы не заходили.
- 160 Но я сказал, увидя этот знак:
- «Друзья! Для нас тяжка была дорога,
- До запада достигли мы сквозь мрак,
- 163 И так как жить осталось нам немного,
- То счастье попытаем и рискнем
- Проникнуть в мир безлюдный, где тревога
- 166 Людская неизвестна. О своем
- Припомните вы все происхожденье.
- Не для того на свете мы живем,
- 169 Чтоб скотски прозябать со дня рожденья,
- Но для того, чтоб на земле найти
- Познания и высшие стремленья!»
- 172 Так говорил друзьям я на пути,
- И речь моя всех их так оживила,
- Что трудно удержать потом их было,
- 175 Когда вперед мы принялись грести.
- Корабль свой мы к востоку повернули
- И словно птица далее порхнули
- 178 В своем безумном беге. В небесах
- Сверкали звезды полюса другого,
- Пять раз луна светила в облаках
- 181 И исчезала с неба голубого
- С тех пор, как мы сквозь роковой проход
- Скользнули в бездну моря, нам чужого,
- 184 И убегали далее… Но вот
- Вдали гора пред нами показалась,
- Черневшая из белой пены вод,
- 187 И та гора громадной нам казалась.
- Обрадовались все мы ей тогда,
- Но эта радость тотчас же умчалась
- 190 От нас, сменившись ужасом, когда
- От той горы поднялся вихрь ужасный
- И на корабль наш хлынула вода.
- 193 Три раза поднимался он, несчастный,
- Напором волн, и вот в четвертый раз,
- Не выдержав с грозой борьбы напрасной,
- 196 Пошел на дно: закрыло море нас.
Песня двадцать седьмая
Появление в светильнике призрака Гвидо де Монтефельтро. Рассказ Вергилия о состоянии Романьи. По удалении призрака путники переходят из восьмого в девятый вертеп.
- 1 Вновь светоч колебаться перестал,
- И неподвижный, тихо умолкая,
- От нас он удаляться снова стал.
- 4 Учителя желанье исполняя,
- Тогда другой дрожащий огонек,
- Что следом шел за ним, не уставая,
- 7 К себе мое внимание привлек.
- Внутри его – я слышал – раздавался
- Какой-то странный ропот, на упрек
- 10 Похожий, как тогда мне показался.
- Как медный бык{144} впервые застонал,
- И в его реве голос отозвался
- 13 Того, кто вид и формы зверя дал
- Тому быку, – и полон был страданья
- Тот страшный рев, хотя он вылетал
- 16 Из медного, литого изваянья,
- Так точно вылетало из огня
- Неуловимо-странное роптанье
- 19 И пронеслось около меня.
- Когда ж оно на волю вдруг прорвалось
- Из пламени, тогда услышал я,
- 22 Как постепенно в звуки облекалось
- Роптанье то, и раздались слова,
- В которых скорбь и горе выражалось{145}:
- 25 «О, смертный, ты, лишь молвивший едва
- Здесь по-ломбардски: «Можешь удалиться».
- Прошу тебя на миг остановиться.
- 28 Пришел я слишком поздно, может быть,
- Но я молю тебя не торопиться,
- Молю тебя со мной поговорить:
- 31 Исполни же несчастного желанье…
- Когда сюда ты свергнут в наказанье,
- Покинув край латинский, где грешить
- 34 Я научился прежде, то нельзя ли
- Поведать мне: война иль мир теперь
- В Романии? В довольстве иль в печали
- 37 Живет народ? Мне дороги, поверь,
- Известья те. В горах, между Урбино
- И тем хребтом, где – чудная картина! —
- 40 Берет начало Тибр, я был рожден».
- Я слушал эти речи со вниманьем
- И в любопытство весь был обращен,
- 43 Тогда учитель молвил с состраданьем:
- «С ним сам ты говори: латинец он…»
- И я, осмелен этим замечаньем,
- 46 С ответом уж готовым на губах,
- Немедленно воскликнул: «Дух горящий!
- В Романии – в тиранах и рабах,
- 49 Как в жизни прошлой, так и в настоящей,
- Всегда живет и будет жить раздор
- И вечных распрей страх непроходящий,
- 52 Но, к счастию, пока до этих пор
- Войны там нет, о ней нет слухов даже;
- Равенна же несчастная все та же,
- 55 Чем и была. Орел Поленты{146} там
- Гнездится, как и прежде, распустивший
- Над Червиею крылья… Городок,
- 58 В кровавой битве галлов истребивший
- И при осаде давший им урок,
- Теперь не тот, чем прежде быть он мог:
- 61 О подвигах великих позабывший,
- Зеленых лап{147} теперь узнал он гнет.
- Веррукио{148}, названье пса носивший,
- 64 С своим щенком по-прежнему грызет
- Свою добычу… Помнишь ты, наверно:
- Им был убит Монтаньо{149} в свой черед.
- 67 При двух реках Ламоне и Сантерно
- В двух городах по-прежнему царит,
- Меняя убежденья лицемерно,
- 70 «Лев в поле белом»{150}. Также всех дивит
- Тот городок{151}, что Савио волнами
- У берега цветущего обмыт:
- 73 Как прежде, меж свободой и цепями,
- Живет доныне он, расположён
- Между своей долиной и горами;
- 76 По-прежнему теперь несчастлив он…
- Ты видишь, я не медлил на ответы,
- Вопросами твоими не смущен.
- 79 Теперь: кто ты? ответь без страха мне ты,
- И долго в мире Божьем пусть живет
- Твое, о призрак, имя». В свой черед
- 82 Я призрака ответа дожидался,
- И призрак колебаться тихо стал,
- И наконец ответ я услыхал:
- 85 «Когда б я хоть минуту сомневался
- В том, что попавший в этот темный Ад
- Уж никогда не вырвется назад,
- 88 То моего не знал бы ты ответа,
- Но так как хорошо известно мне,
- Что все, кого вмещает бездна эта,
- 91 Навечно отдаются сатане,
- То я готов прервать свое молчанье,
- Забыв про стыд в подземной глубине.
- 94 Так выслушай правдивое сказанье:
- Я воином когда-то в мире был,
- Потом, чтоб все греховные деянья
- 97 Простились мне, в монахи я вступил,
- Надеялся, что пост и воздержанье
- Спасут меня – и я бы заслужил
- 100 Прощение, принявши сан духовный,
- Когда бы мне – позор ему и грех! —
- Не помешал тогда отец верховный.
- 103 Меня поверг он в бездну прежних всех
- Моих грехов… О днях печальных тех
- Ты выслушай рассказ мой хладнокровный.
- 106 Когда я молод был и на земле
- Жил в образе из крови и из тела,
- Я львенком не являлся в мире смело,
- 109 Но был лисой и действовал во мгле,
- Обманы все узнал, все ухищренья,
- И выгоды ловил я в каждом зле.
- 112 Лукавые такие похожденья
- Печальную известность дали мне
- И скоро разнеслись по всей стране…
- 115 Меж тем дни шли, и юность уходила.
- И для меня то время наступило,
- Когда седеют наши волоса
- 118 И опускать нам нужно паруса;
- И вот когда все то мне опостыло,
- К чему я жадно некогда рвался,
- 121 Я обратился к Богу, ожидая
- Спасенья в покаянии… О, мог
- Покаяться, спасти себя тогда я,
- 124 Но в бездну грешных дел опять увлек,
- Все помыслы хорошие рассеяв,
- Меня владыка новых фарисеев{152}
- 127 И бросил снова в гибельный поток.
- В то время вел войну он – не с жидами,
- Не с сарацинами: его врагами
- 130 Являлись христиане. Никогда,
- Никто из них под Акрой не являлся
- За лаврами победы в те года
- 133 И с областью Судана не старался
- Входить в дела торговые тогда.
- На них похожим папа не казался.
- 136 Он свой верховный сан забыл вполне
- С величием святого постриженья,
- Забыл, что были вервия на мне,
- 139 В которых находили искупленья
- Монахи, их носившие во сне
- И наяву в своем уединенье.
- 142 И как молил Сильвестра Константин{153}
- Ему дать от проказы исцеленье,
- Так и меня духовный властелин
- 145 Просил спасти его от исступленья
- Неодолимой гордости. В ответ
- Ни слова не сказал я, опьяненье
- 148 Какое-то в той просьбе видя. «Нет, —
- Он продолжал, – забудь свое смущенье;
- Я отпущу твой грех, но дай совет,
- 151 Как взять мне Пенестрино без сраженья.
- Ты знаешь – Рай я отпирать могу
- И два ключа от Неба берегу,
- 154 Хоть Целестин{154} от них и отказался…»
- При тех речах не мог я устоять
- И быстро искушению поддался.
- 157 Я отвечал: «Когда мне отпускать,
- Святой отец, грехи ты в состоянье,
- То помнишь же: чтобы преград не знать
- 160 И выполнять заветные желанья,
- Как можно больше людям обещай,
- Но обещаний тех не исполняй,
- 163 Тогда-то все твои предначертанья
- Исполнятся, и твой святой престол
- Получит новый блеск и обаянье».
- 166 Когда моей кончины час пришел,
- Когда святой Франциск за мной явился,
- То близ меня он демона нашел,
- 169 Который так к святому обратился:
- «Оставь его! Он мне принадлежит!
- За что меня ты оскорблять решился?
- 172 Он мой теперь и в Тартар полетит
- За свой совет лукавый прежде смерти;
- С тех пор его Ад целый сторожит
- 175 И в волоса его давно вцепились черти.
- В одно и то же время он хотел
- И каяться, и предавать умел…»
- 178 «О, горе!» – крикнул я, когда тот демон
- Схватил меня, и продолжал меж тем он:
- «Подумал, вероятно, ты, что мне
- 181 И логика людская не под силу?
- Не думай дурно так о сатане».
- Тогда сюда в подземную могилу
- 184 Он к Миносу принес меня, а тот
- Своим хвостом раз восемь окрутился
- Вокруг спины, раскрыл кровавый рот,
- 187 Сам укусил себя и разразился
- Проклятием: «Попал ты в тот проход,
- Где грешников огонь навек пожрет…»
- 190 С тех самых пор в огне я поселился
- И в пламенной одежде стал страдать…»
- Рассказ души погибшей прекратился…
- 193 Тень двинулась и начала стонать,
- Колеблясь и крутясь в своем движенье.
- И далее мы стали путь держать
- 196 Туда, где в новом, мрачном помещенье
- Томились души с очень давних пор
- За то, что не боялись преступленья,
- 199 За то, что в мире сеяли раздор.
Песня двадцать восьмая
Девятый вертеп восьмого круга. Призраки сеятелей раздоров и расколов. Магомет, Али, Бертрам де Борн.
- 1 Бессилен человеческий язык,
- Бессилен стих певца для описанья
- Всего того, что, подавляя крик,
- 4 Я увидал – и кровь, и истязанье
- Теней, покрытых язвами. Нет слов
- Приличных для того повествованья.
- 7 Наш ум так ограничен, что готов
- От подвига такого отказаться…
- Когда б собрать всех проливавших кровь
- 10 В долине Апулийской, что сражаться
- Сошлись и гибли от мечей римлян
- (Тит Ливии пишет так, и сомневаться
- 13 Нам нет причин), и их богатый стан
- Достался победителям; когда бы
- Собрать людей, измученных от ран,
- 16 И бившихся – их силы были слабы —
- С Гвискаром{155}; если б вновь теперь собрать
- Погибшую при Чеперано рать,
- 19 Где каждый апулиец оказался
- Изменником{156} и, наконец, всех тех,
- Чей стан при Тальякоццо разметался
- 22 И лег костьми, и где имел успех
- Старик Алар{157}, который там являлся
- Карателем, перехитрившим всех
- 25 И без оружья в битве победившим;
- Когда б все эти воины могли
- Теперь восстать пред нами из земли, —
- 28 На раны их на трупе полусгнившем
- Не с тем бы отвращеньем я смотрел,
- С каким глядел на груду страшных тел
- 31 Девятого вертепа. С меньшей силой
- Из бочки льется на землю вино,
- Когда пробито в бочке этой дно,
- 34 Чем кровь лилась из призрака… Унылый
- Имел он вид; он даже за могилой
- На миг себе покоя не найдет.
- 37 От подбородка самого живот
- Рассечен у него был, и струями
- Сбегала кровь. Между его ногами
- 40 Моталися кровавые кишки
- И легкое, и тот мешок, в котором
- Там, на земле, до гробовой доски,
- 43 Питанье переваривалось. Взора,
- Исполненного горя и тоски,
- При виде столь ужасного позора,
- 46 От грешника я отвести не мог,
- Тогда и на меня взглянул он тоже
- И вдруг, открыв от головы до ног
- 49 Зияющие язвы, клочья кожи,
- Он мне сказал: «Смотри, смотри сюда,
- Как сам себя терзаю я всегда,
- 52 Смотри, как Магомет стал изувечен.
- А далее увидишь предо мной
- Ты Алия, и у него рассечен
- 55 Весь череп. Этой казни роковой
- Здесь преданы все грешники: на свете
- Соблазнов и расколов разных сети
- 58 Они толпе любили расставлять,
- И за грехи ужаснейшие эти
- Они должны от тяжких язв страдать,
- 61 Свой путь по кругу этому свершая;
- Когда ж их раны станут заживать,
- То их, бичуя вновь и поражая,
- 64 Меч демонов на части рассечет,
- И язвы вновь откроются, зияя.
- Но кто ты сам? Ты не спешишь вперед
- 67 Идти в Аду, как будто бы желая
- Мучение той казни отдалить,
- Которую успел ты заслужить».
- 70 «Еще он жив, еще земной он житель,
- И не для мук сошел он в темный Ад, —
- Так призраку сказал тогда учитель, —
- 73 Но для того, чтоб в светлый мир назад
- Он с опытностью большей воротился,
- Я, сам, мертвец, водить его решился
- 76 Из круга в круг, и все, что говорят
- Мои уста, все истинно». Смутился
- Рой призраков, и больше сотни в ряд
- 79 Их легион во рву остановился,
- Чтоб рассмотреть, кто я, каков мой вид;
- И в ту минуту ими был забыт
- 82 Весь ужас их съедающих мучений…
- «О, ты, сошедший в царство привидений!
- Ты, может быть, свет солнечного дня
- 85 Увидишь скоро вновь, – так от меня
- Скажи ты непременно Фра Дольчине{158},
- Что если он еще не хочет ныне
- 88 Со мною здесь соседство разделять,
- То чтобы он скорее запасался
- Припасами съестными и боялся
- 91 В горах Наварры гибель испытать…»
- Речь Магомета стихла понемногу.
- Желая путь дальнейший продолжать,
- 94 С усилием большим он поднял ногу
- И далее отправился. Иной
- Явился страшный призрак предо мной:
- 97 Нос у него был вырван совершенно,
- Одно осталось ухо за виском,
- И горло перерезано. В таком
- 100 Ужасном виде вырос он мгновенно
- Передо мной, раскрыв кровавый рот,
- И мне сказал: «О, ты, кого не ждет
- 103 Пока к себе ужасная геенна,
- Ты за грехи еще не пострадал, —
- Тебя в земле Латинской я встречал,
- 106 Когда меня не обмануло сходство.
- Ты надо мной имеешь превосходство
- В своей судьбе, и если б ты попал
- 109 В то место, где спускается долина
- От Верчелло до Маркабó, тогда
- Припомни только Пьера Медичина{159};
- 112 Не откажись – молю я – от труда
- (Для той мольбы есть важная причина),
- Не откажись, когда придешь туда,
- 115 Уведомить правдивых граждан Фано{160},
- Гюидо дель Кассеро и потом
- Еще Анжионелло ди Каньяно,
- 118 Уведомить обоих их о том,
- Что ждет их смерть от хищных рук тирана,
- Что, с собственным расставшись кораблем,
- 121 Насильственно они погибнут в море
- На шее с камнем. Вот какое горе
- Им впереди придется испытать.
- 124 И я скорблю об участи их горькой.
- Меж островами Кипром и Майоркой
- Такого преступления встречать
- 127 Нептуну, вероятно, не случалось
- Среди морских пиратов. Этот тать,
- Тать одноглазый, ставший управлять
- 130 Тем городом, – в котором бы боялась
- Тень ближнего собрата побывать, —
- К себе на совещанье приглашать
- 133 Сперва обоих граждан этих станет,
- А после их предательски обманет,
- Так что не нужно будет с той поры
- 136 Им ожидать с вершины Фокары{161},
- Когда морская буря прекратится,
- И воссылать молитвы с той горы».
- 139 Я отвечал ему: «Все совершится,
- О чем ты просишь; все твои слова
- Я передам, поверь мне в том, едва
- 142 На землю я вступлю, но согласиться
- Ты должен мне на тень ту показать,
- Которая не может созерцать
- 145 Без горечи стен города». Тогда-то
- Он руку наложил свою слегка
- На челюсть близ стоящего собрата.
- 148 И рот его раскрыл, но языка
- Тот не имел… «Вот он, перед тобою, —
- Ответил грешник мне, – увы! судьбою
- 151 Лишился он на многие века
- Способности людей всех – дара слова».
- То был изгнанник. Цезаря сурово
- 154 Когда-то он умел в том убедить,
- Что человек, на смелый шаг готовый,
- Не должен медлить, чтобы победить.
- 157 Его язык был вырван, и дрожащий
- Стоял передо мною Курион{162},
- В иные дни советы подававший
- 160 Столь смелые… Объят был страхом он.
- Затем я увидал другие муки
- Несчастного. Едва скрывая стон,
- 163 Свои почти обрубленные руки
- Или верней – обрубки их одни
- Он поднял над собою… «Помяни
- 166 И Моска ты!»{163} – он крикнул мне с тоскою,
- А между тем из двух обрубков рук
- Кровь на лицо его лилась рекою.
- 169 Я отвечал, когда он смолкнул вдруг:
- «Увы! Всегда у начатого дела
- Конец бывает… Многих мук
- 172 Причиной для тосканцев были, смело
- Тобой произнесенные слова.
- От них душа всех граждан наболела
- 175 И род твой сгиб», – прибавил я. Едва
- Я замолчал, несчастный осужденный,
- Безумием и горем пораженный,
- 178 Пропал из глаз, и на других теней
- Я стал смотреть и пред собою снова
- Увидел то, что в памяти моей
- 181 Живет доныне. Образа такого
- Нельзя воображению создать,
- И слабо человеческое слово,
- 184 Чтоб ужас и мой трепет передать.
- Передо мной встал призрак безголовый,
- Идущий, как другие, в мгле суровой,
- 187 И, как фонарь, он нес в своей руке
- Отрезанную голову. В тоске
- Та голова кровавая стонала;
- 190 Она светильник трупу заменяла, —
- То было – два в одном и в двух – один.
- Какая сила их соединяла,
- 193 Лишь постигает высший властелин.
- И голову рукою подымая
- Как можно выше, будто бы желая,
- 196 Чтоб каждый звук услышан мною был,
- Тень молвила: «Ты, человек живущий,
- Сошедший в мир подземных, адских сил,
- 199 Ты, по вертепу этому идущий,
- Случалось ли тебе когда-нибудь
- На муки столь же страшные взглянуть?
- 202 Бертрам де Борн{164} мне имя. Я тот самый
- Коварный, бессердечный и упрямый,
- Бесчувственный советник короля, —
- 205 Я клеветник. Лукавя и хуля,
- С отцом поссорить сына я решился,
- Вторым я Ахитофелем явился,
- 208 Который Абасалона научил,
- Чтоб на Давида он вооружился.
- И вот за то, что в мире разлучил
- 211 Я двух людей, столь близких меж собою,
- Я с головой своею разлучен
- Навечно беспощадною судьбою…»
- 214 И далее блуждать пустился он.
Песня двадцать девятая
Десятый вертеп, где находятся алхимики и делатели фальшивой монеты. Два алхимика и их судьба.
- 1 Мучения бесчисленных теней,
- Терзаемых во мраке вечной ночи,
- И вид их язв, и горечь их скорбей
- 4 Печалью отуманили мне очи,
- Так что едва я слезы удержал;
- Но мне путеводитель мой сказал:
- 7 «Что смотришь ты, не отрывая взора
- От призраков? В других вертепах ты
- Картиной их мучений и позора
- 10 Не столько поражен был… С высоты,
- Где мы стоим, ты, может быть, желаешь
- Их сосчитать под кровом темноты;
- 13 Коль это так, то, верно, ты не знаешь,
- Что двадцать миль долина заняла,
- И ты на ней теней не сосчитаешь;
- 16 А между тем луна уже зашла, —
- Она теперь под нашими ногами, —
- А между тем далеко не пришла
- 19 К концу дорога наша, и путями
- Дальнейшими нам суждено идти:
- Еще не все изведано здесь нами».
- 22 «Когда б ты знал, зачем я на пути,
- Учитель мой, теперь остановился
- И отчего не мог глаз отвести,
- 25 То, может быть, и сам бы ты решился
- Меня из этих мест не торопить
- И не корил, что я остановился».
- 28 Так я сказал, когда стал уходить
- Учитель мой, и я за ним шел следом,
- Дорогой продолжая говорить:
- 31 «Тебе мой каждый помысел стал ведом.
- В той бездне, от которой я не мог
- Глаз оторвать, измучен от тревог,
- 34 Я увидал – не мог я ошибиться —
- Тень одного из родичей своих.
- За тяжкие грехи он там казнится,
- 37 Хоть поздно, но оплакивает их».
- «Не обращай ты на него вниманья,
- Но обрати вниманье на других,
- 40 В Ад сверженных на вечное страданье.
- Оставь его. Я видел сам, как он
- Из-за моста грозил тебе, взбешен,
- 43 И пальцем на тебя указывал. Случайно
- Услышал я, что здесь его зовут
- Джери дель Бельо{165}. Занят чрезвычайно
- 46 Ты был другим, когда грозил он тут,
- И лишь когда с правителем Готфора
- Расстался ты, тобой замечен скоро
- 49 Был этот дух». Я вновь заговорил:
- «За смерть его никто еще доныне,
- Учитель мой, из нас не отомстил.
- 52 Вот почему, быть может, в той долине
- В негодованье он мне погрозил
- И тем еще сильнее возбудил
- 55 В моей душе и грусть, и сожаленье».
- Так говорили мы и шли вперед
- К другой ужасной пропасти, и вот
- 58 Взошли мы на такое возвышенье,
- Откуда бездна стала нам видна
- До самого таинственного дна…
- 61 Когда ж пришли к последней мы ограде
- И грешников увидели опять,
- Тогда вкруг нас и спереди, и сзади
- 64 Несчастные так начали стонать,
- Сливаясь в вопль, в моленье о пощаде,
- Что должен был невольно я зажать
- 67 Руками уши… Если б из тумана
- Собрать все испарения болот
- Сардинии, Мареммы, Вальдикьяны{166},
- 70 Соединив их вместе в свой черед,
- Тогда бы их зловредное дыханье
- Напомнило вертеп мне гнусный тот,
- 73 Откуда запах мерзкий исторгался.
- Зловонием весь воздух заражался,
- Как будто труп за трупом там сгнивал.
- 76 Сошли мы на ступень одной из скал,
- Откуда вид ужасный открывался
- И глаз свободно в бездну проникал.
- 79 В той бездне те преступники скрывались,
- Которые безжалостно карались
- Неумолимым роком за подлог.
- 82 Представить худшей казни я не мог.
- Не думаю, чтоб более терзались
- Эгины обитатели{167}, в тот срок,
- 85 Когда они повсюду отравлялись,
- Вдыхая постепенно смертный яд
- Зловредных испарений, и склонялись,
- 88 Чтоб умереть, и гибли с ними в ряд
- Животные… На острове на этом,
- Когда про то поверим мы поэтам,
- 91 Все вымерло, почило смертным сном,
- Лишь живы муравьи одни остались.
- Но вновь в людей живых перерождались
- 94 Те муравьи Юпитером потом…
- Такой же точно мертвенной пустыней
- Мы шли тогда и видели кругом
- 97 Лишь груды тел. Здесь призрак бледно-синий
- Лежал на животе; ползком другой
- Куда-то пробирался, иль нагой
- 100 Соседу тихо на спину ложился.
- Мы дальше шли; путь труден становился.
- Мы стали воплям страждущих внимать,
- 103 Которые измученного тела
- С земли не в силах были приподнять,
- Как будто бы над ними тяготела
- 106 Невидимая тяжесть. В этот раз
- Двух грешников заметил я. Склонясь
- Друг к другу, эти призраки сидели,
- 109 И тело их от головы до ног
- Покрыто было струпьями. На теле
- Ужасный зуд унять они хотели,
- 112 В кровь струпья раздирая. Я не мог
- Без ужаса смотреть на их занятье.
- Нет, конюх, изрыгающий проклятья,
- 115 Чтоб отойти скорее на покой,
- Не скреб коня с досадою такой,
- Как оба эти адские собратья
- 118 Ногтями струпья начали срывать,
- Не в силах боли бешеной скрывать.
- Как рыбу с очень крупной чешуею
- 121 Приходится ножами отчищать,
- Так тени осужденных предо мною
- Себя скоблили с плачем и тоскою.
- 124 И к одному из грешников в тот миг
- Вергилий обратился вдруг с речами:
- «Скажи мне, дух, который здесь привык
- 127 Терзать себя ногтями, как клещами,
- Скажи, когда имеешь ты язык:
- Латинцев нет ли, грешник, между вами,
- 130 И пусть тебе на твой тяжелый труд
- Твоих ногтей на целый век достанет,
- Чтоб унимать чесотки вечный зуд…»
- 133 «Тебя несчастный грешник не обманет, —
- Сказала тень. – Латинцы оба мы,
- И призрак наш здесь плакать вечно станет.
- 136 Но кто ты сам, сошедший в Царство тьмы?»
- И с ним заговорил учитель снова:
- «Для человека этого живого
- 139 Я перешел чрез целый ряд преград,
- Из мрачной бездны в бездну опускался,
- Чтоб показать ему подземный Ад…»
- 142 Едва ответ учителя раздался,
- Как тень одна отторглась от другой,
- И каждый грешник, видимо, старался,
- 145 Приблизившись, заговорить со мной.
- Учитель подошел ко мне поближе
- И мне шепнул, знак сделавши рукой:
- 148 «Ты хочешь говорить, так говори же
- Что хочешь с ними…» Выслушав совет,
- Я начал речь свою: «Пусть много лет
- 151 О вас на свете память сохранится
- И вас не позабудет долго свет!
- Откуда вы – вы мне должны открыться
- 154 И, не стыдясь, начните свой рассказ:
- Позорное в вертепе наказанье
- Вас не смущает пусть на этот раз…»
- 157 И начала свое повествованье
- Тень первая: «В Ареццо я рожден.
- Альберо дал однажды приказанье,
- 160 Чтоб на костре я разом был сожжен{168}, —
- И я сгорел. В Аду же очутился
- Я не за то, за что был умерщвлен.
- 163 Однажды я с Альберо расшутился,
- Уверивши его, что я летать
- По воздуху, как птица, научился.
- 166 Но, шутки не умея понимать,
- Так было смысла здравого в нем мало,
- Меня глупец решился заставлять,
- 169 Чтоб из него крылатого Дедала
- Я сотворил, но так как я не мог
- Ему помочь, тогда меня он сжег.
- 172 Я муки этой огненной не вынес,
- Сюда ж меня неумолимый Минос
- Низверг потом, но за другой порок…
- 175 Нет, я попал в кромешный Ад бездонный.
- Проклятою коростой пораженный,
- За то, что я алхимик прежде был».
- 178 Тогда с поэтом я заговорил:
- «Едва ли есть народ другой на свете,
- Столь суетный, как все сиенцы эти.
- 181 Французы даже суетны не так…»
- Другая тень тут выразила мненье,
- Чего не мог я ожидать никак:
- 184 «Для Стрикко{169} только сделай исключенье,
- Который мотовства был страшный враг.
- Потом отдать ты должен предпочтенье
- 187 Никколо{170}. Он за то здесь, что открыл
- И ввел гвоздику сам в употребленье,
- Гвоздику, это чудное растенье.
- 190 Которое он смело разводил
- В родном саду{171}, где дорогое семя
- Во всякое плодиться может время.
- 193 Потом ты исключить еще забыл
- Веселую ватагу, где когда-то
- Даньяно{172} расточительный кутил
- 196 И где неистощимый Аббальято{173}
- Умел острот так много расточать…
- Когда ж теперь желаешь ты узнать
- 199 Того, кто о сиенцах судит здраво,
- Как сам ты судишь, то имеешь право
- Во мне тень Капоккио{174} ты признать.
- 202 Чтобы скорей набить свои карманы,
- Подделывал я золото и слыл
- Алхимиком. Я в мире – вспомни – был
- 205 Подобием преловкой обезьяны».
Песня тридцатая
Перед поэтами проносится призрак Мирры. Тень Джианни Скикки бросается на алхимика Капоккио и низвергается с ним на дно вертепа. Другие призраки и упрек Вергилия.
- 1 Когда на племя фивское была
- Разгневана Юнона за Семелу{175}
- И в месть свой гнев ужасный облекла,
- 4 Тогда Юноной страшному уделу
- Афамас обречен был. До того
- Юнона обезумила его,
- 7 Что он, жену увидя, у которой
- В тот час два сына были на руках,
- К ней подбежал, с одной его опорой
- 10 Безумство было, – крикнув: «О, в сетях
- Сейчас поймаю с львятами я львицу!..»
- Потом с зловещим бешенством в глазах
- 13 Он кверху поднял грозную десницу,
- Леарха сына за ноги схватил,
- Швырнул его он кверху, словно птицу,
- 16 И об утес несчастного разбил,
- А мать с другим ребенком утопилась…
- Когда величье Трои закатилось,
- 19 И царь, и царство в сумраке могил
- Нашли покой, тогда в плену скиталась
- Несчастная, лишенная всех сил,
- 22 Гекуба и слезами заливалась
- О смерти Поликсены{176}, и потом,
- Когда в слезах на берегу морском
- 25 Она труп Полидора отыскала,
- То ярость в ней такая началась,
- Что, словно пес, Гекуба лаять стала;
- 28 От горести рассудок в ней угас.
- Но никогда фивяне иль трояне,
- В которых кровь от бешенства зажглась,
- 31 В дни мирные, или в военном стане,
- Жестоки столько не были, людей
- Так не терзали люто, как зверей,
- 34 Подобно двум свирепым привиденьям,
- Которые – забыть их не могу —
- Крутились перед нами с озлобленьем,
- 37 Кусались, словно вепри на бегу.
- Вот тень одна мгновенно наскочила
- На Капоккио, зá шею схватила
- 40 Противника, согнув его в дугу,
- И, бороня им землю, потащила
- Его с собой. Тогда проговорила
- 43 Тень аретинца мне: «Смотри ты: вот
- Джианни Скикки{177} бешеный промчался;
- Он в ярости других теней грызет».
- 46 «Пусть дух другой, – тогда я отозвался, —
- Тебя, как эта тень, не загрызет;
- Но чей же призрак это?» И дает
- 49 Мне тень ответ: «То Мирры похотливой
- Преступная и грязная душа.
- Она к отцу любовью нечестивой
- 52 Пылала, в тайных помыслах греша.
- Но чтоб отец с ней разделить мог ложе,
- Она меняла вид свой, уничтожа
- 55 Все прежние черты свои, как тот
- Свирепый дух, который уже скрылся.
- Плененный кобылицей, без хлопот
- 58 Он получить за то ее решился,
- Что принял вид Донати, сочинил
- Духовную и мертвым притворился.
- 61 За тот подлог коня он получил».
- Когда две тени бешеные скрылись,
- Свои глаза туда я устремил,
- 64 Где новые преступники роились.
- И я одним из них был поражен,
- Так что невольно очи опустились.
- 67 Похож бы был на лютню очень он,
- Когда б из бедер ноги не торчали.
- Он страшной водяной был отягчен,
- 70 И эти ноги чуть его держали;
- Раздутостью пугал его живот.
- Стонала тень от жажды и печали,
- 73 И, словно пасть, она открыла рот:
- «О, вы, вы, избежавшие страданья,
- Которое в вертепе адском жжет,
- 76 Прошу вас, обратите же вниманье
- Вы на меня, – так говорил дух нам,
- Я знаменитый мастер был, Адам{178}.
- 79 Огромное имел я состоянье.
- Не знал забот, не понимал нужды,
- А здесь в Аду одно мое желанье:
- 82 Желаю каплю только я воды.
- В моем уме всегда одна картина:
- Холмов, цветущих в зелени, гряды,
- 85 И с тех холмов зеленых Казентино
- Бегут ручьи и падают в Арно…
- О них воспоминание одно
- 88 На краткий миг во мне не замолкает.
- Оно ужасней всяких адских мук,
- Ужаснее, чем тяжкий тот недуг,
- 91 Который вечно здесь меня терзает.
- Одно воспоминание о тех
- Местах, где совершил я тяжкий грех,
- 94 Является моей ужасной казнью,
- И вечной мукой, вечною боязнью
- Терзаюсь я за то, что выпускал
- 97 Поддельные флорины, и за это
- Сожжен был я… О, если б отыскал
- В Аду я два проклятые скелета
- 100 Двух братьев… О, Гюидо! Не желал
- Я зрелища другого, и его бы
- На волны Бранды{179} я не променял.
- 103 Те призраки, исполненные злобы,
- Которые вокруг меня снуют,
- Сказали мне, когда они не лгут,
- 106 Что в Ад сюда один Гюидо сброшен…
- Но для чего теперь о том мне знать?
- Вот в чем вопрос! Разит меня как нож он.
- 109 О, что могу в Аду я предпринять,
- Чтоб насладиться делом отомщенья,
- Когда мои все скованы движенья…
- 112 О, если б я хотя был легок так,
- Чтоб каждое столетье подвигаться
- Вперед мог на единый только шаг,
- 115 То я бы не подумал колебаться
- И двинулся б вперед, чтоб отыскать
- Во тьме, где души падшие крутятся,
- 118 Того, кого я должен проклинать,
- Хотя окружность адской всей долины
- И велика… Нельзя мне забывать,
- 121 Что все мои мученья и кручины
- Чрез двух презренных братьев я узнал.
- Подделывать фальшивые флорины
- 124 Они меня заставили, и стал
- Я жертвой их». Но тут спросил его я:
- «Не знаешь ли, скажи, кто эти двое,
- 127 Которые правей тебя лежат,
- Один к другому плотно прижимаясь,
- И пар встает над ними, колыхаясь?»
- 130 Он отвечал: «Когда сошел я в Ад,
- Они лежали здесь, не поднимаясь,
- Не шевелясь. Столетий многих ряд
- 133 Им суждено остаться без движенья.
- Тень первая – Пентефрия жена,
- За клевету достойная презренья.
- 136 Другая ж тень, с которою она
- Не разлучаться в бездне сей должна, —
- Синона{180} тень: то грек, стыда лишенный.
- 139 Над ними пар стоит всегда зловонный…»
- Тогда одна из этих двух теней,
- Услыша приговор бесцеремонный,
- 142 Ударила врага рукой своей
- По животу отвисшему, и брюхо,
- Как барабан, вдруг загудело глухо.
- 145 Но и Адам ответил ей в тот миг
- Ударом по лицу своей рукою,
- И был удар не легок, и такою
- 148 Закончен речью: «Если не привык
- И не могу я с места подвигаться,
- Зато своей рукой, могу признаться,
- 151 Владею я, и мой удар силен».
- И отвечал на то ему Синон:
- «Когда при жизни должен был взбираться
- 154 Ты на костер, тогда твоя рука
- Была едва ли столько же ловка,
- Как некогда, когда, на диво свету,
- 157 Чеканил ты фальшивую монету».
- «На этот раз ты правду говоришь;
- Зато солгал – и ложь все знают эту —
- 160 Ты при осаде Трои. Замолчи ж!..»
- Синон же без ответа не остался:
- «Пусть так, пусть я обманывать старался,
- 163 А деньгами обманывал ты всех.
- Я за один сюда попался грех,
- А ты зато в таких грехах попался,
- 166 Которые не снятся сатане…»
- И тень с раздутым брюхом отвечала:
- «О деревянном вспомни ты коне,
- 169 Предатель ненавистный! Разве мало
- Тебе того, что вся земля узнала,
- Как дал тогда преступный ты совет.
- 172 Тебя теперь стал презирать весь свет!
- Казнись же тем!» «А ты страдай от жажды,
- От жажды, от которой не однажды
- 175 Язык твой будет трескаться и рот,
- От той воды поганой и зловонной,
- Что, как забор, твой вспучила живот».
- 178 И отвечал монетчик разъяренный:
- «Преступный рот привык ты раскрывать
- Лишь для того, чтоб лгать и предавать.
- 181 Пусть, тяжкою болезнью изнуренный,
- Я пухну, вечной жаждою томим,
- А ты – горячкой огненной палим,
- 184 И череп твой всегда – воспламененный…
- Тебя не стали б долго умолять,
- Чтоб зеркало Нарцисса полизать
- 187 Решился ты…» Я не щадил усилий,
- Чтоб уловить теней взбешенных спор,
- Вдруг: «Берегись! – проговорил Вергилий. —
- 190 Заслужишь ты и гнев, и мой укор,
- Когда их спором будешь увлекаться».
- Я покраснел и опустил свой взор
- 193 С таким стыдом, что даже, может статься,
- Готов теперь воскреснуть он опять,
- Когда я стану вновь припоминать
- 196 Все, что тогда со мной происходило.
- Я словно был охвачен смутным сном,
- И хоть вины во мне сознанье было,
- 199 Но я молчал; певец сказал потом:
- «И большая вина твоя была бы
- Искуплена столь искренним стыдом:
- 202 Утешься же! Все люди в мире слабы…
- Но если ты еще когда-нибудь
- Услышишь спор, достойный лишь презренья,
- 205 Прочь уходи. Совет мой не забудь».
Песня тридцать первая
Путники приближаются к краю глубокого рва, составляющего последний, девятый круг Ада. Немврод, Эфиальт и гигант Антей.
- 1 Речь, от которой я в одно мгновенье,
- Стыд чувствуя, невольно покраснел,
- Мне принесла потом и исцеленье.
- 4 Таким копьем, как говорят, владел
- Ахилл: оно смертельно поражало,
- И снова роковые язвы тел
- 7 Одним прикосновеньем заживляло{181}.
- Мы перешли уже долину бед
- И подвигались далее; лежала
- 10 Над нами мгла: то был ни мрак, ни свет;
- Над бездной тьмы там поднималась бездна,
- И не могло быть в сумраке полезно
- 13 Мне зрение, но слух был поражен:
- Такой ужасный трубный звук раздался,
- Что заглушил бы гром небесный он,
- 16 И сквозь туман я разглядеть старался
- То место, где гремел незримый рог.
- Ему внимая, втайне я сознался,
- 19 Что сам Роланд сильней трубить не мог
- В печальную минуту пораженья
- Святого, но несчастного сраженья,
- 22 Где Карл Великий битву проиграл{182}.
- Едва очнулся я от удивленья
- И в даль с усильем вглядываться стал,
- 25 Как вдруг мне в ту ж минуту показалось,
- Что предо мной в тумане возвышалась
- За башней башня. Тихо я сказал:
- 28 «Учитель! Это город, без сомненья,
- Я вижу там?» Мне отвечал поэт:
- «Обманчиво твое воображенье:
- 31 Сквозь эту полутьму и полусвет
- Не может человеческое зренье
- Проникнуть, и тебе я дам совет:
- 34 Иди вперед, чтоб ближе убедиться,
- Как расстоянье может обмануть
- Порой наш глаз. Так продолжай свой путь,
- 37 Но чтоб не мог ты очень изумиться, —
- Взяв за руку меня, сказал певец, —
- То должен ты теперь же убедиться
- 40 И истину проникнуть наконец,
- Что там не башни видишь сквозь туман ты,
- Нет, сын мой, это страшные гиганты,
- 43 Которые в колодезе стоят,
- Погружены от пояса до пят…»
- Как постепенно в поле начинает
- 46 Редеть туман, и глаз наш привыкает
- Предметы постепенно различать,
- Так точно сам я начал прозревать;
- 49 Но, сознаваясь в тайном заблужденье,
- Невольный страх я начал сознавать,
- Когда яснее стали выступать
- 52 Гиганты предо мной на темном фоне,
- Как стены замка Монтереджионе{183}
- Покрыты рядом башен по углам,
- 55 Так из колодцев стали видны нам
- Громадные, как башни, исполины,
- Открытые для глаз до половины,
- 58 Которым и доныне с облаков
- Громами сам Юпитер угрожает.
- Сквозь тьму, как сквозь таинственный покров,
- 61 Передо мной яснее начинает
- Обозначаться первый великан:
- Я различал лицо его и стан,
- 64 Часть живота и руки. Поступила
- Природа очень мудро, что опять
- Не хочет уже больше создавать
- 67 Таких чудовищ страшных и лишила,
- О, Марс, тебя земных твоих врагов, —
- И если вечно творческая сила
- 70 Природы создает еще китов,
- Слонов творит, то, рассудивши здраво,
- Природы мудрость я признать готов:
- 73 Лишь только тот жить не имеет права,
- В ком действуют повсюду заодно
- Ум, злость и сила. Людям суждено
- 76 Таких страшилищ в мире опасаться:
- Никто не может им сопротивляться,
- От них найти защиту нелегко».
- 79 К гиганту стал я ближе подвигаться.
- Его лицо так было велико,
- Что, кажется, могло бы показаться
- 82 Не менее верхушки золотой
- Над куполом Петра Святого в Риме,
- Я задрожал перед фигурой той
- 85 Представшего гиганта предо мной.
- И остальными членами своими
- Пугал он также. Если б за спиной
- 88 Гиганта, погруженного по бедра,
- Троим фрисландцам разом бы пришлось
- Друг другу стать на плечи очень бодро,
- 91 То все-таки коснуться б до волос
- Того гиганта им не удалось{184}:
- От плеч его до дна той ямы скверной,
- 94 Где он стоял, и меры ж не найти;
- То расстоянье пропастью безмерной
- Являлось глазу. Молча на пути
- 97 Остановился я пред великаном.
- Он пасть раскрыл и прокричал тогда нам
- Слова, но ни единый человек
- 100 Их не поймет: «Rafel mai amech
- Irabi almi»{185}. Он своей гортанью
- Безумной и бессмысленною бранью
- 103 Лишь разрешался только иногда.
- К гиганту мой учитель обратился:
- «Тень жалкая! Труби в свой рог, когда
- 106 Свой тайный гнев ты выразить решился.
- Труби, чтоб этот гнев утихнуть мог.
- К твоей груди привязан этот рог…
- 109 На собственную шею посмотри ты…
- Иль все соображения убиты
- В тебе давно, бессмысленная тень?
- 112 На шее у тебя висит ремень,
- А на ремне и самый рог повешен!..»
- И мне сказал Вергилий: «Ночь и день
- 115 Здесь страждет он, для всех бессильно бешен,
- И сам себя проклятью предает.
- Он совершил когда-то преступленье;
- 118 О нем ты слышал. Это сам Немврод.
- От дикого его столпотворенья
- Не понимать народа стал народ,
- 121 И языков узнали мы смешенье.
- Не тратя слов, пойдем вперед пока:
- Не может никакого языка
- 124 Он понимать теперь в своем томленье.
- Да и его никто уж не поймет».
- И совершив затем другой обход,
- 127 К гиганту мы приблизились другому;
- Который мне по своему объему
- Казался и ужасней и страшней
- 130 И поражал громадностью своей.
- Не ведал я, чья воля и чья сила
- Гиганта так мучительно скрутила:
- 133 Одна рука привязана к груди,
- Другая точно так же назади
- Привязанная цепью; цепь сходила
- 136 От шеи вниз и тяжело пять раз
- Вкруг тела великана обвилась.
- «Перед тобой стоит титан надменный, —
- 139 Так мой путеводитель мне сказал. —
- С Юпитером, царящим над Вселенной,
- Помериться он силами желал,
- 142 И вот за то наказан здесь, презренный.
- Ты Эфиальта{186} видишь пред собой.
- Его деянья много прославляли
- 145 В те времена, когда своей борьбой
- Титаны всех богов перепугали.
- Его рука, готовая на бой
- 148 В иные дни и грозная когда-то,
- Теперь в цепях, недвижностью объята».
- И я сказал поэту: «Если мне
- 151 Возможно посмотреть на Бриарея{187},
- То укажи его мне поскорее».
- Поэт сказал: «Здесь близко, в стороне
- 154 Увидишь ты громадного Антея{188},
- Свободен он и может говорить;
- Он нам с тобой поможет, может быть,
- 157 На дно скорбей ужаснейших спуститься.
- А тот, о ком ты спрашивал сейчас,
- В другом вертепе должен находиться
- 160 Закованный, и вид его в сто раз
- Страшнее Эфиальта…» В то мгновенье
- Титан зашевелился и потряс
- 163 Руками вдруг. Едва ль землетрясенье
- Сильнее может башни потрясти,
- Как этого чудовища движенье
- 166 Меня перепугало на пути.
- О смерти мысль тогда меня смутила
- Сильней, чем прежде; далее идти
- 169 Не мог бы я, – вся кровь моя застыла, —
- Когда б не знал, что связан был титан.
- Идти вперед во мне явилась сила.
- 172 Мы подошли к Антею. Великан
- Из мрачного колодца поднимался
- На полторы сажени, но скрывался
- 175 В колодезе его громадный стан.
- И молвил мой учитель исполину:
- «О, ты сходивший в славную долину,
- 178 Где десять сотен львов завоевал,
- Где Сципиона слава увенчала
- И в бегство обратился Аннибал…
- 181 О, ты, о ком молва не перестала
- Еще доныне громко толковать,
- Что мог бы ты победу даровать
- 184 Сынам земли, сражаясь с ними рядом!
- Не откажись помочь нам и спусти
- В ту бездну нар, где скован вечным хладом
- 187 И льдом, Коцит недвижен на пути…
- Нет, не смотри на нас суровым взглядом,
- Не говори, что мы должны идти
- 190 К Тифею или к Тицию{189}… Смотри же
- Без гнева ты на смертного и ниже
- Теперь нагнись. Вот этот человек
- 193 Еще живет и кончит, вероятно,
- Еще не скоро жизненный свой век.
- Прославит он тебя неоднократно,
- 196 Воздаст тебе он похвалу и честь,
- Чтоб в светлом мире будущие внуки
- Могли твою историю прочесть».
- 199 Учитель смолк, и, протянув к нам руки,
- Гигант Антей (всю силу этих рук
- Изведал Геркулес сам в тяжкой муке)
- 202 И моего учителя взял вдруг.
- «Скорей приди теперь в мои объятья,
- Чтоб мог тебя с собою вместе взять я», —
- 205 Сказал поэт. В минуту ту Антей
- Мне башней Гаризендой{190} показался,
- Когда несется облако над ней.
- 208 На миг один я так перепугался,
- Что всякий спуск другой бы предпочел,
- Который бы нас свел в пучину зол;
- 211 Но проводник наш тихо подвигался
- И, наконец, на дно той бездны снес,
- Где в пропасти холодных, вечных слез
- 214 Сам Люцифер с Иудою томился…
- Над этой мрачной бездною склонился
- Антей недолго: голову вознес
- 217 И корабельной мачтой распрямился.
Песня тридцать вторая
Дно замерзшей бездны и Коцит. Четыре отделения казни. Два грешника, из которых один грызет голову другого. Вопрос поэта.
- 1 Мне нужен стих суровый и железный,
- Чтоб леденящий ужас передать,
- Царящий над последней адской бездной.
- 4 Но стих мой слаб, чтоб верно описать
- Вселенной дно, юдоль скорбей и срама,
- На языке, которым лепетать
- 7 Привыкли только дети: «Папа, мама!»
- Но пусть теперь помогут музы мне,
- Как помогали некогда оне
- 10 Благому предприятью Амфиона,
- Который стены Фив соорудил{191}
- Под лирный звук; пусть мир и слез, и стона,
- 13 Которых я в Аду свидетель был,
- В моих стихах сурово отразится.
- О, род людской, успевший погрузиться
- 16 В подземный мир, который грозен так,
- Что страшно говорить о нем решиться, —
- О, род людской, сошедший в вечный мрак,
- 19 Тебе бы лучше было в мир родиться
- Баранами иль стадом диких коз!..
- Когда на дно колодца опуститься
- 22 К ногам гиганта грозного пришлось,
- И я смотрел вокруг себя тревожно
- На стены, на гранитный их откос,
- 25 Тогда услышал голос: «Осторожно
- Теперь иди, чтобы пятами ног
- Ты раздавить нечаянно не мог
- 28 Голов теней, измученных борьбою».
- Я оглянулся быстро, и тогда
- Я озеро увидел пред собою,
- 31 Застывшее под светлой массой льда,
- И озера поверхность ледяная,
- Как зеркало, сверкала. Никогда
- 34 На севере течение Дуная
- Под толщью ледяной такой коры
- Не пряталось, и если б две горы,
- 37 Таберник с Пьетрапаной, обломились
- И рухнули на этот адский лед,
- То ледяной покров недвижных вод
- 40 Не дрогнул бы… Меж страшных льдин томились
- Измученные тени. Иногда
- Так, квакая, из сонного пруда
- 43 Глядят лягушки осенью несмело.
- Сокрыты льдом до тех частей их тела,
- Где выступают признаки стыда,
- 46 Сидели тени, щелкая зубами,
- С опущенным, безжизненным челом,
- С стучащими от холода зубами;
- 49 Вся горечь мук в молчании немом
- В их потускневших взорах выражалась…
- Осматриваясь в трепете кругом,
- 52 Я вниз взглянул, где к призраку прижалась
- Другая тень, склонившись близко так,
- Что волоса обоих, мне казалось,
- 55 Перемешались вместе… Тотчас знак
- Я подал этим призракам рукою:
- «Скажите мне, кто вы? Зачем с такою
- 58 Мучительно безмолвною тоскою
- Друг с другом стали тесно, грудь о грудь?»
- И призраки, чтоб на меня взглянуть,
- 61 Приподняли чело свое и горько
- Заплакали, но на ресницах только
- Явились капли жгучих, крупных слез —
- 64 Оледенил их тотчас же мороз,
- И очи их смежились, замерзая…
- Друг к другу так же тесно приставая,
- 67 Как две доски, прибитые гвоздем,
- И ярости своей не унимая,
- Как иногда козел с другим козлом,
- 70 Два призрака безумно стали драться.
- Тут третья тень с опущенным лицом
- И с ухом отмороженным, подняться
- 73 Не в состоянье, стала говорить:
- «Зачем на нас так пристально глазеешь?
- Иль смелое желанье ты имеешь
- 76 Узнать – кто эти тени, может быть?
- То знай, что та долина, где струится
- Бизенцио{192}, там обе тени жить
- 79 Привыкли самовластно; покориться
- Им и отцу их старому{193} должна
- Была та превосходная страна.
- 82 Одна их мать рождала, и доныне
- Не отыскать в Аду во всей Каине{194}
- Подобных душ, низверженных под лед,
- 85 Где призраки, от стужи мертво-сини,
- Склоняются на лоно смерзлых вод.
- Не равен по заслугам с ними тот,
- 88 Кого Артур сразил одним ударом{195},
- Ни тот злодей, которого зовут
- Фокаччиа{196}, ни этот, ставший тут,
- 91 Передо мной в своем безумье яром, —
- Сассоло Маскерони{197}. Если ты
- Тосканец только, то его черты
- 94 Тебе уже знакомы, без сомненья…
- И чтоб не тратить больше лишних слов —
- Дальнейшие не нужны рассужденья —
- 97 Я подскажу тебе, кто я таков:
- Камичион де Пацци{198} я. Прощенья
- Мне в мире нет, но тьма моих грехов
- 100 Должна бледнеть пред силой преступленья
- Предателя Карлино{199}, и я жду,
- Когда его увижу здесь в Аду…»
- 103 И сотни лиц передо мной мелькали,
- Стонали и от холода дрожали…
- Одно воспоминание о нем,
- 106 Об этом Царстве вечно ледяном,
- Где стихла человеческая злоба,
- Меня доводит часто до озноба,
- 109 Когда ко дну спускались глубже мы,
- Я трепетал за каждый шаг невольно
- От холода и безрассветной тьмы,
- 112 И вдруг случайно или произвольно,
- Ступая меж голов, своей ногой
- Ударил я одну из них так больно,
- 115 Что грешник, изнуренный и нагой,
- Заплакал и воскликнул так, рыдая:
- «За что меня ты топчешь? Никогда я
- 118 Тебя не знал!.. Когда сюда сойти
- Решился ты, но только не для мщенья
- За страшный бой при Монте-Аперти{200},
- 121 За что ж меня мучишь?» В то ж мгновенье
- Учителю сказал я: «На пути
- Остановись, чтоб выйти из сомненья,
- 124 Я мог теперь и истину узнать —
- Кто эта тень, – потом без замедленья
- Я вновь тебя готов сопровождать».
- 127 Путеводитель мой остановился,
- И к призраку, который изрыгать
- Проклятья не устал, я обратился:
- 130 «Скажи, кто ты, свой собственный покой
- Нарушивший неистовою бранью?»
- Тень крикнула: «А кто ты сам такой,
- 133 Столь равнодушный к нашему страданью,
- Что попираешь головы теней?
- Когда бы ты к числу живых людей
- 136 Принадлежал, то слишком бы сурово
- Так поступать для существа живого».
- «Я жив еще, – я тени дал ответ, —
- 139 Когда ты об известности хлопочешь,
- То я могу, когда того ты хочешь,
- Чтоб долго не забыл тебя весь свет,
- 142 Включить тебя в число имен известных…»
- «Не нужно мне похвал твоих чудесных, —
- Завыла тень. – В кромешной этой тьме
- 145 Напрасно льстить ты начинаешь мне!..
- Не мучь меня и прочь беги отсюда…»
- «Кто ты? Ответь, иначе будет худо!»
- 148 Я закричал, и вмиг моя рука
- За волоса схватила тень: «Заставлю
- Я говорить тебя иль волоска
- 151 Ни одного на коже не оставлю».
- И призрак мне со стоном отвечал:
- «Рви ж волоса. Хотя б ты ощипал
- 154 Всю голову – я не скажу ни слова…»
- У грешника стал волоса я рвать
- И выдернул их не одну уж прядь,
- 157 А он, склонивши голову, сурово
- Стал лаять по-собачьи. В этот час
- Другая тень сказала сзади нас:
- 160 «Что сделалось с тобою нынче, Бокка?
- Иль мало для тебя, что ты жестоко
- Зубами научился скрежетать?
- 163 Теперь же псам ты начал подражать!..
- Кой черт тебя так лаять заставляет?..»
- «Теперь умолкнуть можешь ты в Аду, —
- 166 Тут я сказал, – и к твоему стыду,
- За что тебя подземный Ад терзает,
- Я в мир теперь рассказывать пойду!»
- 169 «Прочь! – крикнул он. – Я не боюсь позора,
- Но если ты отсюда выйдешь скоро,
- То не забудь порассказать о том,
- 172 Кто был известен длинным языком.
- Скажи, что ты, спустившись в нашу сферу,
- Где дышат все прохладным ветерком,
- 175 Ты видел в ней Буозоде Дуэру{201},
- Который слезы горькие здесь льет
- На золото французское… А вот
- 178 (Тебе вопрос предложат, может статься,
- С кем ты еще в Аду мог повстречаться),
- Вот близ тебя Беккериа{202}, аббат,
- 181 Изменник, обезглавленный когда-то;
- Потом немного дальше брось свой взгляд —
- В измене два достойные собрата —
- 184 Джианни Сольданьер{203} и Ганнелон{204},
- А вот и Трибальделло{205}. Предал он
- Фаэнцу темной ночью». Отступали
- 187 Мы далее от грешника и вдруг
- В одной из ям со страхом увидали
- Двух призраков, обледеневших вкруг,
- 190 Сидевших так, что первый головою
- Для головы другого мог служить
- Подобьем шапки. Тот, что под собою
- 193 К земле успел собрата наклонить,
- В его затылок бешено вцепился
- Зубами, словно голод утолить
- 196 Мозгами неприятеля решился.
- Тидей{206} так Меналиппа не глодал,
- Как этот призрак грыз и пожирал
- 199 Ту голову и мозгом пресыщался.
- «О, ты, который зверством доказал
- Всю ненависть к тому, кого терзал,
- 202 И чьим страданьем гнусно упивался,
- Скажи, чем мог тебя он оскорбить,
- Чтоб мести я твоей не удивлялся,
- 205 И если точно мог он совершить
- Ужасное какое преступленье,
- Скажи – и в светлом мире, может быть,
- 208 Я сам ему придумаю отмщенье».
Песня тридцать третья
Рассказ графа Уголино{207}, вместе с детьми уморенного голодом в темнице. Речь Данте о Пизе и дальнейший путь. Предатель монах Альберик.
- 1 Тогда грызть мозг врага переставая,
- От страшной пищи грешник отнял рот;
- И, губы волосами утирая
- 4 Той головы, сказал мне в свой черед:
- «Ты хочешь, чтобы прежнего страданья
- Опять я пережил ужасный гнет?
- 7 Поверь, о нем одно воспоминанье
- Томит меня; но если мой рассказ
- Дать может стыд и новое терзанье
- 10 Преступнику, которого сейчас
- Я пожирал, то свой рассказ начну я,
- Хотя бы слезы вырвались из глаз,
- 13 И прошлое, тревожа и волнуя,
- Меня могло смутить и раздражить.
- Кто ты и как ты мог сюда вступить —
- 16 Не знаю я, но говорит мне что-то,
- Что флорентинцем должен сам ты быть,
- И если так, – то мне пришла охота
- 19 Тебе свое прошедшее раскрыть.
- Во мне ты видишь графа Уголино,
- А он, – скорбей земных моих причина,
- 22 Неумолимой стоящий вражды,
- А он – архиепископ Руджиери.
- Рассказывать теперь мне нет нужды
- 25 О бешенстве, живущем в этом звере,
- О том, как вкрался в душу мою он,
- И как потом я им был умерщвлен.
- 28 Но ты не знал, как умер Уголино
- И как была мучительно тяжка
- Моя, для всех безвестная, кончина.
- 31 Узнай о ней и помни, чья рука
- Меня так покарала беспощадно,
- И почему так злобна и дика
- 34 Моя вражда к проклятому. Я жадно
- Следил в тюрьме за скудным светом дня
- В пустынной башне. Нынче в честь меня
- 37 Тюрьма та Башней Голода зовется.
- Я не однажды видел из окна,
- Как вновь являлась на небе луна,
- 40 Но долго ль мне в тюрьме жить приведется,
- Не ведал я. Вдруг мне приснился сон,
- Мне разъяснил все будущее он.
- 43 Во сне мне Руджиери представлялся:
- Как будто на охоте он гонялся
- За волком и волчатами. Пред ним,
- 46 Спустив собак, при виде той приманки,
- Неслись с безумным гиканьем своим
- Сисмонди, Гуаланди и Ланфранки.
- 49 Не в состоянье бегство продолжать,
- Волк и волчата стали уставать,
- И страшные картины мне приснились,
- 52 Как зубы псов в усталых жертв вонзились
- И грызли их и рвали их бока.
- За тяжким сном глаза мои открылись.
- 55 Ночная тьма казалась глубока,
- Еще заря не золотила неба,
- Но сердце охватила мне тоска,
- 58 Когда, во сне заплакав, стали хлеба
- Со мною дети бывшие просить.
- Бесчувственным вполне ты должен быть,
- 61 Когда теперь вполне не сострадаешь
- Тем мукам, что почувствовал отец,
- И если ты теперь не зарыдаешь,
- 64 Когда же ты рыдаешь наконец? —
- Мы встали все; уж час тот приближался,
- Когда к нам сторож с пищею являлся,
- 67 Но я ужасный сон припоминал,
- Я верил в этот сон и – сомневался.
- Так время шло, и вдруг я услыхал,
- 70 Что вход в темницу нашу забивался.
- Я пристально взглянул в лицо детей,
- Но промолчал, не находя речей.
- 73 Во мне как будто сердце камнем стало,
- И слезы не бежали из очей.
- Но детский плач меня язвил, как жало…
- 76 Мне юный Ансельмуччио сказал:
- «Отец, отец, скажи мне, что с тобою?
- Зачем же ты смотреть так дико стал?»
- 79 Я был измучен внутренней борьбою,
- Но не заплакал и не отвечал.
- Так день прошел, и новый день настал.
- 82 Когда ж скользнул в темнице нашей снова
- Печальный и едва заметный свет,
- В лице детей нашел я тот же след —
- 85 След выраженья дикого, тупого,
- Которое нашли они во мне.
- Тогда, склонясь в отчаянье к стене,
- 88 Я начал грызть зубами обе руки.
- Бессильного отчаяния муки
- За голод дети приняли… «Отец, —
- 91 Они заговорили, – наш конец
- Мы встретим безбоязненно и смело,
- Когда возьмешь ты в пищу наше тело.
- 94 Ты дал нам плоть, возьми ж ее назад…»
- И я притих, чтоб вновь их не мучить,
- Не видеть их печальный, кроткий взгляд.
- 97 Смириться я хотел себя заставить…
- Так, страшное молчание храня,
- Мы прожили в отчаянье три дня…
- 100 О, для чего же ты не расступилась
- Тогда, земля!.. Четвертый день настал,
- Четвертый день семья моя томилась,
- 103 Тогда Гаддо безумно застонал,
- К моим ногам склоняясь ниже, ниже:
- «О, помоги, отец, мне, помоги же!»
- 106 Так умер он. И я недолго ждал:
- В моих глазах и остальные трое
- Навеки смолкли… Что я испытал
- 109 По смерти их!.. Ногами землю роя,
- От трупа к трупу ползал я и звал
- К себе детей… Три дня я их искал,
- 112 Лишенный сил, сознания и зренья…
- Но голод пересилил наконец
- Мою тоску и самое мученье…»
- 115 Здесь был его истории конец.
- Тень искосила гневно и сурово
- Свои глаза и с яростию снова,
- 118 Как лютый пес, грызть череп начала…
- О, Пиза, Пиза! Долго ты была
- Стыдом всего пленительного края!
- 121 Твои соседи, местью не сгорая,
- Ленивое спокойствие любя,
- Наказывать не думают тебя!
- 124 Пусть двинутся Капрайя и Горгона{208},
- Плотиной устье Арно перервут,
- Пускай река свое поднимет лоно
- 127 И погребет в теченье буйном тут
- Твоих граждан!.. Вините Уголино
- В предательстве при сдаче крепостей,
- 130 Но за отца зачем казнить детей?
- Ведь у него четыре было сына,
- Которых правота для палачей
- 133 Была ясна!.. Вперед мы путь держали
- И наконец достигли мест таких,
- Где льдины новых призраков сжимали
- 136 Мучительно, не так, как всех других,
- Они не прямо в прорубях стояли,
- Но книзу головою. Слезы их
- 139 Другим слезам дорогу преграждали
- И, заливая лица тех теней,
- На этих лицах тотчас замерзали;
- 142 Прозрачной маской впадины очей
- У них покрыты были постоянно.
- Хотя привык я к стуже, беспрестанно
- 145 В вертепе лютый холод вынося,
- И словно оболочкой роговою
- На мне была покрыта кожа вся,
- 148 Но все же сильный ветер за спиною
- Я чувствовал, проговорив: «Поэт!
- Подуло ветром, кажется, за мною,
- 151 А думал я, что в воздухе здесь нет
- Движения!..» «Придем мы к месту скоро,
- Где ты увидишь сам без разговора,
- 154 Что значит этот ветер». В этот миг
- Одна из душ вертепа ледяного,
- К нам обратясь, вдруг испустила крик:
- 157 «О, вы, которым место здесь готово,
- Вы, павшие в последний адский круг,
- С моих очей тяжелые покровы
- 160 Сорвите вы, чтоб горести недуг
- Мог облегчить я горькими слезами,
- Пока опять не станут над глазами
- 163 Те слезы постепенно замерзать».
- «Готов исполнить я твое желанье,
- Когда ты правду станешь отвечать —
- 166 О том, кто ты, несчастное созданье.
- И если с глаз твоих я не сорву
- Покрова ледяного, пусть во рву
- 169 С тобой здесь разделю я наказанье».
- Он отвечал: «Мне имя – Альберик{209},
- Мой вертоград запущен был и дик,
- 172 Давал плоды дурные постоянно,
- И финики здесь вместо сочных фиг
- Я получаю». «Это очень странно!
- 175 Ты умер разве?» Он же отвечал:
- «Я сам об этом много размышлял,
- Но все ж одно могу сказать я смело,
- 178 Что на земле мое осталось – тело.
- Таков уже последний адский круг,
- Куда душа сама слетает вдруг,
- 181 Атропоса толчка не дожидаясь.
- Чтоб поскорей кору застывших слез
- Ты снял с меня, помочь тебе стараясь,
- 184 Я этот разрешу тебе вопрос:
- Когда душа с предательством сживется,
- В чем согрешить мне самому пришлось,
- 187 То тело в лапы беса попадется,
- И он над телом властвует, пока
- В нем хоть капля жизни остается,
- 190 И беса власть над телом велика.
- Душа же человека улетает
- Сюда в ледник, где вечно изнывает.
- 193 Взгляни на тень, которая дрожит
- Вблизи меня: она сюда слетела,
- А между тем души вот этой тело
- 196 Там, на земле, живет еще… Но вид
- Его тебе известен, может статься:
- Тебе пришлось с землею расставаться
- 199 Не так давно. Смотри: ведь это он —
- Бранк д’Орио, который заключен
- Давно в Аду…» «Не прибегай к обману, —
- 202 Заметил я, – тебе ль я верить стану,
- Когда ты так бессовестно налгал:
- Бранк д’Орио еще не умирал,
- 205 До этих пор он на земле, как прежде,
- И спит, и ест, и ходит он в одежде…»
- Но призрак вновь тогда заговорил:
- 208 «Еще Микеле Цанке не сходил
- В вертеп с кипучей, липкою смолою,
- Как в тело Бранка бес уже входил…
- 211 Я все сказал. Теперь своей рукою
- Сорви кору с моих застывших глаз».
- Но я солгал пред ним на этот раз:
- 214 Нечестно поступить с ним было честно…
- О, генуэзцы, скоро ли всех вас
- Гнать будут в этом мире повсеместно
- 217 За то, что добродетель вам чужда,
- И в вашей жизни только вам известна
- Пороков грязь, коварство и вражда.
- 220 С романцем развращенным встретил рядом
- Я одного из вас теперь, и вот:
- Его душа поглощена уж Адом,
- 223 А сам он на земле еще живет.
Песня тридцать четвертая
Последний отдел девятого круга Ада. Иуда Искариотский, Брут и Кассий. Выход из Ада у подножия горы Чистилища.
- 1 «Vexilla regis prodeunt Inferni{210},
- Смотри вперед, – сказал мой проводник, —
- Когда проникнуть можешь силой взгляда
- 4 Сквозь эту тьму». Мрак страшен был и дик.
- Едва я различил в ночном тумане,
- Через который глаз едва проник,
- 7 Подобье странной башни на поляне:
- Напоминала мельницу она
- С вертящимися крыльями. Заране
- 10 Дорога показалась мне страшна,
- Когда, охвачен ветром, не решался
- Я далее идти и укрывался
- 13 За спутником, едва не сбитый с ног:
- Другой защиты я найти не мог.
- Последний круг пред нами открывался, —
- 16 Я с ужасом слагаю этот стих,
- Припоминая новые мученья
- Поверженных теней. Я видел их
- 19 В прозрачном льде застывших без движенья.
- Я видел ниц лежащими одних,
- Других совсем в отвесном положенье
- 22 Вниз головою; ноги у иных
- Сводились к шее прямо вроде лука…
- Мы двигались, не проронивши звука,
- 25 И наконец, мой спутник указал —
- Мне на того, кто некогда сиял,
- Как гордое, прекрасное созданье.
- 28 «Смотри сюда, – учитель мне сказал, —
- Остановись и обрати вниманье:
- Вот Люцифер, познавший наказанье,
- 31 Вот адский круг, где должен ты собрать
- Все мужество, чтоб мог пред сатаною
- Ты не дрожать…» Могу ли передать,
- 34 Как замер я, что сделалось со мною,
- Как вдруг я стал фигурой ледяною?
- Я этого не в силах описать.
- 37 Ни мертв, ни жив я в этот миг казался,
- Так пусть читатель сам теперь поймет,
- Каков я был, когда я оставался
- 40 Без смерти и без жизни!.. Вечный лед
- Был погружен до половины груди
- Владыки мира скорби… Все мы, люди,
- 43 Скорей бы с великанами земли
- И с ростом их помериться решились,
- Чем великаны ростом их могли
- 46 С его рукой помериться. Явились
- Его размеры страшными для глаз.
- Действительно казался он для нас
- 49 Началом скорби, он, теперь ужасный,
- Зловещий, отвратительный на взгляд
- И некогда божественно прекрасный;
- 52 Повергнутый за то в проклятый Ад,
- Что с Саваофом в дерзкое боренье
- Хотел вступить… Отпрянул я назад,
- 55 Заметя в нем трех лиц соединенье.
- Одно лицо являлось впереди,
- И было ярко-красно в то мгновенье,
- 58 А остальные два – по сторонам
- С средины плеч могучих поднимались
- У Люцифера страшного, и там
- 61 В одну большую голову сливались.
- Лицо его – на правой стороне
- Казалось с желто-белым цветом мне,
- 64 А левое – по цвету походило
- На цвет лица людей из той страны,
- Где в тростниках струятся воды Нила.
- 67 У демона под каждым ликом было,
- Как бы у птиц большой величины,
- По два крыла, и верно, никогда
- 70 Громадней парусов еще не знали
- Морские корабли или суда:
- Так крылья те размерами пугали.
- 73 Они без перьев были, и тогда
- Мышей летучих мне напоминали
- Развернутые крылья. Сатана,
- 76 По воздуху крылами ударяя
- (Среди морей гроза не так сильна),
- Производил три ветра, заставляя
- 79 Коцит под этим ветром замерзать.
- Сам Люцифер не уставал рыдать,
- Шестью глазами слезы исторгая,
- 82 И эти слезы, падая из глаз,
- С темно-кровавой пеною сливались,
- По подбородкам демона струясь
- 85 Тройным ручьем… Три пасти раскрывались,
- И каждым ртом он грешника терзал
- И зубы разом в трех теней вонзал.
- 88 Для грешника, который был в средине,
- Боль от зубов не так была страшна,
- Как от когтей. Когтями сатана, —
- 91 Припоминаю с ужасом я ныне, —
- Всю кожу со спины его сдирал.
- «Вот этот грешник, – спутник мне сказал, —
- 94 Что более двух остальных страдает,
- Иудою Искариотским он
- Зовется. Люцифер ему сгрызает
- 97 Всю голову, а ноги – видишь, – вон
- Болтаются снаружи. Остальные,
- Вниз головой повиснувшие тут,
- 100 Преступники такие же большие.
- Налево изнывающий есть – Брут{211}:
- Смотри, как он, давно бессильно лют,
- 103 Ни слова не промолвивши, крутится,
- А тот, который крепко так сложен,
- Смотри сюда правее – Кассий он.
- 106 Но нам пора отсюда удалиться
- Затем, что все здесь рассмотрели мы,
- А ночь близка… Нам медлить не годится
- 109 Средь этой непроглядной, вечной тьмы».
- Поэту повинуясь, я решился
- Обвить его рукой и уцепился
- 112 В одно мгновенье за плечи, а он,
- Когда раскрылись демонские крылья,
- Собрал свои последние усилья
- 115 И, дерзостью безумной увлечен,
- За сатану руками ухватился
- И по бокам косматым опустился,
- Скользя меж им и ледяной стеной,
- 119 До самых бедер беса и со мной
- (Все для меня казалось непонятно),
- Ногами вверх, а головою вниз
- 122 Он быстро опрокинулся обратно
- И стал ползти, а я на нем повис…
- 124 Мне чудилось, хоть то невероятно,
- Что снова возвращаемся мы в Ад.
- Что не вперед стремимся, а назад.
- 127 Тогда сказал мой спутник, задыхаясь,
- Как человек, лишенный сил почти:
- «Держись теперь ты крепче, не срываясь.
- 130 По одному лишь этому пути
- Из царства зол мы можем удалиться.
- Нам выхода другого не найти».
- 133 Затем со мной спешил остановиться
- Он на одной из выдавшихся скал,
- Где на обрыве мог я укрепиться,
- 136 А сам передо мной он твердо стал.
- Я поднял вверх глаза, воображая
- Увидеть Дите так, как он стоял,
- 139 И, сам своим глазам не доверяя,
- Увидел только ноги сатаны,
- Но кверху обращенные… Сгорая
- 142 Сомнением – что чувствовал тогда я —
- Понять простые смертные должны,
- Во мне все мысли сделались темны, —
- 145 Я был смущен, никак не постигая,
- Как миновал я роковую грань.
- Тогда сказал путеводитель: «Встань,
- 148 Пройти еще нам остается много
- И будет тяжела еще дорога,
- А солнце совершило в небесах
- 151 Уж треть пути». Тогда мы очутились
- В подземных, незнакомых мне местах.
- Куда лучи дневные не пробились,
- 154 И глыбы первобытные земли
- Передо мной в пещере громоздились.
- Я с места встал. «Пока мы не ушли
- 157 Из этих мест, мое недоуменье
- Прошу тебя, учитель, разреши:
- Где тот ледник в его оцепененье? —
- 160 Так говорил поэту я в тиши. —
- Как Люцифер мне виден вверх ногами.
- Когда сейчас он только был над нами?
- 163 Как вечером возможен утра свет?..
- Вся голова моя как бы в тумане».
- И мне Вергилий дал тогда ответ:
- 166 «Ты миновал уже черту той грани,
- Где Люцифером замкнут темный Ад;
- Когда я опрокинулся назад,
- 169 Ты перешел ту точку роковую,
- Тот центр земли, куда со всех сторон
- Все тяжести стремятся. Небосклон
- 172 Теперь иной над нами; мы иную
- Имеем гемисферу над собой;
- Она лежит под самой сферой той,
- 175 Раскинутой над нашею землею,
- Под сферою, где прежде умерщвлен
- Был тот, что без греха на свет рожден
- 178 И умер без грехов. Своей пятою
- Теперь ты попираешь малый круг,
- Джудекке антиподный. Над тобою —
- 181 Теперь есть свет, там – мрак лежит вокруг,
- А Люцифер, нам лестницей служивший,
- Лежит все там же. В Царство вечных мук
- 184 Упал он с Неба, ужасом смутивший
- Земную глубь, и, отступив назад,
- Земля покрылась морем, где, застывший
- 187 От холода, всегда недвижен лед.
- Ад – пустота, холодная могила,
- И место то, которое нас ждет{212},
- 190 От проклятого тоже отступило
- И сделалось особою горой».
- Внутри земли, под каменной корой
- 193 Одно есть место: трудно б очень было
- Его найти, когда бы ручейка
- Журчание его нам не открыло,
- 196 Иначе тьма была так глубока,
- Что далее идти бы невозможно…
- В том месте, где ручей бежал, была
- 199 С расселиной наклонною скала,
- В расселину прошли мы осторожно:
- Земная жизнь к себе нас вновь звала,
- 202 Скользили мы без отдыха над бездной,
- И наконец над нами в вышине
- Сверкнул небес прекрасный купол звездный,
- 205 И снова улыбнулись звезды мне.
Конец Ада
Чистилище
Песня первая
В этой первой песне поэт рассказывает, как он встретился с тенью Катона Старшего (Утического), от которого узнал, что ему нужно было делать, и затем в сопровождении Вергилия направился к морскому берегу. Когда они подошли ко взморью, Вергилий умыл лицо своего спутника росой и увенчал его голову скромным тростником, по совету Катона.
- 1 О, мой духовный челн! Теперь вперед,
- Поднявши парус, мчись ты без кручины
- По зеркалу отрадных ясных вод:
- 4 Остались сзади адские пучины!
- Я буду петь о новой стороне.
- Где для скорбей и горя нет причины;
- 7 Где дух людской, очищенный вполне,
- На Небеса достоин возноситься…
- О, помоги ты, вдохновенье, мне!
- 10 Ко мне должны, о, музы, вы спуститься!
- Пусть выше Каллиопа воспарит,
- Чтоб мог я в песнопенье вдохновиться
- 13 Той музыкой, что бедных Пиэрид{213}
- Заставила в бессилии смириться…
- Я просиял и принял бодрый вид,
- 16 Когда увидел чудный блеск сапфира
- В сиянии небесного эфира,
- Сверкавшего в то время надо мной…
- 19 Все радости покинутого мира
- Сознал я вновь, вступивши в круг иной{214}
- И кинув Ад с его мертвящей сферой,
- 22 Где я бродил измученный, больной…
- Прекрасной, лучезарною Венерой
- Был освещен алеющий восток
- 25 И светоч Рыб, ее сопровождавший,
- В сиянии поспорить бы не мог
- С Венерою, улыбкою сиявшей.
- 28 Тогда я взгляд направо устремил
- И увидал у полюса другого
- Блеск четырех неведомых светил{215}.
- 31 Еще никто средь неба голубого
- Не созерцал их, кроме той четы,
- Которая в величье чистоты
- 34 Жила в Раю. Все небо, мне казалось,
- Сиянием светил тех восхищалось.
- Полночный край! О, как мне жалок ты,
- 37 Что над тобой в выси не появлялось
- Таких светил! И вновь я бросил взгляд
- Тогда к другому полюсу назад,
- 40 Где уже колесница исчезала,
- И старца я увидел пред собой{216},
- Которого наружность вызывала
- 43 Сыновнее почтенье. С бородой
- Он длинной был, в ней седина сверкала,
- И волосы с такой же сединой
- 46 На грудь его двойной волной спадали…
- Тогда лучи тех четырех светил
- Его лицо так ярко озаряли,
- 49 Что для меня он виден также был,
- Как светлым днем при солнечном сиянье.
- «Кто вы? – тогда старик заговорил,
- 52 Кудрями потрясая, в ожиданье
- Ответа. – Как сюда могли пройти
- Вы из темницы Вечного страданья?
- 55 Кто фонарем служил вам на пути,
- Когда вы шли долиной адской тою,
- Где скрыто все под пеленой густою
- 58 Зловещей тьмы? Иль, наконец, для вас
- Нарушены законы бездны вечной?
- Иль в Небе изменил на этот раз
- 61 Решение свое Творец Предвечный,
- Что вы сюда, вы, грешники земли,
- К обители моей одни пришли?»
- 64 Тогда мой вождь с любовью бесконечной
- Меня схватил и знаки делать стал,
- Чтоб старца я почтительно встречал,
- 67 Приветствовал руками и глазами,
- А сам ему покорно отвечал
- Такими откровенными словами:
- 70 «Не собственная воля привела
- Меня сюда. Ко мне с Небес нежданно
- Одна святая женщина сошла,
- 73 Так умоляла, чтобы постоянно
- Я человека этого берег,
- Что отказать ей в просьбе я не мог.
- 76 И так, как ты, что вижу я, желаешь
- Подробнее о деле том узнать,
- То от меня всю истину узнаешь.
- 79 Я правды не хочу теперь скрывать.
- Тот смертный, что стоит перед тобою,
- Еще не думал в мире умирать,
- 82 Но так не дорожил своей судьбою,
- Что в безрассудстве к смерти близок был.
- Тебе о том уже я говорил,
- 85 Что послан был к нему я для спасенья.
- Единый путь тогда мне предстоял
- Для верного той цели достиженья,
- 88 И этот путь уже я миновал.
- Теперь же показать ему намерен —
- А ты поможешь мне, я в том уверен, —
- 91 И сонм тех душ, которые должны
- Под властию твоею очищаться…
- Пришлось бы слишком мне распространяться
- 94 О том, как мы из Царства сатаны
- Пришли сюда. Сходила свыше сила,
- Которая меня руководила
- 97 Его вести, чтоб видеть и внимать
- Тебе, мудрец! Так встреть же благосклонно
- Ты смертного, который шел искать
- 100 В пути одной свободы непреклонно,
- Которая так дорога порой,
- Что за нее, как истинный герой,
- 103 Нередко смертный с жизнью расстается.
- Не ты ли сам из-за свободы пал{217}
- И в Утике погиб, где остается
- 106 Твоя одежда: если бы настал
- Великий день, когда весь Мир восстанет,
- То ярко бы хитон твой засиял…
- 109 И знай притом: никто не нарушает
- Из нас закон Предвечного. Вот он,
- Мой спутник, что чело свое склоняет,
- 112 Еще не знал, что значит смерти сон,
- А я… могу еще не подчиняться
- Я Миносу, по смерти осужден
- 115 В кругу тех бледных призраков скитаться,
- Где блещут очи Марции твоей,
- Которая готова преклоняться
- 118 Перед тобой и ради прошлых дней
- Признать ее своею умоляет…{218}
- О, чистая душа среди теней!
- 121 Во имя той, которая пылает
- К тебе святой любовью, обрати
- Свой взгляд святой на нас и по пути
- 124 Семи твоих обителей пройти
- Нам разреши, и там, где обитает,
- Тень Марции, благоговейно там,
- 127 Когда на то ты дашь мне разрешенье,
- Я ей привет твой добрый передам».
- И он ответил в виде поученья:
- 130 «В былые дни я Марцию любил,
- И исполнял всегда ее желанья,
- Которые я дорого ценил.
- 133 Теперь же бесполезны все старанья
- Меня ее влиянью подчинять,
- Пока она должна еще блуждать
- 136 Там за волнами грозного потока,
- И то, что прежде трогало глубоко,
- Святым законом было для меня,
- 139 Теперь мне чуждо стало и далеко;
- Ее желаний больше не ценя,
- Я стал к ним глух. Молчание храня
- 142 О Марции, ты, лести избегая,
- О том лишь мог бы только мне сказать,
- О чем просила женщина святая…
- 145 К чему же было к лести прибегать,
- Когда и этих слов вполне довольно?
- Иди ж теперь и увенчай привольно
- 148 Безлиственным и гибким тростником
- Чело певца; его лицо потом
- Умой водой: глаза его невольно
- 151 Успел туман нечистый омрачить,
- И был бы он достоин порицанья,
- Осмелившись в нечистоте вступить
- 154 В тот круг, где должен голову склонить
- Перед одним из первых духов Рая.
- Вкруг острова – ты можешь проследить, —
- 157 Где плещут волны, в берег ударяя,
- На низкой самой местности растет
- Теперь тростник{219}, на мягкий ил склоняя
- 160 Свои верхушки. Там не проживет
- Растение, покрытое листами
- Иль с крепкими, недвижными стволами,
- 163 Мешая бегу быстрому тех вод.
- Затем сюда обратно не ходите:
- Когда светило дня вполне взойдет,
- 166 Вы за его течением следите,
- И солнце вам укажет путь с небес,
- И на гору тогда вы поспешите…»
- 169 Так он сказал и в тот же миг исчез.
- Испуганный, невольно я поднялся
- И к спутнику в безмолвии прижался.
- 172 Он, как бы отвечая на мой взгляд,
- Сказал: «Теперь иди, мой сын, за мною!
- Мы повернуть должны с тобой назад:
- 175 Равнина эта длинной пеленою
- Спускается отсюда, и покат
- Склон берега ее». Перед зарею
- 178 Уж утренние сумерки с земли
- Бежали прочь и вкруг рассеивались,
- Так что я мог увидеть, как вдали
- 181 Морские волны тихо колыхались.
- Пустынною равниною мы шли,
- Вперед неторопливо подвигались
- 184 Подобно людям, сбившимся с пути,
- Уже не предающимся надежде,
- Что можно им дорогу ту найти,
- 187 Которая была знакома прежде.
- Мы шли и очутились скоро там,
- Где солнца луч играет по листам
- 190 Травы, росой перловой окропленной,
- Но испаренья кверху не бегут
- Над влажною землею благовонной.
- 193 Путеводитель мой тихонько тут
- Рукой к траве росистой прикоснулся,
- И я при том движенье встрепенулся;
- 196 Я понял, что желает сделать он,
- И щеки, омоченные слезами,
- К нему тогда, коленопреклонен,
- 199 Я обратил. Вергилий смыл руками
- С моих очей проклятый Ада след
- И возвратил лицу обычный цвет.
- 202 Потом мы перед взморьем очутились:
- Еще никто по глади этих волн,
- Которые печально так струились,
- 205 Плыть не посмел, надежды слабой полн,
- Чтоб после мог назад он возвратиться.
- И здесь спешил певец остановиться,
- 208 Он тростником чело мне увенчал,
- Как старец повелел ему, и – чудо!
- Глазам едва я верить мог, – покуда
- 211 Он из воды растенье вырывал,
- Прекрасное и нежное растенье,
- Как перед нами снова вырастал
- 214 Другой тростник в то ж самое мгновенье.
Песня вторая
Данте и Вергилий увидали приближающийся корабль с душами, которых ангел вез для очищения. Данте был узнан находившимся между ними своим другом Казеллой, и в то время, когда Казелла стал развлекать Данте пением, является тень Катона, укоряющая души в нерадивости.
- 1 Над горизонтом солнце показалось,
- Там, где стоял святой Иерусалим{220}.
- А из-за Ганга дальнего являлась,
- 4 Росла над полушарием своим
- В тот самый час Ночь темная с Весами{221},
- Когда ж повсюду ляжет мрак вокруг
- 7 И свет дневной простится с небесами,
- Тогда Весы роняет Ночь из рук,
- И розами пылавшая Аврора,
- 10 Теряя свой румянец, блекнет скоро…
- Там, где в тот час стояли оба мы,
- Уже рассвет сменял покровы тьмы…
- 13 Еще перед нами взморье находилось,
- И я тогда стоял на берегу
- С сомнением: могу иль не могу
- 16 Путь продолжать; а в сердце шевелилось
- Желание скорей идти вперед,
- Что на пути бы дальнем ни случилось.
- 19 На западе над темным лоном вод,
- Как бы застигнут утренней зарею,
- Марс сквозь пары зажегся тою порою
- 22 И вдруг вдали – о, если бы опять
- То зрелище пришлось мне увидать! —
- Передо мной свет дивный показался.
- 25 Так по морю свет этот быстро мчался,
- Что никакой, по-моему, полет
- По быстроте своей с ним не равнялся.
- 28 На миг один я взгляд отвел от вод,
- Чтобы спросить учителя о свете,
- Потом на море вновь взглянул и вот —
- 31 Я увидал, что чудный свет растет
- И ярче стал еще в мгновенья эти…
- Потом – еще быстрей его стал ход —
- 34 С его сторон обеих показалось
- Другое что-то белое{222}. Под ним
- Белело тоже что-то, но являлось
- 37 Еще неясным. Зрителем немым
- Стоял мой вождь… Сиянье приближалось…
- Когда ж из пятен бледных, словно дым,
- 40 Обозначаться крылья стали ясно,
- В чем сомневаться было бы напрасно,
- И виден стал наставником моим
- 43 Блестящий кормчий, – крикнул мне учитель:
- «Скорей склонись, персты сложивши рук, —
- Перед тобою ангел, небожитель.
- 46 Теперь ему подобных только слуг
- Мы встретим на пути своем. Смотри же,
- Когда в него вглядеться можешь ближе:
- 49 Ему людей орудья не нужны,
- Ему не нужно паруса и вёсел,
- Чтобы бороться с прихотью волны:
- 52 Божественными крыльями он взбросил
- И – полетел, пространства не боясь.
- Смотри же ты на ангела, дивясь,
- 55 Как к небесам он крылья поднимает;
- Захватывая воздух с двух сторон,
- Своих он вечных перьев не теряет
- 58 И вида их ничто не изменяет:
- Они бессмертны так же, как сам он».
- И вот чем ближе дух к нам подплывает,
- 61 Тем кажется светлее, озарен
- Сиянием таким, что невозможно
- Вблизи им любоваться, и, смущен,
- 64 Глаза я опустил свои тревожно.
- А ангел в лодке к берегу пристал,
- И челн его скользил так осторожно
- 67 И так легко, что словно пролетал
- Поверх воды, в нее не погружаясь…
- Небесный лоцман, кротко улыбаясь,
- 70 Сам на корме в сиянии стоял;
- Прекрасен так, что даже описанье
- Его мне доставляет обаянье
- 73 Блаженства необъятного… В челне,
- Приставшем тихо к берегу, сидели
- Таинственные призраки, и мне
- 76 Вдруг стало слышно, как они пропели
- Псалом единым голосом: «Когда
- Евреи из Египта навсегда
- 79 Ушли!..» Когда окончилось их пенье,
- Над ними совершил благословенье
- Небесный проводник их, и тогда
- 82 Сонм душ из лодки на берег спустился,
- А дух исчез так быстро, как явился,
- И метеором скрылся без следа.
- 85 Толпа теней не ведала, казалось,
- Той местности, где очутилась вдруг,
- И с любопытством молча озиралась,
- 88 Как человек, которому вокруг
- Все незнакомым, чуждым представлялось…
- А между тем блестящий солнца круг
- 91 Со всех сторон лучами рассыпался,
- И Козерог им с Неба изгнан был…
- Тогда близ нас сонм призраков собрался,
- 94 На нас обоих взоры устремил,
- Так говоря: «Путь на гору, скажите,
- Известен вам? Так путь нам укажите…»
- 97 Вергилий отвечал им: «Может быть,
- Вам кажется, что с этими местами
- Знакомы мы, но нам их посетить
- 100 Случилося лишь только перед вами.
- Здесь чуждо все для нас, как и для вас.
- Сюда пришли другими мы путями;
- 103 И так наш путь ужасен был не раз,
- Что на гору дальнейшая дорога
- Уже теперь нас не пугает много,
- 106 И кажется дорогой легкой всход
- На верх горы…» Я в это время встретил
- В глазах теней сомнение: заметил
- 109 Их сонм мое дыхание, и вот
- Все души побледнели, сознавая,
- Что я не мертв и что душа живая
- 112 Теперь стоит пред ними во плоти.
- Как вестника, несущего с собою
- Ветвь масличную, люди на пути
- 115 Встречают часто пестрою гурьбою
- И от него ждут слухов и вестей,
- Так вкруг меня теснился ряд теней
- 118 С невольным любопытством в то мгновенье,
- Стараясь рассмотреть мои черты,
- О собственном забывши очищенье.
- 121 И видел я средь общей тесноты,
- Что дух один вперед других пробрался
- И с чувством, полным детской чистоты
- 124 И радости, обнять меня старался.
- Свои поднявши руки, и вперед
- Я сам к нему рванулся в свой черед,
- 127 Чтобы обнять его по-братски тоже…
- Но все ж обнять не мог его… О, Боже!
- О, тени бестелесные! Всех вас,
- 130 Бесплотных, видеть может только глаз,
- Но осязать мы вас не в состоянье!..
- Напрасно я руками до трех раз
- 133 Хотел его обвить, но то желанье
- Желаньем и осталось: обнимал
- Один я только воздух и сжимал
- 136 На собственной груди своей я руки…
- Как мысль, неуловимый, или звуки,
- Бесплотный дух передо мной стоял…
- 139 Тогда от удивленья, может статься,
- Я стал бледнеть, в лице своем меняться,
- И, на меня бросая добрый взгляд,
- 142 Тень начала безмолвно улыбаться
- И тихо отодвинулась назад,
- Но я не перестал к ней подвигаться,
- 145 Желая дальше следовать за ней.
- Но тут она меня остановила
- И кротко надо мной проговорила,
- 148 Чтоб далее не шел я. Звук речей
- Открыл мне имя тени той прекрасной,
- Ожившей снова в памяти моей.
- 151 Я умолял, чтоб этот призрак ясный
- Не уходил, просил позволить мне
- Поговорить с ним вместе в тишине.
- 154 И тень тогда мне тихо отвечала:
- «Тебя люблю я нынче, как тогда,
- Когда мой дух плоть смертных облекала,
- 157 А потому могу я без труда
- На краткий срок с тобой остановиться.
- Но ты, ты сам, скажи – идешь куда?»
- 160 «Я, мой Козелла{223}, должен возвратиться
- Туда, откуда я пришел сюда.
- Но как ты здесь? Могу ли не дивиться,
- 163 Что ты до этих пор не впущен был
- В желанную обитель очищенья?»
- И призрака ответ я уловил:
- 166 «Еще в том нет большого оскорбленья,
- Что тот, который может всех впускать
- И не пускать{224}, мне не дал разрешенья
- 169 На пропуск, пожелавши отказать
- В моей мольбе… и было бы безбожно
- Корить его за то, что невозможно:
- 172 Не каждому дается благодать.
- Три месяца он пропускал свободно
- Всех тех, кто мог сюда вступить
- 175 С душевным миром… Так ему угодно.
- Так, наконец, и я был принят им,
- Когда пришел к тем берегам морским,
- 178 Где воды Тибра солоны бывают.
- Теперь к тому он устью полетел,
- И там-то многих призраков сбирают,
- 181 Которые не сходят в Ахерон…»
- И я сказал: «Когда Небес закон
- Тебя воспоминаний не лишает
- 184 И песни невозвратных уж времен
- Тебе доныне петь не запрещает, —
- Их некогда, забывши труд и сон,
- 187 Я слушал, все невзгоды забывая, —
- Молю тебя, о, спой одну из них,
- Мое страданье песней усмиряя:
- 190 Ведь и теперь, в мир тишины вступая,
- Во мне страданья голос не утих».
- И песню друга слушать стал тогда я:
- 193 «Любовь со мной в виденье говорит…»{225}
- Так он запел, и звук той песни дивной
- Еще доныне сладостно дрожит
- 196 В моих ушах молитвою призывной…
- Мой вождь, и я, и призраки толпой
- Внимали звукам песни той святой…
- 199 Толпа восторгом новым упивалась
- И в ту минуту только отдавалась
- Напевам сладкогласной песни той,
- 202 Как будто бы все души позабыли,
- Под обаяньем звуков неземных,
- Все то, что занимало прежде их…
- 205 Тем пением увлечены мы были,
- Как вдруг маститый старец закричал:
- «Что вижу пред собою? Это вы ли,
- 208 Вы, души нерадивые?.. Настал
- Давно ваш час! Бегите же, бегите
- Вы на гору и там с себя снимите
- 211 Скорее ту ненужную кору,
- Которую вам боль не позволяет
- Теперь носить…» Как поутру
- 214 Станица голубей свой корм сбирает,
- И близкое присутствие людей
- Их в этот час нисколько не пугает,
- 217 И лишь потом та стая голубей
- Неторопливо дальше улетает,
- Так точно в этот час толпа теней
- 220 Отхлынула от нас, забывши пенье,
- И путь к горе направила вперед.
- За ними в то же самое мгновенье
- 223 Мы подвигаться стали в свой черед.
Песня третья
Оба поэта пошли далее, чтобы подняться на гору и, найдя предприятие это трудным сверх всякого ожидания, глубоко призадумались. В это время некоторые души сообщили им, что, повернув назад, они найдут более удобный подъем. Путники последовали этому совету, после чего Данте ведет беседу с Манфредом.
- 1 Хоть бегство и рассеяло теней
- По местности, идущей прямо в гору,
- Где за грехи минувших наших дней
- 4 Карает Высший Разум, – в эту пору
- Вслед за вождем я быстро шел вперед:
- Ведь без него как мог я до высот
- 7 Святой горы достигнуть? Кто бы взялся
- Меня дорогой трудною вести?
- В минуту ту учитель мне казался
- 10 Растерянным, как будто бы пути
- Дальнейшего теперь он испугался,
- Раскаялся, что должен был идти.
- 13 О, ты, муж добродетельный, в котором
- Такая благородная душа!
- Ты не выносишь с тягостным укором
- 16 Малейшего проступка!.. Не спеша,
- Замедля шаг, вперед он подвигался;
- Я в это время внутренне старался
- 19 Напор печальных дум в себе унять
- И новые отрадные картины
- Вокруг себя стал молча созерцать.
- 22 Не отводил я взгляда от вершины
- Горы, всходившей прямо к небесам
- Из темной глубины морской пучины…
- 25 А сзади красным солнечным лучам
- Служил помехой я, и предо мною
- Бежала тень{226} широкой полосою.
- 28 И в страхе отвернулся я в тот миг,
- В волнении ужасном сознавая,
- Что я один остался; созерцая
- 31 Мрак пред собой, – мой ужас был велик.
- Но вождь мой, от меня не отставая,
- Мне молвил так: «Зачем ты не привык
- 34 Мне доверять?» Тут подошел он ближе:
- «Ведь я тебя в пути не оставлял,
- Ведь я с тобою, сын мой, о, пойми же…
- 37 Уже теперь вечерний час настал
- Там, где меня когда-то схоронили,
- Где от себя я также тень бросал.
- 40 В Неаполе мои останки были
- Погребены, хотя скончался я
- В Брундузии{227}, и если от меня
- 43 Тень по земле уж больше не ложится,
- То это не должно тебя дивить;
- Да и тому не должен ты дивиться,
- 46 Что небеса не могут заслонить
- Лучей других небес… Чтоб выносить
- Жар или холод, муки иль страданья,
- 49 Людей природа строгая творит,
- Но постоянно вечное молчанье
- О тайне их создания хранит…
- 52 Безумен тот, кто думает, что разум
- Простых людей проникнуть может разом в
- Святые тайны Неба: Божество
- 55 В трех лицах совместилось, составляя
- Великое в единстве существо…
- О, смертные! Склонитесь, не дерзая
- 58 Постигнуть смысл святого «почему?»,
- Бессилье вашей мысли сознавая,
- Не доверяйтесь вашему уму.
- 61 Когда б могли, не ведая сомненья,
- Вы все непостижимое понять,
- Тогда бы для людского искупленья
- 64 Едва ли нужно было бы рождать
- Спасителя Марии Благодатной…
- Вы видите безумцев: все узнать
- 67 Они стремились с страстью непонятной,
- Они желали тайны разгадать,
- И в пытку обратились их стремленья:
- 70 Таков был Аристотель, и Платон,
- И многие другие…» В размышленье
- Поэт умолк, и, в думу углублен,
- 73 Свое чело склонил он в то мгновенье…
- А между тем мы оба подошли
- К подножию горы той и нашли
- 76 Дорогу в эту гору столь крутою,
- Что голова кружиться начала:
- Отвесна, неприступна так была
- 79 Она для нас. Едва ль дорогой тою
- И путник самый смелый мог пройти.
- Пути такого даже не найти
- 82 Меж Лéричи и Турби`ей. В сравненье
- С подъемом тем он лестницею был,
- Которую пройдешь без затрудненья.
- 85 И спутник мой тогда проговорил,
- Шаги свои невольно замедляя:
- «О, если б я другой проход открыл,
- 88 Где крутизна была бы не такая
- И где свободно шествовать мог тот,
- Кто крыльев не имеет». И желая
- 91 Путь осмотреть, исполненный забот,
- Он над дорогой тихо наклонился,
- А я лицо не отводил с высот
- 94 Большой горы, и снова удивился,
- Увидевши, что с левой стороны
- Толпа теней шла возле крутизны.
- 97 Навстречу к нам те души подвигались,
- Но тихо так, что издали они
- Едва-едва заметными казались.
- 100 «Наставник мой, – я закричал, – взгляни:
- Когда дальнейший путь тебя тревожит —
- Вот кто нам указать дорогу может».
- 103 И, на меня бросая взгляд, тогда
- С решимостью сказал он: «Торопливо
- Должны свой путь направить мы туда,
- 106 Где эти тени движутся лениво,
- А ты, мой сын, надеждою тверд будь».
- Мы снова продолжали трудный путь.
- 109 Толпа теней была еще далеко,
- На расстоянье наших ста шагов,
- Так что с трудом могло заметить око
- 112 В тумане их, но вот толпа духов
- По крутизне вдруг начала тесниться,
- Решившись, наконец, остановиться;
- 115 И к ним с мольбой таких призывных слов
- Спешил тогда мой спутник обратиться:
- «Узнавшие блаженство вечных снов,
- 118 Вы, души Богом избранные! Дайте
- Двум одиноким странникам совет
- И в благодатном мире пребывайте,
- 121 Нам указав возможно верный след
- Пути, которым можно бы подняться
- На самый верх горы. Ведь хуже нет
- 124 Обиды нам, в чем должен я сознаться,
- Как наше время пóпусту терять
- В блужданье бесполезном…» Ожидать
- 127 Я стал тогда душ чистых приближенья.
- Как из загона овцы иногда
- Идут поодиночке, без смятенья,
- 130 Другие же недвижно в отдаленье
- Стоят и кротко смотрят все туда,
- Где первая овца идет, всегда
- 133 Стараясь подражать ее движеньям,
- Покорно-простодушны и смирны.
- Так точно, не смущая тишины,
- 136 Та рать блаженных тихо подымалась
- Вслед за душой, что впереди всех шла
- И гордо-целомудренной казалась.
- 139 Когда же различить она могла
- Тень, от меня бежавшую направо,
- Туда, где возвышалася скала,
- 142 То этот призрак светлый величаво
- В пути остановился и назад
- Стал пятиться, и все другие в ряд
- 145 Его движенью тоже подражали,
- Хотя едва ли сами понимали
- Причину остановки той. И вот
- 148 Бессменный вождь мой выступил вперед:
- «Я ждать вопроса вашего не стану
- И, прибегать не думая к обману,
- 151 Всю истину скажу вам. В этот час
- Вы человека видите живого,
- А потому от одного из нас
- 154 Тень падает на землю. Это слово
- Да не смутит вас. Там, на Небесах,
- Есть сила, и она его готова
- 157 В безвестных и таинственных местах
- Взвести на эту гору безопасно…»
- Так с полною решимостью в словах
- 160 Проговорил учитель мой бесстрастно,
- И отвечали души все согласно,
- Нам сделав знак: «Идите вы вперед,
- 163 Где, повернув, увидите проход».
- А тень одна со мной заговорила:
- «Иди, иди, куда тебя ведет
- 166 Твой проводник и неземная сила,
- Но поверни глаза и погляди:
- Ах, кажется, тебе знакомо было
- 169 Мое лицо, когда в моей груди
- Мое земное сердце тихо билось…»
- Тень бледная передо мной явилась;
- 172 На призрака я пристально смотрел…
- Прекрасный, величаво он глядел,
- Был белокур, лишь только шрам широкий
- 175 Над бровью он раздвоенный имел;
- Когда же я, бросая взгляд глубокий,
- Сказал ему, что на земле далекой
- 178 Его не знал, не видел никогда,
- Он, рану на груди мне открывая,
- Проговорил: «Так посмотри сюда!»
- 181 Потом, лицо улыбкой оживляя,
- Он продолжал чуть слышно: «Я – Манфред.
- Констанции был внуком я…{228} В тот свет
- 184 Когда еще ты можешь возвратиться,
- Прошу тебя, молю тебя явиться
- К моей прелестной дочери: ей нет
- 187 Другого в мире имени, как «слава
- Сицильи с Арагонией»{229}, и ей,
- Прекрасной, милой дочери моей,
- 190 Всю правду передай ты нелукаво;
- Когда двойной удар сразил меня{230},
- То, в смертном сне чело свое склоня,
- 193 Свой дух Тому я предал, Кто прощает
- Нам все грехи… Я грешен, грешен был,
- Но Тот, Кто в милосердии сияет,
- 196 Щадит того, который приходил
- К нему с нелицемерным покаяньем.
- Когда б Козенцы пастырь{231} сохранил
- 199 В своей душе хоть каплю состраданья,
- Натравленный Климентом на меня,
- Когда б, слова Спасителя ценя,
- 202 Страницу из Священного Писанья
- Он прочитал, чтобы уметь прощать,
- То прах бы мой доныне мог лежать{232}
- 205 Близ Беневента с миром на погосте,
- Между гробниц и камней гробовых,
- А ныне где лежат Манфреда кости?
- 208 Их моет дождь, разносит ветер их{233}.
- Близ Верде{234}, по ту сторону границы
- Их занесли, оставив без гробницы…
- 211 Но месть людей не так еще страшна,
- Людское не ужасно так проклятье,
- Когда могу надежды не терять я
- 214 На милость и прощенье, и сильна
- Моя душа высоким упованьем,
- Хотя душа преступная должна
- 217 (Душа того, кто чистым покаяньем
- Пред смертию очиститься не мог)
- Здесь у горы томиться долгий срок,
- 220 За миг греха раскаянья годами
- Молитвою упорной отвечать…
- Когда моими тронут ты мольбами,